Беседа писателя и журналиста Дмитрия Быкова с актером, поэтом Леонидом Филатовым (1946-2003), 1998 год. Текст приводится по изданию: Быков Д.Л. И все-все-все: сб. интервью. Вып. 2 / Дмитрий Быков. — М.: ПРОЗАиК, 2009. — 336 с. Дмитрий Быков: Первое интервью Филатов дал мне в 1990 году, когда нас познакомил Алексей Дидуров. Второе — восемь лет спустя, после тяжелой болезни и нескольких операций. Он тогда возвращался к жизни, публиковал «Любовь к трем апельсинам» и получал «Триумф» — за то, что выжил, пережил травлю, болезнь, тяжелый духовный перелом — и не сломался. Потом мы встречались много раз, но, кажется, никогда он не говорил вещей столь важных, как в том втором разговоре. — Леня, я помню, какой бомбой взорвалось когда-то ваше интервью «Правде», ваш уход от Любимова... Вас не пытались зачислитъ в «красно-коричневые»? — Я никогда не боялся печататься там, где это не принято. Кроме того, больше у меня такого интервью нигде бы не напечатали. Я честно сказал, что мне противно это время, что культура в кризисе, что отходит огромный пласт жизни, который, кстати, я и пытался удержать программой «Чтобы помнили». Это сейчас, когда телевидение перекармливает нас ностальгухой, существует даже некий перебор старого кино, а тогда казалось, что все это отброшено... Зачислить меня никуда нельзя, потому что я признаю только дружеские, а никак не политические связи. Я люблю и буду любить Губенко вне зависимости от его убеждений. Помню, мы с Ниной пошли в Дом кино на годовщину августовского путча. Честно говоря, я не очень понимал, чего уж так ликовать, ну поймали вы их, ну и ладно... Там стоял крошечный пикет, довольно жалкого вида, прокоммунистический, и кто-то мне крикнул: «Филатов, и ты с ними?» Я несколько, знаешь ли, вздрогнул: я ни с кем. — Я поначалу сомневался — проголосуете ли вы за Ельцина? Ведь зал «Содружества актеров Таганки» предоставлялся под зюгановские сборища... — Нет, господин Зюганов никогда не пользовался среди меня популярностью. На выборы я не пошел — ждал, пока придут ко мне домой с избирательного участка. Я болен и имею на это право. Ко мне пришли, и я проголосовал за Ельцина. И то, что народ в конечном итоге выбрал его, заставляет меня очень хорошо думать о моем народе. Он проголосовал так не благодаря усилиям Лисовского и Березовского, но вопреки им. Вся проельцинская пропаганда была построена на редкость бездарно — чего стоит один лозунг «Выбирай сердцем» под фотографией Ельцина, в мрачной задумчивости стоящего у какого-то столба... Почему именно сердцем и именно за такую позу? Здравый смысл народа в конечном итоге оказался сильнее, чем раздражение против всей этой бездарности. И я проголосовал так же, хотя в первом туре был за Горбачева. Я уверен, ему еще поставят золотой памятник. Этим человеком я восхищаюсь и всегда взрываюсь, когда его пытаются представить поверхностным болтуном. Он четкий и трезвый политик — я помню его еще по поездке в Китай, когда он собрал большой десант наших актеров и режиссеров и впервые за двадцать лет повез туда. Как нас встречали! — Вы не скучаете по лучшим временам Таганки, по работе с Любимовым? — Я очень любил шефа. Я ни с кем, кроме него, не мог репетировать, — может быть, и от Эфроса ушел отчасти поэтому, а не только из-за принципов... Своей вины перед Эфросом я, кстати, не отрицаю — да и как я могу ее отрицать? Смерть — категория абсолютная. Но и после его смерти, сознавая свою вину, я говорю: он мог по-другому прийти в театр. Мог. В своем первом обращении к актерам он мог бы сказать: у меня в театре нелады, у вас драма, давайте попытаемся вместе что-то сделать, Юрий Петрович вернется и нас поймет... Он не сказал этого. И поэтому его первая речь к труппе была встречена такой гробовой, такой громовой тишиной. У меня с Юрием Петровичем никогда не было ссор — он не обделял меня ролями, от Раскольникова я сам отказался, вообще кино много времени отнимало, — он отпускал. И после Щукинского он взял меня сразу — я показал ему Актера из нашего курсового спектакля «На дне»... — А Эфрос, насколько я знаю, в том же «На дне» предлагал вам Ваську Пепла? — Да, но я не хотел это играть. И вообще не люблю Горького. И Чехова, страшно сказать, не люблю — верней, пьесы его. Не понимаю, зачем он их писал. Любимов отговаривал меня уходить. Отговаривал долго. Но остаться с ним я не мог — правда тогда была на Колиной стороне, да и труднее было именно Коле. Хотя победил в итоге Любимов, да никто и не рассчитывал на другой вариант. — О таганской атмосфере семидесятых слагались легенды: время было веселое и хулиганское. — Конечно, это было чудо, а играть с Высоцким — вообще нечто невероятное, я ведь с ним в «Гамлете» играл... Правда, от моей роли Горацио осталось реплик десять, но это и правильно. Любимов объяснял: вот тут вычеркиваем. Я, робко: но тут же как бы диалог у меня с ним... «Какой диалог, тут дело о жизни и смерти, его убьют сейчас, а ты — диалог!» И действительно: Гамлет умирает, а я со своими репликами... Высоцкий не обладал той техникой, которая меня поражает, например, в Гамлете Смоктуновского, но энергетикой превосходил все, что я видел на сцене. Он там делал «лягушку», отжимался, потом, стоя с Лаэртом в могиле, на руках поднимал его, весьма полного у нас в спектакле, и отбрасывал метров на шесть! А насчет баек, — Любимов очень любил перевод Пастернака. Мы