Мини-сериал «Чернобыль» канала HBO (2019) правдоподобно и жутко показывает события апреля 1986 года. Главный герой сериала — академик Валерий Легасов, изобретательный и бесстрашный учёный, чей вклад в ликвидацию аварии нельзя переоценить, и чьё расследование пролило свет на все те проблемы, которые многие хотели бы оставить в тайне. Он прожил всего два года после Чернобыльской катастрофы и умер при крайне странных обстоятельствах. Рассказываем о судьбе Валерия Легасова и о пути, который привёл его к печально известному четвёртому энергоблоку, а потом и к смерти. Курчатовский институт С детства Валерий Алексеевич Легасов тяготел к науке и потому окончил школу с золотой медалью — кстати, теперь эта московская школа носит его имя. После этого Легасов поступил на инженерно-физико-химический факультет МХТИ, где и решил стать исследователем в области атомной промышленности. В конце обучения он дипломировался в Институте атомной энергии имени Игоря Курчатова, и его дипломная работа настолько понравилась академику Исааку Кикоину, одному из основателей института в должности замдиректора, что он уговаривал Легасова остаться в аспирантуре. Аспирантура и в самом деле входила в планы молодого учёного, но не сразу после выпуска — ранее Валерий предложил университетским друзьям поехать практиковаться в Томскую область, в закрытый город Томск-7, он же Северск, где вот-вот собирались запустить радиохимический завод. Там Легасов провёл два года, и только спустя это время начальству удалось «выдернуть» его в Москву, для прохождения аспирантуры. Валерий Легасов вернулся в Курчатовский институт и надолго связал с ним свою жизнь. Учёный рассматривал проблему газофазных ядерных двигателей, которые существовали на бумаге, но их практическому применению мешала сама их природа — в них должен был использоваться газообразный гексахлорид урана, раскалённый до чудовищных температур. Легасов наработал огромный материал, из которого получилась бы блестящая кандидатская диссертация, но вдруг услышал от товарища про удивительные опыты канадских учёных, которым впервые удалось получить истинное соединение ксенона, что доказывало — инертные газы могут образовывать соединения. Легасов немедля сменил курс и начал изучать синтез соединений благородных газов, чему и посвятил свою диссертацию. Спустя пять лет после окончания института Валерий Легасов стал кандидатом химических наук, а спустя десять лет — доктором. Он сделал огромный вклад в развитие химии соединений благородных газов — почти такой же по значимости, как и у фактического основателя дисциплины, Нила Бартлетта, а фамилии их обоих увековечены в названии эффекта Бартлетта-Легасова. Благодаря своим заслугам Легасов быстро утвердился в научном сообществе, стал заместителем директора Курчатовского института и в 45 лет стал членом Академии Наук СССР — одним из самых молодых академиков в истории этого учреждения. Но вскоре Легасову предстояло сменить поле деятельности. 26 апреля 1986 года взорвалась активная зона реактора четвёртого энергоблока Чернобыльской ядерной электростанции. Ликвидация последствий Как только «ударная волна» событий долетела до высшего советского руководства, началась подготовка комиссии по ликвидации последствий. Возглавил её Борис Щербина, заместитель председателя Совета Министров СССР. И когда ему потребовался специалист, разбирающийся в ядерных реакторах, он обратился в Курчатовский институт, колыбель советской атомной энергетики. Конечно, Легасов разбирался в ядерных реакторах, но среди сотрудников института были куда более профильные специалисты, многие из которых и сами создавали реакторы. Дочь академика была уверена, что он просто оказался «крайним», ведь мало кому хотелось руководить ликвидацией, которая была процедурой опасной и, весьма вероятно, безнадёжной. Хотя есть версия, что Легасов был единственным крупным учёным института, которого можно было сей же час усадить в самолёт и спецрейсом отправить на место аварии, а все прочие были недоступны. Впрочем, один веский повод назначить именно Легасова был. Он ещё в 70-е годы начал изучать системы безопасности в надежде их усовершенствовать и таким образом предупредить техногенные катастрофы. Так что, когда случилась одна из самых страшных техногенных катастроф, назначение Легасова выглядело куда более логичным. Когда Щербина и Легасов прибыли к ЧАЭС, пожарные уже потушили основной огонь, и к тому времени стало ясно, что защитные графитовые блоки (точнее — их осколки) продолжают гореть. Сам по себе этот пожар был не столь опасен, а вот улетающие вместе с дымом радионуклиды могли заразить огромную территорию. И гореть такое графитно-урановое месиво могло до 100 дней, если его не потушить. Что ещё хуже, графит перестал выполнять свою функцию — поглощение нейтронов, и теперь они либо бесконтрольно «подогревали» ядерное топливо, либо улетали на свободу. Габариты станции и радиация не позволяли просто залить сверху воду или пену, поэтому Легасову пришлось проявить свою изобретательность. После консультаций с коллегами из Курчатовского института — теперь, когда вся ответственность легла на Легасова, они с удовольствием помогали советами — было принято решение засыпать в «жерло» разрушенного реактора карбид бора, неплохо поглощающий нейтроны. 