Провокационные вопросы для самого себя

Многим из нас время от времени нужна хорошая встряска для того, чтобы вырвать себя из полуавтоматического рутинного состояния. Список приведенных ниже провокационных вопросов отрезвляет и позволяет посмотреть на свою жизнь с разных углов, стать немного осознаннее, понять что важно, где скрыты возможности и многое другое. Единственно правильных ответов на них нет, да и не на все можно ответить сразу. Но даже сам поиск поможет познать себя и свои потребности, задуматься о том, что зачастую остается вне поля зрения. Что люди скажут на ваших похоронах? И кто будет на них присутствовать? Какие ваши привычки стоят между вами и счастьем? Вы стоите перед вратами рая, вас спрашивают: «Почему вас надо впустить?». Как вы ответите? Если вы потеряете сегодня все, как будете действовать? К каким людям обратитесь за помощью? Как изменятся ваши поступки и привычки? Есть ли люди, которые значат для вас очень много? Когда вы в последний раз говорили им об этом? Что бы вы изменили в своей жизни, если бы знали, что никогда не заболеете и не умрете? У вас есть миллион долларов, но сегодня последний день вашей жизни. Что вы сделаете? Как бы вы описали себя в пяти словах? Каковы шансы, что вы уже упустили нечто важное, о чем будете сожалеть все оставшуюся жизнь? Какие выводы можно было бы сделать из этого? Если бы вы могли сейчас гарантированно обладать тремя навыками, какими бы они были? А главное — почему? Если бы вы могли гарантированно избавиться от трех привычек, то каких? Чем они мешают вам сегодня и почему до сих пор от них не избавились? Если бы вы могли пережить три момента из прошлого, то какие? Что в них особенного? Если бы вы умели находить подход и влиять на каждого в мире человека, как бы выглядел ваш путь успеха? Чего бы достигли и каким образом? Какая первая мысль приходит вам в голову при столкновении с очень сложной проблемой или неудачей? Считаете ли вы, что ваша злость, раздражение и гнев — это только ваша вина? Сколько у вас было хобби пять лет назад и сколько есть сейчас? Если есть разница, то в чем причина? Каковы три главные события вашей жизни? Вы приняли три ключевых решения и теперь живете совершенно иначе, чем могли. Почему вы так поступили и довольны ли выбором? Чем вы занимались, когда последний раз были так увлечены, что потеряли ощущение времени? Пытаетесь ли вы время от времени искать ответы на возникающие вопросы о своей жизни или просто отпускаете их? Почему вы, будучи с утра мотивированными, к вечеру теряете мотивацию? И наоборот, что именно вы делали, когда утром совершенно ничего не хотели, а к вечеру были полны энтузиазма? Если бы вас посетила карма, то она бы помогла или наказала вас? За что именно и какими способами? Что вы должны себе? Что вы должны своей семье и друзьям? Когда вы думаете о будущем — оно пугает или воодушевляет вас? Как вы считаете: нужно сначала помочь самому себе или человеку, который нуждается в помощи? И в каких именно случаях? Что делает вас особенным? Скольких людей вы по-настоящему любите? Что делаете для них и как часто? Опишите самое лучшее приключение в своей жизни. Где бы вы хотели жить? Почему до сих пор туда не переехали? Вы больше верите в логику или творческое мышление? Кем вы восторгаетесь и почему? Если бы вы узнали, когда и как умрете, как бы изменилась ваша жизнь сейчас? Что такое честь? Имеет ли она для вас значение? Что лучше: десять лет жить с прекрасным здоровьем или тридцать лет с посредственным? Если бы вы, начиная с этого момента, не тратили время попусту, чего бы вы достигли? Какие сферы своей жизни вы контролируете? Чаще всего вы прибываете в зоне комфорта или вне ее? Вы считаете себя героем или злодеем? Каких ученых вы считаете злодеями и почему? Философ Вольтер призывал судить о человеке по тем вопросам, которые он задает. Это хороший и правильный совет, потому что благодаря этому можно многое узнать: от умения докапываться до сути вещей до личных приоритетов. Учитесь задавать правильные вопросы, в том числе себе самому — это тоже своего рода искусство. Постоянно спрашивайте себя о том, почему что-то произошло и как решить ту или иную проблему.

Милый мультфильм о нелегкой работе Купидона

Здесь нужна точность и предельная концентрация внимания. Особенно для Купидона, который получает приказы свыше соединить две судьбы и всё, что ему нужно сделать — это метко выстрелить и попасть в двух счастливчиков во избежание сломанных судеб, неразделенной любви, любовных треугольников или… одноугольников. Кажется, Купидон часто отвлекается на бабочек.

