Наверстать упущенное: учимся контейнировать эмоции

Психологи под понятием контейнирования эмоций подразумевают способность человека контролировать себя, не разрушая личность из-за собственных переживаний. Психолог Анастасия Башлыкова отмечает, что соответствующие умения развиваются с раннего детства и впоследствии перерастают в систему регуляции через общение с родителями, которые поддерживают и утешают. «Например, маленький ребенок испытывает эмоциональное возбуждение, и иногда оно бывает таким сильным, что ему сложно вернуться в спокойное состояние — у малыша пока не хватает собственного ресурса, чтобы управляться с ним», — приводит пример психолог. Задача взрослого в данном случае сводится к базовой поддержке — ребенка обнимают и успокаивают, представляя возможность почувствовать рядом опору физически и морально. Всем нам известные колыбельные выполняют часто не столько роль сказки, сколько оказывают успокоительный эффект, который помогает свести на нет чрезмерное возбуждение. В этом термине нет ничего принципиально нового — скорее, это современный тренд. Впоследствии, когда ребенок уже понимает смысл того, что ему говорят, взрослые стараются донести до него, что испытывать разные эмоции — это нормально. Все радуются, злятся и грустят, и бывают случаи, когда эти чувства невозможно сдержать. В случае, если семейный климат способствует правильному воспитанию, ребенок со временем учится справляться со своими эмоциональными всплесками. Однако бывает и обратная ситуация — например, зашкаливание эмоций как результат постоянного их подавления из страха к саморазрушению от собственных эмоциональных паттернов. Такое случается, если в детстве человек не всегда получал эмоциональную поддержку от взрослых и успокаивался, когда обессиливал. Соответственно, вместо того, чтобы научиться нормализовывать свое состояние, он получал другой опыт — полную потерю энергии в результате эмоционального опустошения. Так в итоге рождается страх «разрушить себя до основания». Есть здесь «заслуга» и нашего менталитета, в котором на протяжении долгого времени было едва ли не признаком дурного тона проявление себя, и все прятали свои эмоции в «контейнер», потому что «девочки так себя не ведут», «мальчики не плачут», «на маму нельзя злиться» и так далее. В итоге мы получаем внушительный багаж с не проработанными или, как популярно это у психологов, «непрожитыми» эмоциями и чувствами, которые кипятятся под условной крышечкой, будто в чайнике. Однако в какой-то момент пресловутый чайник закипает, и крышку срывает напрочь — неуправляемый эмоциональный срыв. «Если эмоциональные переживания выбивают нас из колеи, рушат планы, а нормализоваться своими силами сложно, или если переживания ощущаются как слишком тяжелые, выматывающие, обесточивающие, это верный признак того, что с «контейнером» не все в порядке», — пишет психолог. Что делать с имеющимся багажом сейчас? Однозначно не отчаиваться. Как минимум потому, что психика взрослого человека гораздо устойчивее детской. Специалисты советуют учиться распознавать собственные ресурсы и накапливать их для того, чтобы «вырастить» собственный контейнер, но при этом помнить о том, что все мы — существа социальные по своей природе. А потому не следует закрываться от близких людей, общение с которыми доставляет нам радость и приносит другие положительные эмоции, если обеим сторонам это не в тягость. В конце концов, отношения, выстроенные на доверии — это тоже часть того самого контейнера. Помимо психолога помочь развить навык контейнирования могут, например, близкие друзья, однако лучшим способом не тянуть энергию друзей и не перегружать их собственными переживаниями все же будет обращение к грамотному специалисту. По мнению экспертов, сам процесс предполагает несколько направлений одновременно. Во-первых, это повышение чувства собственного достоинства, однако четко соблюдая грань, не уходя в эгоизм и гордыню. Во-вторых — наконец позволить себе испытывать чувства, а не душить их, а впоследствии научиться видеть причинно-следственные связи в своих реакциях на происходящие события. Своеобразным регулятором на первое время может выступить как раз-таки грамотный психотерапевт. Соответственно, если вы выступаете в роли другой стороны и видите, как кому-то другому нужна ваша помощь, это неплохо, но здесь важно уметь выстроить границы. Если вы понимаете, что поток жалоб не иссякает и человек не ищет решение, то такое общение нужно пресекать. Не стесняйтесь ограничивать время — это сэкономит ваше и заставит человека четче сфокусироваться на своих бедах, а не устраивать театральный монолог. Это как уловка с разряженной батареей: если вы не хотите долго вести беседу, достаточно поднять трубку и сразу обозначить, что у вас садится телефон. На другом конце провода сразу поймут, что время ограничено, и без лишних предисловий изложат суть. Контейнирование в паре Случается так, что с этой проблемой к семейным психологам обращаются супруги. В таком случае специалист работает в двух направлениях. В первую очередь психотерапевт пытается помочь каждому партнеру осознать свои потребности и выстроить диалог таким образом, чтобы организовать обсуждение совпадающих и отличающихся паттернов, а также научить выстраивать для партнеров гибкие способы поддерживать друг друга. Таким образом каждый получает набор инструментов поддержки для ближнего, лучше узнает его потребности и понимает способы заботы о нем. Второй аспект заключается в том, что специалист улавливает уникальные особенности в каждом союзе и помогает супругам увидеть их со стороны как единое целое. В результате у пары вырабатывается опыт переживания конфликтов и способов выяснения отношений с тем условием, что каждый чувствует себя в комфорте, защищенности и с ощущением единого целого с партнером. С чего начать? Конечно, не все готовы сразу признать свои проблемы настолько, чтобы тут же обратиться к специалисту. Можно попробовать начать самостоятельно какие-то телесные практики, которые способствуют нормализации общего состояния как тела, так и психики. Здесь можно начать с йоги или медитации, которые основываются на правильном дыхании. Впоследствии это поможет справляться со стрессом в момент, когда «накрывает» эмоция.

