Вы могли видеть самих себя в своих воспоминаниях

Вспоминать свою жизнь в третьем лице — это немного жутковато, однако это явление достаточно распространено. Выберите одно воспоминание. Оно может быть недавним, например, о том, что вы ели на завтрак, или далеким — о том, как прошел ваш первый день в детском саду. Главное, чтобы вы смогли хорошо его представить. Удерживайте образ в своем сознании. Теперь подумайте: видите ли вы эту сцену своими глазами, так же, как это было наяву? Или вы видите себя в ней, как будто наблюдаете за персонажем из фильма? Другими словами, вы представляете ее от первого или от третьего лица? Как и любая история, каждое визуальное воспоминание имеет свою неявную точку обзора. Любое видение — это видение с какой-то перспективы. И иногда, в воспоминаниях, перспектива отличается от той, которая была в реальности. Этот факт достаточно необычен и вызывает беспокойство. Он противоречит нашему базовому представлению о памяти как о простой записи опыта. Долгое время психологи и неврологи не обращали на этот факт особого внимания. В последние годы ситуация изменилась, и по мере увеличения количества исследований, посвященных роли перспективы в воспоминаниях, увеличивались и ее потенциальные применения. Оказывается, перспектива в воспоминаниях связана с уголовным правосудием, неявными предубеждениями и посттравматическим стрессовым расстройством. На самом глубоком уровне она помогает нам понять, кто мы есть. Различия между воспоминаниями от первого и третьего лица восходят, по крайней мере, к Зигмунду Фрейду, который впервые высказался по этому поводу в конце XIX в. Однако только через 80 лет появились первые эмпирические исследования, посвященные специфике перспективы воспоминаний. В 2000-х гг. эта область действительно начала набирать обороты. Эти первые исследования показали, что воспоминания от третьего лица гораздо более распространены, чем считалось ранее. Это явление связано с рядом психических расстройств, таких как депрессия, тревога и шизофрения, но это не просто симптом патологии — даже среди здоровых людей оно встречается довольно часто. Насколько распространены такие воспоминания, трудно определить. Пегги Сент-Жак, профессор психологии из Университета Альберты, изучающая перспективы в памяти, заметила, что примерно 90% людей сообщают, что у них есть хотя бы одно воспоминание от третьего лица. По оценкам Сент-Жак, основанным на результатах ее исследований, для среднего человека около четверти воспоминаний за последние пять лет являются воспоминаниями от третьего лица. По крайней мере в двух работах было обнаружено, что женщины склонны иметь больше воспоминаний от третьего лица, чем мужчины, но третье исследование не выявило статистически значимой разницы. В некоторых редких случаях у людей могут быть воспоминания только от третьего лица. Когда вы попытаетесь что-нибудь вспомнить, имейте в виду, что вы можете быстро запутаться. Возможно, вы сможете вспомнить сцены из раннего детства, которые вы представляете от третьего лица. Но трудно понять, являются ли они настоящими воспоминаниями, переведенными из первого лица в третье, или же это сцены от третьего лица, созданные на основе рассказов или фотографий. Для одних людей воспоминания от третьего лица являются нормой, для других это больше похоже на научную фантастику. Почему то или иное воспоминание возникает в нашем сознании с одного ракурса, а не с другого — это результат целого ряда переплетенных факторов. Как говорит Сент-Жак, люди чаще вспоминают в третьем лице те события, в которых они чувствовали тревогу или стеснение — например, когда они выступали с презентацией перед аудиторией. В этом есть смысл: когда вы представляете, как выглядите в глазах аудитории в данный момент, вы, скорее всего, видите себя глазами зрителей в момент вспоминания. Исследователи также неоднократно обнаруживали, что чем старше воспоминание, тем больше вероятность того, что вы вспомните его от третьего лица. Это тоже достаточно интуитивно понятно: если воспоминания от первого лица — это способность принимать ситуацию и жить в опыте своего бывшего «я», то вам будет сложнее увидеть мир таким, каким он был в вашем шестилетнем возрасте, чем таким, каким он был на прошлой неделе. Тенденция к переводу старых воспоминаний в третье лицо также может быть связана с тем, что чем более отдаленным является воспоминание, тем меньше деталей вы можете сохранить, а чем меньше деталей, тем меньше вероятность того, что вы сможете вновь занять точку обзора, с которой вы первоначально наблюдали сцену, как объясняет Дэвид Рубин, профессор психологии Университета Дьюка, опубликовавший десятки работ по автобиографической памяти. Менее интуитивно понятным является обратный эффект: люди способны вспомнить ситуацию более подробно, когда их просят представить ее от первого лица, чем от третьего лица. Иногда на судебном заседании свидетелям предлагают описать преступление так, будто они принимали в нем участие. Но исследования Сент-Жак показывают, что такая тактика может скорее размыть, чем обострить память свидетеля. Это может сделать воспоминание менее ярким, и свидетель с меньшей вероятностью вспомнит конкретные детали. Даже без указаний эксперта такой свидетель может быть предрасположен к тому, чтобы вспоминать об ограблении в третьем лице: исследователи обнаружили, что люди часто вспоминают о травмирующих или эмоционально напряженных ситуациях от третьего лица. Это может быть связано с тем, что воспоминания от первого лица обычно вызывают более сильные эмоциональные реакции в момент воспоминания, и, принимая точку зрения от третьего лица, мы можем дистанцироваться от болезненного опыта, считает Анджелина Сутин, психолог из Университета штата Флорида. Возможно, это также зависит от имеющейся в нашем распоряжении информации. По словам Рубин, в напряженных ситуациях люди склонны сосредотачиваться на объекте своего гнева или страха. Возьмем сценарий ограбления банка: полиция хочет, чтобы кассир описал человека, который их ограбил, а он вместо этого очень подробно описывает ствол пистолета, направленный ему в голову. Дальше он ничего не помнит. Он начинает «плыть» от невозможности вспомнить необходимую информацию. Этот эффект дистанцирования имеет несколько довольно удивительных применений, и, пожалуй, самое значимое из них — это проблема предсмертного опыта. В течение многих лет философы и психологи документировали случаи, когда люди сообщали, что в критические моменты они чувствовали, будто выходят из своего тела и наблюдают за ним сверху. Однако Рубин подчеркивает, что такие сообщения — это не описания в момент переживания, а рассказы уже после произошедшего. Таким образом, у него возникла спорная идея: то, что в ретроспективе кажется внетелесным опытом, на самом деле может быть лишь вызванным травмой переводом воспоминаний от первого лица в третье. Вспоминающий, согласно этой теории, подобен человеку, который смотрит через выпуклое окно, принимая искажение стекла за искажение реальности. Травматические диссоциации — это очень серьезные, но далеко не единичные случаи того, что Рубин называет «конструктивной природой мира». В обзорной статье о перспективе памяти, опубликованной в 2019 г., Сен-Жак отметил, что изменение ракурса и создание совершенно новой сцены опираются на одни и те же психические процессы, происходящие в одних и тех же областях мозга. Воспоминания о прошлом и проецирование в будущее настолько похожи, что некоторые психологи объединяют их в одну категорию: «мысленное путешествие во времени». И то, и другое — акты конструирования. Различие между памятью и воображением размывается. На каком-то уровне люди обычно это понимают, но мы редко получаем такой неопровержимый пример, как в случае с воспоминаниями от третьего лица. Если вы с другом попытаетесь вспомнить оформление ресторана, где вы ужинали в прошлом месяце, вы обнаружите, что в некоторых моментах вы не согласны. Вы думаете, что обои были зелеными, ваш друг думает, что голубыми, один из вас ошибается, и вы оба уверены в своей правоте. Однако при воспоминаниях от третьего лица вы знаете, что память искажена, потому что вы не могли смотреть на себя в тот момент. Если, даже не осознавая этого, вы можете изменить что-то настолько важное, как ракурс, с которого вы смотрите на воспоминание, насколько вы можете быть уверены в деталях этого воспоминания? Таким образом, воспоминания от третьего лица в некотором роде пугают, но изменение перспективы — это нечто большее, чем просто недостаток памяти. В своей лаборатории в Университете штата Огайо психолог Лиза Либби исследует связь между перспективой воспоминаний и идентичностью, то есть то, какую роль играют сдвиги в нашей памяти в том, как мы понимаем, кто мы есть. В одном из экспериментов Либби спросила группу студенток, интересуются ли они научными технологиями. Затем студентки поучаствовали в научных активностях, одни — в увлекательной, другие — в скучной. После этого, опрашивая подопытных о том, как они воспринимали задания, Лиза попросила одних вспоминать их от первого лица, а других — от третьего. Ответы группы от первого лица соответствовали тому, насколько интересным было задание на самом деле; ответы группы от третьего лица соответствовали тому, какие ответы они выбирали в опроснике перед началом эксперимента. Вывод Либби: каждый тип памяти, похоже, имеет свою собственную функцию. «Один из способов думать с двух разных перспектив заключается в том, что они помогают вам представить два разных компонента, которые составляют вашу личность», — говорит Либби. Воспоминание о событии от первого лица заставляет вас погрузиться в переживания. Это помогает вам вспомнить, что вы чувствовали в тот момент. Воспоминание от третьего лица приводит вас в более повествовательное состояние. Это помогает вам контекстуализировать ваш опыт, приводя его в соответствие с вашими предыдущими убеждениями и вписывая его в связную историю. Память — это исходный материал идентичности, а перспектива — это инструмент, который мы используем для ее формирования. Интересно, что все это указывает на склонность человека к повествованию. Когда мы переносим наши воспоминания с одной перспективы на другую, мы, часто даже не осознавая этого, формируем и перестраиваем наш опыт в историю, превращая хаос в связность. Импульс повествования, похоже, лежит даже глубже, чем мы осознаем. Это не просто культурно обусловленная причуда или случайность, это то, как на фундаментальном уровне работает наша психика. По материалам статьи «You’ve Probably Seen Yourself in Your Memories» The Atlantic

