Искусство
 2.1K
 11 мин.

В потоке: главная техника литературы модернизма

В ХХ веке во всех отраслях человеческой деятельности пылала революция. Мир искусства и науки пошатнулся, когда новые творцы без зазрений совести стали разрушать знакомые всем идеалы и возводить собственные. Век, богатый на преобразования, подарил нам множество течений, направлений и разновидностей творчества. Эти преобразования не обошли стороной и литературу, приход модернизма в которой явил миру новые, уникальные техники и течения. Ключевой техникой литературы модернизма стал «Поток сознания». Но почему революция в искусстве была необходима? Зачем литературным деятелям понадобилось искать новые способы передачи информации и по каким принципам складываются их произведения? В этой статье мы разберем, что такое «Поток сознания», как он отражается в работах разных авторов, а также как и для чего читать подобного рода тексты. Сам термин «Поток сознания» был впервые использован американским психологом Уильямом Джеймсом в книге «Принципы психологии» (1890 г.). Исходя из определения Джеймса, поток сознания являет собой алогичный внутренний монолог; свободное ассоциативное течение мыслей в той последовательности, в которой они возникают, развиваются и перебивают друг друга. В потоке сознания мысли не цепляются одна за другую, как звенья в цепи. Поток сознания — это непрерывно текущая горная река с ее порогами и водопадами, подводными камнями и прибрежными ветвями, то и дело цепляющими протекающие мысли. Это не последовательность, а цельность. Сплошная, бесконечная череда образов, следующих друг за другом. Свежий взгляд на мыслительный процесс стал ярким маяком для развития нового литературного подхода. Модернисты подхватили идеи американского психолога и стали создавать тексты, основной содержательной частью которых стал поток мыслей персонажей. В этой технике работали Марсель Пруст, Джеймс Джойс, Вирджиния Вулф, Уильям Фолкнер и другие. Но почему в литературных кругах возник запрос на создание нового литературного подхода? На рубеже XIX–XX вв. человечество переживало сильнейший кризис культуры. Его провоцировал ряд факторов: 1. Кризис веры; снижение роли христианской доктрины, секуляризация культуры; влияние Дарвинизма. 2. Технологический прогресс; изменения в материальном образе жизни. 3. Появление новых видов искусства (фотография, кино), составляющих конкуренцию традиционному изобразительному и литературному искусству. 4. Погружение мира в череду страшных войн; всеобщее предощущение гибели мира. Революция гремела во всех отраслях человеческой деятельности. В физику пришел Эйнштейн и его теория относительности, в психологию — Зигмунд Фрейд, в философию — Фридрих Ницше, которые без зазрений совести разрушали старые, знакомые всем идеалы и возводили новые. В искусстве тоже зрела революция. Старые сюжеты, на которых держалось искусство прошлого, уже не могли отображать новую, неизвестную, враждебную, динамичную реальность. Мир слишком изменился, а потому искусство должно было последовать его примеру. Кроме того, недавно появившиеся кинематограф и фотография отнимают у искусства необходимость доподлинно изображать реальность, теперь для этого появились другие инструменты. Но что изображать искусству, если не подлинную, обозримую реальность? Конечно, реальность внутреннюю: идеи, чувства, эмоции, мысли, воссозданные в буйстве красок, эпитетов и запятых. В изобразительном искусстве появляются абстракционизм, кубизм и прочие течения. Сюжет картины теперь заменяет идея. Так, одной из самых узнаваемых картин начала ХХ века становится «Черный квадрат» Казимира Малевича, висящий в «красном углу» выставочного зала (там, где по христианским традициям висит икона), и возвещающий о том, что Бог покинул наш мир. С литературой в начале ХХ века происходят те же изменения. В новой культурной реальности она уже не может выполнять своих старых функций. Из литературы, как и из изобразительного искусства, уходит сюжетность. Она передает свое место другим инструментам. Поэтому возникновение техники «Потока сознания», как попытки разобраться со всем тем, что происходит в мире, через мысли обычных людей, вполне закономерно. Человеческое существование писатели-модернисты видят, как краткий хрупкий миг. Люди могут осознавать или не осознавать трагизм, бренность нашего абсурдного мира, и дело художника — показать ужас, величие и красоту, отраженные в вечно проносящихся друг за другом мыслях. С изменениями в литературе изменяется и подход читателя. Если среднестатистического человека попросить рассказать о его любимых книгах, то он начнет пересказывать их