Никола Тесла: «Я могу объяснить многое, но не могу объяснить того, как работает мой мозг…»

«Я могу объяснить многое, но не могу объяснить того, как работает мой мозг. Ответы на одни вопросы я получаю путем долгой мыслительной работы. Я в первую очередь мыслитель и только во вторую экспериментатор. Сначала надо думать, а потом уже пробовать — ставить эксперименты, иначе вместо научного поиска получится блуждание в потемках. Ответы на другие вопросы приходят ко мне сразу. Стоит мне только подумать — и я вижу целостную картину. Такое впервые случилось со мной в 1882 году в Будапеште, когда во время прогулки по парку я вдруг увидел схему двигателя, работающего от переменного тока. Еще не поняв, что происходит, я начал быстро чертить схему тростью на песке, потому что до того дня у меня не было привычки всегда носить с собой блокноты и карандаши. Это озарение было первым в длинной цепи озарений, которые посещают меня до сих пор. Каким-то необъяснимым образом я могу заглядывать в будущее и получать оттуда ответы на свои вопросы. Речь идет не об открытии, сделанном логическим путем, а о появлении подробного ответа на вопрос без какой-либо мыслительной работы. Я словно смотрю сквозь время и вижу то, чего еще нет. Ум мой устроен так, чтобы непременно находить всему объяснение, чтобы все знать. Я не могу начать есть, пока не высчитаю объем супа в тарелке и не удостоверюсь в том, что его именно столько, сколько требуется. Разумеется, природа моих озарений очень сильно интересовала меня. Отчаявшись получить ответ на этот вопрос самостоятельно, я обратился за помощью к ныне покойному профессору Холлу. Тот изучал меня в течение года, но так и не смог ничего объяснить. Тогда я нашел объяснение сам. Я решил, что со мной поддерживает связь некая инопланетная цивилизация, скорее всего — марсиане. К этому выводу меня подтолкнула связь между моими озарениями и появлением на небе Марса. Правильный ответ пришел ко мне много позже. Я проснулся — и первой мыслью моей стала мысль о том, что все мои озарения есть чудеса, ниспосланные Богом. Я не верил в Него, я был строптив и дерзок, и Он, подобно доброму отцу, ласкою и терпеливо увещевал меня, посылая мне одно доказательство Своего существования за другим на протяжении многих лет. В тот день я нарушил свой распорядок. Выбежал из отеля, сел в такси и велел водителю везти меня в православный храм. Я не знал его местонахождения, водитель такси тоже не знал, и полицейские, к которым мы обращались за помощью, не знали. Уже по одному этому факту можно судить о том, насколько я был взволнован и растерян в тот момент. Вместо того чтобы носиться как безумный по Нью-Йорку, я мог бы позвонить кому-нибудь из земляков и спросить, куда они ходят молиться. Но я не сообразил этого сделать. Спустя один час и восемь минут наших поисков очередной полицейский вспомнил, что рядом с его домом есть православная церковь. «Там такие луковицы с крестами на крыше», — сказал он. «Да! — воскликнул я так громко, что полицейский и водитель вздрогнули. — Луковицы с крестами! Нам туда!» Мы приехали на 97-ю стрит в церковь Святителя Николая. То был последний из ниспосланных мне свыше знаков — обретя веру, я впервые помолился в храме святого, чье имя получил при крещении. Впоследствии, во время случайной встречи с профессором Холлом я рассказал ему о том, что со мной произошло. Я не считаю нужным делиться сокровенным с другими людьми, делая небольшое исключение для сестер и племянника Савы, но Холл принимал участие в решении этой проблемы, и моим долгом ученого было рассказать ему о том, как она решилась. Кому, как не мне, знать о том, насколько мучительной может быть неразрешенная проблема! Она — словно заноза, засевшая в мозге, не дает покоя. Думаешь совсем о другом, но мысли постоянно сбиваются с пути. Выслушав мой рассказ, Холл улыбнулся и сказал, что он пришел к такому выводу еще во время работы со мной, но не стал делиться своими соображениями, поскольку я не раз говорил ему о том, что не верю в Бога. У Холла и его коллег есть мудрое правило — не говорить человеку того, во что тот не способен поверить, чего он не способен принять. Скажи мне тогда Холл, что мои озарения есть промысел Божий, я бы ему не поверил. Мог бы и шарлатаном назвать. В минуты гнева я становлюсь невоздержанным на язык и слов не выбираю. Итак, мой научный метод состоит из двух частей — озарений, ниспосылаемых мне свыше, и итогов моей мыслительной работы. Озарения окончательно укрепили меня во мнении о том, что наука должна служить человечеству в целом, а не держателям патентов. Бог посылает мне ответы на вопросы не для того, чтобы я взял очередной патент. По каким-то неведомым мне причинам Он выбрал меня в качестве посредника между Ним и людьми. И мой долг — передать людям то, что я получил свыше. Я всегда считал, что живу и работаю для людей. Даже когда думал, что не верю, все равно так считал. У нас говорят: «Хороший конь даже в темноте не заблудится». Наверное, я был хорошим конем — даже без веры в душе, то есть — вслепую, шел в нужном направлении». Из: Тесла Н. «Дневники. Я могу объяснить многое»

