Цвет, который не видели наши предки

Самый умиротворяющий из цветов прочно укоренился в нашей речи, и сложно представить современный мир лазурных оттенков морской глади или безоблачного небосвода. Тем не менее существуют основания предполагать, что восприятие мира людьми в прошлом отличалось от нашего, или, по крайней мере, их способы описания окружающей действительности разнились. В древних летописях, охватывающих разные языковые группы, от древнегреческого до древнееврейского, фактически отсутствует явное упоминание синего цвета. При этом в текстах присутствуют термины, обозначающие прочие цветовые вариации, такие как черный или красный. В середине XIX века британский ученый Уильям Гладстон, впоследствии ставший премьер-министром, одним из первых предположил, что в античные времена люди не различали синий цвет. Особенно ярко это проявилось в «Одиссее» Гомера, древнегреческой поэме, повествующей о приключениях смертных в мире богов. Несмотря на внушительный объем поэмы, насчитывающий более 12 тысяч строк, в ней отсутствует упоминание синего. Океанские просторы, по которым путешествуют герои, описываются как «цвета вина». Даже небо, обычно воспринимаемое нами как голубое, сравнивается с «медью» и «железом». Возникает вопрос, могли ли древние греки не видеть всего спектра цветов, доступного нам сегодня? Вполне возможно, что древние греки были не единственными, кто сталкивался с подобным явлением. Вдохновленные теорией Гладстона, ученые обратили внимание на отсутствие упоминаний «синевы» в древних китайских и исландских текстах, самых ранних версиях Библии на иврите и древних индуистских ведических гимнах. В наши дни некоторые народы, например, химба в Намибии, не имеют отдельного слова для обозначения синего цвета, лингвистически не отличая его от зеленого. В 2006 году было проведено исследование, в ходе которого зафиксировали трудности с распознанием синего цвета у испытуемых из племени химба. В то же время они с необычайной легкостью и скоростью различали незначительные вариации зеленого, которые часто оставались незамеченными для представителей западной культуры. Язык химба содержит несколько терминов для обозначения зеленого, которые отсутствуют в большинстве языков. Данное исследование, представленное в журнале Progress in Colour Studies, предлагает увлекательный взгляд на психологическую концепцию о влиянии языка на восприятие окружающего мира. Так как нет оснований полагать, что древние греки не могли видеть синеву океана, подобную той, что видим мы, они, возможно, уделяли меньше внимания этому цвету из-за отсутствия соответствующего слова в их языке. Вдохновленный идеями Гладстона, немецкий мыслитель Лазарь Гейгер создал цветовое распределение в языке. Проанализировав огромное количество текстов, как старинных, так и современных, из разных уголков земли, он сделал вывод, что обозначения белого и черного цветов исторически возникают первыми в языках, поскольку они наиболее просты для восприятия. Далее идет красный цвет, что обусловлено его подсознательной связью с кровью и жизненной силой. И синий цвет появляется уже после того, как все остальные основные цвета получили свои наименования. В конечном счете, ограниченное присутствие синего тона в окружающей среде, по-видимому, отодвинуло его на задний план в перечне лингвистических приоритетов многих культур. Фактически, единственной древней цивилизацией, у которой существовало четкое название для синего цвета, были древние египтяне, славившиеся использованием синего минерала лазурита в своих произведениях искусства. В других регионах синие пигменты были труднодоступны, и эта ситуация сохранялась и в средневековый период. Так, в средневековой Европе синие красители, созданные на основе лазурита, стоили непомерно дорого и использовались исключительно для самых роскошных манускриптов. В отличие от распространенного противопоставления черного и белого, а также багряного оттенка, присущего крови, синий цвет в окружающем мире встречается редко. Лишь небольшое количество флоры и фауны обладает истинно синей окраской. Даже у широко известных «голубых» соек и бабочек морфо фактически отсутствуют синие пигменты; их перья и чешуйки крыльев преломляют и отражают свет определенным образом, создавая впечатление подлинного синего цвета, подобно призме. Единственный присутствующий пигмент — коричневый меланин. Даже растения, известные своим химическим мастерством, не смогли разработать способ создания настоящего синего пигмента. Кустарники, такие как черника, используют в основном красный антоциан для придания цвета своим плодам. Согласно исследованию, опубликованному в журнале Science Advances в 2024 году, синий оттенок этих частей растений возникает из-за выделяемого ими воска, который рассеивает свет аналогично перьям птиц, упомянутым ранее. Дневная синева неба объясняется рассеянием света. Когда солнечный свет, включающий все видимые цвета, проникает в атмосферу, ее молекулы активнее всего рассеивают коротковолновое излучение, то есть синий и фиолетовый. Рэлеевское рассеяние, ответственное в том числе за синий цвет глаз, позволяет нам видеть рассеянные фотоны синего спектра, в то время как остальная часть видимого спектра продолжает свой путь. Восходы и закаты не окрашены в голубой цвет, поскольку из-за угла падения солнечных лучей синий свет рассеивается, так и не достигая наблюдателя. Несмотря на прозрачность воды, большие объемы воды приобретают голубоватый оттенок. Это обусловлено поглощением красного спектра на глубине и отражением синего. Таким образом, преобладание синего цвета в природе связано скорее с рассеянием, чем с его истинным присутствием. Неудивительно, что во многих языках синий цвет встречается реже остальных.