Нехорошая картина

«Венера перед зеркалом» занимает в творчестве Веласкеса совершенно особое место: это единственная его картина с явно эротическим подтекстом. Никогда – ни до, ни после – Веласкес подобного рода работ не писал. Обнажённая натура изредка появлялась в его картинах на мифологическую тему, до которой, впрочем, он был не большим охотником. Церковь и Священная Инквизиция относились к жанру ню неодобрительно (кстати, тесть Веласкеса Франсиско Пачеко занимал в этом влиятельном учреждении должность цензора живописи). Если и были у Веласкеса картины, воспевавшие красоту линий женского тела, то ни одна не дожила до наших дней. Кроме «Венеры перед зеркалом». На ложе, покрытом черными и белыми шелковыми простынями, спиной к зрителю лежит пленительнейшая женщина с тёмными волосами, стянутыми на затылке в простой греческий узел. Она подпирает голову правой рукой и смотрится в зеркало в черной деревянной раме, которое держит крылатый амур. Известно, что ранее и сама картина была вставлена в чёрную раму – это создавало интригующий эффект удвоения. Особенный интерес, разумеется, вызывает личность модели, с которой художник мог писать «Венеру перед зеркалом». Но Веласкес предусмотрительно делает отражение лица героини едва намеченным, загадочно размытым. По-видимому, он хотел, чтобы никто не раскрыл её инкогнито. Лишь в 1983-м году достоянием широкой публики стал документ, согласно которому во время пребывания Веласкеса в Италии (примерно 1649-1651) у него была внебрачная связь, от которой родится сын Антонио. Мальчик появился на свет, когда Веласкес уже покинет Италию навсегда и вернётся в Испанию, а его матерью, предположительно, была итальянская художница Фламиния Трива (Flaminia Triva). Многие считают, что именно её красоту Веласкес воспел в картине «Венера с зеркалом». Слава у картины сложилась нехорошая. За ней тянулся длинный и тёмный шлейф слухов. Она много раз переходила из рук в руки. Рассказывали, что одним из первых владельцев картины Веласкеса стал некий мадридский купец. Как только он приобрёл «Венеру», коммерческая удача оставила его: товары, переправляемые морем, частично затонули, частично были расхищены пиратами. Чтобы компенсировать убытки, владелец перепродал картину другому торговцу, но и ему она не принесла счастья. Вскоре все его торговые помещения выгорели дотла от удара молнии. Очередным обладателем «Венеры» стал ростовщик. Говорили, что не минуло и трёх дней после приобретения картины, как с ним случилось непоправимое: его сначала ограбили, а потом прирезали разбойники. Конечно, история это давняя – всё-таки середина XVII века! – и уже не подлежит научной верификации, зато о дальнейших приключениях «Венеры с зеркалом» мы знаем более точно. В конце XVIII века она попала к герцогине Каэтане Альбе – той, которая сама стала моделью для картин Гойи «Обнажённая Маха» и «Маха одетая». Вместе с ними обеими картина Веласкеса висела в будуаре герцогини до самой её смерти. Потом «Венеру» купил Мануэль Годой – испанский премьер-министр и фаворит королевы Марии-Луизы (её Гойя тоже писал, а один из этюдов Гойи – с обнажённой натурщицей и зеркалом – подозрительно напоминает о работе Веласкеса). В 1906-м картину приобрела Лондонская национальная галерея. Казалось бы – вот она, тихая гавань, которую «Венера» обрела после длительных странствий. Но и здесь покой ей только снился. 10 марта 1914-го года суфражистка Мэри Ричардсон, боровшаяся за избирательные права женщин путём швыряния камней в стёкла британского парламента, придумала новую акцию. Она сумела пронести в галерею мясной нож и яростно вспорола нежную плоть Венеры. Мэри отсидит несколько лет в тюрьме и напишет о своём акте вандализма книгу, а «Венеру» Веласкеса удастся благополучно реставрировать. В Лондонской национальной галерее она находится и сейчас. Автор: Анна Вчерашняя

«Жить со скоростью ребенка»