40 тонн карбида бора, к счастью, оказались на складе и ещё не были заражены, как многие другие материалы — например, железная дробь, которую позднее планировали также засыпать в реактор. После внедрения карбида бора Легасов задумался о температуре в расплавленном ядре и о том, как бы её стабилизировать. Точные значения даже не были известны, ведь тепловизоры на вертолётах страдали от излучения и показывали неточные данные. Поначалу Легасов решил засыпать ядро той самой железной дробью, упомянутой ранее, и заставить ядерное месиво тратить энергию на расплав железа, а не на подогрев самой себя, но с дробью уже было невозможно работать. Да и оставался риск, что температура недостаточно велика и дробь просто закатится в щели и не расплавится. То ли дело свинец, который легко плавится и способен экранировать излучение. Академик Легасов организовал доставку и сброс 2400 тонн свинца в реактор — и в мае 1986 года из охотничьих магазинов начисто пропала свинцовая дробь. Следом в реактор летели тонны доломита, который прикрыл самые горячие точки, способные испарить свинец. Сброс материалов продолжался до 2 мая, а 9 числа в реактор напоследок уронили ещё 80 тонн свинца. Эвакуация К тому времени соседний с ЧАЭС город Припять опустел. И тоже не без помощи Легасова — он сумел убедить комиссию, что пора эвакуировать людей уже на второй день после аварии. Согласно существовавшим нормам, местные власти могли начать вывоз людей, если есть шанс получения общей дозы в 25 рентген, а при значении в 75 рентген эвакуация становилась обязательной. Легасов и его коллеги объяснили, что дожидаться таких показателей не стоит. Решение об эвакуации было принято поздно вечером 26 апреля, а к двум часам дня 27 апреля в городе не осталось никого, кроме коммунальщиков и работников ЧАЭС. Потом вывезли жителей всех окрестных населённых пунктов в радиусе 30 километров — в сумме с обитателями Припяти территорию покинули 116 тысяч человек. Так появилась легендарная «зона отчуждения». Время шло, и состав комиссии менялся, чтобы не подвергать людей слишком долгому присутствию в зоне аварии. Щербина и многие другие чиновники уехали, но Легасов остался, чтобы завершить начатое — несмотря на то, что уже 5 мая у него проявились симптомы лучевой болезни («ядерный загар», выпадение волос), а 15 мая к ним прибавились кашель и бессонница. В общей сложности Легасов проработал 4 месяца в опасной близости от четвёртого энергоблока, хотя дольше двух недель никому нельзя было там задерживаться. «Из тех, кто работал на месте катастрофы, он был единственным учёным. Он прекрасно понимал, на что идёт и какие дозы получает. Но иначе невозможно было оценить масштаб катастрофы. Издалека понять, что происходит, было нельзя. Чувство ответственности гнало его вперёд. Нужно было быстро принимать решение, а советоваться ему было не с кем. Да и времени не было на советы» — Инга Легасова, дочь Валерия Легасова; в интервью «МК» Укрощение «мирного атома» продолжалось. Легасов организовал рытьё тоннеля под реактором, чтобы заложить там охладительные системы с жидким азотом — всё для того, чтобы расплавленная масса, «кориум», не прожгла бетон и не попала в грунтовые воды. А те, кто хуже разбирался в ядерной энергетике, уже опасались проявления «Китайского синдрома», про который говорилось в одноимённом фильме — мол, ядерное топливо способно прожечь всю планету до самого Китая. Смешная глупость в сравнении с реальной опасностью. Попади материал в грунтовые воды — были бы отравлены все ближайшие реки, включая Припять, которая впадает в Днепр, который впадает в Чёрное море. Не 30-километровый пятачок, а целый регион опустел бы на долгие годы, если не навсегда. К счастью, ядерная лава свободно растекалась по подвалу станции и теряла температуру, но здесь стоило перестраховаться. В другом месте горящая масса могла попасть в баки с водой, что привело бы к паровому взрыву и выбросу такой тучи радиоактивной дряни в воздух, что накрыло бы половину Европы. Но за спасение от этой напасти стоит благодарить в первую очередь трёх добровольцев из персонала ЧАЭС, которые спустились в затопленные помещения и вручную открыли шлюзы, чтобы откачать воду. Эта троица шла на верную смерть, но двое из них живы по сей день. Как будто даже неумолимая, бесстрастная радиация отступила перед мужеством этих людей. В июне 1986 года начались работы по сооружению объекта «Укрытие» — того самого бетонного саркофага, без которого мы уже не можем себе представить ЧАЭС. Но это уже заслуга других людей, ведь ситуацию удалось взять под контроль, и Валерий Легасов всё больше себя посвящал другой стороне Чернобыльской аварии. Он расследовал, почему случилось то, что считали невозможным — взрыв реактора РБМК-1000. Причины катастрофы Уже в августе 1986 года Валерий Легасов выступал на заседании МАГАТЭ в Вене. Пять часов академик читал доклад зарубежным и советским коллегам, и ещё час отвечал на вопросы. Учёному удалось выяснить причину, которая привела к взрыву. «Там ситуация была действительно непростая. Ехать на совещание МАГАТЭ должен был тоже не он, вызывали руководителя государства. О том, что произошло в Чернобыле, должен был докладывать Горбачев. Но, насколько я знаю, Михаил Сергеевич сказал, что пусть едет учёный, который принимал участие в ликвидации последствий аварии. Над докладом работала целая группа специалистов. Он готовился у нас на глазах. Отец часто брал документы домой. Несколько дней у нас дома оставались ночевать учёные и специалисты. Отец многократно проверял все цифры. Он лично должен был убедиться, что все они абсолютно правдивые. Доклад получился очень подробный и очень честный» — Инга Легасова, дочь Валерия Легасова В ту роковую ночь персонал четвёртого энергоблока проводил испытания турбины. Легасов утверждал, что ради более скорого завершения тестов работники станции «забыли» про регламент и даже отключили некоторые