Как алмазы, золото и платину используют в современной медицине

Представьте себе мир, в котором опасные патологии у нерожденных детей лечат с помощью алмазов размером меньше вируса; где золото с лазерной точностью находит и уничтожает раковые клетки, а платина изменяет генетический код опухолей. Это не научная фантастика ­­— это происходит в современной медицине. Например, ученые разрабатывают метод лечения с использованием наноалмазов редкого, но часто смертельного заболевания у младенцев — врожденной диафрагмальной грыжи. Шириной всего пять нанометров (примерно в 10 тысяч раз уже человеческого волоса) эти алмазы могут проникать сквозь клеточные стенки и доставлять гормоны для развития легких ребенка прямо в утробе матери, что повышает шансы на выживание младенца. Пока что этот метод тестировали только на выращенных в лаборатории миниатюрных моделях легких. Наноалмазы — лишь один из последних примеров того, как драгоценные камни, металлы и редкие элементы используют для спасения жизней. Они являются потенциальным решением проблемы поиска нетоксичных материалов, которые организм может безопасно переносить без ответной иммунной реакции. Золото Золото используют в медицине веками. Археологи нашли свидетельства его применения для лечения, датируемые 300 годом н. э. Сегодня золоту по-прежнему находят удивительное применение. Вы можете столкнуться с ним в кабинете врача, даже не подозревая об этом. Экспресс-тесты на COVID, грипп, малярию и ВИЧ используют крошечные частицы золота для формирования линий, которые показывают результат. Наночастицы этого металла также помогают выявлять рак на ранней стадии, когда лечение наиболее эффективно. Они даже могут действовать как крошечные тепловые снаряды против опухолей: под воздействием ближнего инфракрасного излучения они нагреваются и уничтожают раковые клетки, оставляя здоровые. Золото до сих пор применяют в стоматологии, хотя и реже, поскольку пациенты предпочитают пломбы и импланты естественного цвета. И до недавнего времени препараты на основе золота назначали для лечения ревматоидного артрита, пока их не сменили более новые лекарства с меньшими побочными эффектами. Этот металл в чистом виде инертен внутри организма, то есть не вмешивается в физиологические процессы. Интересно, что в среднем в теле человека содержится около 0,2 мг золота, которое сосредоточено в основном в печени, крови, мозге и суставах. Оно попадает в организм с водой и воздухом. Платина Платина, которая встречается в 20 раз реже золота, играет ключевую роль в таких противораковых препаратах, как карбоплатин, цисплатин и оксалиплатин. Эти лекарства проникают в раковые клетки, а молекула платины присоединяется к их ДНК, блокируя деление клеток. По сути, препараты «переписывают» генетические инструкции опухоли. Они эффективны против рака крови, молочной железы, головы и шеи, желудка, яичек, яичников и других видов. Однако есть один недостаток: платина не всегда может отличить раковые клетки от здоровых, что способно вызывать серьезные побочные эффекты. Тем не менее для многих пациентов польза от лечения перевешивает риски. Этот благородный металл уничтожает не только раковые клетки. В 2025 году ученые из Нидерландов доказали эффективность платины в уничтожении стафилококка и кишечной палочки, поэтому ее используют в сплавах в качестве антимикробного покрытия для протезов, которые устанавливают в тело, например, в коленные и тазобедренные суставы. Также платина помогает сердцу. Электроды имплантируемых кардиовертеров-дефибрилляторов (устройств, возвращающих сердцу нормальный ритм в случае его сбоя) используют сплавы платины с иридием для подачи жизненно важных импульсов. Редкие металлы Другие редкие элементы также преобразуют медицину. Гадолиний применяется более чем в трети всех МРТ-исследований. В качестве контрастного вещества он подсвечивает очаги воспаления, опухоли, кровеносные сосуды и некоторые органы, делая их более четко различимыми на фоне окружающих тканей. Передовой подход тераностика объединяет лечение и диагностику. Он использует одну и ту же мишень, чтобы сначала обнаружить, а затем лечить заболевание, чаще всего онкологическое. Например, рак щитовидной железы можно найти с помощью технеция-99, а затем лечить радиоактивным йодом. Другие металлы, такие как скандий и иттрий, испытываются для обнаружения и уничтожения раковых клеток с использованием различных изотопов одного и того же элемента. Охота за сокровищами По мере того как медицина становится более точной и персонализированной, спрос на редкие материалы будет расти. Это поднимает вопросы о добыче полезных ископаемых, устойчивом развитии и о том, как далеко можно зайти в поиске и получении элементов, спасающих жизни. От древних снадобий из золота до элементов будущего — некоторые из самых редких сокровищ Земли оказываются наиболее ценными не в ювелирных изделиях или в качестве инвестиций, а в исцелении людей. В следующий раз, когда вы увидите бриллиантовое кольцо или золотое ожерелье, помните: подобные материалы могут незаметно работать внутри чьего-то тела, борясь с раком, визуализируя органы или спасая жизнь еще нерожденного ребенка. В медицине настоящая ценность измеряется не в каратах или деньгах, а в спасенных и улучшенных человеческих жизнях. По материалам статьи «How diamonds, gold and platinum became medical gamechangers» The Conversation

Эмоциональное похмелье: что это такое и как с ним справиться

Представьте: утро понедельника, вы провели потрясающие выходные, наполненные встречами с друзьями и весельем. Так почему же вы сейчас чувствуете себя так плохо? Все прошло замечательно, вы не пили слишком много (или вообще не выпивали), но не можете понять, отчего на вас напала хандра. Дело в том, что у вас, возможно, эмоциональное похмелье. Такие мероприятия, как свадьбы, концерты, поездки или другие общественные события, могут привести к эмоциональному похмелью. Так случается, когда вы чувствуете себя опустошенным, грустным и/или выгоревшим, несмотря на прекрасно проведенное время. Это может произойти с кем угодно, но некоторые люди более склонны уходить в подобное состояние. Например, интроверты обрабатывают внешние раздражители иначе, чем экстраверты. А у аутичных людей может наступить истощение, когда они сталкиваются с чрезмерной стимуляцией, даже если она приятная. Любой, чья нервная система находится в состоянии повышенной готовности по той или иной причине, вероятно, знаком с разбалансировкой, которая наступает даже после самого радостного события. Важно понять, почему возникает эмоциональное похмелье, как его предотвратить и что делать, если все пошло не по плану. Причины состояния Важно понимать, что это не какое-то странное или безумное явление. «Нормально чувствовать психическое и эмоциональное истощение после позитивных событий», — пояснила консультант по психическому здоровью Габриэль Сандерсон. Да, было весело, но вы все равно потратили много эмоциональной энергии на общение и нахождение в стимулирующей обстановке. И у этого есть две причины: первая — вы выработали гормоны счастья, такие как дофамин, и теперь ощущаете его нехватку; вторая — опустошенность после завершения планирования события и подготовки к нему. Если у вас есть какие-либо проблемы с психическим здоровьем, эти ощущения могут быть усилены. По словам Сандерсон, люди с тревожностью и депрессией после позитивного опыта испытывают поток негативных мыслей, включая самокритику, что может объяснять печаль и выгорание. Если вам свойственна высокая степень эмоциональной эмпатии, то истощение способно усилиться. Это состояние непостоянно, и, скорее всего, вы его переживете. «Эмоциональное похмелье часто возникает из-за того, что наша нервная система находилась какое-то время в состоянии повышенной возбудимости — будь то волнение, общение или стимуляция — и теперь ей нужно время, чтобы прийти в норму», — рассказала специалист по социальной работе Алисса Петерсел. Вы можете распознать эмоциональное похмелье по следующим симптомам: тревога, отчужденность, спутанность сознания, усталость (физическую, умственную, эмоциональную), отсутствие мотивации, грусть, одиночество, раздражительность, опустошенность, истощение. Как предотвратить Не существует стопроцентных методов, которые гарантируют, что после важного события у вас не будет спада, но вы можете позаботиться о себе заранее, чтобы максимально облегчить это состояние. «Я рекомендую заранее планировать время для спокойного восстановления до и после важных событий, хорошо питаться, пить достаточно воды и сохранять связь с реальностью через привычные ритуалы — сон, физическую активность или ведение дневника», — посоветовала Петерсел, отмечая, что эмоциональное равновесие достигается за счет размеренности, а не через силу. Если вы решили делать записи, Сандерсон предложила «заранее настроиться на то, чтобы после события записать свои мысли о нем — это поможет ощутить долгосрочный эффект и тот смысл, который оно для вас имело». Обращение к своим чувствам поможет не только пережить прошедшее, но и «оседлать волну» эмоций, так что не стоит откладывать ведение записей в долгий ящик. Специалист также порекомендовала позволять эмоциям проявляться, не пытаясь их оценить или изменить, и со временем они утихнут. «Почувствуйте и признайте грусть — от нее никуда не деться. Сильное напряжение и неприятные симптомы возникают как раз из-за попыток избежать своих эмоций», — отметила Сандерсон. И, наконец, обращайте внимание на то, в каких именно ситуациях у вас наступает эмоциональное похмелье, и избегайте истощающих вас людей. Предположим, вы встретились с другом и заметили, что каждый раз после общения с этим человеком вы чувствуете упадок сил. Возможно, здесь есть проблема, которую нужно решить: подумайте, кто вас окружает и какую энергию вы поглощаете. Что делать, если эмоциональное похмелье наступило Неважно, использовали ли вы стратегии для предотвращения эмоционального похмелья или нет, оно все равно может наступить. В этом случае Петерсел порекомендовала относиться к себе мягко: «Отдайте предпочтение отдыху, сведите к минимуму раздражители и займитесь чем-то, что вас успокаивает. Позвольте состоянию пройти через вас без осуждения». Также полезно прислушиваться к своим чувствам, чтобы пережить эмоциональное похмелье. «Когда возникает сильная эмоция, важно понять, есть ли проблема, требующая решения, или это просто чувство, которое нужно прожить», — отметила Сандерсон. По ее словам, эмоции — это «маленькие посланники души», сообщающие важную информацию о потребностях, стилях взаимоотношений, прошлом опыте и моделях поведения. Когда следует обратиться за помощью Если вы сталкиваетесь с эмоциональным похмельем после важных событий, но быстро восстанавливаетесь, вероятно, вы вполне способны справиться с ним самостоятельно. Но если чувства оказываются слишком тяжелыми или затягиваются надолго, скорее всего, необходимо посетить специалиста. «Особенно важно обратиться к психотерапевту, если эмоциональное похмелье приводит к симптомам тревоги или депрессии — навязчивым мыслям, желанию изолироваться, постоянному подавленному настроению и неспособности испытывать удовольствие и так далее», — пояснила Сандерсон. Петерсел добавила, что некоторые люди могут не понимать, почему они переживают такие сильные чувства после позитивных событий. В этом случае терапия тоже выход. Даже если ситуация не кажется проблемной, специалист поможет лучше понять себя, познакомит вас с вашими моделями поведения, их причинами, а также сформирует набор инструментов для наиболее эффективного реагирования в будущем. Независимо от того, требуют ли ваши случаи эмоционального похмелья профессиональной помощи или вы уверенно справляетесь с ними сами, знайте, что это состояние абсолютно нормально. Будьте добрее к себе и дайте необходимое пространство и время для восстановления, прежде чем снова почувствуете готовность к общению. По материалам статьи «Emotional Hangovers Can Sneak Up on You—Why They Happen and How to Cope» Very Well Mind