Дорога до садика у нас занимает 30 минут. Дорога от садика до дома — час-полтора. Маршрут тот же самый, но вот скорость… Вперед мы летим со скоростью мамы. Занятой, спешащей, планирующей, оптимизирующей. Бегом. Нет времени на отвлечения, развлечения, разговоры. Даже на разговоры. Потому что для того, чтобы не просто услышать голос ребенка в утренней суете шумного города, а разобрать, что именно сказал ребенок, нужно присесть, наклониться до его уровня, прислушаться. А это снижение скорости, потеря рабочего времени. Я крепко держу его за руку, потому что один он пойдет гораздо медленнее. И мы летим. Сашка привык к маминой скорости, привык молчком, без капризов добегать до садика. Но он знает, что у нас всё по-честному, и обратно мы пойдем уже со скоростью Сашки. Со скоростью Сашки – это значит разглядывая бабочек над одуванчиками, муравьев, атакующих гусеницу на тротуаре. Замечая поганки, неожиданно выросшие на городском газоне. Пиная опавшие и уже подгнившие яблочки. Скатывая в худого грязного снеговика первый снег. Разглядывая редкие марки машин на парковках и многое другое, что способен заметить ребенок, которого никуда не тащит за руку мама. Однажды, придя за Сашкой в садик, я застала его в песочнице. Он восторженно продемонстрировал мне большой камень, держа его двумя руками. – Мама, представляешь, мы копали, копали и нашли клад! Смотри, какое сокровище мы вырыли! Я оценивающе взвешиваю находку в руках. Кажется, больше килограмма… – Какой здоровенный! Долго выкапывали? – Да! Ваще так долго! Сашка с бесценным трофеем в руках бодро зашагал в сторону воспитательницы отпрашиваться. – Вы что этот булыжник домой потащите? – недоуменно поинтересовалась она. – Да, конечно. Как же иначе? Не каждый день клады находятся. А потом Сашка находит палку. Мимо такой палки нормальный мальчик не пройдет. Длинная, толстая, удобно ложится в руку. Вот ведь дилемма. Камень слишком большой, чтобы нести его одной рукой. А если нести камень двумя руками, то нечем держать палку. Сашка пристраивает камень у обочины и измеряет палкой глубину лужи. Потом стучит палкой по металлической изгороди. Потом несколько минут прыгает, опираясь на палку. Кладет палку, берет камень. Лицо задумчивое. Как будто прислушивается к внутренним ощущениям. Наигрался ли он с палкой? Готов ли расстаться с ней? Не готов. Вертит камень, пристраивает его куда-то подмышку, придерживая предплечьем. Когда Сашка наклоняется за палкой, камень падает. Через несколько попыток Сашке все-таки удается взять в руки и камень, и палку. Правда, палка лежит на неуклюже растопыренных локтях, готовая в любой момент соскользнуть в сторону. Я удерживаю себя от соблазна помочь ребенку и понести камень. Это его решение, его выбор, его ноша. Пусть учится не взваливать на себя больше, чем может унести. Я лишь поддерживаю палку, когда мы переходим через дорогу, чтобы упавшая палка не создала сложную дорожную ситуацию. Упавшую палку Сашка всенепременно захочет поднять, а с камнем в руках это не так просто осуществить… А после перекрестка начинается правильный поребрик. У правильного поребрика ширина в ширину стопы. Правильный поребрик отделяет тротуар не от проезжей части, а от газона, а значит, по нему безопасно ходить. Правильный поребрик соблазнительно возвышается над уровнем тротуара. Следующие 200 метров нашего маршрута до дома Сашка всегда проходит по поребрику. И не только Сашка. Я тоже с детства люблю ходить по правильным поребрикам. Когда ты идешь по поребрику за своим ребенком, гораздо легче двигаться с его скоростью. А потом Сашка замечает голубей. Они купаются в фонтане у ресторана. Сашка опускает на землю камень с палкой. И иронично замечает: «Строители думали, что строят фонтан, а получилась ванна для голубей!» И тут же восторженно: «Смотри, эти голуби такие смешные!» Пытаюсь понять, что смешного Сашка увидел в тех голубях. «Смешные голуби» — это подросшие птенцы. Чуть меньше взрослых птиц, более суетливые, с тощими шеями. Объясняю Сашке, что это уже не птенцы, но еще не взрослые птицы. «А! Я понял! Они как Арсений!» — гениально подметил Сашка. Ну да, птицы-подростки. И я с удовольствием отмечаю наличие аналогии в Сашкином мышлении. Мы приносим домой трофеи: булыжник и палку. Дорога до дома в этот раз заняла один час сорок минут. Но это ценное время, которое я прожила со скоростью ребенка. Жить со скоростью ребенка – значит успевать замечать цвет неба, запахи улиц и собственные эмоции. Успевать удивляться и радоваться простым вещам. Успевать осознавать, что Жизнь прекрасна. Автор: Анна Быкова

«Хочу и буду»: Высоцкий отвечает на вопросы анкеты

Высоцкий говорил о себе, своих мыслях и чувствах емко, кратко, весомо, следуя чеховскому правилу: краткость — сестра таланта. Таким получилось и интервью с ним, которое было помещено в стенгазете самодеятельного клуба любителей авторской песни «Менестрель». Интервью было датировано 28 июня 1970 года и впервые было обнародовано в газете «Советская Россия» спустя семнадцать лет — 14 июня 1987 года. Имя, отчество, фамилия: Владимир Семенович Высоцкий. Профессия: Актер. Самый любимый писатель: М. Булгаков. Самый любимый поэт: Ахмадулина. Самый любимый актер: М. Яншин. Самая любимая актриса: 3. Славина. Любимый театр, спектакль: Театр на Таганке, «Живой». Любимый фильм, кинорежиссер: «Огни большого города», Чаплин. Любимый скульптор, скульптура: Роден, «Мыслитель». Любимый художник, картина: Куинджи, «Лунный свет». Любимый композитор, музыкальное произведение, песня: Шопен, «12-й. этюд», песня «Вставай, страна огромная». Страна, к которой относишься с симпатией: Россия, Польша, Франция. Идеал мужчины: Марлон Брандо. Идеал женщины: Секрет все-таки. Человек, которого ты ненавидишь: Их мало, но список значительный. Самый дорогой для тебя человек: Сейчас — не знаю. Самая замечательная историческая личность: Ленин, Гарибальди. Историческая личность, внушающая тебе отвращение: Гитлер и иже с ним. Самый выдающийся человек современности: Не знаю таких. Кто твой друг: В. Золотухин. За что ты его любишь? Если знать, за что, то это уже не любовь, а хорошее отношение. Что такое, по-твоему, дружба? Когда можно сказать человеку все, даже самое отвратительное о себе. Черты, характерные для твоего друга: Терпимость, мудрость, ненавязчивость. Любимые черты в характере человека: Одержимость, отдача (не только на добрые дела). Отвратительные качества человека: Глупость, серость, гнусь. Твои отличительные черты: Разберутся друзья. Чего тебе недостает? Времени. Каким человеком считаешь себя? Разным. За что ты любишь жизнь? Какую? Любимый цвет, цветок, запах, звук: Белый, гвоздика, запах выгоревших волос, звук колокола. Чего хочешь добиться в жизни? Чтобы помнили, чтобы везде пускали. Что бы ты подарил любимому человеку, если бы был всемогущ? Еще одну жизнь. Какое событие стало бы для тебя самым радостным? Премьера «Гамлета». А какое трагедией? Потеря голоса. Чему последний раз радовался? Хорошему настроению. Что последний раз огорчило? Всё. Любимый афоризм, изречение: «Разберемся». В. Высоцкий. Только для тебя характерное выражение: Разберемся. Что бы сделал в первую очередь, если бы стал обладателем миллиона рублей? Устроил бы банкет. Твое увлечение: Стихи, зажигалки. Любимое место в любимом городе: Самотека, Москва. Любимая футбольная команда: Нет. Твоя мечта: О лучшей жизни. Ты счастлив? Иногда — да. Почему? Просто так. Хочешь ли ты быть великим и почему? Хочу и буду. Почему? Но уж это, знаете!..

