Беседа писателя и журналиста Дмитрия Быкова с актером, поэтом Леонидом Филатовым (1946-2003), 1998 год. Текст приводится по изданию: Быков Д.Л. И все-все-все: сб. интервью. Вып. 2 / Дмитрий Быков. — М.: ПРОЗАиК, 2009. — 336 с. Дмитрий Быков: Первое интервью Филатов дал мне в 1990 году, когда нас познакомил Алексей Дидуров. Второе — восемь лет спустя, после тяжелой болезни и нескольких операций. Он тогда возвращался к жизни, публиковал «Любовь к трем апельсинам» и получал «Триумф» — за то, что выжил, пережил травлю, болезнь, тяжелый духовный перелом — и не сломался. Потом мы встречались много раз, но, кажется, никогда он не говорил вещей столь важных, как в том втором разговоре. — Леня, я помню, какой бомбой взорвалось когда-то ваше интервью «Правде», ваш уход от Любимова... Вас не пытались зачислитъ в «красно-коричневые»? — Я никогда не боялся печататься там, где это не принято. Кроме того, больше у меня такого интервью нигде бы не напечатали. Я честно сказал, что мне противно это время, что культура в кризисе, что отходит огромный пласт жизни, который, кстати, я и пытался удержать программой «Чтобы помнили». Это сейчас, когда телевидение перекармливает нас ностальгухой, существует даже некий перебор старого кино, а тогда казалось, что все это отброшено... Зачислить меня никуда нельзя, потому что я признаю только дружеские, а никак не политические связи. Я люблю и буду любить Губенко вне зависимости от его убеждений. Помню, мы с Ниной пошли в Дом кино на годовщину августовского путча. Честно говоря, я не очень понимал, чего уж так ликовать, ну поймали вы их, ну и ладно... Там стоял крошечный пикет, довольно жалкого вида, прокоммунистический, и кто-то мне крикнул: «Филатов, и ты с ними?» Я несколько, знаешь ли, вздрогнул: я ни с кем. — Я поначалу сомневался — проголосуете ли вы за Ельцина? Ведь зал «Содружества актеров Таганки» предоставлялся под зюгановские сборища... — Нет, господин Зюганов никогда не пользовался среди меня популярностью. На выборы я не пошел — ждал, пока придут ко мне домой с избирательного участка. Я болен и имею на это право. Ко мне пришли, и я проголосовал за Ельцина. И то, что народ в конечном итоге выбрал его, заставляет меня очень хорошо думать о моем народе. Он проголосовал так не благодаря усилиям Лисовского и Березовского, но вопреки им. Вся проельцинская пропаганда была построена на редкость бездарно — чего стоит один лозунг «Выбирай сердцем» под фотографией Ельцина, в мрачной задумчивости стоящего у какого-то столба... Почему именно сердцем и именно за такую позу? Здравый смысл народа в конечном итоге оказался сильнее, чем раздражение против всей этой бездарности. И я проголосовал так же, хотя в первом туре был за Горбачева. Я уверен, ему еще поставят золотой памятник. Этим человеком я восхищаюсь и всегда взрываюсь, когда его пытаются представить поверхностным болтуном. Он четкий и трезвый политик — я помню его еще по поездке в Китай, когда он собрал большой десант наших актеров и режиссеров и впервые за двадцать лет повез туда. Как нас встречали! — Вы не скучаете по лучшим временам Таганки, по работе с Любимовым? — Я очень любил шефа. Я ни с кем, кроме него, не мог репетировать, — может быть, и от Эфроса ушел отчасти поэтому, а не только из-за принципов... Своей вины перед Эфросом я, кстати, не отрицаю — да и как я могу ее отрицать? Смерть — категория абсолютная. Но и после его смерти, сознавая свою вину, я говорю: он мог по-другому прийти в театр. Мог. В своем первом обращении к актерам он мог бы сказать: у меня в театре нелады, у вас драма, давайте попытаемся вместе что-то сделать, Юрий Петрович вернется и нас поймет... Он не сказал этого. И поэтому его первая речь к труппе была встречена такой гробовой, такой громовой тишиной. У меня с Юрием Петровичем никогда не было ссор — он не обделял меня ролями, от Раскольникова я сам отказался, вообще кино много времени отнимало, — он отпускал. И после Щукинского он взял меня сразу — я показал ему Актера из нашего курсового спектакля «На дне»... — А Эфрос, насколько я знаю, в том же «На дне» предлагал вам Ваську Пепла? — Да, но я не хотел это играть. И вообще не люблю Горького. И Чехова, страшно сказать, не люблю — верней, пьесы его. Не понимаю, зачем он их писал. Любимов отговаривал меня уходить. Отговаривал долго. Но остаться с ним я не мог — правда тогда была на Колиной стороне, да и труднее было именно Коле. Хотя победил в итоге Любимов, да никто и не рассчитывал на другой вариант. — О таганской атмосфере семидесятых слагались легенды: время было веселое и хулиганское. — Конечно, это было чудо, а играть с Высоцким — вообще нечто невероятное, я ведь с ним в «Гамлете» играл... Правда, от моей роли Горацио осталось реплик десять, но это и правильно. Любимов объяснял: вот тут вычеркиваем. Я, робко: но тут же как бы диалог у меня с ним... «Какой диалог, тут дело о жизни и смерти, его убьют сейчас, а ты — диалог!» И действительно: Гамлет умирает, а я со своими репликами... Высоцкий не обладал той техникой, которая меня поражает, например, в Гамлете Смоктуновского, но энергетикой превосходил все, что я видел на сцене. Он там делал «лягушку», отжимался, потом, стоя с Лаэртом в могиле, на руках поднимал его, весьма полного у нас в спектакле, и отбрасывал метров на шесть! А насчет баек, — Любимов очень любил перевод Пастернака. Мы его и играли, хотя я, например, предпочитаю вариант Лозинского: у Пастернака есть ляпы вроде «Я дочь имею, ибо дочь моя», и вообще у Лозинского как-то изящнее, это снобизм — ругать его перевод. И мы с Ваней Дыховичным решили подшутить — проверить, как Любимов будет реагировать на изменения в тексте. Ваня подговорил одного нашего актера, игравшего слугу с одной крошечной репликой, на сцену не выходить: я, мол, за тебя выйду и все скажу. Там такой диалог: Клавдий — Смехов — берет письмо и спрашивает, от кого. — От Гамлета. Для вас и королевы. — Кто передал? — Да говорят, матрос. — Вы можете идти. А Венька, надо сказать, терпеть не может импровизаций, он сам все свои экспромты очень тщательно готовит. Тут выходит Дыховичный и начинает шпарить следующий текст: — Вот тут письмо От Гамлета. Для вас и королевы. Его какой-то передал матрос, Поскольку городок у нас портовый И потому матросов пруд пруди. Бывало, раньше их нигде не