его и играли, хотя я, например, предпочитаю вариант Лозинского: у Пастернака есть ляпы вроде «Я дочь имею, ибо дочь моя», и вообще у Лозинского как-то изящнее, это снобизм — ругать его перевод. И мы с Ваней Дыховичным решили подшутить — проверить, как Любимов будет реагировать на изменения в тексте. Ваня подговорил одного нашего актера, игравшего слугу с одной крошечной репликой, на сцену не выходить: я, мол, за тебя выйду и все скажу. Там такой диалог: Клавдий — Смехов — берет письмо и спрашивает, от кого. — От Гамлета. Для вас и королевы. — Кто передал? — Да говорят, матрос. — Вы можете идти. А Венька, надо сказать, терпеть не может импровизаций, он сам все свои экспромты очень тщательно готовит. Тут выходит Дыховичный и начинает шпарить следующий текст: — Вот тут письмо От Гамлета. Для вас и королевы. Его какой-то передал матрос, Поскольку городок у нас портовый И потому матросов пруд пруди. Бывало, раньше их нигде не встретишь, А нынче, где ни плюнь, везде матрос, И каждый норовит всучить письмишко От Гамлета. Для вас и королевы. «Городок портовый» применительно к столице королевства — это особенный кайф, конечно. Высоцкий за кулисами катается по полу. Венька трижды говорит «Вы можете идти» и наконец рявкает это так, что Дыховичный уходит. Шеф смотрит спектакль и потом спрашивает: что за вольности? А это мы, Юрий Петрович, решили в текст Пастернака вставить несколько строчек Лозинского. Он только плечами пожал: «Что за детство?» Но вообще работать с Любимовым всегда было счастьем. Иногда он, конечно, немного подрезал актеру крылья... но уж если не подрезал, если позволял все, — это был праздник несравненный. — Любимов вам звонил — поздравить с премией, спросить о здоровье? — Нет. Я и не ждал, что он позвонит. — А кто ваши друзья сегодня? — Адабашьян. Боровский. Лебешев, который так эстетски снял меня в «Избранных», — я до сих пор себе особенно нравлюсь вон на той фотографии, это кадр оттуда... Потом мы вместе сделали «Сукиных детей», Паша гениальный оператор... Ярмольник. Хмельницкий. Многие... — «Чтобы помнили» — трагическая, трудная программа. Вам тяжело ее делать? — Да, это страшный материал... А профессия — не страшная? Российский актер погибает обычно от водяры, все остальное — производные. А отчего он пьет, отчего черная дыра так стремительно засасывает людей, еще вчера бывших любимцами нации, — этого я объяснить не могу, это неистребимый трагизм актерства. На моих глазах уходили люди, которых я обожал, которых почти никто не вспоминает: Эйбоженко, умерший на съемках «Выстрела», Спиридонов, которого не хотели хоронить на Ваганьковском, потому что он был только заслуженным, а там положено лежать народным... Боже, что за счеты?! Вот и сегодня, когда я хотел сделать вторую программу о Спиридонове, — в первую вошла лишь часть материалов, — мне на ОРТ сказали: не та фигура. Такое определение масштабов, посмертная расстановка по росту, — ничего, да? Гипертоник Богатырев, младше меня на год, рисовал, писал, был страшно одинок и пил поэтому, и работал как проклятый, — после спектакля во МХАТе плохо себя почувствовал, приехала «скорая» и вколола что-то не то... Белов, умерший в безвестности, подрабатывавший шофером, как его герой в «Королеве бензоколонки»... Гулая, которая после разрыва со Шпаликовым все равно не спаслась и кончила так же, как он... И я стал делать цикл, хотя меня предупреждали, что я доиграюсь в это общение с покойниками. В каком-то смысле, видимо, доигрался: раньше, например, я никогда не ходил на похороны. Как Бунин, который похороны ненавидел, страшно боялся смерти и никогда не бывал на кладбищах. И я старался от этого уходить, как мог, и Бог меня берег от этого — всякий раз можно было как-то избежать, не пойти... Первые похороны, на которых я был, — Высоцкий. Тогда я сидел и ревел все время, и сам уже уговаривал себя: сколько можно, ведь он даже не друг мне, — мы были на ты, но всегда чувствовалась разница в возрасте, в статусе, в таланте, в чем угодно... И унять эти слезы я не мог, и тогда ко мне подошел Даль, который сам пережил Высоцкого на год. Он пришел с Таней Лавровой и выглядел ужасно: трудно быть худее меня нынешнего, но он был. Джинсы всегда в обтяжку, в дудочку, а тут внутри джинсины будто не нога, а кость, все на нем висит, лицо желто-зеленого оттенка... Он меня пытался утешить — да, страшно, но Бог нас оставил жить, и надо жить, — а мне было еще страшнее, когда я глядел на него. Я всегда обходил кладбища, но с некоторых пор — вот когда начал делать программу — вдруг стал находить какой-то странный кайф в том, чтобы туда приходить. Особенно в дождь. Я брожу там один и прежнего ужаса не чувствую. Меня самого тогда это удивило. Я и сам понимаю, что общение со вдовами и разгребание архивов не способствуют здоровью. Но цикл делается, я его не брошу. Сейчас вот сниму о Целиковской. — А заканчивать «Свободу или смерть» вы будете? — Отснято две трети картины, но мне ее доделывать не хочется. Хотя когда перечитываю сценарий — нет, ничего, кое-что угадано. Угадано, во всяком случае, что происходит с искусством во времена внезапной свободы и куда приходит художник в этих условиях собственной ненужности: у меня он гибнет на баррикадах, оказавшись среди экстремистов. — А здоровье позволяет вам снимать? Вообще расскажите, как у вас сейчас с этим, — слухов