Опасная мода: 6 вещей из прошлого, доказывающих, что красота требует жертв

Привлекательными люди хотели быть всегда. С каждым новым столетием появлялось все больше модных вещей, призванных подчеркнуть стиль и высокий статус своих обладателей, однако далеко не все из них были безопасны для здоровья. Рассказываем, чем приходилось жертвовать женщинам и мужчинам, чтобы выглядеть презентабельно и соответствовать понятиям о красоте. Чопины У модной венецианской обуви на толстой подошве, распространенной в Европе в XIV-XVII веках, было много названий: чопины, цокколи, пьянелле. Ее носили все итальянские модницы, чтобы подчеркнуть свой высокий социальный статус. Изначально считалось, что чопины выполняют не только эстетическую, но также практическую функцию, защищая девушек от грязи на улицах. Это действительно было так, однако женщины могли передвигаться на них только в сопровождении служанки или супруга. Удивляться такому повороту событий не приходится: высота туфель, изготовленных из пробки или дерева, достигала 50 см. Зеленые платья Даже самым заядлым модницам XVIII века приходилось обходиться без платьев зеленого цвета, так как в распоряжении тогдашних мастеров не было нужного пигмента. Проблему решил шведский химик-фармацевт Карл Вильгельм Шееле, который случайно изобрел краситель, смешав медь с мышьяком. Результат оказался великолепным: изумрудный оттенок, полученный в ходе эксперимента, отличался невероятным блеском и насыщенностью. Цвет был назван «Зелень Шееле» и вскоре приобрел популярность. На светских раутах все больше женщин стали появляться в платьях роскошного изумрудного оттенка, а чуть позже его начали использовать для окрашивания бумаги, искусственных цветов, производства художественных красок, обоев и даже конфет. Все были счастливы и довольны ровно до того момента, пока дамы в зеленых платьях не стали обращаться к лекарям. Элисон Мэтьюс Дейвид, доктор наук, доцент Школы моды в Университете Райерсон, в своей книге «Жертвы моды. Опасная одежда прошлого и наших дней» писала по этому поводу следующее: «В состав зеленого тарлатана — материала, который часто использовали для пошива бальных нарядов — входил мышьяк. В одном платье, сшитом из 18 метров ткани, мышьяка содержалось около 900 гран (устаревшая единица массы, равная одному пшеничному зернышку — примерно 64,8 миллиграмма). За вечер с одежды осыпалось не менее 60 гран, в то время как смертельная доза для взрослого человека составляет четыре-пять гран». Пигмент «Зелень Шееле» признали ядовитым лишь в XIX веке, хотя его автор изначально знал об опасности, которая таится в красителе. С тех пор его используют только в качестве пестицида. Корсеты Идея коррекции отдельных участков тела при помощи белья была реализована в тот период, когда в моду вошла осиная талия. В ответ на запросы общества создали корсет, пик популярности которого пришелся на XIX век. Наиболее востребованным он был в Британской Империи — каждая уважающая себя жительница этой страны носила платья с корсетом, а вот отсутствие данной детали было недопустимым. Девушки, чья фигура не была зажата в тиски шнуровки, обвинялись в недостойном поведении и считались сторонницами «свободных» нравов. Последствия использования корсета были ужасающими — деформация грудного отдела, мышечные атрофии, передавливание внутренних органов, приступы асфиксии. В 1874 году опубликовали список заболеваний, вызванных использованием корсета, который состоял из 97 (!) пунктов. В период с 1860-х до начала 1890-х годов в британском медицинском журнале The Lancet публиковали минимум одну статью в год о вреде корсетов для организма. Но всерьез о его запрете задумались только после смерти 42-летней Мэри Хэллидей: в ходе вскрытия ее тела в сердце были обнаружены два стальных прута общей длиной в восемь и три четверти дюйма, составляющих каркас корсета. Девушки смогли вздохнуть с облегчением только в 1889 году, когда француженка Эрмини Кадоль представила на Всемирной выставке прототип современного бюстгальтера, избавив мир от ношения неудобного и опасного корсета. Накрахмаленные воротнички От модных тенденций страдали не только женщины, но и мужчины. Так, в XIX они были обязаны носить накладные воротнички, которые долгое время считались своеобразным «лекарством от всех болезней». Предполагалось, что съемный элемент избавит мужчин от необходимости ежедневно менять рубашку. Идея была неплохой, однако на деле оказалось, что безобидный на первый взгляд аксессуар может привести к летальному исходу. При малейшем наклоне головы вперед воротник блокировал дыхание, а также перекрывал доступ крови к сонной артерии. За это его назвали «vatermörder», что в переводе с немецкого означает «отец-убийца». В одном из некрологов «New York Times» за 1888 год была зафиксирована смерть по причине удушья из-за воротника. Жертвой аксессуара стал мужчина по имени Джон Круэтци, которого обнаружили мертвым в парке. После проведения необходимого осмотра судмедэксперты восстановили картину произошедшего: мужчина сильно напился, уснул, сидя на скамейке с наклоненной вперед головой, и задохнулся, так как узкий воротник заблокировал доступ кислорода к суженным сосудам. Кринолины Это нехитрое приспособление из жесткого китового уса было на пике популярности в 50-60-х годах XIX века и использовалось для того, чтобы придать форму пышной юбке. Также кринолины давали свободу ногам, держали мужчин на расстоянии, скрывали недостатки фигура, а иногда и беременность. Главным минусом этих «стальных клеток» был размер — их диаметр порой доходил до двух метров, из-за чего девушки не могли войти в дверь или сесть в карету. Подол, задрапированный метрами ткани, было очень сложно контролировать. Он мог попасть под колеса кареты и даже загореться. В XIX столетии даже существовал термин «кринолиновые пожары». Самыми огнеопасными считались материалы газового переплетения — газ-кристалл, газ-марабу, газ-шамбери. Длинные шарфы В 1820-е годы в моду вошли длинные узкие шарфы, которые в быту называли «хвосты». Замужние женщины носили боа — меховые и перьевые экземпляры, а юным особам полагался рат — так называли лебяжьи или лисьи шарфы. В начале ХХ века аксессуары стали шить из легких тканей. Такой шелковый шарф стал причиной смерти знаменитой танцовщицы Айседоры Дункан — возлюбленной Сергея Есенина. Вечером 14 сентября 1927 года она села на пассажирское сидение спортивного автомобиля «Амилкар» и театрально обернула длинный красный шарф вокруг шеи, перекинув свободный конец через плечо. После того, как она крикнула «Прощайте, друзья, я отправляюсь к славе!», машина тронулась и произошла трагедия: свободный конец шарфа попал в спицованные колеса и задушил свою хозяйку. Случай с Айседорой Дункан был не единственным. В 1971 году из-за шарфа пострадала молодая американка — ее вытянуло из кресла горнолыжного подъемника, когда аксессуар обернулся вокруг кресла, двигающегося навстречу. Девушка погибла от удушения. Подобные происшествия даже получили название «Синдром длинного шарфа». Врачи сделали вывод, что они заканчивались летальным исходом в 45% случаев.