системы защиты — в том числе защиты по уровню воды и давлению пара, а также системы защиты от максимальной проектной аварии, чтобы избежать её ложного срабатывания. А до этого инженеры понизили оперативный запас реактивности (суммарной силы реакций деления атомов, если упростить), причём куда ниже разрешённой величины, и поэтому поглощающие стержни аварийной защиты, на которые так надеялись ядерщики, не сработали как надо. Кроме того, сам РБМК-1000 содержал конструктивный недостаток, связанный с паровым коэффициентом реактивности, то есть выделением горячего пара, который крутит турбины. Согласно расчётам, он должен был быть отрицательным, но в критический момент оказался резко положительным. Началось интенсивное парообразование, топливные элементы перегрелись и разрушились, ведь вокруг не было воды, которая должна забирать тепло. Следом запустились экзотермические реакции с цирконием, из которого сделаны многие элементы активной зоны, что привело к выделению водорода и оксида углерода, а позднее, когда активная зона из-за растущего давления разгерметизировалась, внутрь попал кислород, прореагировал с водородом, что и могло привести к взрыву. Впрочем, и без этой реакции всё было плохо: давление разрушило верхнюю панель активной зоны, которая полностью лишилась воды, а без неё цепная реакция вышла из-под контроля. Легасов пришёл к пугающему выводу, что персонал недостаточно хорошо понимал процессы, протекающие в активной зоне реактора, а потому потерял чувство опасности. В результате реактор достиг нерегламентного состояния и взорвался. Но позже Легасов обратил внимание на другой вопрос, важный для всего человечества — проблему безопасности атомных станций. Он, как человек науки, не мог и думать о возврате промышленности к использованию ископаемого топлива и потому ещё сильнее настаивал на том, чтобы риски эксплуатации сводились к минимуму. Их игнорирование приводит к авариям наподобие Чернобыльской, а именно — сама конструкция РБМК-1000. Реактор создавался в то время, когда советское руководство вдруг поняло, что ископаемым топливом не получится обеспечить всю индустрию, и разработки в ядерной энергетике шли ускоренными темпами. Из-за этого РБМК строился без защитного корпуса, в который обычно «упаковывают» реакторы. В отличие от них, РБМК был защищён лишь конструкциями самого здания, чего в случае с Чернобылем оказалось недостаточно, и поэтому продукты реакций попали в воздух. «После возвращения из Чернобыля у него взгляд стал потухшим. Он сильно похудел. На фоне сильнейшего стресса не мог есть. Он понимал масштаб трагедии и ни о чём другом, кроме чернобыльской катастрофы, думать не мог. За несколько лет до этой страшной аварии на заседании физической секции Академии наук СССР, когда шло обсуждение конструкции ядерных реакторов, отец предлагал сделать для них защитный колпак. Его предложение не восприняли всерьёз. Сказали, какое, мол, ты отношение имеешь к ядерной физике? После чернобыльской катастрофы он понимал, что если бы тогда ему хватило ресурсов доказать свою правоту, то последствия аварии не были бы такими ужасными» — Инга Легасова, дочь Валерия Легасова Кроме того, РБМК был слишком сложен, запутанная сеть из трубопроводов затрудняла эксплуатацию, и даже помещения здания ЧАЭС не соответствовали чертежам, ведь их меняли «на ходу», чтобы подстроиться под реактор. Наконец, Легасов считал ужасающей ошибкой доступность систем безопасности для всего персонала, из-за чего многие из них оказались отключены — по мнению академика, аварийные системы на атомной станции требуют не меньшей, а то и большей защиты, чем у ядерного оружия (для доступа к нему как минимум двум офицерам необходимо одновременно повернуть ключи). Почёт, опала и смерть Все думали, что доклад Легасова примут негативно, а Советский Союз закидают судебными исками, но честность и профессионализм профессора склонили враждебных членов МАГАТЭ на его сторону. В странах Запада Валерия Легасова носили на руках (фигурально, ведь он покидал СССР совсем ненадолго) и даже назвали человеком года. Как ни странно, именно это и погубило его карьеру. Откровенность Легасова возмутила руководство, ведь он разгласил очень и очень многие данные, которые разглашать не хотелось. Из-за этого Горбачёв вычеркнул Легасова из списка приставленных к наградам за ликвидацию. «Почему-то считается, что отец расстраивался, что его не наградили. Но у него не было по этому поводу никаких переживаний, потому что он не был честолюбивым. Он был человек дела, действия и результата. Хотя у него были и правительственные награды, и госпремии» — Инга Легасова, дочь Валерия Легасова А коллеги, если верить свидетельствам родственников Легасова, стали питать зависть к нему из-за его популярности на Западе. Директор Курчатовского института Александров, напротив, хотел назначить Легасова своим преемником на посту, но остальной коллектив воспротивился — как это химик-неорганик будет командовать Институтом ядерной энергии? Потом Легасова не переизбрали в научный совет института, а на самого академика посыпались упрёки, от которых он сильно переживал. На одном заседании кто-то сказал, что «Легасов не следует принципам и заветам Курчатова» и тут же, вероятно забыл об этом, а вот самого учёного такие подколки задевали очень глубоко. Кроме того, он разделял вместе со всеми учёными Курчатовского института вину за произошедшее, ведь РБМК-1000 был разработкой именно этого учреждения. «После чернобыльской катастрофы отец многое переосмыслил. Он был патриотом, тяжело переживал за произошедшее, за страну, за людей, которых