В чем сила уязвимости

Многие люди считают уязвимость синонимом слабости, а потому она неизменно входит в список качеств, которые следует обязательно преодолевать и искоренять из своей жизни. Однако Брене Браун, писательница, ученый-исследователь, профессор Хьюстонского университета, говорит о том, что признание своей уязвимости позволяет человеку стать открытым для мира и отношений и не потеряться в лабиринте, созданном из защитных стен. Что такое уязвимость для большинства людей Быть уязвимым — значит быть наивным, доверчивым, слабым и беспомощным, не уметь противостоять жизненным трудностям. Именно такое мнение навязало нам современное общество. Считается, что лишь толстокожие и «пуленепробиваемые» люди, которые ни к кому не привязываются и напролом идут к своей цели, игнорируя происходящее вокруг, могут стать успешными и сильными. На первый взгляд может показаться, что это мнение правильное, ведь никому не хочется почувствовать неожиданный удар в спину и нести ответственность за все, что происходит в результате проявления «слабости». Однако, если говорить честно и откровенно, то уязвимости подвержены абсолютно все люди, даже те, которые отчаянно хотят казаться сильными и жесткими. А главная проблема состоит в неправильной трактовке уязвимости. По мнению психологов Роберта Йеркса и Джона Додсона, чувство уязвимости не только не вредит, а еще и способно повышать нашу производительность. Находясь в зоне комфорта, мы работаем спокойно и уверенно, но для улучшения результатов и покорения новых вершин нам нужен стресс. Поэтому, если вы чувствуете себя уязвимым, не переживайте: это значит, что вы двигаетесь вперед. Более подробно вопросы, связанные с чувствами стыда и уязвимости, а также с храбростью и полноценностью жизни изучает профессор Хьюстонского университета Брене Браун. В своем выступлении на TED она рассказала о результатах исследований, а также о том, как эта работа расширила ее собственное восприятие жизни и отношений. Уязвимость и комплексы Уязвимость является естественным качеством любого человека. Наше физическое и психическое состояние в любой момент может пострадать от внешних воздействий и принятых решений, но если хрупкость тела мы вынуждены принять как данность, то от уязвимости стараемся поскорее избавиться или хотя бы замаскировать ее. Почему? Ответ очень прост. Мы боимся проявить уязвимость и стыдимся того, что она вообще присутствует. Эта частичка себя кажется нам неправильной, глупой, смехотворной, ведь зачастую именно из-за нее окружающие отвергают, высмеивают или обвиняют нас в бесхарактерности. Страх быть уязвленным приводит к тому, что мы держимся в тени на работе, не проявляем инициативу в отношениях, не решаемся на перемены, не занимаемся любимым делом. Отторжение уязвимости часто приводит к появлению комплекса неполноценности, когда нам кажется, что мы не заслуживаем похвалы, признания и даже любви. Уязвимость и отношения В своем выступлении на TED профессор Браун упоминает, что целью и смыслом жизни являются отношения. Эти слова подтверждают исследования ученых Гарвардского университета, результаты которых показали, что качество отношений сильно влияет на наше самочувствие и счастье. Брене Браун на собственном опыте ощутила, как важно принять уязвимость. На протяжении многих лет она изучала истории огромного количества людей, написала книгу про стыд, после чего вынуждена была оставить работу на целый год. Причиной таких кардинальных жизненных перемен стал мощнейший кризис, который потребовал вмешательства психотерапевта. По словам профессора, она не могла смириться со своим собственным открытием: без принятия уязвимости нельзя построить здоровые и крепкие отношения, любить и быть любимой. Однако долгая работа над собой позволила ей смириться со своим несовершенством, более того — воспринимать уязвимость как дар. Теперь она советует окружающим делать то же самое. Уязвимость и сила Изучив анкеты участников исследования, Брене определила, что люди, которые состояли в счастливых отношениях, были искренними и мужественными. Профессор сделала следующие выводы, исходя из этой закономерности: «По-английски мужество звучит как courage и происходит от латинского cor, что означает сердце. Поэтому изначально мужественными называли тех людей, которые умели рассказать историю о себе от всего сердца». По мнению Браун, быть мужественным — значит признавать свое право на слабости, что очень важно в контексте отношений. Принятие собственных несовершенств помогает полюбить не только себя, но и окружающих, ведь нельзя испытывать сострадание к остальным, если мы не умеем относиться хорошо к себе. «Здоровые и крепкие отношения не могут построить «идеальные» люди, которые всячески скрывают свои недостатки. Истинная близость не терпит фальши, именно поэтому любовь доступна лишь тем, кто признает свои слабости», — отмечает профессор. Уязвимость и счастье К сожалению или к счастью, мы не можем отказываться от отрицательных чувств и эмоций: гнева, страха, грусти, тревоги. Пытаясь избавиться от уязвимости, мы сами лишаем себя возможности быть радостными, счастливыми и вдохновленными. Но ведь эти удивительные эмоции можно испытать лишь в том случае, если мы будем искренними в отношениях, смелыми в постановке целей, открытыми к переменам, готовыми к провалам и ошибкам. Многолетнее социологическое исследование Брене Браун лишь подтвердило тот факт, что нужно не бояться быть уязвимым, перестать контролировать все на свете и не пытаться предугадывать поступки и отношение окружающих, чтобы обезопасить себя от обид и предательств. Как побороть страх перед уязвимостью Выбирайте реалистичные цели Если вы не можете быть предельно откровенным и честно говорить о своих мыслях и чувствах, начните с малого. Например, если друзья вас зовут на каток, а вы совсем не умеете стоять на коньках и не любите холод, не говорите, что у вас другие планы, а озвучьте настоящую причину. Конечно, при этом вы почувствуете себя уязвимым, однако по-другому не получится понять, что в этом нет ничего ужасного. Зачастую нас больше пугает ожидание реакции, а не само действие. Просите других о помощи Наверняка в вашем окружении есть открытые, легкие на подъем люди, которые не боятся неловких ситуаций. Старайтесь проводить с ними больше времени, чтобы они вдохновили вас на «подвиги» и смогли поддержать. Что бы ни являлось причиной появления уязвимости — общение с незнакомцами или изучение английского языка, — поддержка друга поможет справиться с неловкостью и волнением. Развивайте осознанность Осознанность предполагает, что люди не живут пассивно, а сосредотачиваются на происходящем вокруг них. Вот несколько способов развить это умение: • медитация — помогает меньше испытывать тревогу, очищать мысли, настраиваться на хороший день. Можете скачать специальное приложение или просто поставить таймер на пять минут, сесть на коврик и дышать. Концентрируйтесь только на дыхании, ни на что не отвлекаясь; • напоминания — заведите несколько будильников, которые будут звонить в течение рабочего дня. Они отвлекут от работы и напомнят, что нужно отвлечься и немного отдохнуть; • ведение записей — не зря многие успешные люди ведут дневник. Он позволяет выплеснуть на бумагу все тревоги, негативные мысли и даже найти ответы на волнующие вопросы, посмотреть на проблему с другой стороны.