множество. — Сейчас, надеюсь, я выкарабкался, хотя побывал в реанимации столько раз, что это слово перестало пугать меня. Работать я могу и даже пишу помаленьку пьесу в стихах «Любовь к трем апельсинам» — сейчас дописываю второй акт, а ставить ее в Содружестве хочет Адабашьян. Речь у меня теперь не такая пулеметная, как раньше, это тяготит меня сильнее всего, и зрители пишут недоуменные письма, почему Филатов пьяным появляется в кадре. Приходится объяснять, что это от инсульта, а не от пьянства... — Инсульт, насколько я помню, случился у вас в день расстрела Белого дома? — Сразу после. Тогда я его не заметил. Мне казалось — я какой-то страшный сон смотрю, Чечня после этого меня уже не удивила... — Вы всю жизнь пишете стихи. Вам не хотелось уйти в литературу? Песенный компакт-диск разлетелся мгновенно, а «Разноцветную Москву» поют во всех компаниях... — То, что я делаю, к литературе чаще всего не относится. С этим в нее не пойдешь. «Разноцветную Москву» — «У окна стою я, как у холста» — я вообще написал в конце шестидесятых, сразу после Щукинского, и никакого значения этой песенке не придал: тогда многие так писали. Качан замечательно поет мои стихи, они даже по-новому открываются мне с его музыкой, что-то серьезное: диск, м-да... Но я никогда не считал себя поэтом, хотя сочинял всегда с наслаждением. — Почему вы взялись за «Любовь к трем апельсинам»? — Меня восхитила фабула, а пьесы-то, оказывается, нет. Есть либретто. Делать из этого пьесу — кайф несравненный, поскольку получается очень актуальная вещь, актуальная не в газетном смысле... Я вообще не позволю себе ни одной прямой аналогии. Но в некоторых монологах все равно прорывается то, о чем я сегодня думаю. Тем лучше — я выскажусь откровенно. — Кого вы планируете занять? — Очень хочу, чтобы играл Владимир Ильин. — А кто еще вам нравится из сегодняшних актеров? — Я страшно себя ругал, что не сразу разглядел Маковецкого: он у меня играл в «Сукиных детях» — и как-то все бормотал, бормотал... и темперамента я в нем особого не почувствовал, — потом смотрю материал!.. Батюшки!.. Он абсолютно точно чувствует то, что надо делать. Ильина я назвал. Мне страшно интересен Меньшиков, ибо это актер с уникальным темпераментом и техникой. Машков. Я обязательно пойду на «Трехгрошовую оперу» — именно потому, что об этом спектакле говорят взаимоисключающие вещи. Вот тебе нравится? — Да, вполне. Хотя сначала не нравилось совершенно. — А почему? — А там Костя Райкин очень отрицательный и страшно агрессивная пиротехника, звук орущий... Я только потом понял, что все это так и надо. Очень желчный спектакль, пощечина залу. — Видишь! А я слышал принципиально другое: что это типичный Бродвей. Надо пойти на той неделе. — Интересно, вы за деньги пойдете или вас кто-то проведет? — Я не жадный, но как-то мне странно к Косте Райкину заходить с парадного входа и без предупреждения. Я ему позвоню, он нам с Ниной оставит билеты. Шацкая. Я еще на Женовача хочу! Филатов. Будет, будет Женовач... — Что в искусстве на вас в последний раз действительно сильно подействовало? Не люблю слова «потрясло»... — Вчера в тридцатый, наверное, раз пересматривал «Звезду пленительного счастья» Владимира Мотыля и в финале плакал. Ничего не могу с собой поделать. Там гениальный Ливанов — Николай, вот эта реплика его, будничным голосом: «Заковать в железа, содержать как злодея»... Невероятная манера строить повествование. И, конечно, свадьба эта в конце... Очень неслучайный человек на свете — Мотыль. Очень. — А кто из поэтов семидесятых—девяностых как-то на вас действует? Кого вы любите? — Я сейчас все меньше ругаюсь и все больше жалею... Вообще раздражение — неплодотворное чувство, и меня время наше сейчас уже не раздражает, как прежде: что проку брюзжать? Лучше грустить, это возвышает... Когда умер Роберт Иванович Рождественский, я прочел его предсмертные стихи, такие простые, — и пожалел его, как никогда прежде: «Что-то я делал не так, извините, жил я впервые на этой Земле»... Вообще из этого поколения самой небесной мне всегда казалась Белла. Красивейшая женщина русской поэзии и превосходный поэт — ее «Качели», про «обратное движение», я повторяю про себя часто. Вознесенский как поэт сильнее Евтушенко, по-моему, но Евтушенко живее, он больше способен на непосредственный отклик и очень добр. Впрочем, все они неплохие люди... — Вы выходите в свет? — Стараюсь не выходить, но вот недавно поехали с Ниной и друзьями в китайский ресторан, тоже, кстати, отчасти примиряющий меня с эпохой. Раньше даже в «Пекине» такого было не съесть: подаются вещи, ни в каких местных водоемах не водящиеся. И у меня есть возможность все это попробовать, посмотреть, — когда бы я еще это увидел и съел? Как-то очень расширилась жизнь, роскошные возможности, даже на уровне еды... Девочки там, кстати, были замечательные: я официантку начал расспрашивать, как ее зовут, и оказалось, что Оля. Вот, говорю, как замечательно: у меня внучка Оля... Адабашьян, как бы в сторону: «Да-а... интересно ты начинаешь ухаживание!» — Кстати об ухаживании: Шацкая была звездой Таганки, к тому же чужой женой. Как получилось, что вы все-таки вместе с середины семидесятых? — Любимов постоянно ссорился с Ниной, она говорила ему в глаза вещи, которых не сказал бы никто... но он брал ее во все основные спектакли, очевидно, желая продемонстрировать, какие женщины есть