сюжет. Что будет логично и даже правильно, если его любимыми книгами являются «Граф Монте-Кристо», «Евгений Онегин» или, скажем, «Преступление и наказание». Но определение произведений «потока сознания» с точки зрения сюжета бессмысленно и в какой-то мере даже вредно, поскольку у потенциальных читателей может возникнуть заведомо ложное представление об этих романах. И сюжет «Улисса» Джеймса Джойса, и сюжет «Миссис Деллоуэй» Вирджинии Вулф излагается всего в паре фраз, но ничего не говорит об их сути и художественной ценности. «Поток сознания» вносит в литературу одну из главных метаморфоз, произошедших с текстом в XX веке — инверсию формы и содержания. Сюжет произведения имеет второстепенное, вспомогательное значение. В главной роли на сцену выходит форма. Писатели «потока» передают содержание сообщения формой этого сообщения. И форма в такой конструкции сама становится содержанием. Той основополагающей частью, ради которой переплет только что купленной книги при первом ее открытии издает сладостный хруст у нас в руках. Преданному читателю Джойса или Вирджинии Вулф интересно не что будет дальше, а как автор напишет дальше. Иными словами, читателю будет интересно вовсе не то, куда сюжет заведет главного героя, а то, какие слова Джойс подберет для описания этого сюжета, как расставит буквы и запятые. Форма текста — вот самое главное. Поэтому, взяв в руки модернистское произведение, стоит откинуть любые ожидания, во избежание дальнейших разочарований. В нашей статье остался главный вопрос: как различные авторы воплощали технику потока сознания в своих произведениях? Джеймс Джойс был одним из главных экспериментаторов ХХ века. Его роман «Улисс» увековечил технику «Потока сознания» в истории литературы. Определений у «Улисса» было гораздо больше, чем читателей, дошедших до конца. Поскольку высказывался о нем каждый, а вот дочитывали немногие. Это колоссальный, всеобъемлющий, до предела интертекстуальный роман. Это монументальное произведение, в котором автор стремится проникнуть в подсознание своих героев, восстановить поток их мыслей, чувств, ассоциаций. Древнегреческий миф о странствиях Одиссея претворен в историю об обычном жителе Дублина, странствующего не по морским водам, а по улицам города. Каждый из ключевых персонажей романа Джойса сопоставляется с ключевыми персонажами «Одиссеи». Роман поделен на 18 эпизодов, в каждом из которых автор уникальным образом экспериментирует с формой и языковым воплощением. Джойс в мельчайших подробностях описывает, что делали герои, о чем они думали, передает поток их сознания, стремится проследить независящие от сознания импульсы, которые движут ими, пытается вскрыть сложность присущих каждому из героев психологических и эротических комплексов. Десятки страниц воспроизводят беспорядочный ход мыслей Блума, Мэри и Дедала. Джойс отказывается от знаков препинания, местами не употребляет заглавные буквы, использует приемы звукозаписи. Техника потока сознания Джойса — это не стенограмма работы человеческого мозга, это очень искусно выведенный художественный прием. Выведенный, по большей части, при помощи приема монтажа. Джойс выстраивает кинематографический поток событий. Движет текстом в поисках мысли, как оператор движет камерой во время футбольного матча в поисках мяча. Чтобы показать одновременность действий в движущейся картинке, он «монтирует» событийный ряд происходящего в романе одновременно с мыслями героя: «Вот так поэты и пишут, надо чтоб одинаковые звуки. Да, но у Шекспира рифм нет — белый стих. Это поток языка. Мысли. Торжественно. — Яблоки, яблоки! Пенни пара! Пенни пара! […] Они из Австралии, должно быть.» Крик торговки перевел поток сознания Блума с размышлений о стихах, на размышление о яблоках. «Поток сознания» у Джойса превращается в бесконечное кружение, не имеющее ни начала, ни конца; это, скорее, спутанный клубок обрывочных мыслей, чем вытканная с использованием множества нитей картина. В 18 эпизоде представлен беспрерывный, лишенный знаков препинания поток сознания Молли: «пожалуй мне нравится в нем такая деликатность со старухами и с прислугой и даже с нищими он не пыжится попусту хотя не всегда если вдруг с ним и вправду что-то серьезное тогда закавыка в том что конечно следует лечь в больницу где все чистое но его ведь надо сначала уговаривать». Еще одной важной составляющей является так называемый миметический стиль Джойса, когда способ письма подражает предмету описания. Джойс говорил, что Дублин — это паралич, ошибочно принимаемый за город. Поэтому, описывая «парализованную» жизнь дублинцев, текст сам становится паралитичным: буксует, спотыкается, тормозит и глохнет. Или в 7 эпизоде «Улисса», где Джойс демонстрирует суматошную атмосферу рекламного агентства, он делает это, не прибегая к осуждению, а одной лишь формой своей главы, в которой текст то и дело прерывают клишированные заголовки. Несколько иначе «поток сознания» выглядит в творчестве Вирджинии Вулф. Она являлась представительницей «психологической школы» и определяющими чертами ее творчества можно считать интерес к личности и утверждение ее прав на суверенность. Проза Вулф — своеобразное путешествие вглубь сознания человека, через которое раскрывается его внутренний мир. Вулф не так глубоко экспериментирует с формой, как Джойс, но также уделяет ей важное место. Ее произведения читаются легче, чем произведения Джойса. В «Миссис Дэллоуэй» текст сопровожден авторской речью и ремарками: «Миссис Дэллоуэй сказала, что сама купит цветы. Люси и так с ног сбилась. Надо двери с петель снимать; придут от Рампльмайера. И вдобавок, думала Кларисса Дэллоуэй, утро какое — свежее, будто нарочно приготовлено для детишек на пляже». У Вирджинии Вулф нет главного, сюжетообразующего персонажа. Она использует прием «раздробления» героя. Действие постоянно переключается с одного персонажа на другого, создавая необходимый минимум для развития сюжета. То есть, функции главного героя попеременно выполняют разные персонажи, передавая «эстафету повествования». Проза Вирджинии Вулф скользит по поверхности жизни, запечатлевая мелкие фрагменты: цвет листьев на деревьях, проехавшее мимо авто премьер-министра, аэроплан в лондонском небе, обрывки случайных мыслей, игру ассоциаций — и все это для того, чтобы в конце концов дать читателю почувствовать на мгновение всю глубину этой реальности и ощутить себя в самой ее сердцевине. Немного в другом ключе развивался «поток сознания» у Уильяма Фолкнера. В романе «Шум и ярость» он максимально индивидуализировал внутренний мир каждого человека посредством его внутреннего монолога, т. е. личного потока сознания. Роман состоит из 4-х частей, каждая из которых является «внутренним рассказом» разных людей об одних и тех же событиях. Роман начинается с потока «редуцированного сознания». Умственно отсталый Бенджи не умеет разговаривать. Он воспринимает мир интуитивно, при помощи примитивных ощущений: запахов, осязания, ярких зрительных образов. Его поток сознания — это регистрация всего, что он видит и ощущает: «Я не плачу, но не могу остановиться. Я не плачу, но земля не стоит на месте и я заплакал. Земля все лезет кверху, и коровы убегают вверх. Ти-Пи хочет встать. Опять упал, коровы убегают вниз. Квентин держит мою руку, мы идем к сараю». «Пойдем к ручью и отыщем четвертак, пока его там негры не отыскали. Он был красный и хлопал на лугу. Потом была птица, косо на него и наклонно. Ластер кинул. Флаг хлопал на яркой траве и деревьях. Я держался за забор». После странной, нелинейной, сбивчивой, запутанной, примитивной речи умственно отсталого Бенджи в романе идет философский, напряженный, вращающийся вокруг проблемы времени и жизни, монолог Квентина. Исповедь самоубийцы, выраженная в потоке сознания: «ты не думаешь об абсолютном конце ты замышляешь апофеоз, в котором временное состояние духа обретет симметрию вознесясь над плотью осознавая и себя и плоть которую он не вполне сбросит ты даже не будешь мертв и я временное и он тебе невыносима мысль что в один прекрасный день это перестанет причинять тебе такую боль как сейчас…». Далее в романе Дан рациональный, грубый, меркантильный поток сознания Джейсона: «Ей бы сейчас на кухне быть, а не торчать наверху у себя в комнате и мазать морду, поджидая, чтобы шестеро черномазых, которые и со стула-то не встанут, пока для равновесия не набьют брюхо хлебом с мясом, приготовили ей завтрак». А после всего этого дана систематизирующая авторская речь, сопоставляющая три альтернативные точки зрения с реальным событийным фоном. Посредством внутреннего потока мыслей Фолкнер показывает, как по-разному люди могут воспринимать одни и те же события и как много процессов происходит внутри человека, в его мыслях. Таким образом, мы можем видеть, что «Поток сознания» по-разному раскрывается у авторов, использующих различные техники и приемы. Писатели-модернисты силились выразить всю полноту истории и мира через мысли простых людей. Приступая к этим романам, не стоит пытаться вникнуть в сюжет, понять, о чем они. Стоит насладиться красотой языкового воплощения и попытаться почувствовать, что они вбирают в себя, открыв, что в них есть все: от величественных античных мифов до современных проблем с банковскими счетами. Автор: Алиса Смирнова

