Беседа писателя и журналиста Дмитрия Быкова с актером, поэтом Леонидом Филатовым (1946-2003), 1998 год. Текст приводится по изданию: Быков Д.Л. И все-все-все: сб. интервью. Вып. 2 / Дмитрий Быков. — М.: ПРОЗАиК, 2009. — 336 с. Дмитрий Быков: Первое интервью Филатов дал мне в 1990 году, когда нас познакомил Алексей Дидуров. Второе — восемь лет спустя, после тяжелой болезни и нескольких операций. Он тогда возвращался к жизни, публиковал «Любовь к трем апельсинам» и получал «Триумф» — за то, что выжил, пережил травлю, болезнь, тяжелый духовный перелом — и не сломался. Потом мы встречались много раз, но, кажется, никогда он не говорил вещей столь важных, как в том втором разговоре. — Леня, я помню, какой бомбой взорвалось когда-то ваше интервью «Правде», ваш уход от Любимова... Вас не пытались зачислитъ в «красно-коричневые»? — Я никогда не боялся печататься там, где это не принято. Кроме того, больше у меня такого интервью нигде бы не напечатали. Я честно сказал, что мне противно это время, что культура в кризисе, что отходит огромный пласт жизни, который, кстати, я и пытался удержать программой «Чтобы помнили». Это сейчас, когда телевидение перекармливает нас ностальгухой, существует даже некий перебор старого кино, а тогда казалось, что все это отброшено... Зачислить меня никуда нельзя, потому что я признаю только дружеские, а никак не политические связи. Я люблю и буду любить Губенко вне зависимости от его убеждений. Помню, мы с Ниной пошли в Дом кино на годовщину августовского путча. Честно говоря, я не очень понимал, чего уж так ликовать, ну поймали вы их, ну и ладно... Там стоял крошечный пикет, довольно жалкого вида, прокоммунистический, и кто-то мне крикнул: «Филатов, и ты с ними?» Я несколько, знаешь ли, вздрогнул: я ни с кем. — Я поначалу сомневался — проголосуете ли вы за Ельцина? Ведь зал «Содружества актеров Таганки» предоставлялся под зюгановские сборища... — Нет, господин Зюганов никогда не пользовался среди меня популярностью. На выборы я не пошел — ждал, пока придут ко мне домой с избирательного участка. Я болен и имею на это право. Ко мне пришли, и я проголосовал за Ельцина. И то, что народ в конечном итоге выбрал его, заставляет меня очень хорошо думать о моем народе. Он проголосовал так не благодаря усилиям Лисовского и Березовского, но вопреки им. Вся проельцинская пропаганда была построена на редкость бездарно — чего стоит один лозунг «Выбирай сердцем» под фотографией Ельцина, в мрачной задумчивости стоящего у какого-то столба... Почему именно сердцем и именно за такую позу? Здравый смысл народа в конечном итоге оказался сильнее, чем раздражение против всей этой бездарности. И я проголосовал так же, хотя в первом туре был за Горбачева. Я уверен, ему еще поставят золотой памятник. Этим человеком я восхищаюсь и всегда взрываюсь, когда его пытаются представить поверхностным болтуном. Он четкий и трезвый политик — я помню его еще по поездке в Китай, когда он собрал большой десант наших актеров и режиссеров и впервые за двадцать лет повез туда. Как нас встречали! — Вы не скучаете по лучшим временам Таганки, по работе с Любимовым? — Я очень любил шефа. Я ни с кем, кроме него, не мог репетировать, — может быть, и от Эфроса ушел отчасти поэтому, а не только из-за принципов... Своей вины перед Эфросом я, кстати, не отрицаю — да и как я могу ее отрицать? Смерть — категория абсолютная. Но и после его смерти, сознавая свою вину, я говорю: он мог по-другому прийти в театр. Мог. В своем первом обращении к актерам он мог бы сказать: у меня в театре нелады, у вас драма, давайте попытаемся вместе что-то сделать, Юрий Петрович вернется и нас поймет... Он не сказал этого. И поэтому его первая речь к труппе была встречена такой гробовой, такой громовой тишиной. У меня с Юрием Петровичем никогда не было ссор — он не обделял меня ролями, от Раскольникова я сам отказался, вообще кино много времени отнимало, — он отпускал. И после Щукинского он взял меня сразу — я показал ему Актера из нашего курсового спектакля «На дне»... — А Эфрос, насколько я знаю, в том же «На дне» предлагал вам Ваську Пепла? — Да, но я не хотел это играть. И вообще не люблю Горького. И Чехова, страшно сказать, не люблю — верней, пьесы его. Не понимаю, зачем он их писал. Любимов отговаривал меня уходить. Отговаривал долго. Но остаться с ним я не мог — правда тогда была на Колиной стороне, да и труднее было именно Коле. Хотя победил в итоге Любимов, да никто и не рассчитывал на другой вариант. — О таганской атмосфере семидесятых слагались легенды: время было веселое и хулиганское. — Конечно, это было чудо, а играть с Высоцким — вообще нечто невероятное, я ведь с ним в «Гамлете» играл... Правда, от моей роли Горацио осталось реплик десять, но это и правильно. Любимов объяснял: вот тут вычеркиваем. Я, робко: но тут же как бы диалог у меня с ним... «Какой диалог, тут дело о жизни и смерти, его убьют сейчас, а ты — диалог!» И действительно: Гамлет умирает, а я со своими репликами... Высоцкий не обладал той техникой, которая меня поражает, например, в Гамлете Смоктуновского, но энергетикой превосходил все, что я видел на сцене. Он там делал «лягушку», отжимался, потом, стоя с Лаэртом в могиле, на руках поднимал его, весьма полного у нас в спектакле, и отбрасывал метров на шесть! А насчет баек, — Любимов очень любил перевод Пастернака. Мы его и играли, хотя я, например, предпочитаю вариант Лозинского: у Пастернака есть ляпы вроде «Я дочь имею, ибо дочь моя», и вообще у Лозинского как-то изящнее, это снобизм — ругать его перевод. И мы с Ваней Дыховичным решили подшутить — проверить, как Любимов будет реагировать на изменения в тексте. Ваня подговорил одного нашего актера, игравшего слугу с одной крошечной репликой, на сцену не выходить: я, мол, за тебя выйду и все скажу. Там такой диалог: Клавдий — Смехов — берет письмо и спрашивает, от кого. — От Гамлета. Для вас и королевы. — Кто передал? — Да говорят, матрос. — Вы можете идти. А Венька, надо сказать, терпеть не может импровизаций, он сам все свои экспромты очень тщательно готовит. Тут выходит Дыховичный и начинает шпарить следующий текст: — Вот тут письмо От Гамлета. Для вас и королевы. Его какой-то передал матрос, Поскольку городок у нас портовый И потому матросов пруд пруди. Бывало, раньше их нигде не