10 книг с лихо закрученным сюжетом, от которых не оторваться

Эти произведения заставят вас позабыть обо всём на свете и пристально следить за судьбами героев до последней страницы. 1. «Леопард», Ю Несбё Великолепный Ю Несбё и не менее великолепный Харри Холе снова в деле. С первых страниц читатель погружается в водоворот событий. Пока сыщик Холе не совсем традиционными способами борется с депрессией в притонах Гонконга, в Осло происходят жуткие убийства женщин. Орудие убийства неизвестно: ни один эксперт не смог определить, что за предмет лишил жертв жизни. Мотив преступлений неясен. Похоже, эту загадку разгадать под силу только гению вроде Харри Холе. Поиски преступника и орудия преступления приводят профессионала сыска в далёкие страны. Кому понадобилось вести охоту на людей, кто решил сыграть в леопарда, бесшумного и безжалостного убийцу? Харри Холе, рискуя собственной жизнью, выходит на тропу войны, чтобы найти ответы на вопросы и остановить серийного убийцу. 2. «Пандемия», Франк Тилье Франк Тилье представляет собственную версию конца света, к которому приведёт очередной штамм гриппа. В книге смешалось всё: люди, птицы, насекомые, вирусы и злые гении, решившие навести свой порядок на земле. Комиссар Франк Шарко приступает к расследованию, не подозревая, что именно от него зависит будущее всего человечества. Выясняется, что вирус запущен с чьей-то очень недоброй руки, а подготовка к масштабному убийству велась буквально под носом полиции. Вторую сюжетную линию — историю эксперта Амандины Герен — Тилье мастерски использует, чтобы показать тщетность попыток укрыться от общества людей ради сохранения собственного спокойствия и счастья. Накал не спадает до последней страницы: успеет команда Франка Шарко найти источник вируса или человечество обречено и спасения нет? 3. «Судные дни», Адам Нэвилл Бестселлер от «британского Кинга» затягивает с первых строчек: независимому режиссёру и почти банкроту Кайлу Фримену поступает выгодное и — только с виду — простое предложение от толстосума Максимиллиана Соломона. Задача легка до безобразия — взять в руки камеру, найти верного помощника и за 10 дней снять о некой секте «Храм Судные дни» фильм в популярном псевдодокументальном стиле. Правда, снимать придётся в разных странах, но главные герои — безобидные пожилые люди. Гонорар более чем приятный, поэтому Кайл без промедления берётся за дело. Если бы только он знал, в какие дебри паранормального и потустороннего приведут его расследования «деяний» секты. Читатели, такие же скептики, как главный герой, погрузятся в мир абсолютного безумия, чтобы в итоге полностью изменить взгляд на привычные вещи. 4. «Люди зимы», Дженнифер Макмахон Медленное нагнетание атмосферы и плавные, но оттого не менее страшные переходы от одной сюжетной линии к другой обеспечили популярность очередному бестселлеру от Дженнифер Макмахон. Действие происходит в двух временах и затрагивает две семьи, для которых связующим звеном стал старый деревянный дом с секретами. Главные герои книги — люди зимы, те, кто застрял между небом и землёй. В романе всего в избытке: ночных шорохов, скрипов деревянных половиц, шуршания полуистлевших страниц дневника, боли и гнева от потери родного человека. Предательство, разочарование и страх толкнули одних героев на путь преступлений, других — к отчаянию. Снег щедро покрывает тайны городка Уэст-Хилл и засыпает дорогу, ведущую к проклятому лесу. Неожиданная развязка проливает свет на многие описанные в книге события: всё совсем не так, как читатель мог себе вообразить поначалу. 5. «Пассажир», Жан-Кристоф Гранже Каждый день одно и то же: работа, одинокий дом, снова работа, снова пустой дом. Даже вещи некогда разобрать после переезда. Жизнь психиатру Матиасу Фреру казалась пресной и беспросветной, пока он не встретил «пассажира без багажа». Так врачи называют тех, кто теряет память, забывает прошлое и на его осколках создаёт совершенно новую жизнь. Постепенно Матиас с ужасом понимает, что не помнит ничего о себе: документы фальшивые, не разобранные после переезда коробки пустые. Поиски себя и своего прошлого заводят Матиаса Фрера в дебри событий, где нашлось место преступлениям и порокам. Страшная истина ждёт главного героя в конце пути. Какой выбор сделает Матиас: забыть всё снова и сотворить новую личность или смириться с действительностью и жить дальше? 