Читайте также

 64K
Психология

9 правил воздействия на человека

Не оскорбляя и не вызывая чувство обиды! 1. Начинайте с похвалы и искреннего признания достоинств собеседника. 2. Указывайте на ошибки других не прямо, а косвенно. 3. Сначала поговорите о собственных ошибках, а затем уже критикуйте своего собеседника. 4. Задавайте собеседнику вопросы, вместо того чтобы ему что-то приказывать. 5. Давайте людям возможность спасти свой престиж. 6. Выражайте людям одобрение по поводу малейшей их удачи и отмечайте каждый их успех. Будьте чистосердечны в своей оценке и щедры на похвалу. 7. Создавайте людям хорошую репутацию, которую они будут стараться оправдать. 8. Прибегайте к поощрению. Создавайте впечатление, что ошибка, которую вы хотите видеть исправленной, легко исправима; делайте так, чтобы то, на что вы побуждаете людей, казалось им нетрудным. 9. Добивайтесь, чтобы люди были рады сделать то, что вы предлагаете.

 45.9K
Жизнь

Любовь не забывается

Я не буду тебе врать, что до конца разлюбил. Знаешь, у мужчин так принято: если мы расстаемся с женщиной, которую любили, мы уже не признаем этого вслух. Обходим стороной свои настоящие чувства и говорим только о том, какими мы были разными, и что для того, чтобы окончательно убедиться в этом, понадобилось несколько лет пожить вместе. Не что иное, как ложь, под которой - глыба гордости. В действительности, в глубине души, все иначе, не так эгоистично. Мы тоже тоскуем, тоже мечемся в постели от наплыва воспоминаний. Мы тоже, как и вы, женщины, ищем родное лицо в толпе. Чем отличается женская тоска от мужской? Мы предпочитаем забываться. На пару недель убегаем к “промежуточным” женщинам – они нас целуют, удовлетворяют, помогают забыться. Но в постели мы никогда не смотрим таким женщинам в лицо. Боимся увидеть в них черты той, которую любим по-настоящему. Той, в которой видели мать своих детей. Я не верю, что любовь забывается. Ее невозможно отпустить. Она подобна голубю в клетке без дверцы – так навсегда и остается там. В тебе. Однако со временем начинаешь иначе относиться к тому, что было. Со временем этот голубь в клетке, вскормленный воспоминаниями, становится украшением твоего сада-сердца. Его посещают новые люди, кому-то из них ты показываешь красивую птицу прошлого, а кого-то не пускаешь дальше калитки. Но в итоге непременно найдется тот, кто полюбит тебя вместе с твоими воспоминаниями. И это нельзя назвать милосердием с его стороны. Просто у этого человека есть такой же сад. И такой же голубь в клетке без дверцы. Буду честен с тобой: иногда мысленно я переношусь в прошлое. Не потому, что здесь, сегодня, рядом с тобой, мне чего-то не хватает. Ты – другое. Ты – мое осязаемое настоящее. А то, что осталось там, в прошлом, – это подводные течения океанов, которые исподволь меняют ландшафт, но никогда не исчезают. Уверен, у тебя так же. Я переношусь в дни, когда мы с ней прощались на старом вокзале в центре одного города. Она в чем-то упрекала меня, я что-то ей объяснял со слезами на глазах – не помню уже, какие были слова, вопросы, оправдания. Помню одно: мне безумно хотелось поцеловать ее. В губы, в плечи, которые обгорели на первом июньском солнце. В самый разгар нашего спора она вдруг чуть приспустила рукав блузки и совершенно по-детски сказала: “Черт, посмотри, как я обгорела… Вся красная”. А я посмотрел на ее обожженное плечо и подумал, что вопреки желанию не посмею прижаться к нему губами, лицом. Я всегда носил щетину, которая так колола ее бархатистую кожу. Почему мы расстались? Слова. Мы, оба эмоциональные и взрывные, столько всего наговорили друг другу, что в итоге не смогли переступить через это сказанное. Оба ведь гордые. Каждый раз, когда хотел позвонить и сказать, как сильно ее люблю, мой порыв останавливали те слова, которые она сказала мне. Я был воспитан в среде абсолютно патриархальной – если мужчина в чем-то не прав, то женщина должна промолчать. Это корни, это мое начало. Моя мама говорит: “Мудрая женщина сначала промолчит, но потом, когда мужчина успокоится, обязательно скажет свое слово и получит то, что хочет”. Все так странно и изрядно глупо. Неужели слова значат больше, чем чувства? Неужели слова способны разрушить отношения двух любящих людей? Я пытался ее вернуть. В тот день, на вокзале, я говорил о том, как сильно люблю ее. На что она ответила: “Но я тебя уже не люблю. Пойми”. Мне ничего не оставалось, кроме как отпустить. Хотя знаю, что она соврала! Или я сам себя обманываю?.. В одной из прошлых книг я написал о расставании двух людей. Я написал о том, что у этой разлуки не было причины, с их любовью просто-напросто случилась жизнь. Точная формулировка, правда? “С ними случилась жизнь”. Такое часто бывает. Некогда одна дорога двух людей вдруг разделяется на две разные и обрастает высокими стенами. И никто ничего не может с этим поделать. Любовь не одолеет течения жизни. Может, из-за того, что любовь и есть жизнь?

 29.1K
Жизнь

Хватит гуглить!