7 практик стоицизма, которые полезны в современной жизни

Однажды Зенон Китайский, разочаровавшись в своих учителях Кратете, Стильпоне и Диодоре, создал собственную школу, которая пропагандировала философию стоицизма. Учение Зенона быстро стало популярным как среди свободных людей, так и среди рабов. Удивительно, но спустя тысячи лет эта философия все равно остается актуальной, ведь помогает бороться с разрушительными мыслями, противостоять токсичным людям, укрощать хаос, с которым мы сталкиваемся каждый день. Иногда нужно просто остановиться, прекратить борьбу и обдумать следующий шаг. Какие еще практики стоицизма нужно взять на вооружение, читайте в нашей статье. Взгляните на проблему с другой стороны Порой навязчивые мысли не дают покоя и отравляют жизнь, ведь из-за них не получается сосредоточиться на действительно важных вещах. Избавиться от них поможет прием «Взгляд сверху». Марк Аврелий, который усвоил от Гераклита, что мир постоянно меняется, регулярно выполнял это упражнение. Его суть заключается в следующем: посмотрите на свои проблемы с другой стороны. Как говорится, если не можешь изменить ситуацию, измени отношение к ней. Например, вы договаривались с друзьями отправиться на пикник, но в последний момент у них появились неотложные дела. Вы можете переживать по этому поводу, обвинять товарищей во всех бедах, а можете посвятить вечер своему хобби, прогулке по городу или любому другому занятию, которое приносит вам удовольствие. Вспомните, когда вы в последний раз оставались наедине с собой, мечтали, строили планы? Если давно, тогда отказ друзей от встречи станет отличным шансом это сделать. Не пытайтесь произвести впечатление С популяризацией социальных сетей общество стало требовать от нас непрерывных обновлений статуса, фотоотчетов и сторис с подробным описанием всего, что мы делаем. Друзьям, знакомым и обычным людям, «проходящим мимо» нашей странички, хочется знать, что мы едим, где отдыхаем, с кем проводим свободное время, как боремся с жизненными трудностями и побеждаем. Это утомляет. Интересно, что подобную гордыню и самолюбование замечал еще Эпиктет в своих учениках, а ведь тогда не было телефонов, компьютеров, интернета. Философ не переставал напоминать им, что эти качества несут в себе скрытую угрозу, ведь жизнь напоказ отвлекает от истинной цели и лишает сил. Пытаясь получить одобрение окружающих, мы перестаем жить для себя и больше не получаем удовольствие от своих занятий. А если знакомые дают негативную оценку нашим действиям, это не только расстраивает, но также становится причиной развития депрессивного состояния. Контролируйте эмоции Стоики не тратили свои силы на то, что не могли изменить. Они сосредотачивали свое внимание на вещах, подвластных их контролю. А ведь тот же Эпиктет родился рабом, подвергся издевательствам со стороны хозяина, умер в нищете и неволе. Однако стоик думал вовсе не об этом. Пускай тело находилось не в его власти, зато мысли, желания и прозрения всегда оставались исключительно под его контролем. На первый взгляд может показаться, что это ничтожно мало. Но ведь главное достояние всегда неосязаемо. Если задуматься, счастливыми или несчастными нас делают не сами вещи, а только представление о них. Как только мы даем волю негативным эмоциям, все рушится. Вот и получается, что если нам подвластны мысли и стремления, значит, счастье тоже в наших руках. Нельзя допускать, чтобы внешние условия влияли на внутреннее восприятие. Как только мы это усвоим, мы сможем стать счастливыми вне зависимости от обстоятельств. Размышляйте по утрам В своих «Беседах» Эпиктет писал, что сразу после пробуждения нужно уделять время размышлениям. Стоит задуматься, кто ты такой, чего тебе не хватает для невозмутимости, что ты сделал недоброжелательного по отношению к окружающим, какой долг не смог исполнить. Воспользуйтесь советом Эпиктета и придумайте личный утренний ритуал — например, посвящайте время медитациям или тренировкам. Еще один вариант — вести дневник, в который вы будете каждое утро записывать свои надежды, мысли и сомнения. Главная суть здесь заключается не в самих ритуалах, а в размышлениях, которые их сопровождают. Потратьте немного времени с утра, чтобы заглянуть внутрь себя, определить свои страхи, настроиться на предстоящий день. Стоики считали подобное времяпрепровождение очень важным, так как философия и усердный труд могут привести к лучшим ответам. Марк Аврелий всегда находил несколько минут, чтобы сделать пару записей, но не для кого-то, а для себя. Возьмите пример со стоиков и каждое утро начинайте с размышлений, задавая себе сложные вопросы. Берегите время Время — самое большое достояние, ведь в отличие от материальных ценностей оно не может быть восстановлено. Поэтому его нельзя тратить впустую. Люди, посвящающие время бесполезным занятиям, рано или поздно осознают — у них ничего нет, они не добились поставленных целей. С такой же проблемой сталкивается человек, который свободно отдает время другим. Позволять обстоятельствам и окружающим воровать ваши драгоценные минуты — большая ошибка. Мы берем на себя обязательства, жертвуем отдыхом ради работы или решения проблем друзей, не задумываясь о том, чем это обернется для нас. Календари, планеры, графики должны были помочь нам правильно выстраивать свой день, однако мы все равно ничего не успеваем. Следует осознать, что у нас не так много времени, поэтому нужно его беречь и распоряжаться правильно. Цените подарки, которые преподносит судьба Жаловаться на жизнь очень просто, а вот ценить то, что есть, намного сложнее. Сенека не уставал говорить: «Все, необходимое для счастья, находится перед нами, а вот излишества, о которых мы мечтаем, на самом деле обходятся чересчур дорого, поглощая счастье». Марк Аврелий часто размышлял о тех подарках, которые ему преподнесла судьба, и представлял, как бы себя чувствовал, если бы однажды их не стало. Советуем воспользоваться этой практикой и на этой неделе посчитать людей, события, вещи, с которыми вам повезло. Так вы сможете наглядно увидеть, откуда они появились, и почувствовать благодарность за это. Включайте в список даже то, что на первый взгляд кажется недостаточно весомым. Поверьте, в таких вещах не стоит недооценивать значение мелочей. Иногда именно они делают погоду. Не пытайтесь узнать обо всем По мнению стоиков, не нужно пытаться получить знания во всех областях. А если хотите преуспеть, не бойтесь показаться в глазах окружающих глупцом. Относитесь проще к фразе «Я не знаю». Несмотря на то, что большая часть социума искренне считает, что люди обязаны слышать о любом малозначимом событии, смотреть все фильмы, получившие «Оскар», пристально следить за новостями и выглядеть в глазах других информированными, это совсем необязательно. На самом деле вам нужно знать исключительно о тех событиях, которые могут непосредственно повлиять на вашу семью, работу и вас в частности, но на этом все. Давайте задумаемся, насколько больше у вас было бы энергии, времени и ресурсов, если бы вы отказались от ненужной информации? Насколько спокойнее было бы ваше душевное состояние, если бы вы не волновались по поводу каждого скандала и негативной новости, увиденной по телевизору? В одной из серий Шерлок Холмс говорил, что человеческий мозг похож на пустой чердак, который можно заполнить чем угодно: «Дурак в него тащит нужные и ненужные вещи, в результате чего места для необходимого предмета не остается. Я же храню на своем чердаке только нужные инструменты». Предлагаем брать пример со знаменитого сыщика.

6 мифов о супружестве

Брачный союз, даже самый лучший, сложно сохранить, не прилагая усилий. Требуется определенная работа в отношении основных элементов, необходимых для процветания брака: обязательств, доверия, уважения и других. Многие люди все еще вступают в брак, будучи в розовых очках. Многие жаждут отношений как в голливудских фильмах, где все идет гладко и страстно, и все разногласия разрешаются до того, как начнутся титры. Заблуждения по поводу супружества могут подорвать ваши отношения. Вместо того, чтобы стать жертвой этих мифов, сразу снимите розовые очки и будьте честны с собой и своим супругом. Вам не нужно соглашаться на меньшее. Вы, вероятно, читаете эту статью, потому что заинтересованы в том, чтобы ваш брачный союз был таким, каким он может быть. Счастливый брак — это длительный процесс, а не чудо в одночасье. Узнав и развенчав мифы о супружестве в этой статье, вы сможете более трезво смотреть на некоторые вещи в жизни и браке. Миф 1: Хороший брак начинается с того, что вы находите свой идеал Легко обвинять своего супруга в проблемах, возникающих в супружестве. Это может привести к убеждению, что они вовсе не являются тем самым или той самой. Конечно, есть пары, которые действительно не подходят друг другу. Однако большинство этих убеждений о неподходящем человеке коренятся в нереалистичных ожиданиях. Миф 2: Ссоры и споры разрушают отношения Возможно, вы вступили в брак, полагая, что споры и ссоры это плохо. Возможно, вы ожидали, что все будет гладко, с несколькими незначительными неровностями на этом пути. Но затем возникают обычные разногласия по поводу денег, секса, детей и разделения обязанностей. Если вы не признаете, что все пары сталкиваются с этими проблемами, легко поверить, что в вашем браке что-то не так. Некоторые пары предпочитают дистанцироваться друг от друга, а не обсуждать проблемы, в конце концов позволяя своим союзам развалиться, потому что пропасть стала слишком большой, чтобы найти пути назад друг к другу. Споры или, лучше сказать, острые дискуссии могут быть позитивной силой в браке. Миф 3: Два человека в хорошем браке автоматически сближаются со временем Хороший брак — это результат постоянной заботы. Подумайте об этом так: что мы знаем о достижении чего-либо хорошего в жизни? То, что это требует работы. Например, как люди остаются физически здоровыми? Конечно, не фантазируя и не мечтая о твердом, как скала, теле — здоровое тело требует постоянного внимания и работы. То же самое верно и для процветающих отношений. Брачный союз очень похож на живой организм: он постоянно меняется. Партнеры не всегда будут чувствовать близость или привязанность друг к другу. Могут возникать моменты, когда вы будете очень злиться на своего супруга или даже задаваться вопросом, зачем вы двое вообще поженились. Работа с этими шероховатостями является важной частью сближения. Однако имейте в виду, что в этом процессе нет ничего автоматического. Миф 4: Супруги могут заполнить пробелы в характере друг друга Одна из величайших радостей брака — это возможность объединить сильные стороны и таланты супругов. Если один из вас более развит физически, а другой интеллектуально, вы можете помочь расширить горизонты друг друга. Однако если вы болезненно застенчивы и полагаетесь на то, что все разговоры будет вести ваш супруг, вы почувствуете дисбаланс. Принятие жестких ролей, основанных на половой принадлежности, также создает дисбаланс: например, муж, который отказывается помогать с приготовлением пищи или уборкой, потому что эти задачи являются «женской работой», или жена, которая отказывается брать в руки молоток или отвертку, потому что «это работа мужа». Супруги должны быть гибкими в своих ролях и готовы работать вместе во всех видах задач. Счастливые браки — это совместные усилия, в которых оба партнера устремлены в сторону совершенствования — себя как отдельных людей и как пары. Каждый из партнеров приносит в брачный союз уникальный набор сильных и слабых сторон, и у каждого есть свои отдельные временные рамки роста. Но если развитие или вклад одного партнера несоразмерны развитию или вкладу другого, этот дисбаланс может подорвать брачные отношения. Миф 5: Удовлетворение собственных индивидуальных потребностей несовместимо с удачным браком До сих пор много людей думают, что счастливые супружеские пары должны все делать вместе. Как будто, когда вы женитесь или выходите замуж, вы перестаете существовать как личность. У каждого супруга есть отдельная жизнь, помимо того, что он является партнером в брачных отношениях, потому что брак — это выбор. И это все еще такой же выбор через 15 лет, как и в первый день. Когда вы решаете жениться или выйти замуж, вы решаете стать неотъемлемой частью мира другого человека. Это означает среди прочего проявлять интерес к личным целям вашего партнера и делать все возможное, чтобы иметь доброжелательные отношения с его или ее родной семьей. Вместе с тем это совсем не то, что чувствовать себя вынужденным делать все вместе. Если вы верите в этот миф, вы, скорее всего, обнаружите, что вы или ваш супруг чувствуете себя запертыми в отношениях как в клетке. Некоторые брачные отношения требуют большего единения, другие — большей независимости. Весь фокус в том, чтобы найти баланс между единением и независимостью, который работал бы на вас. Миф 6: Цель супружества состоит в том, чтобы оба партнера получили именно то, что они хотят В прошлом люди вступали в брак по экономической необходимости и для того, чтобы иметь детей. Сейчас некоторые считают, что брак — это способ достичь самореализации и личного удовлетворения. Люди часто жалуются в браке, что больше не счастливы с супругом и не чувствуют удовлетворения. Эти жалобы являются результатом раздутых и ошибочных ожиданий. Вы можете обнаружить признаки того, что этот миф мешает вашему браку; одним из них может быть следующая фраза: «Если бы ты любил/любила меня, ты бы мог/могла … : • проводить больше времени с моей семьей; • чаще заниматься со мной любовью; • поехать в отпуск, куда я хочу; • не критиковать меня так сильно; • выполнять больше дел по дому». Метасообщение здесь: «Ты не любишь меня, пока не сделаешь именно то, что я хочу». Существует также обратная сторона этого мифа, которая проявляется, когда один партнер требует, чтобы другой принял их любовь на веру, даже если его слова и действия передают противоположное послание. Каждый из нас имеет право хотеть исполнения своих желаний, но мы должны быть реалистами. Даже в самых лучших браках супруг и отношения не могут обеспечить максимум удовлетворения. Остальное должно прийти из других источников, таких как карьера, семья, хобби, или, что еще важнее — изнутри. По материалам статьи «6 Marriage Myths Debunked» familytoday

