Беседа писателя и журналиста Дмитрия Быкова с актером, поэтом Леонидом Филатовым (1946-2003), 1998 год. Текст приводится по изданию: Быков Д.Л. И все-все-все: сб. интервью. Вып. 2 / Дмитрий Быков. — М.: ПРОЗАиК, 2009. — 336 с. Дмитрий Быков: Первое интервью Филатов дал мне в 1990 году, когда нас познакомил Алексей Дидуров. Второе — восемь лет спустя, после тяжелой болезни и нескольких операций. Он тогда возвращался к жизни, публиковал «Любовь к трем апельсинам» и получал «Триумф» — за то, что выжил, пережил травлю, болезнь, тяжелый духовный перелом — и не сломался. Потом мы встречались много раз, но, кажется, никогда он не говорил вещей столь важных, как в том втором разговоре. — Леня, я помню, какой бомбой взорвалось когда-то ваше интервью «Правде», ваш уход от Любимова... Вас не пытались зачислитъ в «красно-коричневые»? — Я никогда не боялся печататься там, где это не принято. Кроме того, больше у меня такого интервью нигде бы не напечатали. Я честно сказал, что мне противно это время, что культура в кризисе, что отходит огромный пласт жизни, который, кстати, я и пытался удержать программой «Чтобы помнили». Это сейчас, когда телевидение перекармливает нас ностальгухой, существует даже некий перебор старого кино, а тогда казалось, что все это отброшено... Зачислить меня никуда нельзя, потому что я признаю только дружеские, а никак не политические связи. Я люблю и буду любить Губенко вне зависимости от его убеждений. Помню, мы с Ниной пошли в Дом кино на годовщину августовского путча. Честно говоря, я не очень понимал, чего уж так ликовать, ну поймали вы их, ну и ладно... Там стоял крошечный пикет, довольно жалкого вида, прокоммунистический, и кто-то мне крикнул: «Филатов, и ты с ними?» Я несколько, знаешь ли, вздрогнул: я ни с кем. — Я поначалу сомневался — проголосуете ли вы за Ельцина? Ведь зал «Содружества актеров Таганки» предоставлялся под зюгановские сборища... — Нет, господин Зюганов никогда не пользовался среди меня популярностью. На выборы я не пошел — ждал, пока придут ко мне домой с избирательного участка. Я болен и имею на это право. Ко мне пришли, и я проголосовал за Ельцина. И то, что народ в конечном итоге выбрал его, заставляет меня очень хорошо думать о моем народе. Он проголосовал так не благодаря усилиям Лисовского и Березовского, но вопреки им. Вся проельцинская пропаганда была построена на редкость бездарно — чего стоит один лозунг «Выбирай сердцем» под фотографией Ельцина, в мрачной задумчивости стоящего у какого-то столба... Почему именно сердцем и именно за такую позу? Здравый смысл народа в конечном итоге оказался сильнее, чем раздражение против всей этой бездарности. И я проголосовал так же, хотя в первом туре был за Горбачева. Я уверен, ему еще поставят золотой памятник. Этим человеком я восхищаюсь и всегда взрываюсь, когда его пытаются представить поверхностным болтуном. Он четкий и трезвый политик — я помню его еще по поездке в Китай, когда он собрал большой десант наших актеров и режиссеров и впервые за двадцать лет повез туда. Как нас встречали! — Вы не скучаете по лучшим временам Таганки, по работе с Любимовым? — Я очень любил шефа. Я ни с кем, кроме него, не мог репетировать, — может быть, и от Эфроса ушел отчасти поэтому, а не только из-за принципов... Своей вины перед Эфросом я, кстати, не отрицаю — да и как я могу ее отрицать? Смерть — категория абсолютная. Но и после его смерти, сознавая свою вину, я говорю: он мог по-другому прийти в театр. Мог. В своем первом обращении к актерам он мог бы сказать: у меня в театре нелады, у вас драма, давайте попытаемся вместе что-то сделать, Юрий Петрович вернется и нас поймет... Он не сказал этого. И поэтому его первая речь к труппе была встречена такой гробовой, такой громовой тишиной. У меня с Юрием Петровичем никогда не было ссор — он не обделял меня ролями, от Раскольникова я сам отказался, вообще кино много времени отнимало, — он отпускал. И после Щукинского он взял меня сразу — я показал ему Актера из нашего курсового спектакля «На дне»... — А Эфрос, насколько я знаю, в том же «На дне» предлагал вам Ваську Пепла? — Да, но я не хотел это играть. И вообще не люблю Горького. И Чехова, страшно сказать, не люблю — верней, пьесы его. Не понимаю, зачем он их писал. Любимов отговаривал меня уходить. Отговаривал долго. Но остаться с ним я не мог — правда тогда была на Колиной стороне, да и труднее было именно Коле. Хотя победил в итоге Любимов, да никто и не рассчитывал на другой вариант. — О таганской атмосфере семидесятых слагались легенды: время было веселое и хулиганское. — Конечно, это было чудо, а играть с Высоцким — вообще нечто невероятное, я ведь с ним в «Гамлете» играл... Правда, от моей роли Горацио осталось