6. «Литературный призрак», Дэвид Митчелл Религиозный фанатик, продавец в музыкальном магазине, бесплотный и древний дух, менеджер из Лондона, русская мафия, ветеран разведки, женщина-физик, за которой гонятся спецслужбы, модный диджей из Нью-Йорка — Дэвид Митчелл точно знает, что все люди на планете прочно связаны невидимыми нитями. Дебютный роман писателя получился на редкость удачным и донельзя запутанным. Только читатель разберётся в одной сюжетной линии, как на него буквально обрушивается другая, связанная, но отличающаяся. В книге можно найти ответ на самый риторический из всех возможных вопросов: «Почему это случилось именно со мной?». Финал истории — тот самый заключительный удар, отправляющий в полный нокаут. 7. «Мёртвая зыбь», Юхан Теорин У некоторых преступлений нет срока давности, и сердце матери вряд ли способно смириться с утратой ребёнка. Юлия Давидссон потеряла сына много лет назад, но так и не приняла его нелепое исчезновение. Пятилетний мальчик пропал в тумане у стен дома бабушки и дедушки, который буквально на минуту задремал и выпустил ребёнка из виду. Полиция отправила дело в архив, но мать не верит в гибель малыша. Сердце подсказывает, что он жив и ждёт её где-то там, в тумане. Спустя много лет дед мальчика получает по почте сандалик. Тот самый, что был на ребёнке в день исчезновения. Поднимаются старые призраки, прошлое стучится в окна и настойчиво просит отворить дверь позабытым грехам. Кто в ответе за гибель мальчика: полоумный убийца или оборотень, представитель власти и порядка? 8. «Конклав», Роберт Харрис Для католического мира выборы папы — жутко ответственное и серьёзное мероприятие. Ритуал выверен веками: священники съезжаются в Ватикан, закрываются в одном из соборов и голосуют за того или иного кандидата. Главное условие: новый папа должен иметь кристально чистую репутацию. С этого момента и начинается самое интересное. Подковёрные интриги закручиваются лихими вихрями, со всего срываются тайные покровы, обнажаются грязные секреты претендентов и почившего понтифика. Роберт Харрис, британский писатель и специалист по интеллектуальным детективам с историческим уклоном, мастерски ведёт читателей по лабиринтам Ватикана с его тщательно скрываемыми междоусобицами. 9. «Мёртвая зона», Стивен Кинг Джонни Смит не может похвастаться крепким здоровьем. Ребёнком он получил травму головы, упав на лёд во время катания на коньках. Через много лет Джонни попадает в аварию и проводит в коме четыре года. Придя в себя, он понимает, что приобрёл сверхъестественные способности и может видеть будущее. Слава о «предсказателе» попадает в прессу, Джонни становится местной звездой. В то же время уверенно идёт к успеху его антагонист Грег Стилсон, с которым Джонни знаком с детства. Наступает момент, когда оба героя встречаются на митинге. Смиту удаётся коснуться Стилсона, и в тот же миг Джонни понимает, что Грег приведёт человечество к гибели. Перед Джонни встаёт нелёгкая задача остановить Стилсона. Запутанный сюжет держит в напряжении до самого конца: удастся ли Джонни остановить монстра Грега и придётся ли ему пожертвовать для этого своей жизнью? 10. «Никогде», Нил Гейман «Здравствуйте, я ваша дверь!» — почти с такими словами в размеренную жизнь Ричарда, ничем не примечательного офисного работника, врывается девушка с изнанки Лондона. А за ней парочка наёмных убийц с богатой биографией и опытом работы. Они в буквальном смысле вычёркивают Ричарда из жизни в отместку за отказ сотрудничать. Главный герой отправляется в другой мир, где его ждут небывалые приключения. В дружной компании из всевозможных мифологических героев, нашедших пристанище по ту сторону Лондона, Ричард и девушка-дверь ищут ангела, а встречают настоящего демона-отступника. Великолепное повествование легко и непринуждённо кружит читателя по лабиринтам лондонской подземки, попутно предоставляя свежий взгляд на известные достопримечательности британской столицы.