«Kill him!/Убей его!» — моральные ценности с переводом

Полиглоты отмечают изменения в своем поведении при переходе с одного языка на другой: проявляется мягкость или напористость, флегматичность или желание действовать. С чем это связано? Ученые задались вопросом: что происходит с внутренними установками и моральными убеждениями, когда мы разговариваем на иностранном языке? Наши суждения, мысли и представления о мире, являющиеся фундаментом понимания о том, что «правильно» и «неверно», начинают закладываться в семье с раннего детства и продолжают меняться и формироваться в зависимости от социальных норм общества, в котором мы живем. Влияние на эти установки указывают близкие, учителя, друзья, литература и фильмы. А какую роль во всей этой системе играет язык общения? В 2014 году Альберт Коста провел любопытный эксперимент, известный как «проблема вагонетки» («trolley problem»). Идея такого мысленного опыта в этике была предложена английским философом Филиппой Фут еще в 1967 г. Представим, что вагонетка несется по рельсам, к которым привязаны пять человек, а вы стоите на мосту над ними. Чтобы спасти их, есть два варианта развития событий: нажать на переключатель, который перенаправит вагонетку на безопасный путь, но там будет сбит один человек, или сбросить под колеса того, кто стоит рядом с вами, и остановить ее. Большинство респондентов даже мысленно не готовы предпринять активные действия и своими руками убить человека. Они выбирают пожертвовать тем, кто стоит на рельсах — нажимают переключатель. На второй вариант соглашаются крайне неохотно, несмотря на то, что результат одинаковый — смерть одного человека, — пути совершенно разные. Коста и его коллеги в своих исследованиях пошли дальше. Они предложили волонтерам сделать выбор, описав ситуацию на языке, который они изучали как иностранный. При этом количество людей, готовых столкнуть человека с поезда кардинально возросло. Группа для исследования была составлена таким образом, что для половины респондентов родным был английский язык, другая часть с детства общалась на испанском. При этом в обеих категориях процент согласившихся пойти на крайние меры возрастал с 20% до 50% при общении на иностранном для них языке. Т.е. значение имеет не сам язык — английский или испанский, — на котором предлагалось сделать выбор, а является ли он родным или нет. Группа ученых под руководством Джанет Джипель провела иное исследование, также подтверждающее изменение моральных суждений при общении на неродном языке. Большинство людей находят морально предосудительными, например, интимные отношения между кровными родственниками или приготовление к обеду мяса из умершего домашнего питомца. Те, кто читал рассказы на родном языке, очень бурно осуждали и выражали негативное отношение к героям историй в отличие от тех, кто читал эти сюжеты на иностранном языке (английском или итальянском). Почему так меняется восприятие и наше отношение к одним и тем же действиям и ситуациям в зависимости от языка, на котором они произносятся? Все зависит от степени владения иностранным языком, а значит, и от способа «восприятия» информации. Родной язык мы понимаем на интуитивном, эмоциональном уровне, а иностранный требует осознанного и рационального анализа и обдумывания, позволяет абстрагироваться от чувств и оценить наибольшее благо для большинства людей. Но этот алгоритм действует только в том случае, если иностранный язык был изучен уже в сознательном возрасте без длительного погружения в языковую среду в обществе его носителей. Дети изучают иностранный язык совершенно иначе — интуитивно, без инструкций и правил. Это как катание на велосипеде: многократное повторение, опыт проб и ошибок формируют мышечную память и позволяют на подсознательном уровне закрепить новый навык. Соответственно, полиглоты, свободно владеющие с детства иностранными языками, с меньшей вероятностью покажут какие-либо изменения в своих моральных ценностях при переходе с одного языка общения на другой. Все потому, что существует две разные системы познания, у каждой из которых — свой собственный нейронный аппарат: мыслительная система, включающая знания, которые можно привнести в сознание и облечь в слова, и более скрытая рефлексивная составляющая. Две эти структуры постоянно соперничают между собой, а значит, и моральные принципы будут направляться либо инстинктами, либо логическими рассуждениями. Это подтверждается еще одним исследованием о взаимосвязи языка, на котором общается человек, с его опытом и памятью. Людям легче вспомнить детали того или иного события, если они будут описаны на языке, на котором они общались в тот момент. Язык или языки нашего детства также связаны с яркими переживаниями и эмоциями — гневом, страданием, удовольствием, радостью или печалью. Это было доказано исследовательской командой под руководством Кэтрин Харрис. У группы испытуемых контролировали висцеральные реакции при произнесении нейтральных («тумбочка», «шкаф»), запрещенных («дерьмо») слов или выговоров и претензий («Как вам не стыдно!», «Что ты себе позволяешь?!») на их родном турецком и изученном во взрослом возрасте английском языках. Повышение уровня адреналина увеличивает электрическую проводимость кожи, что говорит об эмоциональном возбуждении человека. Самые яркие кожные реакции были зафиксированы при произнесении запретных слов и выговоров на родном языке. Добровольцы практически не реагировали на эти фразы на английском языке, зато турецкие выражения вызывали всплеск адреналина и возврат к детским воспоминаниям и переживаниям. Что дает еще одно подтверждение того, что язык эмоционально окрашивает наши моральные суждения. Насколько крепки наши понятия «хорошо» и «плохо» на интуитивном уровне? Куда приведут эмоции, когда логика окажется бессильна? В каком случае победит холодный расчет? Куда повернет наш моральный компас в той или иной ситуации, предсказать очень сложно, и это зависит многих факторов, неизвестных даже нам самим. Стоит надеяться, что фундамент нравственных принципов не даст трещину в самый неподходящий момент и поможет найти решение «по совести» на любом языке.