7 признаков обреченности отношений

Можно ли спасти такие отношения? Когда Аллен и Энн впервые пришли на консультацию для семейных пар, надежды было мало. Они злились, не могли наладить диалог и безнадежно расходились во мнениях относительно будущего их тридцатилетнего брака. Дети, которые были сердцем семьи, стали самостоятельными взрослыми людьми и разъехались жить по разным штатам. Аллену оставалось восемь месяцев до пенсии, и он обдумывал варианты своей дальнейшей жизни. Он был убежден, что лучшим вариантом для него будет развод и начало новой жизни с новой партнершей, с которой у него будет больше общего. Энн, домохозяйка, говорила, что последние 30 лет удовлетворяла его потребности и желания и заботилась о детях. Вытирая слезы скомканной салфеткой, она сказала, что вложила в этот брак всю душу, а теперь он хочет все это выбросить. Они сидели в противоположных концах комнаты — он в кресле, она на дальнем конце дивана — и не смотрели друг на друга. И они использовали медицинскую страховку, по которой могли позволить себе только пять психотерапевтических сеансов. Ситуация не была многообещающей. В течение пяти недель они с психотерапевтом интенсивно работали, исследуя чувства и желания, обиды и боль. Они изучали новые навыки общения. Они старательно выполняли домашние задания: налаживали диалог, справлялись с гневом и конфликтами, воссоединялись для веселых приключений — от похода в близлежащие горы до поездки на выходные в ближайший пляжный городок. Каждый сеанс они перемещались в комнате немного ближе друг к другу. К последнему сеансу они сидели рядом друг с другом на диване, держась за руки и улыбаясь. Они принесли своему психотерапевту цветы и открытку с благодарностью, чтобы отпраздновать свою новую любовь и преданность друг другу. Два года спустя они сообщили, что по-прежнему испытывают радость и благодарность за то, что они вместе. Замечательно, когда можно оказать помощь проблемной паре в построении новых устойчивых отношений и обретении близости. Партнеры могут помочь друг другу вернуться с грани разрыва. Но есть и такие пары, которые не справляются, и такие отношения, которые просто невозможно спасти. Каковы признаки того, что отношения обречены? 1. Нереалистичные ожидания друг от друга Некоторые люди цепляются за идеализированные представления об отношениях и злятся или теряют надежду, когда их партнер оказывается всего лишь человеком. Они часто говорят: «Если бы она меня любила, то...» или «Тот факт, что мы ссоримся, означает, что мы не должны быть вместе». Одна клиентка психотерапевта жаловалась: «Мой жених должен заставлять меня чувствовать себя принцессой», а ее партнер жаловался, что ее царственные требования ставят под угрозу их банковский счет и его терпение и делают их отношения ужасно однобокими. Она хотела подарков по любому поводу, включая ежемесячные годовщины их встречи, но никогда сама не дарила ему подарков и не выказывала благодарности. Те, кто упорно цепляется за представления о достижении совершенства в отношениях, о том, что можно никогда не ссориться и не испытывать разочарования, упускают возможность обрести счастье в несовершенных, но любящих отношениях. 2. Бескомпромиссные позиции Это может включать в себя мышление по принципу «по-моему или никак», нежелание принимать во внимание точку зрения или чувства другого. Эта неспособность или нежелание идти на компромисс может проявляться как презрение — то, что профессор психологии Джон Готтман называет одним из «четырех всадников апокалипсиса отношений». Это также может включать в себя еще одного из этих «всадников»: отстранение или отмалчивание — что означает уход от любой дискуссии во время конфликта, часто в результате чувства подавленности. И то, и другое исключает возможность разрешения конфликтов. Одна молодая пара, собирающаяся пожениться, пришла на консультацию, потому что чувствовала, что застряла в неразрешимом конфликте. Она считала, что его родители скупые и не любящие, потому что они не купили (не смогли купить) молодой паре дом в качестве свадебного подарка. Он утверждал, что его родители, которые не были богаты и недавно вышли на пенсию, живя на фиксированный доход, уже заплатили за его обучение в колледже и не могли и не должны были дать ему больше. Он сказал, что его невеста набросилась на всех членов его семьи, говоря каждому из них, что с ними не так, и как она их ненавидит. Теперь она требует, чтобы он отдалился от всей своей семьи и согласился, чтобы никто из них не был приглашен на свадьбу. Он выразил любовь к своей семье и сожаление по поводу этого конфликта. Она настаивала на том, что если бы он действительно любил ее, то без колебаний вычеркнул бы свою семью из своей жизни. Неудивительно, что свадьба не состоялась. 3. Отсутствие конфликтов Этот признак обреченных отношений может удивить тех, кто считает, что ссоры — это однозначный признак проблем в отношениях. Однако отсутствие конфликтов и ссор может быть признаком эмоционального отстранения и отсутствия надежды на разрешение конфликтов. Гнев и обида могут уйти в подполье, возможно, всплывая на поверхность в виде случайных колкостей или продолжая кипеть по мере накопления неразрешенных чувств. Вместо того, чтобы развиваться, отношения могут застопориться и превратиться в продолжающееся оцепенелое безразличие. 4. Различия в сексуальном желании и нежелание идти на компромисс Хотя многие пары сталкиваются с различиями в желаниях, большинство находят способы преодолеть эти различия. В безнадежных случаях партнеры решают, что они больше никогда не будут заниматься сексом, несмотря на желание другого. В одной паре, теперь уже разведенной, после рождения второго ребенка один партнер испытывал чувство отверженности, в то время как другой чувствовал давление. Она решила, что теперь, когда их семья полная, нет необходимости снова заниматься сексом. Он возразил, что не требовал частого секса, а только постоянную связь в виде ласки и периодических половых актов. Разгорающийся конфликт подтачивал их привязанность. Он перебрался на диван в гостиной и в конце концов покинул брак. Несовпадение желаний было одним из нескольких факторов, из-за которых они не могли оставаться вместе. 5. Зависимости Сложность решения проблем, вызванных зависимостью партнера, может стать обреченностью для многих отношений. Обещания, предательства и надежды, которые слишком часто рушатся, могут подорвать любовь и доверие в отношениях. Хотя не все браки, затронутые зависимостью, заканчиваются разводом или разрывом отношений, компульсивное поведение любого рода — не только наркомания и алкоголизм, но и азартные игры, расточительство или постоянные измены — может стать серьезным испытанием отношений на выживание. 