Сможете быстро и без ошибок прочитать?

Весьма воздействует на нас словес изысканная вязь. Из скорых зубодробных фраз связался немудрёный сказ. Просит Сашку подружка-вертушка: «Будь добр, добудь кобр. Хочу, говорит, кобру в торбе, а торбу в коробе». Но кобры не бродят по городу, недобры дороги у ворога. Пошли Сашка и Машка с посошком по шоссе — у Сашки в кармашке шишки и шашки, у Машки в кармашке маки и ромашки. В лесу дуб дубовыстый, широкозеленолистый. Дятел лечит древний дуб — добрый дятел дубу люб. Зелёная берёза серёжками звенела, весёлую стрекозку серёжками задела. А на ели, а на ели свиристели еле-еле раздобыли три свирели и свистят свирелью трели. Рядом со́рок соро́к для своих сорочат со́рок сорочек, не ссорясь, строчат. Другая сорока старалась, спешила, себе сапоги сыромятные сшила. Сказала со смехом соседке синица: «Стать самой скрипучей сорока стремится». И сороконожка хотела сапожки, по одному на каждую ножку. Портняжка-скворец, удалец-молодец, скроил сороконожке из кожи красные сапожки. Сашка добр, но в лесу не добудет кобр. В луже посредине рощи есть у жаб своя жилплощадь. В луже есть ещё жилец — водяной жук-плавунец. Жирные жабы жалеют жука, он жёстким крылом поцарапал бока. А вообще по утрам в роще гам-тарарам. Пташки неспешно щебечут о том, как щука по роще гуляла с лещом и брата-леща угощала борщом. А вечерком черепахи с чечётками чистят щавель навощёнными щётками. После часами сидят, не скучая, за чашкой жасминного доброго чая. А рядом червяк на пенёчке обточенном догрызает черничный сучок с червоточиной. Ужи-соседи семь суток в ссоре, им расползаться придётся вскоре. Ужа ужалила ужица, ужу с ужицей не ужиться. Ведь уж пожаловал ежам новых дюжину пижам. А то прошлые пижамы все исколоты ежами. Зато дружат ежата с ужатами, и ужата дружат с ежатами. Один ёжик вымыл ушки, шею, кожицу на брюшке. И спросил ужонка ёж: «Ты мне спинку не потрёшь?» Сашка добр, но и в роще не добудет кобр. За лесом полыни полное поле, его никогда не пололи дотоле. В неполотом поле затопали кони. От топота копыт пыль по полю летит. В той пыли перепел перепёлку и пять перепелят прячет от ребят. А Машка с Сашкой вышли к опушке. На опушке в избушке живут старушки-болтушки. У каждой старушки лукошко, в каждом лукошке — кошка. Ежедневно шесть мышей кошкам носят шесть грошей за то, что шестеро мышат под полом весело шуршат. Рядом, у поля, тополь вырастил Толя. Пока дети до поля дотопали, все ноги друг другу оттопали. На тополе-то дрозд, невеликий рост, сизый нос да вертлявый хвост. «Где же вам, дети, кобру имети? Далеко-далеко ваша кобра очковая коброчку кормит икрой кабачковою». Не сидеть кобре в торбе, а торбе в коробе. Или наоборот.