реплик десять, но это и правильно. Любимов объяснял: вот тут вычеркиваем. Я, робко: но тут же как бы диалог у меня с ним... «Какой диалог, тут дело о жизни и смерти, его убьют сейчас, а ты — диалог!» И действительно: Гамлет умирает, а я со своими репликами... Высоцкий не обладал той техникой, которая меня поражает, например, в Гамлете Смоктуновского, но энергетикой превосходил все, что я видел на сцене. Он там делал «лягушку», отжимался, потом, стоя с Лаэртом в могиле, на руках поднимал его, весьма полного у нас в спектакле, и отбрасывал метров на шесть! А насчет баек, — Любимов очень любил перевод Пастернака. Мы его и играли, хотя я, например, предпочитаю вариант Лозинского: у Пастернака есть ляпы вроде «Я дочь имею, ибо дочь моя», и вообще у Лозинского как-то изящнее, это снобизм — ругать его перевод. И мы с Ваней Дыховичным решили подшутить — проверить, как Любимов будет реагировать на изменения в тексте. Ваня подговорил одного нашего актера, игравшего слугу с одной крошечной репликой, на сцену не выходить: я, мол, за тебя выйду и все скажу. Там такой диалог: Клавдий — Смехов — берет письмо и спрашивает, от кого. — От Гамлета. Для вас и королевы. — Кто передал? — Да говорят, матрос. — Вы можете идти. А Венька, надо сказать, терпеть не может импровизаций, он сам все свои экспромты очень тщательно готовит. Тут выходит Дыховичный и начинает шпарить следующий текст: — Вот тут письмо От Гамлета. Для вас и королевы. Его какой-то передал матрос, Поскольку городок у нас портовый И потому матросов пруд пруди. Бывало, раньше их нигде не встретишь, А нынче, где ни плюнь, везде матрос, И каждый норовит всучить письмишко От Гамлета. Для вас и королевы. «Городок портовый» применительно к столице королевства — это особенный кайф, конечно. Высоцкий за кулисами катается по полу. Венька трижды говорит «Вы можете идти» и наконец рявкает это так, что Дыховичный уходит. Шеф смотрит спектакль и потом спрашивает: что за вольности? А это мы, Юрий Петрович, решили в текст Пастернака вставить несколько строчек Лозинского. Он только плечами пожал: «Что за детство?» Но вообще работать с Любимовым всегда было счастьем. Иногда он, конечно, немного подрезал актеру крылья... но уж если не подрезал, если позволял все, — это был праздник несравненный. — Любимов вам звонил — поздравить с премией, спросить о здоровье? — Нет. Я и не ждал, что он позвонит. — А кто ваши друзья сегодня? — Адабашьян. Боровский. Лебешев, который так эстетски снял меня в «Избранных», — я до сих пор себе особенно нравлюсь вон на той фотографии, это кадр оттуда... Потом мы вместе сделали «Сукиных детей», Паша гениальный оператор... Ярмольник. Хмельницкий. Многие... — «Чтобы помнили» — трагическая, трудная программа. Вам тяжело ее делать? — Да, это страшный материал... А профессия — не страшная? Российский актер погибает обычно от водяры, все остальное — производные. А отчего он пьет, отчего черная дыра так стремительно засасывает людей, еще вчера бывших любимцами нации, — этого я объяснить не могу, это неистребимый трагизм актерства. На моих глазах уходили люди, которых я обожал, которых почти никто не вспоминает: Эйбоженко, умерший на съемках «Выстрела», Спиридонов, которого не хотели хоронить на Ваганьковском, потому что он был только заслуженным, а там положено лежать народным... Боже, что за счеты?! Вот и сегодня, когда я хотел сделать вторую программу о Спиридонове, — в первую вошла лишь часть материалов, — мне на ОРТ сказали: не та фигура. Такое определение масштабов, посмертная расстановка по росту, — ничего, да? Гипертоник Богатырев, младше меня на год, рисовал, писал, был страшно одинок и пил поэтому, и работал как проклятый, — после спектакля во МХАТе плохо себя почувствовал, приехала «скорая» и вколола что-то не то... Белов, умерший в безвестности, подрабатывавший шофером, как его герой в «Королеве бензоколонки»... Гулая, которая после разрыва со Шпаликовым все равно не спаслась и кончила так же, как он... И я стал делать цикл, хотя меня предупреждали, что я доиграюсь в это общение с покойниками. В каком-то смысле, видимо, доигрался: раньше, например, я никогда не ходил на похороны. Как Бунин, который похороны ненавидел, страшно боялся смерти и никогда не бывал на кладбищах. И я старался от этого уходить, как мог, и Бог меня берег от этого — всякий раз можно было как-то избежать, не пойти... Первые похороны, на которых я был, — Высоцкий. Тогда я сидел и ревел все время, и сам уже уговаривал себя: сколько можно, ведь он даже не друг мне, — мы были на ты, но всегда чувствовалась разница в возрасте, в статусе, в таланте, в чем угодно... И унять эти слезы я не мог, и тогда ко мне подошел Даль, который сам пережил Высоцкого на год. Он