встретишь, А нынче, где ни плюнь, везде матрос, И каждый норовит всучить письмишко От Гамлета. Для вас и королевы. «Городок портовый» применительно к столице королевства — это особенный кайф, конечно. Высоцкий за кулисами катается по полу. Венька трижды говорит «Вы можете идти» и наконец рявкает это так, что Дыховичный уходит. Шеф смотрит спектакль и потом спрашивает: что за вольности? А это мы, Юрий Петрович, решили в текст Пастернака вставить несколько строчек Лозинского. Он только плечами пожал: «Что за детство?» Но вообще работать с Любимовым всегда было счастьем. Иногда он, конечно, немного подрезал актеру крылья... но уж если не подрезал, если позволял все, — это был праздник несравненный. — Любимов вам звонил — поздравить с премией, спросить о здоровье? — Нет. Я и не ждал, что он позвонит. — А кто ваши друзья сегодня? — Адабашьян. Боровский. Лебешев, который так эстетски снял меня в «Избранных», — я до сих пор себе особенно нравлюсь вон на той фотографии, это кадр оттуда... Потом мы вместе сделали «Сукиных детей», Паша гениальный оператор... Ярмольник. Хмельницкий. Многие... — «Чтобы помнили» — трагическая, трудная программа. Вам тяжело ее делать? — Да, это страшный материал... А профессия — не страшная? Российский актер погибает обычно от водяры, все остальное — производные. А отчего он пьет, отчего черная дыра так стремительно засасывает людей, еще вчера бывших любимцами нации, — этого я объяснить не могу, это неистребимый трагизм актерства. На моих глазах уходили люди, которых я обожал, которых почти никто не вспоминает: Эйбоженко, умерший на съемках «Выстрела», Спиридонов, которого не хотели хоронить на Ваганьковском, потому что он был только заслуженным, а там положено лежать народным... Боже, что за счеты?! Вот и сегодня, когда я хотел сделать вторую программу о Спиридонове, — в первую вошла лишь часть материалов, — мне на ОРТ сказали: не та фигура. Такое определение масштабов, посмертная расстановка по росту, — ничего, да? Гипертоник Богатырев, младше меня на год, рисовал, писал, был страшно одинок и пил поэтому, и работал как проклятый, — после спектакля во МХАТе плохо себя почувствовал, приехала «скорая» и вколола что-то не то... Белов, умерший в безвестности, подрабатывавший шофером, как его герой в «Королеве бензоколонки»... Гулая, которая после разрыва со Шпаликовым все равно не спаслась и кончила так же, как он... И я стал делать цикл, хотя меня предупреждали, что я доиграюсь в это общение с покойниками. В каком-то смысле, видимо, доигрался: раньше, например, я никогда не ходил на похороны. Как Бунин, который похороны ненавидел, страшно боялся смерти и никогда не бывал на кладбищах. И я старался от этого уходить, как мог, и Бог меня берег от этого — всякий раз можно было как-то избежать, не пойти... Первые похороны, на которых я был, — Высоцкий. Тогда я сидел и ревел все время, и сам уже уговаривал себя: сколько можно, ведь он даже не друг мне, — мы были на ты, но всегда чувствовалась разница в возрасте, в статусе, в таланте, в чем угодно... И унять эти слезы я не мог, и тогда ко мне подошел Даль, который сам пережил Высоцкого на год. Он пришел с Таней Лавровой и выглядел ужасно: трудно быть худее меня нынешнего, но он был. Джинсы всегда в обтяжку, в дудочку, а тут внутри джинсины будто не нога, а кость, все на нем висит, лицо желто-зеленого оттенка... Он меня пытался утешить — да, страшно, но Бог нас оставил жить, и надо жить, — а мне было еще страшнее, когда я глядел на него. Я всегда обходил кладбища, но с некоторых пор — вот когда начал делать программу — вдруг стал находить какой-то странный кайф в том, чтобы туда приходить. Особенно в дождь. Я брожу там один и прежнего ужаса не чувствую. Меня самого тогда это удивило. Я и сам понимаю, что общение со вдовами и разгребание архивов не способствуют здоровью. Но цикл делается, я его не брошу. Сейчас вот сниму о Целиковской. — А заканчивать «Свободу или смерть» вы будете? — Отснято две трети картины, но мне ее доделывать не хочется. Хотя когда перечитываю сценарий — нет, ничего, кое-что угадано. Угадано, во всяком случае, что происходит с искусством во времена внезапной свободы и куда приходит художник в этих условиях собственной ненужности: у меня он гибнет на баррикадах, оказавшись среди экстремистов. — А здоровье позволяет вам снимать? Вообще расскажите, как у вас сейчас с этим, — слухов множество. — Сейчас, надеюсь, я выкарабкался, хотя побывал в реанимации столько раз, что это слово перестало пугать меня. Работать я могу и даже пишу помаленьку пьесу в стихах «Любовь к трем апельсинам» — сейчас дописываю второй акт, а ставить ее в Содружестве хочет Адабашьян. Речь у меня теперь не такая пулеметная, как раньше, это тяготит меня сильнее всего, и зрители пишут недоуменные письма, почему Филатов пьяным появляется в кадре. Приходится объяснять, что это от инсульта, а не от пьянства... — Инсульт, насколько я помню, случился у вас в день расстрела Белого дома? — Сразу после. Тогда я его не заметил. Мне казалось — я какой-то страшный сон смотрю, Чечня после этого меня уже не удивила... — Вы всю жизнь пишете стихи. Вам не хотелось уйти в литературу? Песенный компакт-диск разлетелся мгновенно, а «Разноцветную Москву» поют во всех компаниях... — То, что я делаю, к литературе чаще всего не относится. С этим в нее не пойдешь. «Разноцветную Москву» — «У окна стою я, как у холста» — я вообще написал в конце шестидесятых, сразу после Щукинского, и никакого значения этой песенке не придал: тогда многие так писали. Качан замечательно поет мои стихи, они даже по-новому открываются мне с его музыкой, что-то серьезное: диск, м-да... Но я никогда не считал себя поэтом, хотя сочинял всегда с наслаждением. — Почему вы взялись за «Любовь к трем апельсинам»? — Меня восхитила фабула, а пьесы-то, оказывается, нет. Есть либретто. Делать из этого пьесу — кайф несравненный, поскольку получается очень актуальная вещь, актуальная не в газетном смысле... Я вообще не позволю себе ни одной прямой аналогии. Но в некоторых монологах все равно прорывается то, о чем я сегодня думаю. Тем лучше — я выскажусь откровенно. — Кого вы планируете занять? — Очень хочу, чтобы играл Владимир Ильин. — А кто еще вам нравится из сегодняшних актеров? — Я страшно себя ругал, что не сразу разглядел