Ипохондрия: как жить в мире с телом, которое предательски «врет»

Ипохондрию часто называют мнительностью, капризом или симуляцией. Со стороны человек, который приходит к врачу с очередным «несуществующим» заболеванием, выглядит странно. Но для того, кто живет с этим состоянием, ипохондрия — не прихоть, а сложный, изнурительный мир, в котором сконцентрированы ключевые проблемы современного человека: фоновая тревожность, утрата базового чувства безопасности, недоверие к миру и к официальной медицине в частности. Это мощнейшая психосоматика, которая мастерски симулирует самые страшные сценарии, заставляя тело по-настоящему болеть от страха. Как действующий ипохондрик, я вижу в этом расстройстве не слабость, а крик души, пытающейся справиться с неподъемной внутренней тревогой. Это полномасштабная война, где врагом становится собственное тело, а полем боя — сознание. Попробуем не жаловаться, а исследовать: почему ипохондрию можно считать настоящим, но непризнанным в быту заболеванием психики, на какие «болевые точки» личности она бьет, и как выстраивать стратегии защиты и самопомощи, чтобы бороться именно с ипохондрией, а не с самим собой. Что же скрывается за маской? Ипохондрическое расстройство — это не просто беспокойство о здоровье. Это устойчивая, всепоглощающая озабоченность мыслью о наличии серьезного, прогрессирующего заболевания. Ключевое слово — «мыслью». Мозг ипохондрика не выдумывает симптомы, он катастрофически их интерпретирует. Легкое покалывание становится признаком начинающегося инфаркта, головная боль — опухолью мозга, а обычное вздутие — раком кишечника. Корни ипохондрии уходят глубоко в историю. Первым «определителем» этого состояния считается Гиппократ, который использовал термин «ипохондрия» (от греч. «hypochondrion» — подреберье) для описания недугов, источник которых, как он полагал, находился в этой области тела — месте расположения селезенки и печени. Позже, во II веке нашей эры, Клавдий Гален развивал идею о том, что это состояние связано с расстройством нервной системы. Однако настоящий прорыв в понимании ипохондрии как психического феномена совершил Зигмунд Фрейд, связав ее с неотработанной тревогой и вытесненными конфликтами, которые находят свой выход через телесные симптомы. Современная диагностика опирается не на анализ самих симптомов (они могут быть любыми), а на поведенческие и когнитивные паттерны: • Навязчивый поиск информации: постоянное изучение симптомов в интернете либо в медицинской литературе. • Избыточный самоконтроль: многократная проверка пульса, давления, осмотр тела на наличие новых родинок или изменений. • Избегающее поведение: боязнь посещать врачей (дабы не услышать «страшный» диагноз) или, наоборот, частая потребность в консультациях и обследованиях. • Катастрофизация: любое ощущение в теле автоматически интерпретируется как признак смертельной болезни. Ипохондрия — это не случайный сбой. Она всегда бьет по самым уязвимым местам человеческой психики, таким как: • Утрата базового доверия к миру. Это фундаментальное чувство, формирующееся в детстве, дает нам уверенность, что мир в целом безопасен, а наше тело — надежный союзник. Когда это доверие подорвано (травмой, потерей, нестабильным окружением), тело перестает быть крепостью и становится источником постоянной угрозы. • Экзистенциальная тревога и страх смерти. Ипохондрия — это, по сути, персонифицированный ужас перед небытием. Борясь с мнимой болезнью, человек бессознательно борется со смертью, пытаясь взять под контроль то, что контролю в принципе не подлежит. • Потребность в заботе и внимании. В обществе, где болеть «неприлично», а жаловаться — признак слабости, болезнь становится единственным социально одобряемым способом получить поддержку и сочувствие. Тело «говорит» то, что не может сказать его хозяин: «Мне нужна помощь, я не справляюсь». • Невыраженные эмоции и психосоматика. Гнев, обида, тоска, которые не нашли выхода, часто «оседают» в теле. Ипохондрический ум, не способный распознать их истинную природу, приписывает их соматическому недугу. Так психическая боль превращается в физическую, с которой бороться кажется проще. Борьба с ипохондрией — это не война на уничтожение, а партизанские действия по установлению перемирия. Она требует принятия и понимания, а не самобичевания. Краеугольный камень первой помощи себе — психотерапия. Помочь могут несколько современных подходов: • Когнитивно-поведенческая терапия (КПТ): помогает выявить иррациональные мысли-катастрофы («покалывание = рак») и заменить их более реалистичными. • Терапия принятия и ответственности (ACT): учит принимать тревожные мысли как «просто мысли», не подчиняясь им, и направлять энергию на ценные для себя действия. • Метакогнитивная терапия: помогает понять, что проблема не в самих мыслях, а в нашей реакции на них (постоянная проверка, поиск подтверждений). • Работа с тревогой. Поскольку ипохондрия — дочь тревоги, будут полезны техники для ее снижения. Это могут быть дыхательные практики и медитация: помогают укорениться в «здесь и сейчас», вырывая из плена пугающих фантазий о будущем. И, конечно, телесные практики: йога, плавание, бег. Они в данном случае не столько «укрепляют здоровье», сколько возвращают связь с телом как с источником силы и удовольствия, а не только боли. • Информационная гигиена. Жесткий, но необходимый шаг — запретить себе «гуглить» симптомы. Попробуйте договориться с собой: «У меня есть один доверенный врач. Только его мнение я считаю авторитетным». Безусловно, ипохондрия рождается у людей, подверженных высокой тревожности. Это лечится, но поскольку корень этой тревожности за годы формирования стал частью личности, искоренить ее на 100% может не получиться никогда. И здесь кроется важнейший инсайт: если это часть личности — значит, это вы. И эту часть тоже нужно принять. Все чувства страха понятны. Но ключевой вопрос — осознанность: предпринимаете ли вы действия, чтобы помогать своему организму, или только переживаете? Если вы прошли необходимые обследования и врачи исключили патологию, значит, вы сделали все, что могли. Дальнейшее просиживание в очереди к новому специалисту или неделя парализующего страха перед МРТ — это не забота о здоровье, это украденная у себя жизнь. Да, страшно ждать результатов. Но спросите себя: что вы делаете с этой неделей ожидания? Проживаете ее в страхе или наполняете ее жизнью? Осознание, что не все вам подконтрольно — горькое, но освобождающее. И вот еще одно наблюдение, которое помогло мне впервые взять ипохондрию под контроль. Все люди хотят чувствовать, ведь пока ты чувствуешь — ты живой. Но наш мозг ленив и автоматизирует рутину, которая составляет 80% нашей жизни. Мы проживаем ее на автопилоте, без ощущения включенности. Когда же мы по-настоящему чувствуем? В яркие моменты: счастья, путешествий, праздников. Или в негативе — в страхе, боли, борьбе с болезнью. Что мы проживаем дольше и «качественнее»? К сожалению, негатив. Счастье от отпуска быстротечно, а страх перед болезнью может длиться месяцами. И тогда подсознание делает «выгодный» выбор: чтобы ощутить себя живым, проще привлечь проблему, чем организовать себе праздник. Значит ли это, что за ипохондрией подсознательно кроется желание привлекать проблемы, чтобы чувствовать? Вопрос без однозначного ответа, но сам факт его рассмотрения меняет взгляд на проблему. Как только я увидела эту связь, мне стало понятно: гораздо приятнее концентрироваться на позитиве. Но для этого нужно изменить подход к «скучной» рутине, из которой мы так отчаянно пытаемся вырваться любыми способами, даже через болезнь. Мне помогла простая практика «Приятности дня» — нечто среднее между дневником благодарности и вечерним ритуалом с близкими. Каждый вечер мы с семьей делимся 3-5 приятными моментами, которые случились с нами за день. Сначала это было трудно: «Что в этом дне могло быть хорошего?». Но мозг — гибкая система. Он быстро перепрограммируется на поиск хорошего. Первая чашка кофе, лучик солнца в окне, улыбка прохожего, интересная задача на работе, вкусный ужин. Мозг начинает сканировать день не на предмет опасностей, а на предмет мини-радостей, чтобы вечером было чем поделиться. Программирование на поиск хорошего — замечательный подход, который может принести множество выгод, перевешивающих мнимые «выгоды» ипохондрии. Это не значит отрицать проблемы и риски. Забота о здоровье должна оставаться важным приоритетом, и важно слышать предупреждения своей интуиции. Но когда вы сделали все, что могли, вместо тяжелого ожидания спросите себя и своих близких: «А какие приятности окружали вас сегодня?». Пусть этот простой вопрос станет вашим первым шагом к прекрасному здоровью — не только тела, но и души, которая так устала бояться и так хочет, наконец, жить.