коснулась авария. Он переживал за нерождённых детей, брошенных в зоне отчуждения животных. Это растревоженное милосердие, которое ему было присуще, видимо, и жгло его изнутри» — Инга Легасова, дочь Валерия Легасова Спустя ровно два года после Чернобыльской аварии академик Валерий Легасов был найден повешенным в своей московской квартире. На следующий день он должен был выступать на заседании и озвучить итоги своего расследования. Вместо этого учёный записал свои воспоминания о событиях вокруг ЧАЭС на пяти аудиокассетах и покончил с собой. Естественно, вокруг этой трагической смерти появились мифы. Кто-то уверен, что Легасову «помогли» уйти из жизни, но в этом, в сущности, не было необходимости. Валерий Легасов всё больше страдал от депрессии. Нападки коллег причиняли ему чудовищную боль, которую ничто не могло унять. А кроме этого, его мучили вполне реальные боли от последствий аварии на ЧАЭС. У него не было ожогов и кровавой рвоты, но изнутри его упорно точила хроническая лучевая болезнь, разрушая костный мозг и другие важные органы. Из-за этого Легасов порой подолгу лежал в больнице. А однажды вечером он принял лошадиную дозу снотворного — смертельную, если бы врачи не успели его откачать. Сам академик объяснил свой поступок мучительной бессонницей, однако сам он, как блестящий химик, не мог не понимать последствий. «Мы понимали, что человек уходит из жизни. Отец постепенно перестал есть, перестал спать. Сильно похудел. Лучевая болезнь — страшная вещь. И отец прекрасно понимал, как он будет уходить, как это будет мучительно. Наверное, он не хотел быть в тягость маме. Он её обожал. До последнего дня писал ей стихи, признавался в любви» — Инга Легасова, дочь Валерия Легасова Нельзя сказать, что Валерия Легасова убили. Или даже довели до самоубийства. Но вокруг него создали такую неприятную атмосферу, такой «вакуум», как он сам говорил своим друзьям, что в ней было почти невозможно дышать. Настолько невыносимую среду, что один из лучших учёных своего поколения предпочёл собственноручно оборвать свою жизнь в возрасте 51 года, когда карьера у светил науки только входит в расцвет. Автор: Евгений Баранов Источник: DTF
Читайте также
Вещи, которые стоит держать в секрете
Исследователь восточной культуры Вячеслав Рузов в своей очередной статье обратился к опыту индийских мудрецов. Он рассуждает о том, что такое тайна и о чем на самом деле не стоит распространяться на публике. 1. Первое, о чем не следует распространяться — это свои далеко идущие планы. Помалкивайте до тех пор, пока этот план не исполнится. Любые наши идеи не только не идеальны, в них огромное количество слабых мест, по которым очень легко ударить и все разрушить. 2. Второе — не стоит делиться тайной о своей благотворительности. Благое дело — большая редкость в этом мире, и именно поэтому ее надо беречь как зеницу ока. Не нахваливайте себя за хорошие дела. Подобное отношение может быстро привести к гордыне, а это не самое лучшее качество, согласитесь? 3. Третье — не стоит выносить вашу аскетичность на публику. Не рассказывайте налево и направо о ваших ограничениях в питании, сне, сексуальных отношениях и т.д. Аскеза физическая приносит пользу только если она гармонирует и с эмоциональной составляющей. 4. Четвертое, о чем следует помолчать — это о своем мужестве, героизме. Все мы сталкиваемся с разным родом испытаний каждый день. Кто — то получает испытания внешние, а кто — то внутренние. Внешние испытания видны, поэтому за них люди получают награды, но преодоление внутренних испытаний никто не замечает, поэтому и наград за них никаких не присваивают. 5. Пятое, о чем не стоит распространяться, — это о своей духовной просвещенности. Она лишь ваша, и никого не стоит в нее посвящать. Раскройте ее другим в том случае, когда она станет действительно нужна не только вам, но и окружающим. 6. Шестое, чем не стоит особенно делиться с другими, — это ваши домашние конфликты и семейная жизнь. Запомните: чем меньше вы говорите о проблемах в своей семье, тем она будет крепче и стабильнее. Ссора — это избавление от негативной энергии, которая накопилась в процессе общения. Чем больше вы говорите о своих проблемах тем больше вы в них верите. 7. Седьмое, о чем не стоит говорить, — это о некрасивых словах, которые были от кого-то услышаны. Можно запачкать на улице ботинки, а можно запачкать сознание. И человек, который, придя домой, рассказывает все, что он услышал глупого по дороге, ничем не отличается от человека, который пришел домой и не снял обувь.
Суровая правда
Плохая новость: Если кто-то из тех, кого вы по каким-то загадочным причинам считаете своим близким человеком, находит множество причин, чтобы вас не видеть, говоря, что дико занят, в цейтноте и вообще очень устает — значит, вы близки настолько же, насколько Питер близок к Урюпинску, причем как географически, так и культурно. Хорошая новость: Вам больше не нужно искать причины для того, чтобы продолжать считать этого человека своим близким. Вы можете легко и с вдохновением послать его и больше не вспоминать, освободив тем самым время и энергию на что-то действительно ценное, нужное или хотя бы приятное. Это принято говорить про мужиков, но вообще справедливо для человеческой популяции в целом: если ты хочешь чего-то или кого-то, ты найдешь на него и время, и силы, даже если ты тысячу раз занят, устал и вообще сдох. Вы все прекрасно это знаете, но признавать не хотите. Потому что с признанием этого факта придется признать еще один: у вас гораздо меньше близких людей и тех, кому на вас не плевать, чем вам хотелось бы думать.