Маковецкого: он у меня играл в «Сукиных детях» — и как-то все бормотал, бормотал... и темперамента я в нем особого не почувствовал, — потом смотрю материал!.. Батюшки!.. Он абсолютно точно чувствует то, что надо делать. Ильина я назвал. Мне страшно интересен Меньшиков, ибо это актер с уникальным темпераментом и техникой. Машков. Я обязательно пойду на «Трехгрошовую оперу» — именно потому, что об этом спектакле говорят взаимоисключающие вещи. Вот тебе нравится? — Да, вполне. Хотя сначала не нравилось совершенно. — А почему? — А там Костя Райкин очень отрицательный и страшно агрессивная пиротехника, звук орущий... Я только потом понял, что все это так и надо. Очень желчный спектакль, пощечина залу. — Видишь! А я слышал принципиально другое: что это типичный Бродвей. Надо пойти на той неделе. — Интересно, вы за деньги пойдете или вас кто-то проведет? — Я не жадный, но как-то мне странно к Косте Райкину заходить с парадного входа и без предупреждения. Я ему позвоню, он нам с Ниной оставит билеты. Шацкая. Я еще на Женовача хочу! Филатов. Будет, будет Женовач... — Что в искусстве на вас в последний раз действительно сильно подействовало? Не люблю слова «потрясло»... — Вчера в тридцатый, наверное, раз пересматривал «Звезду пленительного счастья» Владимира Мотыля и в финале плакал. Ничего не могу с собой поделать. Там гениальный Ливанов — Николай, вот эта реплика его, будничным голосом: «Заковать в железа, содержать как злодея»... Невероятная манера строить повествование. И, конечно, свадьба эта в конце... Очень неслучайный человек на свете — Мотыль. Очень. — А кто из поэтов семидесятых—девяностых как-то на вас действует? Кого вы любите? — Я сейчас все меньше ругаюсь и все больше жалею... Вообще раздражение — неплодотворное чувство, и меня время наше сейчас уже не раздражает, как прежде: что проку брюзжать? Лучше грустить, это возвышает... Когда умер Роберт Иванович Рождественский, я прочел его предсмертные стихи, такие простые, — и пожалел его, как никогда прежде: «Что-то я делал не так, извините, жил я впервые на этой Земле»... Вообще из этого поколения самой небесной мне всегда казалась Белла. Красивейшая женщина русской поэзии и превосходный поэт — ее «Качели», про «обратное движение», я повторяю про себя часто. Вознесенский как поэт сильнее Евтушенко, по-моему, но Евтушенко живее, он больше способен на непосредственный отклик и очень добр. Впрочем, все они неплохие люди... — Вы выходите в свет? — Стараюсь не выходить, но вот недавно поехали с Ниной и друзьями в китайский ресторан, тоже, кстати, отчасти примиряющий меня с эпохой. Раньше даже в «Пекине» такого было не съесть: подаются вещи, ни в каких местных водоемах не водящиеся. И у меня есть возможность все это попробовать, посмотреть, — когда бы я еще это увидел и съел? Как-то очень расширилась жизнь, роскошные возможности, даже на уровне еды... Девочки там, кстати, были замечательные: я официантку начал расспрашивать, как ее зовут, и оказалось, что Оля. Вот, говорю, как замечательно: у меня внучка Оля... Адабашьян, как бы в сторону: «Да-а... интересно ты начинаешь ухаживание!» — Кстати об ухаживании: Шацкая была звездой Таганки, к тому же чужой женой. Как получилось, что вы все-таки вместе с середины семидесятых? — Любимов постоянно ссорился с Ниной, она говорила ему в глаза вещи, которых не сказал бы никто... но он брал ее во все основные спектакли, очевидно, желая продемонстрировать, какие женщины есть в театре. Она была замужем за Золотухиным, сыну восемь лет, я был женат, нас очень друг к другу тянуло, но мы год не разговаривали — только здоровались. Боролись, как могли. Потом все равно оказалось, что ничего не сделаешь. — Вы водите машину? — Не люблю этого дела с тех пор, как на съемках в Германии, третий раз в жизни сидя за рулем, при парковке в незнакомом месте чуть не снес ухо оператору о стену соседнего дома. Оператор как раз торчал из окна с камерой и снимал в этот момент мое умное, волевое лицо. При необходимости могу проехать по Москве (за границей больше в жизни за руль не сяду), но пробки портят все удовольствие. — У вас есть любимый город? — Прага. Я впервые попал туда весной шестьдесят восьмого. Господи, как они хорошо жили до наших танков! Влтава — хоть и ниточка, а в граните. Крики газетчиков: «Вечерняя Прага!». Удивительно счастливые люди, какие-то уличные застолья с холодным пивом, черным хлебом, сладкой горчицей... Легкость, радость. Ну, и Рим я люблю, конечно... — Ваш сын стал священником, — вам не трудно сейчас с ним общаться? — Трудно. Он в катакомбной церкви, с официальным православием разругался, сейчас хочет продать квартиру и уехать в глушь, я ничего ему не советую и никак не противодействую, но некоторая сопричастность конечной истине, которую я в нем иногда вижу, настораживает меня... Он пытается меня сделать церковным человеком, а я человек верующий, но не церковный. И все равно я люблю его и стараюсь понять, хотя иногда, при попытках снисходительно улыбаться в ответ на мои заблуждения, могу по старой памяти поставить его на место. Он очень хороший парень на самом деле, а дочь его — наша внучка — вообще прелесть. — Вы назвали себя верующим. Скажу вам честно — в Бога я верю, а в загробную жизнь верить не могу. Или не хочу. Как вы с этим справляетесь? — Бог и есть загробная жизнь. — А по-моему, я Богу интересен, только пока жив, пока реализуюсь вот на таком пятачке... — Да ну! Ты что, хочешь сказать, что все это не стажировка? Что все вот это говно и есть жизнь? — Почему нет? — Потому что нет! Это все подготовка, а жизнь будет там, где тебе не надо будет постоянно заботиться о жилье, еде, питье... Там отпадет половина твоих проблем и можно будет заниматься нормальной жизнью. Например, плотской любви там не будет. — Утешили. — Утешил, потому что там будет высшая форма любви. — А как я буду без этой оболочки, с которой так связан? — Подберут тебе оболочку, не бойся... — А мне кажется, что все главное происходит здесь. — Да, конечно, здесь не надо быть свиньей! Здесь тоже надо довольно серьезно ко всему относиться! И главное, мне кажется, четко решить, что делать хочешь, а чего не хочешь. И по возможности не делать того, что не хочешь, что поперек тебя. Так что мы, я полагаю, и тут еще помучаемся, — не так это плохо, в конце концов...