Учимся выбирать вино

Кому не приходилось путаться в догадках, выбирая хорошее вино, особенно в преддверии новогодних праздников? Ведь именно в этот период появляется желание порадовать близких, создать праздничную атмосферу и сделать вечер особенным. Винный мир такой огромный и разнообразный, что иногда кажется, будто он предназначен только для настоящих знатоков. Но не переживайте! Всё не так сложно, как кажется. Немного знаний и уверенности — и вы быстро начнете делать осознанный выбор и получать удовольствие от каждого глотка. А мы, в свою очередь, выступим в роли проводника и поделимся ценной информацией, которая поможет вам сделать правильный выбор и почувствовать себя экспертом винного искусства в праздничные дни. На что обратить внимание в первую очередь? Конечно же, на целостность этикетки: потертая, рваная или грязная этикетка свидетельствует о неправильном хранении и небрежном обращении с бутылкой, что может негативно отразиться на качестве напитка. Кроме того, убедитесь в наличии актуальных акцизных марок, проверяемых через систему ЕГАИС, что позволяет легко и быстро подтвердить легальность и происхождение вина, скачав соответствующее мобильное приложение для проверки. Далее обращаем внимание на цвет вина. Именно он является предвестником вкусовых характеристик, отражает уровень окисления и способен указывать на возраст выдержки. Так, красные вина производят только из темных сортов винограда. Важнейшее значение имеет длительность мацерации, то есть периода контакта сока с виноградной кожицей. Именно мацерация определяет насыщенность цвета и сложность вкуса напитка. Чем продолжительнее этот процесс, тем более выразительным и многогранным становится вкус. Предпочтительно выбирать напиток, чей возраст превышает один год. Оптимальным выбором станет вино, прошедшее трехлетнюю выдержку. Причина кроется в том, что, в отличие от белого, красному вину необходимо время для полного раскрытия вкусовых качеств. Высокое содержание танинов обеспечивает более долгий срок жизни напитка, и с течением времени его букет становится только насыщеннее и сложнее. Молодое красное вино нередко отличается излишней терпкостью, которая может прийтись по вкусу не каждому. Белые вина отличаются прозрачным, белым цветом. Могут быть произведены из винограда различных сортов, независимо от их окраски (белых, черных или розовых). Ключевой фактор — процесс ферментации происходит без участия виноградной кожицы. При выборе белого вина первым делом абстрагируйтесь от личных вкусов и внимательно рассмотрите этикетку. Первостепенный момент — свежесть напитка. В магазине ищите бутылки, дата розлива которых не превышает двух лет. Безусловно, можно найти и более выдержанные экземпляры, однако хорошее белое вино с длительной выдержкой редко встречается в обычных магазинах. Розовые вина изготавливаются, как правило, из темных сортов винограда. Их характерный нежный оттенок достигается за счет непродолжительной мацерации на кожице или деликатного отжима, что обеспечивает неповторимый цвет. Розовое вино, как и белое, не создано для долгого хранения. Через пару-тройку лет выдержки оно утрачивает свою изначальную свежесть и яркость. В отличие от красных вин, таких как «Совиньон» и «Бордо», которые раскрывают свой букет с возрастом, розовое вино лучше всего употреблять молодым. Рекомендуется насладиться им в течение года с момента его производства. Оранжевые вина фактически являются белыми винами, которые подвергаются длительной мацерации на кожице винограда, а иногда и на гребнях. Нередко их созревание происходит в глиняных амфорах или дубовых бочках. За счет этого вино приобретает золотисто-янтарный цвет, более насыщенный и сложный вкус. Какими бывают вина по содержанию сахара? Разделение вин на категории в зависимости от содержания несброженного сахара основывается на объеме сахара, оставшегося в вине после брожения и созревания. Этот сахар, являясь природным элементом виноградного сока, может иметь различные концентрации, определяемые сортом винограда. К примеру, сорт «мускат» отличается более высоким содержанием сахара в сравнении с сортом «шардоне». Исходя из концентрации этого остаточного сахара, вина можно условно разделить на две группы: столовые (сухие и полусухие) и десертные (полусладкие и сладкие). Для изготовления сухих вин используют сорта винограда с низким начальным уровнем сахара, такие как «мерло», «каберне», «мускат» и «совиньон». Виноградный сок ферментируют в бочках практически до полного исчезновения сахара. В результате получается напиток с терпким вкусом и насыщенным винным букетом. Характерной чертой сухого вина является низкое содержание сахара — концентрация не превышает 4 г/л. Уровень алкоголя варьируется от 8,5 до 15% по объему. Рекомендуется изучить информацию, указанную на этикетке приобретаемой бутылки. Наиболее ценные сухие вина исторически производятся во Франции и Италии. Если вы затрудняетесь с выбором сухого вина, стоит обратить внимание на марки именно из этих стран. Полусухие вина характеризуются большей мягкостью вкуса по сравнению с сухими аналогами. Для их изготовления часто используют такие сорта винограда, как «мальбек», «ркацители», «розовый мускат» и «сильванер». Производственный процесс включает в себя специфическую технологию: ферментация прекращается при достижении требуемой концентрации сахара в виноградном соке. Этот момент критически важен, так как в противном случае вино может быть классифицировано как сухое. При выборе полусухого вина обязательно изучите информацию на этикетке. Содержание сахара в напитке не должно превышать 18 граммов на литр. Крепость алкоголя обычно находится в пределах от 8,5 до 15% по объему. Полусладкие вина — одна из самых востребованных категорий в России, тогда как в европейских странах их практически не встретить на полках магазинов. Однако многие винодельни успешно адаптировали свои производственные процессы, чтобы поставлять на российский рынок высококачественные продукты. При выборе полусладкого вина важно тщательно изучить информацию на этикетке. Содержание сахара в напитке должно находиться в диапазоне от 18 до 45 граммов на литр, а уровень алкоголя — от 8,5 до 15% по объему. Какому производителю полусладкого вина отдать предпочтение? Традиционно высоко ценятся алкогольные напитки из Грузии и Крыма. Считается, что только на территории бывшего СССР умеют создавать подлинное полусладкое вино. Можно придерживаться проверенных вариантов и выбрать «классику». Тем не менее не стоит пренебрегать европейскими брендами! За многие годы они освоили уникальную технологию производства вина, столь любимого россиянами. И зачастую качество этих напитков даже превосходит ожидания. Замечательные полусладкие вина производят в Италии, Португалии, Испании и Германии. Для изготовления сладких вин брожение виноградного сока намеренно прерывают задолго до завершения процесса превращения сахара в алкоголь, сохраняя тем самым сладость напитка. Хорошие сладкие вина имеют содержание сахара не менее 45 граммов на литр, а уровень алкоголя варьируется от 8,5 до 15%. Наибольшей популярностью пользуются белые сладкие вина, известные своей универсальностью, мягким вкусом и отличной сочетаемостью с разнообразными блюдами. При выборе качественного напитка рекомендуется отдавать предпочтение винам, произведенным в Испании и Германии, которые славятся своей репутацией и высоким качеством. С репутацией красных сладких вин ситуация сложнее из-за распространенности на российском рынке дешевого портвейна, который часто содержал спиртовые добавки. Однако подлинный портвейн — это превосходное вино из Португалии, и существуют интересные альтернативы из других стран, включая Италию, Испанию и Францию. При выборе стоит обращать внимание на производителей из этих регионов, поскольку качественные сладкие красные вина высоко ценятся за насыщенный букет ароматов и вкусов. Какие существуют общие тенденции производства вина в зависимости от региона? Вина из Италии, Франции и Испании известны своими давними винодельческими традициями и неизменно высоким уровнем, но их стоимость может быть препятствием из-за трудоемкости производства и небольших партий. В противоположность этому, вина Нового Света — аргентинские, чилийские, австралийские и новозеландские — более склонны к инновациям, предлагают широкий выбор и более доступны по цене, при этом сохраняя достойное качество, хотя и уступают в цене старым европейским образцам. На российском рынке рекомендуется принимать во внимание рейтинги, опубликованные в «Винном гиде России». Почему сортовой состав так важен при выборе вина? Для определения характеристик вина ключевое значение имеет сортовой состав: вина, произведенные из одного сорта винограда, отличаются уникальным вкусом, в то время как купажированные вина создаются на основе нескольких сортов, комбинация которых формирует финальный букет напитка. Среди востребованных белых сортов выделяются «рислинг», «совиньон блан» и «гевюрцтраминер» — благоухающие, не нуждающиеся в длительной выдержке и раскрывающиеся в молодом возрасте, тогда как «шардоне», в зависимости от климата и методов производства, демонстрирует различные оттенки с течением времени. В категории красных сортов лидируют «каберне» и «мерло», которые в зрелых и выдержанных винах демонстрируют богатые ноты темных ягод, выраженную кислотность и танинность. В более демократичных вариантах стоит обратить внимание на «шираз» и «мальбек», предлагающие гармоничный вкус и оптимальное соотношение цены и качества без обязательной выдержки. В купажированных винах доминирующий сорт влияет на вкусовой профиль; например, при преобладании «каберне совиньон» напиток приобретает терпкость с нотами кофе, перца и черной смородины. Запаситесь терпением, и у вас обязательно получится выбрать «то самое» вино. Пусть ваши праздники будут яркими и радостными!

