Беседа писателя и журналиста Дмитрия Быкова с актером, поэтом Леонидом Филатовым (1946-2003), 1998 год. Текст приводится по изданию: Быков Д.Л. И все-все-все: сб. интервью. Вып. 2 / Дмитрий Быков. — М.: ПРОЗАиК, 2009. — 336 с. Дмитрий Быков: Первое интервью Филатов дал мне в 1990 году, когда нас познакомил Алексей Дидуров. Второе — восемь лет спустя, после тяжелой болезни и нескольких операций. Он тогда возвращался к жизни, публиковал «Любовь к трем апельсинам» и получал «Триумф» — за то, что выжил, пережил травлю, болезнь, тяжелый духовный перелом — и не сломался. Потом мы встречались много раз, но, кажется, никогда он не говорил вещей столь важных, как в том втором разговоре. — Леня, я помню, какой бомбой взорвалось когда-то ваше интервью «Правде», ваш уход от Любимова... Вас не пытались зачислитъ в «красно-коричневые»? — Я никогда не боялся печататься там, где это не принято. Кроме того, больше у меня такого интервью нигде бы не напечатали. Я честно сказал, что мне противно это время, что культура в кризисе, что отходит огромный пласт жизни, который, кстати, я и пытался удержать программой «Чтобы помнили». Это сейчас, когда телевидение перекармливает нас ностальгухой, существует даже некий перебор старого кино, а тогда казалось, что все это отброшено... Зачислить меня никуда нельзя, потому что я признаю только дружеские, а никак не политические связи. Я люблю и буду любить Губенко вне зависимости от его убеждений. Помню, мы с Ниной пошли в Дом кино на годовщину августовского путча. Честно говоря, я не очень понимал, чего уж так ликовать, ну поймали вы их, ну и ладно... Там стоял крошечный пикет, довольно жалкого вида, прокоммунистический, и кто-то мне крикнул: «Филатов, и ты с ними?» Я несколько, знаешь ли, вздрогнул: я ни с кем. — Я поначалу сомневался — проголосуете ли вы за Ельцина? Ведь зал «Содружества актеров Таганки» предоставлялся под зюгановские сборища... — Нет, господин Зюганов никогда не пользовался среди меня популярностью. На выборы я не пошел — ждал, пока придут ко мне домой с избирательного участка. Я болен и имею на это право. Ко мне пришли, и я проголосовал за Ельцина. И то, что народ в конечном итоге выбрал его, заставляет меня очень хорошо думать о моем народе. Он проголосовал так не благодаря усилиям Лисовского и Березовского, но вопреки им. Вся проельцинская пропаганда была построена на редкость бездарно — чего стоит один лозунг «Выбирай сердцем» под фотографией Ельцина, в мрачной задумчивости стоящего у какого-то столба... Почему именно сердцем и именно за такую позу? Здравый смысл народа в конечном итоге оказался сильнее, чем раздражение против всей этой бездарности. И я проголосовал так же, хотя в первом туре был за Горбачева. Я уверен, ему еще поставят золотой памятник. Этим человеком я восхищаюсь и всегда взрываюсь, когда его пытаются представить поверхностным болтуном. Он четкий и трезвый политик — я помню его еще по поездке в Китай, когда он собрал большой десант наших актеров и режиссеров и впервые за двадцать лет повез туда. Как нас встречали! — Вы не скучаете по лучшим временам Таганки, по работе с Любимовым? — Я очень любил шефа. Я ни с кем, кроме него, не мог репетировать, — может быть, и от Эфроса ушел отчасти поэтому, а не только из-за принципов... Своей вины перед Эфросом я, кстати, не отрицаю — да и как я могу ее отрицать? Смерть — категория абсолютная. Но и после его смерти, сознавая свою вину, я говорю: он мог по-другому прийти в театр. Мог. В своем первом обращении к актерам он мог бы сказать: у меня в театре нелады, у вас драма, давайте попытаемся вместе что-то сделать, Юрий Петрович вернется и нас поймет... Он не сказал этого. И поэтому его первая речь к труппе была встречена такой гробовой, такой громовой тишиной. У меня с Юрием Петровичем никогда не было ссор — он не обделял меня ролями, от Раскольникова я сам отказался, вообще кино много времени отнимало, — он отпускал. И после Щукинского он взял меня сразу — я показал ему Актера из нашего курсового спектакля «На дне»... — А Эфрос, насколько я знаю, в том же «На дне» предлагал вам Ваську Пепла? — Да, но я не хотел это играть. И вообще не люблю Горького. И Чехова, страшно сказать, не люблю — верней, пьесы его. Не понимаю, зачем он их писал. Любимов отговаривал меня уходить. Отговаривал долго. Но остаться с ним я не мог — правда тогда была на Колиной стороне, да и труднее было именно Коле. Хотя победил в итоге Любимов, да никто и не рассчитывал на другой вариант. — О таганской атмосфере семидесятых слагались легенды: время было веселое и хулиганское. — Конечно, это было чудо, а играть с Высоцким — вообще нечто невероятное, я ведь с ним в «Гамлете» играл... Правда, от моей роли Горацио осталось реплик десять, но это и правильно. Любимов объяснял: вот тут вычеркиваем. Я, робко: но тут же как бы диалог у меня с ним... «Какой диалог, тут дело о жизни и смерти, его убьют сейчас, а ты — диалог!» И действительно: Гамлет умирает, а я со своими репликами... Высоцкий не обладал той техникой, которая меня поражает, например, в Гамлете Смоктуновского, но энергетикой превосходил все, что я видел на сцене. Он там делал «лягушку», отжимался, потом, стоя с Лаэртом в могиле, на руках поднимал его, весьма полного у нас в спектакле, и отбрасывал метров на шесть! А насчет баек, — Любимов очень любил перевод Пастернака. Мы его и играли, хотя я, например, предпочитаю вариант Лозинского: у Пастернака есть ляпы вроде «Я дочь имею, ибо дочь моя», и вообще у Лозинского как-то изящнее, это снобизм — ругать его перевод. И мы с Ваней Дыховичным решили подшутить — проверить, как Любимов будет реагировать на изменения в тексте. Ваня подговорил одного нашего актера, игравшего слугу с одной крошечной репликой, на сцену не выходить: я, мол, за тебя выйду и все скажу. Там такой диалог: Клавдий — Смехов — берет письмо и спрашивает, от кого. — От Гамлета. Для вас и королевы. — Кто передал? — Да говорят, матрос. — Вы можете идти. А Венька, надо сказать, терпеть не может импровизаций, он сам все свои экспромты очень тщательно готовит. Тут выходит Дыховичный и начинает шпарить следующий текст: — Вот тут письмо От Гамлета. Для вас и королевы. Его какой-то передал матрос, Поскольку городок у нас портовый И потому матросов пруд пруди. Бывало, раньше их нигде не