Эффект Пигмалиона: ожидания сбываются!

Эффект Пигмалиона – это явление, которое состоит в том, что человек, убежденный в верности той или иной информации, непроизвольно ведет себя таким образом, что данная информация получает подтверждение. История вопроса Мифологический царь Кипра и, по совместительству, греческий скульптор Пигмалион, по легенде, создал статую девушки удивительной красоты. И чем дольше любовался он делом свих рук, тем больше находил в нем замечательных достоинств. Вскоре Пигмалиону стало казаться, что ни одна из земных женщин не способна сравниться со статуей, которую он изваял. Назвав свое творение Галатеей, Пигмалион проводил дни и ночи напролет, восхищаясь красавицей из слоновой кости, любуясь ее нагими прелестями, одаривая ее щедрыми дарами, шепча нежные слова любви… В день праздника влюбленный скульптор обратился к Афродите со страстной мольбой оживить его любимую, и богиня любви откликнулась на его просьбу. Не помня себя от счастья, помчался Пигмалион в свою мастерскую, где ждала его прекраснейшая из женщин. Живая, теплая и любящая – Галатея оказалась именно такой, какой и хотел видеть ее тот, кто ее придумал. Пигмалион получил то, что хотел, - его вера и страстное желание помогли мечте воплотиться в реальность. Подобный психологический феномен оправдывающихся ожиданий и лежит в основе эффекта Пигмалиона. Эффект Пигмалиона (или эффект Розенталя) — это психологический феномен, который заключается в том, что ожидания человеком реализации пророчества во многом определяют характер его действий и интерпретацию реакций окружающих, что и провоцирует самоосуществление пророчества. Или, проще говоря, когда мы твердо убеждены, в достоверности какой-либо информации, мы зачастую действуем таким образом, что эта самая информация получает реальное подтверждение. Убедительным доказательством этому служит знаменитый эксперимент, проведенный в 1968 году американскими психологами Робертом Розенталем и Ленорой Якобсон. Дети Розенталя Исследователи Розенталь и Якобсон в самом начале учебного года явились в одну из школ Сан-Франциско для того чтобы определить уровень интеллекта учащихся. В результате, в каждом из классов ими было отобрано по несколько учеников, которые, по мнению психологов, были наделены выдающимися умственными способностями. «Если даже пока эти дети никак не заявили о себе, - в ближайшее время их интеллектуальный потенциал непременно раскроется! Ждите!» - заверили порядком удивленных учителей Якобсон и Розенталь. У педагогов был повод для удивления, - дело в том, что учащиеся, которых исследователи прочили в интеллектуальные светила, пока никак не демонстрировали особой склонности к умственной деятельности. Ну, то есть в числе отстающих они не значились, но и «звезд с неба» тоже не хватали. «Что ж, исследователям, наверное, виднее» - рассудили учителя и стали ждать от перспективных учеников обещанных результатов. Между тем, учащихся с якобы высоким уровнем IQ психологи выбрали абсолютно случайно, «от фонаря»! Самое интересное, что когда в конце учебного года Розенталь и Якобсон снова пожаловали в уже знакомую школу с целью измерить коэффициент интеллекта учеников, они обнаружили, что те самые дети, которые были объявлены ими особо способными, и впрямь показали высокий уровень IQ! То есть, эксперимент вполне убедительно доказал: мы получаем то, во что верим. Так, школьные учителя, уверовавшие в высокий интеллектуальный потенциал отдельных учеников, вольно или невольно передали свои ожидания этим ученикам, а те, в свою очередь, оправдали надежды поверивших в них учителей и достигли значительных результатов. Одним словом, что хочешь – то и получишь. Особенно это касается детей из неблагополучных семей, от которых зачастую никто и ничего хорошего не ждет. Не удивительно, что худшие ожидания окружающих в подобных случаях оправдываются. И напротив, нередко, стоит иногда авансом похвалить такого ребенка, поверить в него, как, окрыленный этой верой, он «расправляет плечи» и преображается буквально на глазах. Впрочем, речь идет, конечно, не только о детях. Руководители, связывающие свои позитивные ожидания с определенными сотрудниками, оптимистично настроенный врач, уверенный в том, что его пациент благополучно излечится от болезни, – тоже так или иначе, создают особый микроклимат, в котором самооценка и вера в себя у подчиненного или пациента растет, а его успехи – множатся.