9 книг, с которыми легко и приятно учить английский

В современной повседневной жизни бывает непросто найти время и мотивацию для изучения нового языка. Но что, если бы вам попалась интересная книга... Если вы учите английский, с этим мы можем помочь. Перед вами девять книг, которые в оригинальном варианте не только увлекут вас чтением, но и помогут расширить словарный запас, улучшить навыки грамматики и погрузиться в английскую культуру и литературу. От романтических историй до фантастических приключений, от классики до современных шедевров — теперь учить английский будет намного легче и приятнее. 1. Одри Ниффенеггер — Жена путешественника во времени Это любовная история о человеке с генетическим отклонением, которое позволяет ему непредсказуемо путешествовать во времени, и его жене, которая вынуждена справляться с опасными отлучками мужа. 2. Клайв С. Льюис — Хроники Нарнии В цикле из семи фэнтезийных книг рассказывается о приключениях детей в волшебной стране под названием Нарния, где животные могут разговаривать, магия никого не удивляет, а добро борется со злом. 3. Артур Конан Дойл — Затерянный мир В романе описываются приключения британской экспедиции в Южную Америку. На скалистом недоступном плато профессор Челленджер со спутниками обнаруживают «затерянный мир» — район, заселенный динозаврами, млекопитающими, человекообезьянами и примитивными людьми каменного века. 4. Роальд Даль — Матильда Родители и учителя Матильды думают, что от нее одни только неприятности. Матильда же считает, что сами взрослые — большие обманщики по жизни. Обнаружив, что имеет сверхъестественные способности, Матильда решает наказать взрослых. 5. Джейн Остин — Гордость и предубеждение По соседству с бедной, но уважаемой семьей Беннет поселился богатый и загадочный мистер Дарси. Элизабет Беннет отвергла его ухаживания. Но постепенно молодые люди, преодолевая гордость и предубеждения, лучше узнают друг друга. 6. Сьюзен Коллинз — Голодные игры Эти парень и девушка знакомы с детства и еще могут полюбить друг друга, но им придется стать врагами... По жребию они должны участвовать в страшных «Голодных играх», где выживает только один — сильнейший. Это закон, который никогда не нарушался. Но они не намерены сражаться друг с другом. 7. Джером Д. Сэлинджер — Над пропастью во ржи Детство только-только прошло, и наступает взрослая жизнь. Но в ней оказывается столько лжи и ханжества! Холден должен поступить по совести, показать себя и восстать против лжи, но его конфликты больше всего ранят его самого. 8. Диана Уинн Джонс — Ходячий замок На Софи обрушивается ужасное проклятие, и ей ничего не остается, как обратиться за помощью к таинственному чародею Хаулу, обитающему в ходячем замке. Однако, чтобы освободиться от чар, Софи предстоит разгадать немало загадок и прожить в замке у Хаула гораздо дольше, чем она рассчитывала. 9. Дэниел Киз — Цветы для Элджернона Главный герой романа, умственно отсталый Чарли, соглашается на экспериментальную операцию на мозге. Его интеллект начинает стремительно расти. Но сделают ли его счастливым эти знания? Нужно ли обладать высоким IQ, чтобы быть личностью?

Легкий флирт на эскалаторе

Наверное, самый милый розыгрыш.

Уилл Смитт. Вина или ответственность

Уилл Смит учит нас, как быть лучшей версией себя.