Наверняка вы чувствуете, как современные технологии захватывают нашу жизнь: всего каких-то пару лет — и вот мы с трудом можем представить свой день без гаджетов и интернета. Живое общение становится редкостью, и мы все глубже погружаемся в виртуальный мир. Мы предлагаем задуматься над этой тенденцией и ознакомиться со статьей профессора Шери Теркл. Студенты недавно поделились со мной: одновременно смотреть в глаза собеседнику и при этом незаметно набирать сообщение в телефоне они умеют как минимум со школьной скамьи. А теперь это чуть ли не в порядке вещей: проводить время вместе с друзьями и при этом виртуально присутствовать где-то еще. Исследования этого года показали, что 89% респондентов использовали свои мобильные телефоны во время последней встречи с друзьями, а 82% из них считают, что именно из-за телефонов разговор не ладился. Что же происходит с общением лицом к лицу? Почему люди теперь предпочитают переписываться в интернете, а не болтать вживую? Студенты рассказали мне о так называемом правиле трех: не притрагиваться к телефону во время беседы компании из 5-6 человек, пока как минимум 3 человека включены в диалог. Таким образом, к беседе подключаются то одни, то другие по очереди, и у каждого появляется возможность вежливо «нырнуть» в свой телефон. Можно присутствовать там, где пожелаете, не придется скучать, и если разговор стал скучным, то вы тут же найдете, с кем пообщаться онлайн. Но есть и противоположные примеры, когда молодежь сама беспокоится по поводу нехватки живого общения. Один 15-летний подросток поделился со мной своей историей: как-то раз они с отцом что-то обсуждали во время ужина, и мужчина решил подкрепить свои аргументы фактами, достав при этом телефон. «Хватит гуглить, папа, я просто хочу поговорить с тобой!» — возразил сын отцу. Мы привыкли всегда быть на связи и научились при необходимости уходить от разговора — в частности, от непредсказуемых бесед, которые делают нас уязвимыми, требуют от нас того, чтобы мы задумывались и генерировали идеи. Именно во время таких бесед, когда мы чувствуем тон и эмоции собеседника, находим зрительный контакт с ним, мы по-настоящему общаемся. Конечно же, мы можем постараться больше общаться вживую, но тренд ясен: сейчас мы ставим телефоны на первое место. Проблемы с общением начинаются с юности. Вы заметили, как общается нынешнее подрастающее поколение? Каждый утыкается в свой телефон, и стоит полнейшая тишина. Ко мне не раз обращались с вопросом приятели, которые работают преподавателями в школах, и они очень обеспокоены этой проблемой: а что же можно сделать? как научить детей общаться? Это становится пугающей тенденцией. Психолог Ялда Юлс в 2014 году провела в детском лагере исследование, касающееся детской зависимости от девайсов. Результаты показали, что уже после 5 дней без телефонов и планшетов ребята смогли лучше распознавать эмоции актеров в видеороликах, чем дети из контрольной группы. Без постоянного отвлечения на гаджеты, благодаря общению и дискуссиям детям стало куда проще представить себя на чьем-либо месте и описать эти чувства. Проблема также в том, что мы не умеем оставаться наедине с собой и боимся одиночества. Исследование психологов Университета Вирджинии продемонстрировало способность современного поколения к одиночеству следующим образом: людей попросили посидеть в кресле, остаться наедине со своими мыслями в течение 15 минут без книг и девайсов и при этом не уснуть. Большинство участников эксперимента предпочли подвергнуть себя мягкому электрошоку, только бы не оставаться наедине со своими мыслями. Конечно, нет ничего такого в том, чтобы от скуки залезть в телефон. Но именно в одиночестве мы учимся концентрироваться, прислушиваться к себе, строить планы. Это необходимо, мы не должны бояться оставаться наедине с собой. Наши телефоны — уже не просто аксессуары, а психологически сильные устройства, которые меняют нашу жизнь и нас самих. И мы вполне способны оставить свой телефон в другой комнате на час или два, уделив время близким и друзьям. Да и на работе порой бывает вполне приятно и полезно поболтать с коллегами, к тому же командный дух повышает производительность труда. Одна сотрудница подсказала мне еще одну интересную вещь под названием «правило 7 минут». Дайте себе 7 минут, чтобы выслушать собеседника и просто проследить, как разворачивается диалог, прежде чем отвлечься на телефон или что-то подобное. Однако, как она призналась, очень часто ей не хватает терпения и рука так и тянется проверить мобильный и обновить какое-нибудь приложение. По мнению психологов Говарда Гарднера и Кэти Дэвис, такое поведение характерно для «поколения приложений», которое выросло с телефонами в руках. Они нетерпеливы и хотят от мира мгновенного ответа, как это делают их смартфоны. Но живое человеческое общение — не набор алгоритмов, а уникальное явление, которое невозможно ничем заменить. Еще один шаг, который стоит совершить, — вернуть живые, настоящие разговоры с вашими друзьями и окружением, прекратить смотреть на мир как на гигантское приложение. Настало время признать: использование технологий, от которых мы стали очень уязвимы, может привести к очень серьезным последствиям. Давайте помнить, что мы уникальные создания природы, которые обладают невероятно сложной психологией и достойны настоящих, искренних, раскованных разговоров и дискуссий лицом к лицу.