Власть женщинам: история матриархата от древних времен до наших дней

Более 35 тысячелетий человечество жило в неразрывной связи с природой, черпая блага из ее щедрых источников. В эпоху палеолита первобытные племена кочевали в поисках пропитания, охотились, собирали плоды и оберегали свои хрупкие жилища. Этот неустанный труд требовал от них силы, ловкости и глубокого знания окружающего мира. Женщины, хранительницы очага, брали на себя основную тяжесть хозяйственных забот, обрабатывая природные ресурсы и готовя пищу, что делало их сердцем общественной жизни, овеянным матриархальным укладом. Мужчины же посвящали себя охоте и защите племени от опасностей. Среди этих древних сообществ расцветал культ женского начала. Археологи и по сей день находят первобытные статуэтки, высеченные из кости и камня, чьи формы и линии воспевают женскую красоту и плодородие. С наступлением неолита, около семи тысяч лет назад, жизнь людей преобразилась. Приручение животных, возделывание земли и создание более совершенных орудий труда открыли новые горизонты. В хозяйственной деятельности все большую роль стали играть мужчины, выступая в роли защитников и добытчиков. Постепенно влияние мужчин крепло, что привело к смене матриархата патриархатом, той эпохе, когда власть перешла в руки отцов. Мужчины заняли главенствующее положение в обществе, вершили судьбы и принимали решения, в то время как роль женщины ограничивалась домашним очагом. Так общество, основанное на равноправии, уступило место иерархии, где во главе стояли мужчины. Сегодня в самых отдаленных уголках планеты горстка общин бросает вызов всевластию патриархата, экспериментируя с иными путями бытия. Простираясь от Индонезии до Кении, от Китая до Мексики, от Эстонии до Индии, женщины занимают центральное место в жизни общин, где мужчинам отведена роль второго плана. Сотрудничество вместо Господства Матриархат — это социальная структура, в которой мать занимает главенствующее положение в семье. Но вопреки распространенным заблуждениям, это не просто перевернутый патриархат. Он зиждется на социальных моделях, в основе которых лежит гармония, общность и горизонтальное взаимодействие, а не иерархия. Матриархальные общества коренных народов были исследованы и описаны Хайде Геттнер-Абендрот, основательницей Международной Академии Современных Матриархальных Исследований и Матриархальной духовности (HAGIA). В культурах этих народов взаимодополняемость торжествует над доминированием. Роль мужчины в них переосмыслена: отбросив стремление к власти, они поддерживают принятие коллективных решений и посвящают себя созиданию в других областях. Матриархальное общество зиждется на четырех столпах: экономическом, социальном, политическом и культурном. В экономике наследование идет по материнской линии. Женщины объединяют ресурсы, и матриарх клана мудро обеспечивает их перераспределение. В социальной части материнство занимает ключевое место: дом — священный очаг и символ стабильности. Воспитание детей осуществляется коллективно. В политической сфере мужчины и женщины равноправно участвуют в принятии решений, касающихся благополучия общины. В духовной сфере эти общества поклоняются женским божествам, видя в природе воплощение женского начала. Народные танцы и песни — их гордость и наследие, передаваемые из поколения в поколение. В этой системе именно женщины формируют экономику и социальную жизнь, и их авторитет не подлежит сомнению. Эта реальность разительно контрастирует с принципами западного мира. Основой этих систем является матрилинейность, передающая имена и традиции по материнской линии, и матрилокальность, ставящая дом и женщину в центр внимания и ответственности. Несмотря на географическую разрозненность и принадлежность к различным культурам, некоторые общины демонстрируют схожие формы социальной организации. Народ Мосо, проживающий на юго-западе Китая, — один из осколков исчезающих матрилинейных и матрилокальных обществ. Женщины здесь — главы общины, владелицы земли и распорядительницы экономической жизни. Они вольны выбирать себе партнеров и менять их, заключая так называемый «свободный брак». Мужчина живет попеременно в домах своей жены и своей матери, будучи гостем в первом и полноправным членом семьи во втором. Это явление носит название «свадебного визита». Однако в наши дни все больше пар предпочитают жить вместе в доме жены. Управляемые по законам материнской линии, минангкабау, мусульманский народ Индонезии, насчитывают три миллиона душ на острове Суматра. Этот народ являют собой крупнейшее в мире общество, где родство ведется по женской линии. После развода женщины получают опеку над детьми и домом, а мужья становятся не более чем «гостями». Подобно народу мосо, роль опекуна для детей исполняет дядя, а не биологический отец. В Хучитан-де-Сарагоса, на юге Мексики, известном как «Город женщин», грани между мужским и женским мирами очерчены с железной ясностью. Женщины — душа и сердце рынка, хранительницы финансов, в то время как мужчины занимаются производством и политикой. В Мегхалае, на северо-востоке Индии, народность хаси — исключение из консервативной картины страны. В то время как большинство индийских женщин зависимы от мужской финансовой воли, женщины-хаси властвуют над домашней казной. Даже работающие мужчины обязаны отдавать весь свой заработок в женские руки. С 1990-х мужское меньшинство оспаривает эту модель, требуя пересмотра традиционных правил во имя гендерного равноправия. На небольшом острове Кихну, у южного побережья Эстонии, известном как «Остров женщин», женщины традиционно исполняли обязанности, возложенные на мужчин во время их морских походов. Сама сила обстоятельств превратила эту практику в законную власть. И сегодня, несмотря на присутствие мужчин, именно женщины несут в массы образование, культуру, общественную жизнь и ремесленные традиции. Культурные традиции Кихну, включая уникальный институт брака, внесены в список нематериального культурного наследия ЮНЕСКО в 2003 году как бесценное наследие. В Тумаи, Кения, женщины пошли дальше — изгнали мужчин. Эта деревня, основанная в 1991 году женщинами из этнической группы самбуру, стала прибежищем для разведенных и подвергшихся насилию со стороны мужей. Женщины строят здесь настоящую демократию, основанную на стопроцентном участии, и живут в условиях полной самодостаточности: они самостоятельно занимаются разведением коз, священными ритуалами, строительством вольеров и охотой. Несмотря на вдохновение, которое несут эти модели, они хрупки. Туризм напрямую угрожает образу жизни, особенно среди Мосо, где любопытство к их обычаям, особенно любовным, превращает традицию в театральное представление и постепенно разрушает их культуру. Важно помнить, что разнообразие и уважение к другим моделям жизни помогают нам понять, каким богатым и многогранным может быть наш мир. Может быть, именно опыт этих обществ подскажет нам новые идеи о равенстве и гармонии в будущем.