встретишь, А нынче, где ни плюнь, везде матрос, И каждый норовит всучить письмишко От Гамлета. Для вас и королевы. «Городок портовый» применительно к столице королевства — это особенный кайф, конечно. Высоцкий за кулисами катается по полу. Венька трижды говорит «Вы можете идти» и наконец рявкает это так, что Дыховичный уходит. Шеф смотрит спектакль и потом спрашивает: что за вольности? А это мы, Юрий Петрович, решили в текст Пастернака вставить несколько строчек Лозинского. Он только плечами пожал: «Что за детство?» Но вообще работать с Любимовым всегда было счастьем. Иногда он, конечно, немного подрезал актеру крылья... но уж если не подрезал, если позволял все, — это был праздник несравненный. — Любимов вам звонил — поздравить с премией, спросить о здоровье? — Нет. Я и не ждал, что он позвонит. — А кто ваши друзья сегодня? — Адабашьян. Боровский. Лебешев, который так эстетски снял меня в «Избранных», — я до сих пор себе особенно нравлюсь вон на той фотографии, это кадр оттуда... Потом мы вместе сделали «Сукиных детей», Паша гениальный оператор... Ярмольник. Хмельницкий. Многие... — «Чтобы помнили» — трагическая, трудная программа. Вам тяжело ее делать? — Да, это страшный материал... А профессия — не страшная? Российский актер погибает обычно от водяры, все остальное — производные. А отчего он пьет, отчего черная дыра так стремительно засасывает людей, еще вчера бывших любимцами нации, — этого я объяснить не могу, это неистребимый трагизм актерства. На моих глазах уходили люди, которых я обожал, которых почти никто не вспоминает: Эйбоженко, умерший на съемках «Выстрела», Спиридонов, которого не хотели хоронить на Ваганьковском, потому что он был только заслуженным, а там положено лежать народным... Боже, что за счеты?! Вот и сегодня, когда я хотел сделать вторую программу о Спиридонове, — в первую вошла лишь часть материалов, — мне на ОРТ сказали: не та фигура. Такое определение масштабов, посмертная расстановка по росту, — ничего, да? Гипертоник Богатырев, младше меня на год, рисовал, писал, был страшно одинок и пил поэтому, и работал как проклятый, — после спектакля во МХАТе плохо себя почувствовал, приехала «скорая» и вколола что-то не то... Белов, умерший в безвестности, подрабатывавший шофером, как его герой в «Королеве бензоколонки»... Гулая, которая после разрыва со Шпаликовым все равно не спаслась и кончила так же, как он... И я стал делать цикл, хотя меня предупреждали, что я доиграюсь в это общение с покойниками. В каком-то смысле, видимо, доигрался: раньше, например, я никогда не ходил на похороны. Как Бунин, который похороны ненавидел, страшно боялся смерти и никогда не бывал на кладбищах. И я старался от этого уходить, как мог, и Бог меня берег от этого — всякий раз можно было как-то избежать, не пойти... Первые похороны, на которых я был, — Высоцкий. Тогда я сидел и ревел все время, и сам уже уговаривал себя: сколько можно, ведь он даже не друг мне, — мы были на ты, но всегда чувствовалась разница в возрасте, в статусе, в таланте, в чем угодно... И унять эти слезы я не мог, и тогда ко мне подошел Даль, который сам пережил Высоцкого на год. Он пришел с Таней Лавровой и выглядел ужасно: трудно быть худее меня нынешнего, но он был. Джинсы всегда в обтяжку, в дудочку, а тут внутри джинсины будто не нога, а кость, все на нем висит, лицо желто-зеленого оттенка... Он меня пытался утешить — да, страшно, но Бог нас оставил жить, и надо жить, — а мне было еще страшнее, когда я глядел на него. Я всегда обходил кладбища, но с некоторых пор — вот когда начал делать программу — вдруг стал находить какой-то странный кайф в том, чтобы туда приходить. Особенно в дождь. Я брожу там один и прежнего ужаса не чувствую. Меня самого тогда это удивило. Я и сам понимаю, что общение со вдовами и разгребание архивов не способствуют здоровью. Но цикл делается, я его не брошу. Сейчас вот сниму о Целиковской. — А заканчивать «Свободу или смерть» вы будете? — Отснято две трети картины, но мне ее доделывать не хочется. Хотя когда перечитываю сценарий — нет, ничего, кое-что угадано. Угадано, во всяком случае, что происходит с искусством во времена внезапной свободы и куда приходит художник в этих условиях собственной ненужности: у меня он гибнет на баррикадах, оказавшись среди экстремистов. — А здоровье позволяет вам снимать? Вообще расскажите, как у вас сейчас с этим, — слухов множество. — Сейчас, надеюсь, я выкарабкался, хотя побывал в реанимации столько раз, что это слово перестало пугать меня. Работать я могу и даже пишу помаленьку пьесу в стихах «Любовь к трем апельсинам» — сейчас дописываю второй акт, а ставить ее в Содружестве хочет Адабашьян. Речь у меня теперь не такая пулеметная, как раньше, это тяготит меня сильнее всего, и зрители пишут недоуменные письма, почему Филатов пьяным появляется в кадре. Приходится объяснять, что это от инсульта, а не от пьянства... — Инсульт, насколько я помню, случился у вас в день расстрела Белого дома? — Сразу после. Тогда я его не заметил. Мне казалось — я какой-то страшный сон смотрю, Чечня после этого меня уже не удивила... — Вы всю жизнь пишете стихи. Вам не хотелось уйти в литературу? Песенный компакт-диск разлетелся мгновенно, а «Разноцветную Москву» поют во всех компаниях... — То, что я делаю, к литературе чаще всего не относится. С этим в нее не пойдешь. «Разноцветную Москву» — «У окна стою я, как у холста» — я вообще написал в конце шестидесятых, сразу после Щукинского, и никакого значения этой песенке не придал: тогда многие так писали. Качан замечательно поет мои стихи, они даже по-новому открываются мне с его музыкой, что-то серьезное: диск, м-да... Но я никогда не считал себя поэтом, хотя сочинял всегда с наслаждением. — Почему вы взялись за «Любовь к трем апельсинам»? — Меня восхитила фабула, а пьесы-то, оказывается, нет. Есть либретто. Делать из этого пьесу — кайф несравненный, поскольку получается очень актуальная вещь, актуальная не в газетном смысле... Я вообще не позволю себе ни одной прямой аналогии. Но в некоторых монологах все равно прорывается то, о чем я сегодня думаю. Тем лучше — я выскажусь откровенно. — Кого вы планируете занять? — Очень хочу, чтобы играл Владимир Ильин. — А кто еще вам нравится из сегодняшних актеров? — Я страшно себя ругал, что не сразу разглядел