Как знания о разных культурах сотрясают основы психологии

Нам кажется, что законы психологии универсальны. Тем не менее, исследования показывают, что разные культуры порождают разные стили мышления, разное отношение к себе и своей роли в обществе и даже разные синдромы. Психология как академическая дисциплина преимущественно формировалась в Северной Америке и Европе. Многие уверены, что этому знанию удалось пройти удивительный путь в постижении людских мотивов и особенностей поведения, которые долгое время мыслились в качестве универсальных. Однако в последнее время некоторые исследователи стали подвергать сомнению этот подход. Да, во многих отношениях мы очень похожи: питание, безопасность, секс — неизменные для нас потребности. Однако культура страны тоже влияет на наши процессы познания, восприятие и индивидуальность. Об этом — статья Николаса Гираерта «Как знания о разных культурах сотрясают основы психологии». Правдоподобны ли результаты психологических тестов? Нередко психологи проводят эксперименты в небольшой группе людей: если население считается однородным, то часто речь идёт о случайной выборке испытуемых. Однако правилен ли такой подход? По статистике, наиболее частотной экспериментальной группой становятся студенты — хотя бы потому, что они, находясь в стенах университета, более доступны для исследования. В итоге, около 90% участников являются представителями WEIRD — западных (western), с высоким уровнем образования (educated), промышленно развитых (industrialised), богатых (rich) демократических (democratic) стран. Так действительно ли можно говорить о «случайной выборке» и «однородности населения»? Маловероятно. Обезьяна, банан и панда, или о стилях мышления Панда, обезьяна, банан: что из перечисленного составляет пару? Респонденты из западных стран обычно вычёркивают банан, потому как панда и обезьяна являются животными: так действует аналитический тип мышления. А опрашиваемые из восточных стран объединяют обезьяну и банан: так работает холистический тип мышления, который воспринимает объект и контекст как единое целое. Классический эксперимент, призванный показать различие культур, предлагает испытуемым из Японии и США просмотреть несколько анимационных роликов. Каждое видео длится не более 20 секунд: в течение этого времени участники любуются на подводный мир — кораллы, рыбок, растения. Когда участников исследования спросили, что им запомнилось больше всего, обе группы в основном называли крупные объекты — больших рыб или скалы. Однако участники из Японии также припомнили детали — например, цвет воды. Это происходит потому, что холистическое мышление фокусируется не только на переднем плане, но и на фоне, уделяя внимание подробностям. Такие эксперименты подтверждают, что восприятие, память, мыслительные процессы действительно зависят от наших культурных особенностей. Любопытно, что эту разницу в самоопределении можно проследить и на уровне мозга. В ходе эксперимента двум группам — американцам и китайцам — было предложено пройти функциональную МРТ. Во время сканирования мозга испытуемым показывали разнообразные определения (раздражительный, любопытный и т. д.), спрашивая, насколько они характеризуют участвующего. Затем были показаны те же определения, но участников уже просили ответить, насколько они описывают их мать. Во время МРТ у американцев было замечено, что реакции в медиальной префронтальной коре, области мозга, отвечающей за представление о себе, различны, когда речь идёт о самом участнике и о его матери. У китайцев же, напротив, разницы в реакциях почти не было: представление о себе практически совпадало с представлением о близком родственнике. Мы все тяжело больны Что является «нормой»? Вопрос риторический, однако долгое время психология пыталась ответить на него, основываясь на той самой WEIRD-выборке. Но ведь то, что в одной культуре признаётся социофобией, в другой может расцениваться как типичное проявление целомудренности и скромности. Существует ряд специфических для каждой культуры синдромов, которые на сегодняшний день уже признаны ВОЗ. Так, люди, страдающие от синдрома коро, при котором возникает панический страх того, что половые органы втянутся и исчезнут, в основном проживают в Азии. В 1967 году в Сингапуре было зафиксировано 454 случаев подобной фобии, а 20 годами позже с этим столкнулись уже в Китае, причём заболевание буквально приняло форму эпидемии: от синдрома пострадало уже 3 000 человек. При этом никаких физических симптомов, сопровождающих мнимое исчезновение органов, врачами обнаружено не было. Жители Средиземноморья подвержены синдрому сглаза, веря в то, что зависть или другие негативные эмоции могут нанести им вред. А Япония считается родиной хикикомори, затворников, стремящихся к максимальной изоляции от общества; по заверению BBC, их уже около миллиона в одной лишь Стране восходящего солнца. Нет сомнений в том, что культура нашей страны оказывает на нас колоссальное воздействие, и эта статья лишь бегло осветила некоторые из примеров такого влияния. Уже сегодня кросскультурная психология преподаётся в университетах по всему миру. Вопрос лишь в том, каким статусом наделит её общая психология: будем ли мы рассматривать её в качестве «приятного дополнения», или же признаем, что она вполне может быть ядром всего психологического знания. Для оформления статьи использованы иллюстрации из книги «Костюмы и жанровые картины XVI века из Западной и Восточной Европы, Востока, Америки и Африки». Источник: Newtonew