Израильские ученые доказали, что здорового питания не существует

Институт Вейцмана в Израиле провел необычное исследование. В течение нескольких лет ученые наблюдали за группой добровольцев из 800 человек. Участников эксперимента разделили на две группы. Первые ели только «здоровую» пищу, а вторые — то, что принято считать нездоровым питанием: полуфабрикаты, чипсы, газированные напитки, замороженные продукты и т.д. (всего в исследовании было задействовано около 47 000 продуктов). Проф. Эран Элинав и Эран Сегал с коллегами, проводившие исследование, пришли к необычному выводу. Оказалось, что организм наблюдаемых реагировал на пищу сугубо индивидуально. У участников обеих групп наблюдались как положительные изменения, так и отрицательные. В частности, изменения уровня сахара в крови в ответ на одну и ту же еду у разных участников эксперимента отличались кардинальным образом. Именно поэтому мы часто можем наблюдать, как один человек стремительно набирает килограммы, в то время как другой на такой же диете остается стройным. В настоящее время диетологи ориентируются на так называемый гликемический индекс, который и определяет, насколько та или иная пища является «здоровой» для всех. Однако результаты исследования показали, что один и тот же продукт по-разному влияет на уровень сахара у разных людей. Например, у одной из женщин, участвовавших в исследовании, и до этого перепробовавшей множество диет в попытках похудеть, оказалось, что ее уровень сахара «подскакивает» после употребления томатов. У других, например, бананы провоцировали более явные изменения, чем сладкая выпечка. В докладе, подготовленном по результатам исследования, говорится о том, что «здоровые» и «нездоровые» продукты должны определяться для каждого человека индивидуально, причем в определенный момент его жизни. Именно поэтому «здорового питания для всех» не существует, а подбирать продукты питания нужно, основываясь на реакции микрофлоры кишечника на различную пищу.