В жизни мы можем полюбить только трех человек

«Любовь - это всего лишь слово, покa кто-то не придет и не придaст ему знaчения» Одни говорят, что по-нaстоящему любить в жизни можно только рaз. Другие верят, что любовь бесконечнa. Но сегодня мы поговорим о том, что все мы можем по-нaстоящему влюбиться только в трех человек - и в кaждого по особой нa то причине. Первaя любовь обычно происходит в юном возрaсте. Это идеaлистичнaя любовь, немного похожaя нa скaзки, которые мы читaли в детстве. Мы верим, что это будет единственнaя любовь до концa жизни, и не вaжно, что иногдa нaм приходится переступaть через себя, свои принципы, лишь все получилось, потому что в глубине души мы верим, что тaк и должно быть. Потому что в этой первой любви нaм вaжно, кaк другие нaс воспринимaют, a не то, что чувствуем мы. Это любовь, которaя выглядит прaвильной. Вторaя любовь - сaмaя тяжелaя. Тa, которaя преподaет нaм уроки жизни о том, кто мы, чего хочет и кaк нaс нужно любить. Это любовь, которaя причиняет боль - через ложь, мaнипуляции или предaтельство. Нaм кaжется, что мы делaем все не тaк, кaк в первый рaз, но нa сaмом деле все тaк же. Мы словно хотим испрaвить ошибки прошлого, нaдеясь, что нa этот рaз все зaкончится по-другому. Но обычно, кaк бы мы ни стaрaлись, все зaкaнчивaется еще хуже. Это могут быть нездоровые, негaрмоничные или дaже эгоистичные отношения. Может быть нaсилие - эмоционaльное, психологическое или дaже физическое. В общем, много дрaмы. И эти aмерикaнские горки эмоции держaт нaс и не отпускaют. Когдa все хорошо, мы нaчинaем нaдеяться нa лучше. Но потом нaчинaется очередной подъем и пaдение. Это любовь, которую мы хотим сделaть прaвильной. А третья любовь - тa, которую мы никогда не ждем. Тa, которaя кaжется совсем не подходящей для нaс, которaя рaзрушaет все идеaлистичные кaртинки о любви, которые мы себе рисовaли. Это любовь, которaя приходит тaк легко, что кaжется невозможной. Это связь, которую мы не можем объяснить, онa сбивaет нaс с ног, потому что мы не были к ней готовы. Это любовь, когдa мы встречaем человекa и все просто склaдывaется сaмо собой: нет никaких ожидaний или дaвления, кто кaк должен себя вести. Просто нaс принимaют тaкими, кaкие мы есть, и это просто потрясaет. Это не то, кaк мы предстaвляли свою любовь. Но это любовь, которaя чувствуется прaвильной. Это любовь, которaя помогaет понять, почему с другими не получaлось.

