3 привычки, которые делают отношения счастливыми и здоровыми

Когда у вас было разбито сердце, вы можете неосознанно искать красные флаги в каждом новом романе. Каждый конфликт, мелкая оплошность или любой момент, который кажется вам «неуместным», привлекает ваше внимание больше, чем следовало бы. Наш мозг настроен на то, чтобы замечать то, что идет не так, особенно когда эмоции накалены. Однако иногда отношения строятся не на явной борьбе, а на спокойном, часто незаметном поведении, которое говорит о многом. Это старая поговорка «молчание красноречивее слов», которую можно применить к отношениям. Точно так же, по мнению любого семейного психотерапевта, некоторые из самых ярких признаков прочного партнерства не всегда связаны с искренними разговорами по душам. Вместо этого они проявляются в маленьких, почти незаметных привычках, которые со временем становятся частью нашей жизни. Вот три вещи, которые эмоционально здоровые пары делают, часто даже не замечая этого, но которые закладывают основу для прочной любви. 1. Они восстанавливаются в режиме реального времени В здоровых отношениях люди понимают, что конфликты неизбежны. Они знают, как быстро вернуться к гармонии после ссоры, ведь в жизни все меняется. Даже если они спорят, они умеют вовремя остановиться и сделать небольшой шаг к примирению. Например, можно слегка улыбнуться, приподнять бровь, пошутить, чтобы снять напряжение, или мягко спросить: «Можно я скажу это по-другому?» — в середине предложения. Исследование, опубликованное в 2015 году в журнале Journal of Family Psychotherapy, показало, что самые эффективные действия по восстановлению после конфликта происходят на ранней стадии, часто в первые три минуты. Как отметил ведущий автор доктор Джон Готтман, эти ранние шаги направлены на восстановление эмоциональной связи с помощью простых и глубоко человеческих действий. К ним относятся: общий юмор; привязанность; готовность взять на себя ответственность; сопереживание; мягкий сигнал «мы в порядке». И часто они думают про себя: «Теперь позволь мне разрядить обстановку». Это похоже на эмоциональную мышечную память. Их нервная система настроена на то, чтобы ценить отношения, а не отстаивать свою правоту. Эти микровосстановления сигнализируют об эмоциональной безопасности, что является одним из самых важных показателей удовлетворенности в долгосрочных отношениях. Поэтому в следующий раз, когда вы почувствуете нарастающее напряжение, остановитесь и спросите: «Можем ли мы перевести дух вместе?» Восстановление не всегда означает полное решение проблемы. Иногда это просто означает оставаться доступным, когда вы проходите через сложные моменты. 2. Они практикуют параллельную игру Мы часто представляем себе, что настоящая любовь — это делать все вместе. Однако счастливые пары уже открыли для себя тихое удовольствие от одиночества, которое они могут разделить. Будь то чтение вместе, приготовление пищи в тишине или работа над разными задачами в одной комнате, им комфортно делить пространство, не заполняя его. Эта «параллельная игра» отражает глубокое доверие и автономность, которые есть в их отношениях. Им не нужно выступать, развлекать друг друга или постоянно разговаривать. Достаточно просто быть рядом друг с другом. Это напоминает нам, что общение не всегда должно быть громким, интенсивным или продуктивным. Иногда это так же просто, как разделить с кем-то тишину. В 2024 году в журнале Motivation and Emotion было опубликовано исследование, посвященное молчанию в романтических отношениях. Результаты показали, что внутренне мотивированное молчание, то есть тишина, которая возникает из-за желания близости, связана с более высоким уровнем эмоционального благополучия, удовлетворением психологических потребностей и близостью в паре. Иными словами, важно не само молчание, а то, что стоит за ним. Когда пары чувствуют эмоциональную защищенность, молчание становится их общим языком и формой близости. Это способ сказать: «Я чувствую себя в безопасности с тобой, даже в тишине». 3. Они рассказывают историю о «Нас» Даже не осознавая этого, эмоционально благополучные пары обладают своим особым языком. Они часто говорят: «Это так похоже на нас» или «Помнишь, когда мы...» Они шутят друг с другом, вспоминают любимые истории и используют метафоры, понятные только им. Эти привычки не просто сентиментальны; они являются основой концепции «Мы» — общей идентичности, которая укрепляет отношения. Исследование, проведенное в 2016 году, показало, что «Мы-истории» — истории, созданные счастливыми парами совместно, наполнены такими темами, как безопасность, удовольствие и общий смысл. Эти истории способствуют повышению взаимности в отношениях и долгосрочному удовлетворению. Чем больше в истории пары элементов «Нас», тем крепче их эмоциональная связь. Этот «общий смысл» становится опорой в трудные времена. Он помогает парам восстановить связь, когда жизненные обстоятельства разделяют их. Кроме того, это чувство общности укрепляет ощущение сопричастности, напоминая, что вы не просто отдельные личности, а соавторы общей истории. Чтобы усилить это ощущение «Мы», создайте ритуал, который станет неотъемлемой частью вашей семейной жизни. Это может быть ежемесячный обзор фотографий, плейлист, который вы составляете вместе, или даже глупая фраза, которая всегда помогает вам, когда вы сталкиваетесь с трудностями. Эти маленькие моменты, прожитые вместе, становятся важными звеньями в истории о «Нас». Поддержание здоровых отношений требует усилий. Если вы замечаете эти привычки в своих отношениях, не стесняйтесь радоваться им. А если нет, не отчаивайтесь. Это не грандиозные и недостижимые цели, а ежедневные решения, которые в итоге становятся неотъемлемой частью того, кто вы есть вместе. По материалам статьи «3 Habits That Keep Relationships Happy and Healthy» Psychology Today