пришел с Таней Лавровой и выглядел ужасно: трудно быть худее меня нынешнего, но он был. Джинсы всегда в обтяжку, в дудочку, а тут внутри джинсины будто не нога, а кость, все на нем висит, лицо желто-зеленого оттенка... Он меня пытался утешить — да, страшно, но Бог нас оставил жить, и надо жить, — а мне было еще страшнее, когда я глядел на него. Я всегда обходил кладбища, но с некоторых пор — вот когда начал делать программу — вдруг стал находить какой-то странный кайф в том, чтобы туда приходить. Особенно в дождь. Я брожу там один и прежнего ужаса не чувствую. Меня самого тогда это удивило. Я и сам понимаю, что общение со вдовами и разгребание архивов не способствуют здоровью. Но цикл делается, я его не брошу. Сейчас вот сниму о Целиковской. — А заканчивать «Свободу или смерть» вы будете? — Отснято две трети картины, но мне ее доделывать не хочется. Хотя когда перечитываю сценарий — нет, ничего, кое-что угадано. Угадано, во всяком случае, что происходит с искусством во времена внезапной свободы и куда приходит художник в этих условиях собственной ненужности: у меня он гибнет на баррикадах, оказавшись среди экстремистов. — А здоровье позволяет вам снимать? Вообще расскажите, как у вас сейчас с этим, — слухов множество. — Сейчас, надеюсь, я выкарабкался, хотя побывал в реанимации столько раз, что это слово перестало пугать меня. Работать я могу и даже пишу помаленьку пьесу в стихах «Любовь к трем апельсинам» — сейчас дописываю второй акт, а ставить ее в Содружестве хочет Адабашьян. Речь у меня теперь не такая пулеметная, как раньше, это тяготит меня сильнее всего, и зрители пишут недоуменные письма, почему Филатов пьяным появляется в кадре. Приходится объяснять, что это от инсульта, а не от пьянства... — Инсульт, насколько я помню, случился у вас в день расстрела Белого дома? — Сразу после. Тогда я его не заметил. Мне казалось — я какой-то страшный сон смотрю, Чечня после этого меня уже не удивила... — Вы всю жизнь пишете стихи. Вам не хотелось уйти в литературу? Песенный компакт-диск разлетелся мгновенно, а «Разноцветную Москву» поют во всех компаниях... — То, что я делаю, к литературе чаще всего не относится. С этим в нее не пойдешь. «Разноцветную Москву» — «У окна стою я, как у холста» — я вообще написал в конце шестидесятых, сразу после Щукинского, и никакого значения этой песенке не придал: тогда многие так писали. Качан замечательно поет мои стихи, они даже по-новому открываются мне с его музыкой, что-то серьезное: диск, м-да... Но я никогда не считал себя поэтом, хотя сочинял всегда с наслаждением. — Почему вы взялись за «Любовь к трем апельсинам»? — Меня восхитила фабула, а пьесы-то, оказывается, нет. Есть либретто. Делать из этого пьесу — кайф несравненный, поскольку получается очень актуальная вещь, актуальная не в газетном смысле... Я вообще не позволю себе ни одной прямой аналогии. Но в некоторых монологах все равно прорывается то, о чем я сегодня думаю. Тем лучше — я выскажусь откровенно. — Кого вы планируете занять? — Очень хочу, чтобы играл Владимир Ильин. — А кто еще вам нравится из сегодняшних актеров? — Я страшно себя ругал, что не сразу разглядел Маковецкого: он у меня играл в «Сукиных детях» — и как-то все бормотал, бормотал... и темперамента я в нем особого не почувствовал, — потом смотрю материал!.. Батюшки!.. Он абсолютно точно чувствует то, что надо делать. Ильина я назвал. Мне страшно интересен Меньшиков, ибо это актер с уникальным темпераментом и техникой. Машков. Я обязательно пойду на «Трехгрошовую оперу» — именно потому, что об этом спектакле говорят взаимоисключающие вещи. Вот тебе нравится? — Да, вполне. Хотя сначала не нравилось совершенно. — А почему? — А там Костя Райкин очень отрицательный и страшно агрессивная пиротехника, звук орущий... Я только потом понял, что все это так и надо. Очень желчный спектакль, пощечина залу. — Видишь! А я слышал принципиально другое: что это типичный Бродвей. Надо пойти на той неделе. — Интересно, вы за деньги пойдете или вас кто-то проведет? — Я не жадный, но как-то мне странно к Косте Райкину заходить с парадного входа и без предупреждения. Я ему позвоню, он нам с Ниной оставит билеты. Шацкая. Я еще на Женовача хочу! Филатов. Будет, будет Женовач... — Что в искусстве на вас в последний раз действительно сильно подействовало? Не люблю слова «потрясло»... — Вчера в тридцатый, наверное, раз пересматривал «Звезду пленительного счастья» Владимира Мотыля и в финале плакал. Ничего не могу с собой поделать. Там гениальный Ливанов — Николай, вот эта реплика его, будничным голосом: «Заковать в железа, содержать как злодея»... Невероятная манера строить повествование. И, конечно, свадьба эта в конце... Очень неслучайный человек на