Читайте также
Влюбить в себя за 4 минуты
Артур Арон — психолог, который 20 лет назад провел потрясающий эксперимент. В свою лабораторию он пригласил не знакомых ранее мужчину и женщину, которым предложил ответить на 36 вопросов. Люди должны были говорить искренне, сопереживая друг другу. После обсуждения вопросов пара смотрела друг другу в глаза в течение 4-х минут. Поразительно, что случилось потом: уже через полгода эти люди решили пожениться! Секрет этого опыта в том, что отвечая на такие подробные, личные вопросы, люди становятся открытыми, уязвимыми. Общая открытость очень сближает. Поговорив на такие темы с совершенно незнакомым человеком и внимательно его выслушав, ты очень быстро завоюешь его доверие. Кроме того, эти вопросы можно использовать в терапии отношений. Отдаляющаяся друг от друга пара сможет быстро освежить свои чувства с помощью доверительной беседы. Вот список этих удивительных вопросов: 1. Выбирая из всех в мире, кого бы ты пригласил в гости на обед? 2. Хотел бы ты быть знаменитым? Чем бы ты хотел прославиться? 3. Прежде чем сделать телефонный звонок, ты когда-нибудь репетируешь то, что собираешься сказать? Почему? 4. Каким тебе представляется идеальный день? 5. Когда ты в последний раз пел наедине с собой? А для кого-то другого? 6. Что бы ты выбрал: сохранить в ближайшие 60 лет своей жизни тело или разум себя 30-летнего? 7. У тебя есть тайное предчувствие о том, как ты умрешь? 8. Назови три общие черты, которые есть у тебя и твоего партнера. 9. За что в своей жизни ты чувствуешь наибольшую благодарность? 10. Если бы ты мог изменить что-либо в процессе своего воспитания, что бы это было? 11. За 4 минуты расскажи своему партнеру историю своей жизни как можно более подробно. 12. Если бы ты мог проснуться завтра, приобретя определенное качество или способность, то какое/какую? 13. Если бы хрустальный шар мог рассказать тебе правду о твоей жизни, о будущем или о чем-нибудь еще, что бы ты хотел узнать? 14. Есть ли что-то, что ты мечтал делать в течение длительного времени? Почему ты не сделал этого? 15. Назови самое большое достижение в своей жизни. 16. Что ты больше всего ценишь в друзьях? 17. Какое твое самое заветное воспоминание? 18. Самое страшное воспоминание? 19. Если бы ты знал, что в течение одного года ты внезапно умрешь, ты бы изменил что-нибудь в своей текущей жизни? Почему? 20. Что значит дружба для тебя? 21. Какую роль любовь и привязанность играют в твоей жизни? 22. Назови положительные характеристики своего партнера, примерно 5 пунктов. 23. Насколько близки члены твоей семьи? Считаешь ли ты, что твое детство было счастливее, чем у большинства других людей? 24. Что ты думаешь о своих отношениях с матерью? 25. Составь по три правдивых предложения, начинающихся с «мы». Например, «Мы оба в этой комнате думаем о…» 26. Продолжи эту фразу: «Мне бы хотелось разделить с кем-нибудь…» 27. Что должен знать о тебе партнер, с которым ты хочешь стать близкими друзьями? 28. Расскажи своему партнеру, что тебе больше всего в нём нравится. Старайся быть предельно честным. 29. Поделись со своим партнером самым неприятным моментом из твоей жизни. 30. Вспомни, когда и от чего ты в последний раз плакал. 31. Какая вещь тебе кажется настолько серьезной, что шутить о ней — невозможно? 32. Если бы ты должен был умереть в этот вечер, что важное бы ты хотел сказать и кому? 33. Твой дом со всем твоим имуществом загорелся. После спасения близких у тебя есть время, чтобы вернуться в дом еще раз и спасти какую-то одну вещь. Что это за вещь и почему ты выбираешь ее? 34. Смерть кого из членов твоей семьи задела бы тебя больше всего? Почему? 35. Поделись личной проблемой и попроси партнера посоветовать, как ее решить. 36. Расскажи о своей первой любви. Как утверждает Эрих Фромм в своей книге «Искусство любить», любовь не является чем-то легкодоступным и случайным. Осознавая свое одиночество в этом огромном мире, люди стремятся объединиться с кем-то, кто понял бы их и поддержал. Эти вопросы очень хорошо соединяют даже совсем непохожих людей, ведь задуматься вместе о столь важных моментах — значит максимально приблизиться друг к другу. Проведи этот эксперимент со своей второй половинкой, а если ее нет — не беда. Благодаря обсуждению таких вопросов, ты можешь очень быстро сблизиться с кем-то, кто тебе нравится. Психология — волшебная наука, она способна творить чудеса!
Что мешает нам быть объективными: 20 когнитивных искажений
Когнитивные искажения — это систематические ошибки в человеческом мышлении, своего рода логические ловушки. В определенных ситуациях мы склонны действовать по иррациональным шаблонам, даже когда нам кажется, что мы исходим из здравого смысла. Иллюзия контроля Люди склонны переоценивать свое влияние на события, в благополучном исходе которых они заинтересованы. Это явление было открыто в 1975 году американским психологом Эллен Лангер в ходе экспериментов с лотерейными билетами. Участников эксперимента разделили на две группы: люди из первой группы могли сами выбирать себе лотерейные билеты, а членам второй группы их выдавали без права выбора. За 2 дня до розыгрыша экспериментаторы предлагали участникам обеих групп обменять свой билет на другой, в новой лотерее с бо́льшими шансами на выигрыш. Очевидно, что предложение было выгодным, но те участники, которые сами выбирали билеты, не спешили с ними расставаться — как будто их личный выбор билета мог повлиять на вероятность выигрыша. Предпочтение нулевого риска Представьте, что у вас есть выбор: уменьшить небольшой риск до полного нуля или значительно уменьшить большой риск. Например, свести к полному нулю авиакатастрофы или резко снизить число автомобильных аварий. Что бы вы выбрали? Исходя из данных статистики, правильнее было бы выбрать второй вариант: уровень смертности от авиакатастроф намного ниже, чем уровень смертности от автомобильных аварий — так что в итоге такой выбор спасет гораздо больше человеческих жизней. И все—таки исследования показывают, что большинство людей выбирают первый вариант: нулевой риск хоть в какой-то сфере выглядит успокоительнее, даже если ваши шансы стать жертвой авиакатастрофы ничтожно малы. Селективное восприятие Допустим, вы не доверяете ГМО. И если эта тема вас сильно волнует, вы наверняка читаете новости и статьи про генетически модифицированные организмы. Читая, вы все больше и больше убеждаетесь, что правы: опасность налицо. Но вот в чем загвоздка — велика вероятность, что вы уделяете гораздо больше внимания новостям, подкпеляющим вашу точку зрения, чем аргументам в защиту ГМО. А значит, теряете объективность. Такая склонность людей уделять внимание той информации, которая согласуется с их ожиданиями, и игнорировать все остальное, называется селективным восприятием. Ошибка игрока Ошибка игрока чаще всего подстерегает любителей азартных игр. Многие из них пытаются найти взаимосвязь между вероятностью желаемого исхода какого-то случайного события и его предыдущими исходами. Самый простой пример — с