Учимся выбирать вино

Кому не приходилось путаться в догадках, выбирая хорошее вино, особенно в преддверии новогодних праздников? Ведь именно в этот период появляется желание порадовать близких, создать праздничную атмосферу и сделать вечер особенным. Винный мир такой огромный и разнообразный, что иногда кажется, будто он предназначен только для настоящих знатоков. Но не переживайте! Всё не так сложно, как кажется. Немного знаний и уверенности — и вы быстро начнете делать осознанный выбор и получать удовольствие от каждого глотка. А мы, в свою очередь, выступим в роли проводника и поделимся ценной информацией, которая поможет вам сделать правильный выбор и почувствовать себя экспертом винного искусства в праздничные дни. На что обратить внимание в первую очередь? Конечно же, на целостность этикетки: потертая, рваная или грязная этикетка свидетельствует о неправильном хранении и небрежном обращении с бутылкой, что может негативно отразиться на качестве напитка. Кроме того, убедитесь в наличии актуальных акцизных марок, проверяемых через систему ЕГАИС, что позволяет легко и быстро подтвердить легальность и происхождение вина, скачав соответствующее мобильное приложение для проверки. Далее обращаем внимание на цвет вина. Именно он является предвестником вкусовых характеристик, отражает уровень окисления и способен указывать на возраст выдержки. Так, красные вина производят только из темных сортов винограда. Важнейшее значение имеет длительность мацерации, то есть периода контакта сока с виноградной кожицей. Именно мацерация определяет насыщенность цвета и сложность вкуса напитка. Чем продолжительнее этот процесс, тем более выразительным и многогранным становится вкус. Предпочтительно выбирать напиток, чей возраст превышает один год. Оптимальным выбором станет вино, прошедшее трехлетнюю выдержку. Причина кроется в том, что, в отличие от белого, красному вину необходимо время для полного раскрытия вкусовых качеств. Высокое содержание танинов обеспечивает более долгий срок жизни напитка, и с течением времени его букет становится только насыщеннее и сложнее. Молодое красное вино нередко отличается излишней терпкостью, которая может прийтись по вкусу не каждому. Белые вина отличаются прозрачным, белым цветом. Могут быть произведены из винограда различных сортов, независимо от их окраски (белых, черных или розовых). Ключевой фактор — процесс ферментации происходит без участия виноградной кожицы. При выборе белого вина первым делом абстрагируйтесь от личных вкусов и внимательно рассмотрите этикетку. Первостепенный момент — свежесть напитка. В магазине ищите бутылки, дата розлива которых не превышает двух лет. Безусловно, можно найти и более выдержанные экземпляры, однако хорошее белое вино с длительной выдержкой редко встречается в обычных магазинах. Розовые вина изготавливаются, как правило, из темных сортов винограда. Их характерный нежный оттенок достигается за счет непродолжительной мацерации на кожице или деликатного отжима, что обеспечивает неповторимый цвет. Розовое вино, как и белое, не создано для долгого хранения. Через пару-тройку лет выдержки оно утрачивает свою изначальную свежесть и яркость. В отличие от красных вин, таких как «Совиньон» и «Бордо», которые раскрывают свой букет с возрастом, розовое вино лучше всего употреблять молодым. Рекомендуется насладиться им в течение года с момента его производства. Оранжевые вина фактически являются белыми винами, которые подвергаются длительной мацерации на кожице винограда, а иногда и на гребнях. Нередко их созревание происходит в глиняных амфорах или дубовых бочках. За счет этого вино приобретает золотисто-янтарный цвет, более насыщенный и сложный вкус. Какими бывают вина по содержанию сахара? Разделение вин на категории в зависимости от содержания несброженного сахара основывается на объеме сахара, оставшегося в вине после брожения и созревания. Этот сахар, являясь природным элементом виноградного сока, может иметь различные концентрации, определяемые сортом винограда. К примеру, сорт «мускат» отличается более высоким содержанием сахара в сравнении с сортом «шардоне». Исходя из концентрации этого остаточного сахара, вина можно условно разделить на две группы: столовые (сухие и полусухие) и десертные (полусладкие и сладкие). Для изготовления сухих вин используют сорта винограда с низким начальным уровнем сахара, такие как «мерло», «каберне», «мускат» и «совиньон». Виноградный сок ферментируют в бочках практически до полного исчезновения сахара. В результате получается напиток с терпким вкусом и насыщенным винным букетом. Характерной чертой сухого вина является низкое содержание сахара — концентрация не превышает 4 г/л. Уровень алкоголя варьируется от 8,5 до 15% по объему. Рекомендуется изучить информацию, указанную на этикетке приобретаемой бутылки. Наиболее ценные сухие вина исторически производятся во Франции и Италии. Если вы затрудняетесь с выбором сухого вина, стоит обратить внимание на марки именно из этих стран. Полусухие вина характеризуются большей мягкостью вкуса по сравнению с сухими аналогами. Для их изготовления часто используют такие сорта винограда, как «мальбек», «ркацители», «розовый мускат» и «сильванер». Производственный процесс включает в себя специфическую технологию: ферментация прекращается при достижении требуемой концентрации сахара в виноградном соке. Этот момент критически важен, так как в противном случае вино может быть классифицировано как сухое. При выборе полусухого вина обязательно изучите информацию на этикетке. Содержание сахара в напитке не должно превышать 18 граммов на литр. Крепость алкоголя обычно находится в пределах от 8,5 до 15% по объему. Полусладкие вина — одна из самых востребованных категорий в России, тогда как в европейских странах их практически не встретить на полках магазинов. Однако многие винодельни успешно адаптировали свои производственные процессы, чтобы поставлять на российский рынок высококачественные продукты. При выборе полусладкого вина важно тщательно изучить информацию на этикетке. Содержание сахара в напитке должно находиться в диапазоне от 18 до 45 граммов на литр, а уровень алкоголя — от 8,5 до 15% по объему. Какому производителю полусладкого вина отдать предпочтение? Традиционно высоко ценятся алкогольные напитки из Грузии и Крыма. Считается, что только на территории бывшего СССР умеют создавать подлинное полусладкое вино. Можно придерживаться проверенных вариантов и выбрать «классику». Тем не менее не стоит пренебрегать европейскими брендами! За многие годы они освоили уникальную технологию производства вина, столь любимого россиянами. И зачастую качество этих напитков даже превосходит ожидания. Замечательные полусладкие вина производят в Италии, Португалии, Испании и Германии. Для изготовления сладких вин брожение виноградного сока намеренно прерывают задолго до завершения процесса превращения сахара в алкоголь, сохраняя тем самым сладость напитка. Хорошие сладкие вина имеют содержание сахара не менее 45 граммов на литр, а уровень алкоголя варьируется от 8,5 до 15%. Наибольшей популярностью пользуются белые сладкие вина, известные своей универсальностью, мягким вкусом и отличной сочетаемостью с разнообразными блюдами. При выборе качественного напитка рекомендуется отдавать предпочтение винам, произведенным в Испании и Германии, которые славятся своей репутацией и высоким качеством. С репутацией красных сладких вин ситуация сложнее из-за распространенности на российском рынке дешевого портвейна, который часто содержал спиртовые добавки. Однако подлинный портвейн — это превосходное вино из Португалии, и существуют интересные альтернативы из других стран, включая Италию, Испанию и Францию. При выборе стоит обращать внимание на производителей из этих регионов, поскольку качественные сладкие красные вина высоко ценятся за насыщенный букет ароматов и вкусов. Какие существуют общие тенденции производства вина в зависимости от региона? Вина из Италии, Франции и Испании известны своими давними винодельческими традициями и неизменно высоким уровнем, но их стоимость может быть препятствием из-за трудоемкости производства и небольших партий. В противоположность этому, вина Нового Света — аргентинские, чилийские, австралийские и новозеландские — более склонны к инновациям, предлагают широкий выбор и более доступны по цене, при этом сохраняя достойное качество, хотя и уступают в цене старым европейским образцам. На российском рынке рекомендуется принимать во внимание рейтинги, опубликованные в «Винном гиде России». Почему сортовой состав так важен при выборе вина? Для определения характеристик вина ключевое значение имеет сортовой состав: вина, произведенные из одного сорта винограда, отличаются уникальным вкусом, в то время как купажированные вина создаются на основе нескольких сортов, комбинация которых формирует финальный букет напитка. Среди востребованных белых сортов выделяются «рислинг», «совиньон блан» и «гевюрцтраминер» — благоухающие, не нуждающиеся в длительной выдержке и раскрывающиеся в молодом возрасте, тогда как «шардоне», в зависимости от климата и методов производства, демонстрирует различные оттенки с течением времени. В категории красных сортов лидируют «каберне» и «мерло», которые в зрелых и выдержанных винах демонстрируют богатые ноты темных ягод, выраженную кислотность и танинность. В более демократичных вариантах стоит обратить внимание на «шираз» и «мальбек», предлагающие гармоничный вкус и оптимальное соотношение цены и качества без обязательной выдержки. В купажированных винах доминирующий сорт влияет на вкусовой профиль; например, при преобладании «каберне совиньон» напиток приобретает терпкость с нотами кофе, перца и черной смородины. Запаситесь терпением, и у вас обязательно получится выбрать «то самое» вино. Пусть ваши праздники будут яркими и радостными!