Почему иногда «вся жизнь проносится перед глазами»?

Тони Кофи в возрасте 16 лет упал с третьего этажа. Тогда он работал подмастерьем у строителя в Ноттингеме. Во время падения время замедлилось, и у него перед глазами промелькнула сложная серия образов. Он описывал это так: «Перед моим мысленным взором всплывало много разных вещей: дети, которых у меня даже еще не было, друзья, которых я никогда не видел, а больше всего я запомнил, как я играл на музыкальном инструменте». Потом Тони ударился о землю и потерял сознание. Очнувшись в больнице, он почувствовал себя другим человеком и уже не хотел возвращаться к своей прежней жизни. В течение следующих недель образы снова и снова всплывали в его голове. Он чувствовал, что ему «что-то показывают» и что изображения как-то связаны с его будущим. Позже Тони увидел на фотографии саксофон и узнал в нем инструмент, на котором он играл в своих видениях. Он потратил всю сумму, полученную в качестве компенсации за падение на стройке, и купил себе этот музыкальный инструмент. Сегодня Тони Кофи — один из самых успешных джазовых музыкантов Великобритании, дважды завоевавший награду BBC Jazz Awards в 2005 и 2008 годах. Хотя вера Тони в то, что он видел свое будущее, необычна, люди нередко сообщают о том, что в критических, опасных для жизни ситуациях сцены из прошлого проносятся перед глазами. Отсюда и выражение, «вся жизнь промелькнула перед глазами». Но чем объясняется это явление? О существовании этого феномена сообщается уже более века. В 1972 году швейцарский геолог Альберт Хейм упал с горы во время восхождения. Он описывал это падение в своей книге: «Как будто на далекой сцене вся моя прошлая жизнь разыгрывается в многочисленных сценах». В июле 2005 г. молодая женщина Гилл Хикс оказалась в непосредственной близости от взрыва одной из бомб в лондонском метро. Ей чудом удалось выжить, позже она описывала свой опыт так: «Моя жизнь проносилась у меня перед глазами, все моменты — и счастливые, и грустные, которые я когда-либо переживала». В некоторых случаях люди видят не просто краткий обзор всей своей жизни, а только серию сцен, которые имеют для них особое значение. Несмотря на широкую распространенность этого явления, оно плохо изучено. На сегодняшний день существует несколько теорий, которые, по понятным причинам, звучат достаточно туманно. Например, группа израильских ученых в 2017 г. предположила, что важные события могут сохраняться в нашем сознании как континуум и выходить на первый план в экстремальных условиях психологического и физиологического стресса. Другая теория заключается в том, что когда мы близки к смерти, наши воспоминания внезапно «сбрасываются». Это может быть связано с «корковым растормаживанием» — нарушением нормальных регуляторных процессов мозга, при котором возникает целая волна мысленных впечатлений. Однако в предсмертных видениях образы следуют друг за другом безмятежно и упорядочено. И ни одна из теорий не может объяснить, как такое большое количество информации может проявиться в течение нескольких секунд, а иногда и миллисекунд. Есть альтернативная теория восприятия времени, которая называется пространство-время. Нам кажется, что время движется только вперед — из прошлого в будущее, и у нас есть прямой доступ только к настоящему. Однако современная физика ставит под сомнение этот простой линейный взгляд на время. Со времен теории относительности Эйнштейна некоторые физики приняли эту теорию и всерьез начали ей заниматься. Они утверждают, что мы живем в статичной вселенной, в которой время распределено в виде панорамы, а прошлое, настоящее и будущее существуют одновременно. Современный физик Карло Ровелли — автор бестселлера «Порядок времени» — также придерживается точки зрения, что линейного времени не существует. Эта идея совпадает с мнением Иммануила Канта, который утверждал, что время — это не объективное явление, а лишь конструкция человеческого разума. Такой подход мог бы объяснить, почему некоторые люди могут в одно мгновение увидеть все события своей долгой жизни. Многие исследования уже показали, что обычное для нас линейное восприятие времени — это лишь продукт нормального состояния сознания. Во многих других состояниях измененного сознания время может замедляться настолько, что секунды превращаются в минуты. Подобное также происходит во время глубокой медитации или под воздействием психоделических препаратов. Но как объяснить видение Тони Кофи, в котором ему явилось будущее? Действительно ли это были сцены из будущего? Может быть, он увидел себя, играющего на саксофоне, потому что его будущее успешного музыканта было предопределено? Конечно, есть несколько более приземленных объяснений случившемуся. Может быть, он стал саксофонистом именно потому, что вдохновился своим видением. Вряд ли ему на самом деле удалось заглянуть в будущее. Если модель пространство-время действительно актуальна, то тогда, возможно, события будущего уже существуют вместе с прошлым и настоящим одновременно. Но пока эту теорию сложно понять, и говорить о ее популярности не приходится. Возможно, мы и не должны стремиться понять все, потому что некоторые аспекты реальности всегда будут находиться за пределами нашего понимания. В конце концов, мы всего лишь животные с ограниченным осознанием реальности. По материалам статьи ‘«My life flashed before my eyes’: a psychologist’s take on what might be happening» The Conversation