Горькая правда о тридцатилетних
Если вы родились в 80-е годы и считаетесь зрелыми людьми, то этот текст про вас. Вы каждый день ходите на работу, но до сих пор не заработали баснословных денег? Рутина не приносит радости, и вы уверены, что рождены для лучшей доли? Тогда слушайте о себе правду и ничего, кроме правды… 1. Ловушка высоких притязаний, или почему мы никогда не будем счастливы Поколение наших бабушек редко мечтало о принцах, заграничных курортах или даже о бокале мартини. Все это казалось недосягаемой роскошью. Бабушки радовались мирному небу, возможности заработать на кусок хлеба, стабильной работе. Радовались, в принципе, практически любому мужу — из тех лет пришло знаменитое: «лишь бы не пил и не бил». А большую часть оставшегося от тяжелого труда и рождения детей времени они тратили на то, чтобы создать уют, как говорит Минаев, «из говна и паутинки». Наше поколение не помнит тех голодных времен. Сегодняшние тридцатилетние даже не помнят толком тягот 90-х: их они встретили детьми. Поэтому многие притязания современных внучков бабушкам кажутся «зажратостью». Внучки не хотят работать на заводе или на стройке. Они вообще работать не хотят — пусть гастарбайтеры трудятся. Мужчины мечтают быть олигархами, сидя на жопе ровно, работать руками не хотят, с презрением относятся к работе. Они лучше будут полдня играть в компьютер на должности менеджера, чем впахивать руками. Женщины еще хуже. Они обленились вконец. Идеальной успешной считается бездельница, паразитирующая на олигархе, содержанка. Причем в содержанки ломятся кто ни попадя, игнорируя все законы спроса и предложения. Рынок перенасыщен хищными бездельными бабищами. Конечно, поставив себе нижней планкой Брэда Питта, они никогда не будут счастливы. Вокруг всегда будут «одни козлы». Сравните тучные 2000-е и даже сегодняшнюю турбулентность страны со всеми остальными годами в ее истории с начала века. Объективно, жить стало лучше и легче. Субъективно — отовсюду раздается реквием по надеждам. Это стонут непризнанные гении. Непризнанные и самопровозглашенные. Никто не хочет быть проще. 2. Пресыщенность Еще одной причиной всех наших несчастий я объявляю пресыщенность. Помните, какой вкусной кажется в походе тушенка с картошкой на углях. А теперь сравните это с тем чувством, которое мы испытываем в ресторане, когда мохито уже задолбал, а мартини рояле не оказалось в наличии. Бары уже не знают, чем нас удивить. Осьминоги в каждом супермаркете. Там же экзотические фрукты, алкоголь рекой… Мы зажрались, господа. Мы слишком много и вкусно жрем, нам слишком легко все достается. Мы не ценим шмотки из прошлой коллекции, забывая, как наши бабушки штопали носки. Мы ноем, что нам плохо в комфортных автомобилях с «кондеем». Мы вообще всегда ноем и жрем. Нам вечно мало, ничего не удивляет. Чтобы быть счастливым, надо себя ограничивать. Не зря в любой религии существует пост. Чем человек голоднее, тем вкуснее еда. Чем человек «зажратее», тем еда безвкуснее, а душа несчастнее. 3. Эгоизм Нас почему-то воспитывали так, что нам все должны. Мы не ходили в школу за 5 километров, вгрызаясь в гранит науки. Учителя в клювике приносили нам знание. Мы не помогали родителям в поле — нас всегда обеспечивали горячим завтраком. Многие из нас не хотят детей. А зачем заботиться о ком-то? Инфантильные мужчины ждут заботливую «мамочку». Женщины ждут умственно отсталого олигарха, чтобы запрыгнуть ему на шею и не работать. Никто не хочет делать, дарить, отдавать! Кто мы, господа? Кто, если посмотреть правде в глаза? И чего мы достойны на самом деле? Морена Морана
Нужно только набраться смелости...
Мужчина и женщина, умеющие серьезно и честно разговаривать — лучшие психологи друг для друга. Вся эта заумная психология отношений совершенно не нужна, если с близким человеком можно открыто поговорить и прояснить происходящее. Чего ты хочешь, чего я хочу, чем ты живешь, чем я живу, что ты от меня ждешь, что я от тебя жду — элементарные вопросы, которые отметут половину всех проблем и обычных неурядиц. Нужно только набраться смелости, чтобы начать об этом говорить. Вадим Куркин
9 рецептов лечения хорошей литературой
1. Трое в лодке, не считая собаки - Джером К. Джером Рецепт: чай, рисовый пудинг, проза Джерома. Принимать не менее двух раз в день. 2. Вино из одуванчиков - Рэй Брэдбери Читать, пить, вдыхать, по три-четыре главы в день. Лекарство от всего. 3. Сто лет одиночества - Габриэль Гарсиа Маркес Попробовать при бессоннице. На многих действует как хорошее снотворное. 4. Шоколад - Джоанн Харрис Принимать при окончательно заевшей серой действительности для развития фантазии и повышения настроения. Осторожно! Препарат в больших количествах вызывает привыкание. 5. Моя семья и другие звери - Джеральд Даррелл Действующее вещество - экстракт из солнца Греции, аромата свободы, юмора и потрясающих рассказов о животных и людях. 6. Жареные зеленые помидоры - Флэгг Фэнни Увеличивает веру в добрых людей, а также действует как хороший чай с лимоном - согревает, при этом вкусно и полезно. 7. Магазинчик на Цветочной улице - Дебби Макомбер Хорошая, добрая книжка-таблетка. Если начать читать в состоянии крайней усталости после рабочего марафона, устроившись с чашкой какао на диванчике под теплым пледом, то через 30-50 страниц станет хорошо и тепло на душе. 8. Анжелика и её любовь - Анн и Серж Голон Замечательное лекарство от хандры. Начинаешь верить в то, что если любовь настоящая, то она действительно преодолеет все. 9. Унесенные ветром - Маргарет Митчелл Советуем при тоскливой погоде и печальном настроении. Принимать в любом количестве до полного излечения. Противопоказаний и побочных эффектов не обнаружено.