Власть времени: почему мы постоянно жалуемся на его скорость?

«Неужели уже вечер?», «Куда пропала неделя?», «Год пролетел, как один миг!» — эти фразы стали саундтреком нашей жизни. Мы произносим их так часто, что они превратились в своеобразный ритуал, объединяющий всех — от студентов до пенсионеров. Но за этой привычной жалобой скрывается фундаментальный парадокс: время объективно течет с постоянной скоростью, но субъективно оно то растягивается, то сжимается, как гармошка. Почему же с годами время неумолимо ускоряется? И что на самом деле стоит за этой жалобой — простая констатация факта или отчаянный сигнал нашей души? Научные теории: почему мозг обманывает нас? Феномен ускорения времени имеет под собой серьезные научные основания. Современная психология и нейробиология предлагают несколько убедительных объяснений. 1. Когнитивная теория Роберта Орнштейна: время как сумма событий Согласно этой теории, наше восприятие временного отрезка напрямую зависит от количества и новизны информации, которую обработал наш мозг. В детстве и юности каждый день приносит новые открытия — первое слово, первый урок, первая влюбленность. Мозг усиленно работает, создавая нейронные связи для обработки этого опыта. Когда мы оглядываемся назад, у памяти есть множество «якорей» — тех самых ярких событий, за которые можно зацепиться, и поэтому пройденный путь кажется длинным. Во взрослой жизни, погруженной в рутину, мозгу не нужно создавать столько новых связей. Офисные будни, домашние хлопоты — дни становятся похожими друг на друга. При воспоминании о таком периоде взгляду не за что зацепиться, и оно «пролистывается» быстро. Следовательно, нам кажется, что и время пролетело стремительно. 2. Теория «погружения в рост» и состояние потока Эта теория объясняет, почему время «исчезает», когда мы заняты любимым делом. Погружаясь в значимую, развивающую деятельность — будь то творчество, спорт или решение сложной рабочей задачи, — мы входим в состояние «потока». В этом состоянии наше внимание полностью сосредоточено на процессе, мы теряем ощущение себя и времени. Часы, проведенные в потоке, пролетают мгновенно, но оставляют после себя чувство глубокого удовлетворения и ощущение «прожитого» времени. 3. Теория «тоски по росту» и ностальгия Иногда самые насыщенные и счастливые периоды жизни в воспоминаниях кажутся пролетевшими быстрее всего. Это происходит потому, что, оглядываясь на них, мы испытываем ностальгию. Яркое, эмоционально окрашенное прошлое выделяется на фоне серых будней и поэтому в памяти кажется коротким, но интенсивным всплеском — словно яркая вспышка в ночи. Феноменология восприятия: что еще искажает наше чувство времени? Наше внутреннее время — хрупкая система, на которую влияет множество факторов. • Возраст. Для 10-летнего ребенка год — это 10% его жизни, а для 50-летнего — лишь 2%. Процентное соотношение прожитого отрезка к общему «стажу» жизни заставляет каждый следующий год казаться меньше предыдущего. • Физиология. Наш внутренний хронометр зависит от метаболизма. Повышение температуры тела, прием стимуляторов (кофеина, амфетаминов) ускоряют субъективное течение времени. И наоборот, анестетики и седативные препараты его замедляют. • Модель внутренних часов. Согласно этой модели, в нашем мозге существует «пейсмейкер», генерирующий нервные импульсы. В состоянии стресса или повышенного возбуждения он работает быстрее, и за единицу времени накапливается больше «импульсов». При воспоминании мозг оценивает интервал по их количеству, и насыщенный событиями период кажется длиннее. Тревога как топливо: что скрывается за жалобой? Однако научные теории — лишь часть ответа. Наша навязчивая жалоба на скорость времени — это часто замаскированный крик о помощи нашей собственной души. За фразой «как быстро летит время!» могут стоять непроизнесенные вопросы, которые мы боимся задать себе в лоб: • «Туда ли я иду?» Когда мы заняты не своим делом, живем не своей жизнью, внутреннее чувство фальши искажает восприятие. Время «пролетает», потому что мы подсознательно хотим поскорее «пролистать» эту не удовлетворяющую главу. • «Что я вообще успел(а)?» Сравнивая свои достижения с ожиданиями, мы испытываем страх нереализованности. Время летит, а список «несделанного» растет. • «Я вообще живу?» Это самый экзистенциальный страх. Ощущение, что мы не живем, а существуем на автопилоте. Время, лишенное эмоциональной окраски, не оставляет следов в памяти и бесследно исчезает. Таким образом, жалуясь на время, мы на самом деле жалуемся на качество своей жизни. Что делать? Как вернуть себе время К счастью, мы не бессильны. Вернуть ощущение «длинной» и насыщенной жизни в наших силах. Боритесь с рутиной, создавайте «вехи» Осознанно вносите новизну. Поезжайте на работу другим маршрутом, начните учить язык, посетите незнакомый район. Каждое новое впечатление — это якорь для памяти, который не даст времени «уплыть» бесследно. Стремитесь к состоянию потока Найдите деятельность, которая заставляет вас забыть о времени. Это лучший способ прожить его, а не просмотреть, как быстро прокрученное кино. Практикуйте осознанность Выделите время, чтобы выключить автопилот. Наслаждайтесь вкусом еды, ощущением воды в душе, дыханием. Время, прожитое осознанно, «весит» в памяти больше. Спросите себя: «Чего я на самом деле боюсь?» Конкретизируйте тревогу. «Я боюсь, что не реализую свой потенциал?» или «Я мало времени провожу с близкими?». Со страхом, у которого есть имя, можно работать. Заключение Время не ускоряется. Это мы замедляемся, погружаясь в рутину. Это наше восприятие затуманивается, когда мы перестаем жить осознанно. Жалоба на скорость времени — это наш внутренний компас, который пытается указать на проблему. Возможно, вместо того чтобы в очередной раз сокрушаться о быстротечности жизни, стоит воспользоваться этим сигналом. Перестать спрашивать «Куда уходит время?» и начать задавать себе гораздо более важный вопрос: «Куда ухожу я? И туда ли я хочу на самом деле?» Ответив на него, мы можем обнаружить, что у нас в распоряжении — целая вечность. Автор: Андрей Кудрявцев