встретишь, А нынче, где ни плюнь, везде матрос, И каждый норовит всучить письмишко От Гамлета. Для вас и королевы. «Городок портовый» применительно к столице королевства — это особенный кайф, конечно. Высоцкий за кулисами катается по полу. Венька трижды говорит «Вы можете идти» и наконец рявкает это так, что Дыховичный уходит. Шеф смотрит спектакль и потом спрашивает: что за вольности? А это мы, Юрий Петрович, решили в текст Пастернака вставить несколько строчек Лозинского. Он только плечами пожал: «Что за детство?» Но вообще работать с Любимовым всегда было счастьем. Иногда он, конечно, немного подрезал актеру крылья... но уж если не подрезал, если позволял все, — это был праздник несравненный. — Любимов вам звонил — поздравить с премией, спросить о здоровье? — Нет. Я и не ждал, что он позвонит. — А кто ваши друзья сегодня? — Адабашьян. Боровский. Лебешев, который так эстетски снял меня в «Избранных», — я до сих пор себе особенно нравлюсь вон на той фотографии, это кадр оттуда... Потом мы вместе сделали «Сукиных детей», Паша гениальный оператор... Ярмольник. Хмельницкий. Многие... — «Чтобы помнили» — трагическая, трудная программа. Вам тяжело ее делать? — Да, это страшный материал... А профессия — не страшная? Российский актер погибает обычно от водяры, все остальное — производные. А отчего он пьет, отчего черная дыра так стремительно засасывает людей, еще вчера бывших любимцами нации, — этого я объяснить не могу, это неистребимый трагизм актерства. На моих глазах уходили люди, которых я обожал, которых почти никто не вспоминает: Эйбоженко, умерший на съемках «Выстрела», Спиридонов, которого не хотели хоронить на Ваганьковском, потому что он был только заслуженным, а там положено лежать народным... Боже, что за счеты?! Вот и сегодня, когда я хотел сделать вторую программу о Спиридонове, — в первую вошла лишь часть материалов, — мне на ОРТ сказали: не та фигура. Такое определение масштабов, посмертная расстановка по росту, — ничего, да? Гипертоник Богатырев, младше меня на год, рисовал, писал, был страшно одинок и пил поэтому, и работал как проклятый, — после спектакля во МХАТе плохо себя почувствовал, приехала «скорая» и вколола что-то не то... Белов, умерший в безвестности, подрабатывавший шофером, как его герой в «Королеве бензоколонки»... Гулая, которая после разрыва со Шпаликовым все равно не спаслась и кончила так же, как он... И я стал делать цикл, хотя меня предупреждали, что я доиграюсь в это общение с покойниками. В каком-то смысле, видимо, доигрался: раньше, например, я никогда не ходил на похороны. Как Бунин, который похороны ненавидел, страшно боялся смерти и никогда не бывал на кладбищах. И я старался от этого уходить, как мог, и Бог меня берег от этого — всякий раз можно было как-то избежать, не пойти... Первые похороны, на которых я был, — Высоцкий. Тогда я сидел и ревел все время, и сам уже уговаривал себя: сколько можно, ведь он даже не друг мне, — мы были на ты, но всегда чувствовалась разница в возрасте, в статусе, в таланте, в чем угодно... И унять эти слезы я не мог, и тогда ко мне подошел Даль, который сам пережил Высоцкого на год. Он пришел с Таней Лавровой и выглядел ужасно: трудно быть худее меня нынешнего, но он был. Джинсы всегда в обтяжку, в дудочку, а тут внутри джинсины будто не нога, а кость, все на нем висит, лицо желто-зеленого оттенка... Он меня пытался утешить — да, страшно, но Бог нас оставил жить, и надо жить, — а мне было еще страшнее, когда я глядел на него. Я всегда обходил кладбища, но с некоторых пор — вот когда начал делать программу — вдруг стал находить какой-то странный кайф в том, чтобы туда приходить. Особенно в дождь. Я брожу там один и прежнего ужаса не чувствую. Меня самого тогда это удивило. Я и сам понимаю, что общение со вдовами и разгребание архивов не способствуют здоровью. Но цикл делается, я его не брошу. Сейчас вот сниму о Целиковской. — А заканчивать «Свободу или смерть» вы будете? — Отснято две трети картины, но мне ее доделывать не хочется. Хотя когда перечитываю сценарий — нет, ничего, кое-что угадано. Угадано, во всяком случае, что происходит с искусством во времена внезапной свободы и куда приходит художник в этих условиях собственной ненужности: у меня он гибнет на баррикадах, оказавшись среди экстремистов. — А здоровье позволяет вам снимать? Вообще расскажите, как у вас сейчас с этим, — слухов множество. — Сейчас, надеюсь, я выкарабкался, хотя побывал в реанимации столько раз, что это слово перестало пугать меня. Работать я могу и даже пишу помаленьку пьесу в стихах «Любовь к трем апельсинам» — сейчас дописываю второй акт, а ставить ее в Содружестве хочет Адабашьян. Речь у меня теперь не такая пулеметная, как раньше, это тяготит меня сильнее всего, и зрители пишут недоуменные письма, почему Филатов пьяным появляется в кадре. Приходится объяснять, что это от инсульта, а не от пьянства... — Инсульт, насколько я помню, случился у вас в день расстрела Белого дома? — Сразу после. Тогда я его не заметил. Мне казалось — я какой-то страшный сон смотрю, Чечня после этого меня уже не удивила... — Вы всю жизнь пишете стихи. Вам не хотелось уйти в литературу? Песенный компакт-диск разлетелся мгновенно, а «Разноцветную Москву» поют во всех компаниях... — То, что я делаю, к литературе чаще всего не относится. С этим в нее не пойдешь. «Разноцветную Москву» — «У окна стою я, как у холста» — я вообще написал в конце шестидесятых, сразу после Щукинского, и никакого значения этой песенке не придал: тогда многие так писали. Качан замечательно поет мои стихи, они даже по-новому открываются мне с его музыкой, что-то серьезное: диск, м-да... Но я никогда не считал себя поэтом, хотя сочинял всегда с наслаждением. — Почему вы взялись за «Любовь к трем апельсинам»? — Меня восхитила фабула, а пьесы-то, оказывается, нет. Есть либретто. Делать из этого пьесу — кайф несравненный, поскольку получается очень актуальная вещь, актуальная не в газетном смысле... Я вообще не позволю себе ни одной прямой аналогии. Но в некоторых монологах все равно прорывается то, о чем я сегодня думаю. Тем лучше — я выскажусь откровенно. — Кого вы планируете занять? — Очень хочу, чтобы играл Владимир Ильин. — А кто еще вам нравится из сегодняшних актеров? — Я страшно себя ругал, что не сразу разглядел