Истории на дорожку №62
В отличие от маленькой сестры (разница в семь лет) в детстве сильно боялась грозы. До панического ужаса, который мог захлестнуть меня с головой и заставить дрожать где-нибудь дома под плотным пледом и обязательно с закрытыми окнами, выключенными приборами и всем, что там полагается. Но гроза, как вы понимаете, не всегда начинается тогда, когда ты сидишь дома. И вот, гремит гром. Я, пораженная первобытным страхом, замерла и посмотрела на небо. Да, там туча, а значит это гроза, а не, например, грузовик. Оглядываю двор. А там моя сестрёнка играет... Уверенная почему-то, что со взрослыми в грозу ничего не бывает, и не вняв бабушкиному: "да она ещё далеко!" - я попыталась уговорить сестру тут же бежать домой. А когда это не удалось, нагло потащила её за ручку. Так моя мама поняла, что сестру я люблю. А бабушку, которая сидела на лавочке, получается, что не очень... ***** Мы вместе с мужем почти два года, женаты шесть месяцев. У меня работа в областном центре, у него - в области, расстояние 150 км. Муж приезжает домой на выходные. Каждый четверг я готовлю для мужа ужин, и это целый ритуал. Еще в среду я начинаю придумывать какой-то салатик, что-нибудь на горячее. А пятница (день его приезда) - это праздник, ПРАЗДНИК. Как-то решили сделать наоборот: не он ко мне приедет, а я к нему... На ужин я получила сало с чесноком и шампанское, а потом мне было предложено прогуляться. На улице +12 градусов, ветер северный метров 7-9 (и это в июле). Я, как дура, соглашаюсь. Иду, сопли морожу минут 20, но самое главное - я абсолютно счастлива. Наверное, это любовь:) ***** Выходишь вечером мусор вынести, а тебе крик знакомого соседа с первого подъезда: - Эй, давай сюда быстрее! Идешь по хрустящему снегу с пустым ведром к соседнему подъезду в тапках и в трико – постоять! Там трое - трясутся от холода, двое мимо проходили, и один тоже с ведром. Постоять и попросту поговорить, пообщаться, узнать самые свежие и действительно нужные новости. И тут выясняется, что в -10 совсем и не холодно. Узнаешь то, ради чего прожил день. Где перестрелка была, у кого на улице шапку сняли, где сегодня (да и вообще) одному лучше больше не ходить. Опять нас соседние кварталы подвинули. Хочется слушать дальше и дальше. Помню час так простоял, простыл, конечно. Уж очень нужная была информация, а сейчас? ***** Наверно, у всех есть/был такой преподаватель, когда смеется со всей группой над твоим ответом, а через минуту ставит "2" в журнал. Скажем, он был очень жадным на отметки. Вот и у нас был, старичок лет за 70, старой закалки, со скрипящим смехом, как будто не смазанные, 40-летние, железные двери открываются. Старичок, у которого где-то в подсознании еще живет немного чувство юмора, курсе на 2, преподавал у нас уголовный процесс. Каждую пару Дима садился перед ним, чтобы хоть как-то запомниться за 1 год преподаваемого предмета, т.к. знаний и желания учиться было у него "так себе". И вот, через 1 год, настало время консультации перед экзаменом. Пришел преподаватель, сел за стол, окинул тяжелым взглядом нашу группу (30 человек) и томным, грубым, скрипучим голосом мееедленно сказал: "Экзамен будет долгим и тяжелым, половина из вас его не сдаст. Хорошо сдаст только Дима". Видя блестящие от счастья и недопонимания глаза Димы, чуть позже добавил: "Хехе, шучу. Не сдаст". P.S. Все сдали с первого раза. Даже Дима. ***** То чувство, когда в девять утра едешь в общественном транспорте домой, закрываешь глаза, прислонишься к стеклу и сквозь дрему слышишь от только что вошедших: "Вот, сидит, даже место женщине с сумкой не уступит. Наркоман, наверное". А ты всего лишь врач-реаниматолог, который последние 24 часа вытаскивал молодого парня с того света... Не судите о том, чего вы не знаете.
