Публикуем фрагменты важнейшей книги XX столетия «Сказать жизни «Да!». Психолог в концлагере», написанной психологом Виктором Франклом, которому выпала доля потерять всю свою семью и пройти через несколько концлагерей во время Второй мировой войны. Каждый раз накануне 9 мая или 22 июня неспокойные умы пытаются вновь понять и переосмыслить то, что произошло в середине прошлого столетия с человечеством: как в нашем «цивилизованном мире» мог появиться фашизм и газовые камеры, в каких уголках души «нормальных людей» прячется зверь, способный холодно и жестоко убивать себе подобных, где люди могли черпать силы, чтобы выживать в нечеловеческих условиях войны и концлагерей? В конце концов, любые даты, связанные со Второй мировой войной, — это всегда повод задуматься и над главным вопросом: а выучили ли мы уроки той войны? Кажется, нет. Тем не менее, сегодня хочется обойтись без патетичных слов и назидательных описаний ужасов, творившихся в 40-х гг. прошлого века на нашей планете. Вместо этого мы решили опубликовать несколько цитат из величайшей книги XX столетия «Сказать жизни «Да!». Психолог в концлагере», написанной гениальным психологом Виктором Франклом, которому выпала доля потерять всю свою семью и пройти через несколько концлагерей во время Второй мировой войны. Почему именно эта книга? Потому что она гораздо шире любого вопроса о войне и мире, она — о человеке и вечном его стремлении к смыслу — даже там, где этого смысла, казалось бы, быть не может. Она о том, как человеку всегда оставаться человеком и не зависеть от условий, как бы жестоки и несправедливы они ни были: «Почти посередине через его жизнь проходит разлом, обозначенный датами 1942—1945. Это годы пребывания Франкла в нацистских концлагерях, нечеловеческого существования с мизерной вероятностью остаться в живых. Почти любой, кому посчастливилось выжить, счел бы наивысшим счастьем вычеркнуть эти годы из жизни и забыть их как страшный сон. Но Франкл еще накануне войны в основном завершил разработку своей теории стремления к смыслу как главной движущей силы поведения и развития личности. И в концлагере эта теория получила беспрецедентную проверку жизнью и подтверждение — наибольшие шансы выжить, по наблюдениям Франкла, имели не те, кто отличался наиболее крепким здоровьем, а те, кто отличался наиболее крепким духом, кто имел смысл, ради которого жить. Мало кого можно вспомнить в истории человечества, кто заплатил столь высокую цену за свои убеждения и чьи воззрения подверглись такой жестокой проверке. Виктор Франкл стоит в одном ряду с Сократом и Джордано Бруно, принявшим смерть за истину.» — Дмитрий Леонтьев, д.п.н. В книге Франкл описывает свой собственный опыт выживания в концентрационном лагере, анализирует состояние себя и остальных заключённых с точки зрения психиатра и излагает свой психотерапевтический метод нахождения смысла во всех проявлениях жизни, даже самых страшных. Это предельно мрачный и одновременно самый светлый гимн человеку, который когда-либо существовал на земле. Сказать, что это панацея от всех проблем человечества, конечно, нельзя, но любой, кто когда-либо задавался вопросом смысла своего существования и несправедливости мира, найдёт в книге «Сказать жизни «Да!». Психолог в концлагере», ответы, с которыми сложно будет поспорить. Чего только стоит эта фраза: «Человек не должен спрашивать, в чём смысл его жизни, но, скорее должен осознать, что он сам и есть тот, к кому обращён этот вопрос.» Горячо рекомендуем прочитать всю работу Франкла (эта всемирно известная книга занимает не больше двухсот страниц), но если у вас на это нет времени, то вот несколько фрагментов из неё. «Психолог в концлагере» — таков подзаголовок этой книги. Это рассказ больше о переживаниях, чем о реальных событиях. Цель книги — раскрыть, показать пережитое миллионами людей. Это концентрационный лагерь, увиденный «изнутри», с позиции человека, лично испытавшего все, о чем здесь будет рассказано. Причем речь пойдет не о тех глобальных ужасах концлагерей, о которых уже и без того много говорилось (ужасах столь неимоверных, что в них даже не все и не везде поверили), а о тех бесконечных «малых» мучениях, которые заключенный испытывал каждый день. О том, как эта мучительная лагерная повседневность отражалась на душевном состоянии обычного, среднего заключенного. Из лагерной жизни Если попытаться хотя бы в первом приближении упорядочить огромный материал собственных и чужих наблюдений, сделанных в концлагерях, привести его в какую-то систему, то в психологических реакциях заключенных можно выделить три фазы: прибытия в лагерь, пребывания в нем и освобождения. Первую фазу можно охарактеризовать как «шок прибытия», хотя, конечно, психологически шоковое воздействие концлагеря может предшествовать фактическому попаданию в него. Психиатрам известна картина так называемого бреда помилования, когда приговоренный к смерти буквально перед казнью начинает, в полном безумии, верить, что в самый последний момент его помилуют. Вот и мы озарились надеждой и поверили — это не будет, не может быть так ужасно. Ну посмотрите же на этих краснорожих типов, на эти лоснящиеся щеки! Мы еще не знали тогда, что это — лагерная элита, люди, специально отобранные для того, чтобы встречать составы, годами ежедневно прибывавшие в Аушвиц. И, ободряя новоприбывших своим видом, забирать их багаж со всеми ценностями, которые, возможно, припрятаны в нем, — какой-нибудь редкой вещицей, ювелирным изделием. К тому времени, то есть к середине Второй мировой войны, Аушвиц стал, безусловно, своеобразным центром Европы. Здесь скопилось огромное количество ценностей — золота, серебра, платины, бриллиантов, и не только в магазинах, но и в руках эсэсовцев, а кое-что даже у членов той особой группы, которая нас встречала. Среди нас еще находятся (на потеху помощникам из числа «старых» лагерников) наивные люди, спрашивающие, можно ли оставить себе обручальное кольцо, медальон, какую-то памятную вещичку, талисман: никто еще не может поверить, что отнимается буквально все. Я пробую довериться одному из старых лагерников, наклоняюсь к нему и, показывая бумажный сверток во внутреннем кармане пальто, говорю: «Смотри, у меня здесь рукопись научной книги. Я знаю, что ты скажешь, знаю, что остаться живым, только живым — самое большое, чего можно сейчас просить у судьбы. Но я ничего не могу с собой поделать, такой уж я сумасшедший, я хочу большего. Я хочу сохранить эту рукопись, спрятать ее куда-нибудь, это труд моей жизни». Он, кажется, начинает меня понимать, он усмехается, сначала скорее сочувственно, потом все более иронично, презрительно, издевательски и наконец с гримасой полного пренебрежения злобно ревет мне в ответ единственное слово, самое популярное слово из лексикона заключенных: «Дерьмо!». Вот теперь я окончательно усвоил, как обстоят дела. И со мной происходит то, что можно назвать пиком первой фазы психологических реакций: я подвожу черту под всей своей прежней жизнью. О психологических реакциях Так рушились иллюзии, одна за другой. И тогда явилось нечто неожиданное: черный юмор. Мы ведь поняли, что нам уже нечего терять, кроме этого до смешного голого тела. Еще под душем мы стали обмениваться шутливыми (или претендующими на это) замечаниями, чтобы подбодрить друг друга и прежде всего себя. Кое-какое основание для этого было — ведь все-таки из кранов идет действительно вода! Кроме черного юмора появилось еще другое чувство, что-то вроде любопытства. Лично мне такая реакция на чрезвычайные обстоятельства была уже знакома совсем из другой области. В горах, при обвале, отчаянно цепляясь и карабкаясь, я в какие-то секунды, даже доли секунды испытывал что-то вроде отстраненного любопытства: останусь ли жив? Получу травму черепа? Перелом каких-то костей? И в Аушвице у людей на короткое время возникало состояние некой объективизации, отстраненности, мгновения почти холодного любопытства, почти стороннего наблюдения, когда душа как бы отключается и этим пытается защититься, спастись. Нам становилось любопытно, что же будет происходить дальше. Как, например, мы, совершенно голые и мокрые, выйдем отсюда наружу, на холод поздней осени? Безвыходность ситуации, ежедневная, ежечасная, ежеминутная угроза гибели — все это приводило почти каждого из нас, пусть даже мельком, ненадолго, к мысли о самоубийстве. Но я, исходя из моих мировоззренческих позиций, о которых еще будет сказано, в первый же вечер, прежде чем заснуть, дал себе слово «не бросаться на проволоку». Этим специфическим лагерным выражением обозначался здешний способ самоубийства — прикоснувшись к колючей проволоке, получить смертельный удар тока высокого напряжения. Через несколько дней психологические реакции начинают меняться. Пережив первоначальный шок, заключенный понемногу погружается во вторую фазу — фазу относительной апатии, когда в его душе что-то отмирает. Апатия, внутреннее отупение, безразличие — эти проявления второй фазы психологических реакций заключенного делали его менее чувствительным к ежедневным, ежечасным побоям. Именно этот род нечувствительности можно считать необходимейшей защитной броней, с помощью которой душа пыталась оградить себя от тяжелого урона. Возвращаясь к апатии как главному симптому второй фазы, следует сказать, что это — особый механизм психологической защиты. Реальность сужается. Все мысли и чувства концентрируются на одной-единственной задаче: выжить! И вечером, когда измученные люди возвращались с работ, от всех можно было слышать одну фразу-вздох: ну, еще один день позади! Вполне понятно поэтому, что в состоянии такого психологического пресса и под давлением необходимости всецело концентрироваться на непосредственном выживании вся душевная жизнь сужалась до довольно примитивной ступени. Психоаналитически ориентированные коллеги из числа товарищей по несчастью часто говорили о «регрессии» человека в лагере, о его возвращении к более примитивным формам душевной жизни. Эта примитивность желаний и стремлений ясно отражалась в типичных мечтах заключенных. Об унижении Причиняемая побоями телесная боль была для нас, заключенных, не самым главным (точно так же, как для подвергаемых наказанию детей). Душевная боль, возмущение против несправедливости — вот что, несмотря на апатию, мучило больше. В этом смысле даже удар, который приходится мимо, может