свете — Мотыль. Очень. — А кто из поэтов семидесятых—девяностых как-то на вас действует? Кого вы любите? — Я сейчас все меньше ругаюсь и все больше жалею... Вообще раздражение — неплодотворное чувство, и меня время наше сейчас уже не раздражает, как прежде: что проку брюзжать? Лучше грустить, это возвышает... Когда умер Роберт Иванович Рождественский, я прочел его предсмертные стихи, такие простые, — и пожалел его, как никогда прежде: «Что-то я делал не так, извините, жил я впервые на этой Земле»... Вообще из этого поколения самой небесной мне всегда казалась Белла. Красивейшая женщина русской поэзии и превосходный поэт — ее «Качели», про «обратное движение», я повторяю про себя часто. Вознесенский как поэт сильнее Евтушенко, по-моему, но Евтушенко живее, он больше способен на непосредственный отклик и очень добр. Впрочем, все они неплохие люди... — Вы выходите в свет? — Стараюсь не выходить, но вот недавно поехали с Ниной и друзьями в китайский ресторан, тоже, кстати, отчасти примиряющий меня с эпохой. Раньше даже в «Пекине» такого было не съесть: подаются вещи, ни в каких местных водоемах не водящиеся. И у меня есть возможность все это попробовать, посмотреть, — когда бы я еще это увидел и съел? Как-то очень расширилась жизнь, роскошные возможности, даже на уровне еды... Девочки там, кстати, были замечательные: я официантку начал расспрашивать, как ее зовут, и оказалось, что Оля. Вот, говорю, как замечательно: у меня внучка Оля... Адабашьян, как бы в сторону: «Да-а... интересно ты начинаешь ухаживание!» — Кстати об ухаживании: Шацкая была звездой Таганки, к тому же чужой женой. Как получилось, что вы все-таки вместе с середины семидесятых? — Любимов постоянно ссорился с Ниной, она говорила ему в глаза вещи, которых не сказал бы никто... но он брал ее во все основные спектакли, очевидно, желая продемонстрировать, какие женщины есть в театре. Она была замужем за Золотухиным, сыну восемь лет, я был женат, нас очень друг к другу тянуло, но мы год не разговаривали — только здоровались. Боролись, как могли. Потом все равно оказалось, что ничего не сделаешь. — Вы водите машину? — Не люблю этого дела с тех пор, как на съемках в Германии, третий раз в жизни сидя за рулем, при парковке в незнакомом месте чуть не снес ухо оператору о стену соседнего дома. Оператор как раз торчал из окна с камерой и снимал в этот момент мое умное, волевое лицо. При необходимости могу проехать по Москве (за границей больше в жизни за руль не сяду), но пробки портят все удовольствие. — У вас есть любимый город? — Прага. Я впервые попал туда весной шестьдесят восьмого. Господи, как они хорошо жили до наших танков! Влтава — хоть и ниточка, а в граните. Крики газетчиков: «Вечерняя Прага!». Удивительно счастливые люди, какие-то уличные застолья с холодным пивом, черным хлебом, сладкой горчицей... Легкость, радость. Ну, и Рим я люблю, конечно... — Ваш сын стал священником, — вам не трудно сейчас с ним общаться? — Трудно. Он в катакомбной церкви, с официальным православием разругался, сейчас хочет продать квартиру и уехать в глушь, я ничего ему не советую и никак не противодействую, но некоторая сопричастность конечной истине, которую я в нем иногда вижу, настораживает меня... Он пытается меня сделать церковным человеком, а я человек верующий, но не церковный. И все равно я люблю его и стараюсь понять, хотя иногда, при попытках снисходительно улыбаться в ответ на мои заблуждения, могу по старой памяти поставить его на место. Он очень хороший парень на самом деле, а дочь его — наша внучка — вообще прелесть. — Вы назвали себя верующим. Скажу вам честно — в Бога я верю, а в загробную жизнь верить не могу. Или не хочу. Как вы с этим справляетесь? — Бог и есть загробная жизнь. — А по-моему, я Богу интересен, только пока жив, пока реализуюсь вот на таком пятачке... — Да ну! Ты что, хочешь сказать, что все это не стажировка? Что все вот это говно и есть жизнь? — Почему нет? — Потому что нет! Это все подготовка, а жизнь будет там, где тебе не надо будет постоянно заботиться о жилье, еде, питье... Там отпадет половина твоих проблем и можно будет заниматься нормальной жизнью. Например, плотской любви там не будет. — Утешили. — Утешил, потому что там будет высшая форма любви. — А как я буду без этой оболочки, с которой так связан? — Подберут тебе оболочку, не бойся... — А мне кажется, что все главное происходит здесь. — Да, конечно, здесь не надо быть свиньей! Здесь тоже надо довольно серьезно ко всему относиться! И главное, мне кажется, четко решить, что делать хочешь, а чего не хочешь. И по возможности не делать того, что не хочешь, что поперек тебя. Так что мы, я полагаю, и тут еще помучаемся, — не так это плохо, в конце концов...
