Лень как защита и ресурс

Обычно лень воспринимают как отрицательное качество, которое не позволяет активно выполнять какую-либо деятельность. Лень может быть от недостатка мотивации, общей усталости, отсутствия трудолюбия. Но иногда лень — это своеобразный энергосберегающий ресурс организма, защита от переутомления. Если вы слишком долго и упорно трудились, то просто необходимо дать себе какое-то время отдохнуть и побездельничать, чтобы восполнить потраченные силы. Главное, чтобы это не входило в привычку, не становилось образом жизни. Ленивые люди редко добиваются чего-то значимого. Чем дольше ничего не делаешь, тем сложнее потом вернуться к привычной активной жизни и упорному труду. Всего должно быть в меру. Лень может быть сигналом организма об экономии энергии. Даже в таком якобы безвольном состоянии можно найти много плюсов и ресурсов. Например, это время на восстановление сил. После периода пассивного отдыха могут появиться силы на преодоление трудностей. Не стоит всегда игнорировать явные признаки переутомления, это может привести к неблагоприятным последствиям для психики и организма в целом. Обязательно нужно давать себе право на отдых. Чем полезна лень Как уже говорилось выше, если иногда в меру лениться, то можно извлечь пользу и массу энергии из такого незначительного занятия. Безделье помогает экономить силы и собирать их для чего-то важного в будущем. Ученые даже спорят о том, что лень может быть признаком высокого интеллекта, потому что умному человеку не скучно даже просто лежать, его ум всегда занят разными мыслями. Если же безделье является защитным механизмом, то тем более в ней много ресурсов. Она оберегает психику от перенапряжения. Если вам в выходной день совсем не хочется заниматься домашними делами, а есть потребность просто полежать и посмотреть фильм, то стоит прислушаться к себе. Ведь если вы о себе не позаботитесь, никто другой этого тоже не сделает. От переутомления могут возникнуть нарушения памяти, снизиться концентрация внимания и трудоспособность. Если вы всю неделю трудитесь на работе, то хотя бы дома дайте себе возможность иногда расслабиться. С новыми силами и хорошим настроением намного проще работать. Виды позитивной лени 1. Ресурсная. Она является естественной реакцией организма для восполнения сил. Например, жажда возникает, когда организму не хватает воды. Лень может быть также инстинктивной реакцией, защитой от переутомления. Когда у человека возникает острый дефицит физических или психологических сил, организм может требовать банального отдыха. Важно уметь прислушиваться к себе и не допускать истощения. Можно научиться договариваться с собой. К примеру, выполнять только те задачи, которые отложить никак нельзя. Остальное же время посвятить отдыху. Это будет полезно, потому что если человек остро нуждается в передышке, то он редко сможет выполнять работу как раньше. Теряется концентрация внимания, нет новых идей. Лень может быть также защитой от некачественно выполненной работы. Если вы дадите себе право на отдых, то потом сможете работать в прежнем активном режиме. 2. Целесообразная. Этот вид возникает тогда, когда предстоящая работа кажется бессмысленной. У вас может не быть желания что-либо делать, если конечная цель не принесет желаемого результата. Тогда человек невольно задается вопросами: «Зачем мне это?», «Есть ли смысл тратить на это силы?» И если смысла действительно нет, то такая лень может быть очень полезной, она сберегает силы для чего-то действительно значимого. 3. Интересная. Если человеку не интересно то, чем он занимается, то такой вид лени будет довольно часто присутствовать в его жизни. Таких людей часто можно встретить на наемной работе. Руководители порой жалуются на ленивых сотрудников, которые толком ничего не делают на своей должности. Это возникает от того, что человеку просто не нравится его вид деятельности. Важно подбирать себе в команду активных людей, которым их работа действительно будет приносить удовольствие. Когда есть интерес, не нужно прикладывать много усилий, чтобы качественно выполнять работу. Все происходит само собой, потому что человек развивается, учится новому и радуется жизни. 4. Защитная. Такой вид может возникать из-за страха неудачи. Вроде бы работа интересная, приносит хороший заработок и удовольствие, но мы все равно ее откладываем. Здесь может помочь похвала. Не обязательно ждать одобрения от других людей, нужно учиться хвалить сами себя. Защитная лень может оберегать от провала, но также она может не давать возможности даже попробовать достигнуть успеха. Необходимо найти баланс и работать над собой, чтобы не застрять в собственных страхах. Как помочь себе преодолеть негативную лень: • ставьте себе четко определенные дедлайны. Важно учиться себя дисциплинировать, чтобы вовремя выполнять работу. Потому что потом может скопиться целая гора проблем, с которыми придется разбираться одновременно. Можно попробовать вести ежедневник, в котором вы будете по часам планировать свой день и задачи; • отдых. Не стоит забывать про здоровый сон, вкусную еду и право на передышку. Чем больше сил у вас будет, тем больше вы сможете сделать. Чтобы продуктивно работать, организму обязательно нужно отдыхать; • задавайте себе вопросы. Лень редко бывает беспричинной. Если она возникла, то за ней скрывается какая-то потребность. Найдя причину, ее легче будет устранить. Определите тип лени, пообщайтесь с ней мысленно, ваше подсознание почти всегда знает ответы на любые вопросы; • создавайте себе благоприятные условия. Например, можно учиться заранее планировать поход в бассейн или тренажерный зал. Если у вас заведомо есть какая-то задача, то вам проще будет подстроить свою жизнь под нее. Когда человек живет в примерно определенном графике, то он больше успевает, чем если все время плыть по течению и подстраиваться под обстоятельства; • ищите мотивацию. Если дело касается спорта, то он нужен для поддержания фигуры, здоровья, красоты и т.п. Если же речь идет о работе, то мотивация может быть в зарплате, саморазвитии, опыте, связях. Учитесь видеть положительное в том, чем занимаетесь каждый день. Тогда будет намного проще справляться с ленью; • разрешите лени быть. Парадокс заключается в том, что чем больше мы игнорируем лень, тем больше она становится. Позвольте себе отдых. Признайте, что сейчас вам не хочется выполнять ту или иную задачу. Это, как и другие чувства, не бывает вечным. Если не отрицать лень, то она вскоре пройдет; • работайте со страхами и комплексами. Иногда лень может возникать от неуверенности в себе. Например, человек с лишним весом может годами откладывать поход в спортзал из-за страха осуждения. Любая работа над собой всегда начинается с психологической составляющей. Если в мыслях порядок, то и в жизни не будет больших проблем. Лень бывает разной, важно уметь находить баланс между пассивным образом жизни и реальной потребностью организма в отдыхе. Воспринимая негативные чувства как ресурс, можно избавиться от чувства вины за безделье, восполнить энергию и получить удовольствие от заслуженного отдыха. Нельзя забывать, что злоупотребление ленью может негативно сказаться как на психологической, так и на физической составляющих здоровья. Все хорошо в меру.

