Мини-сериал «Чернобыль» канала HBO (2019) правдоподобно и жутко показывает события апреля 1986 года. Главный герой сериала — академик Валерий Легасов, изобретательный и бесстрашный учёный, чей вклад в ликвидацию аварии нельзя переоценить, и чьё расследование пролило свет на все те проблемы, которые многие хотели бы оставить в тайне. Он прожил всего два года после Чернобыльской катастрофы и умер при крайне странных обстоятельствах. Рассказываем о судьбе Валерия Легасова и о пути, который привёл его к печально известному четвёртому энергоблоку, а потом и к смерти. Курчатовский институт С детства Валерий Алексеевич Легасов тяготел к науке и потому окончил школу с золотой медалью — кстати, теперь эта московская школа носит его имя. После этого Легасов поступил на инженерно-физико-химический факультет МХТИ, где и решил стать исследователем в области атомной промышленности. В конце обучения он дипломировался в Институте атомной энергии имени Игоря Курчатова, и его дипломная работа настолько понравилась академику Исааку Кикоину, одному из основателей института в должности замдиректора, что он уговаривал Легасова остаться в аспирантуре. Аспирантура и в самом деле входила в планы молодого учёного, но не сразу после выпуска — ранее Валерий предложил университетским друзьям поехать практиковаться в Томскую область, в закрытый город Томск-7, он же Северск, где вот-вот собирались запустить радиохимический завод. Там Легасов провёл два года, и только спустя это время начальству удалось «выдернуть» его в Москву, для прохождения аспирантуры. Валерий Легасов вернулся в Курчатовский институт и надолго связал с ним свою жизнь. Учёный рассматривал проблему газофазных ядерных двигателей, которые существовали на бумаге, но их практическому применению мешала сама их природа — в них должен был использоваться газообразный гексахлорид урана, раскалённый до чудовищных температур. Легасов наработал огромный материал, из которого получилась бы блестящая кандидатская диссертация, но вдруг услышал от товарища про удивительные опыты канадских учёных, которым впервые удалось получить истинное соединение ксенона, что доказывало — инертные газы могут образовывать соединения. Легасов немедля сменил курс и начал изучать синтез соединений благородных газов, чему и посвятил свою диссертацию. Спустя пять лет после окончания института Валерий Легасов стал кандидатом химических наук, а спустя десять лет — доктором. Он сделал огромный вклад в развитие химии соединений благородных газов — почти такой же по значимости, как и у фактического основателя дисциплины, Нила Бартлетта, а фамилии их обоих увековечены в названии эффекта Бартлетта-Легасова. Благодаря своим заслугам Легасов быстро утвердился в научном сообществе, стал заместителем директора Курчатовского института и в 45 лет стал членом Академии Наук СССР — одним из самых молодых академиков в истории этого учреждения. Но вскоре Легасову предстояло сменить поле деятельности. 26 апреля 1986 года взорвалась активная зона реактора четвёртого энергоблока Чернобыльской ядерной электростанции. Ликвидация последствий Как только «ударная волна» событий долетела до высшего советского руководства, началась подготовка комиссии по ликвидации последствий. Возглавил её Борис Щербина, заместитель председателя Совета Министров СССР. И когда ему потребовался специалист, разбирающийся в ядерных реакторах, он обратился в Курчатовский институт, колыбель советской атомной энергетики. Конечно, Легасов разбирался в ядерных реакторах, но среди сотрудников института были куда более профильные специалисты, многие из которых и сами создавали реакторы. Дочь академика была уверена, что он просто оказался «крайним», ведь мало кому хотелось руководить ликвидацией, которая была процедурой опасной и, весьма вероятно, безнадёжной. Хотя есть версия, что Легасов был единственным крупным учёным института, которого можно было сей же час усадить в самолёт и спецрейсом отправить на место аварии, а все прочие были недоступны. Впрочем, один веский повод назначить именно Легасова был. Он ещё в 70-е годы начал изучать системы безопасности в надежде их усовершенствовать и таким образом предупредить техногенные катастрофы. Так что, когда случилась одна из самых страшных техногенных катастроф, назначение Легасова выглядело куда более логичным. Когда Щербина и Легасов прибыли к ЧАЭС, пожарные уже потушили основной огонь, и к тому времени стало ясно, что защитные графитовые блоки (точнее — их осколки) продолжают гореть. Сам по себе этот пожар был не столь опасен, а вот улетающие вместе с дымом радионуклиды могли заразить огромную территорию. И гореть такое графитно-урановое месиво могло до 100 дней, если его не потушить. Что ещё хуже, графит перестал выполнять свою функцию — поглощение нейтронов, и теперь они либо бесконтрольно «подогревали» ядерное топливо, либо улетали на свободу. Габариты станции и радиация не позволяли просто залить сверху воду или пену, поэтому Легасову пришлось проявить свою изобретательность. После консультаций с коллегами из Курчатовского института — теперь, когда вся ответственность легла на Легасова, они с удовольствием помогали советами — было принято решение засыпать в «жерло» разрушенного реактора карбид бора, неплохо поглощающий нейтроны. 40 тонн карбида бора, к счастью, оказались на складе и ещё не были заражены, как многие другие материалы — например, железная дробь, которую позднее планировали также засыпать в реактор. После внедрения карбида бора Легасов задумался о температуре в расплавленном ядре и о том, как бы её стабилизировать. Точные значения даже не были известны, ведь тепловизоры на вертолётах страдали от излучения и показывали неточные данные. Поначалу Легасов решил засыпать ядро той самой железной дробью, упомянутой ранее, и заставить ядерное месиво тратить энергию на расплав железа, а не на подогрев самой себя, но с дробью уже было невозможно работать. Да и оставался риск, что температура недостаточно велика и дробь просто закатится в щели и не расплавится. То ли дело свинец, который легко плавится и способен экранировать излучение. Академик Легасов организовал доставку и сброс 2400 тонн свинца в реактор — и в мае 1986 года из охотничьих магазинов начисто пропала свинцовая дробь. Следом в реактор летели тонны доломита, который прикрыл самые горячие точки, способные испарить свинец. Сброс материалов продолжался до 2 мая, а 9 числа в реактор напоследок уронили ещё 80 тонн свинца. Эвакуация К тому времени соседний с ЧАЭС город Припять опустел. И тоже не без помощи Легасова — он сумел убедить комиссию, что пора эвакуировать людей уже на второй день после аварии. Согласно существовавшим нормам, местные власти могли начать вывоз людей, если есть шанс получения общей дозы в 25 рентген, а при значении в 75 рентген эвакуация