Истории на дорожку №58
История эта случилась лет 15-20 назад. Возвращалась моя мама на метро домой. А надо сделать отступление, что в отличие от меня, реакция у неё мгновенная даже сейчас. Что неоднократно её выручало в жизни. Так вот, идёт она по платформе, и вдруг замечает, что несколько впереди неё бежит махонькая девчушка. Может два годика или около того. А сзади её безуспешно пытается словить мамашка, всем своим видом доказывая известную древнегреческую апорию, почему быстроногий Ахиллес никогда не догонит черепаху. Иными словами, постоянно ловит воздух на том месте, где секунду назад был детёныш. А детёныш тем временем уже направляет свои нетвёрдые ножки прямо в сторону края платформы, до которого остаётся совсем немного. Это я сейчас так долго рассказываю, а в реальности всё это заняло секунды. Мать никак не успевала перехватить этот колобок. Единственно, что она могла, это закричать. И она мгновенно отреагировала, крикнув - "Куклы!". И... девчушка остановилась в сантиметрах от края, закрутила головёнкой, и тут же была настигнута и крепко сцапана бледной как смерть мамашкой! Мать потом рассказывала, что некоторые прохожие подумали, дескать тётка сбрендила совсем. Но они же не видели развития ситуации. А почему ей в голову пришло крикнуть именно так, мать и сама не могла потом ответить. ***** На прошлом месте работы я была массовиком-затейником. Упросили меня к 14 февраля поставить ящик для валентинок. "Почта любви" и все такое. Мол, спрос на такое будет бешенный. Я украсила коробку сердечками/блестючками и написала коллегам письмо об эксклюзивной возможности выразить свои чувства. Вечером я вскрыла ящик, чтобы раздать почту. Внутри лежала одна-единственная шоколадка от Тони для Кати. ***** В середине 90-х окончил я среднюю школу. 11 классов. Сразу никуда не поступил, раздолбайничал целый год. Но что-то надо было предпринимать. Один знакомый работал поваром в ресторане и предложил: "Иди учиться. Я тебя потом пристрою". Ну а что?! Нормальная тема в то время - отучился с гарантией трудоустройства... Поехал я, значится, в техникум поварской. Захожу в приемную комиссию, далее примерно так: - Здравствуйте! Я хочу поступить в вам на обучение. - Какое имеете образование? - Полное среднее. - Вы нам не подходите, мы берём только с неполным средним. - До свидания... Оо Вот так я не стал великим поваром. Пришлось стать среднестатистическим юристом. ***** На работе дамы сидели и пили чай. Недалеко от них работал за своим столом мой коллега. Допустим Валера. Молодой видный парень. Недавно после института. Сидит, весь по уши в работе. У дам зашел разговор о женской красоте. - Валера, вот ты скажи. Из сочетаний «миниатюрная-высокая» и «брюнетка-блондинка-рыжая» ты бы что выбрал? – Игриво улыбаясь, спросила высокая брюнетка Катя. - Да, и какой бы предпочел знак зодиака? – Слегка картавя, добавила миниатюрная блондинка Кристина. - Я бы, - не отрываясь от работы, ответил Валера, - предпочел бы жизнерадостную симпатичную толстушку. Больше дамы чай возле Валеры не пили. ***** Племянник принес неодимовый магнит, я решил показать ему фокус... Выключить экран ноута, нужно было поднести магнит к датчику закрытия ноута ... экран должен был потухнуть. Я поднес и экран потух... навсегда.
Недоверие к чужакам. Кому мы доверяем больше?
Канадские психологи показали, что участие в групповых ритуалах способно провоцировать недоверие к людям, которые их не практикуют. Оказалось, что такой эффект имеют даже те ритуалы, за которыми не стоит никакой идеи. Исследование опубликовано в Psychological Science. Известно, что люди склонны объединяться в группы на основании различных признаков, чтобы противостоять другим группам. Это утверждение иллюстрируют как религиозные и государственные объединения, так и субкультурные течения. Чтобы поддержать единство своих сообществ, люди должны явно его демонстрировать: регулярно собираться вместе, использовать специальный язык, носить особую одежду, совершать одинаковые действия на постоянной основе и тому подобное. Психологи из Университета Торонто поставили перед собой вопрос: может ли быть так, что эти действия отвечают не только за поддержание единства группы, но и за возбуждение различных форм отчуждения, недоверия и враждебности по отношению к «другим»? Для того чтобы ответить на него, они поставили серию экспериментов, в ходе которых незнакомые друг с другом добровольцы должны были участвовать в искусственно сконструированных ритуалах, которые ничего не означали. В первом эксперименте 100 человек разделили на две группы. Участники первой группы в течение недели должны были повторять комплекс простых движений: поднимать руки перед собой, наклонять голову и моргать. Вторая группа, контрольная, ничем подобным не занималась. По истечении недели ученые собрали всех добровольцев вместе и попросили участников первой группы повторить комплекс «ритуальных» движений одновременно. Потом все 100 человек разделили на пары в случайном порядке и попросили их сыграть в игру на деньги, где, доверившись партнеру, игроки могли как потерять весь стартовый капитал, так и увеличить его. Подсчет оборота денег показал, что члены контрольной группы, не выполнявшие никаких ритуалов, доверяли всем своим партнерам примерно одинаковые суммы денег. Добровольцы же, объединенные участием в «ритуале», отдавали заметное предпочтение членам своей группы. Но, что более важно, членам контрольной группы они доверяли не просто меньше, а меньше, чем члены контрольной группы доверяли им самим. Таким образом, эксперимент показал, что участие в общем ритуале провоцирует людей не доверять «чужакам». С помощью двух дополнительных экспериментов с аналогичной выборкой и процедурой канадские психологи выяснили, что уровень доверия к «своим» и недоверия к «чужакам» зависит от количества затраченных на совместные действия усилий. В ходе второго эксперимента они попросили добровольцев из первой группы в течение недели выполнять не весь комплекс «ритуальных» действий, а только одно из них — поднимать руки перед собой. В ходе третьего эксперимента первая группа вообще не занималась никакими упражнениями в течение недели, но выполнила его один раз целиком один раз — перед началом игры на доверие. Ни в том, ни в другом эксперименте результаты первой группы не отличались от результатов контрольной группы. Проводя эксперимент в четвертый раз, ученые полностью повторили процедуру первого эксперимента с 50 другими добровольцами, но во время игры на доверие измеряли активность мозга участников на электроэнцефалографе. В результате оказалось, что участие в ритуале провоцирует включение низкоуровневых процессов в мозге, которые активируют способность человека поставить себя на место другого. Полученные данные позволяют предположить, что совместные ритуальные действия, сколь угодно бессмысленные, способны объединять людей в группу и провоцировать недоверие к «чужакам», если эти действия потребовали от участников «ритуала» значительных усилий. Два года назад швейцарские нейрофизиологи установили, что позитивный опыт общения с чужаками способен запустить в мозге человека процесс обучения, в ходе которого уровень недоверия и агрессии по отношению к посторонним и даже бывшим противникам снизится, а эмпатия по отношению к ним вырастет.