«Франкенштейн»: может ли собранное тело дышать, кровоточить и мыслить

Чудовище Франкенштейна вновь возвращается к жизни. В связи с выходом новой экранизации готического шедевра Мэри Шелли от Netflix, снятой Гильермо дель Торо, интересно взглянуть на историю о возвращении к жизни глазами анатома. Может ли собранное из частей тело дышать, кровоточить или мыслить? Когда Шелли написала «Франкенштейна» в 1818 году, анатомия была наукой на грани открытий и респектабельности. Публичные анатомические театры собирали толпы, похитители трупов поставляли медицинским школам нелегальные тела, а электричество сулило новые прорывы в понимании искры жизни. Роман Шелли идеально уловил этот момент. На творение Виктора Франкенштейна повлияли реальные научные дискуссии: эксперименты Луиджи Гальвани с подергивающимися под действием тока лягушачьими лапками и демонстрации Джованни Альдини, заставлявшие казненных преступников корчить лица от разрядов. Для аудитории начала XIX века жизнь действительно могла казаться делом анатомии и электричества. Первая проблема для любого современного Франкенштейна сугубо практическая: как собрать тело. В романе Шелли Виктор «собирал кости из склепов» и «нечестивой рукой вторгался в сокровенные тайны человеческого тела», отбирая фрагменты трупов «с заботой» об их пропорциях и прочности. С анатомической точки зрения, на этом этапе эксперимент обречен на провал. После извлечения из тела ткани быстро разрушаются: мышечные волокна теряют тонус, сосуды разрушаются, а клетки, лишенные кислорода, начинают отмирать в течение нескольких минут. Даже охлаждение не может сохранить ткани пригодными для трансплантации дольше, чем на несколько часов. Для присоединения конечностей или органов потребовался бы хирургический анастомоз — точное соединение артерий, вен и нервов с помощью швов тоньше человеческого волоса. Представление о том, что можно сшить целое тело «инструментами жизни» и восстановить кровообращение в стольких местах соединений, противоречит как физиологии, так и хирургической практике. Описание процесса сборки у Шелли расплывчато. По оценкам профессора анатомии Мишель Спир и доцента кафедры анатомических наук Бристольского университета Эллисон Фулфорд, только для соединения конечностей потребовалось бы более 200 хирургических соединений. Каждый фрагмент ткани должен был быть подобран так, чтобы избежать отторжения иммунной системой, а всю конструкцию необходимо было бы поддерживать в стерильности и обеспечивать кровоснабжением, чтобы предотвратить отмирание тканей. Иллюзия электричества Допустим, все части успешно встанут на свои места. Сможет ли электричество вернуть тело к жизни? Опыт Гальвани с лягушками ввел многих в заблуждение, заставив поверить в это. Однако электричество лишь стимулирует нервные мембраны, передавая импульсы клеткам. Это не более чем кратковременная имитация жизни, а не ее восстановление. По этому принципу работают дефибрилляторы: своевременный разряд способен «перезапустить» сердце, потому что сам орган жив, а его ткани по-прежнему способны проводить сигналы. Когда клетки умирают, их мембраны разрушаются, как и внутренняя химия организма. Никакой ток, какой бы сильный он ни был, не может восстановить это равновесие. Проблема мышления Даже если бы монстра удалось заставить двигаться, смог бы он мыслить? Мозг — самый «прожорливый» орган, требующий постоянного притока богатой кислородом крови и глюкозы для энергии. Жизненно важные функции мозга работают только при строго контролируемой температуре тела и зависят от циркуляции жидкостей — не только крови, но и спинномозговой жидкости (СМЖ), которая перекачивается под определенным давлением, доставляя кислород и выводя продукты жизнедеятельности. Мозговая ткань остается жизнеспособной всего шесть-восемь часов после извлечения из тела. Чтобы сохранить ее в течение этого времени, мозг необходимо охладить льдом или поместить в специальный раствор, богатый кислородом. В этот период клетки еще какое-то время способны функционировать — передавать сигналы и выделять химические вещества. Охлаждение мозга уже используется в медицине, например, после инсульта или у недоношенных детей, для его защиты и снижения повреждений. Теоретически охлаждение мозга донора перед трансплантацией может помочь продлить его жизнеспособность. Если удается пересаживать лица, сердца и почки, почему нельзя сделать это с мозгом? Сосуды быстро пересаженного мозга можно было бы соединить с новым телом, но перерезанный спинной мозг оставил бы тело парализованным, с потерей чувствительности и искусственной вентиляцией легких. При восстановленном кровообращении, пульсирующем потоке СМЖ и неповрежденном мозговом стволе пробуждение и ясность сознания могли бы быть возможны. Но без сенсорной информации могло бы такое существо обладать полным сознанием? Мозг хранит каждое воспоминание, мысль и действие, и получение донорского органа было бы губительным, так как он запрограммирован на чужую личность и наследие воспоминаний. Новые воспоминания смогли бы формироваться, но лишь те, что получены из тела, сильно ограниченного отсутствием движения и ощущений. Итальянский хирург Серджо Канаверо, известный своим неоднозначным заявлением, говорил, что пересадка человеческой головы может обеспечить «экстремальное омоложение». Но помимо этических проблем, это потребовало бы восстановления всех периферических нервов, а не просто соединения спинного мозга — задача, выходящая за рамки современных возможностей. Жизнеобеспечение, а не воскрешение На сегодняшний день медицина способна заменить, восстановить или поддерживать многие органы. Врачи занимаются трансплантацией, аппараты позволяют крови циркулировать, а легким вентилироваться. Но это акты поддержания жизни, а не сотворения. В отделениях интенсивной терапии граница между жизнью и смертью определяется не бьющимся сердцем, а активностью мозга. Когда она необратимо прекращается, даже самая сложная система поддержки может сохранить лишь видимость жизни. Не зря полное название романа звучит как «Франкенштейн, или Современный Прометей». Это история не только о научных амбициях, но и об ответственности. Неудача Франкенштейна заключается не в его анатомическом невежестве, а в моральной слепоте: он создает жизнь, не понимая сути человеческой природы. Спустя два столетия специалисты все еще борются с похожими вопросами. Достижения в области регенеративной медицины, создания нейронных органоидов и синтетической биологии раздвигают границы понимания жизни, но они же напоминают, что жизненную силу нельзя свести к одному лишь механизму. Анатомия показывает, как работает тело, но не объясняет, в чем ценность жизни. По материалам статьи «Frankenstein: could an assembled body ever breathe, bleed or think? Anatomists explain» The Conversation

«Сад чудес» и несостоявшаяся пищевая революция Даниэля Бертло