Как жить дальше?

Великолепный монолог великого актера!

7 книг о разуме и его иллюзиях

Сегодня многое из того, что раньше все принимали на веру, подвергается сомнению. Психологи и когнитивисты утверждают, что наше представление о себе — это нечто хрупкое и иллюзорное, а не постоянное и неизменное. Мы думаем, что наше восприятие окружающего мира адекватно, но на самом деле существует множество преград и фильтров между нами и реальностью. Нам кажется, что мы принимаем решения на основе своей свободной воли, но на самом деле наше подсознание делает выборы за нас. Перед вами семь наиболее интересных книг о том, как мы воспринимаем мир, откуда берется (само)сознание и почему наши обыденные интуиции так часто нас обманывают. Томас Метцингер «Тоннель Эго. Наука о мозге и миф о своем Я» Проблема сознания и самовосприятия беспокоила философов всегда, но мало кто из них строил свои рассуждения на прочной фактической основе. Ученые, с другой стороны, обычно отказываются строить всеобъемлющие теории, занимая себя проверкой частных гипотез и наблюдений. Томас Метцингер, один из заметных мировых специалистов по философии сознания, объединяет достижения нейронаук с широким философским бэкграундом, на котором новые идеи высвечиваются совершенно особенным образом. В своей самой известной книге «Тоннель Эго» он доказывает, что наше «я» — не более чем симуляция внутри симуляции. Зачем нам понадобился этот замысловатый когнитивный механизм? Иными словами, почему сознание субъективно? Эксперименты с виртуальной реальностью и выходом из тела, исследования эмпатии искусственного интеллекта, галлюцинации, фантомные конечности и осознанные сновидения — вот лишь некоторые вопросы, которые затрагиваются в этой непростой, но очень интересной работе. Томас Метцингер, автор книги: «Наши органы чувств несовершенны: они развились для выживания, а не для того, чтобы передавать величайшее богатство и красочность реальности во всей ее немыслимой глубине. Следовательно, непрерывный процесс сознательного опыта — не столько образ реальности, сколько тоннель сквозь нее». Питер Уоттс «Ложная слепота» «Ложная слепота» — это научно-фантастический роман, который был опубликован в 2006 году и уже успел стать культовым. Это по-настоящему «твердая» научная фантастика — до такой степени, что в конце книги Уоттс приводит список используемых источников (около 150 научных работ по целому ряду дисциплин). В центре повествования — первый контакт между инопланетной цивилизацией и человечеством, которое к 2082 существенно изменилось. Впрочем, многие из этих изменений можно заметить уже сегодня. Взаимоотношение интеллекта и сознания — это вопрос, которые интересует Уоттса больше всего. Герои его романа сталкиваются с существами, которые по интеллекту намного превосходят людей. Их технологии достигли потрясающего развития. Для людей это прозвучит очень странно, но эти существа не обладают обособленным сознанием. Это «философские зомби», которые могут совершать сложнейшие когнитивные операции, но не могут «мыслить». Роман Уоттса исследует эти вопросы научным прилежанием, не отказываясь при этом от художественной составляющей. Сложность и глубина не помешали этой книге стать международным бестселлером. Питер Уоттс, автор книги: «Хочешь знать, для чего нужно сознание? Хочешь знать, какую (единственную!) функцию оно реально выполняет? Оно — костыли, для тех, кто учится ходить, маленькие колеса для детского велосипеда. Ты не в силах увидеть куб Неккера полностью, оба его аспекта одновременно, поэтому сознание позволяет тебе сфокусироваться на одном и отсечь другой. Дурацкий способ анализировать реальность... Всегда лучше видеть одновременно обе стороны». Леонард Млодинов «(Нео)сознанное. Как бессознательный ум управляет нашим поведением» Известный писатель, соавтор Стивена Хокинга, рассказывает о том, что такое бессознательное, и почему именно в этой части нашей психики происходит всё