Маковецкого: он у меня играл в «Сукиных детях» — и как-то все бормотал, бормотал... и темперамента я в нем особого не почувствовал, — потом смотрю материал!.. Батюшки!.. Он абсолютно точно чувствует то, что надо делать. Ильина я назвал. Мне страшно интересен Меньшиков, ибо это актер с уникальным темпераментом и техникой. Машков. Я обязательно пойду на «Трехгрошовую оперу» — именно потому, что об этом спектакле говорят взаимоисключающие вещи. Вот тебе нравится? — Да, вполне. Хотя сначала не нравилось совершенно. — А почему? — А там Костя Райкин очень отрицательный и страшно агрессивная пиротехника, звук орущий... Я только потом понял, что все это так и надо. Очень желчный спектакль, пощечина залу. — Видишь! А я слышал принципиально другое: что это типичный Бродвей. Надо пойти на той неделе. — Интересно, вы за деньги пойдете или вас кто-то проведет? — Я не жадный, но как-то мне странно к Косте Райкину заходить с парадного входа и без предупреждения. Я ему позвоню, он нам с Ниной оставит билеты. Шацкая. Я еще на Женовача хочу! Филатов. Будет, будет Женовач... — Что в искусстве на вас в последний раз действительно сильно подействовало? Не люблю слова «потрясло»... — Вчера в тридцатый, наверное, раз пересматривал «Звезду пленительного счастья» Владимира Мотыля и в финале плакал. Ничего не могу с собой поделать. Там гениальный Ливанов — Николай, вот эта реплика его, будничным голосом: «Заковать в железа, содержать как злодея»... Невероятная манера строить повествование. И, конечно, свадьба эта в конце... Очень неслучайный человек на свете — Мотыль. Очень. — А кто из поэтов семидесятых—девяностых как-то на вас действует? Кого вы любите? — Я сейчас все меньше ругаюсь и все больше жалею... Вообще раздражение — неплодотворное чувство, и меня время наше сейчас уже не раздражает, как прежде: что проку брюзжать? Лучше грустить, это возвышает... Когда умер Роберт Иванович Рождественский, я прочел его предсмертные стихи, такие простые, — и пожалел его, как никогда прежде: «Что-то я делал не так, извините, жил я впервые на этой Земле»... Вообще из этого поколения самой небесной мне всегда казалась Белла. Красивейшая женщина русской поэзии и превосходный поэт — ее «Качели», про «обратное движение», я повторяю про себя часто. Вознесенский как поэт сильнее Евтушенко, по-моему, но Евтушенко живее, он больше способен на непосредственный отклик и очень добр. Впрочем, все они неплохие люди... — Вы выходите в свет? — Стараюсь не выходить, но вот недавно поехали с Ниной и друзьями в китайский ресторан, тоже, кстати, отчасти примиряющий меня с эпохой. Раньше даже в «Пекине» такого было не съесть: подаются вещи, ни в каких местных водоемах не водящиеся. И у меня есть возможность все это попробовать, посмотреть, — когда бы я еще это увидел и съел? Как-то очень расширилась жизнь, роскошные возможности, даже на уровне еды... Девочки там, кстати, были замечательные: я официантку начал расспрашивать, как ее зовут, и оказалось, что Оля. Вот, говорю, как замечательно: у меня внучка Оля... Адабашьян, как бы в сторону: «Да-а... интересно ты начинаешь ухаживание!» — Кстати об ухаживании: Шацкая была звездой Таганки, к тому же чужой женой. Как получилось, что вы все-таки вместе с середины семидесятых? — Любимов постоянно ссорился с Ниной, она говорила ему в глаза вещи, которых не сказал бы никто... но он брал ее во все основные спектакли, очевидно, желая продемонстрировать, какие женщины есть в театре. Она была замужем за Золотухиным, сыну восемь лет, я был женат, нас очень друг к другу тянуло, но мы год не разговаривали — только здоровались. Боролись, как могли. Потом все равно оказалось, что ничего не сделаешь. — Вы водите машину? — Не люблю этого дела с тех пор, как на съемках в Германии, третий раз в жизни сидя за рулем, при парковке в незнакомом месте чуть не снес ухо оператору о стену соседнего дома. Оператор как раз торчал из окна с камерой и снимал в этот момент мое умное, волевое лицо. При необходимости могу проехать по Москве (за границей больше в жизни за руль не сяду), но пробки портят все удовольствие. — У вас есть любимый город? — Прага. Я впервые попал туда весной шестьдесят восьмого. Господи, как они хорошо жили до наших танков! Влтава — хоть и ниточка, а в граните. Крики газетчиков: «Вечерняя Прага!». Удивительно счастливые люди, какие-то уличные застолья с холодным пивом, черным хлебом, сладкой горчицей... Легкость, радость. Ну, и Рим я люблю, конечно... — Ваш сын стал священником, — вам не трудно сейчас с ним общаться? — Трудно. Он в катакомбной церкви, с официальным православием разругался, сейчас хочет продать квартиру и уехать в глушь, я ничего ему не советую и никак не противодействую, но некоторая сопричастность конечной истине, которую я в нем иногда вижу, настораживает меня... Он пытается меня сделать церковным человеком, а я человек верующий, но не церковный. И все равно я люблю его и стараюсь понять, хотя иногда, при попытках снисходительно улыбаться в ответ на мои заблуждения, могу по старой памяти поставить его на место. Он очень хороший парень на самом деле, а дочь его — наша внучка — вообще прелесть. — Вы назвали себя верующим. Скажу вам честно — в Бога я верю, а в загробную жизнь верить не могу. Или не хочу. Как вы с этим справляетесь? — Бог и есть загробная жизнь. — А по-моему, я Богу интересен, только пока жив, пока реализуюсь вот на таком пятачке... — Да ну! Ты что, хочешь сказать, что все это не стажировка? Что все вот это говно и есть жизнь? — Почему нет? — Потому что нет! Это все подготовка, а жизнь будет там, где тебе не надо будет постоянно заботиться о жилье, еде, питье... Там отпадет половина твоих проблем и можно будет заниматься нормальной жизнью. Например, плотской любви там не будет. — Утешили. — Утешил, потому что там будет высшая форма любви. — А как я буду без этой оболочки, с которой так связан? — Подберут тебе оболочку, не бойся... — А мне кажется, что все главное происходит здесь. — Да, конечно, здесь не надо быть свиньей! Здесь тоже надо довольно серьезно ко всему относиться! И главное, мне кажется, четко решить, что делать хочешь, а чего не хочешь. И по возможности не делать того, что не хочешь, что поперек тебя. Так что мы, я полагаю, и тут еще помучаемся, — не так это плохо, в конце концов...