быть болезненным. Однажды, например, мы в сильную метель работали на железнодорожных путях. Уже хотя бы ради того, чтобы не замерзнуть окончательно, я очень прилежно трамбовал колею щебенкой, но в какой-то момент остановился, чтобы высморкаться. К несчастью, именно в этот момент конвоир обернулся ко мне и, конечно, решил, что я отлыниваю от работы. Самым болезненным для меня в этом эпизоде был не страх дисциплинарного взыскания, битья. Вопреки уже полнейшему, казалось бы, душевному отупению, меня крайне уязвило то, что конвоир не счел то жалкое существо, каким я был в его глазах, достойным даже бранного слова: как бы играя, он поднял с земли камень и бросил в меня. Я должен был понять: так привлекают внимание какого-нибудь животного, так домашней скотине напоминают о ее обязанностях — равнодушно, не снисходя до наказания. О внутренней опоре Психологические наблюдения показали, что, помимо всего прочего, лагерная обстановка влияла на изменения характера лишь у того заключенного, кто опускался духовно и в чисто человеческом плане. А опускался тот, у кого уже не оставалось больше никакой внутренней опоры. Но зададим теперь вопрос: в чем могла и должна была заключаться такая опора? По единодушному мнению психологов и самих заключенных, человека в концлагере наиболее угнетало то, что он вообще не знал, до каких пор он будет вынужден там оставаться. Не существовало никакого срока! Латинское слово «finis» имеет, как известно, два значения: конец и цель. Человек, который не в состоянии предвидеть конец этого его временного существования, тем самым не может и направить жизнь к какой-то цели. Он уже не может, как это вообще свойственно человеку в нормальных условиях, ориентироваться на будущее, что нарушает общую структуру его внутренней жизни в целом, лишает опоры. Сходные состояния описаны в других областях, например у безработных. Они тоже в известном смысле не могут твердо рассчитывать на будущее, ставить себе в этом будущем определенную цель. У безработных горняков психологические наблюдения выявили подобные деформации восприятия того особого времени, которое психологи называют «внутренним временем» или «переживанием времени». Внутренняя жизнь заключенного, не имеющего опоры на «цель в будущем» и потому опустившегося, приобретала характер какого-то ретроспективного существования. Мы уже говорили в другой связи о тенденции возвращения к прошлому, о том, что такая погруженность в прошлое обесценивает настоящее со всеми его ужасами. Но обесценивание настоящего, окружающей действительности таит в себе и определенную опасность — человек перестает видеть хоть какие-то, пусть малейшие, возможности воздействия на эту действительность. А ведь отдельные героические примеры свидетельствуют, что даже в лагере такие возможности иногда бывали. Обесценивание реальности, сопутствующее «временному существованию» заключенных, лишало человека опоры, заставляя окончательно опуститься, пасть духом — потому что «все равно все впустую». Такие люди забывают, что самая тяжелая ситуация как раз и дает человеку возможность внутренне возвыситься над самим собой. Вместо того чтобы рассматривать внешние тяготы лагерной жизни как испытание своей духовной стойкости, они относились к своему настоящему бытию как к чему-то такому, от чего лучше всего отвернуться, и, замкнувшись, полностью погружались в свое прошлое. И жизнь их шла к упадку. Конечно, немногие способны среди ужасов концлагеря достичь внутренних высот. Но такие люди были. Им удавалось при внешнем крушении и даже в самой смерти достичь такой вершины, которая была для них недостижима раньше, в их повседневном существовании. Можно сказать, что большинство людей в лагере полагали, что все их возможности самоосуществления уже позади, а между тем они только открывались. Ибо от самого человека зависело, во что он превратит свою лагерную жизнь — в прозябание, как у тысяч, или в нравственную победу — как у немногих. О надежде и любви Километр за километром мы с ним идем рядом, то утопая в снегу, то скользя по обледенелым буграм, поддерживая друг друга, слыша брань и понукания. Мы не говорим больше ни слова, но мы знаем: каждый из нас думает сейчас о своей жене. Время от времени я бросаю взгляд на небо: звезды уже бледнеют, и там, вдали, сквозь густые облака начинает пробиваться розовый свет утренней зари. А пред моим духовным взором стоит любимый человек. Моя фантазия сумела воплотить его так живо, так ярко, как это никогда не бывало в моей прежней, нормальной жизни. Я беседую с женой, я задаю вопросы, она отвечает. Я вижу ее улыбку, ее ободряющий взгляд, и — пусть этот взгляд бестелесен — он сияет мне ярче, чем восходящее в эти минуты солнце. И вдруг меня пронзает мысль: ведь сейчас я впервые в жизни понял истинность того, что столь многие мыслители и мудрецы считали своим конечным выводом, что воспевали столь многие поэты: я понял, я принял истину — только любовь есть то конечное и высшее, что оправдывает наше здешнее существование, что может нас возвышать и укреплять! Да, я постигаю смысл того итога, что достигнут человеческой мыслью, поэзией, верой: освобождение — через любовь, в любви! Я теперь знаю, что человек, у которого нет уже ничего на этом свете, может духовно — пусть на мгновение — обладать самым дорогим для себя — образом того, кого любит. В самой тяжелой из всех мыслимо тяжелых ситуаций, когда уже невозможно выразить себя ни в каком действии, когда единственным остается страдание, — в такой ситуации человек может осуществить себя через воссоздание и созерцание образа того, кого он любит. Впервые в жизни я смог понять, что подразумевают, когда говорят, что ангелы счастливы любовным созерцанием бесконечного Господа. Промерзшая земля плохо поддается, из-под кирки летят твердые комья, вспыхивают искры. Мы еще не согрелись, все еще молчат. А мой дух снова витает вокруг любимой. Я еще говорю с ней, она еще отвечает мне. И вдруг меня пронзает мысль: а ведь я даже не знаю, жива ли она! Но я знаю теперь другое: чем меньше любовь сосредоточивается на телесном естестве человека, тем глубже она проникает в его духовную суть, тем менее существенным становится его «так-бытие» (как это называют философы), его «здесь-бытие», «здесь-со-мной-присутствие», его телесное существование вообще. Для того, чтобы вызвать сейчас духовный образ моей любимой, мне не надо знать, жива она или нет. Знай я в тот момент, что она умерла, я уверен, что все равно, вопреки этому знанию, вызывал бы ее духовный образ, и мой духовный диалог с ним был бы таким же интенсивным и так же заполнял всего меня. Ибо я чувствовал в тот момент истинность слов Песни Песней: «Положи меня, как печать, на сердце твое... ибо крепка, как смерть, любовь» (8:6). «Слушай, Отто! Если я не вернусь домой, к жене, и если ты ее увидишь, ты скажешь ей тогда — слушай внимательно! Первое: мы каждый день о ней говорили — помнишь? Второе: я никого не любил больше, чем ее. Третье: то недолгое время, что мы были с ней вместе, осталось для меня таким счастьем, которое перевешивает все плохое, даже то, что предстоит сейчас пережить». О внутренней жизни Чувствительные люди, с юных лет привыкшие к преобладанию духовных интересов, переносили лагерную ситуацию, конечно, крайне болезненно, но в духовном смысле она действовала на них менее деструктивно, даже при их мягком характере. Потому что им-то и было более доступно возвращение из этой ужасной реальности в мир духовной свободы и внутреннего богатства. Именно этим и только этим можно объяснить тот факт, что люди хрупкого сложения подчас лучше противостояли лагерной действительности, чем внешне сильные и крепкие. Уход в себя означал для тех, кто был к этому способен, бегство из безрадостной пустыни, из духовной бедности здешнего существования назад, в собственное прошлое. Фантазия была постоянно занята восстановлением прошлых впечатлений. Причем чаще всего это были не какие-то значительные события и глубокие переживания, а детали обыденной повседневности, приметы простой, спокойной жизни. В печальных воспоминаниях они приходят к заключенным, неся им свет. Отворачиваясь от окружающего его настоящего, возвращаясь в прошлое, человек мысленно восстанавливал какие-то его отблески, отпечатки. Ведь весь мир, вся прошлая жизнь отняты у него, отодвинулись далеко, и тоскующая душа устремляется вслед за ушедшим — туда, туда... Вот едешь в трамвае; вот приходишь домой, открываешь дверь; вот звонит телефон, подымаешь трубку; зажигаешь свет... Такие простые, на первый взгляд до смешного незначительные детали умиляют, трогают до слез. Те, кто сохранил способность к внутренней жизни, не утрачивал и способности хоть изредка, хоть тогда, когда предоставлялась малейшая возможность, интенсивнейшим образом воспринимать красоту природы или искусства. И интенсивность этого переживания, пусть на какие-то мгновения, помогала отключаться от ужасов действительности, забывать о них. При переезде из Аушвица в баварский лагерь мы смотрели сквозь зарешеченные окна на вершины Зальцбургских гор, освещенные заходящим солнцем. Если бы кто-нибудь увидел в этот момент наши восхищенные лица, он никогда бы не поверил, что это — люди, жизнь которых практически кончена. И вопреки этому — или именно поэтому? — мы были пленены красотой природы, красотой, от которой годами были отторгнуты. О счастье Счастье — это когда худшее обошло стороной. Мы были благодарны судьбе уже за малейшее облегчение, за то, что какая-то новая неприятность могла случиться, но не случилась. Мы радовались, например, если вечером, перед сном ничто не помешало нам заняться уничтожением вшей. Конечно, само по себе это не такое уж удовольствие, тем более что раздеваться донага приходилось в нетопленом бараке, где с потолка (внутри помещения!) свисали сосульки. Но мы считали, что нам повезло, если в этот момент не начиналась воздушная тревога и не вводилось полное затемнение, из-за чего это прерванное занятие отнимало у нас полночи. Но вернемся к относительности. Много времени спустя, уже после освобождения кто-то показал мне фотографию в иллюстрированной газете: группа заключенных концлагеря, лежащих на своих многоэтажных нарах и тупо глядящих на того, кто их фотографировал. «Разве это не ужасно — эти лица, все это?» — спросили меня. А я не ужаснулся. Потому что в этот момент предо мной предстала