Советский быт, от которого тепло на душе

Утро советского человека начиналось с радиопередач, настойчиво вытряхивающих сон из еще не проснувшихся квартир. Смахнув остатки дремы, люди спешили к завтраку, а затем отправлялись на учебу или работу. Долгое эхо рабочего дня затихало лишь к шести вечера, когда людской поток устремлялся к автобусным остановкам и станциям метро. Кто-то уставший, но с чувством выполненного долга, заглядывал в гастроном, чтобы наполнить авоську продуктами к ужину, а кто-то спешил домой, в уютный плен родных стен. Чем же таким необычным был наполнен советский быт, что и по сей день он способен откликаться ощущением душевного тепла? Советский кинематограф Вечерами, на выходных или праздниках вся семья собиралась перед телевизором, чтобы посмотреть фильм или мультфильм. Зачастую звали еще друзей или соседей. «Москва слезам не верит», «Бриллиантовая рука» и «Ирония судьбы», «Ну, погоди!» и «Жил-был пес» навсегда остались в сердцах и вызывают ностальгию у многих из нас. И даже спустя много лет, несмотря на все современные новинки и технологии, советские фильмы и мультфильмы остаются популярными, потому что в них есть что-то очень настоящее и душевное. Чувства, юмор и житейские ситуации — все это по-прежнему вызывает отклик у зрителей разных поколений и делает фильмы по-настоящему близкими. В эти фильмы было заложено много ценностей: дружба, верность, любовь к семье. Актеры не просто играли — они проживали своих героев так ярко, что сцены казались жизненными, а реплики персонажей глубоко укоренились в нашем обиходе. И по сей день, если хочется посмотреть что-то для души, то выбор падает на советские фильмы. Ковер на стене, клеенка на столе, сервиз в серванте Ими скрывали поврежденные стены и обои, «утепляли» или «звукоизолировали» комнату, а дети любили рассматривать затейливые узоры, погружаясь в сон. Ковры. В советской квартире долгое время они были неотъемлемой частью интерьера, вызывая гордость и служа символом статуса. В основном их вешали на стены, закрепляя на деревянных дюбелях или балках, а самые красивые и тяжелые экземпляры, которые считались настоящими произведениями искусства, доставались через знакомых и ценились очень дорого. Несмотря на то, что в большинстве семей использовали дешевые машинные ковры, изготовленные вручную изделия из южных республик считались настоящей ценностью. Они украшали жилища на особых торжествах и передавались по наследству, являясь выгодной инвестицией. За состоянием ковров тщательно ухаживали — чистили снегом, выбивали и регулярно проветривали. Сегодня ковры хоть и потеряли свою актуальность в быту, остаются важным элементом культурного наследия и символом советской эпохи. И если коврами покрывали стены и полы, то на стол стелили клеенку. Клеенчатая скатерть появилась в Англии XVIII века как пропитанная льняная ткань. В СССР материал назвали «масляной тканью», позже превратившейся в клеенку с синтетическими пропитками, что делало ее крайне износостойкой и удобной: ее легко чистить и можно не стирать, что особенно ценно в эпоху дефицита стиральных машин. В 50-х годах, когда развивалась химическая промышленность, клеенка стала массовым аксессуаром во многих советских домах, а также в школах и больницах, благодаря своей дешевизне, функциональности и разнообразию расцветок. Эта ткань быстро стала незаменимой частью быта, заменяя дорогостоящие и сложные в уходе скатерти из натуральных тканей. Пятна на ней можно было протереть влажной тряпочкой и не бояться оставить следы от ножа. Если все же клеенка приходила в негодность, то не возникало проблем с покупкой новой из-за ее доступной стоимости. В советское время клеенка стала символом повседневной жизни, соединяя эстетичность с практичностью, что сделало ее одним из самых распространенных предметов в домах и общественных местах. В Советском Союзе в большинстве квартир был сервант или мебельная «стенка» — своего рода витрина, в которой обычно расставляли самые красивые предметы обихода. Там стоял чайный сервиз, импортная посуда, туристические сувениры, такие как открытки, ракушки и «питейники». Особенно ценились изделия из хрусталя, которые использовались по праздникам и показывали благосостояние семьи. Со временем серванты вышли из моды, их продавали или относили на мусорку, но в некоторых квартирах они сохраняются до сих пор, а коллекционеры сегодня ценят их очень высоко. За всей внешней символичностью советского быта, подчас скромного и аскетичного, главным сокровищем оставались люди и их нерушимые связи. Не в вещах, пусть даже знаковых, виделся истинный уют, а в живом, искреннем общении. Совместные вечера у экрана, задушевные посиделки на кухне, наполненные смехом и спорами, дружеские встречи, скрепленные годами — вот что создавало то самое ощущение тепла.