О сдержанности

Я уже несколько раз слышал идею, что, мол, психологи говорят о том, что эмоции не нужно сдерживать, а их нужно всегда выражать. Получается эдакая мечта психопата: чуть что чувствуешь – вываливаешь на другого человека, и пусть он там барахтается с этими твоими эмоциями, ты-то поступил правильно, «как психологи говорят». Сдержанность – это плохо, это «эготизм» (не путайте с эгоизмом), это лицемерие, а в конфликте «вежливость против искренности» всегда должна побеждать искренность (часто понимаемая как откровенное хамство: не, ну а че - козел должен знать, что я считаю его козлом!). В том же стиле понимается и известная «гештальт-молитва» Перлза: «Я пришел в этот мир не для того, чтобы соответствовать твоим ожиданиям». Как-то очень легко упускают из виду следующую строчку: «А ты – не для того, чтобы соответствовать моим». И получается, что «если я тебе не нравлюсь – вали отсюдова». Проблема в том, что если другой тоже не обязан нашим ожиданиям соответствовать, то он может поступить ну совсем не так, как нам хочется. И имеет на это полное право. В общем, попав «в народ», некоторые психологические принципы превратились в замечательные «оправдалки» для психопатичного поведения, в котором не существуют другие люди с их чувствами, переживаниями и мотивами. Существую только я, мои переживания и мое психологическое здоровье, которое я буду беречь за счет остальных. Это все психологи говорят! За этим «да здравствует выражение эмоций» теряется то, что предшествует этому самому выражению. Эмоции в первую очередь важно осознавать. Осознавать, а уже потом думать, что с ними делать. Если уж и говорить о контроле за эмоциями, то это не попытки их подавлять или игнорировать, а контроль за их выражением. Цепочка осознания/выражения эмоции выглядит примерно так: осознание самого чувства – осознание объекта, это чувство вызывающего – решение о том, выражать его или нет – выбор формы выражения чувства – выражение чувства – (иногда) подсказка адресату того, какие именно его действия эти чувства вызывают. Выглядит громоздко? Да, если под осознанием чувства понимать процесс скрупулезного анализа/самокопания. Но при достаточном развитии внимания к себе и своим чувствам первые два этапа не требуют больших сознательных усилий, равно как и выражение. Точками, требующими наибольшего сознательного присутствия, часто является «выражать или нет?» и «и если да, то в какой форме выражать?» Говорить ему о своей злости или нет? Хочется сказать начальнику все, что я думаю про его самодурство, потому что я зол на него ужасно… Например: «Я очень злюсь (чувство) на него за то, что он постоянно меня перебивает, обращается ко мне в уменьшительной форме – терпеть этого не могу! – и почти прямым текстом говорит о том, что он более компетентен во всех вопросах, чем я (объекты чувств). Так и подмывает назвать его козлом и придурком, указать ему на его место и его собственные ошибки (импульс, вызываемый чувством). Но это важный человек и его связи мне будут нужны. Тогда что для меня важнее: мое самолюбие, или его связи, которые помогут достичь моих целей? И зачем мне «просвещать» его относительно его же недостатков – это же вряд ли заставит его измениться (осознание выбора)». Выбор здесь не очевиден, и он для каждого – индивидуален. Важно, чтобы этот выбор осознавался. «Чего я хочу достичь, выражая другому то, что чувствую, и выбирая конкретную форму для этого?». «Я делаю это потому, что мне хочется» хорошо работает в ситуации с выражением позитивных чувств, да и то не всегда – ваши чувства могут испугать другого или быть чрезмерными (как чрезмерной, удушающей бывает любовь некоторых бабушек или мам). «Я делаю это, чтобы он знал и чувствовал, что со мной происходит». Это уже другой разворот, и он включает в себя как сообщение о том, что я чувствую, так и эмоции, которые в этот момент проживаются. То есть бесстрастное «я на тебя злюсь» - не работает. А вот злое и эмоциональное «я злюсь!!!» - значительно эффективнее, позволяя и эмоцию выплеснуть, и сообщение донести. Другое дело, что пока непонятно, из-за чего злитесь и что с вашей злостью другому делать. Итак, под сдержанностью я понимаю осознанный выбор не выражать все переживаемые в настоящий момент эмоции или же смягчать их выражение, продиктованный актуальными и доступными сознанию потребностями. Все прочее не имеет к ней отношения. Есть разница между «сдержанностью» из