Печальная судьба изобретателя велосипеда

Велосипед сегодня — самое распространенное транспортное средство в мире. Легкий и удобный, не требующий топлива, велосипед развивает вполне приличную скорость, обгоняя пешеходов. Велосипедисту не страшны пробки, он может проехать по самой узкой дорожке. И миллиард велосипедистов во всем мире избавил общественный транспорт от перегрузок, шоссе от избытка автомашин. А кто же изобрел велосипед? Велосипед изобрел знаменитый немецкий избретатель барон Карл фон Дрез (1785-1851). Сам ученый называл свое изобретение «беговой машиной», а позднее оно стало известно как «дрезина» или «велосипед». Чтобы на нем передвигаться, нужно было отталкиваться ногами от земли. Педали на нем появились гораздо позже — лишь в 1864 году. Первая поездка на новом средстве передвижения была предпринята Дрезом в 1817 году. Расстояние от Мангейма до Рейнау (около 7 км) он преодолел менее чем за 1 час, передвигаясь со скоростью около 9 миль в час — в то время как конная почта преодолевала этот путь за 4 часа. Судьба барона Карла фон Дреза сложилась печально, хоть началось все вполне благополучно. Он родился в городе Карлсруэ 29 апреля 1785 года в семье баденского верховного судьи Карла Вильгельма Дреза и баронессы Эрнестины Кристины фон Кальтентал. Крестным мальчика стал маркграф Карл Фридрих Баденский. После окончания гимназии Карлсруэ Дрез с 1803 по 1805 годы изучал архитектуру, сельское хозяйство и физику в университете Гейдельберга. В 1808 году Карл фон Дрез поступил на государственную службу лесным инспектором в районе Оффенбург и работал преподавателем в частном лесном институте своего дяди. Через два года благодаря протекции великого герцога он становится главным лесничим Бадена. Однако спустя год Дрез понял, что изобретательская деятельность интересует его гораздо больше, чем охрана лесов, и взял отпуск на неопределенный срок. Первым изобретением барона стала специальная машинка, с помощью которой на нотную бумагу автоматически наносятся одновременно все пять линий. Это изобретение быстро обрело популярность, ведь расчерчивать самостоятельно линии на бумаге — занятие весьма нудное. Его следующим изобретением стали две четырехколесные машины, которые можно было приводить в движение с помощью мускульной силы. Эту новинку фон Дрез представил в Венском конгрессе в 1814 году. Но изобретение вызвало множество замечаний в свой адрес, начиная от медленной скорости, заканчивая сильной тряской при движении. В 1817 году Карл фон Дрез продемонстрировал свое новое и главное изобретение — велосипед, который он сам называл «беговой машиной». Это изобретение поначалу не вызвало восторга, скорее наоборот — у барона появилось много недоброжелателей. Так выглядела «беговая машина», изобретенная бароном. Два колеса, рама, седло между колесами и руль. Конечно, это было несовершенное транспортное средство и, собственно, велосипедом в современном смысле слова он стал тогда, когда появились педали, цепная передача на заднее колесо, надувные шины и тормоза. Позже деревянная рама была заменена металлической. Как-то маркграф увидел своего лесничего верхом на деревянной конструкции, тот отталкивался поочередно ногами и катился по дороге с самым блаженным видом. Приказ об отставке был подписан немедленно. Карл лишился и крова, и денег, и поддержки сильных мира сего. Но благодаря отцу нищета не коснулась изобретателя. Президент Верховного суда очень любил своего сына и относился к его чудачествам с пониманием — чего нельзя сказать о других. Однажды 10-летний наследник маркграфа увидел велосипед и пришел в восторг. Ребенку очень понравилась игрушка, и мальчик упросил отца наградить изобретателя. Карлу Дрезу выдали маленькую премию и ежемесячную зарплату. В 1818 году Дрез получил за свое изобретение почетное звание профессора механики и привилегию великого герцога Баденского (аналог современного патента). Позднее он получил также патент в Пруссии и во Франции. Однако велосипед стал быстро распространяться по миру и без лицензии — уже в 1819 году подобные средства передвижения появились в Англии и в Америке. Спасаясь от неприятностей и недоброжелателей, Дрез отправился в Бразилию, где работал землемером на фазенде Георга Генриха фон Лангсдорфа, однако в 1827 году был вынужден вернуться в Мангейм из-за того, что тяжело заболел отец. Прошло 30 лет и в 1885 году велосипед был запущен в серийное производство, разумеется со всеми дополнениями и усовершенствованиями. Но все эти детали были добавлены к «беговой машине», они ее сделали лучше, совершеннее. И даже название велосипед придумал (фр.vélocipède) французский изобретатель Жозеф Нисефор Ньепс. Но велосипед изобрел Карл Дрез. Это ему пришла в голову идея создать принципиально новое средство передвижения на двух колесах с рамой и рулем. А это основа велосипеда, его неизменная и главная составляющая. В течение десятилетий многие талантливые конструкторы и механики дополняли велосипед необходимыми механизмами. Следует упомянуть основные этапы: — В 1853 г. француз Пьер Мишо запатентовал педальный привод, прикрепленный к переднему колесу. В том числе велосипед обзавелся подпружиненным седлом и тормозом. — Каупер разработал новую конструкцию колеса со спицами. Через год после этого события в Париже фирма «Мейер и Ко» начала производство велосипедов с цепью — так называемым цепным приводом на заднее колесо. — В 1888 году шотландец Джон Бойд Данлоп изобрёл надувные шины из каучука. Они были технически совершеннее, чем запатентованные в 1845 году, и получили широкое распространение. — В 1898 были изобретены педальные тормоза и механизм свободного хода, позволявший не вращать педали, когда велосипед катится сам. В те же годы изобрели и ручные тормоза, но широкое применение они нашли не сразу. В 2005 году по итогам опроса общественного мнения в Великобритании велосипед был признан величайшим изобретением XIX века. За велосипед проголосовало больше опрошенных, чем за все остальные изобретения, вместе взятые. Изобретение велосипеда стоит в одном ряду с изобретением автомобиля. Последним изобретением сына, которое увидел фон Дрез-старший, была пишущая машинка на 16 клавиш. Говорят, эта вещица очень понравилась больному. Но остановить его болезнь не смогла. Он скончался в 1830 году, оставив после себя не столько друзей, сколько многочисленных врагов, которые, естественно, попытались отыграться на сыне. Нервотрепка с различными судами, денежные разборки и прочие неприятности подорвали здоровье фон Дреза-младшего и в 1837 году у него случился инсульт. После выздоровления Карл Дрез поселился в лесу доме у ручья, постепенно приходил в себя и вновь занялся изобретательством. Он решил поставить свой первый велосипед на железнодорожные рельсы, что и удалось. Дрезина навеки обессмертила его имя. Грустно, что у автора изобретения такая печальная судьба... Большую часть жизни Карл Дрез провел в Мангейме (вблизи Карлсруэ). В 1845 году он вернулся в родной город. Неприятности преследовали Карла фон Дреза. В 1849 году барон отрекся от своего дворянского звания и принял имя «Гражданин Карл Дрез» в знак уважения к Французской революции. Это вызвало такую волну ненависти со стороны аристократов, что его лишили той мизерной пенсии, которую он получал прежде. Власти объявили его невменяемым и Карл Дрез умер в абсолютной нищете в городе Краслруэ 10 декабря 1851.