самое важное. «Современное» бессознательное сильно отличается от бессознательного в теории Фрейда. Чтобы открыть этот новый материк, психологам понадобилось сделать множество экспериментов и наблюдений; многие из них Млодинов описывает в этой книге подробно и вместе с тем увлекательно. Наша память, наши решения, наше восприятие мира и отношения с окружающими — все это таким образом встроено в архитектуру нашего мозга, что сознание остается лишь верхушкой огромного айсберга. Книга Млодинова — один из лучших путеводителей по его подводной части. Леонард Млодинов, автор книги: «Наши представления о себе, о наших мотивациях и обществе — паззл, в котором большая часть фрагментов утеряна. Мы как-то заполняем пробелы и строим догадки, но истинное положение дел куда сложнее и затейливее, чем нам по силам понять путем прямых расчётов сознательного рационального ума». Брюс Худ «Иллюзия "Я", или Игры, в которые играет с нами мозг» Книга английского психолога Брюса Худа — еще одно хорошее введение в тему бессознательного с точки зрения нейропсихологии. Худ рассказывает не только о том, как устроен мозг и как возникают наши мысли, но и касается проблемы воспитания, агрессивности и свободы воли. Наше восприятие не ограничено биологическими механизмами. Оно возникает под влиянием общества и отношений с другими людьми, а также тех историй, которые мы сами себе рассказываем. Брюс Худ, автор книги: «Каким-то образом этот полуторакилограммовый кусок материи внутри нашего черепа способен охватывать безбрежность межзвездного пространства, ценить Ван Гога и наслаждаться Бетховеном. Он делает это под личиной Я. Однако это ощущение эго невозможно найти ни в одной конкретной области мозга. Правильнее будет сказать, что оно возникает из оркестра всевозможных процессов, происходящих в мозге, играющих симфонию Я, как говорили об этом Будда и Юм». Стивен Сломан, Филипп Фернбах «Иллюзия знания: почему мы никогда не думаем в одиночестве» Обычно нам кажется, что мы думаем в одиночку, а наш разум замкнут в отдельной черепной коробке и лишь опосредованно связан с окружающим миром. Эта книга убедит вас, что познание всегда и везде коллективно. Когнитивисты Стивен Сломан и Филипп Фернбах начинают книгу с изучения унитазов, замков и застежек-молний. Если вас попросят оценить, насколько хорошо вы понимаете эти устройства, а затем написать пошаговое описание того, как они работают, вы наверняка разочаруетесь в собственных знаниях. Мы полагаемся на знания других и делаем это почти постоянно, нисколько этого не замечая. Если вы хотите понять, как это происходит, добавьте «Иллюзию знания» в свой читательский лист. Кристофер Шабри, Даниэл Саймонс «Невидимая горилла, или история о том, как обманчива наша интуиция» «Невидимая горилла» — книга о парадоксах и слабостях нашего восприятия. Иногда мы не способны увидеть то, что находится прямо перед нашими глазами — даже если это горилла размером с человеческий рост, как в одном из самых известных психологических экспериментов. Создателями этого эксперимента, о котором написали почти все СМИ, были именно авторы этой книги. Здесь же они рассказывают не только о «слепоте невнимания». Главная тема «Гориллы» — наша повседневная интуиция, которой мы так часто доверяем, и которая так часто нас обманывает. Оливер Сакс «Галлюцинации» Эта книга — не просто о когнитивных иллюзиях, а о реальных галлюцинациях, которые можно увидеть, потрогать, и — в некоторых случаях — даже понюхать. Невролог и писатель Оливер Сакс рассказывает истории живых людей, страдающих необычными видениями. На самом деле галлюцинации — совсем не такая редкость, как это принято считать. У людей с нормально функционирующей психикой они тоже регулярно случаются (например, во время сонного паралича, под влиянием горя или воздействием психоделиков). В этой книге вы не найдете стройной и глубокой теории, зато встретите много красочных описаний и увлекательных историй.