подбрасыванием монетки: если девять раз подряд выпадет «решка», большинство людей будут в следующий раз ставить на «орла», как будто слишком частое выпадение «решки» увеличивает вероятность его выпадения. Но это не так: на самом деле шансы остаются одинаковыми — 50/ 50. Систематическая ошибка выжившего Эту логическую ловушку обнаружили во времена Второй Мировой, но попасться в нее можно и в мирное время. Во время войны военное руководство США решило снизить число потерь среди бомбардировщиков и спустило приказ: по результатам боев выяснить, на каких частях самолетов надо укрепить защиту. Стали изучать вернувшиеся самолеты и обнаружили множество пробоин на крыльях и хвосте — эти части и было решено укреплять. На первый взгляд все выглядело вполне логично — но, к счастью, на помощь военным пришел наблюдательный статистик Абрахам Вальд. И объяснил им, что они чуть не совершили роковую ошибку. Ведь на самом деле пробоины в вернувшихся самолетах несли информацию об их сильных местах, а не о слабых. Самолеты, «раненные» в другие места — например, двигатель или топливный бак — попросту не вернулись с поля боя. О принципе «раненых—выживших» стоит задумываться и сейчас, когда мы собираемся сделать поспешные выводы, исходя из несимметричной информации по каким-либо двум группам. Иллюзия прозрачности Вы попали в ситуацию, когда солгать просто необходимо. Но как же сложно это сделать — вам кажется, что вас видят насквозь и любое непроизвольное движение выдаст вашу неискренность. Знакомо? Это «иллюзия прозрачности» — склонность людей переоценивать способность окружающих понимать их истинные мотивы и переживания. В 1998 году психологи провели эксперимент со студентами Корнелльского университета. Отдельные студенты зачитывали вопросы с карточек и отвечали на них, говоря правду или ложь в зависимости от указаний на карточке. Аудитории предлагалось определить, когда выступающие лгут, а выступающих попросили оценить свои шансы обвести других воруг пальца. Половина лжецов предположила, что их раскусят — на на самом деле слушатели разоблачили лишь четверть. А это значит, что лжецы сильно переоценили проницательность своих слушателей. Почему так происходит? Скорее всего, потому, что мы сами слишком много знаем о себе. И поэтому думаем, что наши знания очевидны и для внешнего наблюдателя. Впрочем, иллюзия прозрачности работает и в обратную сторону: мы переоцениваем и свою способность распознавать ложь других людей. Эффект Барнума Распространенная ситуация: человек читает и натыкается на гороскоп. Он, конечно, не верит во все эти лженауки, но решает прочесть гороскоп чисто ради развлечения. Но странное дело: характеристика подходящего ему знака очень точно совпадает с его собственными представлениями о себе. Такие вещи случаются даже со скептиками: психологи назвали это явление «эффектом Барнума» — в честь американского шоумена и ловкого манпулятора XIX века Финнеаса Барнума. Большинство людей склонны воспринимать довольно общие и расплывчатые описания, как точные описания своей личности. И, конечно, чем позитивнее описание, тем больше совпадений. Этим эффектом и пользуются астрологи и гадалки. Эффект самоисполняющегося пророчества Еще одно когнитивное искажение, которое работает на руку прорицателям. Его суть в том, что не отражающее истину пророчество, которое звучит убедительно, может заставить людей непроизвольно предпринимать шаги к его исполнению. И в итоге, пророчество, у которого объективно было не так уж много шансов сбыться, вдруг оказывается верным. Классический вариант такого пророчества описан в повести Александра Грина «Алые паруса». Выдумщик Эгль предсказывает маленькой Ассоль, что, когда она вырастет, за ней приедет принц на корабле с алыми парусами. Ассоль горячо верит в предсказание и о нем становится известно всему городу. А потом влюбившийся в девушку капитан Грей узнает о пророчестве и решает воплотить мечту Ассоль. И в итоге Эгль оказывается прав, хотя хэппи-энд в истории обеспечили далеко не сказочные механизмы. Фундаментальная ошибка атрибуции Мы склонны объяснять поведение других людей их личностными качествами, а свои поступки — объективными обстоятельствами, особенно, если речь идет о каких-то промахах. Например, другой человек наверняка опаздывает из—за своей непунктуальности, а свое опоздание всегда можно объяснить испорченным будильником или пробками. Причем речь идет не только об официальных оправданиях, но и о внутреннем видении ситуации — а такой подход к делу мешает нам брать ответственность за свои поступки. Так что тем, кто хочет поработать над собой, стоит помнить о существовании фундаментальной ошибки атрибуции. Эффект морального доверия Известный своими либеральными взглядами журналист попался на гомофобии, священник взял взятку, а сенатора, ратующего за семейные ценности, сфотографировали в стриптиз-баре. В этих, казалось бы, из ряда вон выходящих случаях, есть своя печальная закономерность — ее называют «эффектом морального доверия». Если у человека складывается прочная репутация «праведника», в какой-то момент у него может возникнуть иллюзия, что он действительно безгрешен. А если он такой хороший, то маленькая слабость ничего не изменит. Каскад доступной информации Когнитивное искажение, которому обязаны успехом все идеологи мира: коллективная вера в идею становится намного более убедительной, если эту идею постоянно повторять в публичном дискурсе. Мы часто сталкиваемся с ним в разговорах с бабушками: многие пенсионеры уверены в правдивости всего, о чем достаточно часто говорят на телевидении. А вот новое поколение, скорее всего, почувствует этот эффект через фейсбук. Эффект рифмы Мы подсознательно склонны считать практически любое суждение более достоверным, если оно написано в рифму — этот прием убеждения использовался психологами-манипуляторами в сериале «Mind Games». Этот эффект подтвержден многочисленными исследованиями, где группе людей предлагалось определить степень своего доверия к различным рифмованным и нерифмованным фразам. Предложения, содержащие рифмы, оказываются заметно более притягательными для испытуемых и вызывают у них больше доверия. Например, фразу «То, что трезвость скрывает, алкоголь выявляет» признали более убедительной, чем тезис «Трезвость прячет то, что выявляет алкоголь». Эффект может быть спровоцирован тем, что рифма облегчает когнитивные процессы и прочно связывает в нашем подсознании, казалось бы, разрозненные части предложения. Эффект якоря Многие люди используют первую бросающуюся им в глаза информацию и делают дальнейшие выводы о чем-то только на ее основе. Как только человек «устанавливает якорь», он выносит последующие суждения, не пытаясь заглянуть чуть дальше условного «места стоянки». Если испытуемым предложить за пять секунд оценить приблизительный результат математического примера 1×2×3×4×5×6×7×8 = ?, то за неимением времени большинство людей перемножит первые несколько чисел и, увидев, что цифра получилась не слишком большой, озвучит весьма скромный