становилась обязательной. Легасов и его коллеги объяснили, что дожидаться таких показателей не стоит. Решение об эвакуации было принято поздно вечером 26 апреля, а к двум часам дня 27 апреля в городе не осталось никого, кроме коммунальщиков и работников ЧАЭС. Потом вывезли жителей всех окрестных населённых пунктов в радиусе 30 километров — в сумме с обитателями Припяти территорию покинули 116 тысяч человек. Так появилась легендарная «зона отчуждения». Время шло, и состав комиссии менялся, чтобы не подвергать людей слишком долгому присутствию в зоне аварии. Щербина и многие другие чиновники уехали, но Легасов остался, чтобы завершить начатое — несмотря на то, что уже 5 мая у него проявились симптомы лучевой болезни («ядерный загар», выпадение волос), а 15 мая к ним прибавились кашель и бессонница. В общей сложности Легасов проработал 4 месяца в опасной близости от четвёртого энергоблока, хотя дольше двух недель никому нельзя было там задерживаться. «Из тех, кто работал на месте катастрофы, он был единственным учёным. Он прекрасно понимал, на что идёт и какие дозы получает. Но иначе невозможно было оценить масштаб катастрофы. Издалека понять, что происходит, было нельзя. Чувство ответственности гнало его вперёд. Нужно было быстро принимать решение, а советоваться ему было не с кем. Да и времени не было на советы» — Инга Легасова, дочь Валерия Легасова; в интервью «МК» Укрощение «мирного атома» продолжалось. Легасов организовал рытьё тоннеля под реактором, чтобы заложить там охладительные системы с жидким азотом — всё для того, чтобы расплавленная масса, «кориум», не прожгла бетон и не попала в грунтовые воды. А те, кто хуже разбирался в ядерной энергетике, уже опасались проявления «Китайского синдрома», про который говорилось в одноимённом фильме — мол, ядерное топливо способно прожечь всю планету до самого Китая. Смешная глупость в сравнении с реальной опасностью. Попади материал в грунтовые воды — были бы отравлены все ближайшие реки, включая Припять, которая впадает в Днепр, который впадает в Чёрное море. Не 30-километровый пятачок, а целый регион опустел бы на долгие годы, если не навсегда. К счастью, ядерная лава свободно растекалась по подвалу станции и теряла температуру, но здесь стоило перестраховаться. В другом месте горящая масса могла попасть в баки с водой, что привело бы к паровому взрыву и выбросу такой тучи радиоактивной дряни в воздух, что накрыло бы половину Европы. Но за спасение от этой напасти стоит благодарить в первую очередь трёх добровольцев из персонала ЧАЭС, которые спустились в затопленные помещения и вручную открыли шлюзы, чтобы откачать воду. Эта троица шла на верную смерть, но двое из них живы по сей день. Как будто даже неумолимая, бесстрастная радиация отступила перед мужеством этих людей. В июне 1986 года начались работы по сооружению объекта «Укрытие» — того самого бетонного саркофага, без которого мы уже не можем себе представить ЧАЭС. Но это уже заслуга других людей, ведь ситуацию удалось взять под контроль, и Валерий Легасов всё больше себя посвящал другой стороне Чернобыльской аварии. Он расследовал, почему случилось то, что считали невозможным — взрыв реактора РБМК-1000. Причины катастрофы Уже в августе 1986 года Валерий Легасов выступал на заседании МАГАТЭ в Вене. Пять часов академик читал доклад зарубежным и советским коллегам, и ещё час отвечал на вопросы. Учёному удалось выяснить причину, которая привела к взрыву. «Там ситуация была действительно непростая. Ехать на совещание МАГАТЭ должен был тоже не он, вызывали руководителя государства. О том, что произошло в Чернобыле, должен был докладывать Горбачев. Но, насколько я знаю, Михаил Сергеевич сказал, что пусть едет учёный, который принимал участие в ликвидации последствий аварии. Над докладом работала целая группа специалистов. Он готовился у нас на глазах. Отец часто брал документы домой. Несколько дней у нас дома оставались ночевать учёные и специалисты. Отец многократно проверял все цифры. Он лично должен был убедиться, что все они абсолютно правдивые. Доклад получился очень подробный и очень честный» — Инга Легасова, дочь Валерия Легасова В ту роковую ночь персонал четвёртого энергоблока проводил испытания турбины. Легасов утверждал, что ради более скорого завершения тестов работники станции «забыли» про регламент и даже отключили некоторые системы защиты — в том числе защиты по уровню воды и давлению пара, а также системы защиты от максимальной проектной аварии, чтобы избежать её ложного срабатывания. А до этого инженеры понизили оперативный запас реактивности (суммарной силы реакций деления атомов, если упростить), причём куда ниже разрешённой величины, и поэтому поглощающие стержни аварийной защиты, на которые так надеялись ядерщики, не сработали как надо. Кроме того, сам РБМК-1000 содержал конструктивный недостаток, связанный с паровым коэффициентом реактивности, то есть выделением горячего пара, который крутит турбины. Согласно расчётам, он должен был быть отрицательным, но в критический момент оказался резко положительным. Началось интенсивное парообразование, топливные элементы перегрелись и разрушились, ведь вокруг не было воды, которая должна забирать тепло. Следом запустились экзотермические реакции с цирконием, из которого сделаны многие элементы активной зоны, что привело к выделению водорода и оксида углерода, а позднее, когда активная зона из-за растущего давления разгерметизировалась, внутрь попал кислород, прореагировал с водородом, что и могло привести к взрыву. Впрочем, и без этой реакции всё было плохо: давление разрушило верхнюю панель активной зоны, которая полностью лишилась воды, а без неё цепная реакция вышла из-под контроля. Легасов пришёл к пугающему выводу, что персонал недостаточно хорошо понимал процессы, протекающие в активной зоне реактора, а потому потерял чувство опасности. В результате реактор достиг нерегламентного состояния и взорвался. Но позже Легасов обратил внимание на другой вопрос, важный для всего человечества — проблему безопасности атомных станций. Он, как человек науки, не мог и думать о возврате промышленности к использованию ископаемого топлива и потому ещё сильнее настаивал на том, чтобы риски эксплуатации сводились к минимуму. Их игнорирование приводит к авариям наподобие Чернобыльской, а именно — сама конструкция РБМК-1000. Реактор создавался в то время, когда советское руководство вдруг поняло, что ископаемым топливом не получится обеспечить всю индустрию, и разработки в ядерной энергетике шли ускоренными темпами. Из-за этого РБМК строился без защитного корпуса, в который обычно «упаковывают» реакторы. В отличие от них, РБМК был защищён лишь конструкциями самого здания, чего в случае с Чернобылем оказалось недостаточно, и поэтому продукты реакций попали в воздух. «После возвращения из