Маковецкого: он у меня играл в «Сукиных детях» — и как-то все бормотал, бормотал... и темперамента я в нем особого не почувствовал, — потом смотрю материал!.. Батюшки!.. Он абсолютно точно чувствует то, что надо делать. Ильина я назвал. Мне страшно интересен Меньшиков, ибо это актер с уникальным темпераментом и техникой. Машков. Я обязательно пойду на «Трехгрошовую оперу» — именно потому, что об этом спектакле говорят взаимоисключающие вещи. Вот тебе нравится? — Да, вполне. Хотя сначала не нравилось совершенно. — А почему? — А там Костя Райкин очень отрицательный и страшно агрессивная пиротехника, звук орущий... Я только потом понял, что все это так и надо. Очень желчный спектакль, пощечина залу. — Видишь! А я слышал принципиально другое: что это типичный Бродвей. Надо пойти на той неделе. — Интересно, вы за деньги пойдете или вас кто-то проведет? — Я не жадный, но как-то мне странно к Косте Райкину заходить с парадного входа и без предупреждения. Я ему позвоню, он нам с Ниной оставит билеты. Шацкая. Я еще на Женовача хочу! Филатов. Будет, будет Женовач... — Что в искусстве на вас в последний раз действительно сильно подействовало? Не люблю слова «потрясло»... — Вчера в тридцатый, наверное, раз пересматривал «Звезду пленительного счастья» Владимира Мотыля и в финале плакал. Ничего не могу с собой поделать. Там гениальный Ливанов — Николай, вот эта реплика его, будничным голосом: «Заковать в железа, содержать как злодея»... Невероятная манера строить повествование. И, конечно, свадьба эта в конце... Очень неслучайный человек на свете — Мотыль. Очень. — А кто из поэтов семидесятых—девяностых как-то на вас действует? Кого вы любите? — Я сейчас все меньше ругаюсь и все больше жалею... Вообще раздражение — неплодотворное чувство, и меня время наше сейчас уже не раздражает, как прежде: что проку брюзжать? Лучше грустить, это возвышает... Когда умер Роберт Иванович Рождественский, я прочел его предсмертные стихи, такие простые, — и пожалел его, как никогда прежде: «Что-то я делал не так, извините, жил я впервые на этой Земле»... Вообще из этого поколения самой небесной мне всегда казалась Белла. Красивейшая женщина русской поэзии и превосходный поэт — ее «Качели», про «обратное движение», я повторяю про себя часто. Вознесенский как поэт сильнее Евтушенко, по-моему, но Евтушенко живее, он больше способен на непосредственный отклик и очень добр. Впрочем, все они неплохие люди... — Вы выходите в свет? — Стараюсь не выходить, но вот недавно поехали с Ниной и друзьями в китайский ресторан, тоже, кстати, отчасти примиряющий меня с эпохой. Раньше даже в «Пекине» такого было не съесть: подаются вещи, ни в каких местных водоемах не водящиеся. И у меня есть возможность все это попробовать, посмотреть, — когда бы я еще это увидел и съел? Как-то очень расширилась жизнь, роскошные возможности, даже на уровне еды... Девочки там, кстати, были замечательные: я официантку начал расспрашивать, как ее зовут, и оказалось, что Оля. Вот, говорю, как замечательно: у меня внучка Оля... Адабашьян, как бы в сторону: «Да-а... интересно ты начинаешь ухаживание!» — Кстати об ухаживании: Шацкая была звездой Таганки, к тому же чужой женой. Как получилось, что вы все-таки вместе с середины семидесятых? — Любимов постоянно ссорился с Ниной, она говорила ему в глаза вещи, которых не сказал бы никто... но он брал ее во все основные спектакли, очевидно, желая продемонстрировать, какие женщины есть в театре. Она была замужем за Золотухиным, сыну восемь лет, я был женат, нас очень друг к другу тянуло, но мы год не разговаривали — только здоровались. Боролись, как могли. Потом все равно оказалось, что ничего не сделаешь. — Вы водите машину? — Не люблю этого дела с тех пор, как на съемках в Германии, третий раз в жизни сидя за рулем, при парковке в незнакомом месте чуть не снес ухо оператору о стену соседнего дома. Оператор как раз торчал из окна с камерой и снимал в этот момент мое умное, волевое лицо. При необходимости могу проехать по Москве (за границей больше в жизни за руль не сяду), но пробки портят все удовольствие. — У вас есть любимый город? — Прага. Я впервые попал туда весной шестьдесят восьмого. Господи, как они хорошо жили до наших танков! Влтава — хоть и ниточка, а в граните. Крики газетчиков: «Вечерняя Прага!». Удивительно счастливые люди, какие-то уличные застолья с холодным пивом, черным хлебом, сладкой горчицей... Легкость, радость. Ну, и Рим я люблю, конечно... — Ваш сын стал священником, — вам не трудно сейчас с ним общаться? — Трудно. Он в катакомбной церкви, с официальным православием разругался, сейчас хочет продать квартиру и уехать в глушь, я ничего ему не советую и никак не противодействую, но некоторая сопричастность конечной истине, которую я в нем иногда вижу, настораживает меня... Он пытается меня сделать церковным человеком, а я человек верующий, но не церковный. И все равно я люблю его и стараюсь понять, хотя иногда, при попытках снисходительно улыбаться в ответ на мои заблуждения, могу по старой памяти поставить его на место. Он очень хороший парень на самом деле, а дочь его — наша внучка — вообще прелесть. — Вы назвали себя верующим. Скажу вам честно — в Бога я верю, а в загробную жизнь верить не могу. Или не хочу. Как вы с этим справляетесь? — Бог и есть загробная жизнь. — А по-моему, я Богу интересен, только пока жив, пока реализуюсь вот на таком пятачке... — Да ну! Ты что, хочешь сказать, что все это не стажировка? Что все вот это говно и есть жизнь? — Почему нет? — Потому что нет! Это все подготовка, а жизнь будет там, где тебе не надо будет постоянно заботиться о жилье, еде, питье... Там отпадет половина твоих проблем и можно будет заниматься нормальной жизнью. Например, плотской любви там не будет. — Утешили. — Утешил, потому что там будет высшая форма любви. — А как я буду без этой оболочки, с которой так связан? — Подберут тебе оболочку, не бойся... — А мне кажется, что все главное происходит здесь. — Да, конечно, здесь не надо быть свиньей! Здесь тоже надо довольно серьезно ко всему относиться! И главное, мне кажется, четко решить, что делать хочешь, а чего не хочешь. И по возможности не делать того, что не хочешь, что поперек тебя. Так что мы, я полагаю, и тут еще помучаемся, — не так это плохо, в конце концов...
