Беседа писателя и журналиста Дмитрия Быкова с актером, поэтом Леонидом Филатовым (1946-2003), 1998 год. Текст приводится по изданию: Быков Д.Л. И все-все-все: сб. интервью. Вып. 2 / Дмитрий Быков. — М.: ПРОЗАиК, 2009. — 336 с. Дмитрий Быков: Первое интервью Филатов дал мне в 1990 году, когда нас познакомил Алексей Дидуров. Второе — восемь лет спустя, после тяжелой болезни и нескольких операций. Он тогда возвращался к жизни, публиковал «Любовь к трем апельсинам» и получал «Триумф» — за то, что выжил, пережил травлю, болезнь, тяжелый духовный перелом — и не сломался. Потом мы встречались много раз, но, кажется, никогда он не говорил вещей столь важных, как в том втором разговоре. — Леня, я помню, какой бомбой взорвалось когда-то ваше интервью «Правде», ваш уход от Любимова... Вас не пытались зачислитъ в «красно-коричневые»? — Я никогда не боялся печататься там, где это не принято. Кроме того, больше у меня такого интервью нигде бы не напечатали. Я честно сказал, что мне противно это время, что культура в кризисе, что отходит огромный пласт жизни, который, кстати, я и пытался удержать программой «Чтобы помнили». Это сейчас, когда телевидение перекармливает нас ностальгухой, существует даже некий перебор старого кино, а тогда казалось, что все это отброшено... Зачислить меня никуда нельзя, потому что я признаю только дружеские, а никак не политические связи. Я люблю и буду любить Губенко вне зависимости от его убеждений. Помню, мы с Ниной пошли в Дом кино на годовщину августовского путча. Честно говоря, я не очень понимал, чего уж так ликовать, ну поймали вы их, ну и ладно... Там стоял крошечный пикет, довольно жалкого вида, прокоммунистический, и кто-то мне крикнул: «Филатов, и ты с ними?» Я несколько, знаешь ли, вздрогнул: я ни с кем. — Я поначалу сомневался — проголосуете ли вы за Ельцина? Ведь зал «Содружества актеров Таганки» предоставлялся под зюгановские сборища... — Нет, господин Зюганов никогда не пользовался среди меня популярностью. На выборы я не пошел — ждал, пока придут ко мне домой с избирательного участка. Я болен и имею на это право. Ко мне пришли, и я проголосовал за Ельцина. И то, что народ в конечном итоге выбрал его, заставляет меня очень хорошо думать о моем народе. Он проголосовал так не благодаря усилиям Лисовского и Березовского, но вопреки им. Вся проельцинская пропаганда была построена на редкость бездарно — чего стоит один лозунг «Выбирай сердцем» под фотографией Ельцина, в мрачной задумчивости стоящего у какого-то столба... Почему именно сердцем и именно за такую позу? Здравый смысл народа в конечном итоге оказался сильнее, чем раздражение против всей этой бездарности. И я проголосовал так же, хотя в первом туре был за Горбачева. Я уверен, ему еще поставят золотой памятник. Этим человеком я восхищаюсь и всегда взрываюсь, когда его пытаются представить поверхностным болтуном. Он четкий и трезвый политик — я помню его еще по поездке в Китай, когда он собрал большой десант наших актеров и режиссеров и впервые за двадцать лет повез туда. Как нас встречали! — Вы не скучаете по лучшим временам Таганки, по работе с Любимовым? — Я очень любил шефа. Я ни с кем, кроме него, не мог репетировать, — может быть, и от Эфроса ушел отчасти поэтому, а не только из-за принципов... Своей вины перед Эфросом я, кстати, не отрицаю — да и как я могу ее отрицать? Смерть — категория абсолютная. Но и после его смерти, сознавая свою вину, я говорю: он мог по-другому прийти в театр. Мог. В своем первом обращении к актерам он мог бы сказать: у меня в театре нелады, у вас драма, давайте попытаемся вместе что-то сделать, Юрий Петрович вернется и нас поймет... Он не сказал этого. И поэтому его первая речь к труппе была встречена такой гробовой, такой громовой тишиной. У меня с Юрием Петровичем никогда не было ссор — он не обделял меня ролями, от Раскольникова я сам отказался, вообще кино много времени отнимало, — он отпускал. И после Щукинского он взял меня сразу — я показал ему Актера из нашего курсового спектакля «На дне»... — А Эфрос, насколько я знаю, в том же «На дне» предлагал вам Ваську Пепла? — Да, но я не хотел это играть. И вообще не люблю Горького. И Чехова, страшно сказать, не люблю — верней, пьесы его. Не понимаю, зачем он их писал. Любимов отговаривал меня уходить. Отговаривал долго. Но остаться с ним я не мог — правда тогда была на Колиной стороне, да и труднее было именно Коле. Хотя победил в итоге Любимов, да никто и не рассчитывал на другой вариант. — О таганской атмосфере семидесятых слагались легенды: время было веселое и хулиганское. — Конечно, это было чудо, а играть с Высоцким — вообще нечто невероятное, я ведь с ним в «Гамлете» играл... Правда, от моей роли Горацио осталось реплик десять, но это и правильно. Любимов объяснял: вот тут вычеркиваем. Я, робко: но тут же как бы диалог у меня с ним... «Какой диалог, тут дело о жизни и смерти, его убьют сейчас, а ты — диалог!» И действительно: Гамлет умирает, а я со своими репликами... Высоцкий не обладал той техникой, которая меня поражает, например, в Гамлете Смоктуновского, но энергетикой превосходил все, что я видел на сцене. Он там делал «лягушку», отжимался, потом, стоя с Лаэртом в могиле, на руках поднимал его, весьма полного у нас в спектакле, и отбрасывал метров на шесть! А насчет баек, — Любимов очень любил перевод Пастернака. Мы его и играли, хотя я, например, предпочитаю вариант Лозинского: у Пастернака есть ляпы вроде «Я дочь имею, ибо дочь моя», и вообще у Лозинского как-то изящнее, это снобизм — ругать его перевод. И мы с Ваней Дыховичным решили подшутить — проверить, как Любимов будет реагировать на изменения в тексте. Ваня подговорил одного нашего актера, игравшего слугу с одной крошечной репликой, на сцену не выходить: я, мол, за тебя выйду и все скажу. Там такой диалог: Клавдий — Смехов — берет письмо и спрашивает, от кого. — От Гамлета. Для вас и королевы. — Кто передал? — Да говорят, матрос. — Вы можете идти. А Венька, надо сказать, терпеть не может импровизаций, он сам