Как сложились судьбы детей шести поэтов Серебряного Века

Поэты Серебряного Века не очень-то любили заводить детей: плохо сочетались высокая поэзия и грязные пелёнки. И всё же некоторые художники слова потомство оставили. И, получается, их детям пришлось расти в непростые времена. Так что и судьбы многим выпали непростые. Сыновья Бориса Пастернака Борис Пастернак женился на художнице Евгении Лурье. В 1923 родился первенец поэта. Сына назвали в честь матери — Евгением, но лицом он был — вылитый отец. Когда Евгению было восемь лет, родители развелись. Для мальчика расставание с отцом стало огромным горем. В 1941 году Евгений как раз закончил школу; вместе с матерью он уехал в эвакуацию в Ташкент, там поступил в физико-математический институт, но проучился, понятное дело, только курс — по достижении совершеннолетия его мобилизовали. После войны Евгений окончил Академию бронетанковых и механизированных войск по специальности инженер-механик и продолжил службу в армии вплоть до 1954 года. Затем устроился преподавателем в Московский энергетический институт и работал там до 1975 года; параллельно защитил диссертацию, став кандидатом технических наук. После смерти отца в 1960 году Евгений посвятил свою жизнь изучению и сохранению его творческого наследия. С 1976 года работал научным сотрудником в Институте мировой литературы. За свою жизнь он издал две сотни публикаций о своём отце и умер уже в наше время, в 2012 году. Леонид — в честь отца Бориса Леонидовича — родился во втором браке поэта, с пианисткой Зинаидой Нейгауз, в 1938 году. Как и брат, он оказался талантлив в точных науках, стал физиком, участвовал в исследованиях Севастьянова и был соавтором многих его работ. Леонида Пастернака вспоминают как эрудированного, с приятными манерами, мягкого человека, который мог читать наизусть огромное количество стихов и делал это очень артистично. Увы, но умер Леонид Борисович, немного не дожил до сорока лет. Дети Игоря Северянина Старшая дочь поэта, Тамара, была зачата в первом браке, неофициальном. Мать Тамары звали Евгенией Гуцан, она покорила Игоря необыкновенным золотистым отливом волос, но прожили они под одной крышей только три недели. Расставшись с Северяниным, Евгения вышла замуж за российского немца. Из-за Первой мировой войны семья, опасаясь преследований, переехала в Берлин. Там Тамару отдали в балетную школу. Впервые свою дочь поэт увидел после революции, когда переехал в Германию. Тамаре было уже шестнадцать, и она оказалась очень похожей на мать. Но ревнивая жена поэта запретила ему общаться с Евгенией и Тамарой, так что особых отношений между ними не сложилось. Тамара стала профессиональной танцовщицей, пережила две мировые войны, во время перестройки приехала в СССР, чтобы передать материалы, касающиеся жизни и творчества её отца. Во втором гражданском браке у поэта тоже родилась дочь по имени Валерия — за четыре года до революции. Назвали малышку в честь друга Игоря, поэта Валерия Брюсова. Когда девочке было пять лет, отец забрал её и тогда уже бывшую жену, её мать, вместе с новой женой в Эстонию. Там он снял на всех полдома. В Эстонии Северянин женился в четвёртый раз, теперь официально, и уехал в Берлин. В Германию он Валерию не взял. Она выросла в Эстонии, всю жизнь проработала в рыболовецком хозяйстве и умерла в 1976 году. В 1918 году в ходе мимолётного романа с сестрой Евгении Гуцан Елизаветой оказался зачат сын. И мальчик, и его мать вскоре умерли в Петрограде от голода. Родила сына и жена-эстонка, Фелисса. Мальчик появился на свет в 1922 году и его назвали Вакхом — в точности как античного бога винопития. В 1944 года Вакх сумел переехать в Швецию, где и умер в 1991 году. Большую часть жизни он не говорил по-русски и совершенно забыл родной язык отца. Сын Анны Ахматовой и Николая Гумилёва Казалось бы, ребёнку двух поэтов суждено тоже стать поэтом. Но сын Ахматовой Лев, родившийся в 1912 году, известен, прежде всего, как философ и востоковед — хотя стихи он писал тоже. Всё детство за Львом присматривала бабушка по отцу — родители были слишком заняты бурной творческой и личной жизнью. После революции они развелись, бабушка оставила поместье и уехала в Бежецк. Там она снимала вместе с родственниками этаж частного дома, но с каждым годом Гумилёвых уплотняли всё больше. С шести до семнадцати лет Лев видел отца и мать, по отдельности, только два раза. В школе у него не складывались отношения с соучениками и учителями из-за дворянского происхождения. Он даже менял школу; по счастью, в новой оценили его литературный талант. Ахматовой очень не нравились юношеские стихи сына, она считала их подражанием отцу. Под влиянием матери Лев на несколько лет бросил сочинять. После школы он пытался поступить в институт в Ленинграде, но у него даже не приняли документы. Зато удалось записаться на курсы коллекторов геологических экспедиций в Бежецке — геологам постоянно не хватало рабочих рук. С тех пор Лев постоянно ездил летом в геологические и археологические экспедиции. Однако дальнейшая жизнь его сложилась трудно. Он отсидел в лагере за антисоветские настроения; на свободе