страха столкнуться с ответной реакцией, и сдержанностью из осознания важности не выплескивать все, что на душ. В первом случае это просто страх, и свободы выбора здесь нет. Сдержанностью не является и такая ситуация, когда мы не осознаем или пытаемся игнорировать актуальное эмоциональное состояние. Пока не определился, что с тобой происходит, ничего толкового с собой не сделаешь. Важно признать, что, например, «я сейчас чувствую страшную обиду на него, и хочу отомстить». Пока есть «нет-нет, я ко всем толерантен» или «да я никогда не обижаюсь!» - игнорируемые чувства будут проскальзывать. Сравните: «я не обиделась, я просто высказываю тебе все, что про тебя думаю!» и «я сейчас очень на тебя обижена, и хочу тебе просто об этом сказать. Твои доводы слушать не готова». Или «да, я негативно отношусь к тебе, и осознаю это предубеждение. Поэтому я просто послушаю». Со сдержанностью важно не путать и эмоциональную бедность, скупость на выражение чувств в целом. Осознанная сдержанность всегда ситуативна и зависит от контекста: в какой ситуации и в общении с кем. «Сдержанность» абсолютно со всеми людьми и в любых контекстах возможна только при постоянном подавлении своих естественных реакций, и чревата тотальным эмоциональным взрывом. Кто-то может назвать сдержанность «лицемерием»: мол, если ты злишься, то надо всю злость выражать по-полной. Вплоть до уничтожения? А если ты испытываешь злость к человеку, которого одновременно уважаешь? Злиться можно и на любимых людей. Лицемерие – это когда вместо одного предъявляешь другое. Сдержанность – выражение той или иной эмоции с уважением к тому, кому она адресуется. Для кого-то и хамство – верх искренности. В состоянии аффекта или близком к нему подобный разбор своих эмоциональных реакций невозможен, но его можно провести постфактум, чтобы обратить типичный бурный скандал в реальный опыт, меняющий отношения или восприятие. Можно разбирать собственные иррациональные мысли/установки, которые привели к столь бурной эмоциональной реакции (что сделает когнитивный психотерапевт), можно научиться не бояться собственных сильных чувств и не бояться их выражать (это ближе к гештальт-терапевтам) – много еще чего можно. Но – всегда есть точка выбора. И выбор сдержать эмоции – не всегда «неправильный». Например, проблема людей с истероидным складом характера заключается как раз в том, что они не могут придерживать свои эмоциональные реакции, их сразу несет, и несет так, что в этот момент остановиться невозможно, а после него дрова могут быть наломаны так, что отношения восстановлению не подлежат. И тогда сдержанности можно учиться. Интернет предоставляет значительно больше возможности для того, чтобы сделать выбор. Когда кто-то начинает оскорблять в интернете – будь то обычный тролль, или взвинченный оппонент (особенно по политическим вопросам), всегда в данном случае есть пауза, позволяющая задать себе вопрос: а чего, собственно говоря, я хочу от этого разговора? Выместить злость, возникшую в ответ на оскорбления? Выплеснуть обиду? Доказать оппоненту (часто – совершенно незнакомому человеку), что он не прав? Или о чем-то договориться, донести свою точку зрения? Именно определение того, чего же я хочу, влияет на то, буду ли я выражать свои эмоции или нет, и если буду – то в какой форме. Пропускать ли оскорбления и попытки вывести из себя мимо ушей, как не относящиеся к реальности, концентрируясь на сути, или же отвести душу и прекратить общение. Пауза и возможность определить, что для меня сейчас важнее, в случае виртуального разговора есть всегда. Другое дело, что мы ею часто не пользуемся. А вот теперь один очень важный момент. Если раз-два сдержал или попридержал свои эмоции (выразив их более сдержанно, чем хотел бы), осознавая, зачем это делаешь – это не скажется каким-то ужасным образом на здоровье и психике, стрессы для организма – не новость. Если вы это делаете постоянно – тогда возникает вопрос к тому, что происходит в ваших отношениях и с вашими реакциями? Или, например, не слишком ли высокую цену вы платите для того, чтобы не быть, например, оскорбленными или униженными? Подведу небольшой итог. Дело не в том, сдерживать или не сдерживать эмоции. А в том, чтобы осознавать, что и зачем мы делаем, когда выбираем тот или иной образ действий. В этом и заключается свобода выражения эмоций. Потому что когда «несёт» и «я не мог себя остановить» - это точно не про свободу.