итоговый результат (средний ответ — около 512). Но если последовательность множителей поменять местами: 8×7×6×5×4×3×2×1 — то испытуемый, совершив первые несколько действий и увидев, что результат умножения получается большим, значительно увеличит свои прогнозы в отношении конечного ответа (средний ответ — около 2250). Правильный результат умножения — 40 320. Эвристическая доступность Если спросить у студента колледжа: «В твоем учебном заведении учится больше студентов из Колорадо или из Калифорнии?» — то его ответ будет, вероятнее всего, основываться на личных примерах, которые он может вспомнить за короткий промежуток времени. Чем легче мы можем вспомнить что-либо, тем больше мы доверяем этим знаниям. Если задать человеку вопрос: «Мы взяли случайное слово: как ты думаешь, оно вероятнее будет начинаться с буквы К, или эта буква будет в нем третьей по счету?» — то большинство людей гораздо быстрее вспомнят слова, начинающиеся на К, а не слова, где К — третья буква, и дадут свой ответ, основываясь именно на этом. На самом же деле стандартный текст содержит в два раза больше слов, где К стоит на третьем месте. Стокгольмский синдром покупателя Часто сознание задним числом приписывает положительные качества тому объекту, который человек уже выбрал и приобрел и отказаться от которого не может. Например, если вы купили компьютер компании Apple, то вы, вероятно, не будете замечать или значительно приуменьшите недостатки компьютеров этой компании и, наоборот, заметно усилите критику в адрес компьютеров на базе Windows. Покупатель будет всячески оправдывать купленный дорогой товар, не замечая его недостатков, даже если они существенны и его выбор не соответствует его ожиданиям. Этим же синдромом объясняются покупки по принципу «мне в этом будет гораздо лучше, когда я похудею». Эффект приманки Если перед потребителем стоит выбор — купить более дешевый и менее вместительный плеер А или более дорогой и более вместительный плеер Б, то кто-то предпочтет устройство с большей емкостью, а кто-то — низкую цену. Но если в игру вступает плеер С, который стоит дороже, чем А и Б, и имеет больше памяти, чем А, но меньше, чем Б, то самим фактом своего существования он повышает шансы на покупку плеера Б и делает его фаворитом среди этой тройки. Это происходит из—за того, что покупатель видит, что модель с большим объемом хранения может стоить меньше, и это подсознательно влияет на его выбор. Единственная цель таких приманок — склонить человека в пользу одного из двух вариантов. И эта схема действует не только в маркетинге. Эффект IKEA Придание неоправданно большого значения вещам, в создании которых принимает участие сам потребитель. Многие предметы, производимые магазином мебели IKEA, требуют от покупателя сборки в домашних условиях, и это неслучайно: пользователь ценит продукт гораздо больше, когда считает его результатом и своего труда. Эксперименты показали, что человек готов заплатить больше за вещь, которую собрал сам, чем за ту вещь, которая не нуждается в сборке, и считает ее более качественной и надежной. «Горячо — холодно» Предвзятая оценка действительности, возникающая из—за невозможности представить себя в другом состоянии и предсказать свое поведение в ситуации, связанной с этим состоянием. Например, когда человеку жарко, ему сложно понять прелесть прохлады, а когда он безумно влюблен, он не может вспомнить, как жил без объекта страсти. Подобная недальновидность приводит к опрометчивым поступкам: пока мы не столкнулись с действительно серьезным искушением, нам кажется, что перед ним не так сложно устоять. Функциональная фиксация Ментальный блок против нового подхода к использованию объекта: скрепки — для скрепления листков, молоток — для того, чтобы забить гвоздь. Это искажение не позволяет нашему сознанию отстраниться от первоначальной цели предметов и увидеть их возможные дополнительные функции. Классический эксперимент, подтверждающий этот феномен, — эксперимент со свечой. Участникам выдают свечу, коробку с офисными кнопками и спички и просят прикрепить свечу к стене так, чтобы она не капала на стол. Немногие участники могут «переосмыслить» коробку с кнопками, сделать из нее подставку для свечки, а не пытаться прикрепить свечу к стене с помощью самих кнопок. Вера в справедливый мир У вполне позитивной склонности надеяться на лучшее существует и темная сторона: поскольку людям очень сложно смириться с тем, что мир несправедлив и полон случайностей, они пытаются найти логику в самых и абсурдных страшных событиях. Что, в свою очередь, приводит к необъективности. Поэтому жертвы преступлений часто обвиняются в том, что они своими действиями способствовали такому поведению со стороны преступника (классический пример — подход «сама виновата» в отношении жертв изнасилования).
Как научиться грамотно выражать свои мысли?
Вот некоторые правила, которые помогут вам повысить качество речи: Больше читайте различную литературу: газеты, журналы. Хороший вариант почитать нашу отечественную классику, которую нам задавали читать в школе. Читать нужно не торопясь, думать над каждым предложением. Это позволит вам научиться правильно выстраивать слова в предложения и увеличит ваш словарный запас. Постарайтесь исключить из своей речи слова-паразиты: «ну», «в общем», «как бы», «ну это», «блин» и т. д. Старайтесь в разговоре не выражать сильных эмоций. Используйте простые фразы, не торопитесь. Обязательно нужно следить за темпом речи. Монотонная речь вызывает безумное чувство скуки. Выдерживайте паузу и определенные моменты выделяйте эмоциями, но не сильными. Употребляйте во время беседы различные метафоры, сравнения, поговорки. Это значительно оживит вашу речь. И конечно, юмор. Пошутить, в том числе и над собой, если это уместно в данной ситуации, нелишне. Для того, чтобы тренировать свою речь, нужно иметь широкий круг общения. При его отсутствии подойдет радио и телевизор. Можно попробовать подражать своему любимому телеведущему: повторять его фразы, копировать интонации. Есть еще одно забавное упражнение. Возьмите какой-нибудь домашний предмет, например, сковородку и попробуйте в течение 5 минут рассказывать о нем на красивом литературном языке. Поначалу этот процесс будет вызывать у вас явные затруднения, но с каждым разом будет все проще. Постепенно увеличивайте время тренировки и усложняйте тему. Эти тренировки помогут вам в скором времени научиться подбирать правильные слова и у вас получится в течение часа рассказывать об этой сковородке, ни разу не повторившись в фразах. Постепенно пополняя словарный запас и используя все эти знания в разговоре, вы заметите, что вы приобрели власть над словами и теперь они будут служить вам. Черпать информацию нужно отовсюду: из книг, статей, газет. Изучайте значение неизвестных вам слов, учитесь их правильно произносить. Через несколько месяцев таких тренировок у вас уже не будет проблем с выражением ваших мыслей в разговоре. Вы сможете легким доступным языком объяснить суть сложных вещей.