много голодал. В годы войны служил на фронте. Только в 1956 он смог вернуться в науку. Умер Лев Николаевич в 1992 году, прожив долгую, и, несмотря на трудности, очень плодотворную жизнь. Сын Эдуарда Багрицкого Поэт Багрицкий был женат на одной из сестёр Суок. В 1922 году у них родился сын Всеволод. Когда Севе было пятнадцать, его мать приговорили к лагерям за попытку вступиться за арестованного мужа сестры. Ещё раньше он потерял тяжело больного астмой отца. В юности Всеволод учился в театральной студии и писал для «Литературной газеты». К этому же времени относится скандальная история: он опубликовал малоизвестное стихотворение Мандельштама, выдавая его за своё. Всеволода сразу разоблачили Чуковский и мать. Во время войны призывать Багрицкого отказывались — он был очень близорук. Только в 1942 году Всеволод добился отправки на фронт, правда, военным корреспондентом. Уже через месяц он погиб во время задания. Дети Бальмонта Константин Бальмонт был из тех поэтов, которые размножались охотно. Первая жена, Лариса Галерина, родила ему в 1890 году сына Николая. В шесть лет он пережил развод родителей и почти всю оставшуюся жизнь потом провёл с матерью в Санкт-Петербурге. Притом мать его вовсе не посвятила сыну жизнь, она вышла замуж — отчимом Коли Бальмонта стал журналист и писатель Николай Энгельгардт. На младшей сестре Николая Бальмонта женился после развода с Ахматовой Николай Гумилёв. С отчимом у Коли были отличные отношения. После гимназии Бальмонт-младший поступил на китайское отделение факультета восточных языков Петербургского университета, но через год перевелся на отделение русской словесности. Но учёбу Николай закончить не смог. Ещё юношей он начал писать стихи, входил в студенческий поэтический кружок. Своим отцом как поэтом Коля был очарован, и, когда в 1915 году Константин вернулся из Парижа в Санкт-Петербург, на время переехал к нему жить. Зато поэту сын очень не нравился. Отвращение вызывало буквально всё, но более всего, наверное, тот факт, что сын был психически нездоров — страдал шизофренией. В конце 1917 года Бальмонты переехали в Москву. Через три года Константин уехал в Париж с очередной женой и маленькой дочкой Миррой. Николай остался. Некоторое время ему помогала бывшая жена Константина, Екатерина, но в 1924 году молодой поэт умер в больнице от туберкулёза лёгких. От Екатерины Андреевой, переводчицы по профессии, кстати, у Бальмонта-старшего была дочь Нина. Она появилась на свет в 1901 году. Когда Нина была малышкой, поэт посвятил ей сборник стихов «Фейские сказки». Даже после развода родителей связь Константина с дочкой осталась очень сильной и тёплой, они переписывались вплоть до 1932 года. Со своим будущим мужем, художником Львом Бруни, Нина познакомилась в одиннадцать лет. Лев был семью годами старше, так что ни о какой любви сначала речи не шло: болтали, когда он оставался на обед, иногда играли на даче. Но уже через четыре года всё изменилось, Нина ощутимо стала взрослеть, и Лев понял, что хочет на ней жениться. Сразу после окончания Ниной гимназии молодые люди обвенчались. Относительно мужа Константин в письме напутствовал Нину: «твоей внутренней священной самостоятельности ты отдавать не должна никому, ни в каком случае”. Брак оказался счастливым. Бруни женой восхищался всю жизнь, оставил много её портретов. Увы, ранний брак, дети не дали Нине развить ни один из её талантов, которые казались такими многообещающими её отцу. Выходя замуж, Нина не умела вообще ничего делать по дому. Наутро после свадьбы Лев спросил, не приготовит ли она завтрак. Нина радостно согласилась и спросила, чего бы он хотел. Узнав, что яичницу, достала яйца и стала колупать в скорлупе дырочку. Пришлось Льву взять дело в свои руки и долгое время в семье готовил именно он. Потом это стало невозможным — он надолго уезжал на заработки. А Нине, среди ужасов гражданской войны и бескормицы, пришлось учиться — не только печь топить, но делать по дому буквально всё, в том числе ухаживать за скотиной. «Обалдеваю, дохожу до истерики», так определяла своё состояние молодая женщина. Нина родила и подняла несколько детей и, рано овдовев, уже не выходила замуж. Она стала исследовательницей творчества отца, жила долго и даже счастливо, по её же мнению, и умерла в 1989 году. Нина Бруни-Бальмонт стала прообразом главной героини книги «Медея и её дети» писательницы Улицкой. Третьей женой Константина Бальмонта стала студентка математического факультета Сорбонны Елена Цветковская. Она родила в 1907 году дочку Мирру — в честь поэтессы Марии Лохвицкой, которая именно под именем Мирры писала и прославилась. В восемь лет Мирра переехала с родителями в Россию, но ненадолго. После революции она уехала с родителями во Францию. Под псевдонимом «Аглая Гамаюн» писала в молодости стихи, дважды выходила замуж. В шестьдесят два года попала в автомобильную аварию, в результате оказалась парализована и через год умерла от недостаточного ухода. Ещё двух детей, Георгия и Светлану, родила Бальмонту княгиня Дагмар Шаховская. О них практически ничего не известно. Автор: Лилит Мазикина Источник: Культурология