Как проработать болезненные реакции

Неприятные, а иногда и болезненные реакции, возникают спонтанно, и мы не можем контролировать их возникновение. Как будто враз срабатывает "красная кнопка" и запускается реакция. На один и тот же стимул, каждый раз одна и та же реакция. Стимулом может быть все, что угодно - слово, взгляд, действие, мысль, чье-то переживание, картинка и т.п. Мы сейчас говорим про реакции, которые носят негативный характер, которые больно и неприятно проживать. Иногда кажется, что реакция возникает на пустом месте, и она не адекватна самой ситуации. И человек, на которого мы разряжаем ее, иногда становится невинной жертвой. И особо печально, когда этим человеком становится кто-то из близких, или даже ребенок. Реакция - это энергия. И если она не разряжается во вне, она разряжается внутрь, что рано или поздно дает соматическое нарушение. Реакцию можно сравнить со схваткой. Если женщина внимательна к своему телу, и во время родов не поддается панике, то она хорошо чувствует приближение схватки. Точно также, и с реакцией, можно почувствовать, как она начинается и набирает обороты. Затем происходит пик, и реакция требует разрядки - реализации. Важно заметить реакцию как можно раньше и осознать ее именно, как реакцию. В этот момент происходит разотождествление с реакцией, и мы можем уже наблюдать ее. Когда человек охвачен реакцией, его нет, он становится этой реакцией и не способен принимать осознанное решение. Помните, такое состояние, когда хочется "прийти в себя"? Это как раз про это. Чем выше к пику приближается реакция, тем сложней становится осознать ее и выйти за ее пределы. Сложно, но можно. Когда возникает гнев, попробуйте осознать его. Прямо в момент кульминации, когда, когда вы так кипите, что даже способны убить, внезапно включите осознание: вы тут же почувствуете, как что-то изменилось: уходит внутреннее напряжение, вы даже чувствуете щелчок, кнопки переключились. Что-то изменилось, вы больше не едины с гневом. Телу потребуется еще какое-то время, чтобы остыть, но глубоко внутри, уже покой. Через осознание спонтанно происходит трансформация. Если осознать реакцию самостоятельно не получается, ее заряд можно ослабить в кабинете психолога или самостоятельно. Сядьте удобно, закройте глаза, понаблюдайте за дыханием, вход - выдох... Вспомните ситуацию, в которой сработала "красная кнопка", войдите в нее, как будто она происходит сейчас. Если вы делаете все верно, реакция будет самая настоящая. Оцените по 10-бальной шкале интенсивность реакции. Позвольте реакции быть, проживайте ее каждой клеточкой своего тела, оставаясь при этом наблюдателем. Настолько интенсивно, насколько вы можете. Проживите реакцию целиком, как схватку (мужчины, прошу прощения, надеюсь, что ухватили суть), до тех пор пока она не сойдет на нет. После этого откройте глаза, встаньте, подвигайтесь с минуту. Затем снова сядьте, закройте глаза, войдите в ту же самую ситуацию и оцените по 10-бальной шкале интенсивность реакции. Вы будете приятно удивлены. Интенсивность реакции будет значительно меньше, либо и вовсе уйдет в ноль. При необходимости повторите. Таким простым методом я проработала самостоятельно все болезненные реакции из прошлого опыта, включая детский. И прошое осталось в прошлом. Чего и вам желаю. Елисеенко Марина Васильевна