все свои экспромты очень тщательно готовит. Тут выходит Дыховичный и начинает шпарить следующий текст: — Вот тут письмо От Гамлета. Для вас и королевы. Его какой-то передал матрос, Поскольку городок у нас портовый И потому матросов пруд пруди. Бывало, раньше их нигде не встретишь, А нынче, где ни плюнь, везде матрос, И каждый норовит всучить письмишко От Гамлета. Для вас и королевы. «Городок портовый» применительно к столице королевства — это особенный кайф, конечно. Высоцкий за кулисами катается по полу. Венька трижды говорит «Вы можете идти» и наконец рявкает это так, что Дыховичный уходит. Шеф смотрит спектакль и потом спрашивает: что за вольности? А это мы, Юрий Петрович, решили в текст Пастернака вставить несколько строчек Лозинского. Он только плечами пожал: «Что за детство?» Но вообще работать с Любимовым всегда было счастьем. Иногда он, конечно, немного подрезал актеру крылья... но уж если не подрезал, если позволял все, — это был праздник несравненный. — Любимов вам звонил — поздравить с премией, спросить о здоровье? — Нет. Я и не ждал, что он позвонит. — А кто ваши друзья сегодня? — Адабашьян. Боровский. Лебешев, который так эстетски снял меня в «Избранных», — я до сих пор себе особенно нравлюсь вон на той фотографии, это кадр оттуда... Потом мы вместе сделали «Сукиных детей», Паша гениальный оператор... Ярмольник. Хмельницкий. Многие... — «Чтобы помнили» — трагическая, трудная программа. Вам тяжело ее делать? — Да, это страшный материал... А профессия — не страшная? Российский актер погибает обычно от водяры, все остальное — производные. А отчего он пьет, отчего черная дыра так стремительно засасывает людей, еще вчера бывших любимцами нации, — этого я объяснить не могу, это неистребимый трагизм актерства. На моих глазах уходили люди, которых я обожал, которых почти никто не вспоминает: Эйбоженко, умерший на съемках «Выстрела», Спиридонов, которого не хотели хоронить на Ваганьковском, потому что он был только заслуженным, а там положено лежать народным... Боже, что за счеты?! Вот и сегодня, когда я хотел сделать вторую программу о Спиридонове, — в первую вошла лишь часть материалов, — мне на ОРТ сказали: не та фигура. Такое определение масштабов, посмертная расстановка по росту, — ничего, да? Гипертоник Богатырев, младше меня на год, рисовал, писал, был страшно одинок и пил поэтому, и работал как проклятый, — после спектакля во МХАТе плохо себя почувствовал, приехала «скорая» и вколола что-то не то... Белов, умерший в безвестности, подрабатывавший шофером, как его герой в «Королеве бензоколонки»... Гулая, которая после разрыва со Шпаликовым все равно не спаслась и кончила так же, как он... И я стал делать цикл, хотя меня предупреждали, что я доиграюсь в это общение с покойниками. В каком-то смысле, видимо, доигрался: раньше, например, я никогда не ходил на похороны. Как Бунин, который похороны ненавидел, страшно боялся смерти и никогда не бывал на кладбищах. И я старался от этого уходить, как мог, и Бог меня берег от этого — всякий раз можно было как-то избежать, не пойти... Первые похороны, на которых я был, — Высоцкий. Тогда я сидел и ревел все время, и сам уже уговаривал себя: сколько можно, ведь он даже не друг мне, — мы были на ты, но всегда чувствовалась разница в возрасте, в статусе, в таланте, в чем угодно... И унять эти слезы я не мог, и тогда ко мне подошел Даль, который сам пережил Высоцкого на год. Он пришел с Таней Лавровой и выглядел ужасно: трудно быть худее меня нынешнего, но он был. Джинсы всегда в обтяжку, в дудочку, а тут внутри джинсины будто не нога, а кость, все на нем висит, лицо желто-зеленого оттенка... Он меня пытался утешить — да, страшно, но Бог нас оставил жить, и надо жить, — а мне было еще страшнее, когда я глядел на него. Я всегда обходил кладбища, но с некоторых пор — вот когда начал делать программу — вдруг стал находить какой-то странный кайф в том, чтобы туда приходить. Особенно в дождь. Я брожу там один и прежнего ужаса не чувствую. Меня самого тогда это удивило. Я и сам понимаю, что общение со вдовами и разгребание архивов не способствуют здоровью. Но цикл делается, я его не брошу. Сейчас вот сниму о Целиковской. — А заканчивать «Свободу или смерть» вы будете? — Отснято две трети картины, но мне ее доделывать не хочется. Хотя когда перечитываю сценарий — нет, ничего, кое-что угадано. Угадано, во всяком случае, что происходит с искусством во времена внезапной свободы и куда приходит художник в этих условиях собственной ненужности: у меня он гибнет на баррикадах, оказавшись среди экстремистов. — А здоровье позволяет вам снимать? Вообще расскажите, как у вас сейчас с этим, — слухов множество. — Сейчас, надеюсь, я выкарабкался, хотя побывал в реанимации столько раз, что это слово перестало пугать меня. Работать я могу и даже пишу помаленьку пьесу в стихах «Любовь к трем апельсинам» — сейчас дописываю второй акт, а ставить ее в Содружестве хочет Адабашьян. Речь у меня теперь не такая пулеметная, как раньше, это тяготит меня сильнее всего, и зрители пишут недоуменные письма, почему Филатов пьяным появляется в кадре. Приходится объяснять, что это от инсульта, а не от пьянства... — Инсульт, насколько я помню, случился у вас в день расстрела Белого дома? — Сразу после. Тогда я его не заметил. Мне казалось — я какой-то страшный сон смотрю, Чечня после этого меня уже не удивила... — Вы всю жизнь пишете стихи. Вам не хотелось уйти в литературу? Песенный компакт-диск разлетелся мгновенно, а «Разноцветную Москву» поют во всех компаниях... — То, что я делаю, к литературе чаще всего не относится. С этим в нее не пойдешь. «Разноцветную Москву» — «У окна стою я, как у холста» — я вообще написал в конце шестидесятых, сразу после Щукинского, и никакого значения этой песенке не придал: тогда многие так писали. Качан замечательно поет мои стихи, они даже по-новому открываются мне с его музыкой, что-то серьезное: диск, м-да... Но я никогда не считал себя поэтом, хотя сочинял всегда с наслаждением. — Почему вы взялись за «Любовь к трем апельсинам»? — Меня восхитила фабула, а пьесы-то, оказывается, нет. Есть либретто. Делать из этого пьесу — кайф несравненный, поскольку получается очень актуальная вещь, актуальная не в газетном смысле... Я вообще не позволю себе ни одной прямой аналогии. Но в некоторых монологах все равно прорывается то, о чем я сегодня думаю. Тем лучше — я выскажусь откровенно. — Кого вы планируете занять? — Очень хочу, чтобы играл Владимир Ильин. — А кто еще вам нравится из сегодняшних актеров? — Я страшно себя ругал, что не сразу разглядел Маковецкого: он у меня играл в «Сукиных детях» — и как-то все бормотал, бормотал... и темперамента я в нем особого не почувствовал, — потом смотрю материал!.. Батюшки!.. Он абсолютно точно чувствует то, что надо делать. Ильина я назвал. Мне страшно интересен Меньшиков, ибо это актер с уникальным темпераментом и техникой. Машков. Я обязательно пойду на «Трехгрошовую оперу» — именно потому, что об этом спектакле говорят взаимоисключающие вещи. Вот тебе нравится? — Да, вполне. Хотя сначала не нравилось совершенно. — А почему? — А там Костя Райкин очень отрицательный и страшно агрессивная пиротехника, звук орущий... Я только потом понял, что все это так и надо. Очень желчный спектакль, пощечина залу. — Видишь! А я слышал принципиально другое: что это типичный Бродвей. Надо пойти на той неделе. — Интересно, вы за деньги пойдете или вас кто-то проведет? — Я не жадный, но как-то мне странно к Косте Райкину заходить с парадного входа и без предупреждения. Я ему позвоню, он нам с Ниной оставит билеты. Шацкая. Я еще на Женовача хочу! Филатов. Будет, будет Женовач... — Что в искусстве на вас в последний раз действительно сильно подействовало? Не люблю слова «потрясло»... — Вчера в тридцатый, наверное, раз пересматривал «Звезду пленительного счастья» Владимира Мотыля и в финале плакал. Ничего не могу с собой поделать. Там гениальный Ливанов — Николай, вот эта реплика его, будничным голосом: «Заковать в железа, содержать как злодея»... Невероятная манера строить повествование. И, конечно, свадьба эта в конце... Очень неслучайный человек на свете — Мотыль. Очень. — А кто из поэтов семидесятых—девяностых как-то на вас действует? Кого вы любите? — Я сейчас все меньше ругаюсь и все больше жалею... Вообще раздражение — неплодотворное чувство, и меня время наше сейчас уже не раздражает, как прежде: что проку брюзжать? Лучше грустить, это возвышает... Когда умер Роберт Иванович Рождественский, я прочел его предсмертные стихи, такие простые, — и пожалел его, как никогда прежде: «Что-то я делал не так, извините, жил я впервые на этой Земле»... Вообще из этого поколения самой небесной мне всегда казалась Белла. Красивейшая женщина русской поэзии и превосходный поэт — ее «Качели», про «обратное движение», я повторяю про себя часто. Вознесенский как поэт сильнее Евтушенко, по-моему, но Евтушенко живее, он больше способен на непосредственный отклик и очень добр. Впрочем, все они неплохие люди... — Вы выходите в свет? — Стараюсь не выходить, но вот недавно поехали с Ниной и друзьями в китайский ресторан, тоже, кстати, отчасти примиряющий меня с эпохой. Раньше даже в «Пекине» такого было не съесть: подаются вещи, ни в каких местных водоемах не водящиеся. И у меня есть возможность все это попробовать, посмотреть, — когда бы я еще это увидел и съел? Как-то очень расширилась жизнь, роскошные возможности, даже на уровне еды... Девочки там, кстати, были замечательные: я официантку начал расспрашивать, как ее зовут, и оказалось, что Оля. Вот, говорю, как замечательно: у меня внучка Оля... Адабашьян, как бы в сторону: «Да-а... интересно ты начинаешь ухаживание!» — Кстати об ухаживании: Шацкая была звездой Таганки, к тому же чужой женой. Как получилось, что вы все-таки вместе с середины семидесятых? — Любимов постоянно ссорился с Ниной, она говорила ему в глаза вещи, которых не сказал бы никто... но он брал ее во все основные спектакли, очевидно, желая продемонстрировать, какие женщины есть в театре. Она была замужем за Золотухиным, сыну восемь лет, я был женат, нас очень друг к другу тянуло, но мы год не разговаривали — только здоровались. Боролись, как могли. Потом все равно оказалось, что ничего не сделаешь. — Вы водите машину? — Не люблю этого дела с тех пор, как на съемках в Германии, третий раз в жизни сидя за рулем, при парковке в незнакомом месте чуть не снес ухо оператору о стену соседнего дома. Оператор как раз торчал из окна с камерой и снимал в этот момент мое умное, волевое лицо. При необходимости могу проехать по Москве (за границей больше в жизни за руль не сяду), но пробки портят все удовольствие. — У вас есть любимый город? — Прага. Я впервые попал туда весной шестьдесят восьмого. Господи, как они хорошо жили до наших танков! Влтава — хоть и ниточка, а в граните. Крики газетчиков: «Вечерняя Прага!». Удивительно счастливые люди, какие-то уличные застолья с холодным пивом, черным хлебом, сладкой горчицей... Легкость, радость. Ну, и Рим я люблю, конечно... — Ваш сын стал священником, — вам не трудно сейчас с ним общаться? — Трудно. Он в катакомбной церкви, с официальным православием разругался, сейчас хочет продать квартиру и уехать в глушь, я ничего ему не советую и никак не противодействую, но некоторая сопричастность конечной истине, которую я в нем иногда вижу, настораживает меня... Он пытается меня сделать церковным человеком, а я человек верующий, но не церковный. И все равно я люблю его и стараюсь понять, хотя иногда, при попытках снисходительно улыбаться в ответ на мои заблуждения, могу по старой памяти поставить его на место. Он очень хороший парень на самом деле, а дочь его — наша внучка — вообще прелесть. — Вы назвали себя верующим. Скажу вам честно — в Бога я верю, а в загробную жизнь верить не могу. Или не хочу. Как вы с этим справляетесь? — Бог и есть загробная жизнь. — А по-моему, я Богу интересен, только пока жив, пока реализуюсь вот на таком пятачке... — Да ну! Ты что, хочешь сказать, что все это не стажировка? Что все вот это говно и есть жизнь? — Почему нет? — Потому что нет! Это все подготовка, а жизнь будет там, где тебе не надо будет постоянно заботиться о жилье, еде, питье... Там отпадет половина твоих проблем и можно будет заниматься нормальной жизнью. Например, плотской любви там не будет. — Утешили. — Утешил, потому что там будет высшая форма любви. — А как я буду без этой оболочки, с которой так связан? — Подберут тебе оболочку, не бойся... — А мне кажется, что все главное происходит здесь. — Да, конечно, здесь не надо быть свиньей! Здесь тоже надо довольно серьезно ко всему относиться! И главное, мне кажется, четко решить, что делать хочешь, а чего не хочешь. И по возможности не делать того, что не хочешь, что поперек тебя. Так что мы, я полагаю, и тут еще помучаемся, — не так это плохо, в конце концов...