Читайте также
Многие женщины делают эту ошибку
Многие женщины делают эту ошибку: не установив отношений с собой, ищут мужчину, с которым можно было бы завязать отношения. Так они мечутся от одного мужчины к другому, пытаясь найти в них то, чего недостает им самим. Этот поиск нужно начать с себя. Не освоив науку любви и доверия к себе, невозможно ни почувствовать любовь и доверие к мужчине, ни завоевать его любовь и доверие. Никто и никогда не сможет удовлетворить нас своей любовью, если мы сами себя не любим. Когда, терзаясь от внутренней пустоты, мы отправляемся на поиски любви, то не находим ничего, кроме той же пустоты. То, что проявляется в нашей жизни, есть отражение того, что запрятано глубоко внутри: наших представлений о собственной значимости, своем праве на счастье, о том, чего мы достойны в этой жизни. Когда эти представления меняются, вместе с ними меняется и наша жизнь. Робин Норвуд "Женщины, которые любят слишком сильно"
20 вопросов, которые откроют вас настоящего
Есть вопросы, ответы на которые может дать только тот, кто их задал. Публикуем статью, которая поможет узнать о себе много нового. Я всегда старался достичь большего, стать лучше. Но я никогда не задавал вопросы самому себе, вопросы, которые продвинули бы меня вперед и заставили оглянуться вокруг. Они только копились, как снежный ком, а смелости собраться с духом и искренне ответить самому себе все не хватало. Однажды я задумался: что мне скрывать от самого себя? Да и потом, что будет более болезненным — не обращать внимания на эти вопросы или попробовать разобраться в себе и сделать шаг навстречу жизни, которую я всегда хотел? Итак, вот 20 вопросов, которые помогли мне изменить жизнь и узнать о себе все: 1. Что для вас важно в жизни? Составьте список, будьте откровенны с самим собой. 2. Что важно действительно для вас? Еще раз: это ваш собственный список. Напишите о том, что было для вас важно до того, как кто-то другой объяснил вам это. 3. Какое ваше самое заветное, сокровенное желание? Вы прекрасно знаете, что такое желание есть. Просто будьте честны и признайте это. Вы почувствуете себя прекрасно... и свободно. 4. Если бы вы наверняка знали, что ваше начинание не провалится, вы бы попробовали претворить его в жизнь? Никто не даст вам подобных обещаний, но что мешает поверить в себя уже сейчас? 5. Если не сейчас, то когда? Прошлое уходит навсегда, да и будущее не гарантировано. Чего же вы ждете? 6. Чье разрешение вам нужно? Вам прекрасно известно, что необходимо лишь собственное разрешение, но вы ищете чьего-то одобрения или даже «волшебного пинка». 7. Что вас останавливает? Раз вы до сих пор не начали добиваться того, чего действительно хотите. 8. Кто или что вас сдерживает? Единственный ответ: вы сами. 9. Если вы не знаете, чего вы хотите, почему же не пытаетесь это выяснить? Можно довольствоваться малым и плыть по течению, не зная, куда оно занесет. Но принесет ли это удовлетворение — другой вопрос. 10. Когда вы знаете, чего вы действительно хотите, вы пытаетесь добиться желаемого? Большинство людей игнорируют либо отговаривают себя от этой идеи. 11. Включили ли вы себя в этот список? Если нет, то самое время это сделать. 12. Если вы не цените самого себя, как вы можете стать счастливым? Ведь это не произойдет случайно. 13. Какое оправдание вы используете чаще всего? Вы бы использовали его, чтобы оправдаться перед своим лучшим другом? 14. Когда вы перестанете оправдываться? Оправдания не позволяют вам достичь желаемого. Впрочем, если они не мешают вам счастливо жить — выбор за вами. 15. Вы чувствуете себя хорошо, когда используете отговорки? Предполагаю, что нет. Просто догадка. Но, уверен, чувствуете себя намного лучше, когда делаете успехи. 16. Сможете ли вы достичь желаемых результатов, если будете продолжать оправдываться? Было бы обидно проснуться однажды и пожалеть о том, что могли добиться куда более высоких результатов, если бы не искали себе бесконечных оправданий. Не позвольте такому случиться. 17. Почему бы просто не быть честным с самим собой? Врать самому себе — дело нехитрое, но, ведь вы и сами знаете, насколько это бесполезно. Да, может быть больно быть честным с самим собой, но куда больнее заниматься постоянным самообманом. 18. Как долго вы сможете продолжать делать то, что вы делаете сейчас? Если вам не по душе ваше занятие, то сколько времени вы будете продолжать заниматься им? 6 месяцев? 1 год? 5 лет? Если вы не предпримите действий и не начнете что-то менять, то ничего не изменится. 19. Вы выбираете комфорт вместо счастья? И здесь есть разница. Выясните, в чем она заключается именно для вас и что вы выбираете. И последний по порядку, но не по значимости: 20. Если какой-либо вопрос вызовет у вас сильный отклик, вы станете искать оправдания или начнете что-то делать? Есть еще вариант: просто сидеть и ничего не предпринимать. Прокрастинировать. И даже если вы предпочли счастью комфорт. Но позвольте спросить: а что бы сделали вы настоящий?
Четыре типа темперамента
1. Холерик Человека холерического темперамента можно охарактеризовать как быстрого, порывистого, способного отдаваться делу со страстностью, но не уравновешенного, склонного к бурным эмоциональным вспышкам и резким сменам настроения. 2. Флегматик Человека флегматического темперамента можно охарактеризовать как медлительного, невозмутимого с устойчивыми стремлениями и более или менее постоянным настроением, со слабым внешним выражением душевных состояний. 3. Меланхолик Человека меланхолического темперамента можно охарактеризовать как легко ранимого, склонного глубоко переживать даже незначительные неудачи, но внешне вяло реагирующего на окружающее. 4. Сангвиник Человека сангвинического темперамента можно охарактеризовать как живого, подвижного, быстро отзывающегося на окружающие события, сравнительно легко переживающего неудачи и неприятности.
Почему нас раздражает собственный голос?