Модный показ и как его смотреть

Не первый год в сети огромной популярностью пользуются фото с модных показов, которые зрители принимают за рекомендации для повседневного гардероба. Давайте разберёмся, почему же модельеры предлагают нам такие нестандартные вещи, что такое показ мод и как правильно его смотреть. История показов мод берёт начало в середине восемнадцатого века. Дизайнеры проводили закрытые салонные мероприятия, на которых и демонстрировали вещи из новых коллекций для своих клиентов. Сами модные дома в то время представляли собой отдельные ателье, а первые показы были нацелены на то, чтобы донести до клиентов идею готовых платьев, фасонов. Жанна Пакен добавила музыкальное сопровождение, что и вошло в практику модных показов. А вечеринки после показов — заслуга Поля Пуаре. Те коллекции, которые зачастую шокируют неискушённых зрителей, относятся к высокой моде (haute couture). Этот термин определяет те предметы одежды, которые создаются для конкретных клиентов, в единственном экземпляре и отшиваются вручную. К таким предметам гардероба выставляются определённые требования. Например, количество машинных швов не должно превышать тридцати процентов. Носить звание дома высокой моды могут только определённые бренды, выполняющие все условия. Из частностей: в штате ателье должно быть не менее пятнадцати постоянных сотрудников, от двадцати штатных технических работников на постоянной основе, коллекция кутюр должна содержать не менее пятидесяти оригинальных образцов, при этом основные показы проходят два раза в год. Как смотреть показы кутюр? Прежде всего, показ высокой моды — это возможность модельера донести какую-то идею. В некотором роде это спектакль, отдельный вид искусства, а не попытка продать новые фасоны. Важное значение имеют не только предметы гардероба, но и музыкальное сопровождение и декорации. Желание эпатировать зрителей рождается уже хотя бы из-за конкуренции между модными домами. Модные редакторы за один сезон являются зрителями около шестидесяти показов. Чтобы получить интересные отзывы и достойные рецензии, модельеры должны удивить, запомниться, а в мире такого яркого искусства, как мода, сделать это не так-то просто. Идеи коллекций могут быть самые разные: космическая тема, тема феминизма, панк-культура, проблемы экологии или другие актуальные темы современного мира. Просмотр показа высокой моды равноценен визиту в театр, музей. Важно не только смотреть, но и анализировать идею, которую хотел донести художник, в роли которого выступает модельер. Прет-а-порте Есть и другие модные показы, которые как раз выполняют рекомендательную функцию. Это прет-а-порте, по-английски ready-to-wear, а в переводе на русский — готовые для носки. Пьер Карден был первым, кто решился адаптировать свои изысканные вещи для массового потребителя. Тогда такая смелость стоила ему места в профсоюзе дизайнеров. Но, к счастью для всех нас, идея прижилась. Коллекции прет-а-порте — это как раз те вещи, которые впоследствии будут доступны для покупки в бутиках и интернет-магазинах. Они гораздо менее экстравагантные, чем кутюр. А для тех, кто задаётся вопросом, как носить вещи из модных коллекций, простой совет: их нужно комбинировать с предметами из базового гардероба, чтобы немного «сбить» их экстравагантность. В таком случае даже кричащие топы или низы будут уместны для более повседневных случаев, придавая изысканность и уникальность образу. Помимо основных показов существуют также межсезонные показы: предосенняя и круизная коллекции. По сути, это переходы из одной основной коллекции в другую, но вещи в них гораздо более понятны неискушённому зрителю и подходят даже для консервативных клиентов. Ещё одно событие в мире моды, уже мужской — это выставка PittiUomo. На них демонстрируются новые фасоны костюмов, а также новые ткани, способы обработки швов и так далее. Всё это помогает байерам в дальнейшем определиться с закупками. Байеры — это эксперты по трендам и новинкам в мире моды. Именно эти люди отбирают вещи, которые должны пользоваться наибольшим спросом у покупателей, они собирают ассортимент для розничных магазинов и просчитывают доходы от продаж. На их мнение в том числе ориентируются дизайнеры. После показа коллекция перемещается в шоу-рум, где её могут рассмотреть заинтересованные зрители и принять решение о закупке вещей для магазина, частной коллекции или для съёмки с размещением на обложке модного журнала. Чтобы научиться смотреть модные показы, нужно смотреть всё шоу, а не только фото отдельных предметов гардероба, читать рецензии модных критиков и редакторов, разбираться в ДНК бренда, модных тенденциях, сравнивать показы этого года с предыдущими. В таком случае спектакль высокой моды никогда не оставит вас равнодушным!