Читайте также
Занимательные факты о женской груди
Женская грудь бывает разной формы и разных размеров, но неизменно притягивает к себе мужские взгляды. Предлагаем вашему вниманию интересные факты о женской груди. Ученые вычислили, что в среднем одна женская грудь весит 400 г. Если женщина поправляется на 1 кг, то вес ее груди увеличивается на 20 г. Женщины во все времена хотели иметь красивую грудь, но не всем это было дано. В 19 веке французские врачи впервые в мире начали делать пластические операции по увеличению груди. В молочной железе делали разрез и накачивали внутрь жир животных или парафин. Зачастую женщины не успевали насладиться преимуществами пышного бюста, так как умирали от перитонита. У подавляющего большинства женщин левая и правая грудь отличаются по размеру. Некоторые исследователи считают, что чем меньше грудь, тем ниже интеллект ее обладательницы. Хотя, конечно, с этим можно поспорить. Но не во всех странах мужчины считали большую грудь красивой. В Японии, например, на протяжении нескольких веков сексуально привлекательными и красивыми считались женщины практически плоские. Чтобы достичь таких идеалов, девочкам с юности плотно бинтовали растущую грудь. Изредка у женщин встречается такая аномалия развития как полимастия, то есть женщина рождается не с двумя, а с большим количеством молочных желез. Причем, дополнительная грудь может располагаться на любой части тела: на колене, спине, животе, в паху и так далее. Лаская грудь, женщину можно довести до оргазма. В древности считали, что мифические русалки имели такую огромную грудь, что запросто могли перекинуть ее через плечо. В 18 веке у короля Людовика XV была любовница маркиза де Помпадур. Монарху так нравился ее бюст, что он велел изготовить чаши для вина, в точности повторяющие по форме бюст маркизы. Это не единичный случай. Два сосуда, сделанные со слепков груди графини дю Барри, были у А. Дюма. А герцог Лозен имел целую коллекцию бокалов, копирующих форму груди Марии-Антуанетты. По статистике, более половины женщин недовольны своей грудью и хотят изменить ее. В США очень много тучных женщин с большой грудью, поэтому там не редкость операции по уменьшению груди. Почти все пациентки говорят, что пошли на операцию не ради красоты, а из-за проблем со здоровьем. У Гиппократа была своя методика увеличения размера груди. Он предлагал плоскогрудым женщинам как можно больше и громче петь. Согласно мифологии, амазонкам в детстве удаляли правую грудь. Это делалось для того, чтобы грудь не мешала при стрельбе из лука. Случаи полного отрезания груди известны и в наши дни. Так в 1985 г. испанка Мюриэль удалила полностью грудь, чтобы поучаствовать в боях с быками. Операцию ей провел хирург в США. Сейчас она известна всем любителям корриды как матадор Ривьеро Эль Примеро. В 18 веке были в моде платья с огромными декольте, оставляющими грудь практически полностью открытой. Для красоты было принято раскрашивать соски разными цветами. Мы уже упоминали, что многие женщины хотят изменить грудь. Но при этом надо знать, что по статистике женщины, сделавшие операцию по коррекции груди, чаще совершают суицид. В странах Африки и в Индии считается, что грудь женщины должна быть огромная с большими сосками, так как женщина в первую очередь мать и кормилица. В Италии в армии могут служить женщины. Раньше девушек отбирали в ряды добровольцев независимо от размера груди. Но позже командование решило, что очень большой бюст создает проблемы им во время учений.Сейчас в законе о прохождении службы в итальянской армии оговорено, что девушка с большим бюстом, если хочет попасть в ряды новобранцев, сначала должна сделать операцию по уменьшению размера груди. Австралийские аборигены считали плоскогрудых женщин недоразвитыми и ущербными. С юности девочкам втирали в молочные железы специальный жир и чудодейственную краску, а область сосков раскрашивали кругами, считая, что это поможет груди вырасти. Помимо этого многие женщины оттягивали молочные железы. В провинции Хунань в Китае несколько лет было странное условие для поступления женщин на службу в государственные организации. У всех претенденток грудь должна быть определенного размера, причем, проверялось это комиссией во время собеседования. Грудь должна была удовлетворять 22 пунктам перечня требований. Отменили этот закон после шумихи в 2004 году, устроенной выпускницей университета, которую не брали на службу из-за размера груди. В легендах народов Севера говорится, что ребенок зарождается в груди, а потом уже спускается в живот. Грудь женщин мира отличается по форме. Европейки имеют грудь в форме полушарий, азиатки - в форме конуса, африканки - в виде груши. На Кольском полуострове есть гора, название которой в переводе с саамского «женские груди». В истории есть много случаев, когда женщины заболевали после операций по увеличению груди из-за некачественных имплантатов. Так компания Dow Corning В США, производящая силиконовые имплантаты, была признана банкротом и выплатила огромные суммы 200000 пострадавшим женщинам. От мороза бюст становится более подтянутым. В кабаре «Лидо» в Париже есть человек, который перед представлением натирает груди танцовщиц льдом.