Почему чем мы старше, тем меньше любим все новое

По подсчетам приматолога и нейробиолога Роберта Сапольски, к тридцати пяти годам большинство из нас перестает воспринимать новую музыку, а к тридцати девяти уже не хочется пробовать необычную еду. Публикуем главу из сборника его эссе «Кто мы такие? Гены, наше тело, общество», в которой он объясняет, почему с возрастом нас все больше пугает все новое. Как я ни старался не обращать на него внимания, мой помощник действовал мне на нервы. Получив диплом, Пол решил пару лет поработать, прежде чем идти в магистратуру по английской литературе. Нет, работал он отлично. Но его музыкальные вкусы... Он горбился над компьютером, а из магнитофона несся очередной кошмар, который сейчас слушают двадцатилетние. Но это еще ничего; пока можно было научно доказать, что его музыка хуже той, которую слушало мое поколение, он имел полное право слушать исключительно эту дрянь. Раздражало то, что он не просто так слушал ее. Несколько часов Sonic Youth — а потом вдруг поздний Бетховен. А потом живой концерт кантри. Музыка у него менялась каждый раз. Григорианские песнопения, Шостакович, Джон Колтрейн, хиты джазовых оркестров, Има Сумак, арии Пуччини, охотничьи песни пигмеев, Филип Гласс, классика клезмера. Он тратил свои первые зарплаты на методичное исследование новых видов музыки, внимательно прослушивал их, составляя собственное мнение: некоторые вещи ему совсем не нравились, но он наслаждался процессом. И так он вел себя во всем. Он носил бороду и длинные волосы, потом однажды раз — и сбрил все дочиста. «Я подумал, интересно будет примерить такую внешность на какое-то время, посмотреть, повлияет ли это на то, как люди со мной взаимодействуют». В свободное время он мог провести выходные на кинофестивале индийских мюзиклов, просто ради нового опыта. Он углублялся в Мелвилла, потом в Чосера, затем следовали современные венгерские реалисты. Он был раздражающе непредвзятым, открытым всему новому. Это даже не раздражало. Это угнетало, поскольку заставляло обратить внимание на мою собственную зашоренность. Я все время слушаю музыку, но не помню, когда в последний раз слушал нового исполнителя. Например, я люблю всего Малера, но слушаю все те же две любимые симфонии. Регги — вечно одна и та же кассета лучших песен Боба Марли. А если я иду ужинать в ресторан, то все чаще заказываю одно и то же любимое блюдо. Как так вышло? С каких пор мне стало так важно иметь устойчивую знакомую почву под ногами? Когда я успел превратиться в одного из тех, кто покупает сборники «Лучших песен», которые рекламируют по телевизору среди ночи? Для многих это стало бы поводом для самокопания и болезненного принятия истины на пути к личностному росту. Будучи ученым, я схитрил и решил вместо этого изучить предмет. Облачившись в белый халат и вооружившись микроскопом, я принялся названивать по телефону. Я хотел выяснить, есть ли четко выраженные периоды созревания, когда складываются наши культурные вкусы, мы открыты новому опыту и даже тянемся к нему ради него самого. А главное, я хотел понять, есть ли определенный возраст, в котором эти окна открытости ко всему новому захлопываются. За дверью кабинета звучал диск Вагнера на укулеле. Я размышлял. Когда складываются наши музыкальные вкусы, когда мы перестаем воспринимать новую музыку? Мы с моими ассистентами стали обзванивать радиостанции, специализирующиеся на музыке определенного периода — современный рок, 70-е в духе «Лестницы в небо», дувоп 50-х и так далее. Мы задавали руководителям радиостанций одни и те же вопросы: «Когда появилась основная часть музыки, которую вы крутите? А какой средний возраст ваших слушателей?» После сорока с лишним звонков по всей стране выявилась очевидная закономерность. Не слишком много семнадцатилетних слушает сестер Эндрюс, редко в каком доме престарелых играет Rage Against the Machine, а фанаты шестидесяминутных опусов Джеймса Тейлора переходят на джинсы свободного покроя. А если сформулировать точнее, то, объединив данные, полученные по ответам на эти два вопроса, мы получим достаточно надежные показатели, сколько лет было среднему любителю музыки определенного периода, когда он услышал эту музыку впервые. Мы обнаружили, что большинству людей было двадцать или меньше лет, когда они впервые услышали музыку, которую решили слушать всю оставшуюся жизнь. Учитывая меру изменчивости данных, мы выяснили, что если в момент появления новой популярной музыки вам больше тридцати пяти лет, то с вероятностью более 95% вы ее слушать не станете. Окно закрылось. Взбудораженный этими данными, я обратился к чувственной сфере еды. В каком возрасте люди наиболее открыты к новой пище? Психологи давно изучают вкусовую новизну на лабораторных животных, пытаясь разобраться, как те выбирают еду, возмещают нехватку питательных веществ и избегают ядов. Об этом приходилось задумываться и зоологам — специалистам по дикой природе: из-за деградации среды обитания некоторые дикие популяции вынуждены переселяться в новые экосистемы. Антрополог Ширли Страм изучала стаю диких павианов в Кении после того, как земледельцы вытеснили несчастных с их территории, и наблюдала, как животные выясняют, какие растения в изменившихся условиях пригодны в пищу. Лабораторные и полевые исследования показывают одно и то же: животные обычно держатся подальше от новой еды, а когда они достаточно голодны, чтобы попробовать что-то новое, молодые более склонны к экспериментам: они чаще открывают для себя что-то новое и готовы менять свое поведение, видя, что кто-то другой это сделал. Так ли это работает у людей? Используя тот же подход временных окон, что с радиостанциями, я решил обратиться к еде, которая, по общим американским стандартам, была достаточно странной и вошла в обиход сравнительно недавно. Пицца? Бейглы? Не годится, слишком широко распространены. Переход от кантонских овощных рагу к острым сычуаньским блюдам в китайских ресторанах? Отнюдь не очевидная точка перехода. Решили, что подходит суши. Кусочки сырой рыбы с хреном и цветами из овощей, наверное, до сих пор отталкивают сельских любителей доброго жаркого. Вернувшись к телефонам, мы с ассистентами стали обзванивать суши-бары по всему Среднему Западу, от Омахи и Небраски до Миннесоты. Когда в вашем городе появилось суши? Какого возраста ваши средние клиенты, исключая азиатов? Весть о том, что биолог из Стэнфордского университета собирает информацию для исследования, вызвала почти физическое оцепенение у клиентов некоторых таких ресторанов. А в Блумингтоне, штат Индиана, мы наткнулись на грязные разборки о том, какой из двух суши-баров открылся первым. Но, в общем, спустя пятьдесят ресторанов мы выявили закономерность. Когда суши появилось в городе, среднему посетителю суши-бара (за исключением азиатов) было двадцать восемь или меньше лет, а если вам на тот момент было больше тридцати девяти, то с вероятностью более 95% вы к ним никогда не притронетесь. Захлопнулось еще одно окно. Это подстегнуло меня, и я решил изучить еще одну категорию. Я живу недалеко от улицы Хейт в Сан-Франциско, в районе, где человек, достигший сорока с чем-то лет, понимает, сколько окон новизны захлопнулось у него в голове. Благодаря этой близости я смутно осознавал, что стандарты эпатажной моды слегка изменились с тех пор, как мы надевали в школу джинсы в знак бунта против родителей. Наверняка к этой области тоже можно применить подход временных окон. Татуировки не соответствуют требованиям этого исследования, поскольку они на модной арене уже давно, меняется лишь их содержание. Проколотые уши у мужчин утратили свой символический смысл — они распространились настолько, что носить серьгу мог бы даже Дик Чейни и его избиратели глазом бы не моргнули. Скоро я добрался до штанг в языке и колец в пупке и гениталиях. Я укрылся в кабинете и предоставил обзвон салонов ассистенту: «Когда вы впервые стали оказывать эти услуги в своем городе? Сколько лет вашему среднему клиенту?» Удивительно, но на такие расспросы от биологического факультета Стэнфорда не приподнялась ни одна бровь, с пирсингом или без. Похоже, чтобы удивить хозяев этих салонов, нужно постараться как следует. Кто бы мог подумать? После проработки тридцати пяти пунктов у нас был ясный ответ. Среднему носителю гвоздей в языке было восемнадцать или меньше лет, когда в моду вошел этот деконструкционистский герменевтический жест (или что это такое). А если вы в то время были старше двадцати трех, то с вероятностью более 95% не стали прокалывать язык — скорее могли сделать прическу, как у Дженнифер Энистон. У нас были крупные научные открытия. По крайней мере для одной модной новинки окно восприимчивости, по сути, закрывалось к двадцати трем годам; для популярной музыки оно закрывалось к тридцати пяти; для необычной еды — к тридцати девяти. Вскоре я обнаружил, что, разумеется, в своем исследовании изобрел велосипед: эти закономерности были уже хорошо известны. Одна из них — типичная молодость творческого процесса. Некоторые области деятельности — например, математика — строятся на творческих прорывах вундеркиндов. Та же схема, пусть и не так ярко, проявляется и в других творческих профессиях. Подсчитайте количество мелодий в год для композитора, стихотворений для поэта, новых результатов для ученого, и в среднем после пика в относительно молодом возрасте начинается спад. Эти исследования также показывают, что великие творческие умы со временем не только все менее способны создавать что-то новое, но снижается и их восприимчивость к новинкам внешнего мира, как мы это наблюдали на примере суши-бара. Вспомните, как Эйнштейн вел арьергардный бой против квантовой механики. А невероятно успешный клеточный биолог Альфред Мински войдет в историю науки как последний крупный авторитет в своей области, отрицавший представление о ДНК как о молекуле наследственности. Как заметил физик Макс