6. Негативные прогнозы Некоторые исследования показали, что пары, в которых один или оба партнера постоянно боятся сложностей или прогнозируют будущий разрыв, как правило, менее привержены тому, чтобы развивать свои отношения. Некоторые из этих негативных прогнозов могут быть вызваны нереалистичными ожиданиями от отношений и паникой, когда они оказываются менее чем идеальными. Другие могут быть вызваны призраками прошлых отношений, преследующими их в настоящем. Одна молодая женщина заметила, что все мужчины, с которыми она когда-либо встречалась, изменяли ей, и она ожидала, что это произойдет и с ее женихом. Ее постоянная ревность и бдительность, а также настойчивое желание ежедневно проверять его телефон и аккаунты в соцсетях в поисках доказательств его потенциальной или текущей неверности привели к его эмоциональной отстраненности и в итоге стали причиной их разрыва. 7. Отсутствие ласки и признательности Некоторые пары становятся больше похожими на сожителей, чем на супругов, и перестают пользоваться небольшими, но важными привычками сближения — держаться за руки, обниматься или целоваться, вспоминать общие шутки и находить радость как в обычных, так и в необычных совместных событиях. Отсутствие признательности может проявляться в постоянной критике, обвинениях и напоминании партнеру о его или ее недостатках. Партнеры в здоровых отношениях чувствуют себя в безопасности друг с другом, и их укрепляет позитивное мнение другого человека о них. Акцент на положительных качествах партнера и благодарность за то, что этот человек, каким бы несовершенным он ни был, является вашим партнером в жизни, может иметь невероятное значение. Основные выводы В любых отношениях есть проблемы, многие из которых можно преодолеть. Но нереалистичные ожидания, бескомпромиссная позиция и отсутствие конфликтов могут быть признаками того, что отношения обречены. Также следует придавать значение таким признакам, как непримиримые различия в сексуальном желании, негативные прогнозы, отсутствие ласки и признательности. По материалам статьи «7 Signs of Doom in a Relationship» Psychology Today

Чем нас привлекают фильмы о маньяках?

Замечали ли вы, что режиссеры часто хотят пощекотать нам нервы, а мы вроде как и не против? Фильмы о маньяках — излюбленная тематика современного кинематографа. Но не только потому, что маньяки пугают, а в большей степени потому, что они интригуют. Существует огромное количество исследований, связанных с разумом убийц. Также и простых людей интересует, как работает мозг у тех, кто убивает других изощренными способами, особенно если это серийные убийцы, имеющие отличительный почерк. Зачем они убивают? Что их на это толкает? Почему почерк именно такой и с чем он связан? К тематике серийных убийц обращались такие популярные режиссеры, как Ларс фон Триер («Дом, который построил Джек»), Найт Шьямалан («Неуязвимый», «Сплит»), Дэвид Финчер («Семь», «Зодиак»), даже про русского убийцу Чикатило сейчас выходят новые сезоны одноименного сериала. Дэвид Финчер, к слову, в интервью рассказывал, что, когда был ребенком, его школьный автобус сопровождали каждый день на пути в школу и обратно, потому что в то время объявился серийный убийца. Он на тот момент уже убил пятерых человек и отправил первое зашифрованное письмо в полицейский участок, подписавшись именем Зодиак. Это впоследствии вдохновило Финчера снять фильм об этом неразгаданном маньяке. Интерес публики к историям о маньяках начал появляться еще в XIX веке, правда, тогда издания, наоборот, старались отходить от таких тем, считавшихся недостойными печати. Но со временем редакторы СМИ начали понимать, что читатели не просто хотят видеть истории о поимке или даже убийствах еще не пойманного убийцы, а требуют «кровавых подробностей». Уже в середине ХХ века начался пик популярности книг и фильмов, где центральным персонажем выступал психопат или маньяк. Изначально это позволялось только дешевым книжкам в мягких обложках и таблоидам, но очень быстро герой-убийца начал появляться в работах крупных писателей и режиссеров. В 1952 году книга Джима Томпсона «Убийца внутри меня» становится мировым бестселлером. Примерно в это же время выходит роман Роберта Блоха «Психо», а сразу же за ним в 1960 году — одноименная экранизация Альфреда Хичкока. Роман и фильм стали настолько популярными, что Блох написал две книги, продолжающие историю Нормана Бейтса. Спустя годы популярность этого персонажа не угасла, о нем был снят целый сериал «Мотель Бейтса». Еще одной культовой книгой стал «Коллекционер» Джона Фаулза, который раскрывает и такой феномен, как стокгольмский синдром (когда жертва привязывается к своему мучителю и начинает ему сопереживать). В конце ХХ века телевидение пошло дальше. В 1992 году прошел суд над Джеффри Дамером, убившим 15 человек. Тогда суд транслировали по телевидению, чтобы каждый мог увидеть почти что вживую, какой срок дадут Дамеру (он получил 15 пожизненных заключений). А совсем недавно на Netflix вышел сериал, который так и называется — «Дамер». Но почему же мы так любим эти истории о маньяках? Так же, как и фильмы о необъяснимом, например, о перевале Дятлова или Бермудском треугольнике, маньяки и серийные убийцы захватывают умы просто потому, что логику их действий и склад ума трудно объяснить. И для нас, простых зрителей, их существование становится чем-то таким же необъяснимым, как любой феномен. У людей всегда будут вопросы к убийцам — что толкает их на преступления и насколько их видение мира отличается от нашего. Сейчас большой популярностью пользуются фильмы о реально существовавших маньяках, это могут быть как художественные интерпретации, так и документальные хроники. Этот жанр называется «true crime». Как и с фильмами ужасов, одной из их главных особенностей является то, что при просмотре зритель чувствует скачок адреналина, но при этом осознает, что сидит дома на диване в полной безопасности. Такие фильмы также становятся для зрителя инструкцией по выживанию. Фильмы про маньяков больше смотрят женщины. В 2010 году было проведено исследование, которое выявило это с помощью опроса. Наверное, потому, что по той же статистике жертвами маньяков чаще становятся именно женщины.