Читайте также
7 опечаток, за которые пришлось заплатить невероятно дорого
Самая крошечная ошибка или опечатка может обернуться большими неприятностями. В некоторых случаях ущерб от какого-нибудь недостающего знака препинания или пары лишних букв составлял десятки и даже сотни миллионов долларов. Потерянный дефис НАСА Ущерб: $80 миллионов Дефис – далеко не самый важный знак препинания, однако в 1962 году его отсутствие в коде бортового компьютера стоило НАСА 80 миллионов долларов. Речь идёт о запуске направлявшегося к Венере космического аппарата «Маринер-1», который вследствие маленькой ошибки потерял управление и был уничтожен на 293 секунде после старта. Английский писатель и учёный Артур Кларк написал через несколько лет, что Маринер-1 был «уничтожен самым дорогим дефисом в истории». Случай со старинным элем Ущерб: $502 996 Недостающая буква «р» в названии 150-летнего эля стоила незадачливому продавцу больше полмиллиона долларов. Несколько коллекционеров знали, что на аукцион должны выставить редкую бутылку напитка под названием «Allsopp’s Arctic Ale», но не смогли её найти, потому как продавец опустил в названии одну букву «р» и продавал «Allsop’s Arctic Ale». В результате в аукционе приняло участие только два претендента, и бутылка ушла за 304 доллара. Покупатель исправил ошибку и тут же продал бутылку за 503 300 долларов. Ошибка в Библии, поменявшая смысл заповеди на прямо противоположный Ущерб: $4 590 В 1631 году английские печатники выпустили Библию с ошибкой в седьмой из десяти заповедей – была пропущена частица «не». В их изложении заповедь стала звучать как «прелюбодействуй». Эту Библию окрестили «Библией прелюбодеев», издателей оштрафовали на три тысячи фунтов, а весь тираж пришлось уничтожить. Макароны с расистским уклоном Ущерб: $20 000 В кулинарной книге «Penguin», выпущенной в Австралии, оказался рецепт макарон, где блюдо рекомендовалось приправлять «свежемолотыми черными людьми» («freshly ground black people»). Оказалось, что причиной появления скандального рецепта стала ошибка корректора, и в этом месте подразумевался «свежемолотый черный перец» («freshly ground black pepper»). Отзывать уже проданный тираж не стали, однако не успевшие разойтись 7 тысяч экземпляров были уничтожены и перепечатаны заново. Продажа акций по низким, катастрофически низким ценам Ущерб: $340 миллионов В декабре 2005 года трейдер японской компании Mizuho Securities получил заявку на продажу одной акции по цене 610 тысяч иен за штуку. Он перепутал количество акций и цену и, в результате, выставил 610 тысяч акций по цене 1 иена. Эта ошибка вызвала хаос на рынке, обвал индекса Nikkei и привела к отставке руководства Токийской фондовой биржи. Ущерб составил 340 миллионов долларов. Рекордно дорогая рекламная акция Ущерб: $50 миллионов В 2007 году автодилер города Розуэлл (Нью-Мексико) придумал «блестящий» рекламный ход: выпустить и разослать 50 тысяч лотерейных билетов, в одном из которых находился выигрыш на тысячу долларов. Но компания, которая должна была печатать билеты, по ошибке сделала выигрышными их абсолютно все. То есть общая сумма выигрыша составила 50 миллионов. Не в состоянии выплатить долг, автодилер пообещал выдать за каждый выигравший билет по подарочному сертификату стоимостью в пять долларов. Экзотический отпуск становится эротическим Ущерб: $10 миллионов Несколько лет назад туристическая компания из Калифорнии «Sonoma» решила разместить свой баннер в справочнике «Желтые страницы». Когда реклама начала приносить первые плоды, они поняли, что жестоко ошиблись. Вместо «экзотических путешествий» в справочнике были обещаны «эротические». В результате фирма получила совсем не ту популярность, на которую рассчитывала. Ошибка стоила типографии 10 миллионов долларов, которые отсудила у них туристическая компания.