в театре. Она была замужем за Золотухиным, сыну восемь лет, я был женат, нас очень друг к другу тянуло, но мы год не разговаривали — только здоровались. Боролись, как могли. Потом все равно оказалось, что ничего не сделаешь. — Вы водите машину? — Не люблю этого дела с тех пор, как на съемках в Германии, третий раз в жизни сидя за рулем, при парковке в незнакомом месте чуть не снес ухо оператору о стену соседнего дома. Оператор как раз торчал из окна с камерой и снимал в этот момент мое умное, волевое лицо. При необходимости могу проехать по Москве (за границей больше в жизни за руль не сяду), но пробки портят все удовольствие. — У вас есть любимый город? — Прага. Я впервые попал туда весной шестьдесят восьмого. Господи, как они хорошо жили до наших танков! Влтава — хоть и ниточка, а в граните. Крики газетчиков: «Вечерняя Прага!». Удивительно счастливые люди, какие-то уличные застолья с холодным пивом, черным хлебом, сладкой горчицей... Легкость, радость. Ну, и Рим я люблю, конечно... — Ваш сын стал священником, — вам не трудно сейчас с ним общаться? — Трудно. Он в катакомбной церкви, с официальным православием разругался, сейчас хочет продать квартиру и уехать в глушь, я ничего ему не советую и никак не противодействую, но некоторая сопричастность конечной истине, которую я в нем иногда вижу, настораживает меня... Он пытается меня сделать церковным человеком, а я человек верующий, но не церковный. И все равно я люблю его и стараюсь понять, хотя иногда, при попытках снисходительно улыбаться в ответ на мои заблуждения, могу по старой памяти поставить его на место. Он очень хороший парень на самом деле, а дочь его — наша внучка — вообще прелесть. — Вы назвали себя верующим. Скажу вам честно — в Бога я верю, а в загробную жизнь верить не могу. Или не хочу. Как вы с этим справляетесь? — Бог и есть загробная жизнь. — А по-моему, я Богу интересен, только пока жив, пока реализуюсь вот на таком пятачке... — Да ну! Ты что, хочешь сказать, что все это не стажировка? Что все вот это говно и есть жизнь? — Почему нет? — Потому что нет! Это все подготовка, а жизнь будет там, где тебе не надо будет постоянно заботиться о жилье, еде, питье... Там отпадет половина твоих проблем и можно будет заниматься нормальной жизнью. Например, плотской любви там не будет. — Утешили. — Утешил, потому что там будет высшая форма любви. — А как я буду без этой оболочки, с которой так связан? — Подберут тебе оболочку, не бойся... — А мне кажется, что все главное происходит здесь. — Да, конечно, здесь не надо быть свиньей! Здесь тоже надо довольно серьезно ко всему относиться! И главное, мне кажется, четко решить, что делать хочешь, а чего не хочешь. И по возможности не делать того, что не хочешь, что поперек тебя. Так что мы, я полагаю, и тут еще помучаемся, — не так это плохо, в конце концов...
Читайте также
Что могут рассказать ваши музыкальные пристрастия о вас?
Исследование, проведенное учеными университета Heriot-Watt проводилось на более чем 36 000 участников со всего мира. Участникам было предложено оценить более 104 различных музыкальных стилей, в дополнение к предложенной информации об аспектах своей личности. Ниже приводятся лишь некоторые черты личности, связанные с определенными музыкальными стилями. Поп Вы предпочитаете слушать лучшие 40 хитов? Последние треки от Rhianna, Селены Гомеса и Фло Риды составляют основной плайлист вашего плеера? Если так, то скорее всего Вы экстраверт. Любители поп музыка как правило трудолюбивы, имеют высокую самооценку, исследователи предполагают, что любители поп музыки имеют тенденцию быть менее творческими и более застенчивыми. Рэп и хип-хоп Снуп Догг и Доктор Дре больше Вам по душе? Несмотря на стереотип, что рэп-любители являются более агрессивными и жестокими, исследователи на самом деле не нашли такой связи. Поклонники репа склонны к тенденции иметь высокую самооценку и стремление к свободе. Country Вы предпочитаете смотреть CMT вместо MTV? Поклонники кантри, как правило, трудолюбивы. В то время как песни кантри, часто сосредоточены на горе, люди, которые тяготеют к этому жанру, как правило, очень эмоционально стабильны. Rock / Heavy Metal Несмотря на порой агрессивный имидж, что рок-музыки и хэви-метал проект, исследователи обнаружили, что поклонники этого стиля музыки, как правило, очень нежные. Они имеют тенденцию быть творческими, но зачастую интроверты и, возможно, страдают от низкой самооценки. Indie Вы любите искать неизвестные группы и инди-артистов? Поклонники жанра инди, как правило, замкнуты, интеллектуальны и творческие. По словам исследователей, они также имеют тенденцию быть менее трудолюбивыми и менее нежными. Пассивность, тревоги и низкая самооценка и другие общие характеристики личности. Танцевальная Вы любите быстрый темп и ритмы танцевальной музыки? По мнению исследователей, люди, которые предпочитают танцевальную музыку, как правило, являются напористыми и целеустремленными. Классическая Любители классической музыки, как правило, более замкнуты, но и непринужденны с собой и окружающим миром. Они творческие и имеют сильно выраженное чувство собственного достоинства. Джаз, блюз и Soul Люди, которые любят джаз, блюз или Soul оказались экстравертами с высокой самооценкой. Они также имеют тенденцию быть творческими натурами, высокоинтеллектуальными и непринужденными.