Чернобыля у него взгляд стал потухшим. Он сильно похудел. На фоне сильнейшего стресса не мог есть. Он понимал масштаб трагедии и ни о чём другом, кроме чернобыльской катастрофы, думать не мог. За несколько лет до этой страшной аварии на заседании физической секции Академии наук СССР, когда шло обсуждение конструкции ядерных реакторов, отец предлагал сделать для них защитный колпак. Его предложение не восприняли всерьёз. Сказали, какое, мол, ты отношение имеешь к ядерной физике? После чернобыльской катастрофы он понимал, что если бы тогда ему хватило ресурсов доказать свою правоту, то последствия аварии не были бы такими ужасными» — Инга Легасова, дочь Валерия Легасова Кроме того, РБМК был слишком сложен, запутанная сеть из трубопроводов затрудняла эксплуатацию, и даже помещения здания ЧАЭС не соответствовали чертежам, ведь их меняли «на ходу», чтобы подстроиться под реактор. Наконец, Легасов считал ужасающей ошибкой доступность систем безопасности для всего персонала, из-за чего многие из них оказались отключены — по мнению академика, аварийные системы на атомной станции требуют не меньшей, а то и большей защиты, чем у ядерного оружия (для доступа к нему как минимум двум офицерам необходимо одновременно повернуть ключи). Почёт, опала и смерть Все думали, что доклад Легасова примут негативно, а Советский Союз закидают судебными исками, но честность и профессионализм профессора склонили враждебных членов МАГАТЭ на его сторону. В странах Запада Валерия Легасова носили на руках (фигурально, ведь он покидал СССР совсем ненадолго) и даже назвали человеком года. Как ни странно, именно это и погубило его карьеру. Откровенность Легасова возмутила руководство, ведь он разгласил очень и очень многие данные, которые разглашать не хотелось. Из-за этого Горбачёв вычеркнул Легасова из списка приставленных к наградам за ликвидацию. «Почему-то считается, что отец расстраивался, что его не наградили. Но у него не было по этому поводу никаких переживаний, потому что он не был честолюбивым. Он был человек дела, действия и результата. Хотя у него были и правительственные награды, и госпремии» — Инга Легасова, дочь Валерия Легасова А коллеги, если верить свидетельствам родственников Легасова, стали питать зависть к нему из-за его популярности на Западе. Директор Курчатовского института Александров, напротив, хотел назначить Легасова своим преемником на посту, но остальной коллектив воспротивился — как это химик-неорганик будет командовать Институтом ядерной энергии? Потом Легасова не переизбрали в научный совет института, а на самого академика посыпались упрёки, от которых он сильно переживал. На одном заседании кто-то сказал, что «Легасов не следует принципам и заветам Курчатова» и тут же, вероятно забыл об этом, а вот самого учёного такие подколки задевали очень глубоко. Кроме того, он разделял вместе со всеми учёными Курчатовского института вину за произошедшее, ведь РБМК-1000 был разработкой именно этого учреждения. «После чернобыльской катастрофы отец многое переосмыслил. Он был патриотом, тяжело переживал за произошедшее, за страну, за людей, которых коснулась авария. Он переживал за нерождённых детей, брошенных в зоне отчуждения животных. Это растревоженное милосердие, которое ему было присуще, видимо, и жгло его изнутри» — Инга Легасова, дочь Валерия Легасова Спустя ровно два года после Чернобыльской аварии академик Валерий Легасов был найден повешенным в своей московской квартире. На следующий день он должен был выступать на заседании и озвучить итоги своего расследования. Вместо этого учёный записал свои воспоминания о событиях вокруг ЧАЭС на пяти аудиокассетах и покончил с собой. Естественно, вокруг этой трагической смерти появились мифы. Кто-то уверен, что Легасову «помогли» уйти из жизни, но в этом, в сущности, не было необходимости. Валерий Легасов всё больше страдал от депрессии. Нападки коллег причиняли ему чудовищную боль, которую ничто не могло унять. А кроме этого, его мучили вполне реальные боли от последствий аварии на ЧАЭС. У него не было ожогов и кровавой рвоты, но изнутри его упорно точила хроническая лучевая болезнь, разрушая костный мозг и другие важные органы. Из-за этого Легасов порой подолгу лежал в больнице. А однажды вечером он принял лошадиную дозу снотворного — смертельную, если бы врачи не успели его откачать. Сам академик объяснил свой поступок мучительной бессонницей, однако сам он, как блестящий химик, не мог не понимать последствий. «Мы понимали, что человек уходит из жизни. Отец постепенно перестал есть, перестал спать. Сильно похудел. Лучевая болезнь — страшная вещь. И отец прекрасно понимал, как он будет уходить, как это будет мучительно. Наверное, он не хотел быть в тягость маме. Он её обожал. До последнего дня писал ей стихи, признавался в любви» — Инга Легасова, дочь Валерия Легасова Нельзя сказать, что Валерия Легасова убили. Или даже довели до самоубийства. Но вокруг него создали такую неприятную атмосферу, такой «вакуум», как он сам говорил своим друзьям, что в ней было почти невозможно дышать. Настолько невыносимую среду, что один из лучших учёных своего поколения предпочёл собственноручно оборвать свою жизнь в возрасте 51 года, когда карьера у светил науки только входит в расцвет. Автор: Евгений Баранов Источник: DTF
Читайте также
Психическое заболевание или свобода выбора: любовь по Дарвину, Энгельсу, Фрейду и Фромму
Как связаны влюбленность и естественный отбор, почему брак стал основой капиталистического государства и что такое псевдолюбовь? Чарльз Дарвин: любовь как фактор естественного отбора «У птиц это соперничество часто представляет более мирный характер. Все, кто интересовался этим предметом, считают, что у многих видов самцы сильно соперничают друг с другом, привлекая самок своим пением. У гвианского горного дрозда, райской птицы и у некоторых других птиц самцы и самки слетаются в одно место; самцы по очереди тщательно распускают напоказ свои ярко окрашенные перья и проделывают странные телодвижения перед самками, которые остаются зрительницами, пока не выберут себе самого привлекательного партнера. Те, кому случалось близко наблюдать нравы птиц в неволе, очень хорошо знают, что они нередко обнаруживают индивидуальное предпочтение и неприязнь; так, сэр Р. Херон (R. Heron) сообщает об одном пестром павлине, который особенно привлекал всех своих пав». (Чарльз Дарвин, «Происхождение видов») Дарвин считал, что любовь является элементом полового отбора. Эта идея была довольно революционной для традиционного викторианского общества, ведь она гласила, что женщина выбирает себе партнера, а не наоборот. По мнению Дарвина, самцы борются за внимание самок всеми возможными способами. В результате в ходе эволюции у них закрепляются необходимые для победы признаки и черты характера. Например, большие рога