Почему звучание собственного голоса, записанного на плёнку, нас раздражает? Почему голос кажется писклявым, низким и совсем не нашим? Как на самом деле слышат нас другие люди? Ответы на эти загадочные вопросы мы собрали в новой статье. Уверен, вы уже не раз сталкивались с тем, что ваш собственный голос в записи кажется чуждым, писклявым, пронзительным, грубым и совсем не таким мелодичным, каким мы привыкли слышать его у себя в голове. Хорошая новость в том, что вы такой не один. Всех нас раздражает звучание собственного голоса в записи, и с этим ничего не поделаешь. Другой вопрос, почему так происходит и как на самом деле слышит нас весь остальной мир? Как мы воспринимаем звуки? Начнём с небольшого экскурса в анатомию. Наше ухо состоит из трёх главных частей: наружное, среднее и внутреннее ухо. Наружное ухо находится на внешней части нашей головы, и мы можем его видеть. Оно открывает ушной канал, а барабанная перепонка отделяет этот канал от среднего уха. Среднее ухо включает три кости, которые и являются главными проводниками звука. Они усиливают и передают звук во внутреннее ухо. Внутреннее ухо — это последняя остановка на пути к мозгу. В нём находится ушная улитка, которая преобразует звук в неврологический сигнал и через слуховой нерв передаёт в мозг. Любой звук, который мы воспринимаем, — это серия колебаний. Вибрация проходит через три кости среднего уха и передаётся в ушную улитку. Что вы слышите, когда говорите? В первую очередь, нужно понять, что звук — это серия колебаний. Эта вибрация проходит через кости среднего уха и достигает ушной улитки, после которой уже попадает в мозг в виде неврологического сигнала. Есть два разных способа, которыми колебания могут достигать нашего уха: 1. По воздуху. Так мы воспринимаем внешние шумы: музыку, стороннюю речь и звук собственного голоса в записи. 2. Через кости. Так мы воспринимаем внутренние шумы, например, вибрацию своих голосовых связок. Получается, что вы слышите собственный голос как смесь звуков, передаваемых по воздуху и через кости. Эту какофонию способны слышать только вы и никто другой. Что происходит, когда вы слышите запись своего голоса? В этом случае до вас не доходят звуки, передаваемые через кости, и вы получаете лишь звук, передаваемый по воздуху. То есть часть звуков теряется, и на выходе вы получаете незнакомое звучание. Почему же вас раздражает собственный голос? Здесь ваш мозг сыграл с вами злую шутку. Дело в том, что в вашей голове внутренний голос может звучать так, как вы того захотите. Вам даже может казаться, что ваш голос похож на голос Андрея Малахова или Веры Брежневой. Ирония в том, что вы единственный человек, кто может слышать свой голос таким образом. В реальности ваш истинный голос может быть более низким и писклявым — в общем, совсем не таким, каким вы привыкли его слышать внутри себя. И эта разница вас раздражает. Голос, который вы слышите в записи, это то, как слышит вас весь остальной мир. Никому из нас не нравится звучание собственного голоса на плёнке, и от этого нам никуда не деться.
Как договориться с любым человеком на своих условиях?
Уверен, что вы не раз пытались договориться с другими людьми. Иногда это удаётся, иногда приходится согласиться на чужие условия. Чаще всего победа или поражение зависит от вас и от того, как вы себя ведёте. Мы расскажем о нескольких советах, которые помогут вам чаще побеждать в переговорах на любую тему. Когда я думаю о об этой теме, мне сразу же вспоминаются мои попытки договориться с преподавателями в университете об оценке. Ты словно ходишь по минному полю: одна неверная фраза, и у тебя уже нет ни единого шанса. Немного подумав и поискав мнения других людей в интернете, я выделил несколько советов, которые помогли мне и помогут вам успешно договариваться с другими людьми. Предлагайте несколько вариантов. Когда вы настаиваете на своём, вспоминайте о другом человеке, который так же, как и вы, защищает свою точку зрения. Не пытайтесь победить его, предлагая всего один вариант. Вместо этого предложите несколько. Зачем? Дав ему несколько вариантов на выбор (каждый из которых вам выгоден), вы создадите иллюзию выбора, и вашему собеседнику будет проще вас поддержать. В то же время не стоит перебарщивать. Предложив 10 вариантов на выбор, вы сами себя погубите. Нам нравятся простые вещи, и сделать выбор человеку гораздо проще, если у него два или три варианта, а не десяток. Ненужный блеф. Вам будет проще убедить человека в своей правоте, если вы действительно верите в то, что говорите. Отсюда вытекает следующее: не стоит блефовать. Вам может повезти, и собеседник не заметит обмана, но если всё пойдёт не по плану и вас уличат, назад дороги уже не будет. Если вы верите в свою правоту, убедить в этом других людей будет гораздо проще. Вы не можете победить в одиночку. Исход ситуации должен быть выигрышным для обеих сторон. Представьте себя на месте другого человека и подумайте, согласились бы вы на то, что вы предлагаете? Если нет, то вряд ли вам стоит ожидать того же от него. Вам нужна выигрышная ситуация, которая удовлетворит обе стороны, а не кого-то одного. Ещё один совет, который я не могу рекомендовать — сделать видимость того, что исход выгоден не только вам. Если проще — обмануть человека. Вы готовы на это пойти? Тогда у вас есть ещё один дополнительный козырь в рукаве. Забудьте об эмоциях. Люди, включающие эмоции на переговорах, заранее обречены на поражение. Хотя на ситуацию можно посмотреть с нескольких сторон. Если вы говорите о своей позиции с восхищением и огнём в глазах, то это может сработать. Если же вы кричите на собеседника, смеётесь над его позицией или стараетесь его оскорбить, пусть и завуалированно, — вы уже проиграли. Просите чуть больше, чем вам нужно. Это достаточно простой трюк, и вы наверняка о нём знаете. Если вы хотите продать товар за $100, попросите за него $110. Когда покупатель захочет снизить цену, он как раз приведёт её к нужному вам числу.