Как найти смысл, когда все потеряно: лекция Виктора Франкла

Виктор Франкл, известный австрийский психиатр, оказавшись в нацистском концентрационном лагере, задался одним из вечных вопросов — о смысле жизни. Рассуждения на эти тему отражены в работах ученого. Делимся фрагментом одной из лекций Виктора Франкла, которую он прочел в 1946 году в Народном университете венского пролетарского района Оттакринг. Слишком много произошло переломов на глазах у одного-единственного поколения, слишком много внешних катастроф и следовавших за ними внутренних крахов пришлось пережить — слишком, слишком много для одного поколения, чтобы ждать от него теперь еще какого-то идеализма или энтузиазма. Все программы, лозунги, принципы были в результате этих лет чрезвычайно скомпрометированы. Ничто не могло устоять, так что не стоит удивляться, когда современная философия подает мир так, словно он и состоит из ничего. Но с помощью нигилизма, пройдя насквозь через пессимизм и скепсис, через трезвенность теперь уже не новой, а давно знакомой нам объективности, мы пробиваемся к новой человечности. Пусть последние годы и отрезвили нас, они также показали, что человеческое в человеке существует, они научили нас, что все и вся сходится на человеке. Когда все отвеивается, остается «просто» человек — вовеки! Он устоял и во всем дерьме недавнего прошлого. Он устоял и в испытаниях концлагеря. (Так в Баварии некий комендант лагеря регулярно вынимал тайком деньги из собственного кармана и покупал в соседнем городке лекарства для «своих» заключенных, но в том же лагере капо, такой же заключенный, чудовищно издевался над товарищами по несчастью — все сводится к человеку!) Итак, остался лишь человек, «просто» человек. За эти годы отпало все: деньги, власть, слава. Ни в чем он не мог быть уверен, даже в своей жизни, здоровье, благополучии. Все было поставлено под вопрос: честолюбие, тщеславие, связи. Все свелось к голому существованию. В пламени горя сгорело все неважное, и человек заново выплавился из того, чем в конечном счете и был: либо один из толпы, то есть никто в особенности, аноним, безымянное нечто, лагерный нумер, — либо этот огонь сплавлял человека с его самостью, «Я». Оставался ли у человека при этом выбор? Да, и пусть нас это не удивляет, ведь «бытие», «экзистенция», та простота и нагота, к которой был сведен человек, представляет собой не что иное, как возможность выбора. И вот что могло помочь человеку сделать выбор, вот что участвовало в выборе: существование Другого, бытие Другого, то есть бытие его образа и примера. Этот образ действовал сильнее любых речей и писаных текстов, ибо всегда и всюду бытие значит больше слова. И тогда, и теперь, снова и снова приходится задавать себе вопрос: не важнее ли это — быть, нежели писать книги и читать лекции, — воплощать содержание в собственном бытии. К тому же осуществленное сильнее воздействует, слово само по себе мало чего добьется. (Однажды меня вызвали к самоубийце. Над ее кроватью висело в аккуратной рамочке изречение: «Превыше рока мужество, что неколебимо претерпевает рок». И под этим изречением женщина лишила себя жизни.) Конечно, людей, которые могут и должны в своем бытии служить образцами, не так много. Это нашему пессимизму известно, и как раз это подстегивает современный активизм, именно этим объясняется небывалая ответственность меньшинства. Старая легенда гласит как раз об этом: само существование мира зависит от того, чтобы в любую минуту в нем обитало несколько подлинных праведников. И все же на них опирается духовное состояние всего мира. Но у легенды есть и продолжение: как только кто-то из «праведников» распознается как таковой, как только в его тайну проникают окружающие, другие люди, он сразу же исчезает, его «забирают», он должен тотчас же умереть. Что же это значит? Наверное, мы не ошибемся, если изъясним это так: как только обнаруживается педагогическая наклонность образца, ему приходится умолкнуть, ведь люди не желают, чтобы их школили. О чем все это говорит? К чему подводит это рассуждение? Вывод двоякий: все зависит от одного-единственного человека, независимо от того, сколь малочисленны его единомышленники, и все зависит от того, осуществит ли он творчески, действием, а не просто словами смысл жизни в своем собственном бытии. Негативной пропаганде последнего времени, пропаганде «бессмысленности», только и можно противопоставить пропаганду, призывающую в первую очередь быть собой, быть индивидуальностью и, во-вторых, осуществлять себя активно. Только в таком виде пропаганда станет позитивной. Таков ответ на изначальный вопрос: возможно ли ныне стать провозвестником смысла и ценности жизни и, если возможно, на каком основании и как. Однако, раз речь зашла о смысле бытия, теперь приходится поставить под вопрос уже его. При настойчивом вопрошании уже и смысл бытия оказывается сомнительным, а сомнение в осмысленности человеческого бытия с легкостью приводит к отчаянию. Отчаяние побуждает искать выход в самоубийстве. […] Итак, жизнь — долг, великое и цельное обязательство. Да, радость в ней тоже присутствует, но к ней нельзя стремиться, ее невозможно достичь, просто «пожелав», она возникает сама собой и не как цель, но как последствие: счастье не должно, не может и не смеет быть целью, это результат, итог исполнения того, что в стихотворении Тагора названо долгом, и о чем мы далее попробуем поговорить подробнее. В любом случае «стремление к счастью» заведомо обречено, поскольку счастье может лишь само свалиться человеку в руки, а добыть его, преследуя, невозможно. Мудрое сравнение предложил Кьеркегор: дверь к счастью открывается наружу, то есть эта дверь лишь прочнее закрывается перед тем, кто изо всех сил тянет ее на себя. Однажды мне довелось общаться одновременно с двумя уставшими от жизни людьми, мужчиной и женщиной, — так случайно совпало. Они оба слово в слово утверждали: жизнь для них лишена смысла, поскольку они «уже ничего не ждут от нее». В этом оба были правы, однако вскоре выяснилось, что каждого из них кто-то ждал или что-то ждало: мужчину — незаконченная научная работа, женщину — ее дитя, в ту пору находившееся недоступно далеко, за границей. Потребовался такой — «коперниканский», сказал бы я вместе с Кантом, — переворот, поворот всего образа мыслей на градусов, после кото- рого вместо вопроса: «Чего мне еще ждать от жизни?» — прозвучало: «Чего жизнь ждет от меня?», то есть: «Какое жизненное задание стоит передо мной?» Теперь мы понимаем, насколько ошибочно в конечном счете формулируется вопрос о смысле жизни, если он задается так, как это делается в обыденности. Нет, не мы должны вопрошать о смысле жизни — это жизнь задает нам вопрос, ставит его перед нами, а мы — вопрошаемые! Мы призваны к ответу, мы должны искать ответ на постоянный, ежеминутный вопрос жизни. Жить — и значит быть вопрошаемым, все наше бытие — ответ, ответствование жизни. Стоит занять такую позицию в рассуждении, и нас уже ничто не устрашит, никакие образы будущего и даже предполагаемое отсутствие будущего. Настоящее время становится для нас абсолютно всем, потому что оно задает нам все новые вопросы. Теперь все зависит от вопроса, чего от нас ждут. А что ждет в будущем нас — этого мы не только не можем знать, но и не должны. В этой связи я обычно рассказываю историю, которую прочитал много лет назад в короткой газетной заметке: чернокожего, приговоренного к пожизненному заключению, отправили на Чертов остров. Когда судно «Левиафан» находилось вдали от земли, на нем вспыхнул пожар. В этой панике арестант сумел освободиться от оков и принял участие в спасательных работах. Ему были обязаны жизнью десять человек. Впоследствии он получил за это помилование. И вот о чем я думаю: спроси кто-нибудь этого человека в гавани Марселя, перед посадкой на тюремный корабль, видит ли он какой-то смысл в дальнейшей своей жизни, он, скорее всего, покачал бы головой. Ведь что его ждало? Но никому из нас неведомо, что его ждет, какой великий час, какая уникальная возможность совершить нечто героическое, как случилось с тем чернокожим, спасшим десять человек на «Левиафане». Причем вопрос, который ставит перед нами жизнь и в ответе на который мы осуществляем смысл настоящего момента, меняется не только час за часом, но и от человека к человеку: в каждый момент и для каждого человека вопрос свой. Но мы видим, что вопрос о смысле жизни ставится примитивно, если он не обращен ко всей полноте конкретики, к конкретному «здесь и сейчас». Спрашивать о смысле жизни «вообще» настолько наивно, что я бы сравнил этот вопрос с вопросом, который репортер задает гроссмейстеру: «Какие ходы вы предпочитаете?» Разве существуют определенные шахматные ходы, всегда выгодные и тем более наилучшие, независимо от совершенно определенной ситуации, от конкретного положения фигур на доске? Не менее наивен тот молодой человек, что много лет назад в ответ на приглашение поучаствовать в обсуждении смысла жизни сказал мне: «Извини, Франкл, сегодня я иду в гости к родителям будущей жены. От этого визита я никак уклониться не могу, так что на твой семинар не останусь. Будь так добр, объясни быстренько: что такое смысл жизни?»