Читайте также
10 вещей, отрицательно влияющих на мозг
1. Недосыпание Это знакомое каждому явление становится глобальной проблемой. По данным ВОЗ, за последние 100 лет человек стал спать в среднем на 20% меньше. Сильное недосыпание чревато тем, что в фактическом состоянии бодрствования различные участки мозга переходят в фазу медленного сна. В это время человек «зависает» в одной точке, становится рассредоточенным, ухудшается мелкая моторика. Регулярное недосыпание влечет за собой отмирание клеток мозга. 2. Отсутствие завтрака Пропуск утреннего приема пищи негативно влияет на работоспособность и тонус человека в течение дня. Это кажется вполне очевидным, но дело здесь не в столько в потреблении необходимой организму энергии, сколько в том, что отсутствие завтрака понижает уровень сахара в крови. А это, в свою очередь, снижает и затрудняет поступление в мозг питательных веществ. 3. Избыток сахара Предыдущий пункт объясняет, почему для продуктивной работы мозга рекомендуют есть сладкое, в особенности, горький шоколад. Однако чрезмерное количество сахара вызывает проблемы с усвоением белка и питательных веществ. Результат тот же, что и при низком уровне сахара в крови: питательные вещества в мозг попросту не поступают. 4. Стресс Сильное психоэмоциональное напряжение ведет к разрыву связей между нейронами и затрудняет понимание причинно-следственных связей и последовательности событий. С этим связана сильная нервная возбужденность и ощущение, что все валится из рук. Накопленный стресс ухудшает память и снижает интеллектуальный потенциал. 5. Антидепрессанты и снотворное Проблема повального увлечения сильнодействующими препаратами более всего актуальна в США, где подобные лекарства выписываются очень легко. Употребление снотворных и популярных антидепрессантов вроде ксанакса может ухудшить память вплоть до амнезии, вызвать слабоумие и навязчивые суицидальные мысли. 6. Курение Говоря об отрицательном влиянии курения на организм, первым в голову приходит изображение черных легких и испорченных зубов. При этом довольно мало говорится о том, как сигареты воздействуют на головной мозг: никотин сужает его сосуды. Впрочем, коньяк обратно расширяет. Помимо проблем, связанных с недостатком питательных веществ в мозге, это многократно увеличивает риск болезни Альцгеймера. 7. Солнце Отсутствие достаточного количества солнечного света напрямую влияет на познавательные способности человека. Во-первых, ультрафиолет, получаемый с солнечным светом, регулирует кровообращение, то есть приток кислорода и питательных веществ. Во-вторых, солнечный свет способствует выработке серотонина - гормона, влияющего на настроение человека. 8. Вода Недостаток воды вызывает уменьшение объема мозга, что значительно снижает его работоспособность и приводит к почти нулевой способности запоминать информацию. Рекомендуется употреблять в среднем 2 литра воды в сутки. 9. Избыток информации Год за годом количество информации, усваиваемой человеком, увеличивается лавинообразно. Казалось бы, это тренировка мозга и поддержание его тонуса. На самом деле, это избыток, на который мозг отвечает однозначно: сопротивлением. Выражается оно тем, что в какой-то момент информация перестает усваиваться вплоть до провалов в памяти. 10. Многозадачность Другая аномалия информационного мира: человек одновременно воспринимает несколько потоков информации. Как следствие, ни один из них не усваивается должным образом, а сознание привыкает к подобному режиму работы. Информация воспринимается поверхностно, а сосредоточиться и заниматься чем-то одним без частой смены деятельности становится все труднее.
Одиночество опасно
Главная опасность одиночества — мужчины и женщины, когда остаются наедине с собой, начинают потихонечку уничтожать себя своими размышлениями, копаниями, анализом. Для женщины жить в одиночестве губительно. Не ища поддержки, вдохновения, не ища знания у других людей, она просто не сможет быть великодушной, не сможет прощать и доверять людям. А без того невозможно быть хорошей женой и матерью. Для мужчины одиночество тоже представляет угрозу. Интересно, что мужчина в результате начинает думать, что он самый великий, поэтому и остается один. Он посидел в одиночестве, и ему показалось, что у него все в порядке в отличие от внешнего мира. Поэтому многие мужчины предпочитают оставаться одинокими – так никто не разрушит картину их мнимого величия. И как только такой мужчина начинает строить отношения, из него вылезают все его негативные качества. А ведь он даже не подозревал об их существовании. Думает: «Странно. Двадцать лет их не было, а теперь полезли. Это она виновата». Р. А. Нарушевич
Как общаться с людьми, с которыми не хочется общаться?
Когда вы находитесь в присутствии по-настоящему хорошего человека, вы это чувствуете. Они кажутся легкими, позитивными и излучают теплый свет в любой ситуации. Но есть люди, которые создают напряжение, и хочется поскорее вырваться из их тяжелых невидимых объятий. В процессе общения с подобными людьми возникает дилемма: как общаться с ними, оставаясь при этом приятным самому себе. К счастью, психология всегда находит решения. Существует такое замечательное качество — уступчивость. Оно помогает оставаться добрым, отзывчивым, прямолинейным, альтруистичным, ласковым и скромным. Советы психологов. Психологи предлагают 4 совета, которые помогут не нервничать и не кипятиться при столкновении с людьми, у которых в поведении уступчивость практически отсутствует. 1. Не отвечать раздражительностью на раздражительность. Легко ответить тем же и сложнее реагировать с добротой. Но, если вы сможете, вы сможете увидеть доброе даже в злом человеке. 2. Спросите себя, не переносите ли вы свой негатив на других. Иными словами, может, это вы сейчас в плохом настроении? Если так, то другой человек достоин презумпции невиновности. 3. Не переусердствуйте, пытаясь развеселить человека. Если перестараться, можно вызвать прямо противоположную реакцию или как минимум подозрение о ваших истинных мотивах. 4. Принять неизбежное, если это действительно неизбежно. Вы не сможете изменить вашего противника, но вы можете изменить свою реакцию. Если вы отпустите ситуацию, вы не дадите агрессору возможности вывести вас из себя и испортить настроение. Было бы замечательно, если бы мы жили в мире, в котором все были белые и пушистые. Однако вокруг всегда находятся люди, которые нам неприятны. Стоит учиться не менять людей, а просто правильно с ними общаться, оставаясь при этом добрым и великодушным.