Подборка блиц-фактов №33
Уолт Дисней впервые начал рисовать мультфильмы в обмен на бесплатную стрижку. Люди - единственные существа, которые спят на спине. В большинстве рекламных роликов время на часах - 10:10, потому что в этом случае стрелки создают улыбку. 10% электричества США добывается из демонтированных советских бомб. Римляне использовали измельченный мозг мышей в качестве зубной пасты. Космос содержит примерно 50 миллиардов галактик. Ни один президент США не был единственным ребенком в семье. Леонардо Да Винчи изобрел ножницы. Черепаха может дышать через попу. Микроволновка расходует больше электричества, поддерживая часы в режиме ожидания, чем разогревая пищу. "Бруклинский вампир" - самый страшный убийца-маньяк в США. В качестве жертв он выбирал только детей, которых убивал и съедал. Почти все хозяева разговаривают со своими кошками. В мире насчитывается почти 210 млн сирот, 15% из них совершат самоубийство прежде, чем им исполнится 18 лет. У человека больше шансов найти слиток золота, чем выиграть в лотерею. Самое распространенное в мире млекопитающее - домашний кот. Пессимизм и оптимизм передаются по наследству.
Подборка блиц-фактов №35
90% населения Дубая - приезжая рабочая сила. Почти 9 лет Эйнштейн не мог нормально говорить его родители думали, что он будет отсталым. В Англии к мэру надо обращаться не иначе как "мистер мэр", даже если мэр - женщина. В средние века считалось, что куриный бульон является хорошим возбуждающим средством. Скорость МКС = 27000 км/ч. Центр Европы располагается на территории Украины в Закарпатской области между городами Тячев и Рахов. 60% тяжести тела приходится на пятку. Вылечить зубы в Швеции может каждый, при этом, не потратив ни копейки. Самым чистым морем на Земле считается море Уэддела в Антарктиде. Арабские числа на самом деле были изобретены в Индии. У французского короля Людовика XIV было 413 кроватей. У рыбы сарган зеленые кости. В римском войске солдаты жили в палатках по 10 человек. Во главе каждой палатки был старший, которого называли деканом. Футбольный стадион Уэмбли в Англии создан только для игр, тренировки на нем запрещены. Индийский бизнесмен пригласил на свадьбу 18 тысяч вдов. Автор книги "Как я сохранил брак" получил пожизненное за убийство жены. В Кувейте попугай разболтал жене об измене мужа. Бекон вреднее сигарет. Кофе убивает ваше сердце. В мире потребляется порядком 4,5 млрд литров бензина в день. Абсолютно чистое золото очень мягкое, его можно мять руками. 15 граммов адреналина хватило бы всем людям на Земле.
«Когда она вернулась, я больше не позволял ей уходить.»
Когда она решила уйти, я собирал ее вещи и думал какого цвета рубашку мне надеть на работу. Странно, но за завтраком я не почувствовал ничего, абсолютно. Возможно, я плотно поел. А может просто был уверен, что к вечеру она вернётся. За обедом я разлил на себя кофе, оставив большое пятно на своей любимой рубашке. Но это меня не огорчило, напротив я знал, когда вернусь домой, она мне его застирает. Открыв дверь, в квартире было темно, а на холодильнике не было ее ключей. Не было запаха ужина и кружка недопитого чая так и стояла на своём месте. Ещё никогда квартира не была такой пустой. И впервые я задержался на пороге. Третью ночь я не мог нормально уснуть. Кровать казалась слишком большой и неудобной. Под утро я просыпался от прилива крови и хотел поцелуями её разбудить, чтобы в очередной раз не выспаться выдыхая её вдохи. Я отчаянно водил рукой, пытаясь нащупать её плечи. Руки и тёплые пальцы. Пустота. И её подушка была, как никогда холодной. Через неделю я вспомнил о существовании Бога, до которого никогда не было дела. Чувствовать дыхание за спиной и каждый день спешить с работы домой. Это было так бедно раньше и не имело цены сейчас. В эту минуту. До невыносимости. Одиночества. Страха. Пятно на рубашке, да и гордость с размером в квартиру принимала размеры пятна. Звонок в дверь. А за дверью она — от банальных фраз и до кофейных глаз она. Когда она вернулась, я больше не позволял ей уходить. Никогда. Вячеслав Прах "Кофейня"
25 интересных фактов о шахматах
Сейчас в Нью-Йорке идет матч за звание чемпиона мира по шахматам между Магнусом Карлсеном и Сергеем Карякиным. И мы решили подготовить подборку фактов по этой игре. Родиной шахмат считается Индия, эпоха государства Гуптов (около 1400 лет назад). Оттуда игра попала в Эраншахр (территория современных Ирана и Ирака), затем на Ближний Восток, в Европу и Россию. Первый ход пешки на две клетки вместо одной был придуман в Испании в 1280 году. Китайский император Суй Вэнь-ди однажды казнил двух заморских шахматистов, услышав, как они называли одну из фигур императором. Ярость Суй Вэнь-ди вызвало упоминание высокого титула правителя Поднебесной в простой игре. Первое упоминание шахмат в Америке относится к 1641 году и связано с городом Эстер Синглтон, где в то время жили голландские поселенцы. А первый шахматный турнир в США состоялся в Нью-Йорке в 1857 году. Самый долгий по