Четыре самые большие ошибки при дарении подарков (по мнению психолога)

Хороший подарок может вызвать у получателя прилив счастья и благодарности. Дарить так же приятно: психологи обнаружили, что радость от дарения подарка более выражена, чем удовольствие от его получения. К сожалению, бывают случаи, когда вы получаете подарок, и вам приходится выдавливать из себя улыбку и притворяться, что вы благодарны. Психолог Джулиан Гиви специализируется на исследованиях суждений, принятия решений и дарения подарков, в частности на ошибках, связанных с ними. Вот четыре самых распространенных, по его мнению, ошибки. Впечатление важнее Даритель может слишком много внимания уделять моменту, когда получатель откроет подарок. Люди хотят, чтобы их подарок был желанным. Они надеются увидеть на лице другого человека улыбку. Этим критериям может соответствовать шоколадный фонтан для фондю — он необычный и обязательно вызовет любопытство и хорошие эмоции. Однако, когда люди получают подарок, они меньше заботятся о том моменте, когда открывают его, а сразу думают, как будут в дальнейшем его использовать. Многим нужны полезные и надежные подарки, отвечающие их потребностям. Как часто будет использоваться шоколадный фонтан для фондю? Сравните его с новой кофеваркой, которая обычно работает каждый день. Конечно, это не какое-то новшество и, вероятно, не вызовет «охов» и «ахов» в праздник, но получатель будет вполне счастлив иметь кофеварку. Уникальность и новизна в приоритете Еще один фактор, который может привести дарителей к ошибкам, связан с неписаными правилами хорошего тона выбора подарка. Люди часто сосредотачиваются на этих правилах больше, чем следовало бы. Например, они могут не дарить одно и то же кому-то несколько лет подряд, потому что это противоречит норме выбирать уникальный подарок каждый год. Дарители также часто воздерживаются от подержанных подарков, потому что это нарушает негласное правило, согласно которому вещь должна быть совершенно новой. На деле получатели весьма открыты для подарков, которые нарушают эти нормы. Если кому-то нравится определенный сорт вина, он будет более чем счастлив получать его и в последующие годы. И если цифровой камерой уже немного пользовались, но она обладает некоторыми инновационными функциями, а другая — новая, но с меньшим количеством функций, — люди с удовольствием получат б/у. Не рисковать Дарящие подарки могут совершать ошибки, избегая покупки вещей, которые они считают слишком рискованными. Рассмотрите сентиментальные подарки, например, альбом для вырезок или ностальгический сувенир. Исследования ученых из университета Карнеги Меллон в США показали, что получателям нравятся такие подарки: они вызывают счастье в течение длительных периодов времени. Однако люди, как правило, стараются не дарить сентиментальные подарки, потому что считают их рискованными — они могут как понравиться, так и нет. Определенные сомнения закрадываются в головы покупателей: что, если это покажется глупым, или получатель подумает о скупости дарителя. И поэтому многие склонны выбирать более безопасные, поверхностные подарки, которые, по их мнению, могут в какой-то мере нравиться. В качестве другого примера рассмотрим материальные блага и впечатления. Даря подарки, люди часто отдают предпочтение материальным предметам, а не впечатлениям, потому что материальные блага более безопасны и практичны — почти каждый может использовать новое устройство или рубашку. С впечатлениями сложнее: они требуют большего понимания человека, его интересов и хобби, ведь не всем нравится ходить на выступления симфонического оркестра. Но получатели, как правило, более открыты для опыта, чем принято полагать, и эти подарки с большей вероятностью сделают людей счастливее, чем материальные блага. Особое внимание важнее практичности Люди также могут ошибаться, желая, чтобы их подарок выглядел особенно продуманным. Конечно, те, кто получает подарки, ценят заботу, но не в ущерб чему-то действительно полезному. Часто это происходит, когда делают покупки для нескольких человек. Например, вы выбираете уникальные подарки для каждого, а не дарите один и тот же всем, ведь отдельный подарок заставит человека почувствовать, что на него потратили больше времени и усилий. Люди так делают, даже если понимают, что кто-то получит менее желанную вещь. Намного лучше сделать подарок, который даст человеку больше свободы выбора: например, не одежду, а подарочную карту в магазин одежды. По материалам статьи «The 4 biggest gift-giving mistakes, according to a consumer psychologist» The Conversation