30 дней без соцсетей
В последнее время наше привычное живое общение потихоньку вытесняется общением интернетным. Люди ищут своих коллег, родственников и бывших одноклассников в социальных сетях, заводят новых друзей, выкладывают свои фотографии и видео, общаются. В общем, на первый взгляд, ничего плохого в этом нет, но все же один из самых известных на сегодняшний день блогеров Стив Павлина имеет на этот счет другое мнение. Недавно он провел эксперимент над собой: на целый месяц отказался от каких-либо соцсетей, в конце эксперимента он пришел к очень интересным выводам. Общение в социальных сетях состоит из низкоприоритетного шума Расставшись со своими 8000 друзьями в Facebook, Стив вначале обнаружил, что объем общения в жизни существенно снизился. Но он, что интересно, не почувствовал уменьшения потока значимой, целевой информации. То, от чего он отказался было просто большим количеством ненужного шума. Ведь, согласитесь, большинство сообщений в социальных сетях приземленные, короткие и тривиальные. Лишь малая часть из них (максимум 10%) – это действительно мудрые и остроумные мысли, или же жизненно важная информация. То есть общение в соцсетях дает, в основном, только лишь ощущение важности и значимости, на самом деле это всего лишь генерация бесполезного шума. Желание делиться какой-либо информацией затмевает важность события Большинство людей, особенно подростков, когда в их жизни происходит что-то важное, или же просто интересное, фотографируют это и тут же выкладывают на свою страничку, делясь этим со всеми. Так постепенно этот приоритет может сместиться в неправильную сторону, когда ценность и значимость самого события оказывается намного ниже, чем его оценка сетевым сообществом. А на самом деле должно быть живое желание «быть здесь и сейчас», участвовать в полной мере в тех событиях, которые происходят в реальности. Да, спустя целый месяц без Facebook, у Стива Павлина так и не пропало желание поделиться каким-либо событием со своими близкими и друзьями, но оно стало более вдумчивым, осознанным, а не импульсивным. Друзья становятся частью сообщества и теряют свою индивидуальность Обычно большинство сообщений в соцсетях, не считая, конечно, личной переписки, люди адресуют не кому-то отдельно, а сообществу в целом. Даже, выкладывая что-то на свою стену или на стену друга, мы не обращаемся к нему конкретно. Эта информация предназначается для всех присутствующих. И, на удивление, чем больше друзей у вас в соцсетях, тем больше они превращаются в огромную группу, а индивидуальность каждого из них стирается. А, как сказал Стив, во время своего эксперимента он не ощутил потери всех своих друзей, он заметил лишь отсутствие сообщества. Социальные сети создают ложную потребность в общении Принято всех людей по способу общения разделять на интровертов и экстравертов. Так, если вы подзаряжаетесь энергией в одиночестве, то вы относитесь к интровертам, если же наоборот — черпаете силы, находясь в компании друзей, тогда экстраверт. Активное общение в социальных сетях, как может показаться на первый взгляд, выполняет роль энергообмена в качестве экстраверта. Но на самом деле – это ложное наполнение, а чувство голода общения все равно остается. На удивление, когда Стив прекратил свое общение в Facebook, он стал чувствовать себя более социально активным. Когда Стив Павлина выходил из дома по делам, он с огромным удовольствием шутил или перекидывался словечком с окружающими. А, вернувшись домой, чувствовал наконец «сытость» от социального общения. Этого чувства не дает интернет, более того, долгое время сидя в Одноклассниках или Вконтакте, благодаря ложному чувству социальной активности наоборот отбивается любое желание пообщаться с людьми вживую. Поэтому нужно уважать и ценить настоящих друзей, которых может быть не сто и не тысяча, как в соцсетях, а два или три, но они смогут дать вам намного большее, чем все знакомые с интернета вместе взятые.
Ученые: через 200 лет люди смогут победить смерть
По мнению ученых из Еврейского университета Иерусалима, в ближайшие 200 лет человечество сможет победить смерть с помощью компьютерных технологий. Люди превратятся в киборгов и перестанут умирать. Исследователи уверены, что этот шаг станет крупнейшим в эволюции со времен зарождения жизни на Земле. "Человек сможет начать жить вечно, превратившись в своего рода божественную сущность с помощью генной инженерии и различных манипуляций с собственным организмом. Мы станем киборгами, состоящими из живой плоти лишь частично", - считает профессор иерусалимского университета Ювал Ной Харари. По его мнению, использование новейших технологий в целях продления жизни - это естественный шаг, передает портал "Вести". "Люди просто не смогут устоять перед возможностью обрести новые способности с помощью совершенных ими научных открытий", - уверен Харари. С его точкой зрения солидарна нейробиолог из Кембриджского университета Ханна Критчлоу. "Компьютер даст человеку возможность жить вечно. Это произойдет, когда нам удастся создать машину, по уровню сложности сопоставимую с человеческим мозгом. Человек сможет жить внутри машины", - заявила британка. По мнению сотрудницы Кембриджского университета, когда компьютеры станут достаточно мощными, в них можно будет загружать человеческий разум. "Для загрузки личности в компьютер нужно, чтобы он смог воссоздать все связи, которые установлены внутри человеческого мозга. 100 триллионов перекрестных соединений - когда их получится воссоздать искусственно, тогда мы сможем жить вечно", - заявила Критчлоу. Британка опровергает заявления о том, что человек использует свой мозговой потенциал лишь на 10%. "В обычном режиме мозг работает на малых оборотах, усиливая деятельность лишь тех областей, которые нужны для определенных задач в конкретное время. Но на самом деле его возможности куда шире", - пишет Критчлоу. Как отмечает биолог, если бы мозг всегда работал на 100%, это бы "сожгло предохранители". "Если бы мозг, который потребляет около 20% энергии тела, работал на полную мощность, люди бы быстро "перегорали", не выдерживая нагрузки. Именно поэтому наш мозг приспособился функционировать не в полную силу", - уверена Критчлоу.
Теория аргументации в высшем образовании
7 фактов о техниках современного обучения аргументации, понятии аргумента и методе Шерлока Холмса Аргументировать позицию, оценивать доводы и анализировать данные — ключевые компетенции, востребованные вне зависимости от сферы профессиональной деятельности выпускника. Часто можно слышать неудовлетворенность отечественной учебной литературой по базовому курсу логики, рассчитанному для студентов нефилософских специальностей. Главной их особенностью является то, что акцент курса делается на изучение логических теорий. В то же время данные занятия не развивают навыки аргументированного мышления в повседневной или академической жизни. Представляется, что данную проблему удалось решить, сделав упор на обучение аргументированному письму. 1. Аргумент — это не только посылка. Ключевое понятие курса аргументированного письма — понятие аргумента. Часто под аргументом мы понимаем то, что в логике принято называть посылкой, а именно утверждение, предназначенное для поддержки тезиса. Однако в теории аргументации распространено более широкое понятие аргумента. Например, авторы полярного учебника «Понимание аргументов: введение в неформальную логику» Уолтер Синнотт-Армстронг и Роберт Фогелин дают следующее определение: «Аргумент (argument) — это объединенная серия предложений, утверждений или суждений (обознаются как «посылки»), которые призваны дать некоторое обоснование для предложения, утверждения или суждения (обозначается как «вывод»)» [Sinnott-Armstrong, Fogelin, 2014: 3]. По мнению сторонников этой концепции аргумента, связь утверждений или суждений аргумента обязательно должна иметь вывод, а будет ли он состоять в логической взаимосвязи с посылками — это второй вопрос. То есть утверждение «В огороде бузина, в Киеве — дядька, следовательно, вы должны заплатить больше налогов» можно считать аргументом. 