Как макияж заставляет женщин ревновать

Представьте, что вы сидите на важном собеседовании. Вы прилично одеты, макияж и прическа в порядке, вы улыбаетесь, отвечаете на все вопросы, стараетесь выглядеть компетентной. Члены комиссии, в которой есть как мужчины, так и женщины, никак не демонстрируют свое отношение к вам. Как вы думаете, что может повлиять на их мнение? Все мы знаем старую пословицу, что о книге нельзя судить по обложке, однако в жизни часто бывает иначе: макияж, например, играет важную роль в формировании образа. Дело не только в том, что ваш макияж может нравиться или не нравиться кому-то, он просто изменяет восприятие о вас, причем у мужчин и женщин по-разному. В нашем последнем исследовании мы обнаружили, что женщины, которые носят макияж, кажутся другим женщинам более доминантными, а мужчины оценивают их как более привлекательных. С помощью доминантности и привлекательности люди достигают более высокого статуса в обществе. Те, кто придерживается стратегии доминантности, не боятся применять силу или запугивать, чтобы добиться своей цели. А привлекательные люди обладают достоинствами и навыками, используя которые, они заставляют других следовать за собой. Стратегии успеха Возьмем, например, чемпионку UFC Ронду Роузи и ее речь, которую она произносит перед каждым боем. Как и многие профессиональные бойцы, Роузи использует такую стратегию для запугивания своих соперников, и вообще, немало известных людей ведут себя подобным образом. С другой стороны, кандидат в президенты от Демократической партии Хиллари Клинтон придерживается гораздо более спокойного и осознанного подхода к достижению своих целей, в отличие от своего оппонента Дональда Трампа. Она является классическим представителем стратегии привлекательности. И Ронда Роузи, и Хиллари Клинтон — очень влиятельные женщины, но своего статуса они добились совершенно разными способами. Представители обоих полов могут достигать высокого статуса в обществе с помощью этих двух стратегий, однако для женщин стратегия привлекательности более близка, и косметика играет в ней важную роль. Женщины, носящие макияж, воспринимаются как более профессиональные специалисты. В нашем исследовании мы попытались выяснить, какой из двух стратегий женщины придерживаются чаще, используя макияж как инструмент достижения той или иной цели. Стиль макияжа сильно варьируется у разных людей, и эта разница может повлиять на объективность исследования. Чтобы создать более или менее равные условия, мы нанесли одинаковое количество макияжа на лица на фотографиях с помощью компьютерной программы. Таким образом, участники эксперимента сравнивали по две фотографии одного и того же человека — с макияжем и без. Результаты оказались совершенно неожиданными. Оказалось, что небольшое количество косметики делает женщину более привлекательной как для мужчин, так и для женщин. Но это не самое неожиданное: нас удивило то, что все мужчины посчитали женщин с макияжем более привлекательными, а женщины, в свою очередь — более доминантными. Мы предположили, что реакция мужчин может быть обусловлена тем, что им необязательно напрямую конкурировать с женщинами физически, так как мужчины в общей своей массе просто сильнее. Также мы предположили, что привлекательность является положительной чертой и как правило идет рука об руку с другими положительными характеристиками, которые в совокупности образуют так называемый эффект ореола. Потом мы задались вопросом: почему женщины с макияжем кажутся другим женщинам более доминантными? Возможно, они представляют некоторую опасность для других женщин, так как потенциально могут привлечь чужого партнера или заставить их чувствовать себя менее привлекательными. И действительно, исследования показали, что женщины, как правило, более ревнивы к другим привлекательным женщинам, в то время как мужчины больше ценят привлекательность в потенциальных партнерах. Мы остановились на этом вопросе поподробнее. Новая группа участников состояла исключительно из женщин, они оценивали те же фотографии и отвечали на вопросы: «Сильно бы вы ревновали, если бы эта женщина общалась с вашим партнером?», «Как вы думаете, какая из двух фотографий больше бы понравилась мужчине?», «Какие женщины показались вам более доступными?». Наша гипотеза подтвердилась: женщины с макияжем казались более доступными и более привлекательными для мужчин и вызывали большую ревность у женщин. Таким образом, макияж способен заставить женщин ревновать, поэтому накрашенные лица кажутся им более доминантными. Кроме того, женщины безошибочно определяют реакцию мужчин на макияж и угадывают, что накрашенные лица кажутся им более привлекательными. Такой тип мышления искажает объективность в ряде ситуаций. Например, исследования показывают, что люди с привлекательными лицами часто воспринимаются как более компетентные, и как следствие быстрее получают повышение по работе. Макияж может способствовать или же препятствовать различным социальным взаимодействиям. Поэтому при подготовке к собеседованию лучше заранее узнать о составе комиссии и уточнить, сколько в ней мужчин и сколько женщин, чтобы понравиться и тем, и другим. По материалам статьи «How makeup makes other women jealous» The Conversation

7 способов решиться на перемены в жизни

Чем старше человек становится, тем чаще говорит себе, что поступил бы иначе в той или иной ситуации, если бы мог повернуть время вспять. И чтобы не сожалеть о прошлом, нужно начинать действовать уже сегодня и сейчас, постепенно изменяя свою жизнь, приближая ее к идеальной модели. Конечно, нам сложно отказаться от собственных привычек, которые мы любим вопреки тому, что они доставляют неудобства близким и окружающим. Это связано с нашей природной ленью и консервативностью. Но если мы хотим стать успешными, заниматься интересным и любимым делом, иметь настоящих и искренних друзей, любимого и любящего человека, пора меняться. Советы, которые помогут решиться на важные перемены Независимо от характера изменений в жизни, даются они человеку нелегко. Особенно сложно, если масштаб этих перемен глобальный — увольнение с прежней работы, разрыв длительных отношений, начало нового дела, открытие бизнеса и прочее. В подобных ситуациях требуется сделать сложный выбор. Иногда даже при очевидных плюсах таких действий решиться на них непросто, и на это есть свои причины: • мы волнуемся и переживаем, так как не знаем, правильно поступаем или нет; • хотим получать больше сведений, ведь отсутствие информации в полном объеме вселяет в нас сомнения; • мы понимаем, что застряли. Но присутствует страх, который неизвестно, как преодолеть, чтобы начать заниматься тем, что нравится. Вряд ли найдется хоть один человек, который сможет ответить на все волнующие вопросы и помочь сделать правильный выбор, подтолкнуть к принятию того или иного решения. Но есть семь прекрасных способов, помогающих сдвинуться с места и начать менять свою жизнь. 1. Примите тот факт, что у вас нет возможности получить всю информацию. Зачастую мы не принимаем жизненно важное решение по одной-единственной причине: хотим знать как можно больше перед тем, как шагнуть вперед. Естественно, нужно продумать все тонкости. Но не всегда ясный и точный ответ лежит на поверхности, и ждать его можно годами. Вся наша жизнь состоит из череды различных вопросов, совершенных ошибок и дальнейших их исправлений. Не зацикливайтесь на этом — примите единственное решение из возможных на текущий момент и не останавливайтесь на достигнутом. 2. Начните относиться к себе с доверием. Для того, чтобы ничего не менять, мы находим множество отговорок. Но ключевым моментом является наше недоверие к себе. У нас появляются опасения, что мы не сможем понять, как вести себя правильно, реагировать на незнакомую ситуацию. Появляются сомнения и беспокойство, что возникнут непреодолимые трудности. Но ведь случайности и неожиданности происходили и раньше, и вы с ними успешно справлялись. Например, вы поскользнулись и упали, хотя и не ожидали этого. На данном этапе с вами все хорошо и жизнь продолжается. Нашелся выход и тогда, когда на полпути к работе была проколота шина. Тогда почему же вам страшно довериться себе? Не имеет значения, в какую сторону поведет ситуация — вы обязательно разберетесь, что с ней делать и как поступить. 3. Нарисуйте мысленно неблагоприятный исход. В основном большая часть страхов обитает лишь в нашем сознании. Если вы посмотрите на самый плохой вариант развития ситуации, то поймете, что это не так уж и страшно. Вы в состоянии оправиться от этого. Задайте себе прямой вопрос: «Если я поступлю так, что такое самое худшее может произойти?» Когда вы поймете, что смертельной опасности нет, а выход даже из такого положения есть, то станете готовы к преодолению препятствий. 4. Постарайтесь процесс ценить так же, как и полученный в итоге результат. Нам слишком важно то, что получится в итоге. Поэтому и возникают переживания, что несмотря на все усилия мы не сможем достичь максимального результата, финиша. И в этот момент мы забываем об одной истине — каждый из нас имеет право изменить собственное мнение и не только. Более того — отсутствие достижения ранее поставленной цели нельзя рассматривать как проигрыш. Мы же сами ставим перед собой цель, и в какой-то момент можем ее изменить. Нельзя рассматривать конечным пунктом назначения провал или успех. Необходимо постоянно двигаться вперед и получать удовольствие от этого процесса. 5. Следуйте за открывающимися возможностями не останавливаясь. Находясь на пороге принятия важного решения, вы можете начать опасаться, что сложилась та ситуация, из которой выход найти невозможно. Смените направление мысли. Появившиеся альтернативы крайне редко являются ограничителями, чаще — с точностью до наоборот. В этом случае наиболее приятный и мотивирующий момент — открытие совершенно других возможностей на ежедневном пути к ранее поставленной цели. И если вы используете их, то можете даже не сомневаться — выбор будет всегда. 6. Очень важно прикладывать максимальные усилия. Совет основополагающий, элементарный. Тем не менее, именно это правило не выполняется. Почему все так монотонно и плохо, нет никаких перемен? Потому что человек не пытается хоть что-то для этого делать. Отговорки всегда можно найти, независимо от ситуации. И это относится как к завалу по учебе, так и к работе, которая не приносит ни удовольствия, ни денег. Мы даже не пытаемся выучить предмет или найти новую работу, потому что для этого требуется прилагать усилия. Почему каждый из нас придумывает себе отговорки? Нас пугает предполагаемый провал. Почему-то большинство людей боится, что в случае неудачи их будут считать неудачниками. А если ничего не делать, то можно списать это на банальную лень, и это неправильно. Заставьте себя преодолеть страх перед гипотетической неудачей. Провалы есть у всех. Если вы несмотря ни на что рискнете, то получите намного больше, чем, вероятно, потеряете. Но ведь многие и не пытаются. 7. Начинайте действовать с простого и осуществимого. Невозможно покорить горную вершину, если долго и упорно не тренироваться. Поиск желаемой работы вызывает страх? Продумайте, с чего лучше его начать уже сейчас? Вы можете пообщаться с человеком, который уже работает в этой сфере. Поинтересуйтесь, какие действия способствуют его успеху. Займитесь усовершенствованием собственных навыков, чтобы ваши шансы возросли. Никто не заставляет вас менять огромный мир здесь и сейчас. Но вы в состоянии изменить свой мир, сделать его комфортным и прекрасным. Автор: Инесса Борцова