В начале 1920-х годов на левом берегу Сены, неподалеку от Парижа, на участке земли, зажатом между возвышающейся Парижской обсерваторией и зелеными массивами парка Шале, цвел небольшой лабораторный сад. В отличие от обычного сада с ухоженными растениями и запахом свежевскопанной земли, этот имел индустриальный вид. «Сад чудес», как окрестил его один из журналистов, был заставлен возвышающимися белыми ящиками, снабжаемыми водой из больших стеклянных сосудов. В соседних теплицах находилось не менее необычное оборудование. Но настоящее чудо происходило внутри приземистых лабораторных зданий. В августе 1925 года автор журнала Popular Science Норман К. Макклауд описал, как Даниэль Бертло — отмеченный наградами французский химик и физик — проводил в своем «Саду чудес» революционные эксперименты по созданию «фабричных овощей». Бертло (сын знаменитого французского химика и дипломата XIX века Марселена Бертло) использовал сад для развития новаторских работ своего отца. С 1851 года старший Бертло начал создавать синтетические органические соединения, такие как жиры и сахара (именно он ввел название «триглицерид»), из неорганических соединений — водорода, углерода, кислорода и азота. Это был первый революционный шаг на пути к созданию искусственной пищи. Как писал Макклауд, мужчина получал пищевые продукты искусственным путем, подвергая различные газы воздействию ультрафиолета. Эти эксперименты показали, что с помощью света растительную пищу можно производить из газов воздуха. Но эксперимент Бертло не получил широкого распространения. Спустя столетие большая часть продуктов по-прежнему производится традиционным способом — выращиванием растений. Однако идея производства еды в контролируемых промышленных условиях набирает популярность. Возможно, идея изобретателя все-таки принесла свои плоды — просто не так, как он себе это представлял. Революция в пищевой химии Бертло не смог полностью достичь своей цели и искусственно воспроизвести то, что растения делают естественным путем. Тем не менее его эксперименты, какими бы сенсационными они ни казались сегодня, в 1925 году считались нормальными. А все потому, что открытия его отца произвели революцию в химии и вызвали волну невероятного оптимизма в отношении будущего пищевой промышленности. К 1930-м годам ученые начали синтезировать все: от витаминов до лекарств вроде аспирина и пищевых добавок (искусственных загустителей, эмульгаторов, красителей и ароматизаторов). В 1894 году в интервью журналу McClure’s отец Бертло отметил, что к 2000 году вся пища станет искусственной и люди будут питаться искусственными мясом, мукой и овощами. По мнению ученого, пшеничные и кукурузные поля исчезнут с лица земли, а коров, овец и свиней перестанут разводить, потому что мясо будут производить напрямую из их химических компонентов. Добро пожаловать в «Сад чудес» Целью младшего Бертло было производство «сахара и крахмала без участия живых организмов». Для достижения этого он задумал фабрику с огромными стеклянными резервуарами. Газы закачивались бы в эти емкости, а «с потолка свисали бы лампы, излучающие ультрафиолетовый свет». Мужчина представлял, что, когда химические элементы соединятся, «сквозь стеклянные стенки резервуара мы увидим нечто вроде легкого снегопада, который будет скапливаться на дне резервуаров». Конечными продуктами должны были стать растительные крахмалы и сахара, созданные в результате точного воспроизведения работы природы. К 1925 году ему уже удалось с помощью света и газов (углерода, водорода, кислорода и азота) создать соединение формамид, которое используется в производстве сульфаниламидных препаратов (разновидность синтетических антибиотиков), других лекарств, а также промышленных товаров. Но на этом прогресс в воссоздании фотосинтеза остановился. Бертло скончался в 1927 году — через два года после выхода статьи Макклауда в Popular Science — так и не осуществив свою мечту. Несмотря на смелые прогнозы того времени, производство продуктов питания только из воздуха и света в 1925 году было крайне амбициозной задачей, хотя бы по той причине, что фотосинтез был плохо изучен. Этот термин был введен всего за несколько десятилетий до этого, когда влиятельный американский ботаник Чарльз Барнс выступил за более точное описание внутренних механизмов растения. Хлорофилл открыли в предыдущем веке, но то, что происходит на клеточном уровне в растениях, в основном оставалось на уровне теорий вплоть до 1950-х годов. Бертло, возможно, был прав в своих экспериментах, придав импульс развитию будущей индустрии искусственного питания, но он был далек до копирования природного процесса. Однако недавние открытия, возможно, все же позволили найти обходной путь — в зависимости от того, что вы понимаете под словом «еда». Современный ответ саду Бертло От вертикальных ферм и гидропоники до генетически модифицированных культур — с 1960-х годов коммерческое сельское хозяйство было сосредоточено на получении большей урожайности с использованием меньшего количества ресурсов, включая землю, воду и питательные вещества. Начало этому положил лауреат Нобелевской премии мира американский биолог Норман Борлоуг. Он способствовал «зеленой революции», выведя методом селекции низкорослый и высокозернистый сорт пшеницы. Теоретически пределом этой «революции» стало бы полное освобождение производства продовольствия от традиционного сельского хозяйства, исключая все ресурсы, кроме воздуха и света, как и задумывал Бертло. В прошлом столетии люди постепенно приблизились к созданию еды буквально из ничего, добившись прогресса в расшифровке сложных биохимических процессов, связанных с физиологией растений. Но со времен экспериментов Бертло стало понятно, что фотосинтез нелегко воспроизвести в промышленных масштабах. Однако компании все же пытаются. В апреле 2024 года Solar Foods открыла завод в финском городе Вантаа. Это современное предприятие, где работники контролируют большие резервуары, заполненные атмосферными газами. Внутри этих емкостей вода превращается в богатую белком жидкую субстанцию. После обезвоживания она становится золотистым порошком, насыщенным белком и другими питательными веществами, готовым к превращению в пасту, мороженое и протеиновые батончики. Солеин (solein) напоминает то, к чему стремился Бертло, как и сам завод, который, согласно корпоративному пресс-релизу 2025 года, использует атмосферные газы, чтобы сделать возможным «производство продуктов питания в любой точке мира, поскольку оно не зависит от погоды, климатических условий или использования земли». Но на этом сходство с видением французского ученого заканчивается. Solar Foods действительно не требует для производства пищи земли или растений, но их технология основана на живом организме. Используя одну из форм ферментации, она полагается на микроб, который «переваривает» воздух и воду, чтобы произвести белок. Американская компания Kiverdi использует схожий процесс микробной ферментации, изначально разработанный NASA еще в 1960-х годах для дальних космических полетов. Австрийская компания Arkeon Technologies разработала собственную технологию ферментации для производства пищи из углекислого газа без необходимости использования земли или других питательных веществ. Кажется, микробная ферментация открывает многообещающую новую главу в создании синтетических продуктов, но не ждите, что помидоры или кукуруза в ближайшее время начнут появляться из воздуха — это не искусственный фотосинтез. Понимание фотосинтеза столетие назад было примитивным, но Бертло во многом опередил свое время — его видение оказалось удивительно пророческим. Хотя люди до сих пор не поняли, как химически воспроизвести фотосинтез, стоит признать некоторые успехи, сделанные только за последнее десятилетие. Упомянутые компании могут помочь удалить избыток углекислого газа из атмосферы, одновременно предлагая решения для будущих продовольственных кризисов. А могут и не помочь. Это покажет только следующее столетие. По материалам статьи «100 years ago, scientists thought we’d be eating food made from air» Popular Science