Русские писатели, считавшие Петербург странным и особенным местом

«Есть бесконечность в бесконечности бегущих проспектов с бесконечностью в бесконечность бегущих пересекающихся теней. Весь Петербург — бесконечность проспекта, возведенного в энную степень. За Петербургом же — ничего нет». Андрей Белый, «Петербург» «Это город полусумасшедших... Редко где найдется столько мрачных, резких и странных влияний на душу человека, как в Петербурге...». Ф.М. Достоевский «За этот исторически ничтожный срок своего существования Петербург накопил такое количество текстов, кодов, связей, ассоциаций, такой объем культурной памяти, что по праву может считаться уникальным явлением в мировой цивилизации». Ю. М. Лотман «Объясняйте это как хотите, но в Петербурге есть эта загадка — он действительно влияет на твою душу, формирует её. Человека, там выросшего или, по крайней мере, проведшего там свою молодость, — его с другими людьми, как мне кажется, трудно спутать». Иосиф Бродский Петербург странный город: кажется, будто позавчера только встречался на Невском со знакомым человеком. А он за это время или уже Европу успел объехать и жениться на вдове из Иркутска, или полгода как застрелился, или уже десятый месяц сидит в тюрьме. Аркадий Аверченко, «Черным по белому» «Многие жители Петербурга, проведшие детство в другом климате, подвержены странному влиянию здешнего неба. Какое-то печальное равнодушие, подобное тому, с каким наше северное солнце отворачивается от неблагодарной здешней земли, закрадывается в душу, приводит в оцепенение все жизненные органы. В эту минуту сердце не способно к энтузиазму, ум к размышлению». Михаил Лермонтов, «Герой нашего времени» «С призраком долгие годы здесь бражничал православный народ: род ублюдочный пошел с островов — ни люди, ни тени, — оседая на грани двух друг другу чуждых миров. Андрей Белый. «Петербург» — Петербург — многоликий город. Видите: сегодня у него таинственное и пугающее лицо. В белые ночи он очаровательно воздушен. Это — живой, глубоко чувствующий город. Клим сказал: — Вчера я подумал, что вы не любите его. — Вчера я с ним поссорилась; ссориться — не значит не любить. Максим Горький, «Жизнь Клима Самгина» Есть в Ленинграде жесткие глаза и та для прошлого загадочная немота, тот горько сжатый рот, те обручи на сердце, что, может быть, одни спасли его от смерти. Илья Эренбург Мы, провинциалы, устремляемся в Петербург как-то инстинктивно. Сидим-сидим — и вдруг тронемся. Губернатор сидит и вдруг надумается: толкнусь, мол, нет ли чего подходящего! Прокурор сидит — и тоже надумается: толкнусь-ка, нет ли чего подходящего! Партикулярный человек сидит — и вдруг, словно озаренный, начинает укладываться... Как будто Петербург сам собою, одним своим именем, своими улицами, туманом и слякотью должен что-то разрешить, на что-то пролить свет. Что разрешить? Михаил Салтыков-Щедрин