Управленческая стратегия концлагеря: как из личности сделать биомассу
Нацистская система в 1938-1939 годах – времени пребывания Беттельхейма в Дахау и Бухенвальде – еще не была нацелена на тотальное истребление, хотя с жизнями тогда тоже не считались. Она была ориентирована на «воспитание» рабской силы: идеальной и послушной, не помышляющей ни о чем, кроме милости от хозяина, которую не жалко пустить в расход. Соответственно, необходимо было из сопротивляющейся взрослой личности сделать испуганного ребенка, силой инфантилизировать человека, добиться его регресса – до ребенка или вовсе до животного, живой биомассы без личности, воли и чувств. Биомассой легко управлять, она не вызывает сочувствия, ее легче презирать и она послушно пойдет на убой. То есть она удобна для хозяев. Обобщая основные психологические стратегии подавления и слома личности, описанные в работе Беттельхейма, я для себя выделил и сформулировал ряд ключевых стратегий, которые, в общем-то, универсальны. И в разных вариациях они повторялись и повторяются практически на всех уровнях жизни общества: от семьи до государства. Нацисты только собрали это все в единый концентрат насилия и ужаса. Что это за способы превращения личности в биомассу? Правило 1. Заставь человека заниматься бессмысленной работой. Одно из любимых занятий эсэсовцев – заставлять людей делать совершенно бессмысленную работу, причем заключенные понимали, что она не имеет смысла. Таскать камни с одного места на другое, рыть ямы голыми руками, когда лопаты лежали рядом. Зачем? «Потому что я так сказал, жидовская морда!». (Чем это отличается от «потому что надо» или «твое дело выполнять, а не думать»?) Правило 2. Введи взаимоисключающие правила, нарушения которых неизбежны. Это правило создавало атмосферу постоянного страха быть пойманным. Люди были вынуждены договариваться с надзирателями или «капо» (помощники СС из числа заключенных), впадая от них в полную зависимость. Разворачивалось большое поле для шантажа: надзиратели и капо могли обращать внимание на нарушения, а могли и не обращать – в обмен на те или иные услуги. (Абсурдность и противоречивость родительских требований или государственных законов – полный аналог). Правило 3. Введи коллективную ответственность. Коллективная ответственность размывает личную – это давно известное правило. Но в условиях, когда цена ошибки слишком высока, коллективная ответственность превращает всех членов группы в надзирателей друг за другом. Сам коллектив становится невольным союзником СС и лагерной администрации. Нередко, повинуясь минутной прихоти, эсэсовец отдавал очередной бессмысленный приказ. Стремление к послушанию въедалось в психику так сильно, что всегда находились заключенные, которые долго соблюдали этот приказ (даже когда эсэсовец о нем забывал минут через пять) и принуждали к этому других. Так, однажды надзиратель приказал группе заключенных мыть ботинки снаружи и внутри водой с мылом. Ботинки становились твердыми, как камень, натирали ноги. Приказ больше никогда не повторялся. Тем не менее, многие давно находящиеся в лагере заключенные продолжали каждый день мыть изнутри свои ботинки и ругали всех, кто этого не делал, за нерадивость и грязь. (Принцип групповой ответственности… Когда «все виноваты», или когда конкретного человека видят только как представителя стереотипной группы, а не как выразителя собственного мнения). Это три «предварительных правила». Ударным звеном выступают следующие три, дробящие уже подготовленную личность в биомассу. Правило 4. Заставь людей поверить в то, что от них ничего не зависит. Для этого: создай непредсказуемую обстановку, в которой невозможно что-либо планировать и заставь людей жить по инструкции, пресекая любую инициативу. Группу чешских заключенных уничтожили так. На некоторое время их выделили как «благородных», имеющих право на определенные привилегии, дали жить в относительном комфорте без работы и лишений. Затем чехов внезапно бросили на работу в карьер, где были самые плохие условия труда и наибольшая смертность, урезав при этом пищевой рацион. Потом обратно – в хорошее жилище и легкую работу, через несколько месяцев – снова в карьер и т.п. В живых не осталось никого. Полная неподконтрольность собственной жизни, невозможность предсказать, за что тебя поощряют или наказывают, выбивают почву из-под ног. Личность попросту не успевает выработать стратегии адаптации, она дезорганизуется полностью. «Выживание человека зависит от его способности сохранить за собой некоторую область свободного поведения, удержать контроль над какими-то важными аспектами жизни, несмотря на условия, которые кажутся невыносимыми… Даже незначительная, символическая возможность действовать или не действовать, но по своей воле, позволяла выжить мне и таким, как я». ( Б.Беттельхейм). Жесточайший распорядок дня постоянно подгонял людей. Если одну-две минуты промедлишь на умывании – опоздаешь в туалет. Задержишься с уборкой своей кровати (в Дахау тогда еще были кровати) – не будет тебе завтрака, и без того скудного. Спешка, страх опоздать, ни секунды задуматься и остановиться… Постоянно тебя подгоняет отличные надзиратели: время и страх. Не ты планируешь день. Не ты выбираешь, чем заниматься. И ты не знаешь, что с тобой будет потом. Наказания и поощрения шли безо всякой системы. Если на первых порах заключенные думали, что хороший труд их спасет от наказания, то потом приходило понимание, что ничто не гарантирует от отправки добывать камни в карьере (самое смертоносное занятие). И награждали просто так. Это просто дело прихоти эсэсовца. Правило 5. Заставь людей делать вид, что они ничего не видят и не слышат. Беттельхейм описывает такую ситуацию. Эсэсовец избивает человека. Мимо проходит колонна рабов, которая, заметив избиение, дружно поворачивает головы в сторону и резко ускоряется, всем своим видом показывая, что «не заметила» происходящего. Эсэсовец, не отрываясь от своего занятия, кричит «молодцы!». Потому что заключенные продемонстрировали, что усвоили правило «не знать и не видеть того, что не положено». А у заключенных усиливается стыд, чувство бессилия и, одновременно, они невольно становятся сообщниками эсэсовца, играя в его игру. (В семьях, где процветает насилие, нередка ситуация, когда кто-либо из