Печорин и Ставрогин. Так ли они похожи, как кажется

Литературоведы и филологи долгое время бьются над вопросами схожести и различия литературных персонажей Лермонтова и Достоевского — Печорина, героя романа «Герой нашего времени», и Ставрогина, героя романа «Бесы». Изначально речи о схожести этих персонажей не могло идти, так как главу, которая давала почву для подобных размышлений, редактор романа предложил Достоевскому убрать, с чем писатель согласился. Из-за этой главы «Бесы» могли не пройти цензуру по естественным и немного «лолитовским» причинам. Вырезанная глава «У Тихона» появилась в печати только в 1922 году, но даже сегодня на полках книжных магазинов продаются варианты «Бесов» с этой дополнительной главой и без нее. Именно «исповедь» Ставрогина в данной главе подарила литературоведам загадку — является ли персонаж Ставрогин прямым продолжением идеи Печорина? Перед началом работы над «Бесами» Достоевский писал статьи, посвященные Печорину. В своей работе «Книжность и грамотность» Достоевский отождествлял лермонтовского героя с «эгоизмом», «самообожанием», а его смерть называл «глупой» и «ненужной». Поэтому и в своего героя Достоевский вложил качества, присущие Печорину, только, в отличие от Лермонтова, он сделал из смерти Ставрогина логичный и завершающий историю конец. Ставрогин и Печорин похожи тем, что они оба «лишние» люди, разница только в том, что «Герой нашего времени» был опубликован в 1840 году, а «Бесы» в 1871. И несмотря на небольшой временной разрыв в написании этих произведений, отношение к их героям различается. Если Печорина описанное в романе общество не принимает и порицает, то Ставрогиным восхищается. И Печорин, и Ставрогин совершали ужасные и страшные поступки, но количество и характер этих поступков различались. Если Печорин разрушал чужие судьбы ради своего удовольствия и ненамеренно стал причиной смерти двух человек — Бэлы и Грушницкого, так как Бэлу он просто не смог уберечь, а Грушницкому давал право выбора на отказ от дуэли, то Ставрогин напрямую стал убийцей девочки, над которой совершил насилие и тем самым довел ребенка до самоубийства, никак это самоубийство не предотвратив. Печорин осознает свое зло и пытается его объяснить и оправдать, как в знаменитом отрывке из его монолога «такова была моя участь с самого детства». Он оправдывает свои поступки тяжелым детством, нелюбовью общества и тем, что его «никто не понял», из-за чего он «выучился ненавидеть». Ставрогин же в своей исповеди не пытается оправдать себя, он, наоборот, объясняет, что «всякое чрезвычайно позорное, без меры унизительное, подлое и, главное, смешное положение, в каковых мне случалось бывать в моей жизни, всегда возбуждало во мне, рядом с безмерным гневом, неимоверное наслаждение». Сказать, кто из героев наибольший злодей, тяжело, так как они оба не только причиняли другим людям страдания, но и становились причиной человеческих смертей. Но если Печорин совершал дурные поступки ради удовольствия и смеха, а затем сам от этого страдал (как и пушкинский Онегин, он является «страдающим эгоистом» по Белинскому), то в Ставрогине раскаяния нет. «Не подлость я любил (тут рассудок мой бывал совершенно цел), но упоение мне нравилось от мучительного сознания низости», — признавался Ставрогин в своей исповеди. Он совершал подобные поступки, причиной которых была его болезнь. Достоевский прямым текстом не открывает читателю истинный недуг Ставрогина, но говорит о галлюцинациях, видениях, сменах настроения и даже о вхождении в него беса, вызванных «болезнью», что наводит на мысль, что персонаж Достоевского болен шизофренией. Может ли больной человек отвечать за свои даже самые ужасные поступки? И есть ли тогда смысл сравнивать двух отрицательных персонажей, один из которых отрицателен по своему существу, а другой из-за болезни? Между тем, сравнение «Журнала Печорина» и «Исповеди Ставрогина» ведется до сих пор. Сам Достоевский говорил о связи этих персонажей, поэтому сказать, что Ставрогин — это усовершенствованная версия Печорина, вполне правомерно. Оба героя пустили в свои души бесов, оба жили под лозунгом «зла» и полностью поддались ему. И если Печорин раскрывался с романтической и более мягкой стороны лишнего человека, непонятого обществом, то Ставрогин — дьявол во плоти, которого Достоевский показывает таким, какой он есть, без романтизации и умалчивания, показывает его в полном падении личности и ее моральном разложении.