10 синдромов, о которых вы не знали
Природа в целом и наша психика в частности — те еще затейники и творцы непознанного. С людьми постоянно случается нечто необычное, многое уже изучено и названо. В честь разных писателей, художников, героев книг, психиатров и других граждан. И лучше бы нам, как людям образованным, знать, когда и какой фортель выкинет наш организм. Синдром Стендаля Очень забавный синдром, хотя, конечно, тем, кто ему подвержен, бывает не так весело. Синдром Стендаля проявляется в головокружении, обмороках, учащенном сердцебиении и даже иногда галлюцинациях в окружении произведений искусства или невероятно красивой природы. Представляете, да? Как если бы вы пришли в Эрмитаж и хлопнулись там в обморок от силы искусства. Название синдром получил из-за одной из книг Стендаля, в которой он описал свои ощущения во время визита во Флоренцию: «Когда я выходил из церкви Святого Креста, у меня забилось сердце, мне показалось, что иссяк источник жизни, я шёл, боясь рухнуть на землю... Я видел шедевры искусства, порожденные энергией страсти, после чего все стало бессмысленным, маленьким, ограниченным, так, когда ветер страстей перестает надувать паруса, которые толкают вперед человеческую душу, тогда она становится лишённой страстей, а значит, пороков и добродетелей». Синдром утенка Любопытный психологический принцип: человек иногда ведет себя как новорожденный утенок, который считает, что его мать — это первый увиденный им объект. В нашем случае мы, конечно, в состоянии отличить родную мать от поролонового мячика. Но, тем не менее, то, с чем мы сталкиваемся впервые, мы, подсознательно, считаем самым правильным и лучшим. Например, мультики, которые мы смотрели в детстве, всегда и по умолчанию лучше, чем то, что смотрят дети сейчас. Синдром Ван Гога Спорим, вы сейчас подумали об ухе художника? И подумали почти правильно. Этот синдром выражается в том, что больной очень настаивает на операции или даже — о ужас — оперирует себя сам. Синдром Вахтера Он же синдром маленького начальника. На этом месте все могут согласно закивать, потому что нет в мире никого главнее щуплого охранника, уборщицы, вахтерши, тетеньки в стеклянном стакане в метро и даже гардеробщицы в театре. Любопытный парадокс «мне дали власть, ух я сейчас всем покажу» срабатывает не только на подобного рода сфере услуг, но и на мелких чиновниках. Синдром французского борделя Потрясающая способность женской общности, проводящей много времени вместе, через небольшой промежуток времени синхронизировать свои менструальные циклы. Ученые говорят, что во всем виноваты феромоны, которые дамы незаметно для себя улавливают в воздухе, а все прочие тренируются в сарказме на внезапно и крепко подружившихся людях любого пола «У вас там месячные еще не синхронизировались?» И еще один интересный факт. Циклы всех дам подстраиваются под цикл альфа-самки, даже если официально такой в коллективе нет. Иерусалимский синдром Такой вид мании величия, который проявляется только в Иерусалиме. Турист, прибывший в древний город с религиозными целями, или паломник вдруг решает, что как раз он-то и владеет божественными и пророческими силами. Еще и мир непременно должен спасти. Обязательным дополнением к разнообразным симптомам является театральность в речи и движениях. Этот синдром причисляется к психозам и ведет к принудительной госпитализации. Парижский синдром Еще один финт от неустойчивой нервной системы, также проявляющийся в строго определенном месте. И чаще всего у спокойных и вежливых японских туристов. Они приезжают в страну мечты, окутанную ореолом романтики и неги в уличных кафе, а получают довольно агрессивный город, в котором бесконечно много мигрантов, никто особо не стремится тебе угодить, люди ведут себя агрессивно и процветают уличные кражи. Около 20 японцев в год на этой почве впадает в острое бредовое состояние, испытывает чувство преследования, дереализацию, деперсонализацию, тревогу и другие проявления психического расстройства. Самый лучший способ лечения парижского синдрома — немедленно отправить страдальца на родину. Синдром Дженовезе Он же «Эффект свидетеля». Люди, оказавшиеся свидетелями чрезвычайной ситуации, часто не пытаются помочь пострадавшим. Вероятность того, что кто-нибудь из свидетелей начнёт помогать пострадавшим, тем меньше, чем больше людей станут просто стоять и смотреть. Один из главных способов справиться с этим эффектом и дождаться все-таки помощи, выбрать из толпы конкретного человека и обращаться к нему адресно. Синдром Адели Так называют всепоглощающую и длительную любовную одержимость, болезненную страсть, которая остается без ответа. Название свое синдром получил из-за реальной истории, произошедшей с дочерью Виктора Гюго, Аделью. Адель познакомилась с английским офицером Альбертом Пинсоном и сразу же решила, что он — мужчина всей ее жизни. Нельзя сказать точно, был ли он бессердечным подлецом, обманувшим невинное создание, или жертвой эротомании. Однако Пинсон не ответил взаимностью — не помогла ни редкостная красота девушки, ни слава ее отца. Адель преследовала его по всему миру, врала всем, что они уже женаты, и в конце концов окончательно сошла с ума. Синдром Мюнхгаузена Своего рода ипохондрия. Когда все болит и ничего не помогает, но так только кажется. Это расстройство, при котором человек симулирует, преувеличивает или искусственно вызывает у себя симптомы болезни, чтобы подвергнуться медицинскому обследованию, лечению, госпитализации, хирургическому вмешательству и так далее. Общепринятое объяснение причин синдрома Мюнхгаузена гласит, что симуляция болезни позволяет людям с этим синдромом получить внимание, заботу, симпатию и психологическую поддержку. Но это еще ничего. Куда серьезней «делегированный синдром Мюнхгаузена», когда мамаши считают, что их дети страшно больны. И даже намеренно создают для них условия проявления тех или иных серьезных симптомов.