Семь ошибок воспитания, которые мешают детям стать лидерами
Безграничная любовь к собственному ребенку не является гарантией от ошибок при его воспитании. Излишняя ласка и непрошеная помощь часто мешают развитию независимой личности. Эксперт по лидерству, автор 25 книг, основатель и президент организации Growing Leaders («Растущие лидеры») Тим Элмор из США выделил семь поведенческих моментов взрослых, которые могут навредить развитию лидерских качеств у детей. А также уменьшают их шансы добиться успеха в бизнесе и в личной жизни. 1. Мы лишаем детей возможности ощутить риск Мы живем в современном мире, полном опасностей на каждом шагу. Лозунг «Безопасность превыше всего» усиливает наш страх потерять детей, поэтому мы окружаем их всеобщей заботой. Европейские психологи обнаружили: если дети не играют на улице, если им ни разу не пришлось упасть и ободрать коленку, то во взрослой жизни они часто страдают фобиями. Ребенку следует упасть несколько раз, чтобы понять, что это нормально. Подросткам следует поссориться и пережить горечь первой любви, чтобы обрести эмоциональную зрелость, без которой невозможны долгосрочные отношения. Исключая риск из жизни детей, взрослые порождают у них высокомерие, заносчивость и низкую самооценку в будущем. 2. Мы слишком быстро приходим на выручку Сегодняшнее поколение молодых людей не развило в себе некоторые умения, которые были присущи детям 30 лет назад. Когда мы слишком скоро приходим на помощь и чрезмерно окружаем ребенка «заботой», мы лишаем его необходимости самому искать выход из сложных ситуаций. Рано или поздно дети привыкают к тому, что кто-то их всегда спасает: «Если я ошибусь или не достигну цели, то взрослые исправят и разгребут последствия». Хотя в действительности мир взрослых отношений устроен совершенно иначе. Ваши дети рискуют оказаться неприспособленными к взрослой жизни. 3. Мы слишком сильно выражаем восторг Тенденция к повышенной самооценке присутствует в обществе. Правило «каждый участник получает кубок» позволяет ребенку почувствовать себя особенным. Но исследования современных психологов показывают, что такой метод поощрения имеет непредвиденные последствия. Через какое-то время ребенок замечает, что единственные люди, кто считает его замечательным, – это мама и папа, а остальные так не считают. И тогда ребенок начинает сомневаться в объективности своих родителей. Ему приятно получать похвалу, но он понимает, что это никак не связано с действительностью. Со временем такой ребенок учится жульничать, преувеличивать и лгать, чтобы избегать сложной реальности. Потому что он просто не приспособлен к столкновениям со сложностями. 4. Мы позволяем чувству вины затмевать хорошее поведение Ваш ребенок не должен любить вас каждую минуту. Ему предстоит преодолеть много неприятностей в этой жизни, но может помешать избалованность. Поэтому говорите детям «нет» и «не сейчас», чтобы они учились бороться за свои желания и потребности. Если в семье несколько детей, родители обычно считают несправедливым награждать одного ребенка и оставлять обделенным другого. Но награждать всех и всегда нереалистично. Такими действиями мы упускаем возможность показать детям, что успех зависит от наших собственных усилий и благих поступков. И дважды подумайте, прежде чем вознаграждать детей поездками в торговые центры. Если ваши отношения основаны только на материальных стимулах, дети не будут чувствовать ни внутренней мотивации, ни безусловной любви. 5. Мы не делимся ошибками из собственного прошлого Настанет время, когда здоровый подросток обязательно пожелает «расправить крылья» и набить собственные шишки. И взрослый должен разрешить ему сделать это. Но это вовсе не означает, что мы не будем помогать детям ориентироваться в неизвестных вещах и событиях. Поделитесь с детьми ошибками, которые вы совершали в их возрасте, но избегайте излишних нравоучений про курение, алкоголь и наркотики. Дети должны быть готовы к встрече с неприятностями и уметь отвечать за последствия своих решений. Расскажите им, что вы чувствовали, когда столкнулись с похожими обстоятельствами, чем руководствовались в поступках, какие уроки усвоили. 6. Мы ошибочно принимаем понятия «интеллект» и «одаренность» за «зрелость» Интеллект часто используется в качестве меры зрелости ребенка, и в результате родители предполагают, что умный ребенок готов к реальному миру. Это не так. Некоторые профессиональные спортсмены и молодые звезды Голливуда, например, обладают огромным талантом, но все же попадают в публичные скандалы. Не считайте, что ваш ребенок талантлив во всем. Не существует волшебного «возраста ответственности» или руководства о том, когда ребенку пора давать какие-то конкретные свободы. Но есть хорошее правило — наблюдать за другими детьми такого же возраста. Если вы замечаете, что ровесники вашего ребенка гораздо более самостоятельны, то, возможно, вы сами сдерживаете развитие у него независимости. 7. Мы сами не делаем того, чему учим детей Как родители, мы должны моделировать ту жизнь, которую желаем для наших детей. Сейчас именно мы — лидеры своей семьи, поэтому должны придерживаться правды в отношениях с окружающими. Следите за своими проступками, даже мелкими, потому что за вами наблюдают ваши дети. Если вы не идете в обход правил, то дети будут знать, что это неприемлемо и для них. Покажите детям, что значит всецело и с удовольствием помогать другим. Делайте людей и места лучше, чем они были до вас, и ваши дети будут делать так же.