родственников все видит и понимает, но делает вид, что ничего не видит и не знает. Например, мать, ребенок которой подвергается сексуальному насилию со стороны отца/отчима… В тоталитарных государствах правило «все знаем, но делаем вид…»- важнейшее условие их существования) Правило 6. Заставь людей переступить последнюю внутреннюю черту. «Чтобы не стать ходячим трупом, а остаться человеком, пусть униженным и деградировавшим, необходимо было все время осознавать, где проходит та черта, из-за которой нет возврата, черта, дальше которой нельзя отступать ни при каких обстоятельствах, даже если это угрожает жизни. Сознавать, что если ты выжил ценой перехода за эту черту, то будешь продолжать жизнь, потерявшую всякое значение». Беттельхейм приводит такую, очень наглядную, историю о «последней черте». Однажды эсэсовец обратил внимание на двух евреев, которые «сачковали». Он заставил их лечь в грязную канаву, подозвал заключенного-поляка из соседней бригады и приказал закопать впавших в немилость живьем. Поляк отказался. Эсэсовец стал его избивать, но поляк продолжал отказываться. Тогда надзиратель приказал им поменяться местами, и те двое получили приказ закопать поляка. И они стали закапывать своего сотоварища по несчастью без малейших колебаний. Когда поляка почти закопали, эсэсовец приказал им остановиться, выкопать его обратно, а затем снова самим лечь в канаву. И снова приказал поляку их закопать. На этот раз он подчинился – или из чувства мести, или думая, что эсэсовец их тоже пощадит в последнюю минуту. Но надзиратель не помиловал: он притоптал сапогами землю над головами жертв. Через пять минут их – одного мертвого, а другого умирающего – отправили в крематорий. Результат реализации всех правил: «Заключенные, усвоившие постоянно внушаемую СС мысль, что им не на что надеяться, поверившие, что они никак не могут влиять на свое положение – такие заключенные становились, в буквальном смысле, ходячими трупами…». Процесс превращения в таких зомби был прост и нагляден. Сначала человек прекращал действовать по своей воле: у него не оставалось внутреннего источника движения, все, что он делал, определялось давлением со стороны надзирателей. Они автоматически выполняли приказы, без какой-либо избирательности. Потом они переставали поднимать ноги при ходьбе, начинали очень характерно шаркать. Затем они начинали смотреть только перед собой. И тогда наступала смерть. В зомби люди превращались тогда, когда отбрасывали всякую попытку осмыслить собственное поведение и приходили к состоянию, когда они могли принять все, что угодно, все, что исходило извне. «Те, кто выжили, поняли то, чего раньше не осознавали: они обладают последней, но, может быть, самой важной человеческой свободой – в любых обстоятельствах выбирать свое собственное отношение к происходящему». Там, где нет собственного отношения, начинается зомби.
Четыре жены султана
У одного султана было четыре жены. Больше всех он любил свою четвертую жену – самую юную и ласковую. Султан дарил ей одежду, драгоценности, холил ее и лелеял. Он любил и свою третью жену – исключительную красавицу. Отправляясь в другие страны, он всегда брал ее с собой, чтобы все видели ее красоту, и всегда боялся, что однажды она оставит его и сбежит к кому-то другому. Султан любил и свою вторую жену - хитроумную и искушенную в интригах. Она была его доверенным лицом, всегда умна, доброжелательна и терпелива. Когда у султана были проблемы, он доверял их второй жене, и она помогала мужу выйти из сложной ситуации, пережить тяжелые времена. Первая жена была самой старой и досталась ему в наследство от покойного старшего брата. Женщина была очень предана мужу и делала все возможное для сохранения и приумножения богатств как самого султана, так и всей его страны. Несмотря на это, султан не любил свою первую жену, и даже то, что она глубоко его любила, султана не трогало. Он не обращал на нее никакого внимания. Как-то султан заболел. Вспомнил он тогда свою жизнь, полную роскоши, и подумал: «Сейчас у меня четыре жены, но, когда я умру, останусь один». И он спросил свою четвертую жену: - Я любил тебя больше всех остальных. Я отдавал тебе все самое лучшее, берег тебя с особым старанием. Сейчас, когда я умираю, ты готова следовать за мной в царство мертвых? - И не думай! – ответила четвертая жена и удалилась, не обронив больше ни слова. Ее слова, как кинжал, поразили сердце мужчины. Опечаленный султан спросил свою третью жену: - Я восхищался тобой всю мою жизнь. Сейчас, когда я умираю, ты готова следовать за мною в царство теней? - Нет! - ответила его третья жена. – Жизнь так прекрасна! Когда ты умрешь, я думаю выйти замуж! Султан загрустил – такой боли его сердце еще никогда не знало. Тогда он спросил свою вторую жену: - Я всегда приходил к тебе за помощью, и ты всегда помогала мне и была для меня лучшим советником. Сейчас, когда я умираю, ты готова следовать за мной туда, где бледные тени стонут и молят властителя душ о пощаде? - Очень жаль, не могу тебе помочь в этот раз, - ответила вторая жена. - Самое большее, что я могу сделать, это с честью тебя похоронить. Ее ответ поразил султана, как тысячи громов и молний. В этот момент он услышал голос: - Я пойду с тобой и последую туда, куда ты уйдешь, до конца! Султан посмотрел в сторону голоса и увидел свою первую жену – истощенную и изможденную горем, почти неузнаваемую. Пораженный султан проговорил: - Я должен был внимательнее относиться к тебе, пока мог это делать! У каждого из нас есть четыре жены. Наша четвертая жена – это наше тело; неважно, сколько сил и времени мы вкладываем в то, чтобы выглядеть хорошо, оно нас оставит, когда мы умрем. Наша третья жена – это наша карьера, положение, деньги, богатство, социальное положение. Когда мы умрем, они отойдут другим. Наша вторая жена – это наша семья и родственники. Не важно, сколько они нам помогали здесь, самое большее, что они могут сделать для нас – это сопроводить до могилы. И наша первая жена – это наша душа, часто игнорируемая нами из-за погони за удачей, властью, богатством и удовольствиями. Несмотря на это, душа – единственная, кто сопровождает нас всюду, куда бы мы ни ушли. Относясь к ней с заботой и вниманием, оберегая и развивая ее, мы можем подарить миру и себе самый большой подарок.