такая картина. Пять часов утра. На дворе еще темная ночь. Я лежу на голых досках в землянке, где еще почти 70 товарищей находятся на облегченном режиме. Мы отмечены как больные и можем не выходить на работы, не стоять в строю на плацу. Мы лежим, тесно прижавшись друг к другу — не только из-за тесноты, но и для того, чтобы сохранить крохи тепла. Мы настолько устали, что без необходимости не хочется шевельнуть ни рукой, ни ногой. Весь день, вот так лежа, мы будем ждать своих урезанных порций хлеба и водянистого супа. И как мы все-таки довольны, как счастливы! Вот снаружи, с того конца плаца, откуда должна возвращаться ночная смена, слышны свистки и резкие окрики. Дверь распахивается, в землянку врывается снежный вихрь и в нем возникает засыпанная снегом фигура. Наш измученный, еле держащийся на ногах товарищ пытается сесть на краешек нар. Но старший по блоку выталкивает его обратно, потому что в эту землянку строго запрещено входить тем, кто не на «облегченном режиме». Как жаль мне этого товарища! И как я все-таки рад не быть в его шкуре, а оставаться в «облегченном» бараке. И какое это спасение — получить в амбулатории лагерного лазарета «облегчение» на два, а потом, вдобавок, еще на два дня! В сыпнотифозный лагерь? Об обесценивании личности Мы уже говорили о том обесценивании, которому — за редкими исключениями — подвергалось все, что не служило непосредственно сохранению жизни. И этот пересмотр вел к тому, что в конце концов человек переставал ценить самого себя, что в вихрь, ввергающий в пропасть все прежние ценности, втягивалась и личность. Под неким суггестивным воздействием той действительности, которая уже давно ничего не желает знать о ценности человеческой жизни, о значимости личности, которая превращает человека в безответный объект уничтожения (предварительно используя, впрочем, остатки его физических способностей), — под этим воздействием обесценивается, в конце концов, собственное Я. Человек, не способный последним взлетом чувства собственного достоинства противопоставить себя действительности, вообще теряет в концлагере ощущение себя как субъекта, не говоря уже об ощущении себя как духовного существа с чувством внутренней свободы и личной ценности. Он начинает воспринимать себя скорее как частичку какой-то большой массы, его бытие опускается на уровень стадного существования. Ведь людей, независимо от их собственных мыслей и желаний, гонят то туда, то сюда, поодиночке или всех вместе, как стадо овец. Справа и слева, спереди и сзади тебя погоняет небольшая, но имеющая власть, вооруженная шайка садистов, которые пинками, ударами сапога, ружейными прикладами заставляют тебя двигаться то вперед, то назад. Мы дошли до состояния стада овец, которые только и знают, что избегать нападения собак и, когда их на минутку оставят в покое, немного поесть. И подобно овцам, при виде опасности боязливо сбивающимся в кучу, каждый из нас стремился не оставаться с краю, попасть в середину своего ряда, в середину своей колонны, в голове и хвосте которой шли конвоиры. Кроме того, местечко в центре колонны обещало некоторую защиту от ветра. Так что то состояние человека в лагере, которое можно назвать стремлением раствориться в общей массе, возникало не исключительно под воздействием среды, оно было и импульсом самосохранения. Стремление каждого к растворению в массе диктовалось одним из самых главных законов самосохранения в лагере: главное — не выделиться, не привлечь по какому-нибудь малейшему поводу внимание СС! Человек терял ощущение себя как субъекта не только потому, что полностью становился объектом произвола лагерной охраны, но и потому, что ощущал зависимость от чистых случайностей, становился игрушкой судьбы. Я всегда думал и утверждал, что человек начинает понимать, зачем то или иное случилось в его жизни и что было для него к лучшему, лишь спустя некоторое время, через пять или десять лет. В лагере же это иногда становилось ясно через пять или десять минут. О внутренней свободе Есть достаточно много примеров, часто поистине героических, которые показывают, что можно преодолевать апатию, обуздывать раздражение. Что даже в этой ситуации, абсолютно подавляющей как внешне, так и внутренне, возможно сохранить остатки духовной свободы, противопоставить этому давлению свое духовное Я. Кто из переживших концлагерь не мог бы рассказать о людях, которые, идя со всеми в колонне, проходя по баракам, кому-то дарили доброе слово, а с кем-то делились последними крошками хлеба? И пусть таких было немного, их пример подтверждает, что в концлагере можно отнять у человека все, кроме последнего — человеческой свободы, свободы отнестись к обстоятельствам или так, или иначе. И это -«так или иначе» у них было. И каждый день, каждый час в лагере давал тысячу возможностей осуществить этот выбор, отречься или не отречься от того самого сокровенного, что окружающая действительность грозила отнять, — от внутренней свободы. А отречься от свободы и достоинства — значило превратиться в объект воздействия внешних условий, позволить им вылепить из тебя «типичного» лагерника. Нет, опыт подтверждает, что душевные реакции заключенного не были всего лишь закономерным отпечатком телесных, душевных и социальных условий, дефицита калорий, недосыпа и различных психологических «комплексов». В конечном счете выясняется: то, что происходит внутри человека, то, что лагерь из него якобы «делает», — результат внутреннего решения самого человека. В принципе от каждого человека зависит — что, даже под давлением таких страшных обстоятельств, произойдет в лагере с ним, с его духовной, внутренней сутью: превратится ли он в «типичного» лагерника или остается и здесь человеком, сохранит свое человеческое достоинство. Достоевский как-то сказал: я боюсь только одного — оказаться недостойным моих мучений. Эти слова вспоминаешь, думая о тех мучениках, чье поведение в лагере, чье страдание и сама смерть стали свидетельством возможности до конца сохранить последнее — внутреннюю свободу. Они могли бы вполне сказать, что оказались «достойны своих мучений». Они явили свидетельство того, что в страдании заключен подвиг, внутренняя сила. Духовная свобода человека, которую у него нельзя отнять до последнего вздоха, дает ему возможность до последнего же вздоха наполнять свою жизнь смыслом. Ведь смысл имеет не только деятельная жизнь, дающая человеку возможность реализации ценностей творчества, и не только жизнь, полная переживаний, жизнь, дающая возможность реализовать себя в переживании прекрасного, в наслаждении искусством или природой. Сохраняет свой смысл и жизнь — как это было в концлагере, — которая не оставляет шанса для реализации ценностей в творчестве или переживании. Остается последняя возможность наполнить жизнь смыслом: занять позицию по отношению к этой форме крайнего принудительного ограничения его бытия. Созидательная жизнь, как и жизнь чувственная, для него давно закрыта. Но этим еще не все исчерпано. Если жизнь вообще имеет смысл, то имеет смысл и страдание. Страдание является частью жизни, точно так же, как судьба и смерть. Страдание и смерть придают бытию цельность. Для большинства заключенных главным был вопрос: переживу я лагерь или нет? Если нет, то все страдания не имеют смысла. Меня же неотступно преследовало другое: имеет ли смысл само это страдание, эта смерть, постоянно витающая над нами? Ибо если нет, то нет и смысла вообще выживать в лагере. Если весь смысл жизни в том, сохранит ее человек или нет, если он всецело зависит от милости случая — такая жизнь, в сущности, и не стоит того, чтобы жить. Человек всегда и везде противостоит судьбе, и это противостояние дает ему возможность превратить свое страдание во внутреннее достижение. Подумаем, к примеру, о больных людях, особенно — о неизлечимо больных. Я прочел как-то письмо одного пациента, относительно молодого человека, в котором он делился со своим другом печальной новостью — он только что узнал, что никакая операция ему больше не поможет и что жить ему осталось недолго. А дальше он пишет, что в этот момент вспомнил один давно виденный фильм, герой которого спокойно, отважно, достойно шел навстречу своей смерти. Тогда, под свежим впечатлением, он подумал: умение так встретить смерть— это просто «подарок небес». И теперь судьба дала ему такой шанс... Женщина знала, что ей предстоит умереть в ближайшие дни. Но, несмотря на это, она была душевно бодра. «Я благодарна судьбе за то, что она обошлась со мной так сурово, потому что в прежней своей жизни я была слишком избалована, а духовные мои притязания не были серьезны», — сказала она мне, и я запомнил это дословно. Перед самым своим концом она была очень сосредоточенной. — «Это дерево — мой единственный друг в моем одиночестве», — прошептала она, показывая на окно барака. Там был каштан, он как раз недавно зацвел, и, наклонившись к нарам больной, можно было разглядеть через маленькое оконце одну зеленую ветку с двумя соцветиями-свечками. — «Я часто разговариваю с этим деревом». — Эти ее слова меня смутили, я не знал, как их понять. Может быть, это уже бред, галлюцинации? Я спросил, отвечает ли ей дерево и что оно говорит, и услышал в ответ: «Оно мне сказало — я здесь, я здесь, я — здесь, я — жизнь, вечная жизнь». О смысле жизни и смысле страданий Вся сложность в том, что вопрос о смысле жизни должен быть поставлен иначе. Надо выучить самим и объяснить сомневающимся, что дело не в том, чего мы ждем от жизни, а в том, чего она ждет от нас. Говоря философски, тут необходим своего рода коперниканский переворот: мы должны не спрашивать о смысле жизни, а понять, что этот вопрос обращен к нам — ежедневно и ежечасно жизнь ставит вопросы, и мы должны на них отвечать — не разговорами или размышлениями, а действием, правильным поведением. Ведь жить — в конечном счете значит нести ответственность за правильное выполнение тех задач, которые жизнь ставит перед каждым, за выполнение требований дня и часа. Эти требования, а вместе с ними и смысл бытия, у разных людей и в разные мгновения жизни разные. Значит, вопрос о смысле жизни не может иметь общего ответа. Жизнь, как мы ее здесь понимаем, не есть нечто смутное, расплывчатое — она конкретна, как и требования ее к нам в каждый момент тоже весьма конкретны. Эта конкретность свойственна человеческой судьбе: у каждого она уникальна