12 привычек людей, у которых дома всегда чисто
У каждого есть такие знакомые, к которым когда ни зайди — всегда чистота! Даже если заявился без предупреждения… Как так? Это волшебники? 1. Люди, у которых дома всегда порядок, каждый день застилают свою кровать. Хорошая привычка. Правильная. Дает правильный настрой на весь день. И помогает перестать себя ненавидеть каждый раз, когда заходишь в спальню в конце тяжелого рабочего дня. 2. Они пользуются пылесосом правильно. Если у вас есть дети или домашние животные, вы наверняка тратите много времени на чистку и мытье полов. И не только их. Вообще-то, пылесос нужно уметь использовать правильно. Это значит чистить с его помощью все: тумбы, шторы, светильники, журнальные столики, зеркала, подоконники, телевизоры. Не только полы. Дети и животные оставляют перхоть и пыль после себя везде. Не только на полу. Пылесос для этого и придумали. Забудьте про эти свои «тряпки для пыли». Активнее используйте насадки для пылесоса. 3. Они разбирают посудомоечную машину по утрам. Постарайтесь найти 15 минут и разобрать посудомойку с утра. Тогда вам не придётся тратить время в конце дня, перед приготовлением ужина. 4. Они стирают в строго определенный день. Даже у семей с несколькими детьми нет необходимости стирать вещи ежедневно. Можно попробовать сделать из этого ритуал: например, стирать каждое воскресенье с 16 до 22 часов. Этот график не только заставит ваших домашних складывать вещи в корзину для белья, но и дадут вам чувство свободы от самообвинений. Вы сможете спокойно сидеть вечером в будний день перед телевизором и не «париться», что нужно загрузить/разобрать стиралку. 5. Они убирают холодильник раз в неделю Речь не идёт о «генеральной уборке». Но всё же иногда нужно заглядывать в холодильник. Хотя бы для того, чтобы знать, что дома еще есть, а что нужно купить. Раз в неделю заглядывайте в холодильник с одной простой целью: выбросить все, что уже не съедобно и вытереть все пятна от потекших продуктов до того, как они покроются плесенью. 6. Они не жадничают на покупку корзин. Корзины и корзинки — отличный способ сложить и организовать разные вещи. Расставьте их везде, где только можете. Складывайте в них все. Тогда вещи не будут разбросаны по всему дому. 7. Они не медлят. Вам доставили что-то новое из магазина? Выбросьте упаковку сегодня же! Не откладывайте вынос мусора на «потом». 8. Они убирают кухню во время готовки. Звучит, конечно, банально и очевидно, но никто этого правила обычно не соблюдает. Но что мешает почистить разделочную доску, пока курица готовится в духовке? Кто мешает помыть дуршлаг сразу после того, как использовали его? Ставьте духовку на таймер и убирайте за собой! Это так просто и сэкономит кучу времени и нервов потом! 9. Они думают о чистоте перед сном. Аккуратно сложите покрывало на диване. Сложите «беспризорные» тапочки в корзину или поставьте в специально отведенное для нее место. Сложите грязную одежду в корзину для белья. Когда вы проснетесь утром, то увидите, что дом чист. И получите возможность начать день без лишнего стресса. 10. Они планируют заранее. Организованные чистюли умеют пользоваться приложениями для списка покупок в магазине. Они знают, что именно закончилось в холодильнике. И ходят за покупками в строго отведенное время. Такой порядок не только успокаивает нервы, но и позволяет не покупать кучи мусора. 11. Они едят в постели с тарелками. Если вы смотрите телевизор, и вам приспичило прямо сейчас съесть бутерброд, сделайте это. Только положите его сначала на тарелку. Иначе от крошек в постели и вокруг не избавиться будет никогда. Кстати, если держать дома комплект бумажных тарелок, то перекусы и вовсе не оставят никакого следа. 12. Они делают генеральную уборку раз в две недели. Это когда приходится чистить все: плинтуса, двери, шторы, мыть окна, разбирать вещи из шуфляды и т. д. Просто решите, что будете делать это по расписанию. Иначе не станете этого делать никогда! И еще один маленький секрет: «чисто» не означает «безупречно». Это означает: «достаточно чисто». Не нужно всегда стараться поддерживать в доме идеальный порядок. «Обычного» порядка будет достаточно.
Когда реально пора в отпуск!
Ещё одна чудесная реклама, похожая на короткометражный фильм. Наверное многие чувствуют себя так же, как главный герой.