Планк, состоявшиеся поколения ученых не принимают новых теорий, вместо этого они умирают. Иногда закрытость ума проявляют стареющие революционеры, отвергая то, что должно было стать логическим продолжением их революции. Скажем, Мартин Лютер провел свои последние годы, помогая подавлять крестьянские восстания, вдохновленные освободительным влиянием его идей. Это проявление устойчивой тенденции. По мере старения в большинстве своем мы — будь то пожилой ученый, отмахивающийся от заблудших учеников, или загородный житель, который по дороге с работы домой крутит в автомобиле ручку радио, пытаясь поймать знакомую мелодию, — становимся все менее открытыми к чему-то новому. О чем это может говорить? Будучи нейробиологом, вначале я попытался разобраться в этих данных с точки зрения науки о мозге. То, как ученые раньше представляли себе старение мозга, могло бы легко объяснить эту закономерность. В старой модели, если вы подросток, ваш мозг в отличном состоянии, он создает новые связи между нейронами и с каждым днем работает все лучше. Потом в какой-то момент (может быть, буквально утром вашего двадцатого дня рождения) что-то происходит — и вы начинаете терять нейроны (10000 в день, как мы все усвоили). Это неизбежный аспект нормального старения, к сорока годам ваша нервная система приближается к нервной системе креветки. В этой модели пустыня из мертвых нейронов включает области мозга, задействованные в поиске новизны. Но у этой схемы есть крупные недостатки. Во-первых, 10000 мертвых нейронов в день — это миф: старение мозга не вызывает обширной потери нейронов. Стареющий мозг может даже создавать новые нейроны и связи. Тем не менее стареющий мозг действительно терпит чистые убытки в связности нейронов. Возможно, это имеет отношение к тому, почему по мере старения нам сложнее впитывать новую информацию и применять ее по-новому, в то время как способность вспоминать факты и применять их привычным образом остается невредимой. Но это не объясняет, почему снижается привлекательность новизны. Не думаю, что многие выбирают старый добрый стейк только потому, что не могут понять, почему в суши сырая рыба. И последний изъян нейробиологических рассуждений: никакого «центра новизны» в мозге не существует, как нет зон моды, музыки и еды, стареющих с разной скоростью. Так что нейробиология здесь не очень помогает. Я обратился к психологии. Психолог Дин Кит Саймонтон в важнейшем исследовании показал, что у великих умов творческая результативность и способность воспринимать новое от других имеет особенности: спад определяется не столько возрастом человека, сколько тем, как долго он работает в одной сфере. Ученые, меняющие предмет исследования, похоже, регенерируют свою открытость. Это не хронологический возраст, а «предметный». Сюда можно отнести разные случаи. Возможно, ученый меняет сферу деятельности, мыслит теми же штампами, как в свою бытность физиком-теоретиком, но теперь, когда он занимается современным танцем, это кажется свежим и новым. Это было бы не так интересно. Вероятно, смена дисциплины действительно стимулирует ум к частичному возвращению юношеской открытости к новому. Нейробиолог Мэриэн Даймонд показала, что один из самых верных способов заставить нейроны взрослого создавать новые связи — это поместить организм в стимулирующую среду. Может быть, дело в этом. Альтернативное объяснение находит поддержку в недавних работах Саймонтона: то, что действительно губит интерес к новому у стареющего ученого, — это ужасное состояние... собственного величия. Новые открытия по определению ниспровергают устоявшиеся представления интеллектуальных элит. Таким образом, седовласые знаменитости становятся реакционерами из-за того, что по-настоящему новое открытие, скорее всего, вышибет имена их самих и их приятелей из учебников: от новизны они теряют больше всех. «Большинству людей было двадцать или меньше лет, когда они впервые услышали музыку, которую решили слушать всю оставшуюся жизнь» Тем временем психолог Джудит Рич Харрис рассмотрела этот вопрос в контексте переоценки людьми групп, в которые они входят, и очернению внешних групп. Группы «своих» нередко задаются возрастом: например, в традиционных культурах по возрасту определяется класс воинов, а в западных школах согласно возрасту обучают детей. Так что, когда вам пятнадцать, главное желание у вас и ваших друзей — дать понять как можно яснее, что вы не имеете ничего общего с возрастными группами, которые были до вас, поэтому вы хватаетесь за любое культурное безобразие, состряпанное вашим поколением. Спустя четверть века та же поколенческая идентичность заставляет вас стоять на своем: «С чего это я буду слушать эту новую дрянь? Когда мы громили Гитлера/слушали Айка/занимались сексом на Вудстоке, наша музыка отлично нам подходила». Люди готовы умереть за групповые различия. Так что они безусловно захотят слушать плохую музыку из солидарности со своей группой. Работа Саймонтона предлагает первые объяснения, почему, скажем, Иоганн Штраус отстаивал перед Арнольдом Шенбергом новую тогда мысль, что вальсировать всю ночь — приятно. А размышления Харрис могут помочь понять, почему поколение, повзрослевшее, вальсируя под Штрауса, не вернется к Шенбергу. Но как биолог я упорно возвращаюсь к факту, что мы, люди, здесь не одиноки и ни величие, ни групповая идентификация не говорят нам достаточно, чтобы понять, почему старые звери не хотят пробовать новую еду. Где-то посреди этих раздумий меня осенило: а что, если я задаю не тот вопрос? Может быть, вопрос не в том, почему по мере старения мы пренебрегаем новым. Может быть, наоборот, надо спрашивать — почему по мере старения мы тоскуем по тому, что нам хорошо знакомо? Трейси Киддер прекрасно запечатлела это в книге «Старые друзья» (Old friends): пациент дома престарелых говорит о забывчивом соседе: «Слушая воспоминания Лу первые два раза, умираешь от скуки. Но когда слушаешь их много раз, они становятся старыми друзьями. Они успокаивают». В определенный период детства малыши с ума сходят по повторению: они радуются, что освоили правила. Может быть, удовольствие на другом конце жизни состоит в осознании, что правила по-прежнему существуют и мы тоже. Если познание в старости требует повторов, то, вероятно, это гуманная причуда эволюции — успокаивать нас этой повторяемостью. Когда умирал Игорь Стравинский, он снова и снова стучал своим кольцом по металлической спинке больничной койки, каждый раз пугая жену. В конце концов она, в легком раздражении, спросила, зачем он это делает, если знает, что она все еще рядом. «Но я хочу знать, что я все еще существую», — ответил он. Может быть, повторяемость и покой движения по знакомой, неизменной территории — это наш стук по спинке койки. Все ученые теперь должны сказать: «Очевидно, нужно больше исследований». Но насколько важна наша глухота к новому? Было бы здорово разобраться, как поддерживать наиболее плодотворные творческие умы в форме. Это что, большая общественная проблема, если слишком мало восьмидесятилетних с проколотыми языками едят сырого угря? Разве это преступление, если я так и продолжу слушать ту кассету Боба Марли? Есть даже свои преимущества для некоторых социальных групп в том, чтобы иметь пожилых людей в качестве защитников и архивариусов прошлого, вместо того чтобы пичкать стариков новинками. Физиолог Джаред Даймонд утверждал, что кроманьонцы отчасти обязаны своим успехом тому, что они жили на 50% дольше неандертальцев: при какой-нибудь редкой экологической катастрофе у них было на 50% больше шансов, что кто-то достаточно старый вспомнит, как это было в прошлый раз и как они с этим справились. Может быть, в моей старости саранча уничтожит запасы еды в университете, и я спасу молодняк своими воспоминаниями о том, какие из растений за общежитием съедобны (с сопутствующей лекцией о том, что регги уже совсем не тот). Но если я на минутку прекращу научные изыскания и просто задумаюсь о некоторых вещах, это все слегка удручает. Остерегаясь всего нового, сужая угол зрения и предпочитая однообразие, мы обедняем себя. Поразительно, но открытие, что к сорока годам вас уже окунули в бронзу и поставили на каминную полку, что уже существуют общественные институты вроде «старых добрых» радиостанций, доказывает: вы уже не там, где культура. Если там есть яркий, богатый новый мир, он не должен принадлежать одним только двадцатилетним, исследующим его ради исследования как такового. Что бы ни отталкивало нас от нового, я думаю, стоит хотя бы немного с ним побороться, даже если придется иногда отложить Боба Марли. Но есть и другой, еще более важный вывод. Когда я вижу, как мои лучшие студенты взбудоражены общественными проблемами, когда я вижу, что они готовы ехать на край земли, чтобы проповедовать прокаженным в Конго, или на край города, чтобы учить какого-то ребенка читать, я вспоминаю: быть такими когда-то было намного проще. Открытый ум необходим для открытого сердца. [...] Всю эту главу я рассуждал о том, что обычно люди с возрастом закрываются от нового, но, конечно, есть яркие исключения. Историк науки Фрэнк Саллоуэй проделал удивительную работу, изучая их. Более восприимчивы к интеллектуальным переворотам похоже те, что рождены в семье не первыми, имеют сложные отношения с родителями (особенно с отцами — среди подавляющего большинства мужчин-ученых, которых он изучал), воспитываются в семье с общественно-прогрессивными взглядами, много сталкиваются в молодости с другими культурами. Эти идеи изложены в его невероятно провокационной книге «Рожденные бунтовать» (Born To Rebel, New York: Random House, 1998). Главным бонусом публикации этой статьи стало открытие ярких исключений из закономерностей старения. Множество восьмидесятилетних нашли минутку перед уроком дельтапланеризма, чтобы написать мне имейл о том, насколько они не соответствуют схеме, которую я описал. Это прекрасно.