 28.5K
Жизнь

5 упражнений, которые помогут вам стать виртуозным рассказчиком

Упражнение 1 Наработать багаж слов очень хорошо помогает следующее упражнение. Берете газетную или журнальную вырезку, хаотично зачеркиваете любые слова, а потом начинаете читать текст вслух. Ваша задача — на ходу заменять пробелы подходящими по смыслу словами и не делать пауз. Попробуйте прямо сейчас заполнить пробелы: Ребенок, только начинающий учебу в школе, заслуживает ... развивать любовь к изучению. Вместо этого домашняя работа ... против школы и ... в целом. Уже в детском саду дети ... с 11 годами ... «каторги», что вызывает ... к учебе. Упражнение 2 Попробуйте говорить 3 минуты на любую тему. Говорите внятно, красиво, логично и без спотыканий. Вы можете выбирать любые темы, но лучше переходить от знакомых к незнакомым. Таким образом вы погружаете свой организм в легкий стресс и заставляете мозг работать в ускоренном режиме. Поначалу будет трудно вспомнить хотя бы больше 1 предложения на данную тему, потом мысль будет развиваться, но логика построения предложений по-прежнему будет страдать. Когда вы дойдете до такого уровня выполнения этого упражнения, что в вашем разговоре не будет возникать никаких пауз и заминок, спонтанные беседы не составят вам особого труда. Упражнение 3 Фантазия — неотъемлемый спутник интересного рассказа. Чтобы развить ее, попробуйте поразмышлять на самые невероятные темы. Кодовое название этому упражнению — «Что было бы, если ...» Например: Что было бы, если бы свиньи могли летать? Что было бы, если бы люди вели ночной образ жизни? Что было бы, если бы стулья могли говорить? Отвечая на эти вопросы, самое главное — зреть в корень, то есть не отвечать поверхностно, а раскручивать ситуацию до конца в самые невероятные стороны. Упражнение 4 Представьте, что вы составляете толковый словарь и вам нужно дать максимально точное и детальное определение слов. Начните с простых вещей, потом переходите на абстрактные. Развивайте свою мысль и не ограничивайтесь одним предложением, объясните смысл слова так, чтобы спутать его с другим было бы просто невозможно. Например, дайте четкое определение слов: дырка, любовь, календарь, утопия, фабула, творчество. Упражнение 5 Читайте любой текст так, будто в нем есть редакторские опечатки. Фокус заключается в том, что вам нужно самостоятельно в минимальное время выбрать слово, придумать на него опечатку и читать так, будто вы диктор, работающий в прямом эфире. Очень тонизирующее упражнение, которое великолепно развивает реакцию. Теперь главное — запастись терпением и побольше практиковаться. И тогда говорить спонтанно да так, чтобы все заслушались, будет не очень сложно.

 13.3K
Психология

Зависть

Зависть — это сравнение себя с другими, признавая, что они являются в жизни победителями, а мы — проигравшими. От этого мы поражены в самое сердце. По сути, в этот момент у нас «отказывает» здравый смысл, мы не собираемся жить своей жизнью, и не проявляем уважения к своей природе. Зависть — это душевная болезнь. Когда бы мы ни взялись проводить параллель своей жизни с жизнью другого человека, то будем побеждены, распластаны и никогда не сможем стоять в полный рост, потому что в зависти это просто невозможно. У нас есть только наша энергия, мы можем ее развить, а можем и не развивать. Причем тут другой? Другой, он и есть другой, с самого рождения. У него другой потенциал, другие возможности, деньги, комплекция и т.д. Но на этом сравнении строятся целые индустрии, а у человека возникают все виды невроза. Нас эксплуатируют, показывая нам, что такие, как есть, мы несовершенны. У нас несовершенная фигура, одежда, здоровье, у нас кариес, перхоть, целлюлит и т.д. Мы ни в чем не совершенны. Но мы и не должны быть совершенными. Мы должны быть собой. А наш общий, психологический «бзик», в полном смысле этого слова, заключается в том, что мы хотим быть не тем, кто мы есть. И мы сходим с ума, растрачивая свою собственную энергию на сравнение, растравливая и поражая самого себя стрелами недовольства, самодиверсий, ненависти к себе за то, что мы не такие, как другие. Но, по сути, мы даже и не видим другого человека. Мы выбираем лишь его фрагменты: ноги, волосы, лицо, деньги, одежду, машину. Завидуя, мы мысленно натягиваем, цепляем на себя какие-то детали, отсекая их от жизни другого человека в целом. Разумность заключается в том, что даже если мы хотим сравнить себя с другим, то нужно знать о человеке все, начиная с его рождения, и до момента, когда мы начинаем себя с ним сравнивать. То есть, всю его жизнь, все, что он получил, какой ценой, все, что с ним происходит – взять целое полотно его жизни. И даже в этом случае мы ничего не будем знать – ни человека, ни его жизнь, ни то, что случилось или случится с ним. Сегодня он может быть на гребне волны, а завтра уже нет. Жизнь непредсказуема. Но мы выбираем детали, самые лучшие детали жизни другого человека, и сравниваем с собой, тем самым, нанося удары по самому себе, разрушая веру в себя и подтачивая свои же силы, а потом жалуемся на судьбу. И это при полном здравии ума. Если нас учат логике, то даже простая логика подразумевает, что «мы» — это «мы», а «другой» — это «другой». Это ясно даже чисто логически. Но мы этого не слышим. Вся образовательная система построена на соревновательности. Знамя соревновательности подхвачено с самого рождения, когда одних детей начинают сравнивать с другими – кто-то лучше учится, кто-то лучше кушает, у кого-то лучше зубы, оценки, все, что угодно, но лучше. Так работает наш ум – он все разделяет на «лучшее» и «худшее». Как он это определяет? Он просто берет какую-то часть, фрагмент из целого, и делает выводы. Наш ум — великий делитель, он делит все. Поэтому, что бы мы ни услышали и ни увидели в самих себе, мы должны знать, что это всего лишь часть, фрагмент целого. Но этот фрагмент мы принимаем за целое. И самопознание необходимо для того, чтобы постепенно узнавать фрагмент как фрагмент, понимать истинную причину, мотивацию того, что с нами происходит, и создавать в себе единство, чтобы видеть себя, жизнь и других людей во всей целостности.