и неповторима. Ни одного человека нельзя приравнять к другому, как и ни одну судьбу нельзя сравнить с другой, и ни одна ситуация в точности не повторяется — каждая призывает человека к иному образу действий. Конкретная ситуация требует от него то действовать и пытаться активно формировать свою судьбу, то воспользоваться шансом реализовать в переживании (например, наслаждении) ценностные возможности, то просто принять свою судьбу. И каждая ситуация остается единственной, уникальной и в этой своей уникальности и конкретности допускает один ответ на вопрос — правильный. И коль скоро судьба возложила на человека страдания, он должен увидеть в этих страданиях, в способности перенести их свою неповторимую задачу. Он должен осознать уникальность своего страдания — ведь во всей Вселенной нет ничего подобного; никто не может лишить его этих страданий, никто не может испытать их вместо него. Однако в том, как тот, кому дана эта судьба, вынесет свое страдание, заключается уникальная возможность неповторимого подвига. Для нас, в концлагере, все это отнюдь не было отвлеченными рассуждениями. Наоборот — такие мысли были единственным, что еще помогало держаться. Держаться и не впадать в отчаяние даже тогда, когда уже не оставалось почти никаких шансов выжить. Для нас вопрос о смысле жизни давно уже был далек от того распространенного наивного взгляда, который сводит его к реализации творчески поставленной цели. Нет, речь шла о жизни в ее цельности, включавшей в себя также и смерть, а под смыслом мы понимали не только «смысл жизни», но и смысл страдания и умирания. За этот смысл мы боролись! После того как нам открылся смысл страданий, мы перестали преуменьшать, приукрашать их, то есть «вытеснять» их и скрывать их от себя, например, путем дешевого, навязчивого оптимизма. Смысл страдания открылся нам, оно стало задачей, покровы с него были сняты, и мы увидели, что страдание может стать нравственным трудом, подвигом в том смысле, какой прозвучал в восклицании Рильке: «Сколько надо еще перестрадать!». Рильке сказал здесь «перестрадать», подобно тому как говорят: сколько дел надо еще переделать. О человеке Из этого следует вот что: если мы говорим о человеке, что он — из лагерной охраны или, наоборот, из заключенных, этим сказано еще не все. Доброго человека можно встретить везде, даже в той группе, которая, безусловно, по справедливости заслуживает общего осуждения. Здесь нет четких границ! Не следует внушать себе, что все просто: одни — ангелы, другие — дьяволы. Напротив, быть охранником или надсмотрщиком над заключенными и оставаться при этом человеком вопреки всему давлению лагерной жизни было личным и нравственным подвигом. С другой стороны, низость заключенных, которые причиняли зло своим же товарищам, была особенно невыносима. Ясно, что бесхарактерность таких людей мы воспринимали особенно болезненно, а проявление человечности со стороны лагерной охраны буквально потрясало. Вспоминаю, как однажды надзиравший за нашими работами (не заключенный) потихоньку протянул мне кусок хлеба, сэкономленный из собственного завтрака. Это тронуло меня чуть не до слез. И не столько обрадовал хлеб сам по себе, сколько человечность этого дара, доброе слово, сочувственный взгляд. Из всего этого мы можем заключить, что на свете есть две «расы» людей, только две! — люди порядочные и люди непорядочные. Обе эти «расы» распространены повсюду, и ни одна человеческая группа не состоит исключительно из порядочных или исключительно из непорядочных; в этом смысле ни одна группа не обладает «расовой чистотой!» То один, то другой достойный человек попадался даже среди лагерных охранников. Лагерная жизнь дала возможность заглянуть в самые глубины человеческой души. И надо ли удивляться тому, что в глубинах этих обнаружилось все, что свойственно человеку. Человеческое — это сплав добра и зла. Рубеж, разделяющий добро и зло, проходит через все человеческое и достигает самых глубин человеческой души. Он различим даже в бездне концлагеря. Мы изучили человека так, как его, вероятно, не изучило ни одно предшествующее поколение. Так что же такое человек? Это существо, которое всегда решает, кто он. Это существо, которое изобрело газовые камеры. Но это и существо, которое шло в эти камеры, гордо выпрямившись, с молитвой на устах.
Читайте также
В кино смеёмся, в жизни избегаем: что такое синдром Туретта
Во многих комедийных фильмах синдром Туретта нередко выставляют в юмористическом ключе. Герои, имеющие это заболевание, в кино предстают перед зрителем преимущественно забавными персонажами, непроизвольно выкрикивающими различные фразы. В основном нецензурные. Однако в реальности расстройство проявляется куда глубже, и людям с диагностированным заболеванием далеко не до смеха. По данным медицинского факультета Йельского университета, синдром, названный в честь французского невролога Жиля де ла Туретта, в мире насчитывается у десяти детей из тысячи. Несмотря на эти цифры, обыватели мало что знают о недуге. Из-за слабой осведомлённости общества люди с особенностями поведения испытывают трудности в социализации: окружающие часто сторонятся их или даже осуждают. Данный материал призван рассказать об этом неврологическом заболевании со всех сторон. Стоит ли опасаться людей с синдромом Туретта и как проявляются симптомы заболевания? Симптоматика В обществе принято считать, что синдром (или же расстройство) Туретта выражается в выкрикивании оскорбительных или неуместных выражений. Однако копролалия (название такого проявления болезни) является лишь эпизодической характеристикой заболевания. Более того: у пациентов, страдающих от расстройства Туретта, этот симптом выражен крайне редко. По данным медицинского журнала The Lancet, выкрикивание фраз присутствует только у 10% «больных Туреттом». Чуть реже встречается эхолалия (потребность в повторении слов других) и палилалия (неконтролируемое повторение одного и того же слова). Характер сказанного в большей части случаев не выражает мыслей или взглядов человека (т.е. больной не может контролировать содержимое того, что он выкрикивает — это происходит бессознательно). Так что процент комичности в данном проявлении болезни крайне мал, разве что в индивидуальных случаях (когда пациент не испытывает неприятных ощущений от выкриков и окружающая обстановка достаточно комфортна для того, чтобы воспринимать ситуацию с юмором). Чаще всего люди с расстройством Туретта страдают от тиков. Их частота проявления, тяжесть и анатомическая локализация варьируются индивидуально (в зависимости от физиологических особенностей пациента и других факторов). Определённое влияние на проявление признаков недуга оказывает стресс: он может увеличивать или уменьшать выраженность симптомов. Как рассказывают сами пациенты, перед тиками они испытывают эмоциональное побуждение. Это состояние можно сравнить с сильным позывом к чиху или желанием почесать зудящую кожу. Этиология Происхождение синдрома Туретта до сих пор точно не определено медициной. На данное время установлена только связь с генетическими и экологическими факторами. Исследования головного мозга М.М. Робертсона (Robertson M.M.) показали, что превалирующее число случаев заболевания передавалось по наследству. Однако симптомы проявляются не в каждом случае унаследования. Даже среди близких родственников последствия повреждения гена могут как выражаться с различной степенью тяжести, так и не выражаться вовсе. Инфекционные или психосоциальные факторы не вызывают синдром Туретта, однако могут влиять на степень его тяжести. Аутоиммунные процессы способны провоцировать учащение тиков. Лечение Своё название синдром Туретта получил в XIX веке, несмотря на то, что болезнь была известна ещё в древности. В статье «Неврологическая тайна из истории: дело Клавдия Цезаря» в журнале «История нейронаук» говорится, что император Клавдий проявлял симптомы описанного заболевания. Первое описание болезни появилось в 1486 году: в трактате демонологии «Молот ведьм» был описан случай проявлений моторных и вокальных тиков у священнослужителя. Раньше «Туретт» считался проявлением бесноватости. Можете представить, с какой реакцией социума и лечением приходилось сталкиваться людям с особенностями поведения, которые жили в то время. Современные инновационные методы способны частично подавить проявление патологического синдрома. Терапия подбирается в зависимости от сложности протекания заболевания. Пациенту требуется психологическая коррекция, а в определённых случаях и медикаментозный курс. Лекарства направлены против сопутствующих симптомов, таких как тревожный синдром, депрессия, повышенная агрессивность. Также для снятия тревожности и уменьшения тиков некоторые больные прибегают к дыхательным практикам или занятиям спортом. Шансов на полное исцеление практически нет, цель лечения — научить больного справляться с недугом и вернуть его к полноценной жизни. Социализация Особенности поведения людей, страдающих синдромом Туретта, мешают их нормальной социализации. Начальные симптомы проявляются в детстве, приблизительно к 4-5 годам. Это именно тот возраст, когда у человека начинается активное формирование личности. Из-за неконтролируемых движений Дети «с Туреттом» нередко подвергаются насмешкам не только от сверстников, но и от взрослых. На деле же нет смысла бояться или опасаться «больных Туреттом». Люди с данным патологическим недугом не стремятся причинить кому-либо вред и не предоставляют опасности для общества. Зато себе они вполне могут нанести урон в порыве участившегося тика. Несмотря на это, людям, контактирующим с такими больными, не рекомендуется навязывать свою помощь: это вряд ли принесёт реальную практическую пользу, но может поставить их в неловкое положение. Будет достаточно толерантного отношения к чужим особенностям поведения. Известные люди «с Туреттом» Несмотря на определённое социальное непринятие, среди людей с синдромом Туретта немало талантливых и известных личностей. Певица Билли Айлиш, видеоблогер Каспар Ли, писатель Сэмюэл Джонсон, комик Дэн Эйкройд. В спорте также немало людей с данной патологией: футбольный вратарь Тим Ховард, нападающий Дэвид Бекхэм и даже гонщик Стив Уоллес имеют описанный недуг. Тем не менее, особенности поведения не помешали развиться их талантам. Для многих пациентов с этим расстройством оно не просто не помешало нормальной жизни, а даже в какой-то степени оказало положительное влияние: заболевание стало для них некой мотивацией изменить жизнь к лучшему. Однако в основном пациенты с этим диагнозом отмечают, что им крайне важно не только личное положительное принятие своих особенностей, но и помощь социума. Одна женщина «с Туреттом» в интервью британскому изданию The Independent заявила: «Намного легче общаться с людьми, если они понимают это, если они принимают это. Вы не чувствуете, что вам нужно что-то сдерживать, не чувствуете, что вам нужно что-то подавлять». Автор: Лилия Левицкая