8 полезных советов, как не дать питомцам залезть на новогоднюю елку

Зима — самое чудесное время года, но только не для тех, у кого есть питомцы, не оставляющие в покое новогоднюю елку. То, что весело для них, может быстро обернуться праздничной головной болью для всех остальных. К счастью, наличие домашних животных не означает, что придется жертвовать благополучием сезонного декора. Существуют простые меры, которые вы можете предпринять, чтобы защитить елку от животных. Повесьте украшения повыше Низко висящие украшения так и манят любопытную кошку, чтобы та сбила их лапой, или собаку, которая сметет все на пол своим виляющим хвостом. Чтобы избежать соблазна, развешивайте игрушки и другой декор вне зоны доступа, оставляя нижние ветви только для гирлянд. Установите физический барьер между питомцем и елкой Обычно домашние животные не хотят трогать то, до чего не могут добраться. По возможности поставьте елку в угол и оградите ее физическим барьером, например, детским модульным манежем. Если у вас более мелкие или не очень настойчивые животные, вы можете превратить эту блокаду в повод для дополнительного декора. Разместите вокруг дерева несколько больших коробок в подарочной упаковке (с настоящими подарками или муляжи) — и ваша елка будет не только в безопасности, но и вдвойне красиво оформлена. Сделайте так, чтобы елка плохо пахла (для питомцев) Некоторые запахи, которые не раздражают людей, для животных откровенно отвратительны. В продаже есть множество готовых спреев, или вы можете сделать их самостоятельно (например, на основе пряных специй). Известно, что ни кошки, ни собаки не любят цитрусовые ароматы, поэтому рассмотрите вариант с самодельными украшениями из долек лимона и апельсина (или корками от них). Для вас они будут пахнуть прекрасно, а для ваших питомцев — ужасно. Беспроигрышный вариант. Не ставьте елку рядом с возвышенностями Что касается кошек и новогодних елок, здесь все решает местоположение. Если праздничное дерево стоит рядом с приставным столиком или диваном, у кошки может появиться стимул запрыгнуть на нее. Выбирайте такое место в доме, где рядом не будет возвышенностей, чтобы избавить питомца от лишнего соблазна. Сделайте выбор в пользу маленького дерева Некоторые владельцы животных отказываются от елки стандартного размера в пользу небольшого, чтобы можно разместить повыше вне досягаемости лап. Если мысль о мини-дереве вызывает разочарование, рассмотрите вариант с несколькими елками или даже хвойными ветками. Поставьте их в разных местах дома: на рабочий стол и обеденный, а также на книжные полки. В каждой комнате будет новогодняя атмосфера. Откажитесь от съедобных украшений Один из простых способов снизить интерес питомцев к новогодней елке — отказаться от любых украшений из продуктов питания (кроме цитрусов, конечно). Пряники, печенье и конфеты могут оказаться слишком соблазнительными, особенно для животных-пищевиков, которые всегда попрошайничают и готовы съесть что угодно. Гирлянды из попкорна и любой другой съедобный декор — красиво и необычно, но это быстро привлечет внимание самых чутких носов в вашем доме. Окружите новогоднюю елку предметами, которых избегают животные Вместо физических барьеров вы можете окружить праздничное дерево материалами, отпугивающими питомцев. Например, и собаки, и кошки, как известно, не любят алюминиевую фольгу, поэтому создание «рва» из этого блестящего материала станет единственным необходимым средством отпугивания, которое вам понадобится. Сведите ущерб к минимуму Если удержать питомцев на расстоянии и отпугнуть от елки по каким-то причинам невозможно, необходимо перейти к решению будущих кризисных ситуаций. Приобретите тяжелую подставку или основание для праздничного дерева, чтобы прочно закрепить его на полу. Также не будет лишним заменить обычные нитки от игрушек на проволоку, которой более надежно можно обвить ветки. Или вообще откажитесь от хрупкого декора. По материала статьи «8 Helpful Tips for Keeping Pets Out of Christmas Trees» Mental Floss