Истории на дорожку №24
Почему я понимаю, что полностью нацию ненавидеть нельзя Чечня. 1997 год. Война. Шли ожесточенные бои за победу. Кто хотел отделиться, кто мстил за убитых близких, кто воевал во имя Бога, а правительство России хотело сохранить свою целостность, заодно показывая всему миру свою боевую мощь. Мне было 6 лет, жили мы в подвалах, так как там и безопасно, и, в принципе, больше негде жить. Каждый день с утра до вечера были бомбежки. Хочу рассказать про одну бомбу, которая не взорвалась. Брошена она была, как и остальные десятки бомб, в село, даже не зная, куда она упадет. Через пару домов от нашего подвала, в дом через шиферную крышу влетела та, что не взорвалась. После обнаружили на ней надпись: "Помог чем смог. Саша". Из нее был вытащен запал. Тогда я и понял, что держать злобу на всю нацию - глупо. ***** Меняли входную верь. Монтажники: 2 парня, один лет под 40, матерый такой, в наколках, а второй молодой, лет 25, видимо стажер. Дверь по размерам не подходила, поэтому пришлось долбить кусок стены. На звук перфоратора, усиленного подъездным эхом, выскочила соседка-бабушка, и давай причитать, мол, одолели, треклятые, тыры-пыры. Который поопытнее вежливо, но лаконично говорит: - Не обессудь, мать, работа такая. Скоро закончим. Иди домой, пылищи вокруг вон сколько. Но бабка уже увидела простор для коммуникаций и в ситуацию входить не желала: - Ироды, весь день житья не даете! Уважили бы возраст! Сталина на вас нет! Мастер молча закатывает половину рукава. На руке красуется мужественный профиль Иосифа Виссарионовича. - Ну как это нет? Вот он, родненький. Стояли потом втроем, ржали) ***** Стою на светофоре. Со мной, по соседней полосе, равняется красный "Форд С-max". За рулём сидит блондинка лет тридцати. На капоте, возле дворников лежит грязный кошелёк. Начинаю деликатно сигналить, чтобы привлечь её внимание, - ноль эффекта. Открываю окно: - Девушка, у вас кошелёк на капоте. - Чего? - Кошелёк на капоте, говорю. - Ооо! Выскакивает из машины, глаза округляются ещё больше. Хватает его, прыгает в машину и на прощание из окна кричит мне: - Спасибо вам огромное! Я его неделю назад потеряла, думала, что украли! И уезжает... ***** Забежал в туалет перед зачетом. Собираюсь уже выходить, но вдруг слышу из кабинки: "Твою мать!! Что ж делать!? Даже отчетов нет под рукой!!" Понимаю, что кому-то срочно понадобилась бумага. К счастью, в моей сумке завалялись столь необходимые полметра. Просовываю под дверь, слышу: "Спасибо! Погоди, не уходи пока". Спустя минуту выходит препод, который должен принимать зачет. Не успевая застегнуть штаны, говорит: "Давай зачетку". Черт дернул выпалить: "Разве бумаги не хватило?" "Дурень, я тебе зачет поставлю за спасение!" Всем удачной сессии))) ***** Недавно, стою я на остановке. Рядом со мной подростки. И вот один мальчик уже минут 5 прыгает на месте и приговаривает: - Мне жарко, жарко, жарко! Ууух, как палит солнце. Жарко мне! Рядом с ним девочка стоит. Смотрит она на него как на дебила, смотрит и спрашивает: - Самовнушение? - Ага. Минуты через 2 уже вся компания прыгала и стучала зубами, что им жарко.
12 советов начинающим писателям
Статья Чака Паланика Номер один: Когда писать неохота, поставь кухонный таймер на один час, садись и пиши, пока таймер не зазвонит. Если через час тебя будет так же воротить от писательства, ты свободен на час. Но обычно ко времени, когда таймер срабатывает, ты так увлечен своей работой, так наслаждаешься ею, что не сможешь остановиться. Номер два: Читатель умнее, чем тебе кажется. Не бойся экспериментировать с формой рассказа и временными скачками. Лично я считаю, молодые читатели отвергают большинство книг не потому, что они глупее своих предшественников, но потому, что современный читатель умнее. Номер три: Прежде чем сесть и записать сцену, ее стоит немного повертеть в уме и понять ее предназначение. Какие моменты из предыдущих обстановок закроет эта сцена? Какие вопросы она откроет для последующих сцен? Как она продвинет повествование? За работой, за рулем, занимаясь спортом, держи в уме только этот вопрос. Номер четыре: Удиви себя. Уведи историю, или дай истории увести тебя, в такое место, которое восхитит тебя, тогда ты сможешь удивить и читателя. В тот миг, когда ты разглядишь любой хорошо спланированный сюрприз или оборот событий, их наверняка не пропустит и твой изощренный читатель. Номер пять: Если ты застрял, вернись и перечитай предыдущую сцену, найди упущенные персонажи или детали, которых можно внезапно воскресить, словно «зарытую пушку». Дописывая «Бойцовский клуб», я понятия не имел, что делать с небоскребом. Но перечитывая первую сцену, наткнулся на кусок про смешивание нитры с парафином, где говорится, что это ненадежный метод приготовления взрывчатки. Номер шесть: Используй любую возможность провести время среди других людей, которые ценят и поддерживают писательство. Это уравновесит часы, проводимые тобой в одиночестве за письмом. Даже когда однажды ты продашь свое произведение, никакие деньги не возместят тебе время, которое ты провел в одиночестве. Номер семь: Чем дольше ты шлифуешь свою историю, тем лучше будет ее конечная форма. Не подгоняй книгу к концу и не притягивайте развязку за уши. Все, о чем ты должен думать — это следующая сцена, или несколько. Ты не должен знать всего, что случится, вплоть до самого конца. На самом деле, когда знаешь, тебе адски сложно воплотить это. Номер восемь: Если в рамках повествования тебе понадобится больше свободы, меняй имена персонажей от наброска к наброску. Ведь персонажи — не существуют, и они — не ты сам. Бессовестно меняя имена, получишь необходимую дистанцию, дающую возможность серьезно помучить персонажа. Или еще круче, уничтожь персонажа, если этого требует история. Номер девять: Есть три вида прямой речи. Не знаю, так ли это, но я услышал это на курсах, и это пригодилось. Три вида — это Описательный, Инструктивный и Экспрессивный. Описательный: «Солнце взошло высоко…». Инструктивный: «Иди, не беги…». Экспрессивный: «Ох!». Большинство беллетристов используют только один, максимум — два вида. Используй все три. Смешивай их. Люди разговаривают именно так. Номер десять: Пиши книгу, которую захочется прочесть самому. Номер одиннадцать: Фотографируйся на обложку своей книги сейчас, пока ты молодой. И получи негативы и права на эти фото. Номер двенадцать: Пиши только о вопросах, которые действительно тебя волнуют. Только об этих вещах стоит писать. В курсе лекций под названием «Опасное писательство», Том Шпенбауэр акцентирует, что жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на сочинение кротких, безликих, чуждых тебе историй.