Как тренировать мозг, не выходя из дома?

Умные люди почитаются в обществе с давних времён. Начиная от крестьянских дьяков, которые пользовались большим уважением среди преимущественно безграмотных односельчан, заканчивая современными офисными работниками, которые невольно ассоциируются с людьми высокого статуса среди разных слоёв населения. Правда, во временном отрезке между интеллектуалами разных эпох появилось явное различие: для вхождения в число образованных современному человеку нужно приложить намного больше усилий, чем его предшественникам. Это логично: времена меняются, человечество развивается, а вместе с ним усложняются различные сферы жизни. И если пару веков назад для достижения уровня «просветлённый» уже упомянутому священнослужителю было достаточно кое-как научиться писать (с максимальным навыком — умение составлять письма), то современному представителю «белых воротничков» для аналогичного статуса (по меркам XXI века) нужно постараться намного больше: закончить общеобразовательную школу, получить высшее образование в вузе, устроиться на «приличную» работу (что в силу большой конкуренции часто получается далеко не с первой попытки) — умением писать письма уже никого не удивишь! Тему сегодняшней статьи мы решили посвятить именно такой ситуации, когда для проработки уникальности (в интеллектуальном смысле) человеку нужно постоянно тренировать свой мозг. А сделать это не так-то просто! Что нужно знать о прокачке мозга? Головной мозг — такой же трудяжка, как и мышцы тела: для регулярной исправной работы его необходимо держать в постоянном тонусе. Кроме того, для развития главного мыслительного органа недостаточно загрузить его регулярной монотонной работой: даже интеллектуальная рутина негативно сказывается на развитии — для хорошего ума нужна разнообразная «пища». Немецкими учёными было доказано, что однотипные действия или чрезмерный отдых серьёзно снижают работоспособность мозга. Исследователи Университета Эрлангена продемонстрировали, что всего две недели без работы могут снизить IQ человека сразу на 20 пунктов! Безделье приводит к частичной атрофии клеток лобных долей мозга. Как же не допустить такой ситуации? Постоянно генерировать новые идеи для саморазвития порой сложно из-за плотного рабочего графика или обычной нехватки фантазии. Мы расскажем о самых доступных способах прокачать мозг. А самое главное — это можно сделать, не выходя из дома! Смена бытовых привычек Непривычное исполнение рутинных занятий по дому или по работе растрясёт (в хорошем смысле) ваш мозг. У этого способа даже имеется название — «нейробика». Методику фитнеса для мозга совместно разработали нейробиолог Лоренс «Ларри» Катц (Lawrence Katz) и писатель Мэннинг Рубин (Manning Rubin). Уже более 15 лет их читатели тренируются по специальной программе, чтобы улучшить память и увеличить интеллектуальные способности. Изменения окружающей среды приводят к особой гибкости мозга, которая однажды эволюционным путём сделала из обезьяны человека. Систематическая перестановка мебели помогает держать мозг в тонусе. Не обязательно тратить несколько часов в день на перетаскивание шкафа с вещами из спальни в кухню. Для появления ощущения новизны будет достаточно изменить расположение телевизора, а в следующий раз (например, через месяц) переставить в другое место рабочий стол. Этот способ развивает пространственную память. Сенсорные зоны мозга можно разрабатывать похожим образом, но с закрытыми глазами. Принимайте душ или ходите по квартире наощупь, можете даже насыпать в карман пригоршню монет и тактильно определять их ценность. Все эти на первый взгляд нелепые задания неплохо развивают мозг! Путешествия по виртуальному миру Учёные давно доказали, что путешествия — процесс одновременно и приятный, и полезный. Кардинальная смена обстановки способна благоприятно влиять на умственные способности, причём такая тенденция прослеживается у представителей разных возрастных групп. Дело в том, что при переездах повышается работа двух важнейших центров лимбической системы. Исследования американского нейробиолога Джаака Панксеппа (Jaak Panksepp) отчётливо показывают взаимосвязь путешествий с активизацией вышеупомянутых зон мозга. Приятный трэвел-процесс увеличивает секрецию окситоцина и дофамина, т.н. гормонов радости и благополучия. Также смена обстановки положительно влияет на усвоение новых знаний и быстрое образование нейронных связей. Путешествия очень полезны и для детей. Исследовательница Мэри Хелен Иммордино-Янг (Mary Helen Immordino-Yang) из Университета Южной Калифорнии утверждает, что ни один школьный курс не способен так укрепить самоидентификацию формирующейся личности, как путешествия. Так как статья посвящена тренировкам мозга в домашних условиях, перейдём от реальных путешествий к виртуальным. На просторах сети существует множество способов изучения мира в режиме онлайн. Самый известный из них — прогулка с помощью виртуальных карт в режиме просмотра улиц. Увидеть главные достопримечательности можно и с помощью веб-камер, расположенных в разных точках планеты: здесь и виртуальное посещение музеев, и панорамные видеоролики памятных мест. Для самых искушённых пользователей существуют порталы, предоставляющие полноценные туры. С их помощью вы можете, например, погрузиться в соляную шахту Велички, подняться на самую высокую точку небоскрёба Бурдж-Халифа или пролететь над побережьем Камчатского полуострова. Подберите музыку, соответствующую обстановке (желательно незнакомую вам), и отправляйтесь в дали развития мозга. Физические тренировки Биолог-эволюционист Джон Медина (John Medina) отмечает необходимость физических упражнений для полноценной работы мозга. Спортивные занятия приводят к улучшению долговременной памяти, развитию логического мышления и концентрации внимания. Особенно тренировки актуальны для активно развивающихся организмов. Маленькие дети и подростки в хорошей физической форме способны быстрее распознавать визуальные стимулы по сравнению со своими малоподвижными сверстниками. Джон Медина, заручившись результатами собственных исследований, предложил ввести в школах ежедневные занятия по физкультуре. Кроме того, он тоже присоединился к эксперименту: разместил в своём рабочем кабинете беговую дорожку. Затем перерывы между работой он стал заполнять не кофе с булочкой, а физическими нагрузками. Медина не остановился и на этом. Он создал особую конструкцию тренажёра, на котором можно было одновременно выполнять спортивное упражнение и работать за компьютером. Как признаётся американский учёный, ему понадобилось всего пятнадцать минут, чтобы научиться одновременно печатать на клавиатуре и идти со скоростью 3 км/ч. Исследования Медины подкрепляет работа учёных Иллинойского университета США под руководством Артура Крамера (Arthur Kramer). Они обнаружили, что зарядка и ежедневное хождение пешком (не менее 500 м) способствуют увеличению коры головного мозга человека во фронтальной и париетальных областях. Так что, тренируя мозг, не забывайте поддерживать хорошую физическую форму, ведь наше тело — сложная многофункциональная система, в которой важна работа каждой детали! Тезисное запоминание Информативное содержимое человеческого мозга напоминает поиск книги в библиотеке или сайта в интернете: чтобы найти нужный объект, необходимо заранее разобраться в ключевых ориентирах. Так идут дела и в ассоциативной зоне мыслительного органа: прежде чем получить желаемые данные, мозг должен пройти через все отложенные пласты информации. Твайла Тарп (Twyla Tharp), известная танцовщица и хореограф из Нью-Йорка, придумала следующее занятие для улучшения памяти. Когда женщина смотрит одно из своих выступлений, она пытается запомнить первые двенадцать-четырнадцать поправок, которые хотела бы обсудить с учениками. Упражнение работает как на зубрёжку, так и на развитие мышления. В своей книге «Творческая привычка» Твайла Тарп рассказывает, что в основном люди не могут запомнить больше трёх таких элементов. Практика запоминания вещей и последующего их обсуждения с другими людьми была наглядно подкреплена исследованиями умственных способностей. Они доказали, что тренировки памяти, которые затрагивают все уровни работы мозга (получение новой информации, запоминание и мышление), помогают улучшить его функционирование. Для выполнения такого задания, конечно же, не обязательно быть танцором. Вы можете, к примеру, изучать товары на торговых площадках и рассказывать о новых вещичках подругам, ну или пересказывать кому-то биографии известных личностей. Новое хобби Человеческий мозг обладает способностью учиться и развиваться с возрастом. Этот процесс называется «пластичность мозга». Обеспечивать так называемую гибкость ума может постоянная смена занятий. Джон Н. Моррис (John N. Morris), директор по исследованиям в области социальной политики и политики здравоохранения при Институте старения Гарвардского университета, советует людям завести хобби. Помимо постоянной работы у вас должно быть занятие для души, и в идеале не одно. Сложная деятельность не только помогает развивать воображение, но ещё загружает конкретными мыслительными процессами. Например, постановкой определённых проблем и их креативным разрешением. Эту теорию подтвердило психологическое исследование, проведённое в 2013 году. Учёный собрал группу людей пенсионного возраста для проверки их способностей к запоминанию информации. Но перед проведением теста он предложил всем желающим пройти дополнительно небольшой обучающий курс по вязанию или цифровой фотографии. Итоговый результат продемонстрировал, что пожилые люди, которые занимались новыми и сложными видами деятельности, получили больше баллов по рабочим и долгосрочным проверкам памяти, чем другие участники, не имеющие увлечений. Так что если вы до сих пор относились к хобби как к несерьёзному занятию, сейчас пришло время переосмыслить шаблонные устои и заняться саморазвитием с чистой совестью и пользой для ума! Тренировать мозг не сложно. Чтобы поддерживать мыслительный орган в постоянном тонусе, достаточно просто не лениться. Искать нетипичные пути выполнения рутинных задач, слушать новую музыку, переживать непривычные эмоции, изучать языки и познавать мир — всё это не только интересно, но и полезно для здоровья. Чем качественнее и регулярнее тренировки, тем они эффективнее. Помните: вы нужны мозгу так же сильно, как и мозг нужен вам. А главное — вы можете друг другу помочь, даже не вставая с дивана! Автор: Лилия Левицкая