Красивая легенда, основанная на реальных событиях
Женщина в неброском платье, в сопровождении своего мужа, одетого в скромный костюм, сошли с поезда на Бостонском вокзале и направились к офису президента Гарвардского университета. Им не была назначена встреча. Секретарь с первого взгляда определил, что таким провинциалам нечего делать в Гарварде. — Мы бы хотели встретиться с президентом, — сказал мужчина низким голосом. — Он будет занят целый день, — сухо ответил секретарь. — Мы подождем, — проговорила женщина. В течение нескольких часов секретарь игнорировал посетителей, в надежде, что в какой-то момент они разочаруются и уйдут. Однако, убедившись, что они никуда уходить не собираются, он все же решился побеспокоить президента, хотя очень этого не хотел. — Может, если вы примете их на минутку, они скорее пойдут?», — спросил он у президента. Тот с негодованием вздохнул и согласился. У такого важного человека как он, уже точно нет времени принимать у себя людей так скромно одетых. Когда посетители вошли, президент, с суровым и высокомерным видом посмотрел на пару. К нему обратилась женщина: — У нас был сын, в течение одного года он учился в вашем университете. Он любил это место и был очень счастлив здесь. Но, к сожалению, год назад неожиданно умер. Мой муж и я хотели бы оставить о нем память на территории университета. Президент совсем этому не обрадовался, а даже наоборот стал раздраженным. — Госпожа! — с дерзостью ответил он, — мы не можем ставить статуи всем, кто учился в Гарварде и умер. Если бы мы делали так, то это место походило бы на кладбище. — Нет, — поспешила возразить женщина, — мы не желаем устанавливать статую, мы хотим построить новый корпус для Гарварда. Президент осмотрел выцветшее клетчатое платье и бедный костюм и воскликнул: — Корпус! Вы имеете представление, сколько стоит один такой корпус? Все Гарвардские здания стоят более семи миллионов долларов! Минуту женщина ничего не отвечала. Президент с радостью зло улыбнулся. Наконец он их выгонит! Женщина повернулась к мужу и тихо сказала: — Так мало стоит построить новый университет? Так почему же тогда нам не построить свой университет. Мужчина утвердительно кивнул. Гарвардский президент побледнел и выглядел растерянным. Мистер и миссис Стэнфорд встали и вышли из кабинета. В Пало-Альто, в Калифорнии они основали университет, который носит их имя, Стэнфордский университет, в память о своем любимом сыне. Википедия: "Стэнфорд был основан железнодорожным магнатом, сенатором США Леландом Стэнфордом и его женой Джейн Стэнфорд. Университет назван в честь их единственного сына Леланда Стэнфорда (младшего), умершего в 1884 году и не дожившего до 16-летия. Стэнфорды решили посвятить университет своему единственному сыну, и Леланд сказал супруге: «Дети Калифорнии будут нашими детьми»..."
На сколько ходов вперед вы думаете?
Чемпиона мира по шахматам Гарри Каспарова как-то спросили: "На сколько ходов вперед вы думаете?" Многие думали, что он приведет какую-то огромную цифру, и мы поймем, что делает его великим. Ответ показал людям, почему они играют в шахматы хуже Каспарова: “Главное в шахматах это не то, на сколько ходов вперед ты думаешь, а как ты анализируешь текущую ситуацию”. Суть метода в том, что, не зная объективно своей ситуации, мы начинаем просчитывать ходы, которые оказываются ошибочными в принципе. И поскольку просчитать всего невозможно, очередь до правильных ходов так никогда и не доходит. В результате, мы выбираем лучший вариант из худших. Лучший из тех, которые мы рассматривали. Применяя ту же самую стратегию к жизни, давайте подумаем, как часто мы вместо того, чтобы объективно оценить происходящее, пытаемся просчитать ходы вперед, и как часто позднее эти ходы оказываются не вперед, а в сторону. Увидеть ясно настоящую ситуацию, значит сделать так, чтобы ходы открыли себя сами. Тот, кто говорит, что не знает, что ему делать дальше, всего-навсего не знает, что происходит с ним сейчас.
40 лучших детских книг, которые нужно прочитать будь вы ребенок или взрослый
1. Клайв Стэйплз Льюис "Хроники Нарнии" 2. Гектор Мало "Без Семьи" 3. Тюхтяевы Ирина и Леонид "Зоки и Бада" 4. Астрид Линдгрен "Мио, мой Мио", "Эмиль из Лённеберги", "Пеппи Длинный Чулок" и т.д. 5. Джон Рональд Руэл Толкиен "Властелин колец" 6. Френсис Элиза Бернетт "Таинственный сад" 7. Джек Лондон, рассказы 8. Джеймс Крюс "Тим Талер, или Проданный смех" 9. Ян Ларри "Необыкновенные приключения Карика и Вали" 10. Вильгельм Гауф "Маленький Мук" 11. Рената Муха, все стихи 12. Кеннет Грэм "Ветер в ивах" 13. Виктор Драгунский "Денискины рассказы" 14. Григорий Остер, задачники и Вредные советы" 15. Сборник переводных стихов «Поезд стихов» 16. Лев Толстой, рассказы 17. Марк Твен "Приключения Тома Сойера и Гекльберри Фина" 18. Аркадий и Борис Стругацкие "Пикник на обочине" 19. Легенды и мифы Древней Греции 20. Клайв Льюис "Алиса в стране чудес" 21. Александр Волков "Волшебник Изумрудного города" 22. Туве Янссон "Сказки про Муми-тролля" 23. Чарльз Диккенс "Давид Копперфильд" 24. Майн Рид "Всадник без головы" 25. Жюль Верн "Таинственный остров" 26. Александр Беляев "Голова профессора Доуэля", "Продавец воздуха" 27. Артур Конан-Дойль "Потерянный мир", "Сказки народов севера" 28. Валентина Осеева "Динка" и "Динка прощается с детством" 29. Валентин Катаев "Алмазный мой венец" 30. Рэй Бредбери "Вино из одуванчиков" 31. Г. Хаггард "Дочь Монтессумы", "Копи царя Соломона" 32. Г. Шлиман "Мечта о Трое" 33. Джоан Роулинг, эпопея о Гарри Поттере 34. У́рсула Крёбер Ле Гуи́н "Цикл о Земноморье" 35. Фазиль Искандер, рассказы о Чике 36. Антуан де Сент Экзюпери "Маленький принц" 37. Александр Грин "Алые Паруса" 38. Михаэль Энде "Бесконечная история" 39. Лидия Чарская "Княжна Джаваха", "Записки институтки" 40. Юнна Мориц, стихи.