Тайная жизнь Оноре де Бальзака

«Я не глубок, — однажды заметил Оноре де Бальзак, — зато очень обширен». Неизвестно, к чему относилась эта остроумная фраза: к его внешности или к размаху его литературных трудов (или и к тому и к другому). Бальзак, несомненно, был одним из самых толстых великих писателей в мире. При росте всего 160 сантиметров его огромная туша громоздилась на двух тоненьких ножках. Он был известен непомерным, прямо-таки гаргантюанским аппетитом, эксцентричными нарядами и неприличным поведением. Сохранились свидетельства, что однажды, обедая в парижском ресторане, он съел дюжину бараньих котлет, утку с репой, палтуса, двух куропаток и больше сотни устриц. А завершением обеда стал десерт из двенадцати груш и всяческие сладости, фрукты и напитки. Его манера вести себя за столом вызывала отвращение. Он ел прямо с ножа, а когда жевал — кусочки пищи разлетались изо рта во все стороны. Ничего странного, что многие считали его туповатым, лишенным вкуса хамом. Рожденный в крестьянской семье, Оноре Бальса изменил свою фамилию и добавил к ней аристократическую частичку «де», чтобы его считали дворянином. Но, что бы современники ни думали о манерах Бальзака, вряд ли кто взялся бы оспаривать его звание одного из величайших писателей мира. Вышедший из-под его пера многотомный цикл «Человеческая комедия» стал продуктом длительного пристального наблюдения за самыми разными слоями постнаполеоновского французского общества. Однако создание этого цикла не было главной целью его жизни. Изначально Бальзак видел себя автором трагедий. Однако жизнь обошлась с его пьесой про Оливера Кромвеля не менее сурово, чем сам диктатор Кромвель обходился с английским народом. Один профессор, прочитавший пьесу, заявил матери Бальзака, что ее сын может выбрать себе любое поприще, кроме разве что литературного. Впрочем, Бальзака это не отпугнуло. Он попробовал себя в массовой литературе, выпустив в 1822 году сразу пять романов. Книги эти не были выдающимися, как и псевдонимы, под которыми он их написал. Один из них, «лорд Р’Оон» (Lord R’Hoone), был просто немудреной анаграммой его имени (Нопогё). Отдельного упоминания заслуживает упорство Бальзака. Каждый день он уделял письму по пятнадцать часов, работая в монашеской робе и поддерживая силы бесчисленными чашками кофе. (Единственным стимулятором, к которому Бальзак не прибегал, был табак — писатель считал, что табак вызывает слабость.) Материал для своих романов Бальзак собирал на всевозможных встречах, приемах и вечерах — иногда одного случайно подслушанного диалога было достаточно, чтобы образовалась почва для очередного романа. За двадцать лет Бальзак написал девяносто семь произведений общим объемом более одиннадцати тысяч страниц. Некоторые из них были весьма пикантны, на грани порнографии. Другие — на грани безумия. Возьмем, например, роман «Серафита», главный персонаж которого — ангел-гермафродит, который учит юную пару мистическим наукам где-то среди норвежских фьордов. Личная жизнь Бальзака была чуть менее странной, хотя и не менее пикантной. Он был близок с сотнями женщин, что, учитывая его нищенский вид и пренебрежение правилами гигиены, можно считать удивительным достижением. Все заработанные деньги Бальзак тут же спускал. Он был убежден, что должен жить на широкую ногу, как аристократ, и даже его скромные доходы не могли этому помешать. В результате Бальзак постоянно был в долгах как в шелках. Потом он встретил польскую дворянку, купавшуюся в деньгах, — как раз то, в чем он нуждался. Но, даже подпав под обаяние его гения, она понимала, что расточительность Бальзака ставит ее состояние под угрозу. Она вышла за писателя замуж всего за несколько месяцев до его смерти, когда пошатнувшееся здоровье сделало Бальзака безобидным и достойным жалости. Вернувшись после свадьбы в свой парижский дом, Бальзак обнаружил, что его слуга, много лет служивший ему верой и правдой, за время отсутствия хозяина сошел с ума. «Это предзнаменование! — вскричал писатель. — Я уже никогда не покину этот дом живым». И он не ошибся. Всего через несколько месяцев его сердце, ослабленное склонностью к перееданию и годами лишений, отказало. Под конец жизни Бальзак, похоже, погрузился в мир своих творений. В предсмертных словах: «Позовите Бьяншона... только он мог бы меня спасти», — писатель упоминает свое литературное альтер эго, врача из «Человеческой комедии». Кофейный маньяк Что же подпитывало необычайные писательские подвиги Бальзака? Да то же самое, что помогает миллионам наших соотечественников проснуться и обрести необходимый для работы заряд бодрости: старый добрый кофе. Правда, у Бальзака любовь к этому напитку переросла в настоящую манию: он выпивал до пятидесяти чашек крепкого турецкого черного кофе в день. В эпоху, когда не было сетевых кофеен и кофейных автоматов, раздобыть такое количество напитка было непросто. Когда не было возможности сварить кофе, Бальзак просто размалывал горстку зерен и забрасывал прямо в рот. «Кофе играет в моей жизни значительную роль, — признавал Бальзак. — Масштабы его воздействия на меня прямо-таки эпические». Впрочем, и побочные эффекты тоже. Потребление крепкого кофе в неумеренных количествах вызывало у писателя боли в желудке, повышало давление и в конце концов привело к расширению сердца. Передозировка кофеина на фоне общей тяги к излишествам привела писателя к смерти, а ведь ему не было еще и пятидесяти двух. Глаз даю! Кофе был не единственным любимым напитком Бальзака, знавшего толк и в хорошем чае. Один из его излюбленных сортов попал к нему из рук российского консула, а тот в свою очередь получил его от царя, принявшего чай в дар от китайского императора. Дорогие экзотические листья были собраны под контролем императора и привезены в Россию караваном. В Китае об этом чае ходили легенды. Считалось, что любой отведавший его ослепнет. Неудивительно, что Бальзак берег драгоценный напиток для самых близких своих друзей. Его старинному приятелю Лоран-Жану доводилось пить этот необыкновенный чай неоднократно, и каждый раз он повторял: «Снова я рискую глазом, но — черт побери! — оно того стоит!» Не за того приняли Как смог убедиться один из сотрапезников Бальзака, гения от безумца отделяет всего лишь тоненькая грань. Великий немецкий ученый и естествоиспытатель Александр фон Гумбольдт однажды попросил своего приятеля-психиатра познакомить его с настоящим сумасшедшим. Доктор устроил ужин, на который были приглашены один из его пациентов, Гумбольдт и Бальзак. Бальзак, видевший Гумбольдта в первый раз, явился, как обычно, в небрежном и растрепанном виде и во время еды непрестанно что-то бормотал. Когда беседа за столом сошла на нет, Гумбольдт наклонился к своему другу и поблагодарил его за то, что тот привел столь занимательный экземпляр. Только тут психиатр раскрыл карты: «Да нет же, безумен вон тот, — сообщил он Гумбольдту. — А человек, на которого вы смотрите, это мсье Оноре де Бальзак!» Покуривая гашиш Однажды в компании поэта Шарля Бодлера Бальзак решил попробовать гашиш, все по науке, под присмотром знакомого врача-психиатра. Дело происходило в роскошном поместье XVII века, окна которого выходили на Сену. Но результат оказался не столь прекрасен, как окружающие виды. Бальзак остался недоволен эффектом наркотика, не вызвавшего у него в голове «небесных голосов», появления которых он так ждал. Писатель был разочарован: гашиш так и не свел его с ума. Голодающий гений Хотя Бальзак и выдавал себя за дворянина, он был близко знаком с нищетой. В самые бедные свои годы он обитал в жалкой лачуге без отопления и мебели. Великий писатель не терял мужества и восполнял недостатки интерьера силой своего воображения. Он просто взял и написал на голых стенах названия предметов, которые хотел бы видеть в своем доме. На одной стене он нацарапал: «Обшивка панелями из красного дерева и комод». На другой: «Гобелен и венецианское зеркало». А над пустым холодным очагом: «Картина Рафаэля». Жалкий приют Бальзака располагался на последнем этаже дома в одном из самых неблагополучных районов Парижа. Для человека с его уровнем запросов такие условия должны были казаться особенно ужасными. Бальзак был настолько беден, что его обычный обед состоял из черствого рогалика, который он размачивал в стакане воды. Один парижский книгопродавец решил не заказывать новый роман Бальзака, увидев, в какой дыре тот обитает. Известен случай, когда к Бальзаку под покровом темноты пробрался воришка и взломал замок на ящике письменного стола. Проснувшись, Бальзак только посмеялся: «Что толку искать ночью в столе деньги, — сказал он, — если законный владелец и днем не может их там найти!» Драгоценная субстанция На тему удержания в организме определенных жидкостей... Бальзак признавался своим друзьям, что, занимаясь сексом, он предпочитает не доводить дело до семяизвержения, поскольку боится растратить творческую энергию. «Всякие там шуры-муры и любовные игры, предшествующие эякуляции, — это, конечно, хорошо, — передавал слова Бальзака один из его приятелей. — Вот только до эякуляции доводить не надо». Бальзак считал сперму выбросом чистейшей мозговой субстанции, таким образом, фильтрация ее через член и последующая утрата означали для него потерю возможного акта творения«. Сам Бальзак как-то раз, беседуя с одной из своих многочисленных любовниц сразу после оргазма, воскликнул: «Сегодня утром я лишился романа!» Из книги Р. Шнакенберга «Тайная жизнь великих писателей»