Эффект оплошности
Представьте, что вы без памяти влюблены в девушку, и она кажется вам талантливой, доброй и красивой. Потом представьте, что вы видите, как она идет по тротуару, спотыкается и падает прямо лицом вниз. По многим причинам вы влюбляетесь в нее еще больше и сами себе кажетесь гораздо более привлекательным для нее, и все это – в результате ее неуклюжести. Изученное особо широко в мире спорта, бизнеса и политики, это психологическое явление известно как «эффект оплошности». Первоначально этот эффект был открыт и назван исследователем Элиотом Аронсоном в 1966 году. Результаты такого эффекта могут быть различными. Исследования показывают, что люди склонны любить людей несовершенных, совершающих ошибки. Эффект много анализировался и выяснилось, что, например, неуклюжие женщины больше привлекают мужчин, чем наоборот, но основной принцип (человек становится более привлекательным, показывая свои недостатки) остается.
Люди любят себя запутывать
Вот, например, совершил человек подлость, а нам так не хочется с ним переставать общаться. Он же такой милый был. Нужно сказать «Его нужно понять...» Ну, например, объясним это его экстравагантностью или особыми обстоятельствами. Но вот бывают случаи, когда даже понять невозможно. Тогда, мы обязательно должны принять его поступок. Ведь принимать — это круто! Как раз тот случай, когда мы опускаем голову и говорим «Ну да, но нужно учиться принимать«. А еще, если мы уж его любим, то и принять, и понять, и простить. Вот только проблема в том, что отвечать на вопрос «Зачем?» мы особо не любим. Потому, что если нас предали, то мы можем и понять, и даже принять, и даже простить, но при этом прекратить отношения. Ведь прекращаем мы их не потому, что мы не поняли, или не приняли... Нет. Мы просто понимаем, чего от этого человека можно ожидать… Мы просто не прячемся от факта, от факта его поступка... От поступка, который характеризует человека.. Да, мы тебя поняли, приняли, простили и даже не перестали любить, но давай дальше как-нибудь без меня. И даже если я помогу тебе когда-либо, то не потому, что у нас восстановились отношения... Нет. Потому, что я не такой, как ты... Вот и все. Помните, любовь часто замыливает глаза. Любовь к друзьям, близким, кумирам... Мы словно игнорируем некие факты, но разочарование наступит. Трусы останутся трусами. Лицемеры — лицемерами. Те, кто привирал, всегда будут привирать. Те, кто выбирал деньги — всегда будут выбирать их. И чем дольше мы игнорируем поступки, покупаясь на красивые слова, тем труднее будет оправиться после удара. — Андрей Веретенников
Почему «долго и счастливо» превращается в «коротко и обидно»?
У каждого человека существуют свои базовые потребности, которые он и старается удовлетворить в первую очередь. У кого-то это материальное благополучие, а у кого-то жажда духовного тепла. Нам может многое нравиться, и мы можем многого хотеть, но чаще всего основу составляют всего 1-2 потребности. Они являются ключевыми. И если, что-то мы готовы не заметить и простить, то «не закрытая» базовая потребность больно бьёт по нашим чувствам. Если во взаимоотношениях она не удовлетворяется, то после взаимных обид, ссор, претензий отношения, в конце концов, разрушаются. Согласно исследованиям доктора психологии Т. Гагина, базовые потребности можно выделить в 6 основных групп. 1. Туп. Таких людей раздражают разговоры «о нашем будущем», любые намеки на совместную жизнь. Им проще отказаться от таких отношений, чем что-то менять. Хуже всего реагируют на ожидания в свой адрес, если почувствовали, что «кому-то должны», то сделают всё наоборот. Не любят «давления». Отдаляются, когда партнёр начинает считать, что их отношения налажены. Могут быть добрыми, щедрыми, тактичными ТОЛЬКО по собственной воле. Появления близкого человека в своей жизни рассматривают как дополнительную нагрузку и ограничения. Чаще предпочитает ни к чему не обязывающие встречи. Более длительные отношения возможны, если партнер проявит себя как самостоятельная личность «без ожиданий». 2. Ленив. Такие люди предают большое значение удобству. В случае его отсутствия, прикладывают массу усилий, чтобы создать необходимый комфорт. Не любят «походную романтику». Они заранее прокладывают маршруты, знают расписание, продумывают список продуктов, заранее заказанный столик, любят путешествия в обустроенном варианте, их дом полон удобных приспособлений и уютных уголков. Делятся на две группы: тех, кто хлопочет сам, и тех, кто окружает себя «хлопочущими». Они не любят менять свои планы, предпочитают постоянство и устоявшийся комфорт. Рядом с собой хотят видеть организованного и предсказуемого человека, который не будет вносить в их жизнь беспорядок и грязь. 3. Труслив. Такие люди первым делом определяют своих и чужих, отличаются повышенной тревожностью, ревнивы к своим партнёрам, и это касается не только секса, но и в целом доверия. Следят, чтобы в споре «любимый» встал на их сторону и «отражал атаки». Он ищут надёжное плечо, обходят стороной опасные места, компании и тех, кто может обмануть или подставит. Часто, сами опасности преувеличивают. В отношениях ценят сплочённость «плечо к плечу». Нуждаются в поддержке своих планов и решений. С повышенным вниманием относятся к своему здоровью. 4. Похотлив. Такие люди стараются как можно скорее сократить дистанцию. Не испытывают стеснения, прикасаясь или прижимаясь к своему партнёры, на людях. Если не получают ответа, то быстро теряют интерес и раздражаются. Часто имеют параллельные отношения и не видят в этом ничего предосудительного. Привлекают внимание за счет своей сексапильности. Предпочитают двигательные удовольствия, любят танцевать как в одиночку, так и с партнёром. Всё время находятся, как бы, в лёгком возбуждении. Флиртуют чаще всего неосознанно, так как не в состоянии отключить свою фоновую сексуальность. Не любят выражено несексуальных, сухих, «рационально-интеллектуальных» людей. 5. Жаден. Такие люди ценят деньги, имеют добротные вещи, с удовольствием торгуются, ищут скидки. Их не смущают хорошие подержанные вещи. Предпочитают экономию и любят копить деньги. Если тратятся, то на долгосрочные приобретения. Сами копают, ремонтируют, налаживают. Не выбрасывают старое, если его можно использовать или продать. Находясь в гостях или по делам, прикидывают стоимость обстановки, варианты купли-продажи, какую выгоду можно извлечь. В ухаживания вкладываются обстоятельно, ожидая полноценной отдачи. Не потерпят рядом транжир и тех, кто рассчитывает на их банковский счёт. По достоинству оценят расчётливость и скуповатость «своей половины». Возможен противоположный вариант: транжиры и растратчики. Они постоянно тратятся, любят дорогие подарки и побуждают партнеров тратиться на них. Но в данном случае это переплетается с повышением самооценки. 6. Хвастлив. Такие люди живут ради оценки окружающих и постоянно соревнуются с «другими». Им важно похвастаться: мужем, женой, машиной, домом, успехами детей, фирмой, образованием и т.д. Во всех сферах у них должна стоять «оценка» выше среднего в сравнении с другими. Предпочитают идти под руку с «завидным» партнёром, от которого так же требуется положительная оценка. На людях предпочитают «идеальные отношения», даже если внутри пары это не совсем так. Возможен вариант на тему «мои несчастья больше ваших», когда человек видит себя особенным, настрадавшимся и возвышает себя за «пережитые муки».