Драма квин — призвание или предрасположенность

Человеческий разум склонен к анализу и решению задач, оценке преимуществ и недостатков. Он мастерски создает иллюзию будущего счастья, которое якобы ждет нас «когда-нибудь», обещая длительное удовлетворение. Однако наиболее характерной чертой нашего ума является его склонность к преувеличению и драматизации ситуаций. В этом он особенно искусен. Удивительно, но распознать эту склонность к драматизации бывает крайне сложно. Показываем фрагмент книги «Токсичные мысли» и учимся ловить такие моменты. Как в театре Ум дополняет свой рассказ развернутыми комментариями, предысторией и эмоциями таким образом, что его слова не кажутся излишне драматичными или утрированными. Все выглядит так, словно трагедия разворачивается в жизни, во внешнем мире, а никак не в уме. Ум восклицает: «Кто сгущает краски, я? Да я просто говорю как есть». «Моя дочь Уиллоу играет в молодежном театре. Этот театр напоминает мне ум. На репетициях дети не просто говорят громче обычным тоном, они буквально кричат со сцены деланым театральным голосом. Они переигрывают. Их реплики и движения утрированны, наполнены драматизмом. Они не просто красятся для выступлений, они накладывают грим толстым слоем, чтобы его хорошо было видно зрителям. Они не просто включают на сцене освещение, они ослеплены ярчайшим светом рампы. Все излишне подчеркнуто ради эффектности. Так же делает наш ум», — рассказывает автор книги Эми Джонсон. Ум от природы хороший рассказчик. Он соединяет случайные колебания энергии и сюжеты с входящей сенсорной информацией и превращает их в великолепную постановку. Он создает жизненные, реалистичные впечатления, виртуальную реальность, которая не кажется виртуальной. Вы замечали, как ваш ум любит нагнетать обстановку? Ум любит считать «Месяц» — это концепция. Жизнь не знает, какой сегодня день недели. Жизнь не знает, в какой стране вы проснулись вчера и где окажетесь завтра. Жизнь не знает, сколько вам удалось поспать и какого ребенка к какому времени нужно отвести на занятия. Жизнь всегда здесь и сейчас. С другой стороны, ум любит такие фигуральные концепции, как «месяц», «занятость», «время». Уму нравится отслеживать эти понятия и вплетать их в драматические истории с точными цифрами. Вот так он подсчитывает сон: «Если я лягу спать сейчас, я смогу поспать шесть часов», километры: «На этой неделе я преодолел двадцать тысяч километров», время с семьей: «На этой неделе нам удалось всем вместе поужинать всего два раза». Все эти подсчеты ничего не значат. Он заставляет нас считать, чтобы добавить драматизма. Мы не можем контролировать драматизм в тот или иной момент, но если мы знаем, что это лишь склонность ума — сгущать краски, то все преображается. Закцикливание Вы замечали, как мы склонны зацикливаться на содержании мыслей и сколько страданий это нам приносит? Когда мы теряем сон от переживаний о будущем, когда пытаемся преодолеть навязчивые мысли, когда цепляемся за чувство, что длящаяся десятилетиями депрессия никогда не пройдет и перемены не дадут надежды, мы видим только результат — содержание наших переживаний, которые как будто окончательно и бесповоротно определяют наше «я» и качество нашей жизни. Когда на стене появляется тень, напоминающая монстра, мы знаем, что монстр всего лишь временная форма, которую принял свет. Эта форма выглядит пугающе, но она непостоянна. Когда мы обращаем взгляд к сути, то перестаем так сильно цепляться за форму, и если мы прекращаем крепко держаться за чудовище на стене, то оно исчезает в изменившемся свете. То же самое касается наших страхов и комплексов. Они преобразуются и меняются, приходят и уходят из центра внимания гораздо быстрее, чем заставляет верить наш ум. Ум работает как конвейер. Так уж он устроен. Мы обретаем свободу, когда понимаем: пусть в данный момент нам не нравится проходящая через нас временная форма, по конвейеру на ее место уже движется другая. Задумайтесь о том, что не содержание мыслей и чувств, а факт возникновения мыслей и чувств помогает взглянуть на свой опыт в истинном свете. Если мы сосредоточимся на том, в чем мы похожи, разве это не помешает нам чувствовать свою уникальность и неповторимость? По материалам книги «Токсичные мысли» Эми Джонсон

Подборка блиц-фактов №168

Гавайскую пиццу изобрели не гавайцы. Первым такой эксперимент провёл канадец греческого происхождения Сэм Панопулос в ресторане города Чатем. Название он выбрал просто по марке консервированных ананасов, которые выложил на пиццу. В гастрольной команде Мадонны есть специальная группа, задача которой — не допустить кражу ДНК певицы. После того как Мадонна выходит из гримёрки, эти работники тщательно вычищают все волосы, частички кожи и капельки её слюны, и только после этого разрешают доступ в комнату других людей. Действия арабских стран повлияли на дресс-код в Белом доме. Побочным эффектом энергетического кризиса 1973 года, вызванного отказом арабских стран поставлять нефть в западные страны, стал прогресс эмансипации американских женщин. Именно в этом году в Белом доме отменили запрет ношения брюк для сотрудниц, так как из-за экономии температуру в здании понизили на несколько градусов. Если в помещении, в котором живут пауки, заиграть на скрипке, насекомые тут же выползают из убежищ. Звук заставляет нити паутины колебаться, а для пауков это сигнал о добыче, за которой они сразу вылезают. Найденному в Мексике новому виду подсемейства толстоголовых змей дали название Cenaspis aenigma, где первое слово образовано от испанского «cena», что значит «обед». Дело в том, что первый его экземпляр обнаружили внутри кораллового аспида в полупереваренном виде, что не помешало зоологам распознать уникальные черты, не присущие ни одному другому известному виду. В 1979 году Роберт Барбур из Лос-Анджелеса подал заявку на персонализированный автомобильный номер, указав желаемые слова в порядке убывания приоритета «SAILING», «BOATING» и «NO PLATE» — последний вариант как отказ от получения, если первые два уже заняты. Однако ответственный департамент, буквально следуя запросу, прислал ему табличку «NO PLATE» («нет номера»), и Барбур решил её использовать в силу уникальности. Вскоре он начал получать по почте тысячи требований об оплате, так как полицейские, выписывая штрафы за неправильную парковку, для автомобилей с отсутствующими номерами писали в протоколе именно «NO PLATE». Барбур не стал сдаваться и писал многочисленные ответные жалобы, вынудив полицию изменить правила заполнения протоколов. Вскоре требования стали приходить другому автомобилисту, владевшему номером «MISSING» («отсутствует»). Apple не даёт разрешения на использование своих гаджетов отрицательными киноперсонажами. Поэтому когда мы видим на экране в чьих-то руках iPhone, это значит, что данный персонаж положительный либо нейтральный. В детективах или триллерах такая информация может стать спойлером. Зрачки у статуи Медного всадника сделаны в форме сердца. Голову статуи Фальконе поручил вылепить своей ученице Мари-Анне Колло, которая, согласно легенде, через глаза призналась в любви своему учителю. У искусствоведов есть версия прозаичнее: через такую форму мастер создаёт иллюзию того, что скульптура зрячая, если зритель смотрит снизу вверх. Другой известный пример статуи со зрачками в виде сердечек — Давид авторства Микеланджело. Первое слово в названии «Моны Лизы» сами итальянцы пишут «Monna» — это вежливое обращение к женщине, сокращение от Мадонны. А слово «mona» по-итальянски — это либо устаревшее название обезьяны, либо диалектное ругательство, означающее «идиот». В Новой Зеландии для привлечения внимания к редким и вымирающим видам ежегодно проводят выборы птицы года. В 2021 году этот титул получила новозеландская длиннохвостая летучая мышь, хотя и являющаяся млекопитающим. Организация Forest & Bird объяснила решение включить её в список для голосования тем, что летучие мыши сталкиваются с теми же проблемами, что птицы.