Новый способ идентификации личности
Мы постепенно стали привыкать к распознаванию личности по отпечаткам пальцев, сканеру радужной оболочки, авторизации по голосу и внешности. Простые пароли из цифр и букв уже выходят из моды, но it-компании планируют предложить нам новый способ распознавания, о котором мы сегодня и поговорим. Идеальный пароль – это мысли, которые невозможно подделать Корпорация Microsoft и Google работают над созданием инновационного способа идентификации личности. Ученые не останавливаются в поисках нового способа аутентификации. Например, студенты из Калифорнии в 2013 году создали систему идентификации на базе сканера мозга. Данные получали при помощи электроэнцефалограммы. Мозговые волны человека являются уникальными. Ученым удалось добиться успешной авторизации пользователей в 99% случаев. Принцип сканера состоит в том, что пользователь должен совершить какое-то действие. Например, спеть песню мысленно, вспомнить о каком-то грандиозном событии в своей жизни. Основное преимущество такой технологии заключается в том, что мысли невозможно подделать, как отпечатки пальцев и украсть. Но, остается одна проблема, которая пока не решена. Ученые не могут добиться идентификации пользователя, если он находится в алкогольном опьянении. Принцип работы аутентификации таким способом вертится вокруг мозговых волн человека. За счет этого достигается максимальный уровень защиты. Волны не только позволяют зайти в систему, но и поступают на всем протяжении сеанса работы пользователя. Получается, что компьютер или смартфон, планшет, будет постоянно следить за тем, что доступ открыт владельцу. Если в течение сеанса возникнуть сомнения по поводу личности, система отключится в автоматическом порядке. Возможные последствия Некоторые ученые полагают, что это весьма опасная затея, которая может повлечь за собой серьезные последствия. Мозговые волны могут рассказать все о состоянии человека, поведать о его самочувствии и здоровье. Употребляет ли человек наркотики, курит или часто заглядывает в рюмочку. Разработчики получат доступ к мозговым волнам человека и могут стать первой угрозой, используя данные в своих целях. Ведь эту информацию можно отправить по интернету и показывать вам рекламу, соответствующую потребностям. Возможно, лучше отказаться от таких инноваций, разработка над которыми идет полным ходом, и прибегнуть к старым, проверенным временем средствам идентификации. Если разработчики смогут встроить новое устройство в компьютер, смартфон и любой другой гаджет, это может стать настоящим трендом современности.
Знаменитости, которых мир потерял в 2016 году
Знаменитые люди вносят в жизнь всего мира часть своего таланта, харизмы, делая человечество более ярким, оригинальным, и многообразным. Когда они уходят, мы теряем их светлый образ, который дарил нам эмоции и впечатления.Мы следили за ходом их судьбы, рождением новых произведений; переживали за новыми достижениями и восхищались победами. В конце уходящего года вспомним тех, кто ушел вместе с ним. В 69 лет 10 января 2016 года покинул сцену британский рок-музыкант и композитор Дэвид Боуи. На его творчестве взрастало не одно поколение певцов, артистов, простых людей. Ему дали прозвище хамелеона по причине частой смены образа, настолько он был разным. Имя Дэвида Боуи входит в десятку самых выдающихся исполнителей Великобритании. Юные поклонники Гарри Поттера с большим прискорбием узнали о кончине Северуса Снейпа – одного из ведущих персонажей киносаги по роману Дж. Роулинг. Актер его сыгравший – Алан Рикман – скончался 14 января 2016 года. Персонаж, скажем прямо, не вызывал особых симпатий, зато игра Алана не прошла мимо внимательных глаз зрителей. Наталья Крачковская могла доказать всем пышкам, что в них заключена красота и притягательность. На счету актрисы более 90 фильмов, в которых она снялась на протяжении сорокалетней артистической карьеры. Хотя роли Наталье доставались второстепенные, она всегда оставляла яркую вспышку в памяти кинолюбителей. Актриса ушла из жизни 3 марта этого года. В апреле (4 числа) не стало мультиинструменталиста, уникального певца и музыканта Принса. Его полное имя было Принс Роджерс Нельсон. Он стал величайшим гитаристом современности, по мнению журнала RollingStone. В первый месяц лета мировой спорт понес утрату – 2 июня умер, пожалуй, самый известный боксер Мохаммед Али. Он выступал в супер тяжелом весе, обладал невероятной выносливостью и мощным ударом. После спортивной карьеры боксер посвятил свою жизнь благотворительности. Кто из российских зрителей не помнит «Служебного романа»? А эпизодическая роль Шурочки настолько выразительна, что ее можно поставить вровень с ведущей исполнительской партией. Таким ярким и незабываемым было творчество Людмилы Ивановой, ушедшей из жизни 7 октября. Ей было 83 года. Кроме актерской деятельности, Людмила писала стихи и песни, а в 2014 году была принята в писательский союз РФ. Такой аристократичный и утонченный актер как Владимир Зельдин вряд ли еще появится в театральной среде. Он стал старейшим действующим артистом. Вплоть до своего 102-летия он продолжал активно сниматься в кино и играть на сцене Центрального академического театра Российской армии. Умер актер 31 октября 2016 года. С самым солнечным клоуном страна простилась 2 ноября. Много лет Олег Попов дарил людям смех на цирковой арене в образе, созданном им самим: клетчатая большая кепка, торчащая из-под нее рыжая грива волос и красный накладной нос. Но главное – это улыбка актера. До самой последней минуты Олег Попов стоял на сцене, уйдя из жизни на гастролях по родной стране. 25 ноября мир простился с легендой революционного социалистического движения – Фиделем Кастро. Он оставался в управлении страной 47 лет, сделав Кубу гордой страной – маленькой, но независимой.Фидель стал целой эпохой кубино-советской истории. Его имя попало даже в книгу Гиннесса, как личность, на которую было организовано больше ста покушений, ставших, как мы увидели, неудавшимися. На день смерти ему исполнилось 90 лет. Декабрь принес нам еще одну утрату – 25 числа в Лондоне скончался Джордж Майкл. Его сингл «Последнее Рождество» как будто стал пророческим. 27 декабря умерла принцесса Лея — актриса Кэрри Фишер. Ей было всего 60.