Ошибки гражданского брака, из-за которых пара не доходит до ЗАГСа
Если раньше гражданский брак воспринимался как нечто негативное, то сейчас все больше пар считают его идеальным вариантом отношений. С одной стороны, никто никому ничего не должен, а с другой — это своеобразная «демо-версия» официального брака, которая дает возможность понять, подходят ли партнеры друг другу в бытовом плане, могут ли вести совместный семейный бюджет, способны ли заботиться о второй половинке и в горе, и в радости. Однако рано или поздно в голову закрадывается мысль о походе в ЗАГС. Как пела Бейонсе в хите All the single ladies, «Cuz if you liked it then you should have put a ring on it», что в переводе означает: «Если я тебе нравлюсь, надень кольцо». Согласно статистике, быстрее к созданию семьи становятся готовы именно женщины. И это неудивительно, ведь у мужчин в гражданском браке гораздо больше плюшек: девушки заботятся о них, готовят, стирают, убирают, выполняют всевозможные прихоти. Кроме того, за представителями сильного пола остается статус свободного игрока. Что касается женщин, то у них в такой ситуации гораздо больше обязанностей, чем прав. Именно так считает психотерапевт, кандидат психологических наук Владимир Дашевский. «Мы знаем десятки примеров, когда люди не регистрируют брак, но при этом их союз является крепким и полноценным: они покупают недвижимость, рожают и воспитывают детей, живут долго и счастливо. Однако такой исход — большая редкость. И чаще всего в этом виноваты именно женщины», — говорит Дашевский. Каковы же мотивы женского деструктивного поведения в гражданском браке, и почему они приводят к разрыву? Не может распознать свои чувства Часто девушка попросту не знает, что испытывает к партнеру. Чувства есть, однако она не понимает, как их правильно назвать. Зачастую корни этой проблемы уходят в детство. Женщины, которые страдают алекситимией (затруднения в передаче, словесном описании своего состояния), весьма рациональны. Они выбирают мужчину не потому, что влюбляются в него и теряют голову, а логически взвесив все «за» и «против». Например: «Он красивый, с хорошим чувством юмора, заботится обо мне, смотрит те же фильмы, что и я». Этого достаточно. И вот они начинают строить отношения: вместе отдыхают, снимают квартиру на двоих, ходят на концерты и выставки. Однако отношения скорее партнерские. Им хорошо вместе, но не более. У женщины карьера на первом месте, она не горит желанием заводить семью. Чаще всего такие представительницы прекрасного пола выбирают инфантильных мужчин, которые плохо представляют дальнейшие перспективы отношений и наслаждаются тем, что происходит в данный момент. Рано или поздно происходит разрыв. Не готова к серьезным отношениям Чаще всего страх перед серьезными отношениями и официальным браком появляется из-за негативного опыта, полученного в семье. Возможно, воспитывал один из родителей, присутствовали жестокость, насилие, алкоголизм и так далее. На бессознательном уровне девушка боится повторить опыт своих родителей, в результате чего отталкивает избранника, даже если любит его. На словах она будет готова к созданию семьи, однако на уровне действий — нет. Ищет идеального мужчину В отношениях очень часто присутствует неуверенность в правильности выбора. Постоянно посещает мысль: «А вдруг это не моя вторая половинка и в скором будущем я встречу идеального мужчину?» Как результат — отсутствие доверия к партнеру, сравнение с окружающими мужчинами: отцом, дедушкой, мужьями подруг. Однако существует один нюанс: реальный человек всегда проигрывает идеальному, тому, которого женщина нарисовала в своей голове. На первом месте у нее собственные идеи и представления, а партнер не очень-то и важен, ведь он не подойдет в любом случае. Хочет во всем нравиться партнеру Этот пункт чем-то похож на предыдущий, ведь в его основе также лежит эгоизм. Однако в этом случае он диктует быть хорошей для всех. Девушка испытывает желание во всем нравиться мужчине, угадывать его чувства, выполнять прихоти. Она считает, что если к ней хорошо относятся, то она достойна любви. Зачастую такие женщины не знают, чего хотят и что чувствуют на самом деле. Они постоянно находятся в режиме ожидания и больше всего боятся остаться наедине с собой, так как эмоционально очень сильно зависят от партнера. Доминирующим мотивом в отношениях является страх потери. Такие девушки могут много лет жить в гражданском браке, в глубине души ждать предложения, намекать и манипулировать, демонстративно обижаться, но лишь до той минуты, когда мужчина заведет «серьезный» разговор. В этот момент женщина спасует и переведет все в шутку, опасаясь, что последует негативная реакция со стороны партнера. Ищет выгоду в гражданском браке Иногда отношения не доходят до ЗАГСа из-за вторичной выгоды. В этом случае статус «гражданской жены» дает некие психологические и материальные преимущества. Например, находясь в неофициальных отношениях, девушка продолжает получать пособие от бывшего мужа. Или с помощью флирта манипулирует и получает желанный результат. Любую из этих проблем можно устранить, если вы знаете формулу счастья и в ваших отношениях присутствует следующее: 1. Сексуальная гармония — интимные отношения являются фундаментом. Как бы цинично это ни звучало, но если человек не получает удовольствие со своей второй половинкой, он будет ходить «налево». 2. Эмоциональный баланс — с партнером должно быть легко и спокойно. Если вам комфортно вместе молчать, говорить, спорить, если вы уважаете личное пространство партнера, помогаете ему и себе развиваться, значит, в отношениях присутствуют устойчивость и баланс. 3. Общность целей — у партнеров должны быть похожие взгляды на дальнейшую жизнь. Это касается абсолютно всех аспектов: карьеры, финансов, рождения детей, разделения обязанностей и так далее. Гражданский брак может затянуться в том случае, если партнеры не обсуждают будущее и не говорят вслух о том, зачем им нужны эти отношения, к чему они стремятся. Без тотальной честности перед собой и своим партнером очень сложно понять, появится ли когда-нибудь штамп в паспорте или это путь в никуда. Помните, что отношения, которым суждено перейти на следующий уровень, без проблем выдержат честный разговор со второй половинкой. А если нет — значит, вам не по пути.
Лимерик — английская литература
Вы когда-нибудь бывали в Ирландии? На западе страны расположен третий по численности населения город — Лимерик. Первые поселения возникли там еще три тысячи лет назад, и сегодня он интересен туристам средневековыми достопримечательностями XIII века. Но знаменитым этот город стал благодаря забавным пятистишиям, которые носят его название. История происхождения лимериков — шуточных стихотворений из пяти строк — связана с куплетами, которые пели солдаты во время прохождения службы при Людовике XIV (XVII — XVIII вв.). В те времена был обычай придумывать шуточные песенки, припевом которых всегда становилась фраза «Will you come up to Limerick?» («Вы приедете в Лимерик?»). Первым человеком, выпустившим сборник лимериков собственного сочинения в 1846 году, был английский поэт Эдвард Лир. Книга называлась «Чепуха» («Book of Nonsense»). Благодаря ему в XIX веке лимерики стали популярны среди детей и взрослых. Лир написал 212 лимериков, сюжет большинства из которых был забавно-абсурдного характера. В то время в книгах они сопровождались такими же абсурдными картинками. There was an Old Man of Peru, Who dreamt he was eating his shoe. He awoke in the night In a terrible fright And found it was perfectly true! Однажды увидел чудак Во сне, что он ест свой башмак. Он вмиг пробудился И убедился, Что это действительно так. Особенность лимериков в том, что четкая и строгая композиция наполнена комичным сюжетом и шутливой «напевностью». Стих состоит из пяти строк по схеме ААВВА: первая, вторая и пятая строки рифмуются друг с другом, третья и четвертая имеют свою рифму. Один старикашка на рынке (А — трехстопный амфибрахий) Уснул в разноцветной корзинке. (А — трехстопный) «Усну здесь навечно!» — (В — двустопный) Сказал он беспечно (В — двустопный) И снял аккуратно ботинки. (А — трехстопный) Перевод на русский язык часто неточно передает смысл оригинального стихотворения. В этом заключается главная сложность: лимерик — непереводимая игра слов или переводимая игра формы? Существуют определенные правила содержания лимерика: первая строчка — информация о главном герое и месте его проживания; вторая строчка — особенности героя, его главные черты или необычные действия; следующие строки — окончание приключений героя. There was a Young Lady of Niger, Who smiled as she rode on a tiger; They returned from the ride With the Lady inside, And the smile on the face of the tiger. Одна хохотушка-девица Любила кататься на львице. Признаться вам честно — Девица исчезла, Зато улыбается львица. Интерес к лимерикам главным образом заключается в том, что фактически их нельзя перевести — в каждом языке существуют свои нелепости, бессмыслицы, абсурдности, непереводимые особенности. Переводчики вынуждены воссоздавать каждое стихотворение на своем родном языке. Однако нельзя говорить, что оригинальные лимерики сочиняются только на английском языке. Писатель Борис Акунин в своих произведениях об английском профессоре Николасе Фандорине сочиняет лимерики от лица главного героя. Пройдоха и ловкий каналья, А также законченный враль я. Одна мне отрада Бродить до упада По диким степям Забайкалья. Летят перелетные птицы, Чтоб вовремя с Севера смыться. Но я же не гусь, Я здесь остаюсь. На кой мне нужна заграница? Жених, ошалевший от счастья, Вскричал: «Налобзаюся всласть я!» Стал он шлепать невесту По мягкому месту И сломал себе оба запястья.