у самцов оленей или пышный хвост у павлинов — все, что может привлечь самку. У людей примерно так же: любовь возникает, когда партнер обладает определенным набором качеств, которые делают его привлекательным кандидатом для моногамных отношений. В свою очередь, эти качества (вроде верности и доброты) появились в результате полового отбора. Супругой Дарвина стала его кузина Эмма Веджвуд. Некоторые аспекты их личной жизни косвенно упоминались в трудах ученого. К примеру, Дарвин писал, что отношения между близкими по крови родственниками могут закончиться болезненным и слабым потомством. К этому выводу он пришел в результате личной трагедии: трое детей Дарвинов погибли в раннем возрасте. Фридрих Энгельс: любовь как взаимное уважение «Современная половая любовь существенно отличается от простого полового влечения, от эроса древних. Во-первых, она предполагает у любимого существа взаимную любовь, в этом отношении женщина находится в равном положении с мужчиной, тогда как для античного эроса отнюдь не всегда требовалось ее согласие. Во-вторых, сила и продолжительность половой любви бывают такими, что невозможность обладания и разлука представляются обеим сторонам великим, если не величайшим несчастьем, они идут на огромный риск, даже ставят на карту свою жизнь, чтобы только принадлежать друг другу, что в древности бывало разве только в случаях нарушения супружеской верности. И наконец, появляется новый нравственный критерий для осуждения и оправдания половой связи: спрашивают не только о том, была ли она брачной или внебрачной, но и о том, возникла ли она по взаимной любви или нeт». (Фридрих Энгельс, «Происхождение семьи, частной собственности и государства») В своем opus magnum Энгельс связывает происхождение моногамного брака с появлением частной собственности, которая, в свою очередь, стала основой капиталистического государства. По мнению Энгельса, любовь, на которой строятся супружеские отношения в католическом или протестантском обществе, отличается от настоящих чувств. В этом случае она выступает как одна из пристойных причин для заключения брака — сделки о перераспределении собственности. В результате возникает очередная патриархальная семья. Будущее же — за «индивидуальной половой любовью», в основе которой подлинные чувства, страсть и свобода выбора, а не меркантильность родственников. Такая любовь предполагает равенство партнеров и взаимное уважение, что было достаточно дерзкой мыслью в эпоху начала борьбы за равные права для женщин. Фридрих Энгельс и сам придерживался философии свободы выбора. В 40-х годах XIX века он познакомился с сестрами Мэри и Лиззи Бернс. Мэри стала его гражданской партнершей: Энгельс жил с ней примерно 20 лет, а официально они поженились всего лишь за несколько часов до ее смерти. Отношения со второй сестрой Бернс развивались по схожему сценарию: 15 лет совместной жизни и регистрация брака перед смертью возлюбленной. Зигмунд Фрейд: любовь как половое влечение «Гениталии не проделали вместе со всем человеческим телом развития в сторону эстетического совершенствования, они остались животными, и поэтому и любовь в основе своей и теперь настолько же животна, какой она была испокон веков. Любовные влечения с трудом поддаются воспитанию, их воспитание дает то слишком много, то слишком мало. То, что стремится из них сделать культура, недостижимо; оставшиеся без применения возбуждения дают себя знать при активных половых проявлениях в виде неудовлетворенности». (Зигмунд Фрейд, «Очерки по психологии сексуальности») Любовь, по Фрейду, похожа на психическое заболевание: психиатр изучает ее через симптомы и причины. По мнению Фрейда, в основе любых отношений и любви лежит «либидо» — бессознательное сексуальное влечение человека, которое он стремится реализовать. Все романтические чувства — всего-навсего желание половой близости. Это легло в основу теорий психоанализа и психосексуальных фаз развития личности. Но в жизни Фрейд был менее категоричен. Со своей единственной женой Мартой Бернейс он познакомился в 1882 году. Прежде чем пожениться, влюбленные четыре года вели переписку — за это время Фрейд отправил около 900 любовных писем. По словам его биографов, письма психиатра вполне могли вписаться в сентиментальные романы. Однако некоторые исследователи считают, что Марта не была его единственной женщиной. Фрейду приписывают интрижку с сестрой своей жены Минной, которая часто сопровождала супружескую пару. Противники этих слухов считают, что нравы того времени не позволили бы психиатру так себя вести. Эрих Фромм: любовь как работа над собой «Зависть, ревность, честолюбие, любой вид жадности — это страсти; любовь — это действие, реализация человеческой силы, которая может быть реализована только в свободе и никогда в принуждении. Любовь — это активность, а не пассивный аффект, это помощь, а не увлечение. В наиболее общем виде активный характер любви можно описать посредством утверждения, что любовь значит прежде всего давать, а не брать». (Эрих Фромм, «Искусство любить») Немецкий социолог оспаривает распространенное мнение о том, что любовь — это просто сентиментальное чувство, увлечение, возникающее в результате счастливого стечения обстоятельств. По мнению Фромма, это псевдолюбовь, которую навязывают романтические фильмы и книги. Псевдовлюбленные не работают над своими отношениями, они в итоге становятся деструктивными и часто заканчиваются неудачей. Настоящую же любовь может познать только зрелый человек, который умеет любить. Это чувство не может появиться внезапно, потому что любовь требует длительной работы над собой. Со своей первой женой, Фридой Рейхманн, Фромм познакомился на курсах по психоанализу брака. Несмотря на то что их отношения были плодотворными в профессиональном плане, супруги прожили вместе всего четыре года. После официального развода Фромм сразу же женился на фотокорреспонденте Хенни Гурланд. Девушка страдала от ревматического артрита и по совету врачей перебралась в Мексику, чтобы пройти курс лечения радиоактивными источниками. Ради нее Фромму пришлось пожертвовать научной карьерой, но лечение продлило жизнь Хенни только на три года. После смерти жены Фромм был очень подавлен, но все же решился на третий брак. С Аннис Фримен он прожил 27 лет — до самой смерти. Источник: «Теории и практики»
НАСА опубликовало панорамную съемку Марса
Космическое агентство НАСА опубликовало панорамное видео Марса, состоящее из снимков, которые сделал марсоход Curiosity. Снимки были сделаны с вершины хребта Веры Рубин. Благодаря хорошей погоде марсоходу удалось запечатлеть гору, находящуюся на расстоянии более 80 километров. Curiosity высадился на Марс 6 августа 2012 года. Главная цель марсохода — сбор данных о климате и геологии планеты, а также проверка пригодности Марса для жизни.
Неужели люди такие глупые?