Мифы и заблуждения о шизофрении

Для большинства людей шизофрения – это всего лишь слово, которым “болеют” персонажи книг или фильмов. Но есть и те, кому приходится жить с этим недугом. Кто, как не они, знает все о заблуждениях и мифах, которые в изобилии накопились вокруг этого вопроса. Что же все-таки скрывается под так широко распространенным, но малопонятным словом «шизофрения»? Вот некоторые из правдивых и не очень убеждений. 1. Шизофрения – большая редкость Миф это или правда – решать вам, все зависит от того, как вы отнесетесь к цифре в 0,5-1 процент. Именно у стольких обитателей планеты Земля встречается это состояние. Это куда чаще, чем многие серьезные заболевания, которых боится большинство людей. Впрочем, несколько десятилетий тому назад,вероятно, число оказалось бы куда более весомым в силу того, что не существовало точного определения болезни и исчерпывающего списка симптомов, так что к шизофрении порой относили и то, что ею не являлось. 2. Шизофрения в наследство? Вопрос спорный. Если у одного из родителей шизофрения, она может передаться ребенку с вероятностью в 25%. Решающее слово говорит сама природа. 3. Шизофрения отбирает таланты Исследователи, изучающие жизненный путь великих мира сего, указывают на то, что явные признаки шизофрении встречались у Гоголя, Джойса, Ван Гога, Врубеля… Как говорится, список можно долго продолжать, и вряд ли у кого-нибудь “язык повернется” назвать людей из этого самого списка недостаточно способными. Не беремся оценивать вклад шизофрении в талантливость каждого из них, но факт на лицо: шизофрения и огромный потенциал – творческий, интеллектуальный, трудовой – вполне совместимы. 4. Слуховые галлюцинации при шизофрении невозможно отличить от действительности Да. В частности, возможны так называемые “эхо-голоса” – любое слово или предложение, сказанное самим больным или кем-то другим, может на долгие часы “застрять” в его ушах. 5. Шизофрения и агрессия идут рука об руку Нет. Среди шизофреников куда меньше буйных людей, чем среди обычных граждан. 6. Шизофрению можно вылечить Лечат – да, но не вылечивают. Медикаментозное вмешательство сводится к постоянному приему препаратов, которые держат состояние ” в рамках” . То, что полностью излечится нельзя, не удивительно, ведь ученые и в причинах болезни толком до сих пор не разобрались. Известно, что симптомы появляются как результат нарушения обмена нейромедиаторов. Известно и многое другое, но далеко не все. 7. В шизофрении нет ничего хорошего В общем, конечно, как-то очень сложно найти заболевание, в котором есть “что-то хорошее”. И, тем не менее, нету худа без добра, народная мудрость не ошибается. В данном случае “добром” можно считать завидную устойчивость к любому шоку (температурному, болевому или гистаминовому) и… к радиации! 8. Шизофреники опасны Судите сами: среди всех лиц, привлекавшихся к серьезной ответственности перед законом, людей с психическими расстройствами – около 3%. Остальные 97%, что называется, здоровехоньки. Вообще, как уже упоминалось, обычно люди с шизофренией довольно спокойны. 9. Больные шизофренией не испытывают эмоций Так может показаться из-за того, что обычно людям с таким диагнозом достаточно сложно проявлять свои эмоции, хотя внутри у них вполне может “кипеть и бурлить”. Хотя с другой стороны у шизофреников действительно могут наблюдаться эмоциональные расстройства вроде излишней эмоциональной неадекватности, холодности, апатии и т.д.