8 увлекательных фактов об истории фокусов и иллюзий

История магии полна колоритных персонажей — от Гарри Гудини до Маленького человека из Нюрнберга. Больше интересного об иллюзионистах, о том, как появилось слово «фокус», почему средневековые зрители фокуса со стаканами и шариками должны были следить за своими карманами, можно узнать из этого списка забавных и фантастических фактов. 1. Фокусу с шариками и стаканами не менее двух тысяч лет Один из старейших подтвержденных рассказов о сценической магии восходит примерно к I веку нашей эры. Вероятно, вы видели этот трюк — небольшие мячики помещаются под стаканы и, кажется, меняются местами, исчезают и снова появляются. Такой фокус выполняли еще древние римляне. У этого трюка история азартной игры и аферы. Поскольку практикующие фокусники могут быстро (и часто беспрепятственно) перемещать шарики, это стало простым способом выманивать деньги у людей, которые думали, что могут выяснить, где в итоге окажется шарик. На картине Иеронима Босха «Фокусник» (примерно 1502 год) изображен этот трюк. Заинтригованная публика наблюдает за действием на столе. Но если вы присмотритесь, то увидите, что воришка крадет кошелек у рассеянного зрителя. Плохая репутация закрепилась за иллюзионистами на века. 2. Самая старая известная книга по магии на английском языке датируется 1584 годом «Открытие колдовства» было написано Реджинальдом Скотом как своего рода скептическое разоблачение оккультных искусств. Он занимает твердую позицию — преследование людей за колдовство иррационально и, в частности, не по-христиански. Книга раздражала многих людей, в том числе известного сторонника и ненавистника колдовства Джеймса VI из Шотландии. Говорят, что он приказал сжечь большинство первых изданий, когда стал королем Англии Яковом I. Несмотря на то, что это почти наверняка миф, он указывает на реальное презрение Джеймса к книге и описанным разоблачениям. Король даже написал собственную книгу о колдовстве, в которой осудил «проклятые мнения» Скота. «Открытие колдовства» содержит раздел об иллюзиях и сценической магии. Это должно было развеять представление о «настоящем» волшебстве и помочь предотвратить обман людей. Книга включала диаграммы, которые объясняли обычные сценические трюки, такие как иллюзия «Деколляция Иоанна Крестителя» (обезглавливание). Согласно титульному листу, цель книги — полностью раскрыть «мошенничество и заговор фокусников», «нечестивое богохульство чародеев» и, конечно же, «ужасное искусство наведения порчи и все фокусы, приемы жонглирования и ловкости рук». 3. Фокусников когда-то называли жонглерами Между прочим, жонглирование было в основном термином для того, что мы сегодня называем магией. Человек, который практиковал это, считался жонглером. Но что такое фокусы (англ. legerdemain)? Еще в XV веке это слово использовалось для описания иллюзионистов, которые ловко управляли руками. Оно происходит от среднефранцузского языка и буквально означает «свет руки». Когда его переняли англичане, они смешали «leger de main» в одно слово и сделали его существительным. Это была альтернатива словосочетанию «ловкость рук», с которым большинство из нас знакомы и сегодня. Между прочим, слово «ловкость» (англ. sleight) происходит от древнескандинавского слова, означающего «хитрый». 4. Мэтью Бухингер стал известен как Маленький нюрнбергский человек Еще одной запоминающейся фигурой магической сцены XVII и XVIII веков был Мэтью Бухингер. Его также называли Маленький нюрнбергский человек. Он родился без рук и ног и имел рост около 70 сантиметров. Мэтью был художником, каллиграфом, музыкантом и фокусником. Он в свое время выступал со знаменитым номером со стаканами и шариками. 5. Аделаида Херрманн была звездой конца 1800-х годов Аделаида Херрманн, известная как Королева магии, считалась одной из восходящих звезд-женщин конца XIX века. Первоначально она была помощницей (и женой) знаменитого фокусника Александра Херрманна. Она исполняла фокус с левитацией, ассистировала в силовых трюках, а после смерти мужа стала выступать сольно. Она была одной из немногих фокусниц, которые когда-либо выполняли печально известный трюк с ловлей пули. 6. Джорджия Уандер использовала физику для создания магии В 1885 году девочка-подросток по имени Джорджия Уандер исполнила невероятный трюк в переполненном тускло освещенном театре. Трое крупных мужчин из зала держали кресло, как было им было указано. Затем подошла Джорджия, которая якобы обрела сверхспособности во время грозы, и, как описывали ее современники, ловко коснулась кресла, которое «начало самым необыкновенным образом прыгать, несмотря на все усилия мужчин». Зрители были в шоке. Джорджия Уандер, она же Лулу Херст, была лишь одной из многих иллюзионисток в истории, которые развлекали массы тем, что якобы бросали вызов законам природы. Фокусы Херст — сочетание зрелищности, истории и, как описали в издании Popular Mechanics, углубленного понимания «теоремы о точке опоры в физике». 7. Жан Эжен Робер-Уден — вдохновитель Гудини и ловкач Жан Эжен Робер-Уден — «отец современных иллюзионистов». Он также известен тем, что выступал в обычном вечернем фраке, а не в пышных мантиях или сложных костюмах, которые носили многие фокусники того времени. Номера Робера-Удена мгновенно производили впечатление на зрителей: тщательно отрепетированные иллюзии, ментализм и, в частности, использование электричества и роботов-автоматов, которые делал он сам. Кроме того, он стал выступать на сцене, хотя раньше многие скитались по кабакам и ярмаркам. Робер-Уден в свое время дал несколько ценных советов: «Чтобы добиться успеха в качестве фокусника, необходимы три вещи: во-первых, ловкость; во-вторых, ловкость; и в-третьих, ловкость». Влиятельный французский иллюзионист был источником вдохновения для сценического псевдонима некоего Эрика Вайза, также известного как Гарри Гудини. 8. Организации иллюзионистов возникли в начале XX века Конец XIX и начало XX века были отмечены сценическими фокусниками, которые изменили форму искусства. Гарри Келлар, Говард Терстон и Гарри Блэкстоун устраивали большие театрализованные магические шоу, каждое из которых сопровождалось потрясающими афишами. «Магический круг» был основан в 1905 году, а Международное братство магов — в 1922 году. Обе организации предназначались для исполнителей фокусов и иллюзий со всего мира. Однако женщины не допускались в «Магический круг» до 1991 года. Кроме того, на Бродвее в 1970-х годах появился канадский фокусник Дуг Хеннинг. Он представил сценическую иллюзию широкой публике, поразил телевидение и покорил Лас-Вегас. По материалам статьи «14 Fascinating Facts About the History of Magic» Mental Floss