Современный классический стиль в интерьере

Казалось бы, как может современная техника сосуществовать с классическим стилем, который утвердился в XVI-XVIII веках, когда произошёл расцвет театрального искусства, когда роскошь соединила в себе элементы барокко, ампира, рококо? Кондиционер и лепнина? Подвесы и кисти на шторах вместе с сенсорными панелями на всевозможных поверхностях? Отчасти разгадка в том, как классический стиль предельно многообразен, он может быть и минималистичным, и вычурным. Какие же черты классики позволяют ей оставаться на неизменной высоте и вписываться в современную жизнь? Лаконичность Бесспорно, чувство меры — это как раз то, что является краеугольным камнем любого стиля. Чем больше элементов — тем сложнее их сочетать между собой. Великая Коко Шанель критиковала оборки, рюши, упрощала всё, что только можно, добиваясь лаконичности форм и цветов. В современной классике прослеживается та же тенденция. От вычурности остаются лишь отдельные элементы, почти эскизно указывая на то, какой стиль господствует в том или ином интерьере. Гармония и симметрия Новаторы ищут уникальные формы во всех видах искусства, то усложняя, то отсекая, в то время как классика оставляет за собой неизменную приятную глазу симметрию, которая присутствовала в архитектуре древнегреческих храмов и амфитеатров. Безусловно, строительные материалы прошлого диктовали свои законы — иначе здание просто могло бы обрушиться. Современные материалы дают возможность создавать самые причудливые формы без ущерба устойчивости конструкции. Но эстетика визуального восприятия тоже диктует свои правила — предсказуемое, ровное, симметричное внушает ощущение спокойствия, стабильности, той самой гармонии, поэтому классика остаётся верна этим принципам. Определённая палитра цветов Пастельные тона, базовые оттенки — белый, бежевый, серый — выгодны уже хотя бы тем, что они не перегружают наше восприятие и поэтому удовлетворяют условиям долгой службы. Работая в кабинете, вам нужно концентрировать внимание на ваших задачах, а на не ярких деталях интерьера. Как правило, палитра сохраняется единой, монохромной. В определённых местах вы можете добавить акценты плотных и благородных оттенков, таких как бордовый, лососевый, оливковый, фиолетовый. Освещённость Классицизм вышел из огромных залов, наполненных светом. Сейчас дизайнеры работают гораздо с меньшими площадями, вписывая классический стиль в повседневные задачи, добавляя свет за счёт люстр-подвесов и больших окон, а также дополнительных источников света — бра, торшеров, свечей в подсвечниках. Натуральные и высококачественные материалы Мебель и напольные покрытия из ценных пород дерева, кожаная или тканевая обивка, каменная плитка — вот те элементы, которые неизменно присутствуют в современном классическом стиле. В процессе отделки сохраняют подлинную лепнину или декорируют стены карнизами. Кто выбирает классический стиль По опросам дизайнеров, которые работают в этом стиле, классику чаще всего выбирают люди среднего возраста, знающие цену качественных вещам. Этот стиль прекрасно подойдёт эстетам благодаря своей изящности и элегантности, а антикварные вещи и предметы искусства позволяют создать особую атмосферу дома и отвлечься от рутины городских будней. Классика — это не только роскошь, но и classicus (лат.) — эталон, образец, идеал. В этом стиле нет мелочей, а точнее каждая мелочь имеет значение. При использовании классического стиля в современном интерьере важно решать задачи вписывания бытовой техники, которой не было во дворцах Версаля. Прежде всего этот вопрос решается при помощи встраиваемой техники, завуалированной фасадами, которые выдерживают стиль. Возможно выполнение кухонного гарнитура из твёрдых пород дерева, использование каменной столешницы. Стеновые панели, виниловые обои, книжные шкафы, кожаная обивка, массивные столы — вот почти что неотъемлемые элементы классики. В качестве декора используются потолочные и настенные росписи, колонны, атланты, лепной декор. Дорогой текстиль из шёлка, тяжёлые шторы с подхватами и кистями завершат создаваемый облик помещения в классическом стиле.

Гёте о жизни как о летнем пребывании на водах

— Когда я оглядываюсь на свою прежнюю жизнь, на средние свои годы, и теперь, в старости, думаю, как мало осталось тех, что были молоды вместе со мной, — у меня невольно напрашивается сравнение с летним пребыванием на водах. Не успеешь приехать, как завязываются знакомства, дружба с теми, кто уже довольно долго прожил там и в ближайшее время собирается уехать. Разлука болезненна. Приходится привыкать ко второму поколению, с которым ты живешь вместе немалый срок, испытывая к нему искреннюю привязанность. Но и эти уезжают, оставляя нас в одиночестве, третье поколение прибывает уже перед самым нашим отъездом, и нам до него никакого дела нет. И. П. Эккерман. «Разговоры с Гете». 1824 г.