19 заповедей Марии Монтессори для родителей

Всего четыре педагога совершили революцию педагогического воспитания в ХХ веке. Это американец Джон Дьюи, немец Георг Кершенштейнер, итальянка Мария Монтессори и наш соотечественник Антон Макаренко. Мария Монтессори стала первой в истории своей страны женщиной-доктором. Всю жизнь она проработала с детьми, создав путём точных наблюдений уникальную систему образования для разностороннего и гармоничного развития ребёнка. А также сформулировала краткие заповеди-напоминания для родителей. Они просты, но если вдуматься в каждую из них – это многотомная мудрость в нескольких словах. Если Вы будете хотя бы раз в год перечитывать этот список, то взаимоотношения с детьми могут выйти на качественно новый уровень, а ребенок вырастет более развитой и гармоничной личностью: Де­тей учит то, что их окру­жа­ет. Если ре­бен­ка час­то кри­ти­ку­ют – он учит­ся осуж­дать. Если ре­бен­ка час­то хва­лят – он учит­ся оце­ни­вать. Если ре­бен­ку де­мон­ст­ри­ру­ют враж­деб­ность – он учит­ся драть­ся. Если с ре­бен­ком чест­ны – он учит­ся спра­вед­ли­вос­ти. Если ре­бен­ка час­то вы­сме­и­ва­ют – он учит­ся быть роб­ким. Если ре­бе­нок жи­вет с чувст­вом без­опас­нос­ти – он учит­ся ве­рить. Если ре­бен­ка час­то по­зо­рят – он учит­ся чувст­во­вать се­бя ви­но­ва­тым. Если ре­бен­ка час­то одоб­ря­ют – он учит­ся хо­ро­шо к се­бе от­но­сить­ся. Если к ре­бен­ку час­то бы­ва­ют сни­схо­ди­тель­ны – он учит­ся быть тер­пе­ли­вым. Если ре­бен­ка час­то под­бад­ри­ва­ют – он при­о­бре­та­ет уве­рен­ность в се­бе. Если ре­бе­нок жи­вет в ат­мо­сфе­ре друж­бы и чувст­ву­ет се­бя не­об­хо­ди­мым – он учит­ся на­хо­дить в этом ми­ре любовь. Не го­во­ри­те пло­хо о ре­бен­ке – ни при нем, ни без не­го. Кон­цент­ри­руй­тесь на раз­ви­тии хо­ро­ше­го в ре­бен­ке, так что в ито­ге пло­хо­му не бу­дет оста­вать­ся ме­с­та. Всег­да при­слу­ши­вай­тесь и отве­чай­те ре­бен­ку, ко­то­рый об­ра­ща­ет­ся к вам. Ува­жай­те ре­бен­ка, ко­то­рый сде­лал ошиб­ку и смо­жет сей­час или чуть поз­же ис­пра­вить ее. Будь­те го­то­вы по­мочь ре­бен­ку, ко­то­рый на­хо­дит­ся в по­ис­ке и быть не­за­мет­ным для то­го ре­бен­ка, ко­то­рый уже все нашел. По­мо­гай­те ре­бен­ку осва­ивать неосвоенное ра­нее. Де­лай­те это, на­пол­няя окру­жа­ю­щий мир за­бо­той, сдер­жан­ностью, ти­ши­ной и лю­бовью. В об­ра­ще­нии с ре­бен­ком всег­да при­дер­жи­вай­тесь луч­ших ма­нер – пред­ла­гай­те ему луч­шее, что есть в вас самих. А в народе говорят: «На самом деле в отношениях с детьми всё не так сложно: хотите хороших детей – будьте хорошими родителями».

Трейлер следующей части в человеческой истории

Илон Маск и Джонатан Нолан (брат Кристофера) выпустили видео, содержащее ранее неопубликованные кадры Falcon Heavy с Tesla на борту под музыку Девида Боуи. Они назвали это «трейлером следующей части человеческой истории».

Наука о приятном: откуда берётся удовольствие?