Власть женщинам: история матриархата от древних времен до наших дней

Более 35 тысячелетий человечество жило в неразрывной связи с природой, черпая блага из ее щедрых источников. В эпоху палеолита первобытные племена кочевали в поисках пропитания, охотились, собирали плоды и оберегали свои хрупкие жилища. Этот неустанный труд требовал от них силы, ловкости и глубокого знания окружающего мира. Женщины, хранительницы очага, брали на себя основную тяжесть хозяйственных забот, обрабатывая природные ресурсы и готовя пищу, что делало их сердцем общественной жизни, овеянным матриархальным укладом. Мужчины же посвящали себя охоте и защите племени от опасностей. Среди этих древних сообществ расцветал культ женского начала. Археологи и по сей день находят первобытные статуэтки, высеченные из кости и камня, чьи формы и линии воспевают женскую красоту и плодородие. С наступлением неолита, около семи тысяч лет назад, жизнь людей преобразилась. Приручение животных, возделывание земли и создание более совершенных орудий труда открыли новые горизонты. В хозяйственной деятельности все большую роль стали играть мужчины, выступая в роли защитников и добытчиков. Постепенно влияние мужчин крепло, что привело к смене матриархата патриархатом, той эпохе, когда власть перешла в руки отцов. Мужчины заняли главенствующее положение в обществе, вершили судьбы и принимали решения, в то время как роль женщины ограничивалась домашним очагом. Так общество, основанное на равноправии, уступило место иерархии, где во главе стояли мужчины. Сегодня в самых отдаленных уголках планеты горстка общин бросает вызов всевластию патриархата, экспериментируя с иными путями бытия. Простираясь от Индонезии до Кении, от Китая до Мексики, от Эстонии до Индии, женщины занимают центральное место в жизни общин, где мужчинам отведена роль второго плана. Сотрудничество вместо Господства Матриархат — это социальная структура, в которой мать занимает главенствующее положение в семье. Но вопреки распространенным заблуждениям, это не просто перевернутый патриархат. Он зиждется на социальных моделях, в основе которых лежит гармония, общность и горизонтальное взаимодействие, а не иерархия. Матриархальные общества коренных народов были исследованы и описаны Хайде Геттнер-Абендрот, основательницей Международной Академии Современных Матриархальных Исследований и Матриархальной духовности (HAGIA). В культурах этих народов взаимодополняемость торжествует над доминированием. Роль мужчины в них переосмыслена: отбросив стремление к власти, они поддерживают принятие коллективных решений и посвящают себя созиданию в других областях. Матриархальное общество зиждется на четырех столпах: экономическом, социальном, политическом и культурном. В экономике наследование идет по материнской линии. Женщины объединяют ресурсы, и матриарх клана мудро обеспечивает их перераспределение. В социальной части материнство занимает ключевое место: дом — священный очаг и символ стабильности. Воспитание детей осуществляется коллективно. В политической сфере мужчины и женщины равноправно участвуют в принятии решений, касающихся благополучия общины. В духовной сфере эти общества поклоняются женским божествам, видя в природе воплощение женского начала. Народные танцы и песни — их гордость и наследие, передаваемые из поколения в поколение. В этой системе именно женщины формируют экономику и социальную жизнь, и их авторитет не подлежит сомнению. Эта реальность разительно контрастирует с принципами западного мира. Основой этих систем является матрилинейность, передающая имена и традиции по материнской линии, и матрилокальность, ставящая дом и женщину в центр внимания и ответственности. Несмотря на географическую разрозненность и принадлежность к различным культурам, некоторые общины демонстрируют схожие формы социальной организации. Народ Мосо, проживающий на юго-западе Китая, — один из осколков исчезающих матрилинейных и матрилокальных обществ. Женщины здесь — главы общины, владелицы земли и распорядительницы экономической жизни. Они вольны выбирать себе партнеров и менять их, заключая так называемый «свободный брак». Мужчина живет попеременно в домах своей жены и своей матери, будучи гостем в первом и полноправным членом семьи во втором. Это явление носит название «свадебного визита». Однако в наши дни все больше пар предпочитают жить вместе в доме жены. Управляемые по законам материнской линии, минангкабау, мусульманский народ Индонезии, насчитывают три миллиона душ на острове Суматра. Этот народ являют собой крупнейшее в мире общество, где родство ведется по женской линии. После развода женщины получают опеку над детьми и домом, а мужья становятся не более чем «гостями». Подобно народу мосо, роль опекуна для детей исполняет дядя, а не биологический отец. В Хучитан-де-Сарагоса, на юге Мексики, известном как «Город женщин», грани между мужским и женским мирами очерчены с железной ясностью. Женщины — душа и сердце рынка, хранительницы финансов, в то время как мужчины занимаются производством и политикой. В Мегхалае, на северо-востоке Индии, народность хаси — исключение из консервативной картины страны. В то время как большинство индийских женщин зависимы от мужской финансовой воли, женщины-хаси властвуют над домашней казной. Даже работающие мужчины обязаны отдавать весь свой заработок в женские руки. С 1990-х мужское меньшинство оспаривает эту модель, требуя пересмотра традиционных правил во имя гендерного равноправия. На небольшом острове Кихну, у южного побережья Эстонии, известном как «Остров женщин», женщины традиционно исполняли обязанности, возложенные на мужчин во время их морских походов. Сама сила обстоятельств превратила эту практику в законную власть. И сегодня, несмотря на присутствие мужчин, именно женщины несут в массы образование, культуру, общественную жизнь и ремесленные традиции. Культурные традиции Кихну, включая уникальный институт брака, внесены в список нематериального культурного наследия ЮНЕСКО в 2003 году как бесценное наследие. В Тумаи, Кения, женщины пошли дальше — изгнали мужчин. Эта деревня, основанная в 1991 году женщинами из этнической группы самбуру, стала прибежищем для разведенных и подвергшихся насилию со стороны мужей. Женщины строят здесь настоящую демократию, основанную на стопроцентном участии, и живут в условиях полной самодостаточности: они самостоятельно занимаются разведением коз, священными ритуалами, строительством вольеров и охотой. Несмотря на вдохновение, которое несут эти модели, они хрупки. Туризм напрямую угрожает образу жизни, особенно среди Мосо, где любопытство к их обычаям, особенно любовным, превращает традицию в театральное представление и постепенно разрушает их культуру. Важно помнить, что разнообразие и уважение к другим моделям жизни помогают нам понять, каким богатым и многогранным может быть наш мир. Может быть, именно опыт этих обществ подскажет нам новые идеи о равенстве и гармонии в будущем.