От железного дождя до молний на Юпитере: примеры погоды на экзопланетах

Когда Оскар Уайльд сказал, что разговор о погоде — последнее убежище для лишенных воображения, он не подозревал о некоторых наиболее экстремальных погодных условиях на планетах и лунах помимо Земли. С момента открытия первой экзопланеты (внесолнечной планеты) в 1992 году было обнаружено более 4000 планет, вращающихся вокруг других звезд. Продолжающиеся исследования экзопланет включают попытки определить состав их атмосферы, в частности, чтобы ответить на вопрос, может ли там существовать жизнь. Однако в этом поиске жизни астрономы обнаружили огромное количество потенциальных миров. Вот четыре примера необычной погоды на других астрономических телах, чтобы показать, насколько разнообразной может быть атмосфера. 1. Железный дождь на WASP-76b WASP-76 — это большая горячая экзопланета, открытая в 2013 году. Ее поверхность примерно в два раза больше Юпитера и достигает температуры около 2200℃. Это означает, что много материала, который был бы твердым на Земле, плавится и испаряется на WASP-76b. Как описано в особенно известном исследовании 2020 года группы ученых из разных стран, эти материалы включают железо. На дневной стороне планеты, обращенной к своей звезде, это железо превращается в газ. Он поднимается в атмосфере и переходит на ночную сторону. Когда это газообразное железо достигает ночной стороны планеты, где температура ниже, железо конденсируется в жидкость и падает на поверхность. В настоящее время это единственный имеющийся пример изменения температуры на достаточно специфической планете, чтобы позволить ей буквально проливать дождь по ночам. 2. Метановые озера на Титане Титан — крупнейший спутник Сатурна. Это особенно интересно, потому что у него сформированная атмосфера, что редко бывает для луны, вращающейся вокруг планеты. У спутника есть места на поверхности, где текут жидкости, как реки на Земле. Однако, в отличие от Земли, эта жидкость — не вода, а смесь разных углеводородов. На нашей планете мы использовали бы эти химические вещества (этан и метан) в качестве топлива, но на Титане достаточно холодно, поэтому они остаются жидкими и образуют озера. Считается, что ледяные вулканы время от времени выбрасывают эти углеводороды в атмосферу в виде газа с последующим появлением облаков, которые затем конденсируются и формируют дождь. Эти осадки не похожи на обычные ливни, которые мы могли бы застать на Земле — они идут только около 0,1% времени, с более крупными (примерно 1 кубический сантиметр) каплями, падающими в пять раз медленнее из-за уменьшения силы тяжести и повышенного сопротивления. 3. Ветры на Марсе У Марса погодная система отличается от системы Земли, и в основном это зависит от того, насколько сухая планета и насколько тонкая атмосфера. Без значительного магнитного поля атмосфера Марса открыта для магнитного поля Солнца, которое удаляет верхние слои атмосферы. Это оставило тонкий слой, состоящий из углекислого газа. Недавний первый полет на Марс летательного беспилотного аппарата НАСА Ingenuity был потрясающим не только с точки зрения разведки, но и потому, что лопасти несущего винта обеспечивают очень небольшую подъемную силу в тонкой атмосфере, которая составляет примерно 2% от земной. Аппарат имеет двойной набор больших лопастей, вращающихся со скоростью около 2500 оборотов в минуту, что в несколько раз превышает скорость лопастей пассажирского вертолета. Хотя марсианская атмосфера и тонкая, она определенно не спокойная. Средней скорости ветра 30 км/ч достаточно, чтобы перемещать поверхностный материал, а ранние наблюдения с посадочного модуля «Викинг» показали скорость ветра до 110 км/ч. Перспектива высокоскоростных песчаных и пыльных бурь может показаться серьезной проблемой для исследования планеты, но атмосфера тонкая и давление небольшое. Например, сцены из фильма «Марсианин», где взрывается ракета, просто не могло бы произойти. Марс также известен крупномасштабными пыльными бурями, которые закрывают обзор поверхности и могут длиться неделями. 4. Молнии на Юпитере В 1979 году «Вояджер-1» пролетел мимо Юпитера и зафиксировал удары молнии. В 2016 году миссия Juno подробно изучила грозы на планете. На Земле большая часть молний сосредоточена вблизи экватора. Но на Юпитере стабильность атмосферы означает, что большая часть конвекции и турбулентности происходит около полярных регионов, где в основном случаются удары молний. Вместо земного метода генерации молнии при столкновении капель переохлажденной воды со льдом на Юпитере накапливается заряд в виде снежных комов аммиака. Этот аммиак действует как антифриз для воды, сохраняя ее в жидком состоянии на больших высотах. У Юпитера есть и менее известные молнии, называемые спрайтами и эльфами. Их обнаружил зонд «Юнона» в 2020 году. Спрайты образуются из молнии, которая поднимается из облаков в верхние слои атмосферы и создает кратковременное красноватое свечение, в то время как эльфы представляют собой кольца, образующиеся, когда молния достигает заряженной части атмосферы на Земле (ионосферы). Они были спрогнозированы в 1924 году, но зафиксированы только в 1989 году физиками из Миннесотского университета. Эти так называемые кратковременные световые явления теперь наблюдаются и на Юпитере, что дает важную информацию об атмосфере планеты, а также о возникновении этих молниевых образований. Существует множество различных погодных условий на экзопланетах, но самой большой проблемой является детализированное и подробное наблюдение за ними, чтобы определить, из чего состоит атмосфера (если она у них есть). Следующее открытие погодной системы экзопланеты может быть земным, а может быть похоже на один из приведенных выше примеров или же вовсе окажется чем-то более невероятным. По материалам статьи «From iron rain on exoplanets to lightning on Jupiter: four examples of alien weather» The Conversation