– Ну как тебе объяснить… – Папа по своей привычке начинал мерить шагами комнату. – Вот если я начну всем рассказывать, что ты никакая не маленькая девочка, а большой зеленый крокодил… Тут я начинала смеяться, а папа продолжал: – Вот-вот, на первый раз меня поднимут на смех. На второй задумаются, а на третий начнут к тебе присматриваться и говорить, что да, какая-то ты зеленоватая, и слишком много времени проводишь на болоте, и наверняка ешь других детей. – Неужели люди такие глупые? – не могла поверить я. – Люди всякие, – вздыхал папа, – и, к сожалению, довольно часто позволяют себе не думать, а только повторять чужие мысли – пусть и дурацкие. – И что же делать? – Ничего тут не поделаешь, – папа разводил руками, – против клеветы и мелочных придирок оружия еще не придумали. – А если я всем скажу, что никакой я не зеленый крокодил? – Сама подумай, как выглядит человек, который ходит и бормочет, что никакой он не крокодил? – Как дурак? – поразмыслив, говорила я. – Ну да. Глория Му «Вернуться по следам»
«Комиксы – книги для тупых» и еще 3 мифа о популярном литературном жанре
В СССР комиксы называли «картинками для тупых». Эта мысль так прочно закрепилась в сознании наших людей, что многие до сих пор не могут оценить многогранность и глубину этого жанра литературы. При этом большинство сторонников позиции «комиксы — литература для глупых» не то что никогда не покупали комиксов, но даже не листали их на прилавках книжных магазинов. Они, не вникая в суть жанра, бросают в его адрес нелестные обвинения и руководствуются любимой фразой, некогда высказанной в отношении романа Бориса Пастернака «Доктор Живаго»: «Не читал, но осуждаю». Давайте попробуем разобраться, какие мифы о комиксах до сих пор прочно сидят в наших головах и почему большинство из них всего лишь наши домыслы. Дети, читающие комиксы, никогда не возьмутся за нормальную книгу Что говорят взрослые, которые хоть завтра готовы выйти с транспарантом «Запретим комиксы»? Они почему-то уверены, что дети (особенно малыши), увлекающиеся рисованными книгами, никогда не начнут читать нормальную литературу. Под нормальной литературой, конечно же, имеют в виду как минимум Толстого и Достоевского, почему то не думая, что в 5-6 лет ребенка еще рано знакомить с такими серьезными книгами. Между тем как раз комиксы могут сослужить семье хорошую службу при знакомстве с книгой. В психологии существует такое понятие, как книга, запускающая процесс чтения. Это такая книга, которая увлекает ребенка настолько, что после нее он уже не может оторваться от чтения. Он хочет делать это еще и еще. Автор комиксов Джошуа Эдлер утверждает, что графические романы можно сравнить с ложкой сахара, которая позволяет проглотить лекарство. Для современных детей, которые буквально с пеленок привыкли воспринимать мир в картинках, комикс может стать первым настоящим проводником в текстовую среду. Да, комиксы состоят на 90 % из иллюстраций, но странно отрицать, что в них нет ни текста, ни композиции, ни сюжета. Есть! И еще какие. Кроме того, в некоторых комиксах изображение выполняет лишь вспомогательную функцию, а центральным остается текст. Отметим, что именно в комиксах слово приобретает особенный вес. Представляете, какая сложная задача стоит перед автором? Он должен так удачно дополнить иллюстрацию парой фраз, чтобы они врезались в сознание. Комиксы – литература для недалеких людей Так говорят те, кто ни разу не держал в руках хорошее издание комиксов. В этом жанре, как и во многих других (скажем, в фэнтези, любовных романах), много халтуры, но есть и самородки, которые просто не позволяют назвать комиксы литературой для недалеких людей. Возьмем хотя бы графический роман «Маус» Арта Шпигельмана, рассказывающий о жизни польского еврея, пережившего холокост (кстати, в 1992 году роман получил престижную Пулитцеровскую премию), или книгу Кэйдзи Накадзавы «Босоногий Гэн» – автобиографическое повествование от лица мальчика, пережившего ядерную атаку на Хиросиму. Комиксы не развивают воображение Каждая новая книга комиксов рисует перед нами огромную, продуманную до мелочей вселенную, перекрывая пути для фантазии. Но кто сказал, что это правда? Может быть, комиксы, наоборот, помогают запустить детям процесс творчества? Известно, что графические романы вдохновляют детей не только на придумывание своих сюжетов с уже известными героями, но и на создание новых персонажей. Не это ли называется воображением? Комиксы воспитывают ложные идеалы Многие родители считают, что Бэтмены, Человеки-пауки и Супермены – не кто иные, как головорезы в костюмах супергероев. Чем они отличаются от плохих героев, если сами постоянно вступают в драки? Все гораздо сложнее. Например, герои из вселенных MARVEL и DC всегда имеют какую-то благородную внутреннюю мотивацию. В их жизни всегда есть какая-то трагедия, которая подталкивает их к более глубокому и вдумчивому отношению к реальности и в конечном счете заставляет спасать мир. Приведем в пример историю Питера Паркера, известного как Человек-паук. Юноша, получив после укуса паука сверхъестественную силу, неправильно распорядился ею. Что именно произошло? Желая раскрыть свои суперспособности и найти им достойное применение, Питер Паркер сделал себе маску из паутины и отправился на бойцовский ринг, где победил одного известного рестлера. После этого юноша получает приглашение от телепродюсеров с предложением участвовать в шоу. Однажды ослепленный славой Питер возвращается после очередного телешоу со своим участием и упускает возможность остановить грабителя, который скрывается от полиции. Паркер говорит себе, что это дело не для «звезды», и уходит по своим делам. Спустя несколько недель жертвой того самого «упущенного» грабителя становится родной дядя Паркера. Герой понимает, что с большой силой приходит большая ответственность, и дает клятву бороться с несправедливостью и со злом. Комиксы – это история про свободу, самовыражение и искусство. Искусство органично сочетать графику и слова, так чтобы образы проникали читателю в самое сердце. Мы не говорим, что графические романы должны прийти на замену книгам. Но у них, определенно, должно быть свое, особое место на полке российского читателя. Автор: Ольга Гаврилова
Внук сделал деду незабываемый подарок
Внук продал собственную машину, чтобы сделать деду сюрприз, который растрогал его до слёз.
Мы пока даже не понимаем, как правильно классифицировать эмоции
Интервью с нейробиологом Ричардом Дэвидсоном, изучающим то, как эмоции и медитация влияют на наш мозг. — Что можно сказать о влиянии эмоций на структуры нашего мозга? — За последние 20 лет ученые узнали достаточно много о процессах в мозге, которые связаны с возникновением и переживанием различных эмоций. Мы не можем утверждать, что нейрофизиологические процессы являются причиной возникновения определенных эмоций, или, наоборот, что эмоции запускают те или иные определенные процессы в нашем мозге, но они совершенно точно протекают в связи друг с другом. Существуют внешние факторы, которые вызывают эмоции, и есть внутренние — мысли, воспоминания. Судя по всему, мы испытываем эмоции тогда, когда происходит что-то действительно важное. Позитивное или негативное. Большинство ученых согласны с тем, что возникновение эмоций у человека было связано с его эволюцией. Эмоции возникли для того, чтобы мы могли эффективно реагировать на нечто значимое — Каково их значение с эволюционной точки зрения? — Они помогают нам в решении проблем, с которыми люди постоянно сталкивались в ходе эволюции. Ну, очевидный пример — страх. Если на нас сейчас в этой комнате выпрыгнет лев, мы испугаемся — и обратимся в бегство. Это пример того, как эмоции помогают нам