Годзилла против Конга: ученый решает, кто действительно победит

После многих лет создания в рамках кинематографической вселенной MonsterVerse (медиафраншиза, основанная на серии фильмов о двух существах) Годзилла и Конг собираются снова встретиться и сразиться. По секрету расскажем и даже некоторых огорчим, но Годзилла и Конг ненастоящие, и животных, похожих на этих обитателей MonsterVerse, не существует и никогда не было. Они даже теоретически не смогли бы появиться. Версия Годзиллы в фильме «Годзилла против Конга» 2021 года составляет 177 метров в длину и весит более 90000 тонн. Конг же имеет высоту 103 метра и весит более 50000 тонн. Наземные животные такого размера просто невозможны. Они не смогли бы выдержать свой вес, а также не смогли бы перекачивать кровь по телу, посылать нервные импульсы с эффективной скоростью или предотвращать смертельное повышение температуры тела. Именно по этим причинам самые большие наземные животные из когда-либо существовавших — динозавры-зауроподы (или ящероногие) юрского и мелового периодов — достигли максимальной массы около 100 тонн. Более того, эти гиганты были четвероногими, что позволяло поддерживать свой вес четырьмя столбчатыми конечностями. Предельная масса для двуногих животных составляет 20 тонн и меньше. Но оставив в стороне эти пустяковые вопросы биологической реальности, давайте предаваться забавным предположениям и зададим ключевой вопрос нашего времени: кто победит? И можем ли мы использовать науку, чтобы выяснить это? Палеонтолог Даррен Нейш поможет с этим разобраться. Красный угол: Годзилла Его не зря называют королем монстров. Во-первых, он покрыт броней, его внешний вид напоминает ящериц, таких как комодский варан, и динозавров, таких как анкилозавр. У обоих есть костные пластины, встроенные в кожу. Пластины анкилозавра имели кевларовую структуру перекрещивающихся волокон, которая препятствовала бы проникновению зубов. Годзилла также защищен спинными пластинами с остроконечными краями, достаточно прочными, чтобы прорезать металл. Атаки сверху или попытки поймать его в ловушку не сработают — противник будет разорван в клочья. Размер Годзиллы, конические зубы и массивные челюсти предполагают феноменальный укус. Строгие испытания силы укуса не проводились на Годзилле, но он мог генерировать силы в десятки или сотни раз большие, чем рассчитанные для Tи-Рекса. Это около 57000 ньютонов и более 900 килограммов на квадратный сантиметр. Этого достаточно, чтобы разорвать части тела и сломать кости. Годзилле вряд ли нужно использовать свои челюсти, поскольку его массивный зазубренный хвост служит дальнобойным оружием. Из предыдущих сражений мы знаем, что хвост Годзиллы можно использовать как дубинку. Увеличивая масштаб работы, проделанной над вооруженными хвостами динозавров, мы примерно предположим, что хвост Годзиллы может ударить с астрономической силой более 22 миллионов ньютонов, что эквивалентно более чем 2000 тоннам массы. А хвост Годзиллы более 100 метров в длину, поэтому к нему трудно подойти без риска получить удар. Абсолютное оружие Годзиллы дает ему значительное преимущество: он радиоактивен и поражает врагов пучком атомного дыхания, температура которого превышает 500000°C. Таких способностей в реальном мире не существует. Ближайшим аналогом, пожалуй, является спрей сверхгорячей жидкости, производимый жуками-бомбардирами, выпускаемый при температуре около 100°C. Это губительно для животных такого же размера. Синий угол: Конг Тот факт, что Конг похож на гигантскую гориллу, позволяет сделать некоторые оценки его способностей. Однако следует предостеречь, что надежные данные о силе реальных обезьян, как известно, трудно получить, и многие знакомые всем утверждения (например, о том, что гориллы в 10 раз сильнее людей) являются предположениями, основанными на историях, а не результатом тщательного осмотра и изучения. Имея это в виду, все же можно сказать, что Конг феноменально силен. Мы видим, как он поднимает предметы, которые по крайней мере такие же тяжелые, как и он сам, а также наносит мощные удары руками. Удар или даже пощечина его рукой имели бы силу, измеряемую в миллионах ньютонов, а тот факт, что его руки имеют длину более 70 метров, делает его чрезвычайно опасным вблизи. А также он быстр и подвижен, умеет прыгать и бегать. Не стоит забывать, что у Конга есть мощный укус. Сила укуса гориллы — около 91 килограмма на квадратный сантиметр. Учитывая значительно больший размер Конга, его сила укуса, возможно, в 100 раз больше. Несмотря на всю эту грубую силу и мощь, самым большим преимуществом Конга является его интеллект. Как примат и особенно большая обезьяна, он способен планировать наперед, изменять свое поведение и в большей степени анализировать незнакомые ситуации, что нетипично для животных. Подобно обезьянам из реального мира, он почти наверняка обладает «теорией разума»: способностью определять намерения и точки зрения других. Это может оказаться решающим в предвидении боевых действий Годзиллы и даже дать Конгу преимущество. Интеллект Конга также отражается в том факте, что он использует подручные средства и даже производит орудия. Мы знаем из фильма «Конг: Остров черепа», что он может делать дубинки из деревьев и даже использовать созданные людьми предметы, такие как цепи и пропеллеры, для победы над врагом. Вердикт: Годзилла побеждает Очевидно, что Годзилла и Конг обладают значительными сильными сторонами, каждая из которых способна предоставить им выигрышный ход в случае драки. Мы не можем сбрасывать со счетов возможность того, что Конг удачно нанесет удар по врагу или воспользуется своим умом, чтобы заманить Годзиллу в какую-то ловушку, или бросит самодельное оружие на значительное расстояние. Но рептилия с ядерной силовой установкой, покрытая панцирем, с атомным дыханием и чрезвычайно мускулистым зазубренным хвостом длиной более 100 метров — это практически непобедимый противник. Независимо от того, насколько вы сильны или хороши в использовании оружия, вам грозит опасность быть зажаренным или забитым до смерти хвостом, даже когда вы находитесь на значительном расстоянии от врага. По материалам статьи «Godzilla vs. Kong: A scientist decides who would really win» Science Focus