Гамельнский крысолов – спаситель или детоубийца?
Город атакуют полчища крыс, сжирая все на своем пути и распространяя страшные болезни. Казалось бы, от них нет спасения! Но тут один горожанин начинает играть на флейте, крысы послушно идут на ее звуки и мужчина уводит грызунов из города. Но радость жителей сменяется паническим ужасом – исчезли сотни детей… Эти страшные истории предположительно произошли в средневековой Германии, в городе Гамельн, летом 1284 года. Почему предположительно? Потому что мнения ученых о достоверности этих событий разнятся: одни полагают, что это легенда, другие же уверены, что эти события происходили в действительности, чему есть неопровержимые подтверждения. Предлагаем вам интересные исторические факты, которые, возможно, помогут разобраться, кто же такой гамельнский крысолов – персонаж городской легенды, реально существовавший спаситель или серийный убийца, на совести которого сотни загубленных детских жизней? А может быть, была еще какая-то сила, не имеющая отношения к крысолову, которая и способствовала массовой гибели детей? Как бы то ни было, гамельнские события – загадка истории, которая по сей день не разгадана. Но обо всем по порядку. Говорят, что легенда о крысолове возникла после того, как в начале лета 1284 года в городе Гамельн поселились крысы. Они именно поселились, поскольку чувствовали себя полноправными хозяевами не только на городских улицах, полях и огородах, но и в домах горожан. Прожорливые полчища оставляли после себя пустую землю с обглоданными костышками растений (Гамельн славился своими хлебными полями), разоренные жилища с полностью уничтоженными запасами провизии и, конечно же, грязь и болезни. Жители пытались бороться с крысами, но силы были не равны. Люди заболевали и умирали, а крысы лишь жирели и плодились. Городские власти пообещали щедрую награду тому, кто избавит город от крыс. Спаситель должен был получить столько золота, сколько сможет унести. И когда люди уже считали себя обреченными, не надеясь на спасение, один человек взялся изгнать крыс. Он начал играть на флейте и случилось невероятное: крысы, словно завороженные звуками, шли с разных концов города на ее звуки. Вокруг флейтиста собрались сотни тысяч грызунов, и он, не переставая играть, увел их за городские стены. Там он продолжил свой путь до самого обрыва, где крысы свалились в пропасть и разбились. Радости жителей не было предела: они воспевали спасителя и благодарили его! А вот городские власти не спешили давать ему обещанную награду… Поняв, что ему не дождаться обещанного золота, крысолов решил отомстить. Он снова начал играть на своей флейте, но на сей раз за ним пошли маленькие дети горожан. Он повел их той же дорогой, к крутому обрыву, ставшему могилой для крыс. И дети (более 130 человек) также упали с его высоты и разбились… Такова легенда о гамельнском крысолове, которая уже не одно столетие передается из уст в уста и широко известна в разных странах. Спустя время эта легенда обросла некоторыми подробностями. Якобы в группе ушедших детей один был глухой, который пошел с другими за компанию. Он не слышал музыки, поэтому сумел спастись. Вернувшись в город, он сообщил взрослым о случившемся. Но что в ней правда? То, что крысы могут реагировать на звуки особой частоты – научно доказанный факт. Также известно, что некоторые звуки способны «вести» за собой малолетних детей. Этой методикой в наши дни пользуются мультипликаторы и создатели детских фильмов, добавляющие эти звуки к музыке фильма, чтобы они не давали малышам прекратить просмотр. Также историки говорят, что факт массовой гибели детей в средневековом Гамельне был, что доказывают летописи. Дом, в котором якобы жил крысолов, также стоит в городе, причем на нем красуется мемориальная доска с описанием произошедших событий. Значит, все сходится, и эти события действительно происходили?! Ученые, конечно же, неоднократно пытались восстановить, как все происходило в действительности. И мнения их разделились. Одни историки уверены, что легенда о крысолове сильно приукрашена. Крысы действительно были, они принесли в город чуму, которая и «покосила» множество людей, в том числе, и детей. Не имея возможности хоронить такое количество умерших, их, возможно, действительно сбрасывали с обрыва, чтобы предать земле после окончания эпидемии. И не было никакого крысолова… По мнению других специалистов, в то неспокойное время нередко создавались детские повстанческие отряды, которые уходили в подполье. Так случилось и в Гамельне. Никаких детских смертей не было, просто дети убежали из дома. По третьей версии, крысолов действительно уговорил детей пойти за ним, пообещав им хороший заработок. Подобное практиковалось в те годы, детский рабский труд использовался, поэтому и это возможно. Четвертая версия такова. После окончания эпидемии на поляне возле города решили устроить праздник, на который пригласили всех горожан с детьми. Путь туда проходил то ли через какой-то водоем, то ли через болото, где и утонули десятки людей, в том числе и дети. Опять же, согласно летописям в те дни и праздники были, и смерти были, но все происходило в месте, хорошо известном всем жителям. Они многократно ходили теми дорогами, так почему же они не тонули там раньше? Необъяснимое и нелогичное происшествие! Большая часть специалистов уверена, что мужчина, уведший за собой малышей, действительно был, но это был серийный убийца. Якобы дети исчезали в те дни в городе, но не все сразу. Маньяк убивал их поочередно, а городские власти замалчивали это, дабы не было паники. Так что, и на сегодняшний день, спустя много веков, к этой истории есть много вопросов, на которые никто не может дать ответы. Историки стараются разгадать эту историческую тайну, и нам остается лишь надеяться, что мы когда-нибудь сможем перевести эти гамельнские исторические события из категории «Непознанное» в категорию «Раскрытые страницы истории».