«Титаник»: 5 неизвестных фактов о фильме
Задолго до того, как Пит и Китнисс из «Голодных игр» взорвали прокат, а Белла и Эдвард из сумеречной саги стали всенародными любимцами, кинематограф подарил нам Джека и Роуз – самую красивую пару XX века. 15 лет назад несчастные влюбленные из фильма «Титаник», роли которых сыграли молодые Леонардо ДиКаприо и Кейт Уинслет, помогли Джеймсу Кэмерону стать самым богатым режиссером в мире. Любовный блокбастер заработал 1,8 млрд долларов и получил 11 статуэток «Оскар». 1. Лео не хотел играть в фильме Леонардо Ди Каприо (Leonardo DiCaprio), которому на момент съемок в «Титанике» был 21 год, не хотел играть традиционного для кино романтического героя. «Характер Джека не предполагал глубокие драматические переживания, а Лео при выборе ролей предпочитал ориентироваться на сложных персонажей, – объясняет Джеймс Кэмерон (James Cameron). – Мне было непросто убедить Ди Каприо сделать вызов таким легендам кинематографа, как Грегори Пек (Gregory Peck) и Джимми Стюарт (Jimmy Stewart), которые в свое время выглядели на экране мужественно и держали внимание аудитории. Только рассказав об этих трудностях, мне удалось вдохновить Лео». 2. Вода была теплой Джеймс Кэмерон признался, что все семь месяцев, что шли съемки, работа была сложной, но «мокрые» сцены дались актерам легко. «Вода в баке была 27 градусов, как в бассейне, – говорит режиссер. – Холодное дыхание и пар были добавлены потом». В год выхода фильма, в 1997-м, в прессе появились сообщения о том, что Кэмерон запрещал актерам выходить из воды даже для того, чтобы справить нужду. «Каждый участник съемок мог выходить в туалет, но всем было настоятельно рекомендовано сидеть в баке с водой. Просьба была исполнена!» 3. Кейт и Лео не любят «Титаник» Леонардо Ди Каприо и Кейт Уинслет (Kate Winslet) недовольны своей игрой в «Титанике». «Мой американский акцент ужасен!» – признается 36-летняя Кейт, которая, когда пересматривала фильм в 3D, не могла скрыть разочарования от своей игры и от внешнего вида: 15 лет назад актриса страдала лишним весом, а теперь считается одной из самых стильных, утонченных звезд. «Я виделся с Лео несколько месяцев назад и показал ему 18 минут "Титаника" в 3D, – рассказал Джеймс Кэмерон. – Мы ударились в воспоминания, а Лео хохотал, каким он был ребенком много лет назад. Думаю, он давненько его не видел, а когда мы смотрели фильм на большом экране, он закрывал лицо руками от стыда». 4. Чрезвычайное происшествие на съемках В сцене, в которой Роуз собирается спрыгнуть с корабля, есть момент, когда Лео берет ее за руку. При этом оператор фильма так подсветил кадр, что стали заметны все волоски на руке Кейт Уинслет. Режиссер принял решение остановить съемки, чтобы визажист актрисы смог провести с ней сеанс депиляции. «Это было просто ужасно! Чтобы удалить волосы, они использовали одноразовый станок Bic и пену для бритья Gillette. Я никогда этого не забуду!» – до сих пор вспоминает неловкую ситуацию Кейт Уинслет. 5. Лео и Кейт: друзья навек Леонардо Ди Каприо и Кейт Уинслет крепко подружились за время съемок и во всем полагались друг на друга. Правда, Джеймс Кэмерон вспоминает, что дружба не мешала Кейт подтрунивать над Лео, называя молодого актера «бесполезным» в мужских проявлениях, поскольку он был юн и неопытен. Тем не менее в момент подводной съемки одной из заключительных сцен «Титаника» Леонардо все время был рядом с Кейт, ведь у него уже был сертификат дайвера, и он понимал, что ей может понадобиться его помощь. «Он на самом деле присматривал за мной и заботился обо мне. Я точно знала, что он меня не оставит, и это было прекрасно!» – призналась Кейт Уинслет.
Любите фастфуд?
Если вы являетесь любителем картофеля фри, то наверняка замечали на нём необычные пятна — к этим небольшим чёрным пятнам привыкли все поклонники быстрого питания во всём мире. Эти пятна — не что иное, как вкрапления сахара. Причина, по которой такие пятна появляются, в том, что при хранении картофеля фри в холодильнике часть картофельного крахмала превращается в сахар. Когда картофель фри готовится, высокие температуры заставляют сахар вытапливаться на поверхность, и, когда он полностью готов, последующие низкие температуры становятся причиной появления чёрных пятен на нём. Чтобы избавиться от пятен, нужно на несколько минут поместить картофель фри в воду температурой 90°С. Это приведёт к тому, что сахар равномерно распределится по всей поверхности картофеля, и ваша закуска слегка изменит цвет.
Интересные факты о фильме «Крёстный отец»
«Крёстный отец» — это величественное полотно кинематографии, которое удивляет зрителей уже более полувека. Однако за кадром этой легендарной работы скрывается множество интересных фактов — именно о них мы и расскажем в этой статье. Прототипом Джонни Фонтейна являлся Фрэнк Синатра. Марио Пьюзо был полностью разорён, когда подписывал контракт с Random House на издание «Крестного отца». Всего в фильме показано 18 трупов, включая лошадь. Кинокомпания Paramount Pictures до начала съёмок хотела отобрать проект у Копполы и передать его режиссёру Элии Казану, но Брандо сказал, что тоже уйдёт, если уволят Копполу. Продюсеры всеми силами пытались заставить Френсиса Форда Копполу уволить Пачино со съёмок фильма. Просматривая отснятый материал, они постоянно задавали режиссёру один и тот же вопрос: «Когда же он, наконец, начнет ИГРАТЬ?» Только увидев сцену, в которой Майкл Корлеоне убивает комиссара полиции, они поняли гениальную режиссёрскую прозорливость Копполы. Композитор Нино Рота был номинирован на «Оскар» за лучшую музыку к фильму, но номинацию отменили, когда выяснилось, что он не писал новой музыки для фильма целиком, а переработал отрывки из старой (из фильма «Фортунелла», 1958). В 2006 году по фильму вышла компьютерная игра с одноимённым названием. Слово «коппола» (итал. coppola) обозначает традиционную сицилийскую шляпу, такие шляпы можно увидеть в некоторых «итальянских» сценах фильма. А Корлеоне (итал. Corleone) — это название горной сицилийской деревушки, многие годы служившей убежищем для мафиози. Прототипом Вито Корлеоне являлся знаменитый ганстер Джозеф «Джо» Бонанно. Книга Пьюзо стала бестселлером, разойдясь тиражом 10 миллионов экземпляров. В книге у Майкла и Кей Корлеоне было два сына, а в фильме — сын и дочь. По некоторым сведениям, на роль Вито Корлеоне также претендовал Фрэнк Синатра. Джеймс Каан и Аль Пачино лишь на 10 лет младше актрисы Морганы Кинг, которая сыграла их мать, а Джон Казале — на 5 лет. Съёмки фильма проходили в течение четырёх месяцев в середине 1971 года. Марлон Брандо отказался от присуждённого ему «Оскара». На церемонии вручения он отправил на сцену вместо себя Сашин Лёгкое Перо, представительницу индейского племени апачи, которая тоже не приняла премию. Таким образом актёр хотел высказать протест против дискриминации коренного населения Америки. На разные роли в фильме рассматривались Уоррен Битти, Ален Делон, Берт Рейнолдс, Роберт Редфорд, Дастин Хоффман, Джек Николсон, Роберт Де Ниро, Лоуренс Оливье и другие. Но Коппола отверг все эти кандидатуры. В январе 2008 года компания McFarline выпустила 16-сантиметровую фигурку Дона Корлеоне. По словам Аль Пачино, слёзы Марлона Брандо в сцене в госпитале были настоящими. По словам Марио Пьюзо, персонаж Джонни Фонтейна не был основан на факте из биографии Фрэнка Синатры, по слухам получившего роль в фильме Фреда Циннемана «Отныне и вовеки» (1953) вследствие давления на продюсера картины со стороны мафии. Но впоследствии это стало стереотипом, неоднократно опровергаемым биографами Фрэнка Синатры. Сцена, в которой Санни избивает Карло, снималась в течение 4 дней и потребовала 700 статистов. Во время