Невероятные истории жизни людей, которые стали жертвами крушения Титаника
Одной из самых больших трагедий начала XX века стало крушение самого мощного на тот момент лайнера — Титаника. Всего на борту помещалось почти 3500 человек вместе с экипажем. Спасательные шлюпки были рассчитаны почти на треть из тех, кто находился на корабле. Если бы при аварии лодки были максимально заполнены, то удалось бы спасти гораздо больше пассажиров. Но, несмотря на суровые условия Атлантического океана, некоторым людям все уже удалось выжить. Титаник вышел в свой первый и единственный рейс 10 апреля 1912 года. Всего на борту было 1317 пассажиров и 908 членов экипажа. Прибытие в Нью-Йорк было запланировано на 17 апреля. Однако ночью 15 числа корабль наткнулся на ледовик, получил несколько огромных пробоин и начал постепенно идти ко дну. В шлюпки в первую очередь сажали женщин и детей, а также людей из первого класса. К сожалению, многие погибли именно из-за того, что людей делили на классы даже в такой страшной трагедии. В этом крушении Титаник унес вместе с собой под воду жизни почти 1500 человек. Всего 712 людям удалось спастись. Те, у кого получилось выжить, считаются счастливчиками. Чарльз Джуфин, главный пекарь корабля Джуфин попал на Титаник в возрасте 30 лет. За свою службу на тот момент он раз в месяц получал 12 фунтов и был одним из сотрудников, которые зарабатывали больше всего. В момент аварии Чарльз отдыхал в своем номере, но дал указания своим подчиненным отдать несколько десятков булок хлеба в спасательные лодки. После этого он вернулся к себе и выпил спиртного. Затем он пришел на палубу, чтобы помогать людям. Его отправили в шлюпку №10, но он отказался спасаться вместе с женщинами и детьми и ушел к себе в номер за выпивкой. После его второго возвращения на палубу лодок больше не было, и он стал помогать другим людям просто выбрасывать лежаки за борт, чтобы была возможность хоть за что-то ухватиться в бушующем океане. Когда лайнер раскололся на две части и стал погружаться в воду, Джуфину удалось отплыть от тонущего корабля. Существует мнение, что именно выпитый алкоголь помог ему не впасть в панику и выжить. Некоторые люди умирали после нескольких минут нахождения в ледяной атлантической воде. Чарльз же пробыл там целых два часа, затем залез на перевернутую лодку и ждал спасения. Его, как и всех остальных выживших жертв крушения, спасла команда корабля «Карпатия». Впоследствии сам пекарь говорил, что у него все было нормально, если не считать его ног, которые распухли от ледяной воды. Чарльз Герберт Лайтоллер, второй помощник капитана Лайтоллер дежурил вечером перед аварией. На момент столкновения он спал в своей каюте. Его разбудили сильный скрежещущий звук и вибрация от столкновения. Он моментально выскочил на палубу прямо в пижаме. В ходе разговора с третьим помощником они пришли к выводу, что корабль натолкнулся на что-то в воде. Он вернулся к себе в каюту, оделся и убедил капитана начинать спускать шлюпки на воду. У Чарльза Герберта был неоднократный опыт морских крушений за всю его карьеру. Он знал, как нужно себя вести и что именно делать. Второй помощник капитана помогал женщинам и детям садиться в шлюпки и даже угрожал пистолетом мужчинам, которые пытались занять лодку №2. Чарльз получил прямой приказ от первого помощника капитана покинуть корабль вместе с женщинами и детьми в шлюпке №2, но он намеренно ослушался его. Вместо это он просто выбросил за борт складную шлюпку. Когда корабль начал тонуть, его чуть не засосало в вентиляционную шахту, однако ему удалось выбраться. После этого его спасла та складная лодка, которую он предварительно выбросил за борт. Но в ней оказалось слишком много пассажиров, и она начала медленно тонуть. Из-за этого Лайтоллеру пришлось перебраться в шлюпку №12. После того, как прибыл спасательный корабль, Чарльз отказался подниматься на борт лайнера, пока все пассажиры и члены экипажа не будут в безопасности. В итоге он остался последним выжившим, которого нужно было спасать. Несмотря на свое состояние, холод и усталость он контролировал процесс спасения всех своих людей. Эдвард и Этель Бин, молодожены Молодая семейная пара решила провести свой медовый месяц на величайшем корабле того времени — Титанике. Когда они покупали билеты, рассчитывая на шикарный отдых, никто из них не знал, что всего через несколько дней им придется пережить катастрофу, которая навсегда изменит жизни тысячи людей. После того, как Титаник столкнулся с айсбергом, Эдвард, как и другие мужчины, остался на тонущем корабле. А Этель села в шлюпку с другими женщинами. Невозможно даже представить, что им пришлось пережить при прощании. Они думали, что больше никогда друг друга не увидят. Их медовый месяц превратился из приятного отдыха в настоящий кошмар. Но они — одни из тех, кому удалось вместе выжить в страшной катастрофе. Этель осталась в спасательной шлюпке, а Эдварду пришлось прыгнуть в ледяную воду, когда лайнер начал уходить под воду. Затем его подобрала другая спасательная лодка, и влюбленной паре удалось воссоединиться уже на борту корабля «Карпатия». Это одна из пугающих историй со счастливым концом. Но, к сожалению, на Титанике не всем повезло так, как молодоженам Бин. Беспризорники Титаника Когда ночью 15 апреля в панике мужчины сажали своих женщин и детей в спасательные шлюпки, никто не думал о том, чтобы спасти себя. Все старались просто дать шанс на жизнь хотя бы своим детям. Так один из мужчин посадил в складную шлюпку D двух своих маленьких сыновей. Ответственность за них взяла молодая девушка, которая находилась в спасательной лодке. Ее звали Мэри Келли. Она утешала детей песней, чтобы они не плакали. Мальчикам удалось спастись, но их имена оставались неизвестными. Их назвали «беспризорниками Титаника». По прибытии в Нью-Йорк о них начали писать в газетах, потому что думали, что дети остались сиротами, ведь их отец погиб на корабле. Но была надежда, что кто-то из семьи малышей все же откликнется и заберет их. Вскоре их нашла мать, Марсель Навратил, француженка. Оказалось, что мальчиков звали Мишель и Эдмонд Роже. Отец похитил их и пытался увезти от матери. На судне он был под выдуманным именем Луи Гофман. Мать приехала за детьми в Америку и забрала с собой во Францию. Ричард Уильямс Робертс, теннисист Молодой спортсмен был на борту корабля вместе со своим отцом, Чарльзом Дуэйном Уильямсом. Ричард был зачислен в Гарвардский университет, но прежде чем начать обучение, он собирался принять участие в теннисном турнире в США. После столкновения лайнера с айсбергом отец и сын не пытались спастись на шлюпках. Они отправились в спортзал, чтобы поговорить с тренером и другими пассажирами. После разлома лайнера на две части мужчинам пришлось прыгать в ледяную воду. К сожалению, отец молодого теннисиста не выжил, его засосало в образовавшуюся воронку на глазах у сына. Волна вытолкнула Ричарда к складной лодке, которая спасла ему жизнь. Затем ему удалось попасть в шлюпку №14, откуда он был спасен членами экипажа «Карпатии». В этом кораблекрушении молодой теннисист получил серьезные травмы ног. Но это не помешало ему в последующие годы стать чемпионом Америки в одиночном разряде, а также двукратным чемпионом Уимблдона среди мужчин. В 1924 году он стал призером Олимпийских игр. Он потерял очень многое на Титанике, но это не заставило его опустить руки, а наоборот, придало сил для новых побед.
Турция примет туристов в этом году без шведского стола, спа и хаммама
Турция активно готовится к открытию туристического сезона. Но в этом году все будет по-другому. В связи с коронавирусом теперь в отелях будет много новых правил и ограничений. Итак, что же изменится на обновленных турецких курортах? Теперь для въезда в страну нужно предоставить документ, который подтверждает, что у человека нет коронавируса. Тест должен быть сделан максимум за 48 часов до въезда в Турцию. Также эту процедуру можно будет сделать по прилету в аэропорт на платной основе. 20 мая Турция открыла границы для граждан 31 страны, в том числе и для России. Но пока пляжный отдых недоступен как для иностранцев, так и для жителей Турции. Приехать в солнечную страну можно только для получения медицинских услуг, и при условии, что у человека отрицательный тест на COVID-19. Все отели и транспорт должны пройти обязательную сертификацию до начала туристического сезона. Автобусы будут оснащены необходимым количеством антисептиков и будут только наполовину заполненными. Раньше министр культуры и туризма говорил, что загрузка отелей должна быть не более 50%. Но недавно власти заявили, что это не будет обязательным условием. В отелях будут правила, которые должны соблюдать все посетители: ношение маски, измерение температуры и сохранение дистанции не менее полутора метров от других гостей. Диваны и кресла в лобби будут убраны, чтобы избежать столпотворения людей. Лежаки на пляже будут расставлены таким образом, чтобы между ними была дистанция минимум 1,5 метра. Также после выселения гостей номер должен оставаться пустым не менее 12 часов. Фитнес-центры, SPA-салоны, хаммамы будут закрыты до конца курортного сезона. Самый важный вопрос, который волнует всех туристов: «А что будет с all-inclusive?» Система «все включено» остается, но в несколько измененном виде: • У посетителей отелей не будет больше свободного доступа к шведскому столу, вся еда будет окружена стеклянной перегородкой. Гости будут выбирать, а персонал — накладывать в тарелки выбранные блюда. • Машин для кофе, чая, а также кулеров для воды больше не будет. Все напитки будут приносить официанты. • Меню и столы будут дезинфицироваться после каждого посетителя. • Чай, соль и специи будут в отдельных пакетиках. В ресторанах ношение маски не является обязательным. Что будет, если у посетителя отеля найдут признаки коронавируса? Гостиницы обещают не выселять гостей, у которых есть симптомы COVID-19: кашель, высокая температура и т.д. В таком случае человек будет помещен в специальную карантинную зону до момента выздоровления. По прогнозам, в этом году туристы будут отдавать предпочтение съемному жилью, а не гостиницам. Люди хотят свободы, а не отдыха в масках с кучей ограничений. Посмотрим, каким он будет, необычный курортный сезон 2020 года. Автор: Дарья Бабик
Советы по выходу из самоизоляции: заботимся о физическом и психическом здоровье