Средство от коронавируса, открытое убитым в дурдоме врачом

Игнац Земмельвейс в середине XIX века трудился хирургом-акушером в одном из венских родильных домов. Однажды он обратил внимание на странную статистику: в первом отделении смертность пациенток была на порядок выше, чем во втором. Изучение ситуации привело доктора к выводу, что во всём виноваты студенты, приходившие на практику в первое отделение прямо из расположенного по соседству морга. Земмельвейс предположил, что будущие врачи, ассистировавшие при операциях, заносят в организм пациенток какую-то смертельную заразу. Он заставил практикантов и весь персонал тщательно мыть руки в слабом растворе хлорной извести. Как по волшебству показатели смертности в отделении упали более чем в десять раз. Земмельвейс написал статью о своём открытии, но она неожиданно встретила резкое неприятие со стороны его коллег. Директор роддома запретил хирургу публиковать статистику смертности в больнице, назвав её доносом, а потом и вовсе уволил пропагандиста гигиены. Другие врачи высмеивали Земмельвейса. Ему пришлось уехать в родной Будапешт, но травля настигла его и там. Хирург читал лекции, писал книги и статьи, но это походило на битьё лбом о стену: врачи всего мира отказывались стерилизовать руки, а пациенты продолжали умирать от сепсиса. Активность Земмельвейса закончилась трагично. Летом 1865 года разозлённые постоянными призывами к чистоте рук коллеги состряпали бумагу о психическом заболевании будапештского акушера. Один известный врач под предлогом инспекции заманил Игнаца в клинику для сумасшедших под Веной. Когда доктор понял обман и попытался уйти, его избили и нарядили в смирительную рубашку. Две недели Земмельвейса лечили большими дозами слабительного и обливанием холодной водой. После таких процедур он умер. По некоторым данным, доктора просто забили насмерть санитары. Метод асептики, придуманный Земмельвейсом, получил признание и распространение спустя пару десятилетий после его смерти. Сколько людей умерли от сепсиса за эти 20 лет — неизвестно. За прошедшие полтора века личная гигиена и уж тем более стерилизация рук хирургов стали общепринятой нормой. В сегодняшней тревожной ситуации единственным, помимо самоизоляции, средством противодействия коронавирусу является тщательное обеззараживание рук, придуманное доктором Земмельвейсом. Автор: Дмитрий Карасюк