Малоизвестные изобретатели, изменившие мир
Их открытиями мы пользуемся каждый день Недавно 75 лет исполнилось копировальному аппарату. Сегодня это устройство – непременный атрибут любого офиса, но в конце 1930-х годов его изобретение произвело настоящий фурор. Служащие были в восторге: до этого им приходилось перепечатывать копии документов вручную. Изобретателю копира Честеру Карлсону отказали в финансировании 20 компаний, и только в 1944 году небольшая фирма – производитель фотоматериалов Haloid рискнула заключить с ним контракт. В 1961 году компания сменила название на Xerox, а вскоре начала зарабатывать миллиарды долларов. Богатым человеком стал и сам Карлсон, хотя мало кто знает, что именно ему мир обязан первым копировальным аппаратом. Ниже – десятка изобретателей, имена которых мало известны, но их открытиями большинство из нас пользуется каждый день. 1. Зубная щетка (Уильям Аддис) В 1770 году Аддис попал в британскую тюрьму за подстрекательство к бунту. В то время зубы чистили тряпочкой с солью и угольной пылью. Аддис просверлил в кусочке кости отверстия, через которые пропустил пучки щетины и закрепил их с помощью клея. Выйдя на свободу, он сделал состояние на промышленном выпуске зубных щеток. В 1808 году, после смерти изобретателя, его фирму унаследовал сын. Компания существует и поныне под названием Wisdom Toothbrushes. 2. Растворимые таблетки (Уильям Апджон) До изобретения таблеток лекарства принимали преимущественно в виде порошков или капель. В 1880 году Апджон изобрел таблетки, которые легко растворялись в желудке. Еще через четыре года он создал машину, с помощью которой таблетки можно было выпускать в больших количествах, а в 1886 году основал Upjohn Pill and Granule Company для их производства и продажи. Фирма просуществовала больше века, а в 1995 году произошло ее слияние со швейцарской Pharmacia. Впоследствии эту компанию купил фармацевтический гигант Pfizer. 3. Застежка-молния (Уиткомб Джадсон) На счету чикагца Джадсона – три десятка зарегистрированных изобретений. Самое знаменитое из них – застежка-молния, которую он запатентовал в 1892 году как «застежку для обуви». Джадсон рассчитывал, что ее станут использовать вместо шнурков. Изобретатель умер в 1909 году, еще до того, как его творение стало популярным. Впервые «молнии» стали использовать при пошиве военной формы в США, во время Первой мировой войны. В 1923 году американская компания B.F. Goodrich выпустила ботинки на застежке Джадсона. Именно тогда появилось название «молния». 4. Проволочные вешалки-плечики (Альберт Паркхаус) О том, кто изобрел плечики для одежды, до сих пор идут споры. Многие считают, что первый деревянный образец придумал один из авторов американской Декларации независимости Томас Джефферсон. Но большинство сходятся на том, что плечики в их нынешнем виде – изобретение Паркхауса. Он работал на проволочном заводе в городе Джексон и решил помочь коллегам, которым постоянно не хватало крюков для одежды. Паркхаус изогнул кусок проволоки так, чтобы на него можно было повесить пиджак и брюки, а в 1903 году запатентовал свое изобретение. 5. Кондиционер воздуха (Уиллис Кэрриер) Американский инженер и изобретатель разработал первый аппарат, способный охлаждать воздух с помощью нетоксичного и негорючего хладагента. В 1902 году Кэрриер добавил к нему механизм для управления влажностью. Этот аппарат и стал первым в мире кондиционером воздуха. В 1915-м успешный инженер основал компанию Carrier Engineering Corporation, которая продавала системы кондиционирования. 6. Светофор (Гаррет Морган) Морган изобрел систему управления дорожным движением после того, как стал свидетелем страшной автомобильной аварии. Она переключалась вручную, и, помимо сигналов «стой» и «иди», имела еще один – «всем стоп», который полностью останавливал движение на перекрестках. Морган подал заявку на патент в 1922 году. Позже он за $40 000 продал свои авторские права компании General Electric, которая разработала электрический светофор. Кроме этого, изобретатель придумал «защитный капюшон», ставший предшественником противогаза. 7. Шариковая ручка (Ласло Биро) На жизнь уроженец Будапешта Биро зарабатывал журналистикой. Однажды он заметил, что типографская краска быстрее сохнет и меньше пачкается, чем обычные чернила. Биро решил заправить ею перьевую ручку. Эта попытка не удалась – краска оказалась слишком густой. Тогда он придумал насадку с шариком, который вращался в гнезде и равномерно распределял краску по бумаге. Изобретение было запатентовано в 1938 году, а семь лет спустя Марсель Бик выкупил патент, сделав шариковую ручку символом торговой марки Bic. 8. Застежка-липучка (Жорж де Местраль) Идея липучки появилась у швейцарского инженера, когда после очередной прогулки с собакой ему пришлось снимать с ее шерсти головки репейника. Де Местраль рассмотрел их под микроскопом и увидел крохотные крючки: именно с их помощью головки цеплялись за шерсть. Тот же принцип изобретатель использовал в застежке.
Ох уж эти художники
В конце своей жизни Пьер Огюст Ренуар испытывал тяжкие муки из-за мучившего его ревматизма. Иногда боли в ногах и руках были так сильны, что он кричал в голос. Сын привязывал ему кисть бинтами к обезображенным болезнью пальцам и только так Ренуар мог рисовать. Когда его спросили зачем он претерпевает такие неудобства и не лучше ли для своего здоровья оставить живопись, он ответил: "Боль пройдет, а красота останется". - "Но что же Вы будете делать, когда руки совсем откажут?". Ренуара рассердили эти вопросы. "Буду рисовать членом", - сказал он.
© 2015 — 2024 stakanchik.media
Использование материалов сайта разрешено только с предварительного письменного согласия правообладателей. Права на картинки и тексты принадлежат авторам. Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 16 лет.