«Франкенштейн»: может ли собранное тело дышать, кровоточить и мыслить

Чудовище Франкенштейна вновь возвращается к жизни. В связи с выходом новой экранизации готического шедевра Мэри Шелли от Netflix, снятой Гильермо дель Торо, интересно взглянуть на историю о возвращении к жизни глазами анатома. Может ли собранное из частей тело дышать, кровоточить или мыслить? Когда Шелли написала «Франкенштейна» в 1818 году, анатомия была наукой на грани открытий и респектабельности. Публичные анатомические театры собирали толпы, похитители трупов поставляли медицинским школам нелегальные тела, а электричество сулило новые прорывы в понимании искры жизни. Роман Шелли идеально уловил этот момент. На творение Виктора Франкенштейна повлияли реальные научные дискуссии: эксперименты Луиджи Гальвани с подергивающимися под действием тока лягушачьими лапками и демонстрации Джованни Альдини, заставлявшие казненных преступников корчить лица от разрядов. Для аудитории начала XIX века жизнь действительно могла казаться делом анатомии и электричества. Первая проблема для любого современного Франкенштейна сугубо практическая: как собрать тело. В романе Шелли Виктор «собирал кости из склепов» и «нечестивой рукой вторгался в сокровенные тайны человеческого тела», отбирая фрагменты трупов «с заботой» об их пропорциях и прочности. С анатомической точки зрения, на этом этапе эксперимент обречен на провал. После извлечения из тела ткани быстро разрушаются: мышечные волокна теряют тонус, сосуды разрушаются, а клетки, лишенные кислорода, начинают отмирать в течение нескольких минут. Даже охлаждение не может сохранить ткани пригодными для трансплантации дольше, чем на несколько часов. Для присоединения конечностей или органов потребовался бы хирургический анастомоз — точное соединение артерий, вен и нервов с помощью швов тоньше человеческого волоса. Представление о том, что можно сшить целое тело «инструментами жизни» и восстановить кровообращение в стольких местах соединений, противоречит как физиологии, так и хирургической практике. Описание процесса сборки у Шелли расплывчато. По оценкам профессора анатомии Мишель Спир и доцента кафедры анатомических наук Бристольского университета Эллисон Фулфорд, только для соединения конечностей потребовалось бы более 200 хирургических соединений. Каждый фрагмент ткани должен был быть подобран так, чтобы избежать отторжения иммунной системой, а всю конструкцию необходимо было бы поддерживать в стерильности и обеспечивать кровоснабжением, чтобы предотвратить отмирание тканей. Иллюзия электричества Допустим, все части успешно встанут на свои места. Сможет ли электричество вернуть тело к жизни? Опыт Гальвани с лягушками ввел многих в заблуждение, заставив поверить в это. Однако электричество лишь стимулирует нервные мембраны, передавая импульсы клеткам. Это не более чем кратковременная имитация жизни, а не ее восстановление. По этому принципу работают дефибрилляторы: своевременный разряд способен «перезапустить» сердце, потому что сам орган жив, а его ткани по-прежнему способны проводить сигналы. Когда клетки умирают, их мембраны разрушаются, как и внутренняя химия организма. Никакой ток, какой бы сильный он ни был, не может восстановить это равновесие. Проблема мышления Даже если бы монстра удалось заставить двигаться, смог бы он мыслить? Мозг — самый «прожорливый» орган, требующий постоянного притока богатой кислородом крови и глюкозы для энергии. Жизненно важные функции мозга работают только при строго контролируемой температуре тела и зависят от циркуляции жидкостей — не только крови, но и спинномозговой жидкости (СМЖ), которая перекачивается под определенным давлением, доставляя кислород и выводя продукты жизнедеятельности. Мозговая ткань остается жизнеспособной всего шесть-восемь часов после извлечения из тела. Чтобы сохранить ее в течение этого времени, мозг необходимо охладить льдом или поместить в специальный раствор, богатый кислородом. В этот период клетки еще какое-то время способны функционировать — передавать сигналы и выделять химические вещества. Охлаждение мозга уже используется в медицине, например, после инсульта или у недоношенных детей, для его защиты и снижения повреждений. Теоретически охлаждение мозга донора перед трансплантацией может помочь продлить его жизнеспособность. Если удается пересаживать лица, сердца и почки, почему нельзя сделать это с мозгом? Сосуды быстро пересаженного мозга можно было бы соединить с новым телом, но перерезанный спинной мозг оставил бы тело парализованным, с потерей чувствительности и искусственной вентиляцией легких. При восстановленном кровообращении, пульсирующем потоке СМЖ и неповрежденном мозговом стволе пробуждение и ясность сознания могли бы быть возможны. Но без сенсорной информации могло бы такое существо обладать полным сознанием? Мозг хранит каждое воспоминание, мысль и действие, и получение донорского органа было бы губительным, так как он запрограммирован на чужую личность и наследие воспоминаний. Новые воспоминания смогли бы формироваться, но лишь те, что получены из тела, сильно ограниченного отсутствием движения и ощущений. Итальянский хирург Серджо Канаверо, известный своим неоднозначным заявлением, говорил, что пересадка человеческой головы может обеспечить «экстремальное омоложение». Но помимо этических проблем, это потребовало бы восстановления всех периферических нервов, а не просто соединения спинного мозга — задача, выходящая за рамки современных возможностей. Жизнеобеспечение, а не воскрешение На сегодняшний день медицина способна заменить, восстановить или поддерживать многие органы. Врачи занимаются трансплантацией, аппараты позволяют крови циркулировать, а легким вентилироваться. Но это акты поддержания жизни, а не сотворения. В отделениях интенсивной терапии граница между жизнью и смертью определяется не бьющимся сердцем, а активностью мозга. Когда она необратимо прекращается, даже самая сложная система поддержки может сохранить лишь видимость жизни. Не зря полное название романа звучит как «Франкенштейн, или Современный Прометей». Это история не только о научных амбициях, но и об ответственности. Неудача Франкенштейна заключается не в его анатомическом невежестве, а в моральной слепоте: он создает жизнь, не понимая сути человеческой природы. Спустя два столетия специалисты все еще борются с похожими вопросами. Достижения в области регенеративной медицины, создания нейронных органоидов и синтетической биологии раздвигают границы понимания жизни, но они же напоминают, что жизненную силу нельзя свести к одному лишь механизму. Анатомия показывает, как работает тело, но не объясняет, в чем ценность жизни. По материалам статьи «Frankenstein: could an assembled body ever breathe, bleed or think? Anatomists explain» The Conversation

«Девушки Гибсона» — эфемерный идеал «прекрасной эпохи»

На рубеже веков, в период расцвета Belle Époque, Америка была очарована новым образом — «девушками Гибсона». Созданные гением художника Чарльза Даны Гибсона, они стали не просто иллюстрациями, а настоящим культурным феноменом, воплотившим чаяния и надежды эпохи, ее взгляд на идеальную женщину. «Девушки Гибсона» подчеркнули волну эмансипации, охватившую общество, и задали ориентир для подражания, диктуя моду и определяя представления о красоте. Но, как и любой идеал, привязанный к своему времени, «девушки Гибсона» оказались хрупкими и уязвимыми перед лицом перемен, демонстрируя фундаментальную истину: у каждой эпохи — свой идеал. Гибсон, вопреки распространенному мнению, не сотворил этот образ из ничего. Он сам подчеркивал, что лишь обобщил черты, увиденные им в американских женщинах, в их стремлении к активности, независимости и самореализации. «Я видел ее на улицах. Я видел ее в театрах. Видел в церквях… Нация создала этот тип», — говорил художник, акцентируя, что его «девушка» — скорее верно и вовремя подставленное «зеркало», чем изобретение. Это признание делает образ Гибсона еще более значимым, подчеркивая, что он уловил и запечатлел дух времени, его растущее уважение к сильной, уверенной в себе женщине. «Девушка Гибсона» — антитеза викторианской хрупкости и пассивности. Она спортивна, образованна, обладает чувством юмора и не боится выражать свое мнение. Ее образ тиражировался в глянцевых журналах и на рекламных плакатах, становясь своеобразным вирусным трендом эпохи. Она диктовала моду на корсеты, подчеркивающие S-образный силуэт, и широкие плечи, намекающие на силу и энергию. Стать «девушкой Гибсона» означало соответствовать самым современным представлениям о красоте и успешности. Триумф идеала был скоротечным. История Эвелин Несбит, одной из самых известных моделей, воплощавших образ «девушки Гибсона», стала ярким примером уязвимости этого идеала. Ее трагическая вовлеченность в скандальное убийство нанесла серьезный удар по репутации «гибсоновского» стандарта, обнажив противоречия между внешним блеском и внутренней реальностью. Трагедия разразилась на крыше театра Мэдисон-Сквер-Гарден на представлении «Мамзель Шампань». Гарри Тоу, муж Эвелин Несбит, — человек, склонный к садизму и неконтролируемым вспышкам гнева, — выстрелил три раза с близкого расстояния в лицо Стэнфорда Уайта, бывшего любовника своей жены, отношения с которым у нее начались еще до совершеннолетия. Главной же причиной угасания «девушек Гибсона» стали глобальные социокультурные изменения, вызванные Первой мировой войной. Война кардинально изменила роль женщины в обществе, вынудив ее взять на себя «мужскую» работу и проявить невиданную до этого силу и независимость. Идеал красоты, скованный корсетами и светскими условностями, оказался неактуальным. На смену ему пришла «новая женщина» — более свободная, энергичная и независимая, одетая в более удобную одежду и стремящаяся к равенству во всех сферах жизни. «Девушки Гибсона», как культурный феномен, не только отразили надежды и устремления «прекрасной эпохи», но и наглядно продемонстрировали, как социальные потрясения и изменения в общественном сознании могут привести к закату даже самых популярных и влиятельных культурных идеалов. История этого образа — это напоминание о том, что идеал красоты – это не нечто вечное и неизменное, а продукт своего времени, обусловленный конкретным историческим контекстом и подверженный постоянной трансформации. Каждой эпохе — свой идеал, и «девушки Гибсона» были прекрасным воплощением очарования и противоречий своей.