Почему подростковая депрессия быстрее развивается у девочек, чем у мальчиков

Человечество находится в середине подросткового кризиса психического здоровья, а девочки — в его эпицентре. С 2010 года среди подростков увеличились показатели депрессии, самоповреждений и самоубийств. Однако показатели глубокой депрессии среди девочек в США возросли с 12% в 2011 году до 20% в 2017 году. В три раза больше девочек-подростков в возрасте от 10 до 14 лет поступили в отделения неотложной помощи после умышленного нанесения вреда самим себе. Самоубийства тоже выросли в показателях — удвоились, начиная с 2007 года. Как ни странно, уровень депрессии начал расти, как только смартфоны получили популярность, поэтому цифровые медиа могли сыграть свою роль. Все люди, родившиеся после 1995 года (поколение Z), были первыми, кто провел свою юность с гаджетами. Также они являются первой группой подростков, которые воспринимают социальные сети как неотъемлемую часть жизни. Конечно, и мальчики, и девочки начали пользоваться цифровой техникой одновременно. Тогда почему у девочек больше проблем с психическим здоровьем? Чтобы ответить на этот вопрос, ученые из Государственного университета Сан-Диего Джин Твенге и Габриель Мартин провели свое исследование в 2019 году. Все этим пользуются Ученым удалось обнаружить, что дети разного пола проводят свое цифровое время по-разному: мальчики обычно играют, а девочки предпочитают переписываться с кем-то и просматривать ленту в социальных сетях. Онлайн-игры включают в себя различные формы общения. Геймеры часто общаются друг с другом в режиме реального времени через гарнитуру. А переписка в социальных сетях включает в себя обмен текстом и картинками. Однако даже такая простая вещь, как короткая пауза перед получением ответа, может вызвать беспокойство. Плюс ко всему, конечно, есть способ, которым социальные медиа создают иерархию среди пользователей: на это влияют количество лайков, просмотров, комментариев и подписчиков. Фотографии обрабатываются, тексты удаляются и переписываются. Все это может вызвать стресс. И исследование показало, что простое сравнение себя с другими людьми в социальных сетях повышает вероятность депрессии. И, в отличие от многих игровых систем, смартфоны портативны. Они мешают нормальному общению лицом к лицу, а также подростки часто засыпают с ними. Именно это, как было выявлено, подрывает психическое здоровье и здоровый сон. Девочки более восприимчивы, чем мальчики Действительно, использование социальных сетей оказывает влияние больше на девочек, чем на мальчиков. Они более склонны к депрессивным состояниям и часто чувствуют себя несчастными. 15% девушек, которые проводили всего около 30 минут в день в сетях, говорили о своем подавленном состоянии. Однако девочки, находящиеся в депрессии, которые тратили на просмотр ленты и общение в социальных сетях по шесть часов и больше, составили 26% от общего количества опрошенных. У мальчиков разница была менее заметна: в первом случае (30 минут в день на социальные сети) — 11%, а во втором (шесть часов и более) — 18%. Популярность и позитивные взаимодействия внутри сети, как правило, оказывают более выраженное влияние на состояние девочек-подростков. Соцсети могут стать площадкой для издевательств, позора и споров. Девочки по-прежнему сталкиваются с давлением в связи с их внешностью и телосложением, что представляет собой угрозу для психического здоровья. Заглядывая вперед Что можно с этим сделать? Родители могут прийти на помощь своим детям, а подростки — минимизировать использование социальных сетей. На самом деле по законам США люди не могут иметь и вести учетную запись или профиль от своего имени в интернете, пока им не исполнится 13 лет. Этот закон редко применяется и о нем практически никто не помнит, но родители могут настаивать на том, чтобы их дети оставались вне социальных сетей минимум до 13 лет. В России на различных сайтах тоже существуют ограничения по возрасту. Но, к сожалению, дети их легко обходят. Полностью препятствовать своему ребенку не получится, поэтому лучше объяснить, что если он хочет где-то зарегистрироваться, то вы должны сделать это вместе. И, конечно, можно настроить детский доступ ко многим ресурсам, чтобы знать, на каких сайтах ваш ребенок проводит время в интернете. Чем раньше вы к этому придете, тем будет лучше для всех. По материалам статьи «Why teen depression rates are rising faster for girls than boys» The Conversation