Вольтер. «Двое утешенных»
Вольтер (фр. Voltaire — анаграмма «Arouet le j(eune)» — «Аруэ младший») — один из величайших французских философов-просветителей XVIII века: поэт, прозаик, сатирик, трагик, историк и публицист. Его называют великим насмешником эпохи Просвещения. Двое утешенных Однажды великий философ Цитофил сказал отчаявшейся женщине, у которой были все основания отчаиваться: — Сударыня, королева Англии [Речь идет о Генриэтте Французской (1605 — 1669). дочери французского короля Генриха IV и жене английского короля Карла I, казнённого в 1649 г.], дочь великого Генриха IV, была столь же несчастлива, как и вы: ее изгнали из ее владений, она едва не погибла в океане во время бури, она стала свидетельницей смерти на эшафоте своего сиятельного супруга. — Мне очень жаль её,- сказала дама; и она принялась оплакивать свои собственные несчастья. — Но вспомните Марию Стюарт [(1542 — 1587) — шотландская королева; из-за возникших в ее королевстве волнений она бежала в Англию, где стала узницей английской королевы Елизаветы, продержавшей ее в заточении 18 лет и в конце концов отправившей ее на эшафот],- продолжал Цитофил.- Она всей душой любила бравого музыканта [Речь идет о связи Марии Стюарт с Давидом Рипцио (или Риччио; ок. 1533 — 1566), приехавшим в Шотландию в 1561 г. в составе пьемонтского посольства], обладавшего на редкость красивым басом. Ее муж [Мужем Марии Стюарт был в это время Генри Стюарт, лорд Дарнле (1541 — 1567). Однако любовника королевы в ночь на 10 марта 1566 г. убил не сам Дарнле, а его сторонники] прямо у нее на глазах убил ее музыканта; а потом ее добрая приятельница и добрая родственница королева Елизавета, называвшая себя девственницей, велела отрубить ей голову на плахе, обтянутой чёрным сукном, предварительно продержав ее восемнадцать лет в тюрьме. — Это ужасно жестоко,- отвечала дама и снова погрузилась в меланхолию. — Может быть, вы слышали,- не унимался утешитель,- о прекрасной Жанне Неаполитанской [(1327 — 1382) — неаполитанская королева с 1343 г. По ее приказу был убит ее муж Андреш, брат венгерского короля (1346). В ходе борьбы за неаполитанский престол Жанна была схвачена могущественным феодалом Карлом Дураццо и по его приказанию удавлена между двумя матрасами], той, что была схвачена и удавлена? — Я смутно вспоминаю об этом,- сказала дама все так же уныло. — Мне следует рассказать вам,- продолжал философ,- историю одной государыни, которая, уже на моем веку, была свергнута с престола после ужина и умерла на пустынном острове. — Я хорошо знаю эту историю,- возразила дама. — Ну что ж, в таком случае я поведаю вам о том, что случилось с другой принцессой, которую я обучал философии. Как у всякой прекрасной принцессы, у нее был любовник. Отец ее вошел к ней в спальню и застал там любовника с пылающим лицом и горящими глазами; дама тоже вся разрумянилась. Лицо молодого человека до того не понравилось отцу красавицы, что он влепил ему самую звонкую пощёчину, какую когда-либо слыхали во всем государстве. Любовник схватил каминные щипцы и так ударил по голове своего тестя, что тот едва оправился, и у него до сих пор виден шрам от этой раны. Принцесса, обезумев от страха, выпрыгнула в окно и вывихнула себе ногу, вследствие чего она теперь заметно прихрамывает, хотя вообще-то у нее восхитительная фигура. Любовник был приговорён к смерти за то, что проломил голову владетельному принцу. Можете себе представить, в каком состоянии была принцесса, когда ее возлюбленного вели на виселицу. Я подолгу беседовал с нею, когда она была в тюрьме; она никогда ни о чем не говорила, кроме своих горестей. — Почему же вы хотите, чтобы я не думала о своих? — сказала дама. — Потому, - отвечал философ, - что о них не следует думать, и потому, что если уж столько знатных дам были так несчастливы, вам не пристало отчаиваться. Вспомните Гекубу [жена троянского царя Приама, потерявшая в ходе Троянской войны всех своих детей], вспомните Ниобею [жена фиванского царя Амфиона, Ниобея имела шесть сыновей и шесть дочерей (по другим мифам — семь и семь, девять и девять, десять и десять) и очень гордилась детьми. Ниобея смеялась над Латоной, у которой было только двое детей — Аполлон и Артемида, и рассерженная богиня приказала Аполлону поразить стрелами всех сыновей Ниобеи, а Артемиде — всех ее дочерей (греч. миф.)]! — Ах! Если бы я жила в их времена,- возразила дама, - или во времена всех этих прекрасных принцесс, и если бы, чтобы их утешить, вы рассказали им о моих несчастьях, - неужто вы думаете, что они стали бы вас слушать? На другой день философ потерял единственного сына и сам едва не умер от горя. Дама составила список всех монархов, утративших своих детей, и отнесла его к философу; тот прочёл список, нашёл его весьма точным, но продолжал плакать. Спустя три месяца они свиделись опять и были удивлены, заметив, что пребывают в весьма весёлом расположении духа. Они велели воздвигнуть статую Времени и сделать на ней следующую надпись: «Тому, кто утешает.» Эта миниатюра Вольтера впервые увидела свет в 1756 г. в томе IV Сочинений писателя, издававшихся в Женеве Крамерами.
© 2015 — 2024 stakanchik.media
Использование материалов сайта разрешено только с предварительного письменного согласия правообладателей. Права на картинки и тексты принадлежат авторам. Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 16 лет.