8 полезных советов, как не дать питомцам залезть на новогоднюю елку

Зима — самое чудесное время года, но только не для тех, у кого есть питомцы, не оставляющие в покое новогоднюю елку. То, что весело для них, может быстро обернуться праздничной головной болью для всех остальных. К счастью, наличие домашних животных не означает, что придется жертвовать благополучием сезонного декора. Существуют простые меры, которые вы можете предпринять, чтобы защитить елку от животных. Повесьте украшения повыше Низко висящие украшения так и манят любопытную кошку, чтобы та сбила их лапой, или собаку, которая сметет все на пол своим виляющим хвостом. Чтобы избежать соблазна, развешивайте игрушки и другой декор вне зоны доступа, оставляя нижние ветви только для гирлянд. Установите физический барьер между питомцем и елкой Обычно домашние животные не хотят трогать то, до чего не могут добраться. По возможности поставьте елку в угол и оградите ее физическим барьером, например, детским модульным манежем. Если у вас более мелкие или не очень настойчивые животные, вы можете превратить эту блокаду в повод для дополнительного декора. Разместите вокруг дерева несколько больших коробок в подарочной упаковке (с настоящими подарками или муляжи) — и ваша елка будет не только в безопасности, но и вдвойне красиво оформлена. Сделайте так, чтобы елка плохо пахла (для питомцев) Некоторые запахи, которые не раздражают людей, для животных откровенно отвратительны. В продаже есть множество готовых спреев, или вы можете сделать их самостоятельно (например, на основе пряных специй). Известно, что ни кошки, ни собаки не любят цитрусовые ароматы, поэтому рассмотрите вариант с самодельными украшениями из долек лимона и апельсина (или корками от них). Для вас они будут пахнуть прекрасно, а для ваших питомцев — ужасно. Беспроигрышный вариант. Не ставьте елку рядом с возвышенностями Что касается кошек и новогодних елок, здесь все решает местоположение. Если праздничное дерево стоит рядом с приставным столиком или диваном, у кошки может появиться стимул запрыгнуть на нее. Выбирайте такое место в доме, где рядом не будет возвышенностей, чтобы избавить питомца от лишнего соблазна. Сделайте выбор в пользу маленького дерева Некоторые владельцы животных отказываются от елки стандартного размера в пользу небольшого, чтобы можно разместить повыше вне досягаемости лап. Если мысль о мини-дереве вызывает разочарование, рассмотрите вариант с несколькими елками или даже хвойными ветками. Поставьте их в разных местах дома: на рабочий стол и обеденный, а также на книжные полки. В каждой комнате будет новогодняя атмосфера. Откажитесь от съедобных украшений Один из простых способов снизить интерес питомцев к новогодней елке — отказаться от любых украшений из продуктов питания (кроме цитрусов, конечно). Пряники, печенье и конфеты могут оказаться слишком соблазнительными, особенно для животных-пищевиков, которые всегда попрошайничают и готовы съесть что угодно. Гирлянды из попкорна и любой другой съедобный декор — красиво и необычно, но это быстро привлечет внимание самых чутких носов в вашем доме. Окружите новогоднюю елку предметами, которых избегают животные Вместо физических барьеров вы можете окружить праздничное дерево материалами, отпугивающими питомцев. Например, и собаки, и кошки, как известно, не любят алюминиевую фольгу, поэтому создание «рва» из этого блестящего материала станет единственным необходимым средством отпугивания, которое вам понадобится. Сведите ущерб к минимуму Если удержать питомцев на расстоянии и отпугнуть от елки по каким-то причинам невозможно, необходимо перейти к решению будущих кризисных ситуаций. Приобретите тяжелую подставку или основание для праздничного дерева, чтобы прочно закрепить его на полу. Также не будет лишним заменить обычные нитки от игрушек на проволоку, которой более надежно можно обвить ветки. Или вообще откажитесь от хрупкого декора. По материала статьи «8 Helpful Tips for Keeping Pets Out of Christmas Trees» Mental Floss