Полиция головного мозга

Философ-когнитивист Томас Метцингер не исключает, что в будущем настраивать химию своего мозга будет так же просто, как сейчас лечить головную боль: лекарства, улучшающие память и совершенствующие мышление, появятся в каждой аптечке. Но как в такой ситуации регулировать рынок психотропных веществ и кто вправе оценивать их пользу или вред? Нужно ли принудительно делать людей умнее или в обязательном порядке прописывать таблетки от плохого настроения? Какие состояния сознания станут нормой, а какие окажутся вне закона? Публикуем отрывок из книги «Наука о мозге и миф о своем Я. Тоннель эго» издательства «АСТ», где Метцингер формулирует вопросы, с которыми неизбежно столкнется нейроэтика будущего. Сознательное замалчивание фактов нежелательно с этической точки зрения, поскольку часто косвенным образом вредит другим людям. Человечество еще столкнется с серией проблем, история возникновения которых похожа: во-первых, известные факты сознательно замалчивались в разных местах. Затем они неожиданно всплывали в новой, более широкой форме. Теперь информацию невозможно контролировать государственным законодательством или политическими мерами отдельных стран. Это выглядит так, словно все знание, которое было подавлено, из человеческого подсознания вдруг прорвалось наружу в виде новых демонов и понемногу принялось захватывать наше жизненное пространство. Типичные примеры тому — организованная преступность, спущенная с цепи и теперь глобально действующая финансовая индустрия и изменения климата. Отношение к новым психоактивным веществам относится к тому же ряду. В настоящее время областью нейротехнических исследований, которая, скорее всего, приведет к коммерческой эксплуатации технологий сознания и быстро изменит общество, является область психотропных веществ. В целом, от них можно ожидать немало благ: мы сможем лечить психические и неврологические расстройства с помощью новых комбинаций методов визуализации, хирургии, глубокой стимуляции мозга и психофармакологии. В большинстве стран от одного до пяти процентов населения страдают серьезными психическими расстройствами. Тяжелые психические болезни часто ведут к тому, что пациенты теряют чувство собственного достоинства, и это также те болезни, в лечении которых мы меньше всего продвинулись за века (это ясно указывает на то, что наша теория сознания была неправильной). Теперь появляется реальная надежда, что новое поколение антидепрессантов и антипсихотических средств облегчит страдания больных этими старинными немочами. Но мы на этом не остановимся. В важной новой дисциплине — нейроэтике — новым ключевым словом является «когнитивное совершенствование». Речь идет о новых медикаментах, которые должны улучшать психическую производительность, то есть, по существу, лекарства, «делающие умными» и «делающие бодрыми». Мы скоро научимся совершенствовать мышление и настроение здоровых людей. В самом деле, на сцену западной культуры уже вышла «косметическая психофармакология». Если мы справимся со старческой деменцией и потерей памяти, если разработаем препараты, обостряющие внимание и удаляющие застенчивость, а то и обычную повседневную грусть, почему бы их не использовать? И к чему оставлять врачам решение, какую роль в нашем личном эскизе жизни должны играть такие медикаменты? Как сегодня можно выбрать операцию по увеличению груди, пластическую хирургию, пирсинг и другие способы изменить свое тело, так вскоре мы сможем тонко и точно настраивать химию своего мозга. Кому же решать, какие перемены обогатят нашу жизнь, а о каких придется пожалеть? Сознательное замалчивание фактов нежелательно с этической точки зрения, поскольку часто косвенным образом вредит другим людям. Человечество еще столкнется с серией проблем, история возникновения которых похожа: во-первых, известные факты сознательно замалчивались в разных местах. Затем они неожиданно всплывали в новой, более широкой форме. Теперь информацию невозможно контролировать государственным законодательством или политическими мерами отдельных стран. Это выглядит так, словно все знание, которое было подавлено, из человеческого подсознания вдруг прорвалось наружу в виде новых демонов и понемногу принялось захватывать наше жизненное пространство. Типичные примеры тому — организованная преступность, спущенная с цепи и теперь глобально действующая финансовая индустрия и изменения климата. Отношение к новым психоактивным веществам относится к тому же ряду. В настоящее время областью нейротехнических исследований, которая, скорее всего, приведет к коммерческой эксплуатации технологий сознания и быстро изменит общество, является область психотропных веществ. В целом, от них можно ожидать немало благ: мы сможем лечить психические и неврологические расстройства с помощью новых комбинаций методов визуализации, хирургии, глубокой стимуляции мозга и психофармакологии. В большинстве стран от одного до пяти процентов населения страдают серьезными психическими расстройствами. Тяжелые психические болезни часто ведут к тому, что пациенты теряют чувство собственного достоинства, и это также те болезни, в лечении которых мы меньше всего продвинулись за века (это ясно указывает на то, что наша теория сознания была неправильной). Теперь появляется реальная надежда, что новое поколение антидепрессантов и антипсихотических средств облегчит страдания больных этими старинными немочами. Но мы на этом не остановимся. В важной новой дисциплине — нейроэтике — новым ключевым словом является «когнитивное совершенствование». Речь идет о новых медикаментах, которые должны улучшать психическую производительность, то есть, по существу, лекарства, «делающие умными» и «делающие бодрыми». Мы скоро научимся совершенствовать мышление и настроение здоровых людей. В самом деле, на сцену западной культуры уже вышла «косметическая психофармакология». Если мы справимся со старческой деменцией и потерей памяти, если разработаем препараты, обостряющие внимание и удаляющие застенчивость, а то и обычную повседневную грусть, почему бы их не использовать? И к чему оставлять врачам решение, какую роль в нашем личном эскизе жизни должны играть такие медикаменты? Как сегодня можно выбрать операцию по увеличению груди, пластическую хирургию, пирсинг и другие способы изменить свое тело, так вскоре мы сможем тонко и точно настраивать химию своего мозга. Кому же решать, какие перемены обогатят нашу жизнь, а о каких придется пожалеть? Можно с уверенностью предположить, что фармакологические нейротехнологии для улучшения психической производительности здоровых людей будут совершенствоваться и что от этических проблем не удастся просто отвести взгляд, как мы поступали в прошлом с классическими галлюциногенами. Самая важная разница заключается в том, что усовершенствовать свой ум захотят намного больше людей, чем желали духовных переживаний. Как писала когнитивный нейроученый Марта Фара с соавторами еще некоторое время назад: «Вопрос уже не в том, нуждаемся ли мы в руководстве по пользованию нейрокогнитивным совершенствованием, а в том, какого рода руководство нам требуется». «Нам придется решать, какие состояния сознания следует объявить вне закона в свободном обществе» Придется ли с приходом нового поколения когнитивных стимуляторов брать предэкзаменационный анализ мочи в школах и университетах? Станут ли с появлением в широком доступе надежных оптимизаторов настроения ворчливость и ПМС на рабочем месте рассматриваться как неряшливость и запущенность, как ныне — сильный запах пота? Вопрос, который мне как философу особенно интересен, заключается в следующем: что мы будем делать, когда «препараты морального совершенствования» позволят людям вести себя более просоциально и альтруистично? Следует ли тогда принудительно оптимизировать этику каждого? Кто-то скажет, что такую динамическую систему, как совершенствовавшийся миллионами лет человеческий мозг, невозможно усовершенствовать дополнительно, не поступившись долей устойчивости. Другие возразят, что мы можем запустить процесс оптимизации в новом направлении, которое отличается от того, что пошагово смастерила в нашей осознаваемой я-модели эволюция. Стоит ли нам записываться в нейрофеноменологические луддиты? Проблема фенотехнологии имеет и этическую, и политическую сторону. В конечном счете это нам придется решать, какие состояния сознания следует объявить вне закона в свободном обществе. Законно ли, например, чтобы дети воспринимали своих родителей в состоянии опьянения? Станете ли вы возражать, если пожилые граждане или ваши коллеги по работе будут взбадривать и заводить себя новым поколением препаратов, улучшающих мышление? Как насчет поправки либидо в старческом возрасте? Приемлемо ли, чтобы солдаты, сражающиеся, возможно, за этически сомнительные цели, дрались и убивали под влиянием психостимуляторов и антидепрессантов, избавляющих их от посттравматического стрессового расстройства? Что, если новая фирма предложит каждому религиозные переживания, достигаемые электростимуляцией мозга? В вопросе психоактивных веществ нам настоятельно требуется разумная и дифференцированная наркополитика — соответствующая вызову, брошенному нейрофармакологией двадцать первого века. На сегодняшний день существует легальный и нелегальный рынок: а значит, существуют легальные и нелегальные состояния сознания. Если нам удастся провести разумную наркополитику, ее целью станет сведение к минимуму ущерба потребителям и обществу при максимальном потенциальном выигрыше. В идеале важность различия между легальными и нелегальными состояниями сознания будет постепенно уменьшаться, потому что желаемое поведение потребителя будет контролироваться культурным консенсусом и самими гражданами — как бы снизу вверх, а не сверху вниз, со стороны государства. Тем не менее, чем лучше мы станем понимать нейрохимические механизмы, тем больше — по ассортименту и по количеству — нелегальных препаратов появится на черном рынке. Я предсказываю, что к 2050 году «старые добрые времена», когда нам приходилось иметь дело всего с дюжиной-другой молекул на черном рынке, покажутся праздником. Не стоит обманываться: запреты не работали в прошлом и, как подсказывает опыт, на каждое незаконное человеческое желание на черном рынке находится товар. Если есть спрос, будет и промышленность, его обслуживающая. Мы можем увидеть в будущем, как расцветают все новые психоактивные вещества, и врачи скорой помощи будут сталкиваться с ребятишками, сидящими на наркотиках, которые врачам не знакомы даже по названию. Незаконные психоактивные вещества, применяемые в основном для расслабления на вечеринках, показывают, насколько быстро может идти такое развитие. В первом немецком издании этой книги (вышедшем в 2009-м) я осторожно предсказывал, что скоро число запрещенных веществ на рынке резко возрастет. За три года после этого предсказания только в Европе было обнаружено сперва 41, затем 49, а в 2012 уже 73 вида синтетических наркотиков, совершенно неизвестных прежде. Сейчас уже видно, что общая тенденция, выраженная в этом предсказании, не прерывается: в следующем году было обнаружено впервые 81 психоактивное вещество, в 2014 их насчитывалось 101. Просматривая годовые отчеты Европола и Европейского центра мониторинга наркотиков и наркомании, можно оправданно заключить, что ситуация полностью вышла из-под контроля. Однако то же относится и к «подстегиванию мозгов» рецептурными препаратами. Как только появится по-настоящему действенный препарат, улучшающий работу мозга, не сработают самые строгие формы контроля по его применению. Сейчас уже существуют сотни нелегальных лабораторий, которые немедля скопируют соответствующую молекулу и выбросят ее на нелегальный рынок. Глобализация, Интернет и современная нейрофармакология вместе взятые представляют собой вызов наркополитике. Например, легальная фармоиндустрия прекрасно знает, что с пришествием интернет-аптек государственные силовые ведомства уже не в силах контролировать неврачебное использование таких психостимуляторов, как риталин и модафинил. Настанет день, когда мы не сможем отделаться от этого вызова отрицанием, дезинформацией и пиар-кампаниями, так же как законодательными мерами и драконовскими санкциями. Мы уже дорого платим за статус-кво в злоупотреблениях лекарственными средствами и алкоголем. Между тем возникают новые вызовы, а мы не выполнили нашего домашнего задания. […] Мы еще не смогли убедительно оценить внутреннюю ценность искусственно вызванных состояний сознания, а также рисков и благ, которые они несут не только отдельным гражданам, но и обществу в целом. Мы просто не смотрели в эту