Весной 2020-го все мы оказались героями фильма-катастрофы под названием «COVID-19». «Карантин» и «самоизоляция» — эти слова мы слышим ежедневно в телевизионных и радиопрограммах. У каждого из нас теперь есть маска и перчатки для того, чтобы выйти в магазин за продуктами. Мы привыкли закупаться в супермаркетах на несколько дней вперед, а после возвращения домой обрабатывать руки антисептиком... Но это еще не все, что привнес в нашу жизнь коварный коронавирус. Эксперты Всемирной организации здравоохранения уже в марте, когда в России только началась волна ограничений, связанных с эпидемией, отмечали рост тревожности и ухудшение психического состояния людей. И неудивительно, ведь каждый день нам озвучивают число выявленных за сутки случаев заболевания, говорят об осложнениях и последствиях COVID-19. И каждый новый день появляются результаты исследований коронавируса и его долговременного влияния на организм, причем результаты эти сложно назвать положительными. Тут даже у самого психически устойчивого человека могут сдать нервы. По данным Google Trends, пиковое количество запросов о коронавирусе в России пришлось на 31 марта, после этого интерес скачкообразно снижался, а по состоянию на 10 июня упал в сравнении с мартовским максимумом на 97%. Наибольший интерес к теме в последние дни проявляют Смоленская, Пензенская и Тульская области. А чаще всего пользователи «забивают» в строку поиска текст «стопкоронавирус.рф» и «коронавирус рекомендации». Большая часть регионов страны снимает ограничения, и все мы потихоньку начинаем возвращаться в офисы и к своему обычному ритму жизни. Хотя уже и он для нас теперь не совсем обычен, а скорее является стрессом. Ведь новые случаи заболевания продолжаются, и далеко не всегда понятно, что и как делать, чтобы не заразиться. И еще менее понятно, как в этой ситуации поддержать себя психологически, потому что страх за себя и близких не отменишь решением правительства. Поэтому мы собрали основные факты о COVID-19, которые сегодня установлены вирусологами: ведь кто владеет информацией, тот владеет миром. А если перефразировать под текущую ситуацию — кто владеет фактами, в большей степени защищен и физически, и психологически. Итак, что важно знать: • по информации ВОЗ, коронавирус будет с человечеством еще долго; также специалисты предполагают, что со временем к нему выработается популяционный иммунитет, как это было с сезонным гриппом. Поэтому каждому из нас важно не просто переждать какое-то время, а учиться жить в новых условиях; • большинство заразившихся вирусом при условии получения своевременной поддерживающей терапии испытывают легкие или умеренные симптомы и способны выздороветь; • коронавирус полностью излечивается, то есть переболевший человек не остается пожизненным носителем инфекции; • на сегодняшний день пока нет лекарственных препаратов, которые официально признаны излечивающими от COVID-19. Исследования и лабораторные испытания новых действующих веществ не прекращаются ни на один день, но доказанно эффективных средств пока, к сожалению, нет; • солнечная погода и температура наружного воздуха выше 25 градусов не являются барьером для распространения вируса; • уровень смертности от COVID-19 на текущий момент сложно подсчитать достоверно, однако большинство экспертов оценивают его в пределах 1-3%. Однако однозначно, что уровень смертности находится в прямой зависимости от нагрузки на систему здравоохранения. Всем нам надоело за эти два с лишним месяца сидеть дома, и очень хочется вернуться к прежней жизни. Пойти гулять в парк, устроить пикник на природе, наконец-то выпить чудесно-ароматный, только что приготовленный капучино в любимой кофейне с друзьями… Однако специалисты в сфере здравоохранения считают, что совсем расслабляться еще рано. Нужно подойти к выходу из карантина с умом, не пускаясь «во все тяжкие» — умеренно и плавно включаться в ранее привычную жизнь, ведь нам придется теперь как-то уживаться на этой планете вместе с вирусом. А чтобы сохранить свое физическое здоровье и защититься от заражения при выходе с «удаленки» в офис, вирусологи советуют придерживаться следующих рекомендаций: • в течение рабочего дня регулярно с небольшими перерывами мыть руки с мылом или обрабатывать их антисептиком. Обязательно это делать при пользовании общими предметами, посещении общественных мест, возвращении с улицы и после поездок на общественном транспорте. Думаю, вы помните, что намыливать руки нужно не менее 20 секунд; • не прикасаться не обработанными руками к губам, глазам и носу; • проветривать офисное помещение каждые два часа; • дезинфицировать гаджеты (особенно смартфон), клавиатуру и другую оргтехнику; • в очередях и на остановках соблюдать дистанцию по крайней мере в 1 метр; в офисе также необходимо соблюдать дистанцию, не здороваться с коллегами за руку и постараться исключить любые «тактильные» контакты; • пользоваться перчатками в общественном транспорте, а при выходе из него обрабатывать руки санитайзером; • при общении с клиентами использовать средства индивидуальной защиты (маски и перчатки); • после возвращения домой помимо привычного мытья рук желательно также тщательно умыть лицо. Помимо перечисленного вирусологи советуют пока не ездить в межрегиональные поездки, так как вирус есть практически в каждом регионе страны и, соответственно, везде присутствует риск заражения. Это самые очевидные правила гигиены, о которых пишут ВОЗ и Роспотребнадзор. Но кроме них важно также просто заботиться о себе и своем здоровье независимо от того, есть эпидемия COVID-19 или нет. Всегда полезно хорошо высыпаться, употреблять продукты с высоким содержанием белка, витаминов и минеральных веществ и не исключать физическую активность. Можно прогуляться пешком по не слишком загруженным улицам или паркам, устроить небольшую пробежку или дома попрактиковать йогу. А многие фитнес-клубы предлагают сегодня онлайн-тренировки за умеренную плату. Все это поможет поддержать иммунитет и общий тонус организма. Не менее, чем бытовые и гигиенические вопросы, важен и психологический аспект выхода из самоизоляции. Нам два месяца твердили об опасности и необходимости сидеть дома, и поэтому вернуться в офис, как будто ничего и не было, получится далеко не у всех. Как поддержать себя в этот момент? Во-первых, напомнить себе, что коронавирус есть и будет; и это факт, с которым каждый из нас лично ничего поделать не может. Наша зона ответственности здесь ограничена личной безопасностью. И раз мы не можем уничтожить COVID-19, значит, будем учиться жить с ним. Второе — вспомните, что ситуация с коронавирусом сейчас пугает большую часть человечества, все мы столкнулись с этим, а значит, вы точно не одиноки в своих страхах и тревогах. И раз весь мир оказался «по одну сторону баррикад», значит, лекарства и вакцины наверняка появятся и все мы сможем приспособиться к новой реальности, просто не сразу. Третье — поработайте со своими страхами, выясните, насколько они реальны и что вы уже сейчас можете сделать, чтобы они не воплотились в жизнь. Для этого возьмите листок бумаги, разлинуйте его на три столбца: в первый запишите все-все, что пугает. Во втором столбце напротив каждого страха сделайте пометку, считаете ли вы его действительно реальным. А в третьем напишите, что можете сделать для предотвращения реальных страхов. Для тех, что из области фантастики, придумайте такой же фантастический способ преодоления страха. В этом упражнении важно то, что страхи, которые крутятся в голове, выходят наружу, вы даете им имена и при этом начинаете осознавать, что с некоторыми из них, а то и с большинством, можете что-то сделать. Вы увидите, на что реально можете повлиять, и почувствуете себя лучше. Ну а размышления на тему спасения себя от фантастических «пугалок» отвлекут и расслабят. Четвертое — если вы понимаете, что новости о коронавирусе постоянно добавляют вам напряжения, то старайтесь не смотреть и не читать об этом. Уверена — все, что нужно, вы уже знаете: симптомы COVID-19 (на случай заражения), правила гигиены и ключевые доказанные факты. Но если все-таки интересуетесь новостями, то выбирайте только проверенные источники информации. Например, я для подготовки этого материала брала данные только с порталов ВОЗ и Роспотребнадзора. Пятое — если тревога все-таки нарастает, посмотрите и почитайте о том, как возвращаются к привычной жизни в других странах, например, в Германии или Италии. Мне это очень помогает. Наблюдая в Инстаграм за теми, кто живет в уже снявших ограничения государствах, я вижу, что жизнь продолжается, она не закончилась и не остановилась. И люди не заболевают просто оттого, что выходят на улицу. Да, они тоже еще не живут, как жили до COVID-19, но некоторые уже более-менее спокойно ездят на семейные утренние велопрогулки или завтракают за столиками на открытой веранде любимой кофейни. Такие примеры помогают вспомнить то чувство базовой безопасности окружающего мира, которое было у большинства из нас до пандемии. Шестое — еще один действенный способ проработать тревогу — обратиться к психотерапевту. Если таких нет в вашем городе, они сейчас не работают или вас пугает посещение общественных мест, выход все равно есть. Многие психотерапевты благодаря COVID-19 вышли в онлайн и консультируют прямо из дома. Поищите таких в Инстаграм или ВКонтакте, поспрашивайте у знакомых. Для работы с ними вам понадобятся только Zoom или Skype. Если ваша проблема не имеет слишком глубоких корней и страх вызван именно коронавирусом, то пяти-шести онлайн-встреч со специалистом может быть достаточно, чтобы проработать ее. Седьмое — если же вам нужна срочная психологическая помощь, потому что страх окутывает и не отпускает, вы можете позвонить на горячую линию психологической помощи, созданную именно в связи с распространением инфекции: телефон 8-800-2000-112. Не нужно стесняться, потому что для ослабления приступа тревожности бывает достаточно того, что вас просто выслушают и поддержат. Это нормальный и реально работающий способ. Психотерапевты говорят, что после той информационной атаки, которой мы все подверглись в связи с COVID-19, естественно бояться возвращения к обычной жизни, бытовых моментов, которые раньше не вызывали трудностей — похода в магазин, поездки в общественном транспорте, возвращения в офис, живых контактов с клиентами. Мы все массово пережили стресс, и для возврата в обычное психическое состояние требуется время. А единственный путь — это медленно, спокойно, с предосторожностями и соблюдением правил гигиены начинать выходить в жизнь. Тут, как и в большинстве случаев, поможет только практика. Напомните себе, что вы — это больше и сложнее, чем страх, который сейчас поселился у вас внутри. Он — только часть вас, реакция на внешнюю обстановку. Но вы сами — это и ваш опыт, и ваши отношения с окружающими, и ваш профессионализм, и ваши любимые занятия, фильмы, книги и герои. Вспомните, как много всего вы в себе заключаете, и признайте, что страх — это не более чем текущая реакция, а не ваша «глубина». Вы действительно можете выбирать, опираться на этот страх или же на что-то другое, более надежное, что есть внутри вас. Подумайте, какие чувства у вас есть кроме страха, какие наиболее важны для вас, определяют вас как человека? Возможно, это любовь мужу и детям? Нежность по отношению к любимому? Забота о родителях? Интерес к работе? Увлечение мотоциклами? Ведь это все определяет вас более глубоко, нежели страх, который пришел вместе с COVID-19. Отнестись к себе с любовью, теплом и поддержкой. Подумайте, что вы сказали бы очень хорошему другу, если бы он был напуган, как поддержали бы его? Так почему бы не поддержать так и себя? Автор: Нина Соколова