Обида — упакованная злость

Обида — разрушающая эмоция. Обида — это остановленная, "упакованная " злость. Раз так, то на лице и в теле все будет напряжено. Если вы посмотрите на себя в зеркало в момент обиды, то увидите каменное лицо, сжатые в тугую нить губы, вздёрнутый подбородок и стоящие в глазах слёзы. Обида душит, схватывает за горло, подкатывает комком, не даёт дышать, стальным кольцом стягивает грудь. Кружится голова; с одной стороны, — ощущение полного выпадения из реальности, а с другой, — накрывает колпаком — звуки слышаться плохо, слова еле различимы, лица размыты. В груди свербит острая боль, как от ножа, всаженного в самое сердце. Чувство горечи, досады, глубокого незаслуженно нанесённого оскорбления. И как ответ на это оскорбление — молниеносное решение — “быть гордой”. Лицо замирает в надменной восковой маске. Всё ракушка захлопнулась. Началась глухая оборона. Обида — это реакция на “не любовь” На мысль о том, что меня не любят, не ценят, не уважают, “я для него ничего не значу”. Для обиды факты не нужны, достаточно подозрений в не любви. Обида требует, чтобы на том конце кто-то был не прав и испытывал по этому поводу вину. ”Если я обижена, значит он виноват”. Даже если второй ни в чём не виноват, он волей не волей станет испытывать вину просто по закону полярностей, так заложено в нашей природе. Когда-то обида позволяла девушкам манипулировать кавалерами и получать подтверждение их любви и своей для них ценности. В ответ на вздёрнутый носик и надутые губки кавалер должен был резко задуматься, в чём же он был не прав и пасть на колени с букетом цветов и милым презентом. Понятие о “женской гордости” просто таки пестовало обиду по любому мало мальскому поводу. А если повод был серьёзный, уважающая себя женщина должна была серьёзно обидеться и быть гордой до конца. Постоянно обижающаяся, капризная и требовательная барышня — много лет остаётся идеалом правильного женского поведения. Кстати, мужчины тоже не прочь быть гордыми и мстительными. У них больше прав на проявление агрессии, поэтому если мужчину обидели (читай оскорбили), “то нормальный мужик это просто так не оставит”. Что же такое обида? Это реакция на не любовь. Обижаясь, человек сообщает близким, что " со мной так нельзя, я не чувствую себя любимым." Обида душит от мысли, что кто-то имеет наглость не любить меня, не ценить меня и не дорожить мной. Кто-то посмел сделать что-то такое, что поставило под сомнение мою безусловную ценность. “Как же так?!” Если пойти глубже в обиду, то вы испытаете боль беспомощного, всеми покинутого, не любимого ребёнка. Маленькой девочки на большой шумной улице, полной разнаряженных людей, спешащих к своим детям в рождество. Она сидит на снегу, прислонившись спиной к каменной стене,в руках у неё спички. И только Бог может разделить её одиночество. Именно к нему она спешит в объятия. Андерсен хорошо передал этот образ в своей “Девочке со спичками”. На языке психики выход из этой покинутости и не любви — смерть, прямая или символическая — оцепенение, заледенение, омертвление, нечувствительность души. “С этого момента меня больше ни что не тронет. Я перестаю чувствовать. И твоя нелюбовь больше не сможет задеть меня.” Обиженный человек в самом сердцевине своего страдания испытывает боль несчастного покинутого ребёнка. Он ждёт что кто-то наполнит его своей любовью, отогреет его заледеневшие руки и оживит его душу. Это боль ребёнка, который по каким-то причинам не получил этой безусловной и всенаполняющей родительской любви в детстве. Эта боль может вспыхивать каждый раз как спичка от любого подозрения в не любви, чтобы тот второй — доказал мне что я любим(а) и наконец-то наполнил мою душу, дал мне то, что не смогли дать родители. Но это невозможно. Никто не сможет заполнить эту пустоту. Мало будет всегда. Люди запихивают в эту душевную бездну детей, животных, вещи и любимых, но она зияет всё равно. Заставляя каждый раз проигрывать один и тот же сценарий. Обида становится привычной защитной реакцией и срабатывает при любой попытке искреннего разговора. Я знаю женщину, которая более десяти лет не могла разговаривать с мужем по душам. Каждый раз как только она пыталась что-то сказать — будь то тема нехватки денег или его невнимательности к ней — слёзы душили её настолько, что она не могла вымолвить ни слова. Разговоры превращались в сплошное мучение и всегда сопровождались бесчисленными потоками слёз. “Мне стыдно просить тебя” — ещё одна грань обиды Обида — это реакция человека, не умеющего просить любовь. Мы все нуждаемся в любви. Признать свою нуждаемость, слабость и потребность в любви и заботе, попросить об этом — очень сложно. Поскольку редко у кого есть право на слабость. Быть слабой и нуждающейся позволено не всем. Часто семья воспитывает ребёнка так, что единственное, что даёт право на слабость — это болезнь. И люди бессознательно вынуждены пользоваться этой уловкой, чтобы дать себе возможность отдохнуть и попросить о заботе. Наша культура испокон веков считает слабость непозволительной, воспевая в сказках и легендах самоотречение и героизм: Маленький ребёнок, которого мама оставила одного и ушла, будет долго захлёбываться от плача в кроватке. Потом он затихнет и уснёт. Нет, он не успокоится. Часть его души просто отомрёт. В его сознании мама бросила его и никогда не вернётся. Эта боль покинутого ребёнка, особенно повторённая в детстве много раз, заставит уже взрослого человека очень болезненно относиться к опасности потери любви. Для ребёнка есть только он и его потребности, он не может понять, что мама ушла по своим важным делам, что она была в ванной или ей было плохо или она ушла на пять минут и её задержали. Для ребёнка есть только он, его потребность в любви и его горе, что этой любви нет тогда, когда ему так нужно. Взрослые люди, спустя много много лет ведут себя также как этот ребёнок. Для них есть только их потребность в любви и их боль, если этой любви не дали. Им очень сложно осознать, что у другого человека есть отличные от их потребности. “Если ты меня любишь, будь добр давать мне то, что мне нужно! И немедленно!” Они искренни обижаются, когда другой не даёт и не удовлетворяет их потребности. Эта обида накрывает жгучей болью и разрывает сердце, не давая продохнуть. Человеку со шрамом в душе очень сложно учитывать потребности других людей и заявлять о своих. Он ждёт, что мир как мама сам догадается о том, что ему нужно и всё ему даст. И если кто-то, особенно близкий этого не делает, то старая боль и обида накрывает с головой. Оставаясь "обиженным ребёнком", человек зациклен на себе. Он весь в своих детских ранах. Другой человек, он… другой. У него свои мысли, свои чувства, свои представления о себе и своей жизни, свои планы и свои потребности. Его предназначение не в том, чтобы сделать вас счастливой (да, не в этом!) Он живёт свою жизнь и живёт как может. Как не прискорбно об этом говорить , но ваш любимый мужчина, никогда не сможет стать вам любящим папой, дать вам всю ту нежность и безусловную любовь, восхищение и обожание, которое дают папы маленьким девочкам (тем из них, которым повезло). Женщина не сможет заменить мать и любить также безусловно как она. Если она кладёт на алтарь любви всю свою жизнь и живёт только ради вас, то у этой любви есть название — психологическая зависимость. Заполнить другим человеком дыру в своей душе — мечта многих обездоленных людей. Запихнуть туда любовь, преданность, признание, обожание и понимание своей безусловной ценности — тем самым восстановить баланс. Ощущая внутри не проходящий голод по любви и при этом понимая, что у другого человека своя жизнь, своя история, свои потребности, возможности и желания; и он этот другой может физически не смочь дать ту любовь, которая так нужна, у него есть право и выбор, свои решения — давать или не давать; и этот решение всегда за ним, — и при этом не уходить в обиду — очень не легко. Особенно, если обижаться по любому поводу и прятаться в свою наглухо сжатую раковину — привычный и многолетний способ защиты от боли. Разжимать свою раковину, высовывать оттуда голову и говорить о себе, о боли, о потребностях, о желаниях и пытаться во всём этом слышать не только себя, но и другого — адский труд. Позволить себе выражать свои эмоции, признавать свою боль. Тогда легче увидеть боль другого, признать его право на эту боль. Автор: Юлия Базылева