Как шляпник и железнодорожный служащий положили начало исследованиям рака

В 1925 году один из самых престижных медицинских журналов в мире, The Lancet, опубликовал сенсационные выводы, настолько значимые, что редакторы посвятили им необычное вступление: «Два следующих текста знаменуют собой событие в истории медицины. Они содержат подробное описание длительного и интенсивного исследования происхождения злокачественных новообразований и, возможно, предлагают решение главной проблемы рака». В день, когда была запланирована публикация, слухи начали распространяться за пределы научного сообщества. «Толпа собралась на улице перед офисом The Lancet, — писал Питер Фишер для Popular Science. — Сначала это было просто скопление людей, как происходит сотни раз на дню без видимой причины в Нью-Йорке, Чикаго или Сан-Франциско. Но эта толпа росла с каждой минутой, пока не заполнила Стрэнд и не нарушила нормальное движение на улице». Эта толпа, пояснял Фишер, «была тихой и терпеливой, пульсирующей от глубокого волнения». Слух о том, что раковый «микроб» впервые был обнаружен под микроскопом, сотрясал Лондон. К 1920-м годам открытие новых микробов стало почти обыденным делом. В золотой век бактериологии ученые были заняты идентификацией микробов, ответственных за многие смертоносные болезни человечества. Холера, туберкулез, столбняк, пневмония — все они были связаны с конкретными «микробами». Открытие нового микроба, даже для такой страшной и малоизученной болезни, как рак, могло бы стать всего лишь очередной новостной статьей. Однако особенностью этого заявления были невероятные исследователи, стоявшие за открытием: уважаемый лондонский шляпник и бывший служащий железнодорожной станции — оба чужаки для официального медицинского сообщества. Загадочный дуэт Шляпник Джозеф Эдвин Барнард вел двойную жизнь в духе Джекила и Хайда, хотя и без готических элементов знаменитого произведения Роберта Льюиса Стивенсона. Днем Барнард изготавливал шляпы в респектабельной лондонской мастерской J. Barnard & Sons, основанной его отцом. А по ночам он спешил в свою личную лабораторию, одержимый целью обнаружить все более мелкие микробы. Мужчина экспериментировал с новыми методами микроскопии, включая ультрафиолетовое излучение и фотопластинки, разрабатывая собственные линзы и оборудование, чтобы раздвинуть границы возможностей обычной оптики. Путь бывшего железнодорожного служащего Уильяма Эварта Джая к медицине был столь же нестандартным и куда более загадочным. Это озадачило бы даже Шерлока Холмса. Железнодорожный служащий, родившийся в 1889 году под именем Уильям Эварт Буллок, сменил фамилию в 1919 году по неизвестной причине. Согласно одной из теорий, он хотел избежать путаницы с Уильямом Буллоком, выдающимся бактериологом из Лондонского госпиталя и почетным профессором Лондонского университета. Другая теория предполагает, что в знак поддержки мужчина взял фамилию своей жены, Эльзы Джай, обаятельной суфражистки, которая вернула свою девичью фамилию после борьбы за избирательные права женщин. Однако журнал Popular Science сообщал о существовании более таинственной истории, стоявшей за сменой фамилии: больной благотворитель Уильям Эварт Джай (который имел те же имя и среднее имя) якобы финансировал медицинское образование железнодорожного служащего и ранние исследования рака, и тот сменил фамилию в знак благодарности. Согласно еще одной версии, этим благодетелем был его тесть. Какой бы ни была правда, смена фамилии лишь усилила его загадочную репутацию в медицинском сообществе. Продвижение исследования рака Когда Джай и Барнард впервые встретились в Лондоне, их партнерство объединило два важных навыка, которые в то время были необходимы для прогресса в исследовании: познания Джая в экспериментальной биологии и теории микробов, приобретенное им за долгие часы в лаборатории, и исключительный опыт Барнарда в работе с микроскопами и методами визуализации. Вместе эта необычная пара взялась за разгадку тайн рака. Их сотрудничество опиралось на десятилетия прогресса, начавшегося в 1870-х годах, когда врач из Восточной Пруссии Роберт Кох разработал новаторские методы наблюдения за микробами под микроскопом. Разработки Коха, включавшие использование красителей для улучшения контраста образцов и микрофотографии для фиксации изображений микробов, привели к открытию возбудителей сибирской язвы и других патогенов. В то же время французский химик Луи Пастер на основе этих открытий создавал вакцины. К 1920-м годам наука и медицина руководствовались в целом простой идеей: найдешь микроб — найдешь лекарство. Именно поэтому открытие Джаем и Барнардом «частиц» было объявлено редакторами The Lancet «событием в истории медицины». Статья Барнарда содержала фотографии того, что им удалось зафиксировать под микроскопом. Мужчина писал, что некоторые клетки «имеют, по-видимому, утолщенную стенку, в то время как другие тонкие и плохо просматриваются». Барнард полагал, что эта разница в толщине возникает из-за репликации вируса внутри клеточных стенок. Подтвердив наличие вируса рака, научное сообщество надеялось и ожидало, что вакцина от рака вскоре появится на горизонте. Журналист Фишер писал в 1925 году: «Джай и его коллеги из Британского совета медицинских исследований сейчас заняты экспериментами по разработке противораковой вакцины, которая не позволит микробу закрепиться в организме». Хотя медицинское сообщество считало Барнарда любителем, его вклад был выдающимся. Комбинируя ультрафиолетовый свет со специальными точными линзами, он создавал достаточно чувствительные инструменты, чтобы уловить отдельные микроорганизмы. Для этого требовался особый ультрафиолетовый свет с очень короткой длиной волны, измеряемой миллиардными долями метра: чем меньше длина волны, тем меньший объект можно увидеть. Микроскоп Барнарда первым позволил добиться такого высочайшего разрешения. А кропотливые исследования Джая привели его к формулировке двухфакторной теории рака, которую он описал в The Lancet в 1925 году: «Вирус сам по себе неэффективен. Второй специфический фактор, полученный из экстрактов опухоли, разрушает клеточную защиту и позволяет вирусу инфицировать». Его теория предполагала, что рак возникает не только из-за бактерии, как туберкулез. Но он также не возникает исключительно из-за поврежденных клеток или внешних раздражителей (то, что сегодня называют канцерогенами). Вместо этого, как он предположил, рак возникает в результате взаимодействия клеток, поврежденных внешними факторами, и вируса. Эксперименты Джая показали, что он не может вызвать опухоль, используя только жидкость, содержащую вирус, или только экстракт опухолевой ткани. Но когда мужчина сочетал эти два фактора, у цыплят формировались опухоли. Влияние на современные исследования Двухфакторная теория Джая была не совсем верной, но она указала исследователям рака верное направление. Спустя столетие все еще нет решения центральной проблемы рака. Тем не менее, можно с уверенностью сказать, что предисловие к статье в The Lancet не было преувеличением. Как и предполагали редакторы, это открытие окажется одним из самых важных событий в истории медицины, заложив основу для современных исследований рака на молекулярном уровне. Сегодня известно, что рак — это не единичное заболевание, вызываемое определенным микробом в сочетании с поврежденными клетками или внешними раздражителями, а сложная группа заболеваний, в основе которой лежат генетические мутации, факторы окружающей среды и в некоторых случаях вирусы, такие как вирус папилломы человека или вирус Эпштейна — Барр. Вместо охоты за одним возбудителем современные исследователи рака направляют свои мощные линзы на внутренние механизмы клеток. Сегодня электронные микроскопы и сверхточная визуализация, используются для изучения внутренних клеточных структур и молекулярных путей, контролирующих рост и гибель клеток. Хотя оптимизм 1925 года сменился пониманием всей сложности проблемы, за все это время удалось достигнуть огромного прогресса в области профилактики, раннего выявления и лечения рака. Он все еще остается одной из основных причин смерти, но появились методы лечения, продлевающие жизнь, улучшающие прогнозы для пациентов и дающие реальную надежду на будущее. Открытие Джая и Барнарда не только «показало» раковый «микроб». Оно продемонстрировало, чего может достичь наука, оставаясь доступной для аутсайдеров и энтузиастов, стремящихся изменить мир к лучшему. По материалам статьи «How a hatter and railroad clerk kickstarted cancer research» Popular Science