 7.7K
Жизнь

«Путешествия изменили меня»

Живя в Берлине, Франц Кафка каждый день прогуливался по парку. Там он однажды встретил маленькую девочку, которая потеряла куклу и громко плакала. Кафка предложил ей помочь в поиске и встретиться на том же месте на следующий день. Куклу знаменитый писатель, конечно, не нашел. Но зато принес написанное им от ее лица письмо. «Пожалуйста, не огорчайся моему отсутствию, — зачитывал вслух Франц. — Я уехала в путешествие, чтобы повидать мир. Буду писать тебе обо всех своих приключениях». Следующие несколько недель они встречались в парке, и писатель читал девочке письма, в которых кукла в красках описывала свою поездку. Вскоре у Кафки случилось обострение туберкулеза, и ему потребовалось отправиться в санаторий в Вену. Перед этой поездкой, ставшей для писателя последней, Кафка встретился с девочкой и подарил ей куклу. Она была совершенно не похожа на ту, что девочка когда-то потеряла. Но к ней прилагалась записка: «Путешествия изменили меня».

 7.5K
Искусство

10 избранных цитат из произведений братьев Стругацких

1. "Нет на свете ничего такого, чего нельзя было бы исправить". ("Пикник на обочине") 2. "Просто удивительно, как быстро проходят волны восторга. Грызть себя, уязвлять себя, нудить и зудеть можно часами и сутками, а восторг приходит и тут же уходит". ("Отель "У погибшего альпиниста") 3. "Только тот достигнет цели, кто не знает слова "страх". ("Понедельник начинается в субботу") 4. "В нашем деле не может быть друзей наполовину. Друг наполовину — это всегда наполовину враг". ("Трудно быть богом") 5. "Все правильно: деньги нужны человеку для того, чтобы никогда о них не думать". ("Пикник на обочине") 6. "Или ты, может быть, не понимаешь, что это такое — нужен? Это когда нельзя обойтись без. Это когда все время думаешь о. Это когда всю жизнь стремишься к". ("Улитка на склоне") 7. "Самые убедительные наши победы мы одерживаем над воображаемым противником". ("Отягощенные злом") 8. "Это что-то вроде демократических выборов: большинство всегда за сволочь…" ("Гадкие лебеди") 9. "Люди несоизмеримы, как бесконечности. Нельзя утверждать, будто одна бесконечность лучше, а другая хуже". ("Отягощенные злом") 10. "Известно, что есть лишь один способ делать дело и множество способов от дела уклоняться". ("Сказка о дружбе и недружбе")