сторону. Не интегрировать подобные вещества в нашу культуру, объявить их вне закона, тоже грозит ущербом: к ним не будет доступа у занимающихся духовными практиками и серьезно изучающих теологию и психиатрию; молодежь вступит в контакт с преступным миром; люди будут экспериментировать с неизвестными дозами в небезопасных условиях; особо уязвимые личности могут в таких условиях небезопасно себя повести или серьезно травмироваться при панических эпизодах или эпизодах высочайшей тревожности, а также у них могут развиться долговременные психотические реакции. Все, что бы мы ни делали, имеет последствия. Это относится как к проблемам прошлого, так и к вызовам, с которыми мы столкнемся в будущем. «В нашем конкурентном и беспощадном обществе очень немногие ищут глубоких духовных переживаний. Люди хотят остроты ума, сосредоточенности, эмоциональной устойчивости и харизмы» Рассмотрим риск психотических реакций. Выполненное в Соединенном Королевстве обзорное исследование оценило опыты с ЛСД в клинической работе, охватив около 4300 человек и около 49 500 сессий с ЛСД. Уровень самоубийств составил 0,7 на тысячу пациентов; несчастные случаи — 2,3 на тысячу; психозы, продолжавшиеся более сорока восьми часов, — 9 на тысячу (причем две трети полностью от них оправились). Еще одно исследование, проверявшее присутствие психотических реакций по анкете, разосланной проводившим контролируемые эксперименты с ЛСД ученым, показало, что 0,08% из пяти тысяч волонтеров испытывали психиатрические симптомы, длившиеся больше двух суток. В последнее время исследователи продвинулись в контроле над такими нежелательными реакциями путем тщательного наблюдения и подготовки. Тем не менее лучше держаться консервативных оценок и ожидать девять длительных психотических реакций на тысячу пациентов. Теперь предположим, что берется группа в тысячу тщательно отобранных граждан, и им предлагается законно вступить в царство феноменальных состояний, открытых псилоцибином, как в двух недавних псилоцибиновых опытах Роланда Гриффита с соавторами. Поскольку псилоцибин в этом отношении очень близок к ЛСД, эмпирические данные позволяют предположить, что у девятерых проявятся серьезные, продолжительные психотические реакции, которые у троих из них сохранятся более чем на 48 часов, возможно, с пожизненными нежелательными последствиями. 330 граждан оценят этот опыт как уникальное, наиболее духовно значимое переживание своей жизни; 670 скажут, что это было самое значимое переживание их жизни или причислят его к пяти наиболее значимым переживаниям. Кто перевесит — 9 или 670? Допустим далее, что отдельные граждане решат рискнуть и потребуют законного, максимально безопасного доступа в пространство этих феноменальных состояний. Следует ли государству вмешаться из этических соображений, возможно решив, что граждане не вправе рисковать своим психическим здоровьем и потенциальной возможностью стать обузой для общества? Тогда нам пришлось бы немедленно запретить алкоголь. А если эксперты-юристы скажут, что, как и со смертным приговором, одно неверное решение, одна стойкая психотическая реакция — уже перебор, что совершенно неэтично так рисковать? А если социальные работники и психиатры возразят, что решение вывести такие эксперименты за рамки закона увеличит общее число серьезных психиатрических осложнений среди населения и сделает их невидимыми для статистики? Если церковь официально заявит (в полном соответствии с основной теорией редуктивного материализма), что эти переживания — «не-дзен» — не настоящее, только явление, не имеющее эпистемической ценности? Вправе ли гражданин свободного общества сам искать ответа на этот вопрос? Сочтем ли мы существенным, если соотношение риска к выгоде будет гораздо выше, скажем 80 к 20? Что, если граждане, не интересующиеся духовными проблемами, решат погрузиться в чистый «пустой» гедонизм, насладиться «истигкайтом» Мейстера Эккарта просто забавы ради? Что, если впоследствии ультраконсервативные верующие вместе со стареющими хиппи, твердо держащимися за веру в «психоделическое причастие», сочтут себя глубоко оскорбленными чисто развлекательным, гедонистическим применением подобных веществ и станут протестовать против богохульства и профанации? Все это — конкретные примеры этических вопросов, на которые мы пока не нашли нормативных, общепринятых ответов. Мы еще не выработали разумного способа обращения с этими веществами — стратегии минимизации риска, дающей людям возможность насладиться потенциальными благами. Мы только и сумели, что отгородиться от соответствующей доли феноменального пространства состояний, сделав практически невозможными в большинстве стран академические исследования и разумную оценку рисков. Это демонстрирует не только слабость правовой культуры, но и, быть может, влечет за собой более низкий жизненный стандарт по отношению к собственному сознанию. Мы не выполнили домашнего задания, и потому рушатся жизни. Цена за отрицание может возрасти. Разрабатываются новые психоактивные вещества галлюциногенного типа […] — они выходят на черный рынок без клинической проверки, и число их все возрастает. Это еще старые (и «простые», потому что легко решаемые) проблемы, невыполненное домашнее задание 1960-х. Сегодня структура спроса меняется, технология становится все точнее и рынок расширяется. В нашем сверхбыстром, все более конкурентном и беспощадном современном обществе очень немногие ищут глубоких духовных переживаний. Люди хотят остроты ума, сосредоточенности, эмоциональной устойчивости и харизмы — всего, что ведет к профессиональному успеху и облегчает стресс, связанный с жизнью на скоростной полосе. Осталось немного Олдосов Хаксли, зато возник новый демографический фактор: в богатых обществах люди живут долго как никогда — и хотят не только продолжительности, но и качества жизни. Большие фармацевтические предприятия об этом знают. Все слышали про модафинил, а кое-кто и о том, что он уже применяется в Ираке, а на подходе еще, по меньшей мере, сорок молекул. Да, тут много лишней шумихи, и паникерство, несомненно, неуместно. Однако технология никуда не денется, и она совершенствуется. Крупные фармацевтические компании, пытаясь элегантно обойти границы между легальными и нелегальными средствами, втихомолку разрабатывают множество новых препаратов: они уверены, что стимуляторы мыслительных процессов в будущем принесут им большие прибыли за счет «немедицинского применения». Например «Цефалон», изготовитель модафинила, сообщил, что примерно 90% препарата выписывается для применения не по назначению. Распространившиеся в последнее время интернет-аптеки создали новый мировой рынок сбыта этой продукции и новые инструменты для неофициальных долговременных исследований с многочисленными испытуемыми. Современная нейроэтика должна будет создать новый подход к наркополитике. Ключевой вопрос состоит в том, какие состояния мозга считать легальными. Какие области пространства феноменальных состояний должны быть (если должны) объявлены вне закона? Важно не забывать, что во всех культурах тысячелетиями использовали психоактивные вещества, чтобы вызывать особые состояния сознания: не только религиозный экстаз, расслабленную веселость и повышенное внимание, но и простое, тупое опьянение. Новый фактор в том, что инструменты совершенствуются. Поэтому нам предстоит решать, какие из этих измененных состояний следует вписать в нашу культуру, а каких избегать любой ценой. В свободном обществе следует стремиться к максимальной независимости гражданина. Либеральное западное понимание демократии требует в отношении психоактивных веществ права на психическое самоопределение, которое также закреплено в конституции. Однако суть проблемы состоит в том, чтобы ограничивать этот основной либеральный принцип, приводя разумные и этически убедительные доводы. «Нейроэтика должна учитывать не только физиологическое воздействие вещества на мозг, но и взвешивать психологический и социальный риск» Я против легализации классических галлюциногенов, таких как псилоцибин, ЛСД и мескалин. Это правда, что они не вызывают пристрастия и проявляют очень небольшую токсичность. Тем не менее сохраняется риск их применения в небезопасных условиях, без необходимых знаний и компетентного наблюдения, и риск этот слишком велик. Простое требование легализации, во-первых, слишком широко и, во-вторых, слишком дешево стоит, отчего такое требование зачастую исходит от людей, которым не придется платить за последствия его исполнения. Вот в чем состоит настоящая проблема: с одной стороны, совершенно ясно, что в свободной стране каждый гражданин в принципе должен иметь доступ к описанным выше состояниям сознания, хотя бы для того, чтобы составить собственное независимое мнение. Но по зрелом размышлении приходится признать, что большинство людей, принимающих политические и законодательные решения, по этой причине (отсутствие такого мнения) вовсе не понимают, о чем идет речь. С другой стороны, мы должны быть готовы расплатиться за доступ к этим весьма необычным субъективным переживаниям и за соответствующий рост индивидуальной свободы. Новый культурный контекст не возникает сам собой. Поэтому нам придется вложить в развитие новых, разумных способов обращения с психоактивными веществами творческий подход, разум, деньги и много труда. Можно, например, разработать подобие «водительских прав», требующих для допуска к веществам особой психиатрической оценки личных рисков, теоретического экзамена и, возможно, пяти «уроков вождения» под наблюдением профессионала и в безопасных условиях. Тем, кто сдаст на такие права, можно, например, разрешить легальную покупку двух однократных доз классического галлюциногена в год для персонального использования. Эту модель можно понемногу оттачивать очень избирательно и, главное, основываясь на опыте, а впоследствии, возможно, модифицировать эту процедуру для когнитивных стимуляторов и других классов веществ. Это даст лишь начальную точку долгого развития, и, конечно, существует много других разумных стратегий. Главное, что после десятилетий застоя и перед лицом непрерывного ущерба общество начинает развиваться. С учетом сказанного мы должны принять трезвый взгляд на проблему. Нам следует свести к минимуму цену, которую мы выплачиваем смертями, пристрастиями и ущербом, возможно наносимым нашей экономике за счет, скажем, заметного падения производительности. Однако вопрос не только в том, как защитить себя; нам следует оценить также скрытые блага, которые психоактивные вещества могут дать нашей культуре. В некоторых профессиях — подумайте, например, о министре финансов, пилоте дальнего следования, стрелке, экстренном хирурге — повышение на время концентрации и психической производительности послужит всеобщим интересам. Следует ли в принципе запрещать такие духовные переживания, какие вызываются некоторыми классическими галлюциногенами? Приемлемо ли закрывать серьезным студентам теологии и психиатрии доступ к таким измененным состояниям сознания? Допустимо ли вынуждать всякого, кто ищет ценных духовных или религиозных переживаний — или просто хочет попробовать сам, — нарушать закон и рисковать, принимая неизвестные дозы неочищенных веществ в опасной обстановке? Многие аспекты текущей наркополитики произвольны и этически не продуманы. Этично ли, например, рекламировать такие опасные, вызывающие пристрастие вещества, как алкоголь и никотин? Следует ли правительству, облагая такие вещества налогами, наживаться на самоубийственном поведении граждан? Следует ли разрешать фармацевтической индустрии напрямую, без посредства врача, продавать такие вещества, как риталин и модафинил (как в Новой Зеландии и США)? Нам потребуются точные законы, охватывающие каждую молекулу и ее нейрофеноменологические свойства. Нейроэтика должна учитывать не только физиологическое воздействие вещества на мозг, но и взвешивать психологический и социальный риск в сравнении с внутренней ценностью переживаний, производимых тем или иным состоянием мозга, — а это сложная задача. Она станет проще, если мы сумеем установить основополагающее моральное согласие, поддерживаемое большей частью населения — теми гражданами, ради которых вырабатываются правила. Власти не должны лгать своей целевой аудитории; им, скорее, следует заботиться о восстановлении доверия, особенно молодого поколения. Регулировать черный рынок труднее, чем легальный, а политические решения обычно действуют на потребителя гораздо слабее, чем культурный контекст. Одни законы тут не помогут. Чтобы справиться с вызовами, представляемыми новыми психоактивными веществами, понадобится новый культурный контекст.