Оденься, а то простудишься! Правда ли это?

Сколько раз мамы говорили нам в детстве, чтобы, выходя на холод, мы обязательно тепло одевались — иначе простудимся. Уже довольно давно ученые смогли определить, что простудные заболевания у человека начинаются из-за риновирусов, вызывающие воспаление верхних дыхательных путей. Так кто же прав — наука или наши мамы? Долгое время было известно, что риновирусы успешнее всего размножаются в человеческом организме, если находятся в холодном месте. Например, в дыхательных носовых путях, которые плохо прогреваются на морозе. Почему так происходит — из-за лучшей адаптации риновирусов к холоду или из-за худшей работы иммунной системы при пониженных температурах — было неизвестно. Выяснить, наконец, что происходит на самом деле, решили специалисты Йельского университета. В лабораторных условиях они подвергли заражению риновирусом клетки дыхательных путей у нескольких мышей, а затем поместили часть животных в теплое помещение, а часть — в холодное. Выяснилось, что у мышей, находящихся в холодных условиях, вирус гораздо лучше распространился по дыхательным путям по сравнению с мышами, которые были в теплой клетке. Как оказалось, все дело во врожденном иммунитете животных: при холодной температуре в клетках вырабатывалось намного меньше интерферонов — белков, отвечающих за борьбу организма против вируса. Дыхательные пути, с каждым вздохом охлаждаемые холодным воздухом, оказываются под угрозой поражения вирусом. Ученые предположили, что такой же механизм работы иммунной системы действует и на человека. В дальнейших исследованиях, проведенных на добровольцах, предположение было подтверждено: иммунитет человека действительно работает хуже при низких температурах и клетки тканей (например, верхних дыхательных путей) не могут полноценно противостоять инфекции. В результате мы получаем типичную простуду — першение в горле и заложенный нос. В итоге можно сказать, что простуда действительно появляется в результате заражения дыхательных путей риновирусами. Холод же является косвенным фактором, увеличивающим шансы заболеть. Получается, что правы оказались и мамы, и ученые. А это значит, советами родителей не стоит пренебрегать: не ленитесь замотаться в шарф и надеть шапку, когда выходите на улицу в холодную погоду.

Систематическая ошибка выжившего

Систематическая ошибка выжившего (англ. survivorship bias) — разновидность систематической ошибки отбора, когда по одной группе («выжившим») есть много данных, а по другой («погибшим») — практически нет. Так что исследователи пытаются искать общие черты среди «выживших», забывая о том, что не менее важная информация скрывается среди «погибших». — Жизненные примеры. Во Вторую мировую войну Абрахам Вальд получил задачу. Не все английские бомбардировщики возвращались на базу. На тех, что возвращались, было множество пробоин от зениток и истребителей на крыльях и хвосте. Значит ли это, что в этих местах нужно больше брони? Вальд сказал: нет, как раз эти места достаточно защищены. Самолёт, которому попали в кабину или топливный бак, выходит из строя и не возвращается. Поэтому укреплять надо те места, которые наиболее «чистые». Известна фраза: «Слухи об уме и доброте дельфинов основаны на рассказах уставших пловцов, которых они толкали к берегу, но мы лишены возможности услышать рассказ тех, кого они толкали в другую сторону». Книги наподобие «Секреты успеха от Джона Смита» также страдают ошибкой выжившего: это значит лишь то, что дело Джона Смита не разорилось. Куда полезнее было бы узнать: а какие ошибки допустили разорившиеся конкуренты Смита? Стивен Левитт в своём блоге «Фрикономика» проанализировал несколько таких книг и выяснил: на момент написания статьи большинство компаний, превозносимых книгами, чувствовали себя не очень хорошо, а некоторые вообще прекратили своё существование. Таким образом, «культура дисциплины» — или что-то ещё, что якобы помогло им удержаться на плаву — в дальнейшем их подвело.

Уинстон Черчилль и «сухой закон»

В период действия Восемнадцатой поправки к конституции США, которая запрещала производство и продажу любых опьяняющих напитков, алкоголь был под запретом для реализации обычным образом, но по-прежнему рассматривался как лекарство в определенных жизненных условиях по предписанию доктора. Во время визита сэра Уинстона Черчилля в США в 1931-1932 годах британский политик попал под автомобиль и нуждался в лекарствах. Поэтому ему был выписан вот такой «рецепт»: «Этим свидетельствую, что для выздоровления от последствий несчастного случая сэру Уинстону Черчиллю необходимо потреблять крепкий алкоголь, особенно с едой. Количество естественно нефиксировано, но минимальная доза — 250 мл».