Эволюционные и когнитивные механизмы удовольствия, которое мы получаем от поэзии, фильмов ужасов, вкусной еды, религии и науки. Даже такие простые удовольствия, как пища и секс, на самом деле не так уж просты: в удовольствии всегда есть глубина. Обычно нам важно, как была приготовлена наша еда, и кто именно является нашим партнёром. С другой стороны, наслаждение от созерцания картины Поллока или прослушивания сложной симфонии имеет нечто общее с удовольствиями, которые считаются низкими и даже постыдными. Что же объединяет все эти разные способы, с помощью которых люди научились доставлять себе приятные ощущения? Природе человеческих удовольствий посвящена увлекательная книга Пола Блума — профессора психологии и когнитивной науки в Йельском университете. В этой книге с подзаголовком «Почему мы любим то, что любим» сочетаются два вида объяснений, которые обычно с трудом сходятся друг с другом. Удовольствие — штука универсальная и биологически обусловленная. Но ведь многие люди получают удовольствие от фильмов ужасов, платят огромные деньги за полотна с размазанными пятнами краски или буквально теряют голову, услышав мелодию, от которой другой человек поморщится и заткнёт уши. Удовольствие каннибала, поглощающего плоть убитого врага, немногим отличается от удовольствия, которое гурман получит от бутылки старого Шато Мутон. Другими словами, биологическая основа удовольствия не мешает ему быть глубоким и трансцендентным феноменом. Никто, кроме людей, не обладает такими способностями находить приятное в самых на первых взгляд странных вещах. Человек — не только бескрылое животное с плоскими ногтями, способное строить рассуждения, но и животное, падкое на удовольствия. Биологи и исследователи в области социальных наук сходятся в том, что биология делает многие вещи невозможными (скажем, люди не могут питаться камнями, а некоторые не могут переваривать лактозу), но всё остальное пущено на самотёк. Однако люди склонны воспринимать свои чувства и переживания как что-то совершенно естественное, данное от природы. Как ещё в XIX веке писал Уильям Джеймс, только метафизику могут прийти в голову вопросы «Почему мы улыбаемся, а не хмурим брови, когда довольны?», «Почему мы не способны говорить с толпой так, как говорим наедине с другом?», «Почему именно эта девушка сводит нас с ума?». «Обычный человек скажет просто так: «Конечно, мы улыбаемся, конечно, наше сердце трепещет при виде толпы, конечно мы любим девушку, чья прекрасная душа, облачённая в совершенную форму, так явно и откровенно создана для того, чтобы быть горячо любимой целую вечность!» — Уильям Джеймс, из работы «Принципы психологии», 1890 г. От внимания учёного эти вопросы ускользнуть, конечно, не могут. Но даже сегодня ответить на них по-прежнему очень трудно: чтобы это сделать, необходимо пройти между Сциллой биологического и Харибдой культурного редукционизма. И Полу Блуму, кажется, удалось это сделать. Главные новости, которые он приносит из этого путешествия, можно представить в виде пяти пунктов: 1. Имеет значение не только то, что мы переживаем, но и то, что мы думаем по поводу этих переживаний. Как считает Пол Блум, в основе удовольствий лежит эссенциалистская установка — представление о том, что вещи обладают некоторой незримой сущностью. Поэтому мы ценим оригинал картины больше, чем неотличимый от неё дубликат. И поэтому, поглощая пищу, мы едим не только белки и углеводы, но и её внутреннюю сущность. В этом заключается, к примеру, отличие между водой из крана и бутилированным «Перье». Бутылочная вода рождает ассоциации с чистотой, даже если на вкус она неотличима от водопроводной. Как остроумно замечает Блум, «у “Перье” действительно отличный вкус. Просто чтобы оценить его, нужно знать, что перед вами “Перье”». 