Жизненные и модные уроки дизайнера Альбера Эльбаза

Люди, которые интересуются модой и хорошо разбираются в ней, наверняка знают Альбера Эльбаза, марокканско-израильского дизайнера. Однажды британская журналистка и модный критик Сьюзи Менкес назвала его любимчиком каждой женщины, и была права, ведь именно Эльбаз смело игнорирует тренды ради девушек — его главного вдохновения. Но главной победой дизайнера стало возрождение французского модного дома Lanvin, где он работал креативным директором на протяжении 14 лет. Немного из биографии дизайнера Свое сотрудничество с Lanvin Альбер Эльбаз начал в 2001 году, в момент своего кризиса. Перед этим его уволили из Yves Saint Laurent, и дизайнер очень тяжело переживал свой уход. Путешествуя по миру, он пытался понять, действительно ли мода — его призвание, или нужно все бросить и пойти учиться в медицинский колледж. Предложение о должности креативного директора Lanvin буквально возродило Альбера из пепла как феникса: «Я был так счастлив, когда занял этот пост, ведь думал, что уже никогда не смогу найти себя». Старейший французский дом и марокканско-израильский дизайнер стали идеальной парой: Lanvin заставил Эльбаза поверить в свой талант, а дизайнер, в свою очередь, превратил бренд в одну из жемчужин модной индустрии. Его постоянными клиентами стали Кейт Мосс, Линда Евангелиста, Натали Портман, Тильда Суинтон. Дизайнер часто советовал звездам, какой именно наряд подобрать для красной дорожки, и они всегда полагались на его современный взгляд. Когда в интервью Альбера спрашивали, не хочет ли он сменить должность, мужчина неизменно отвечал: «Я счастливо женат на доме Lanvin. А когда ты счастлив в браке, зачем искать другого партнера?» Однако ничто не вечно. В 2015 году Эльбаз вынужден был уйти из модного дома по вине акционера компании, тайваньской предпринимательницы Шоу-Лан Вонг, с которой у дизайнера были натянутые отношения. Даже Жак Ланг, бывший министр культуры Франции, негативно высказался по поводу увольнения «одного из национальных сокровищ». Он заявил, что его «очень огорчает и злит, что обрезали крылья такому исключительному таланту». Несмотря на драматичный финал, Lanvin и Альбер Эльбаз очень много дали друг другу за 14 лет сотрудничества. В частности, проявились главные отличительные черты нарядов, которые создавал дизайнер: мерцание, воланы, банты, рюши, драпировка. Также он придал современный вид оборке и по-новому взглянул на сияющие элементы, которые являются его слабостью. Альбер всегда говорил, что готов игнорировать тренды ради женщин — его главного вдохновения: «Я хочу, чтобы девушки в моих нарядах жили полноценно — могли съесть десерт или сесть за руль. Когда женщина надевает красное шифоновое платье, она не должна задумываться, модно это или нет. Она должна видеть свое отражение в зеркале и чувствовать себя прекрасно. Точка.» Предлагаем вашему вниманию еще несколько советов и высказываний дизайнера, которые помогут всегда чувствовать себя красиво и уверенно. Жизнь — это брать и давать Моя мама была художником, но когда папа умер, ей пришлось бросить творчество и пойти работать в ресторан кассиром. У нее ничего не получалось, и тогда кузина постаралась объяснить маме, что в ее работе нет ничего сложного: нужно только брать и отдавать. Вот так и в жизни. Нельзя только брать у людей, и только давать тоже нельзя. Нужно выстроить крепкий мост между этими двумя действиями. Я дизайнер моды и моя прямая обязанность — давать женщинам не столько красивую одежду, сколько комфорт, красоту, высокую самооценку. И у всего, что я даю, нет побочных эффектов. А у девушек я беру уважение, дружбу, преданность и любовь. Как видите, все по правилам жизни. Скука — это простор для творчества Как бы сильно человек ни любил свое ремесло, иногда ему нужно брать паузу, чтобы отдохнуть, подумать, помечтать и заново влюбиться в то, чем он занимается. Так было со мной. Мне кажется, что в часы, когда я ничем не занимался и скучал, я смог по-настоящему познать себя. Приведу пример: чтобы стать прекрасным цветком, семени понадобятся солнце и вода, но сначала ему нужно будет поглубже зарыться в землю. Индивидуальность важнее всего Когда я придумываю новый дизайн, я прежде всего представляю, как женщина будет выглядеть в платье, а не платье на женщине. Мода не должна стирать индивидуальность, скорее — дарить комфорт и уверенность, чтобы девушки становились сильными и самодостаточными. Согласитесь, красиво и модно одеваться, но быть идиотом — неправильно и не сексуально. Для меня самыми сексуальными являются умные, интеллигентные люди, которые при любых обстоятельствах остаются собой. Сегодня многие стараются скрыть возраст, похудеть, чтобы носить брюки размера S. А я в восторге от полных людей, люблю седые волосы и морщины. Людей можно сравнить с цветами: одни еще только распускаются, и я считаю это прекрасным, а другие увядают, и мне кажется это еще более удивительным. Я нахожу красоту в любом возрасте и думаю, что это правильно. Чтобы чему-то научиться, нужно поделиться знаниями Последние несколько лет я пытался найти новое увлечение: занимался йогой, но оказался слишком неповоротливым, пробовал силовые упражнения, но тренер сказал, что мой ум атлетичен, а тело нет, загорал на пляже, так как лодки показались мне слишком неустойчивыми. А потом решил, что должен объездить весь мир со своими мастер-классами. В этот период я познакомился с огромным количеством молодых людей, которые научили меня правильному питанию и заставили по-другому взглянуть на мир, предлагая потрясающие идеи. Окружайте себя хорошими людьми Рядом со мной никогда не было и не будет плохих людей, ведь они блокируют мою работу. Если вы творческий человек — актер, музыкант, художник, архитектор, — обязательно обеспечьте себе свободу, иначе вы не сможете совершать ошибки. А ведь именно из оплошностей рождаются лучшие идеи и изобретения. Мне нужно, чтобы в такие моменты рядом находились близкие люди, которые с пониманием относятся к моим странностям. Например, если я подойду к ним с идеей сделать шоу про птиц, они точно поймут, что я имею в виду, и не станут осуждать. Будьте «большими» и будьте «маленькими» Моя мама всегда говорила эту фразу. Изначально мне казалось, что она имеет в виду следующее: я должен быть и худым, и не худым. Но все оказалось совсем не так: «Пусть тебя будет много в твоей работе и любимом деле, но в обычной жизни будь скромнее и проще», — объяснила мама. В детстве у меня почти ничего не было, но сейчас я осознаю, что этого было более чем достаточно. Ведь так я научился ценить то, что по-настоящему важно: семью, друзей, чувства, отношения, искренность. Общайтесь с людьми, которые не похожи на вас До пандемии я много путешествовал по миру и заводил новые знакомства. А поездка в Пало-Альто в Калифорнии и вовсе изменила меня. Там я встретил изобретателей и инженеров, с которыми мне было очень легко общаться. Они говорили о красоте, интуиции, эмоциях и других очень близких мне вещах. Раньше мне казалось, что у меня нет ничего общего с представителями технических профессий. Но мои новые знакомые заставили пересмотреть некоторые взгляды. Прислушивайтесь к себе и своей интуиции После Первой мировой войны французская культура поднялась на невиданные ранее высоты. Этот временной отрезок получил название les années folles, что в переводе означает «сумасшедшие годы». Тогда в Париже поселилась Жозефина Бейкер, которая сделала джаз невероятно популярным. В отличие от многих других музыкальных направлений, в джазе важен диалог, он во многом интуитивен. В своей работе я тоже стараюсь прислушиваться к себе, а не ориентироваться на окружающие факторы. Мы живем уже не в «сумасшедшие» годы, а в «умное» время, ведь осознали, что не способны контролировать природу. Мы — ее часть.

Птицы используют огромные магнитные карты для миграции

Ежегодно миллиарды певчих птиц преодолевают тысячи миль между Европой и Африкой, чтобы свить гнезда в том единственном месте, которое они выбрали во время своего первого путешествия. Удивительная точность навигации, демонстрируемая этими крошечными птицами, до недавнего времени оставалась неразрешимой загадкой. Они в одиночку путешествуют над бурными морями, бескрайними пустынями, в экстремальных погодных условиях и температурах. Известно, что птицы, которых значительно смещает с маршрута ветер, способны проложить другой маршрут при условии, что это не первая их миграция. Это говорит о том, что навигационные способности птиц, определенное количество которых основано на интуитивном движении по компасу, позволяют находить дорогу не только в знакомые места, но и в те, которые они никогда не посещали ранее. Новое исследование, в котором участвовали евразийские камышовки, показало, что птицы пользуются магнитной картой, которая работает по принципу человеческой системы координат. Удивительно, но ученые выяснили, что эти птицы способны распознавать магнитные поля, расположенные в незнакомых для них местах. Это позволяет предположить, что некоторые птицы обладают «глобальной системой GPS», которая помогает им без труда добираться до любой точки Земли. Давно известно, что взрослые птицы разрабатывают своего рода навигационную карту, которая помогает им мигрировать. До сих пор не до конца понятно, как именно они это делают. Ученые рассматривают несколько возможных предметов ориентировки: запахи, инфразвук и даже изменения силы тяжести. Однако накопленные многолетние данные говорят о том, что магнитное поле Земли является наиболее вероятным вариантом. Предполагается, что различные параметры магнитного поля нашей планеты образовывают сетку, по которой птицы следуют в направлениях север — юг и восток — запад. Это потому, что напряженность магнитного поля и магнитное наклонение (угол, образованный между силовыми линиями магнитного поля и поверхностью Земли, также называемый углом «падения») идут приблизительно с севера на юг. Магнитное склонение (разница между направлением на северный магнитный полюс и географическим северным полюсом) составляет ось восток-запад. Несмотря на то, что почти все ученые согласны с тем, что птицы используют магнитные поля, пока еще неизвестно, какой именно сенсорный аппарат они применяют для обнаружения поля. Известно, что и другие животные могут ощущать магнитные поля, например, черепахи, однако тоже не до конца понятно, как они это делают. В любом случае, если птицы знают, что магнитная напряженность увеличивается по мере продвижения на север, они должны быть в состоянии определить свое положение на оси север-юг, где бы они ни находились. Точно так же, если они испытывают увеличение значения склонения, то они должны понимать, что находятся на востоке. Таким образом, теория предполагает, что они понимают свое положение на глобальной сетке, поэтому и могут скорректировать свою навигацию. Это значит, что птицы ориентируются по системе, аналогичной нашим декартовым координатам, которые лежат в основе современной GPS-навигации. Если эта теория координат верна, птицы используют свои знания о параметрах магнитного поля для оценки своего местоположения в любом месте на Земле — путем экстраполяции или расширения своих правил навигации. И как было сказано ранее, до недавнего времени у этой теории не было убедительных доказательств. Однако новое исследование дает нам такие доказательства на примере евразийских камышовок. Чтобы доказать теорию координат, была использована техника под названием «виртуальное смещение». Птиц поместили в небольшую клетку под названием воронка Эмлена, чтобы определить их ориентационное поведение. Когда птица пытается вылететь из клетки, она оставляет царапины в том направлении, в котором пытается лететь. Это направление совпадает с тем, согласно которому эти птицы мигрируют в дикой природе. Чтобы проверить, прокладывают ли птицы свой маршрут в соответствии с магнитными полями, ученые поместили воронки Эмлена внутрь «катушки Гельмгольца» — устройства, которое позволяет изменять характер магнитного поля в непосредственной близости от птицы. При этом птица оставалась в неподвижном положении, и никакие другие переменные не изменялись, за исключением магнитного поля — оно было смещено к северо-востоку от нормального диапазона. Место было выбрано неслучайно, оно находилось далеко за пределами известных этим птицам координат. Таким образом, они могли бы определить свое местоположение на основе окружающего магнитного поля и с учетом смещения изменили бы свой маршрут. И они действительно это сделали, выбрав «правильный» маршрут на основе искусственно созданного магнитного поля. Хоть эта система актуальна для камышовок и других перелетных птиц, нельзя утверждать, что это единственная навигационная система. Многие из них точно пользуются обонятельными сигналами, например, морские птицы или домашние голуби. Пока непонятно, по какому принципу они выбирают навигационную систему. Хоть мы и приблизились к разгадке тайны навигации птиц, до сих пор непонятно, как они ощущают магнитное поле. Было высказано предположение, что они делают это с помощью светочувствительной молекулы криптохром или через сенсорные клетки, содержащие частицы магнитного оксида железа, но ни одна из этих гипотез пока не доказана. Тем не менее, поведенческие данные подчеркивают важное значение магнитного поля Земли, ведь оно помогает некоторым птицам ежегодно совершать немыслимые путешествия. По материалам статьи «Birds use massive magnetic maps to migrate – and some could cover the whole world» The Conversation