Жизненная история о воспитании детей в очень культурных семьях

В одну очень крутую музыкальную десятилетку поступает внучка профессора искусствоведения. Идет собеседование. С детками разговаривают. В комиссии сидит сам профессор и его коллеги, профессора и доценты. Конечно, все в курсе, чья это внучка и собеседование чисто формальное. Перед ними стоит шестилетний ангелочек с белыми кудряшками и бантиками. Но спросить-то все таки что-то надо. Первый профессор: Деточка, а какая нота находится на первой линеечке? Деточка: Нотка ми. Второй профессор: Умничка. А какая нотка находится на второй линеечке? Деточка: Нотка соль. Доцент: А между первой и второй? Деточка: Перерывчик небольшой. Бурные овации коллег.

Михаил Жванецкий. «Холера в Одессе»

Вам передают привет наши родственники, знакомые, знакомые наших знакомых, а это уже вся Одесса, из которой мы часто выезжаем и редко возвращаемся... Как приятно после долгой поездки вернуться домой, войти в родной двор, увидеть родное АГВ, услышать родное КВН. И утром сквозь сон слышать голос соседки: — Мадам Жванецкая, ваш Миша вернулся?.. — Да... Он еще спит. — Я же говорила... Это все детство — он будет человеком... это все детство. Кстати, у меня есть девочка. Мне кажется, она ему подойдет. — Я уже не знаю, кто ему подойдет. — Она ему точно подойдет. Она любому подойдет. Только сначала мы должны туда подойти. — Я уже не знаю, у него нет времени для личной жизни. — У нее фигура. Я такой фигуры не видела. Таких фигур сейчас нет вообще! А умница!.. Пишет, пишет, все время что-то пишет. Что она пишет?.. Когда ни войдешь, она пишет... Папа профессор, мама профессор, брат профессор. — Профессор или провизор? — Провизор. Таких семей нет вообще. Я уезжаю и возвращаюсь, а двор наш не меняется, только жители тихонько стареют. И соседу напротив все трудней подниматься на бельэтаж. И дворничихе, которая развешивает кучу белья каждое утро, труднее подпрыгивать, чтобы отщипывать его. И моей маме трудно уже ездить в аэропорт, и она встречает меня дома. А кого-то уже нет во дворе. Да и я, как бы далеко ни заезжал, вопреки всем законам Эйнштейна старею также. Мой двор, куда мы приехали сразу в 45-м, где мы знаем друг друга, как муж и жена, где жаркими ночами лежим на своих верандах и переговариваемся, где утром выскакивает намыленный жилец второго этажа и кричит вниз: — Даша, закройте воду: мне нечем смыть! — А я что, по-вашему, я тоже в мыле. У меня дети в мыле... В общем, я крикну — вы откроете. Вы крикнете — я закрою. Двор, где ничего нельзя удержать в секрете: — Что вы несете, Гриша, в одеяле с женой? Что-то тяжелое, квадратное, похожее на телевизор? — Телевизор. — Если мне не изменяет зрение, вы недавно покупали один телевизор. — Этот нам подарил сын. — Какой сын, когда он вам подарил, что вы рассказываете, противно слушать?! Надежда Тимофеевна, что это у вас в руках такое круглое? — Это левая краска, занесли во двор. — Какая это краска? — Я вам говорю, левая. — Я понимаю, левая, но она же имеет цвет. — Левое бордо. — Что вы будете красить? — Плинтуса и наличники. — Я тоже хочу. — Идите к Даше. Там уже сидит продавец. Мой двор, жители которого с восьми утра учителя, врачи, канатчики, столяры, а в пять они снова — тетя Рита, дядя Коля, баба Даша. — С приездом, Миша. Откуда? — Из Ленинграда. — Тянет в Одессу... Слушай, тут слух идет... Неужели это правда? Такой человек... Это правда? — Это неправда. — Я же говорю: такой человек. Конечно, это неправда... А что с командой КВН? Команда грустит?.. — Нет. — Конечно нет. Грустить из-за Баку? Терять здоровье из-за Баку?! Таких Баку еще будет и будет, а Одесса требует жизни... Что ты смеесся? Я не прав? — Ты прав. Из Одессы можно выезжать, можно уехать навсегда, но сюда нельзя не вернуться. Здесь, когда доходит до дела, все моряки, все рыбаки, все врачи и все больные... И когда была холера, в Одессе стало еще лучше. Холера в Одессе. Курортники в панике покинули гостеприимный город. На крышах вагонов битком, купе забиты, а в городе стало тихо: холера в Одессе... В ресторане свободно: «Заходите, рекомендуем...» В магазинах от вашего появления начинается здоровая суета. В трамвае вы могли уступить место женщине без опасения, что на него тут же ринется быстрый конкурент. Холера в Одессе!.. В городе стало так чисто, что можно было лежать на асфальте. На улицах появились растерянные такси с зелеными огоньками, чего не наблюдалось с 13-го года. И стаканы в забегаловках вымыты, и трубы все исправлены, и туалетики в порядке, и личики у всех чистые, и мы моем ручки до еды и после еды, и кипятком, и чистим, и пьем тетрациклин, и взаимовежливы... Вся холера стоит той вежливости, которая появилась тогда в Одессе. А анализы, как они сближают... Конечно, холеру быстро ликвидировали, но то хорошее, что принесла холера с собой, могло бы и остаться. То, что есть в людях, но проявляется в трудную минуту. Забота. Сплочение. Мы — одесситы! Один коллектив, одна семья, одна компания! Мы живем в одном доме, и лозунг наших врачей — «чистые руки» — пусть будет перед глазами в прямом и переносном смысле. Чистые руки, чистая совесть, чистые глаза перед людьми... В общем, вам передают привет наши родственники, знакомые, знакомые наших знакомых, то есть вся Одесса, где нас девятьсот восемьдесят тысяч и девять человек в театре миниатюр, от имени которого говорим мы, от имени которых говорю я. И чтоб мы были все здоровы, и побыстрей, потому что летом нас будет девятьсот восемьдесят тысяч и, наверное, миллион приезжих, чтоб они были наконец здоровы и мы тоже, хотя нам это трудней. Они у нас отдыхают, а мы тут каждый день. Но кто об этом говорит, когда речь идет о гостеприимстве, а в этом вопросе Одесса приближается к Грузии, удаляясь от Ирана... Мы приветствуем вас, желаем вам счастья, трудов, забот, побед и крепкого здоровья, тьфу, тьфу, тьфу!