Как избежать зависти

В своей книге «Блестящие пороки» доктор Ребекка Кониндик ДеЯнг определяет зависть как чувство горечи. Когда человек видит других людей, у которых все лучше, он завидует и сильнее нехватку каких-либо материальных или нематериальных вещей, а также ощущает неполноценность. Хотя многие используют понятия «зависть» и «ревность» как взаимозаменяемые, это разные понятия. Ревность подразумевает любовь к другому человеку или предмету, который у вас есть, но при этом страх, что они могут быть потеряны или отняты. Зависть — это другое. Когда один человек завидует другому, ему не нравится статус или успех этого человека, потому что это заставляет первого острее чувствовать отсутствие собственного статуса или успеха. Человек, который завидует, думает о себе как о меньшем. Ему горько и грустно от того, что у остальных все лучше. Симптомы зависти: • обида на таланты или удачу других людей — при этом тот, кто обижается, будет придумывать множество оправданий своей обиде; • эгоистичные формы конкуренции или соперничества — тот, кто завидует, будет стараться достичь признания враньем или повышения через доносы и жалобы на других; • получение удовольствия от бедственного положения других людей — завистливый человек будет радоваться неудачам других; • предвзятое отношение к тем, кого мы считаем ниже себя или кто, как нам кажется, считает нас ниже себя — будет проявляться через высокомерие и занижение успехов других людей; • высмеивание других — проявляется через высмеивание стиля одежды, национального признака, религии; • приписывание другим ложных мотивов — завистник всегда найдет множество различных причин, почему объект его зависти занимается тем или иным делом; • сплетни, клевета и издевательства — завистник самый первый, кто будет распускать слухи о тех, которым он завидует; • пассивно-агрессивное нанесение ударов в спину — также выражается через оскорбления, ложные обвинения и лицемерие. Есть еще много других форм проявления зависти, но этот список составлен из наиболее частых проявлений. Завистники чувствуют себя менее любимыми, менее достойными восхищения, потому что им не хватает того, что есть в них самих. Во многих отношениях зависть — это враг любви. В любви мы радуемся добру и успехам других. Завидуя, мы печалимся об их благе. Завистники не могут любить других. Они испытывают горечь и желают им плохого, чтобы повысить свой собственный статус. По-настоящему любя другого человека, они понижают собственную самооценку, которая основана на самовосприятии, а не на истинной ценности и значимости. У завистников нет надежной самооценки, которая помогла бы им любить. Их чувство собственного достоинства нестабильно, что ограничивает их способность любить других и радоваться вместе с ними. Любовь других — это просто дар; ее нельзя заслужить. Зависть рассматривает любовь и ценность как заслуженные, даже завоеванные, а не полученные просто так. Если поразмышлять о зависти, то на ум приходит еще одна проблема. Зависть приводит к саморазрушению. Почему? Всегда найдется кто-то, у кого все лучше, чем у нас. Если один очень богатый человек покупает новую яхту, которая на три фута длиннее, чем у другого миллиардера, то этот другой человек чувствует себя обязанным купить новую яхту, которая превосходит по размеру яхту его соперника. Детали не имеют значения. Это может быть яхта стоимостью в несколько миллионов долларов или просто новая машина, лучший смартфон, повышение на работе и так далее. Но если верно, что у кого-то другого всегда будет что-то лучше, то самый мудрый способ действий — отказаться от гонки за статусом или почетом. Ведь, в конечном счете, это гонка в никуда. Каково же решение? Есть еще несколько вещей, которые мы можем сделать, чтобы ослабить свою зависть. • Подумайте о том, кому мы завидуем. Это подскажет нам, как мы определяем свою личность и где мы чувствуем себя уязвимыми. Практикуйте отказ от сравнения себя с другими как способа формирования самооценки. Мы можем научиться ценить совершенство ради него самого, где бы мы его ни встретили. Мы можем праздновать превосходство, созданное или показанное другими, и меньше концентрироваться на попытках укрепить искаженное чувство собственного достоинства, чувствуя себя оскорбленными. • Вы можете направить свои негативные эмоции в позитивное русло, и сделать это достаточно просто. Взгляните на человека, которому вы завидуете, не как на конкурента, а как на пример для подражания. Скажите себе: «Если он этого добился, то и я смогу!» Пусть его пример станет для вас путеводной звездой. • Занимайтесь деятельностью, приносящей общие блага — те, которыми мы делимся с другими или переживаем вместе с другими, а не побеждаем других в соревновании. Дружба — это одно из общих благ. Мы также можем наслаждаться природой, музыкой или хорошим фильмом вместе с другими. • Практика благодарности. Благодарность — одна из самых светлых и добрых техник осознанности, которая помогает развить умение жить в моменте здесь и сейчас и ценить то, что у вас есть. Составьте список всех вещей, за которые вы благодарны жизни. Это поможет понять, как много всего у вас уже есть. Вполне возможно, что вам тоже кто-то завидует — просто вы об этом не подозреваете. Намеренно концентрируясь на ежедневных дарах, мы лучше видим все то добро, которое у нас уже есть. Кроме того, мы становимся менее озабоченными тем, что есть у других. • Еще один действенный способ направить зависть в позитивное русло –— делать комплименты. Вместо того, чтобы испытывать негативное чувство зависти, похвалите человека. Напишите в комментариях блогеру, как вы восхищаетесь его успехом, отметьте, какая сильная воля у вашей подруги, которой удалось похудеть. Будьте добрее к окружающим — и со временем вы заметите, что чужой успех вызывает у вас не гнев и обиду, а радость и восхищение Если мы намеренно используем эти и другие способы, мы сможем избежать порока зависти. Вместо того, чтобы испытывать горечь, когда у других все круче, мы можем наслаждаться тем хорошим, что есть у нас, и радоваться за других. Даже если у них все лучше! По материалам статьи «How to Avoid Envy» Psychology Today