10 весьма разных книг из чайной коллекции
1. Грег Монтерсон – «Три чашки чая» «Три чашки чая» – это поразительная история о том, как самый обычный человек, не обладая ничем, кроме решительности, способен в одиночку изменить мир. Грег Мортенсон подрабатывал медбратом, ночевал в машине, а свое немногочисленное имущество держал в камере хранения. В память о погибшей сестре он решил покорить самую сложную гору К-2. Эта попытка чуть ли не стоила ему жизни, если бы не помощь местных жителей. Несколько дней, проведенных в отрезанной от цивилизации пакистанской деревушке, потрясли Грега настолько, что он решил собрать необходимую сумму и вернуться в Пакистан, чтобы построить школу для деревенских детей. 2. Макс Фрай – «Чайная книга» Никто никогда не издавал сборника рассказов про чай, тем более – с авторскими рецептами приготовления этого напитка. Поэтому нам пришлось это сделать, а вам теперь придется читать, а потом заваривать чай и печь пироги по нашим рецептам. 3. Киаран Карсон – «Чай из трилистника» Магическая субстанция позволяет героям проникнуть внутрь знаменитой картины Яна ван Эйка "Двойной портрет Арнольфини", и они обретают способность с предельной ясностью воспринимать окружающее. хитросплетения сюжета и многослойность тематики (средневековая цветовая символика, жития святых, судьбы Ирландии) превращают повествование в замысловатое кружево. Все связано со всем, и весь мир можно увидеть в капле воды - как считал Артур Конан Доил, который также является одним из героев этой удивительной и волшебной книги. 4. Шэрон Оуэнс – «Чайная на Малберри-стрит» Судьбы героев этой невероятной рождественской истории причудливым образом переплетаются и сходятся в удивительном месте, полном загадок и чудес, – в чайной на Малберри-стрит, где подают восхитительные десерты и где однажды, совершенно неожиданно, вы можете получить послание от Николаса Кейджа. 5. Пэт Кэдиган – «Чай из пустой чашки» Следователь Дора Константин, до сих пор переживающая разрыв с мужем, начинает расследование серии загадочных смертей. Расследование приводит ее в виртуальный мир игры «Ну-Йок Ситти после катастрофы», полный реальных опасностей. В загадочную интригу оказываются втянуты наркоторговцы, виртуальные проститутки и духи погрузившейся на дно древней Японии. 6. Джоанн Харрис – «Чай с птицами» Вера и Надежда сбегают из дома престарелых в самый модный обувной магазин Лондона. Ведьминский ковен собирается на двадцатилетие школьного выпуска. А молодая жена пытается буквально следовать рецептам из кулинарной книги своей свекрови — с непредсказуемыми последствиями... 7. Милорад Павич – «Пейзаж, нарисованный чаем» "Пейзаж, нарисованный чаем" принадлежит к числу самых известных произведений сербского писателя Милорада Павича. В сюжете этого романа-кроссворда причудливо переплетаются прошлое и настоящее, судьбы героев и читателей книги, определяя, как обычно у Павича, логику чтения и конец повествования. 8. Джанет Маклеод – «Любовь с ароматом чая» Начало ХХ века. Из-за безрассудства отца юная Кларисса и ее сестра Олив оказались без гроша за душой. Беспомощным девушкам пришлось покинуть пронизанные солнцем чайные плантации Индии и поселиться у родных в Англии. Здесь их ждала нищета и тяжкий труд. А Кларисса отчаянно тосковала по возлюбленному – плантатору Эсли Робсону. Она не знала, что Эсли последовал за ней через океан. И скоро судьба подарит влюбленным новую встречу… 9. Джером К. Джером – «Беседы за чаем. Наблюдения Генри» О чем говорят за вечерним чаем начинающий поэт и известный философ, светская дама и образованная девица? Разумеется, о жизни! Ведь жизнь - это, в сущности, так смешно. Отношения мужчин и женщин, просвещение и цивилизация, бизнес и искусство - сколько историй! И конечно, официанту Генри есть о чем поведать благодарному слушателю... 10. Сестры Воробей – «Абба, или Чай с Молоком» Это книга о первой любви и крепкой дружбе, о непростых отношениях с родителями и еще более сложных отношениях с одноклассниками. Марина привыкла к тому, что ее окружают самые добрые и любящие люди: родители, бабушка, лучшая подруга Юля. Внезапно ее мир, казавшийся таким устойчивым, рушится - отец уходит из семьи к другой женщине. Марине кажется, что жизнь остановилась, но происходящие вокруг события не дают ей замкнуться в себе. У Юли украден велосипед, и в результате подруги оказываются вовлеченными в опасные события.
© 2015 — 2024 stakanchik.media
Использование материалов сайта разрешено только с предварительного письменного согласия правообладателей. Права на картинки и тексты принадлежат авторам. Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 16 лет.