Бунин и дедукция
«...Мне вспоминается рассказ Горького об одной маленькой писательской игре, построенной на наблюдательности, очень любопытной. Горький очень любил писательские игры, и как-то в Берлине в таверне сидели Бунин, Леонид Андреев и Горький. Горький положил часы и сказал: вот за тем столиком сидит человек, каждый из нас будет на него смотреть полминуты, потом отвернется и расскажет совершенно точно, что он об этом человеке знает и что видел. Первым должен был говорить он: „Ну что, ну в сером костюме, ну бледный“, больше ничего не мог сказать. Горький безусловно мог сказать больше, но так как сам придумал эту „игру“, то он себя принизил. Спросил Леонида Андреева, что это за человек. Леонид Андреев сказал всего несколько слов: „Это сын дьявола“ — и все. Тогда спросили Бунина, и Бунин рассказал, какой на этом человеке костюм, в какую полоску, какой у него галстук, какой воротничок, где он измят, какое у него лицо — все совершенно точно. А кто этот человек? Он сказал: „Это, очевидно, крупный международный вор, судя по всему“. Позвали хозяина таверны, спросили: — Что это там за человек? — Ради бога, тише, это известный международный вор, который сюда приезжает отдыхать». К. Паустовский. «О новелле»
Пол Маккартни (до сих пор) считает, что Битлы лучше, чем Роллинги
«Мы начали замечать — что бы мы ни делали, вскоре после этого Роллинги делали то же самое». «Кто лучше: The Beatles или The Rolling Stones?» — этот вопрос такой же старый, как, скажем, современная рок-музыка. Обе эти группы — одни из самых известных и влиятельных рок-групп всех времен. Их сравнивали, начиная как минимум с середины 60-х годов, когда они впервые достигли вершины чартов. Это сравнение было названо величайшим соперничеством в рок-музыке и стало предметом целых книг, которые описывают его как «частично миф, частично рекламный трюк, частично изобретение прессы». Но кто же все-таки лучше? Это вопрос, на который никогда не будет объективного ответа. Но это не помешало Говарду Стерну задать этот вопрос сэру Полу Маккартни, когда он недавно появился в его радиопередаче. Спойлер: Маккартни предпочел The Beatles. Но именно его подробный и витиеватый ответ подогревает это полувековое соперничество. Во время интервью Стерн предположил, что Битлы были лучшей группой, чем Роллинги. Маккартни согласился: «Ты убеждаешь меня согласиться с этим. Их музыка уходит корнями в блюз. Когда они что-то пишут, это всегда связано с блюзом. В нашей музыке было немного больше влияния... Между The Beatles и The Rolling Stones много различий, и мне очень нравятся Роллинги, но в этом вопросе я с тобой. Битлы были лучше». Затем Стерн упомянул о сходстве между майским альбомом The Beatles 1967 года Sgt. Pepper's Lonely Hearts Club Band и декабрьским альбомом The Rolling Stones 1967 года Their Satanic Majesties Request. У обоих были похожие обложки — фотографии для них были сняты Майклом Купером — и, учитывая слухи о соперничестве, появившиеся уже в то время, часто считалось, что «Satanic Majesties» — это подделка под «Sgt. Pepper's». «Мы начали замечать — что бы мы ни делали, вскоре после этого Роллинги делали то же самое, — продолжал Маккартни. — Мы поехали в Америку и добились огромного успеха. Затем Роллинги отправились в Америку. Мы записали Сержанта Пеппера — затем Роллинги тоже записали психоделический альбом. Было очень много такого. Мы были большими друзьями и до сих пор остаемся. Мы восхищаемся друг другом... Роллинги — фантастическая группа. Мы хорошо общаемся. Они отличная, отличная группа». Когда этот вопрос рассматривается под таким углом, Маккартни кажется действительно убедительным. Но, опять же, в 2020 году практически невозможно сравнить две эти группы, особенно учитывая то, что у Роллингов за спиной более пяти десятилетий музыки, и они до сих пор гастролируют. По материалам статьи «Paul McCartney (Still) Thinks The Beatles Are Better Than The Stones» Esquire
Рекомендации по вакцинации ребенка
Подготовьтесь к посещению прививочного кабинета с ребенком и узнайте, как правильно оказывать поддержку во время и после вакцинации. Перед посещением врача Ознакомьтесь с информацией о вакцине. • Почитайте материалы по вакцине для вашего ребенка и зафиксируйте все вопросы, которые у вас возникли. • Составьте список прививок, которые могут понадобиться вашему ребенку, для этого можно воспользоваться специализированными сайтами. • Узнайте больше о пользе и вреде вакцины, информацию можете запросить у врача или самостоятельно найти в интернете. • Возьмите с собой список прививок, которые ранее были сделаны ребенку, и предоставьте его врачу. В прививочном кабинете • Возьмите с собой сладости или попросите их в кабинете. Если съесть что-то сладкое прямо перед уколом, можно снизить болевой эффект. Попросите врача или медперсонал угостить ребенка чем-нибудь сладким за две минуты до инъекции. Даже немного сладкого поможет облегчить боль. Е• сли есть возможность — кормите грудью. Кормление грудью — это эффективный способ успокоить и расслабить ребенка, что позволит врачу приблизиться на комфортное расстояние без проблем. Кроме того, грудное молоко имеет сладкий привкус, что поможет уменьшить боль. • Попросите врача использовать обезболивающее. Обратитесь к детскому доктору с просьбой воспользоваться обезболивающей мазью, которая блокирует передачу нервных импульсов от кожи к мозгу. Так как мазь начинает действовать не сразу, попросите ее заранее, на плановом осмотре у врача. Или же попросите охлаждающий спрей, который распыляется на кожу прямо перед уколом. Использование мази или спрея поможет и вам, и ребенку расслабиться и не переживать во время вакцинации. • Будьте спокойны и честны с ребенком. Дети очень умны, поэтому не поленитесь потратить время и простым языком объяснить ребенку, что его ожидает. Объясните, что будет маленький укол и это пройдет очень быстро. Старайтесь не использовать резкие слова, чтобы не напугать. Даже если ребенок еще не понимает слов, ваш тихий спокойный голос будет действовать на него успокаивающе. Оставайтесь расслабленной и спокойной до, во время и после вакцинации. • Возьмите с собой любимые вещи ребенка. Это могут быть игрушка, плед, книга — все что угодно, эти вещи помогут ему отвлечься. Только не забудьте предупредить врача, прежде чем брать что-либо с собой в кабинет. • Отвлеките ребенка. Прямо перед уколом позовите его по имени, напойте любимую песенку, расскажите какую-нибудь историю или просто подурачьтесь, чтобы отвлечь внимание от врача со шприцом. Продолжайте отвлекать ребенка и после инъекции. • Большим детям тоже нужна поддержка. Если ваш ребенок постарше, то можете вместе вдохнуть поглубже, а затем выдохнуть, таким образом прогнав всю боль. Предложите ребенку представить, что боль покидает его тело вместе с выдыхаемым воздухом. Расскажите интересную историю или обратите его внимание на какую-нибудь вещь в кабинете, это поможет отвлечься. • Проявите внимание после прививки. Младенца проще всего успокоить, покачав на руках. Ребенка постарше нужно обнять, погладить и успокоить шепотом или просто тихим спокойным голосом. После инъекции могут появиться легкие побочные реакции — например, легкое повышение температуры, также место укола может побаливать и чесаться. Это абсолютно нормально и как правило быстро проходит, если у вас возникнут еще какие-то беспокойства, то не стесняйтесь обращаться к врачу. Несколько рекомендаций, как правильно держать ребенка, чтобы вакцинация прошла проще как для него, так и для медработника: Родители и опекуны играют важную роль во время вакцинации ребенка. Они способны минимизировать стресс от этой неприятной процедуры, позволить ребенку расслабиться и почувствовать себя в безопасности. Кроме того, родители способны помочь медработникам быстро и аккуратно ввести вакцину, для этого нужно правильно держать ребенка. Как именно это поможет? • Позволяет предотвратить резкие движения руками и ногами во время инъекции; • Ребенок будет менее напуган, если его обнимут, нежели окажут давление силой; • Приучает родителей утешать и заботиться о ребенке в стрессовой ситуации; • Позволяет медицинскому работнику контролировать конечность и место укола. Решая, как именно вы будете держать ребенка, необходимо учитывать его возраст, рост и вес. Учтите, что приведенные ниже рекомендации не являются строгой инструкцией, ведь каждый случай индивидуален. Позиция, в которой будет находиться ребенок, также зависит от подхода к вакцинации в отдельно взятом прививочном кабинете, возможно, ребенка вообще положат на стол для осмотра. Дети постарше Если прививку делают в руку: • Сядьте и посадите ребенка к себе на колени или же поставьте между своих ног; • Обнимите его и не отпускайте, пока укол не будет сделан; • Зафиксируйте обе ноги ребенка между своих бедер. Младенцы и малыши Если прививку делают в ногу: • Положите ребенка на колени; • Расположите его руку у себя подмышкой и надежно зафиксируйте; • Крепко, но аккуратно возьмите руку ребенка; • Закрепите его ноги между бедер или зафиксируйте их другой рукой. По материалам статьи «Vaccines for Your Children» CDC
© 2015 — 2024 stakanchik.media
Использование материалов сайта разрешено только с предварительного письменного согласия правообладателей. Права на картинки и тексты принадлежат авторам. Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 16 лет.