мобилизоваться. Функция эмоций, таким образом, заключается в том, чтобы помочь индивиду реализовать уже «заученную» в ходе эволюции адаптацию к окружающей среде. С другой стороны, они же могут нам и повредить, когда проявляются в неподходящих ситуациях. А самая важная проблема с эмоциями в том, что мы можем испытывать их не только в связи с тем, что нам дано непосредственно здесь и сейчас, а, например, в связи с размышлениями о будущем или воспоминаниями. Так что нам регулярно приходится иметь дело с нерелевантными в буквальном смысле эмоциями. Переживать из-за того, что грядет, или того, что уже когда-то случилось — И как это на нас влияет? — Это влияет на того, с кем это происходит. Это влияет на эмоции, которые этот человек переживает, и — в зависимости от пределов, в рамках которых он позволяет себе проявлять переживаемые им эмоции, — влияет также на его окружение и так далее. Так что подобные эмоциональные триггеры весьма значимы для людей, играют немаловажную роль — Ну, а в том, что касается происходящего в этот момент в мозге? — Ну, а мозг, как говорит нам наука, необходим для эмоций. Даже если триггер той или иной эмоции может быть чем-то очень специфичным и находиться за пределами непосредственной окружающей среды, медиатором самого эмоционального переживания все равно остается мозг. Когда мы переживаем что-либо, то у нас меняется выражение лица, дыхание, изменяется сердечный ритм. А для того, чтобы это все происходило, нужен мозг — Когда мы говорим об изменении мозга, вы, вероятно, имеете в виду какой-либо из видов нейропластичности. О каком виде или видах идет речь? — Вообще, существует множество форм нейропластичности. Когда мы испытываем эмоции или, скажем, медитируем, в нашем головном мозге осуществляются различные виды нейропластичности. Здесь мы можем говорить и о том, что изменения происходят в связях между участками мозга, об аксонах и белом веществе, из которых они состоят. И мы можем неинвазивно, без хирургического вмешательства, эти изменения измерить и зафиксировать при помощи метода диффузионной МРТ — метода, который позволяет увидеть изменения в соединениях белого вещества, которые, кстати, происходят очень динамично Есть исследование, которое продемонстрировало, что даже единичная полуторачасовая медитация приводит к заметным изменениям в связях белого вещества. Это структурные изменения в мозге, которые важны для связи различных участков мозга. Другой вид нейропластичности — нейрогенез, образование новых нейронов. Это очень важный процесс. Нам известно, что стресс может негативно повлиять на него. А также, что нейрогенез очень важен для процессов, связанных с формированием воспоминаний. Ученые располагают данными о том, что у людей, находящихся в депрессии, нейрогенез затруднен. Это немного другой аспект нейропластичности, но не менее важный. Следующий вид нейропластичности — это синаптический прунинг, который связан с удалением избыточных связей. Один из аспектов нашего благосостояния, в частности, заключается в том, чтобы не зависеть от каких-то привычек, которые сбивают нас с толку, тем или иным образом мешают нам ясно воспринимать реальность. И это может быть связано с прунингом, с удалением лишних связей. А нарушения этих процессов могут привести к тому, что мы начинаем искаженно воспринимать действительность. В общем, все виды пластичности важны, играют ту или иную роль. Каждый их них сегодня изучается по-разному — Если мы говорим о медитации, то что она меняет? — С опорой на некоторые данные можно предполагать, что меняется скорость реакции различных отделов мозга. Некоторые отделы увеличиваются в объеме, некоторые уменьшаются. Кроме того, также у нас есть основания полагать, что медитация может влиять на скорость, с которой происходят структурные изменения в мозге. Мы знаем, что с возрастом количество серого вещества уменьшается в некоторых его областях. Есть свидетельства тому, что медитация замедляет этот процесс. Другие данные говорят о том, что медитация может влиять на специфические связи в головном мозге, те, что связаны именно с регулированием эмоций. Я говорю сейчас о крючковидном пучке, связывающем префронтальную кору и некоторые лимбические структуры. Мы можем добраться до него, используя диффузно взвешенную магнитно-резонансную томографию, и увидеть, как тот меняется под действием определенных видов медитации — Медитация — модная штука в наши дни. Она уже давно стала частью стиля жизни очень большого количества людей. Как вы осуществляли контроль в таких исследованиях и отделяли эффект плацебо от реального эффекта медитаций? — Это действительно трудная задача, но — возможная. Для этого вам нужны контрольные группы. У нас было несколько рандомизированных плацебо-контролируемых исследований, которые продемонстрировали преимущества медитаций. Людей по группам мы распределяли случайным образом, так что они примерно в равной степени ждали положительных результатов. То есть здесь мы можем говорить о примерно одинаковом плацебо-ответе. В результате группа плацебо показала хорошие результаты, но все же не такие хорошие, как группа медитирующих. А вывод из нашего исследования простой: некоторые эффекты являются следствием плацебо, а другие — следствием самой медитации — Вы опубликовали свою книгу пять лет назад. С того момента результаты каких исследований вас заинтересовали больше всего? — У нас действительно множество новых результатов, об этом — моя новая книга, которая, надеюсь, выйдет и в России. Один из них: медитации могут вызывать эпигенетические изменения. Это такие изменения, которые не меняют последовательность ДНК, но являются также значительными В частности, медитация влияет на экспрессию определенных генов. Иными словами, на биохимические свойства, которые определяют степень «включенности» и «выключенности» тех или иных генов. Чем-то это напоминает регулирование громкости: от самой низкой до самой высокой. И есть гены, которые, соответственно, работают «тихо» и, наоборот, на полную катушку. И мы можем выяснить это, просто взяв вашу кровь на анализы. Так вот, анализируя кровь на эпигенетические метки, мы выяснили, что уже по итогам одного дня интенсивных занятий медитацией у людей, которые практикуют медитацию много лет, эпигенетический профиль меняется. Для науки это нечто новое и может иметь широкое практическое применение в будущем. Другое исследование мы провели с участием детей от четырех до пяти лет в подготовительной североамериканской школе. Наша научная группа задалась вопросом: можно ли обучить подобным практикам совсем маленьких детей? Для того чтобы на этот вопрос ответить, мы создали курс, который называли «Курсом доброты» (Kindness Curriculum). И на его базе провели рандомизированный контролируемый эксперимент. В течение одного семестра (12 недель) мы еженедельно занимались с ними примерно по 1,5 часа. Эти занятия были направлены на то, чтобы увеличить эмпатию в группе и научить детей работать вместе. В результате их поведение и успехи в учебе улучшились. И теперь нам кажется очень важным проводить нечто подобное для детей, чтобы их пребывание в школе было более полезным для них, более осмысленным — Что вы думаете о популярном тренде «think positive» («мысли позитивно»)? — Мне кажется, эта мода имеет один интересный аспект. Я в данном случае размышляю и как ученый, и как практик. Стратегия позитивного мышления — это не та стратегия, которая ведет к естественным долгосрочным изменениям. Мой личный взгляд основывается на неврологии, а также на моем собственном опыте медитации и заключается в том, что в основании всего лежит практика. Ты должен постоянно работать, чтобы изменения были долгосрочными. А только лишь