2. Наша психика создана в том числе для того, чтобы доставлять другим удовольствие. Дарвин поначалу приходил в замешательство, думая о павлиньих хвостах: они тяжелы, совершенно бесполезны или даже вредны при поисках пищи или при столкновении с хищником. Из такого рода замешательств появилась теория полового отбора. Роскошный хвост нужен для привлечения самок: с помощью этого индикатора они определяют достоинства самцов, ведь только здоровый и приспособленный может позволить себе носить такое излишество. С этой же точки зрения можно объяснить человеческую любовь к сложным произведениям искусства, затейливым разговорам и утончённым шуткам. Вполне возможно, что наша психика — не только машина по переработке данных или хитрый макиавеллист, старающийся перехитрить других, но и центр развлечений, «сформированный половым отбором для того, чтобы доставлять другим удовольствие, чтобы уметь рассказывать истории, очаровывать и смешить». 3. Воображение и ожидания формируют удовольствия не в меньшей степени, чем реальность. Значимость ожиданий можно легко понять, если предложить людям одно и то же вино, разлитое в разные бутылки, и указать, что первая стоит 10, я вторая — 90 долларов. Учёные много раз проводили похожие эксперименты; особенно показательные результаты удалось получить, уложив дегустаторов вина в томограф. На каком-то грубом уровне сенсорные сигналы от одинакового вина с разной стоимостью тоже будут одинаковыми. Но ожидания наслаиваются на восприятие цвета, вкуса и запаха, поэтому общая картина существенно изменяется. Убеждения искажают наши впечатления от реальности и сами себя поддерживают. Иногда физические ощущения могут возобладать над представлениями: скажем, огромное удовольствие можно получить от обычного столового вина, а элитное и выдержанное может оказаться кислым и неприятным. Но в целом наши установки по отношению к вещам значат не меньше, чем сами вещи. 4. Даже если мы совершенно уверены, что нечто является вымыслом, на некотором уровне мы верим, что это реально. Почему мы предпочитаем смотреть сериал «Друзья», вместо того, чтобы проводить время с настоящими друзьями? Это вполне серьёзный психологический вопрос. Если посмотреть на то, чем занимается обычный житель современного города большую часть суток, можно легко понять, что приобретение впечатлений стало нашим основным занятием. Вымысел увлекает нас, потому что на каком-то уровне он не менее реален, чем сама реальность. Но видеть разницу между этими двумя вещами тоже очень важно: в фильме Чаплина мы можем посмеяться над пешеходом, проваливающимся в открытый канализационный люк — именно потому что знаем, что пострадал не человек, а персонаж. 5. Наука — такое же удовольствие, как и все остальные. В основе науки лежит удовольствие от схватывания сути вещей — та же самая эссенциалистская установка, которая поддерживает нашу любовь к искусству и наши религиозные представления. Верующий согласится с учёным в том, что есть нечто более глубокое, иная реальность за пределами чувственных ощущений. Поэтому Ричард Докинз справедливо не разделяет беспокойства Джона Китса о том, что Ньютон уничтожил поэтичность радуги. Реальность науки не менее поэтична, чем религиозные фантазии, и даже самые твёрдые рационалисты жаждут трансцендентного. Воображение в науке необходимо ещё сильнее, чем в религии: нужно уметь поверить, что камень состоит из частиц и энергетических полей, а это может быть намного труднее, чем представить, что вино — это кровь Христова. Удовольствие можно представить как побочный продукт эссенциалистской работы сознания — представления о глубинной сути вещей. Однако эссенциалистская установка имеет и свои минусы. Там, где речь заходит о социальном, она становится даже опасной. Расовые, кастовые и классовые различия, которые многим до сих пор кажутся укоренёнными в самой природе космоса, не имеют под собой никакой реальной основы, кроме наших представлений. Из этой теории следует ещё один важный, хотя и тривиальный вывод. Нужно ценить те удовольствия, которые мы получаем от мира, ведь никто кроме людей не может наслаждаться поездкой на американских горках, острым соусом «Табаско», просмотром эротических фильмов и погружением в научные дискуссии о природе удовольствия. Источник: Newtonew Олег Матфатов