Интересные истории об увольнении. Часть 2
Один сотрудник фирмы, занимавшейся ремонтом квартир сотрудников Министерства обороны США, был уволен за хохот. Он показывал отремонтированную квартиру одному высокопоставленному военному чиновнику, когда тот плашмя шлепнулся на тщательно натертом полу. Это, по словам уволенного, было настолько комично и смешно, что он начал в голос хохотать. Чиновнику этот случай не показался столь веселым, и он инициировал увольнение весельчака. На одном предприятии работал человек, отвечающий за автоматизацию производства. Он рьяно взялся за работу, стараясь все сделать как можно быстрее, чтобы показать начальству, какой он старательный и незаменимый сотрудник. Но иной раз, как оказалось, излишняя инициатива может быть наказуемой. Однажды руководство ему сообщило, что всю необходимую автоматизацию на предприятии он уже провел и организация больше не нуждается в его услугах. Работник другого предприятия листал газету с объявлениями о различных вакансиях и наткнулся на одно из них, где за такую же работу, которую выполнял он, предлагалась большая зарплата. Мужчина, не посмотрев внимательно реквизиты работодателя, отправил свое резюме по указанному адресу. Как оказалось, новых работников искало именно то предприятие, на котором он работал. Директор, получив его резюме, вызвал мужчину к себе и предложил уволиться, раз ему не нравятся условия работы. Один парень увидел, что после обеда его сослуживцы оставили недоеденную пиццу. Он решил, что еда все равно будет выкинута и, чтобы не пропадало добро, слопал ее. Как оказалось позже, сотрудники предполагали забрать остатки пиццы домой. Они же пожаловались вышестоящему начальству на прожорливого работника, и тот был уволен. Американская компания уволила своего сотрудника за упоминание имя Бога всуе. А парень всего лишь сказал кому-то: «Дай Бог тебе здоровья!». Продавщица в магазине нижнего женского белья в Нью-Джерси была уволена за свой бюст большого размера, который, по мнению начальства, стал причиной падения объемов продаж. Покупательницы якобы, увидев грудь продавщицы, стеснялись покупать белье более «скромного» размера и уходили из магазина ни с чем. Женщина из Арканзаса, будучи офицером полиции, решила полуголой походить по местному парку. Ее, конечно же, заметили прохожие, среди которых были и дети, и попросили одеться, но дамочка не согласилась. Тогда люди пожаловались ее начальству, и она не только была уволена за растление детей, но и заплатила большой штраф. В McDonald' продавщица продала другой сотруднице этой же фирмы гамбургер и положила в него (по ее же просьбе) маленький кусочек сыра. Это увидел начальник и уволил продавщицу за финансовые махинации, поскольку с сыром – это не гамбургер, а чисбургер, который стоит несколько дороже. Тренер женской баскетбольной команды одного университета США был уволен после того, как его команда выиграла игру со счетом 100:1. Руководство посчитало такую победу слишком вызывающей, и приказало тренеру извиниться перед проигравшей командой. Тот отказался и был уволен. В одном заведении быстрого питания штата Огайо кое-кто решил искупаться в большой раковине, наполнив ее пенной водой. Его приятель все снимал на камеру, после чего «фильм» был выложен в интернете. Оба участника этой истории были уволены. Водитель школьного автобуса одной из вашингтонских школ был уволен за показ плохого примера детям, когда показал президенту Бушу поднятый вверх средний палец. Фотомодель уволили с пояснением, что она не может выполнять свои обязанности, так как поправилась до 54 килограмм. Один парень положил соседу на стул кнопку, забыл про это и сел на нее. Уволен за низкие умственные способности. Еще один поспорил со своим начальником на сто долларов, что тому не удастся его уволить и проиграл. Другой бедолага уволен за неожиданное появление из шкафа, чем напугал других сотрудников компании. Причиной увольнения может стать и фамилия. Сотрудники банков обязаны представиться, когда звонит телефон. В банке «Возрождение» работал мужчина по фамилии Ежиков, разговаривая с которым по телефону, клиент слышал: «Банк возрождения ежиков слушаю…». А охранник банка Хомяков представлялся так: «Охрана хомяков слушает…». А в московской гостинице «Космос» когда-то работала женщина с фамилией Лось, которая, звоня кому-либо, говорила: «С Вами говорит Лось из Космоса». Другие необычные причины для увольнения: - за неоднократное поджигание тополиного пуха на своем рабочем месте; - за повторное выпадение из окна курительной комнаты; - за вырезание своих инициалов на крышке рабочего стола; - за выливание чая в аквариум; - за скрепление степлером купюр для выдачи зарплаты коллегам; - за дерганье сотрудниц фирмы за пирсинги; - за подглядывание в женском туалете без объяснения причин; - за ковыряние в носу до крови; - за неумение пить на вечеринках, вследствие чего часто валяется на снегу, а потом болеет. Вот таковы факты про увольнения. Желаем вам никогда не столкнуться ни с чем подобным. Работайте, занимайтесь любимым делом и будьте счастливы!
Удивительные совпадения Энтони Хопкинса
Британский актер Энтони Хопкинс с радостью согласился играть главную роль в фильме, основанном на книге «Девушка с Петровки» (The Girl From Petrovka) Джорджа Фейфера. Через несколько дней после подписания контракта Хопкинс поехал в Лондон, чтобы купить экземпляр этой книги. Он зашел в несколько книжных магазинов, но нужной ему книги так и не нашел. Собираясь уезжать домой на метро, он нашел книгу, забытую кем-то на скамейке. Это была «Девушка с Петровки»! Сама по себе эта история удивительна, но на этом невероятные совпадения не заканчиваются. Два года спустя, во время съемок фильма в Вене, к Хопкинсу пришел Джордж Фейфер, автор книги. Фейфер пожаловался, что у него самого нет ни одного экземпляра своей собственной книги. У него был один экземпляр, но, к сожалению, писатель одолжил этот экземпляр своему рассеянному другу, который потерял книгу где-то в Лондоне. Хопкинс показал Фейферу найденную книгу и спросил «Это случайно не ваша?». Это оказалась действительно книга Фейфера, со всеми заметками писателя на полях.
Авраам Линкольн — невероятный человек
Когда ему было 7 лет, его семью выгнали из дома за неуплату, а ему пришлось работать, чтобы как-то прокормить себя и близких. Когда ему было 9 лет, умерла мать. В возрасте 22 лет он потерял работу курьера в магазине. Он хотел пойти учиться на юриста, но ему не хватало образования. В возрасте 23 лет он влез в долги, чтобы стать партнером в одном небольшом магазине. Когда ему было 26, его деловой партнер умер, оставив на него большой долг, который ему пришлось выплачивать много лет. В 28 лет он предложил своей подруге, с которой встречался уже 4 года, выйти за него, но она отказала. В возрасте 37 лет после третей попытки, он был избран в Конгресс, но через два года его не переизбрали. Когда ему был 41 год, умер его четырехлетний сын. В 45 он попробовал попасть в Сенат и снова потерпел неудачу. А в возрасте 51 года его избрали Президентом Соединенных Штатов.
© 2015 — 2024 stakanchik.media
Использование материалов сайта разрешено только с предварительного письменного согласия правообладателей. Права на картинки и тексты принадлежат авторам. Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 16 лет.