времени ход принадлежит бразильцу Франсиско Троису: на его обдумывание шахматист потратил два часа и двадцать минут. Первая партия «Космос — Земля» состоялась 9 июня 1970 года. Её сыграли экипаж космического корабля Союз-9 и представители центра подготовки космонавтов на Земле. Игра закончилась вничью. Первоначально ферзь мог двигаться только на одну клетку по диагонали, затем на две. Так продолжалось до тех пор, пока королева Изабелла Испанская не приказала сделать ферзя (а в Европе его называют королевой) самой сильной фигурой на доске. Самая старая из записанных шахматных партий относится к 900 году – это была игра между багдадским летописцем и его учеником. Легендарный учёный Алан Тьюринг написал первую в мире компьютерную программу для игры в шахматы в 1951 году. Так как в то время не было машины, способной обработать эту программу, для тестовой игры Тьюрингу пришлось самому выполнять алгоритмические вычисления, делая в несколько минут один ход. «Deep Blue» стала первой программой, проигравшей гроссмейстеру в ноябре 1988 года. Однако девять лет спустя она же выиграл две партии в матче с Гарри Каспаровым в 1997 году и стал также первой машиной, теперь уже обыгравшей человека. Самый старый из сохранившихся наборов шахмат был найден на острове Льюис в Северной Шотландии. Он датируется XII веком нашей эры, и предположительно создан в Исландии или Норвегии. Его оригинальное исполение послужило образцом для волшебных шахматных фигур в фильме «Гарри Поттер и философский камень». Эммануэль Ласкер оставался чемпионом мира по шахматам дольше всех в истории: 26 лет и 337 дней, с 1894 по 1921 годы. Второй книгой, напечатанной на английском языке вслед за рассказами о Троянской войне, стал труд о шахматах. В 1561 году испанский священник Руи Лопес де Сегура написал книгу «Об изобретательности и искусстве игры в шахматы», которая стала первым серьезным изучением этой игры. С именем Руи Лопеса связано создание испанского дебюта, так как наибольшее внимание в своем труде Лопес уделял именно началу игры. Шахматы часто приводятся врачами в пример эффективного средства улучшения памяти. Также эта игра тренирует ум путём решения сложных логических задач, поэтому она рекомендуется для борьбы с болезнью Альцгеймера. Название «шахматы» происходит от персидских слов «шах» и «мат», которые часто переводятся как «король умер», хотя более точным эквивалентом было бы выражение «король в ловушке» или «королю не убежать». В 1972 году во время матча Фишер-Спасский в Рейкъявике советская делегация подозревала претендента Фишера в использовании различных электронных и химических устройств для того, чтобы вывести чемпиона мира из равновесия. Стул Спасского охранялся круглосуточно, а после игр был отправлен в лабораторию, но ничего необычного в нем найдено не было. Филлипинский мальчик Алехин Нури стал самым молодым мастером ФИДЕ в мире. Сейчас ему 9 лет. В английском языке слово rooky, обозначающее выдающего шахматиста, происходит от «rook» — ладья. Как правило, ладьи вступают в игру ближе к эндшпилю и вместе с ферзем являются самыми сильными фигурами. Складная шахматная доска была изобретена в 1125 году священником-шахматистом. Церковь запрещала священникам играть в шахматы, поэтому изобретательный пастор просто складывал доску пополам, чтобы она казалась похожей на лежащие друг на друге книги. Шахматные часы были изобретены Томасом Уилсоном в 1883 году, до этого времени использовались песочные часы. Современный вид шахматные часы приобрели к 1900 году, когда был придуман механизм переключения. В 1985 году Гарри Каспаров стал самым молодым чемпионом мира по шахматам в возрасте 22 лет и 210 дней. До сих пор тринадцатый чемпион мира признаётся многими экспертами величайшим шахматистом в истории. Самый продолжительный по количеству ходов матч был сыгран между шахматистами Николичем и Арсовичем в Белграде в 1989 году. Партия продолжалась 20 часов 15 минут и завершилась ничьей. За игру было сделано 269 ходов. После этого матча ФИДЕ ввела правило 50 ходов: если за 100 ходов ни одна фигура не была взята, игроки не имеют права более затягивать игру и объявляется ничья. Однако теоретически в самой длинной шахматной партии может быть 5 949 ходов. Число возможных уникальных шахматных партий больше числа электронов во всей вселенной. Количество мельчайших частиц материи составляет около 10 в 79 степени, в то время как число неповторяющихся шахматных комбинаций более 10 в 120 степени. Многие учёные не подвергают сомнению то, что шахматы оказывают крайне положительное воздействие на человека: развивают память, тренируют ум и не зря даже считаются спортом, а потому можно не сомневаться, что эта уникальная игра еще долгое время не уйдёт в историю.
© 2015 — 2024 stakanchik.media
Использование материалов сайта разрешено только с предварительного письменного согласия правообладателей. Права на картинки и тексты принадлежат авторам. Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 16 лет.