 7.4K
Искусство

5 необычных фактов об известных писателях

1. Харпер Ли было около тридцати лет, когда она решила всерьёз заняться литературной деятельностью и написала несколько рассказов. Однако заниматься сочинительством она могла только в свободное от офисной работы время. На Рождество Ли получила неожиданный подарок от двух друзей в виде оплаченного годового отпуска для того, чтобы воплотить в жизнь любой свой замысел. За этот год был написан черновик романа «Убить пересмешника», а ещё через три года работы Ли с редактором он был опубликован и стал бестселлером. 2. Писатель Сергей Довлатов в последние десять лет творчества сознательно избегал предложений со словами, начинающимися на одну букву. По его словам, это правило помогло ему дисциплинировать себя, уберегая от многословия и пустоты. К произведениям Довлатова с таким принципом относятся «Чемодан», «Заповедник», «Филиал» и другие. 3. Многие зрители удивляются тому, что сценарий культового фильма «Побег из Шоушенка» является адаптацией повести Стивена Кинга, которая разительно отличается по тематике и стилистике от других его работ. Однажды «король ужасов» разговаривал со старушкой, которая призналась, что не читала ни одной книги Кинга, так как предпочитает «вещи более подлинные» наподобие «Побега из Шоушенка». Писателю так и не удалось убедить её в том, что именно он является автором оригинального произведения. 4. Жену писателя Бориса Васильева, самым известным произведением которого стала повесть «А зори здесь тихие…», звали Зоря. Она послужила прототипом одной из героинь, Сони Гурвич, а также Искры Поляковой в повести «Завтра была война». 5. Свои последние годы писатель Виктор Гюго жил в особняке на парижской улице, которую ещё при его жизни назвали авеню Виктора Гюго. В качестве обратного адреса на письмах писатель просто указывал: «Месье Виктору Гюго на его авеню в Париже».

 5.7K
Жизнь

Остаться в живых

23 ноября 1942 в Атлантическом океане немецкая подлодка U-172 обнаружила судно и торпедировала его. По различным оценкам и источникам, из 55 членов экипажа удалось спастись 11 морякам. Одним из них был моряк китайского происхождения Линь Пэн. Обнаружив, что судно тонет, Пэн надел спасательный жилет и прыгнул за борт до того, как взорвались котлы, довершившие начатое торпедой. Проведя два часа в воде, он обнаружил стандартный восьмифутовый спасательный плот и забрался на него. На плоту находилось несколько банок с печеньем, сорок литров питьевой воды, немного шоколада, сахар, несколько фальшфейеров, пара дымовых шашек и электрический фонарик. Первоначально Линь Пэн питался продуктами с плота, но вскоре пришлось прибегнуть к другим источникам. Он собирал дождевую воду, используя тент плота, а также занялся рыбалкой. Так как Пэн не очень хорошо плавал, то привязывал себя к плоту веревкой, закрепленной на запястье. Провода из фонарика он превратил в рыболовный крючок, конопляные волокна верёвки он использовал как леску, а из выдернутого из плота гвоздя он сделал крючок для крупной рыбы. Для разделки рыбы он использовал самодельный нож, изготовленный из одной из банок с печеньем. После чего вялил рыбу на верёвке, натянутой над плотом. В один из дней сильный шторм обрушился на плот и испортил накопленные запасы рыбы и воды. Чуть живой Пэн смог поймать птицу и напиться её кровью. Сначала он вёл учёт дням, завязывая узлы на верёвке, но потом решил, что это бессмысленно, и стал считать только месяцы, ориентируясь на полнолуния. Спасение Район океана, где находился Линь Пэн, не был пустынным. Несколько раз его обнаруживали. Сначала мимо проходило грузовое судно. Как позднее утверждал Пэн, на судне видели его, но не стали брать на борт из-за того, что он китаец. Затем он был обнаружен патрульной эскадрильей самолётов ВМФ США, которые также заметили его и сбросили сигнальный буй, но вскоре разразился шторм. Также он видел несколько немецких подводных лодок. В начале апреля 1943 года он обнаружил, что уже близко от земли, так как изменился цвет воды, это была уже не чистая океанская вода, но с заметным влиянием вод из устья Амазонки. 5 апреля 1943 года его обнаружили три бразильских рыбака, которые доставили его в Белен спустя три дня. К моменту обнаружения Линь Пэн потерял в весе всего 9 килограммов и был способен передвигаться самостоятельно. Он провёл четыре недели в бразильской больнице, после чего британский консул переправил его в Великобританию через Майами и Нью-Йорк. После окончания войны Линь Пэн решил эмигрировать в США, но не прошёл по квоте на китайских иммигрантов. Однако, благодаря своей известности и помощи сенатора Уоррена Магнусона, он получил специальное разрешение и в конце концов в 1952 году получил гражданство. Он продолжил морскую службу и вышел в отставку в 1983 году с должности шеф-стюарда. Рекорд Всего Линь Пэн провёл на плоту 133 дня. Когда ему сообщили, что никто никогда ранее не держался так долго, он ответил: «Я надеюсь, что никому и никогда не придётся побить этот рекорд». Награды Король Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии Георг VI наградил Линя Пэна медалью Британской империи, а в руководства Королевского флота по технике выживания вошли рекомендации Линя.

Стаканчик

© 2015 — 2024 stakanchik.media

Использование материалов сайта разрешено только с предварительного письменного согласия правообладателей. Права на картинки и тексты принадлежат авторам. Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 16 лет.

Приложение Стаканчик в App Store и Google Play

google playapp store