позитивное мышление если и может спровоцировать временные изменения, то они не будут устойчивыми и долговременными. Это интересно и может быть полезно в определенных контекстах, но, например, на генетическом уровне изменений ждать не стоит. А медитации — это как раз про долговременные изменения — Как вы это выяснили? — Я начал заниматься исследованиями много лет назад, и все равно еще больше исследований предстоит сделать. Но уже сегодня мы знаем о том, что существует связь между временем жизни и медитативными практиками. И целым комплексом других преимуществ. Исходя из этого, мы можем предполагать, что медитативные практики могут позволить нам добиваться различных эффектов. И чем больше у вас практики будет, тем более значительными и длительными эти эффекты будут. Возможно, это справедливо не для всех видов практик, но в целом кажется справедливым — Когда вы говорите об эмоциях, как вы думаете, чего ученые еще не знают о связи эмоций и строения мозга? — В исследованиях этой области вопросов пока намного больше, чем ответов. Мы и правда в самом начале пути. Например, мы пока даже не понимаем, как правильно классифицировать эмоции, на какие категории их разбивать. Есть ученые, которые выделяют две фундаментальные категории эмоций — позитивные и негативные. Есть те, что используют дихотомию сближение/удаление (approaching/withdrawal) в качестве определяющей для остальных видов эмоций. Возникающие эмоции могут быть нацелены на сближение с объектом либо, наоборот, принуждать нас удаляться от него. Гнев в этом случае — интересная эмоция, потому что это негативная эмоция, но при этом связана с движением к кому-то. Как тогда классифицировать гнев: как «сближающую» эмоцию или как негативную? Есть и другие системы. Например, буддистские. Или, например, в последнее время говорят в терминах «полноценных» и «неполноценных» эмоций (wholesome/unwholesome). Или такой вариант классификации: эмоции, которые приводят к положительным изменениям в жизни человека, и те, что не способствуют улучшениям. Но здесь встает другой вопрос: являются ли именно эмоции причиной ухудшений или улучшений или влияет то, как мы их выражаем, в подходящей или неподходящей ситуации это делаем? Вот еще одна большая тема исследований Мы также не знаем, являются ли выражения лица и гримасы универсальными инструментами выражения эмоций. Некоторые ученые верят, что это так, другие нет. Кроме того, мы до сих пор не договорились о том, что такое эмоции. Что является безусловным признаком того, что нечто — это эмоция? Так что мы очень, очень много чего до сих пор просто не знаем — И, тем не менее, вы занимаетесь исследованием эмоций. Какое из исследований последних нескольких лет кажется вам наиболее интересным? — Одной из наиболее интересных идей в исследовании эмоций была идея прилипчивости. Предположим, что ранним утром вам предстоит трудный разговор с кем-либо: коллегой, руководителем. Будут ли влиять эмоции, которые возникли во время этого разговора, на всю встречу? Для некоторых людей ответом будет «да». И такой эффект мы называем эмоциональной окраской или прилипчивостью. Сейчас мы изучаем изменения в нервной системе, которые очень важны для этого процесса. И мы также изучаем, может ли медитация на этот процесс влиять. Все это — новая область исследований, которая, как нам кажется, очень важна для того, чтобы сделать жизнь людей более благополучной. Источник: «Чердак» Василиса Бабицкая
Почему в романах фэнтези столько еды?
Когда я почти достигла подросткового возраста, я поглощала один фантастический роман за другим. Однажды я застопорилась на описании еды. В романе Дианы Уинн Джонс «Сказка о городе времени» герои, путешественники во времени, едят угощение под названием масло-пирог. Это желтое мороженое на палочке, ледяное снаружи и расплавленное внутри, и описываемое как «маслянистое и сливочное ... с легким оттенком ириски и еще двадцатью другими не менее великолепными вкусами». Масло-пирог никогда не существовал, за исключением страниц книги Джонс и воображения читателей. Но это звучало вкусно. В те дни интернет был достаточно новым явлением, поэтому я не могла раскопать десятки рецептов, которые разработали поклонники работ Джонс. Но даже когда я перешла от детских фантастических романов к тем, которые предназначены для взрослых, я заметила, что авторы последовательно включали в свои книги щедрые описания пищи. Это вызвало не только мой аппетит, но и мой интерес: почему писатели-фантасты так много пишут о еде? Когда я упорно прочитала от начала до конца все фэнтези-книги Джонс, я поняла, что чудесный масло-пирог был исключением из правил. Вместо этого герои и героини часто ели знакомую пищу, даже когда они произносили заклинания и ездили на драконах. Страница за страницей счастливые персонажи пируют пирогами и элем. Другие персонажи получают только тушеное мясо, которое странно повсеместно. В своем сатирическом путеводителе по фантастической литературе, «Пародийный путеводитель по Волшебной стране», Джонс шутит, что тушеное мясо «является основным продуктом питания в Волшебной Стране, так что будьте начеку. Вы можете ожидать, что вскоре будет омлет, стейк или запеченные бобы, но ничего из этого не появится». Еда в фэнтези берет начало от ранних мифов и легенд, которые полны символической, зачастую угрожающей пищи. Греческая богиня Персефона съела шесть семян граната в подземном мире, чтобы проводить шесть месяцев в году с Аидом, богом смерти. Европейские сказки и стихи изобилуют мистическими феями или эльфами, использующими пищу для заманивания людей. В стихотворении «Безжалостная красавица», написанном в 1819 году романтическим поэтом Джоном Китсом, рыцарь влюбляется в фею, которая кормит его «сладкими зельями, медом пчелиным и медом на цветке». Но однажды рыцарь просыпается и оказывается брошенным и полусумасшедшим из-за того, что он потерял. В 1859 году поэт Кристина Россетти написала «Базар гоблинов» о жутких, потусторонних существах, продающих фрукты, попробовав которые однажды, люди сходят с ума навсегда. Троп опасной волшебной еды все еще существует в современном фэнтези, говорит Роберт Маслен. Маслен является профессором в Университете Глазго, где он основал одну из первых в мире магистерских степеней в области фантастики. Он приводит два современных примера: фильм «Лабиринт фавна» и роман Эллен Кашнер «Томас Рифмач». Когда еда приводит к последствиям, это признак того, что «мы находимся в мире, где правила очень разные». Отец современного стиля фэнтези, Дж.Р.Р. Толкин, оказался под влиянием этой традиции. Будучи ребенком, он прочитал книги сказок Эндрю Лэнга , которые насчитывали 12 томов и были организованы по цвету: от красного до синего и от розового до коричневого. На склонность Толкина неустанно писать о важном значении пищи также повлиял его болезненный опыт во время Первой мировой войны. Он служил офицером и был уверен, что умрет. Во «Властелине колец» видение Толкина идеальной деревни — земля вечеринок и грибов в избытке, которую, кажется, совсем не затронула война. В первой главе «Хоббита» описывается несмелый Бильбо Бэггинс, чью жизнь перевернули с ног на голову волшебник Гэндальф и отряд голодных гномов, напавших на его кладовку. «Мне красного винца», — просил Гэндальф. Гномы просят малиновое варенье, яблочный пирог, пирожки с фаршем, сыр, пирог со свининой, салат, пирожные, эль, кофе, яйца, холодного цыпленка и соленые огурчики. Несмотря на то, что Бильбо опустошил свой дом, чтобы накормить гномов, то, что у него есть вся эта еда — признак изобилия. Другой знаменитый писатель-фантаст Второй мировой войны — Брайан Джейкс. Джейкс был известен своей серией детских фэнтези-книг «Рэдволл». На