2. Не все, что убеждает нас, является аргументом. Одна из важных задач аргумента — убеждать. Однако не все, что убеждает нас, является аргументом. Предупреждение, совет, выражение собственного мнения или описание не являются аргументами. Очень часто, особенно в политике, нам предлагается определенная цепочка суждений. Услышав их, мы сосредотачиваемся на выражении согласия или несогласия с говорящим. Описанный процесс имеет много общего с аргументацией. Цель аргумента — обосновать, что определенный факт имеет место быть. Например, вам говорят: «Сейчас в стране тяжелая обстановка. В этой связи налоги должны быть увеличены». В данном случае перед нами не аргумент, а два высказывания: констатация тяжелого положения и рекомендация в этой ситуации повысить налоги. Однако говорящий не обосновал, как одно следует из другого. 3. Объяснение не всегда является аргументом Особое место в теории аргументации занимает объяснение. Несмотря на то, что большинство научных исследований представляют собой объяснения фактов природы, в учебниках по теории аргументации объяснение не относят к аргументам. И действительно, часто объяснение представляет собой расширенный рассказ о том, что произошло, и никак не доказывает необходимость этого события. Например, вы опоздали на встречу и долго рассказываете своим партнерам, что застряли в лифте или попали в пробку. В данном случае вы не обосновываете, что данный факт, то есть ваше опоздание, имеет место быть. Все и так в этом убеждены. Вы просто поясняете, почему это произошло, надеясь, что эта история смягчит ваших коллег. 4. Внимание к риторике аргумента Аргументативная структура публицистического текста редко бывает односложной. Для того чтобы анализировать аргументы, нужно уметь их находить. В этом может помочь знание специфической риторики аргументов. Поэтому в курсе отдельное внимание уделяется обучению поиска в тексте посылок и заключений по их языковому выражению. Например, союзы «так как», «поскольку», «потому что» часто служат сигналом того, что предложения, в которых они употребляются, содержат посылку. Слова и словосочетания «по этой причине», «вследствие этого», «следовательно» должны сказать читателю, что перед ним заключение. Также язык поможет нам отличить дедуктивные аргументы от индуктивных. Так, утверждение о вероятности какого-то заключения будет хорошим индикатором того, что перед нами индуктивный аргумент. 5. Шерлок Холмс пользовался не дедукцией, а абдукцией Большинство из нас помнят, что дедукция представляет собой заключение от общего к частному, а индукция — от частного к общему. Авторы учебников по теории аргументации уверяют, что это не так. Оба вида аргументов могут двигаться в любом направлении. Есть индуктивные аргументы, предназначенные для установления конкретных фактов, и есть дедуктивные аргументы, предстающие как обобщения частностей. Например, из частного факта о том, что Юрий Гагарин был первым человеком, который полетел в космос, можно вывести общее суждение: всякий человек, который первым полетел в космос, является Юрием Гагариным. Отказ проводить жесткое различение аргументов на основе соотношения между общим и частным является следствием учета концепции абдукции и «заключения к наилучшему объяснению» (Inference to the Best Explanation). Данная концепция постулирует процедуру выдвижения на основе наблюдения наиболее правдоподобных гипотез. Именно к этой процедуре обычно прибегают те, кто расследует преступления. Шерлок Холмс не исключение. 6. Валидность как критерий различения дедуктивных и индуктивных аргументов Валидным (от англ. validity), или логически правильным, называется аргумент, когда невозможно, чтобы все посылки были истинными, а заключение ложно. Например, мы знаем, что все депутаты получают зарплату, мы также знаем, что Петров депутат. Следовательно, Петров получает зарплату. К данному случаю мы не можем предложить альтернативный сценарий, где из предложенных посылок можно сделать иной вывод. Возьмем другой случай. Мы знаем, что все депутаты получают зарплату. Мы также знаем, что Петров получает зарплату. Можем ли мы сделать вывод, что Петров депутат? В данном случае аргумент логически неправильный, так как мы не можем сделать точный вывод. Но мы можем придумать сценарий, при котором аргумент может стать логически правильным. Применимость критерия валидности, или логической правильности, является главной характеристикой дедуктивных умозаключений. 7. Стандарты индуктивного аргумента Индуктивный аргумент не может быть логически правильным и является потенциально уязвимым, его можно характеризовать как сильный (strength) или слабый (weak). Его потенциальная уязвимость заключается в том, что каким бы сильным ни казался аргумент, мы потенциально можем знать такую информацию, которая сделает его слабым. Например, мы знаем, что на Барбадосе всегда хорошая погода и теплое море, поэтому пляжный отдых на острове всегда будет доставлять удовольствие. Если все посылки этого суждения истинны, то и вывод тоже должен быть истинным. Однако стоит добавить информацию об акулах в Карибском море, и вы тотчас усомнитесь в том, что ваш отдых будет неминуемо прекрасным. Свойство индуктивных аргументов быть уязвимыми требует от нас утверждения о выводе как вероятностном. Поэтому, чтобы понимать индуктивные выводы, нужно понимать проблему смещенной выборки, понимать язык, на котором устанавливается вероятность одного или другого события. Обучение тому, как корректно проводить статистические обобщения, делать вероятностные выводы, выявлять причины, проводить аналогии, находится в центре курса по логике.
Лев Николаевич Толстой о воспитании детей
«Я о воспитании никогда не писал, потому что полагаю, что воспитание сводится к тому, чтобы самому жить хорошо, то есть самому двигаться, воспитываться, только этим люди влияют на других, воспитывают их. И тем более на детей, с которыми связаны. Быть правдивым и честным с детьми, не скрывая от них того, что происходит в душе, есть единственное воспитание. Педагогика же есть наука о том, каким образом, живя дурно, можно иметь хорошее влияние на детей, вроде того есть наша медицина – как, живя противно законам природы, все-таки быть здоровым. Науки хитрые и пустые, никогда не достигающие своей цели. Все трудности воспитания вытекают из того, что родители, не только не исправляя своих недостатков, но и оправдывая их в себе, хотят не видеть эти недостатки в детях».
В Германии побег из тюрьмы не является незаконным
Планировать и совершать побеги из тюрем в Германии не то чтобы разрешено, и, конечно, крайне нежелательно для администрации тюрем, но не незаконно. В случае, если человек удачно совершил побег, но впоследствии был пойман, он отправляется «досиживать» свой срок, не привлекаясь к уголовной ответственности и не платя никаких штрафов. Или гуляет на свободе, пока не поймают. Причина такой «мягкости» властей заключается в том, что немцы считают стремление к свободе одним из основных человеческих инстинктов, бороться с которым бесполезно и бессмысленно. Свободолюбие — такая же непобедимая тяга, как и инстинкт размножения и самосохранения, что можно доказать на примере животного, пойманного и посаженного в клетку: пока оно не сломлено психологически и не приучено к неволе, животное будет совершать попытки при любой удобной возможности.
Почему мы видим звезды белыми?
За восприятие цвета в сетчатке глаза отвечают клетки-колбочки. Их относительно немного, и по чувствительности они примерно в 100 раз уступают палочкам — светочувствительным клеткам, которые не различают цвета. Света тусклых звезд недостаточно, чтобы возбудить колбочки, и такие звезды кажутся нам бесцветными, то есть белыми. А цвет ярких звезд вполне различим. Например, Антарес (альфа Скорпиона) назван так за то, что своим красным цветом соперничает с Марсом (Аресом). Впрочем, среди звезд есть и белые, такие как Вега (альфа Лиры). Так выглядело бы небо, будь мы зорче. На снимке - центральная часть шарового скопления Омега Центавра.
© 2015 — 2024 stakanchik.media
Использование материалов сайта разрешено только с предварительного письменного согласия правообладателей. Права на картинки и тексты принадлежат авторам. Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 16 лет.