съёмок Брандо носил специальную капу, чтобы его челюсть выглядела как челюсть бульдога. При утверждении кинопроекта студия Paramount выдвинула требование не привлекать к съемкам Брандо. К тому времени он был известен своими выходками на съёмочной площадке, а также проблемами с алкоголем. На роль крёстного отца пробовали несколько актёров, но лучшую игру показал именно Брандо. Студия вынуждена была согласиться с этим фактом. Студия Paramount приобрела права на экранизацию романа ещё до того, как он был опубликован. В распоряжении студии был лишь 20-страничный план романа. Апельсины являются символом смерти в картине: через некоторое время после их появления в кадре кто-либо погибает. Сам писатель как-то признался, что все свои знания о мафии он почерпнул из других книг. Фильм занимает первое место в списке среди 10 лучших гангстерских фильмов по версии Американского института кино (AFI). Манеру говорить хриплым голосом создатели фильма взяли дону Корлеоне от знаменитого гангстера Фрэнка Костелло. В детстве Фрэнку случайно повредили голосовые связки во время операции по удалению аденоидов. Френсис Форд Коппола загорелся идеей снять фильм после прочтения книги. По его словам, если бы он пришёл с этой идеей в студию Paramount на 4 месяца позже, то ему бы не доверили съёмки этого фильма. Кинокомпания изначально отнеслась к проекту как к небольшой гангстерской драме и не ожидала большого успеха. Спустя полгода книга Марио Пьюзо обрела большую популярность, а фильм стал ожидаемым проектом. Кинокомпания не решилась менять режиссёра посреди съёмок. Актёр Ленни Монтана, игравший Луку Брази, так трепетал при виде Марлона Брандо, что постоянно путал текст. Копполе понравилась такая натуральная нервозность, и он вставил в фильм сцену прямо со спутанным текстом. Считается, что одной из сцен, в которой показывают жестокость Дона Корлеоне, является та, в которой он предлагает избить человека, при этом нежно поглаживая кошку, сидящую у него на коленях. Но дело в том, что никакой кошки не было в сценарии. Эта кошка бродила по съёмочной площадке и запрыгнула на колени к Марлону Брандо как раз перед началом съёмок. Место режиссёра фильма было сначала предложено Серджио Леоне, но тот отказался. Впоследствии Леоне сожалел о своём решении и в 1983 году начал работу над столь же масштабным фильмом «Однажды в Америке».
Истории о людях, добровольно отказавшихся от возможности получить кучу денег
1. Гений математики, отказавшийся от награды в $1 млн Русский математик Григорий Перельман в 2003-м году доказал гипотезу Пуанкаре, утверждающую, что любое трёхмерное пространство без края может быть преобразовано в сферу — эта загадка к тому моменту уже около ста лет считалась неразрешимой. Признанный одним из умнейших людей планеты, Перельман опубликовал два доказательства теоремы — в 2002-м и 2003-м годах, но только в 2010-м группа математиков из Института Клэя подтвердила верность его доказательств, таким образом, одна из семи так называемых «Загадок тысячелетия» была решена. Цена этого решения — $1 млн и «Медаль Филдса», математический эквивалент Нобелевской премии, щедро, не так ли? Но гений отказался от денег, заявив, что научные знания дороже финансового вознаграждения. «Меня не интересуют деньги или слава. Весь мир пронизывает пустота, а она подчиняется формулам — это даёт нам безграничные возможности. Я знаю, что управляет Вселенной. Так объясните мне, почему я должен работать за какой-то миллион?» — говорил Перельман в интервью местной газете. 47-летний гений по-прежнему скромно живёт с матерью и сестрой в родном городе — Санкт-Петербурге. 2. Победитель лотереи, не забравший свои £2 млн Кажется, что каждый мечтает выиграть в лотерею, но по-видимому, это не так: 70-летнему немецкому пенсионеру выпал билет на £2 млн ($2,77 млн), но он отказался от наличных, потому не знает, что с ними делать. По словам победителя, ему вообще не интересна победа, так как он купил билет лишь потому, что его покойная жена была страстным игроком. Когда он узнал о своём выигрыше, то пошёл в штаб-квартиру Ассоциации лотерей и сказал им, что не будет брать деньги. Пенсионер не поддался даже на долгие уговоры сотрудников, заявив, что ему нечего делать с этими деньгами, потому что у него на свете никого не осталось — жены и родителей уже нет, а детей или других прямых родственников у него и не было. Ассоциация хранит выигрыш, ожидая, что когда-нибудь он передумает. 3. Изобретатель, не взявший $60 млн, чтобы оставить совесть чистой В 2006-м году учёный-изобретатель Джеффри ван Мидлбрук разработал технологию очищения продуктов горения отходов от газа CO2, применение которой в промышленных масштабах принесло бы ему целое состояние. Разработка Мидлбрука сильно заинтересовала правительство Китая, уверенное в успешном применении этого изобретения в развитии чистой угольной энергетики. Китай — крупнейший в мире потребитель угля, побочным применением которого для производства электроэнергии является огромное количество загрязняющих веществ, попадающих после сгорания топлива в атмосферу — ежегодно в Китае от заболеваний, связанных с ужасающим состоянием воздуха, умирает около полумиллиона человек. Кроме того, уголь, сгорая, способствует увеличению слоя облаков чёрного смога, окутывающего крупные китайские города. При поддержке Университета Китая и глубокой казны Коммунистической Партии, Мидлбруку и его деловому партнёру было предложено профинансировать его научно-исследовательские изыскания суммой в $60 млн. Но изобретатель прочитал в новостях об операциях по извлечению органов у десятков тысяч «узников совести», находящихся в заключении за занятие духовной практикой Фалуньгун, проводящихся в китайских военных госпиталях, также он узнал и о жестоких пытках в тюрьмах и продолжающихся репрессиях со стороны руководства страны по отношению к китайскому народу. При прочтении этих сведений Мидлбрук твёрдо решил: «Вот иностранное правительство тычет нам в нос огромной суммой денег. Но потом я читаю обо всех этих ужасах, происходящих в Китае. Я подумал: я не буду этого делать. Я не могу взять у них деньги. Независимо от значения моей технологии, неважно, сколько они могут предложить, китайские деньги я брать не буду». 4. Рокеры, которые не стали бриться за $1 млн Помните рекламу «Gillette», в которой мужчины в полотенцах бреются после принятия душа? Это подходит для моделей, но точно не имеет никакого отношения к рок-звёздам. Лидеру группы «ZZ Top» Билли Гиббонсу и его коллеге Дасти Хиллу предложили $1 млн, если они сбреют свои бороды, однако, те ответили отказом. На повторное предложение они ответят точно также. «Даже с учётом инфляции это не пройдёт. Перспектива увидеть себя в зеркале гладко выбритым слишком напоминает фильм ужасов. Это предложение никогда не будет рассматриваться, вне зависимости от вознаграждения», — пояснил Гиббонс. 5. Актриса, отвергшая предложение позировать обнажённой за $1 млн Скандально известная актриса Линдси Лохан была возмущена вниманием редакторов небезызвестного издания для мужчин, которым руководит Хью Хефнер, в прошлом году предлагавших ей раздеться в честь 55-й годовщины выхода первого номера журнала. Она не в первый раз отказывается обнажаться для «Плейбоя», но в этот раз её гонорар впервые составил бы $1 млн. Ходят слухи, что несговорчивой звезде предлагали «показать всё» за $700 тыс ещё в сентябре 2008-го года, а в 2009-м её пригласили позировать за $500 тыс — Лохан и на это ответила отказом, после чего «Плейбой» поднял цену до $900 тыс. Ранее Линдси частично обнажалась для фотосессии у знаменитого дизайнера Эди Слимана, а также на съёмках в образе Мэрилин Монро для «New York Magazine» в 2008-м году.