протяжении 21 книги антропоморфизованные животные сражаются со злом и проводят пышные банкеты. Только на одной странице банкет включает в себя 12 видов салата, восемь видов хлеба, 10 напитков, «свежие сливки, сладкие сливки, взбитые сливки, питьевые сливки, заварной крем» и гигантскую рыбу. В интервью Джейкс рассказывал, что выдуманная еда в его книгах объясняется его детскими фантазиями о еде в годы британского нормирования. Многие маленькие читатели наслаждались описаниями еды по похожей причине. Как выдающийся писатель фэнтези Толкин своим фокусом на еду помог установить план для писателей-фантастов. Вездесущая кухня Средиземья и стиль описания еды Толкина также стали стандартом благодаря полезности для картины мира: еда очень хорошо работает при описании сцены. И Толкин, и Джейкс дополнили свои миры историей, песнями, различными языками и диалектами. Согласно Маслену, еда — еще один способ заставить фэнтези выглядеть реальным. «Много фэнтези книг описывают другие миры, — говорит он. — Скажем, вы пишете фэнтези о параллельном мире. В этом случае вы хотите сделать книгу такой насыщенной, такой правдоподобной, такой понятной для любого читателя, насколько вы можете». Песни привлекают ухо, карты мира привлекают глаз, а описания еды привлекают желудок читателя. Маслен верит, что еда — одна из отличительных черт фэнтези-литературы. Будь то масло-пирог или тушеное мясо, еда действует как якорь, в противовес книгам в жанре хоррор и серьезной литературе. Писатели-фантасты, говорит он, «не склонны вызывать только страх и ужас, но и удивление, изумление и восторг». Когда испытываешь читателей страхом и неизвестностью, еда «связывает их опыт с чем то, что они хорошо знают». Даже «Игра престолов» Джорджа Р.Р. Мартина , которая славится разрывом многих фэнтези тропов и традиций, по-прежнему сохраняет необходимые подробные описания пищи (особенно супа). Маслен предлагает пример из «Властелина колец», где Фродо и Сэм делят еду на границе с Мордором «прямо на краю худшего места в мире». Даже когда над ними нависает миссия по спасению мира, Сэм собирает лавровые листы и шалфей, чтобы потушить кролика. Среди красивого, заросшего пейзажа это — краткий момент чуда перед тем, что Маслен называет «самым экстремальным примером незнакомого и ужасающего». В неспокойное время, на грани бедствия приготовление вкусной еды выглядит полностью органично. Еда в фэнтези имеет большое значение, и неудивительно, что существует уйма книг и блогов, посвященных тщательному воссозданию эльфийского хлеба и сдобных котелков. На этих выходных я в них закопаюсь. Где-то там, я знаю, есть рецепт масло-пирога, такого же чудесного, как я представляла себе 15 лет назад. Автор: Anne Ewbank
Нейросеть решила, что рукопись Войнича написана на иврите
Канадские ученые привлекли машинное обучение для расшифровки рукописи Войнича — знаменитого текста, написанного неизвестным автором на неизвестном языке. Авторы утверждают, что им удалось определить язык манускрипта — им оказался иврит — и перевести первое предложение. О достигнутых результатах рассказал канадский канал CTV News, передает «Индикатор». Манускрипт Войнича представляет собой средневековый 240-страничный кодекс на неизвестном языке, сопровожденный большим количеством иллюстраций, в том числе, неизвестных растений, ритуалов непонятного назначения и сложных диаграмм, предположительно, относящихся к астрологии. Согласно результатам радиоуглеродного анализа, бумага, на которой он написан, была сделана в начале XV века. Существует множество предположений о смысле текста, однако ни одно из них не принято всем научным сообществом. Некоторые исследователи утверждают, что весь манускрипт — мистификация. Грэг Кондрак из Альбертского университета натренировал нейросеть на переводе Всеобщей декларации прав человека на 380 языков. В результате программа могла правильно определить язык в 97% случаев. Согласно результатам работы нейросети, первое предложение рукописи переводится с иврита как «Она сделала указания священнику, человеку дома, и мне, и людям» («She made recommendations to the priest, man of the house and me and people»). Также был сделан вывод, что буквы в словах поменяны местами, а гласные пропущены. В одной из секций были найдены слова, подходящие для ботанического текста: фермер, свет, воздух и огонь. Кондрак признает, что другие специалисты по рукописи Войнича приняли его работу без энтузиазма. «Я не думаю, что они благосклонны к такому виду исследования, — говорит автор. — Люди могут бояться, что компьютеры их заменят».
Русские писатели, считавшие Петербург странным и особенным местом
«Есть бесконечность в бесконечности бегущих проспектов с бесконечностью в бесконечность бегущих пересекающихся теней. Весь Петербург — бесконечность проспекта, возведенного в энную степень. За Петербургом же — ничего нет». Андрей Белый, «Петербург» «Это город полусумасшедших... Редко где найдется столько мрачных, резких и странных влияний на душу человека, как в Петербурге...». Ф.М. Достоевский «За этот исторически ничтожный срок своего существования Петербург накопил такое количество текстов, кодов, связей, ассоциаций, такой объем культурной памяти, что по праву может считаться уникальным явлением в мировой цивилизации». Ю. М. Лотман «Объясняйте это как хотите, но в Петербурге есть эта загадка — он действительно влияет на твою душу, формирует её. Человека, там выросшего или, по крайней мере, проведшего там свою молодость, — его с другими людьми, как мне кажется, трудно спутать». Иосиф Бродский Петербург странный город: кажется, будто позавчера только встречался на Невском со знакомым человеком. А он за это время или уже Европу успел объехать и жениться на вдове из Иркутска, или полгода как застрелился, или уже десятый месяц сидит в тюрьме. Аркадий Аверченко, «Черным по белому» «Многие жители Петербурга, проведшие детство в другом климате, подвержены странному влиянию здешнего неба. Какое-то печальное равнодушие, подобное тому, с каким наше северное солнце отворачивается от неблагодарной здешней земли, закрадывается в душу, приводит в оцепенение все жизненные органы. В эту минуту сердце не способно к энтузиазму, ум к размышлению». Михаил Лермонтов, «Герой нашего времени» «С призраком долгие годы здесь бражничал православный народ: род ублюдочный пошел с островов — ни люди, ни тени, — оседая на грани двух друг другу чуждых миров. Андрей Белый. «Петербург» — Петербург — многоликий город. Видите: сегодня у него таинственное и пугающее лицо. В белые ночи он очаровательно воздушен. Это — живой, глубоко чувствующий город. Клим сказал: — Вчера я подумал, что вы не любите его. — Вчера я с ним поссорилась; ссориться — не значит не любить. Максим Горький, «Жизнь Клима Самгина» Есть в Ленинграде жесткие глаза и та для прошлого загадочная немота, тот горько сжатый рот, те обручи на сердце, что, может быть, одни спасли его от смерти. Илья Эренбург Мы, провинциалы, устремляемся в Петербург как-то инстинктивно. Сидим-сидим — и вдруг тронемся. Губернатор сидит и вдруг надумается: толкнусь, мол, нет ли чего подходящего! Прокурор сидит — и тоже надумается: толкнусь-ка, нет ли чего подходящего! Партикулярный человек сидит — и вдруг, словно озаренный, начинает укладываться... Как будто Петербург сам собою, одним своим именем, своими улицами, туманом и слякотью должен что-то разрешить, на что-то пролить свет. Что разрешить? Михаил Салтыков-Щедрин
© 2015 — 2024 stakanchik.media
Использование материалов сайта разрешено только с предварительного письменного согласия правообладателей. Права на картинки и тексты принадлежат авторам. Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 16 лет.