Интересные факты про Bugatti Veyron
Тормоза для Bugatti делает компания, которая делает тормоза для аэробусов. У Bugatti есть собственное крыло, которые управляется автоматически датчиком скорости. Оно помогает Bugatti удерживаться на земле, так как авто едет быстрее, чем самолет при разгоне. Его разрабатывали совместно с аэрокосмическими конструкторами. В логотипе инициалы Этторе Бугатти - основателя компании. У Bugatti двойной V образный 8-цилиндровый двигатель, вместе они составляют 16-ти цилиндровый, для комфортных поездок в городе и на трассе. Двигатель сделан из титана. Состоит более чем из 3500 частей. Настоящая мощность мотора 3000 л.с. — 2/3 этой энергии уходит в тепло. При первом тесте двигателя чуть не сгорело все здание, ведь было выделено столько тепла, что хватило бы на согрев 100 домов в зимний период. При тестировании первого Bugatti Veyron, при скорости свыше 300 км/ч из выхлопной трубы вырывалось пламя длинной 2 метра. Хотели оставить эту фишку, но это незаконно. Пришлось разработать уникальную систему охлаждения. 100 км/ч набирается всего за 2.5 секунды. 300 км/ч за 17 секунд. Переключение передач осуществляется без спада мощности, всего за 150 мс, это быстрее, чем моргнуть глазом. Все это благодаря трансмиссии с двойным сцеплением. Один только контроллер переключения передач мощнее, чем 4 компьютера. Тормозные диски у Bugatti из высокотехнологичного сплава углекерамического титана. У Bugatti две тормозные системы - одна механическая (на колесах), вторая аэродинамическая (анти-крыло). Что бы остановиться на скорости 407 км/ч Bugatti нужно всего 10 секунд. Для Bugatti пришлось разрабатывать новые шины, ведь никто еще не выпускал шины, способные работать при скорости свыше 400 км/ч. Ширина задних колес 37 см. Объем бензобака 100 литров, ведь Bugatti очень любит "кушать". Расход топлива в городе - 47,2 л/100км Абсолютно всё в Bugatti собирается в ручную.
Актера Джеки Чана занесли в Книгу рекордов Гиннесса
Всем поклонникам кино известно, что недавно знаменитый актер Джеки Чан закончил работу над своим новым проектом – фильмом «Доспехи бога. Миссия «Зодиак». Однако новый фильм попал не только в кинотеатры, но и в Книгу рекордов Гиннесса за самое большое количество упоминаний в титрах. Так имя Джеки Чана повторяется аж… 15 раз! Актер, режиссер, продюсер, каскадер, хореограф по сценам сражений, композитор и многое, многое другое. По слухам даже декорации актер таскал на собственном горбу. Сам фильм является продолжением приключенческого боевика, который был снят в начале 90-х. Сегодняшний проект представляет из себя абсолютно самостоятельную картину, повествующую об уже знакомом герое воре Джей Си, по кличке Ястреб.
Захватывающий трюк освобождения фокусника из выброшенного с самолета ящика
Отважный фокусник из Висконсина освободился из закрытого на засовы ящика, падавшего на землю со скоростью больше 200 км/ч, и благополучно приземлился на парашюте недалеко от Чикаго. 47-летний Энтони Мартин помахал изумлённой публике и дал короткое интервью тележурналистам. Он сказал, что пережил потрясающие ощущения. Кроме того, Энтони признался, что на какое-то время оказался дезориентирован, поскольку ящик из фанеры сильно мотало из стороны в сторону, пока он расстёгивал наручники и открывал дверь. Несколько раз дверь, казалось, поддавалась, но затем снова захлопывалась. Перед началом трюка, когда самолёт набрал высоту 4000 метров, парашютисты тщательно проверили снаряжение. Затем Мартин забрался в ящик, его пристегнули наручниками к ремню на его поясе и приковали цепями внутри. Затем закрыли крышку на замки, ключей от которых не существовало. Парашютисты проверили место предполагаемого приземления и, как только всё было готово, выбросили деревянную «темницу» за борт и удерживали её во время полёта в определённом положении. Другие парашютисты в это время снимали смертельно опасный трюк на камеру. Когда до земли оставалось меньше 2000 метров, дверь открылась, Мартин сделал кульбит наружу и раскрыл парашют.
© 2015 — 2024 stakanchik.media
Использование материалов сайта разрешено только с предварительного письменного согласия правообладателей. Права на картинки и тексты принадлежат авторам. Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 16 лет.