Депрессия и генетика

Депрессия – болезнь, которую в обществе недооценивают. По данным Всемирной организации здравоохранения депрессией страдают примерно 350 миллионов жителей Земли. Благодаря большому числу болеющих и тому, что депрессия может длиться очень долго, она занимает первое место в мире по продолжительности испорченной людям жизни. Девятое место, проигрывая инфарктам, инсультам, СПИДу, раку и т.п., она занимает, если оценивать болезни, не только по тому, как долго они портят людям жизнь, но и по смертности. При этом Национальные институты здоровья (National Institutes of Health, NIH) – основной источник грантов в области медицины и науки о жизни в США – выделяют на исследования депрессии в 10 раз меньше денег, чем на исследования онкологических заболеваний. Дискриминация депрессии во многом связана с тем, что ученые до сих пор не могут обнаружить ее материальных основ. Кроме самых тяжелых случаев, у врачей нет возможности поставить диагноз «депрессия», если пациент этого не хочет, а такое случается часто. Более того, даже если пациент относительно честно отвечает на вопросы врача, тот может быть сбит с толку разнообразием симптомов. Если у человека ВИЧ, инфаркт или опухоль, он, чаще всего понимает, что это смертельно опасно, и знает, что врачи могут помочь. Поэтому, заподозрив у себя болезнь, он обратится к врачу, врач сделает анализ, кардиограмму, УЗИ или томографию, подтвердит или опровергнет диагноз и назначит лечение, которое с большой вероятностью поможет. С депрессией все не так. Угрозы своей жизни человек не видит, сильной боли не испытывает, никакого анализа, чтобы подтвердить или опровергнуть депрессию, не существует, антидепрессанты помогают не всем, да еще и обладают выраженными побочными эффектами, которые в красках описывают прибегнувшие к медицинской помощи приятели. Более того, быть в депрессии считается стыдным. В обществе бытует мнение, что это все от лени, от слишком легкой жизни, от нежелания взять себя в руки. Люди боятся, что врачебная тайна не будет соблюдена, и об их болезни станет известно работодателю, и его уволят. Получается, что люди болезни боятся не очень, постановки диагноза, наоборот, боятся («Что я, псих, что ли?!»), а реальной помощи от врача не ждут. В том, что люди не ждут помощи от врача, есть доля горькой правды. До сих пор нет единой непротиворечивой теории того, почему возникает депрессия, почему существующие антидепрессанты помогают одним, а другим не помогают, и что происходит на клеточном и молекулярном уровне у больного и выздоравливающего человека. Одна из теорий, которые объясняют хоть что-то, это теория биогенных аминов. Биогенные амины: серотонин, дофамин и норадреналин – иногда даже называют «гормонами счастья». На самом деле, это нейромедиаторы – вещества, ответственные за передачу сигналов в головном мозге. В некоторых случаях препараты, повышающие содержание моноаминов в головном мозге, оказывают неплохой антидепрессивный эффект. Вопрос только в том, почему не во всех, и почему они начинают действовать через месяц (минимум – две недели) после начала приема. Кроме того, теории биогенных аминов вредит тот факт, что лекарства, снижающие их уровень, не вызывают депрессии. По самым свежим данным, за развитием депрессии стоят более сложные клеточные механизмы, а биогенные амины – это только одно из звеньев механизма. Показано, что у людей, давно страдающих депрессией, в головном мозге заметно уменьшается объем серого вещества – нейронов и их отростков. Возможно, что причина депрессии не в дефиците аминов, а в том, что нейроны становятся более хрупкими, чаще гибнут, меньше ветвятся и т.п. В таком случае биогенные амины не напрямую улучшают настроение, а меняют активность нейрональных генов, так что нейроны лучше сопротивляются стрессу и отращивают больше отростков. Считается, что в первую очередь роль играет активность гена BDNF, продукт которого – ростовой фактор, управляющий ростом и развитием нейронов. Это сложный, многоступенчатый механизм, и, если на определенной его стадии происходит сбой, лекарство не помогает. А таких ступеней много: каскад из нескольких молекул передает сигнал от нейромедиаторов к BDNF, BDNF должен передать сигнал другим нейронам, они должны этот сигнал воспринять, и при этом сохранять жизнеспособность и способность к ветвлению и образованию новых синапсов. Для некоторых психических особенностей время от времени находят соответствующие генетические варианты. Но для депрессии долгое время ничего не находилось. При этом на риск развития депрессии сильно влияют события предыдущей жизни, в особенности, случившиеся в детстве. Физическое, сексуальное и эмоциональное насилие, пережитое в детстве – один из сильнейших факторов риска. Смерть близких людей, войны и катастрофы – в любом возрасте сильнейший фактор риска. По оценке ВОЗ по частоте депрессии с большим отрывом лидирует Афганистан. Все это вместе с проваливающимися раз за разом попытками отыскать мутации, связанные с депрессией, привело к непопулярности идеи о генетической предрасположенности к депрессии. Группе Флинта стоило немалых усилий продолжать поиски. И вот они увенчались успехом. Для этого исследователи очень тщательно подошли к выбору пациентов для анализа, что позволило уменьшить генетическую вариативность. Все участники исследования были женщинами, этническими китаянками и страдали тяжелой депрессией. Авторам удалось обнаружить два генетических локуса, связанных с повышенным риском развития тяжелой депрессии. Эти локусы: SIRT1 и LHPP. Эти гены, по всей видимости, связаны с жизнедеятельностью митохондрий и производством энергии. И это не первая находка, указывающая на роль нарушения энергетического обмена в развитии депрессии. Возможно, что жалобы людей в депрессии типа «ни на что нет сил», «как будто у меня сели батарейки» и «ничего не хочется делать» – не только описание психологического состояния, но и физиологическая реальность. Возможно, клетки мозга первыми начинают ощущать нехватку энергии, чахнуть и гибнуть – среди всех клеток организма у них одна из самых больших потребностей в энергии.

История одной жены

Я выросла в семье, в которой любовь выражалась глаголами повелительного наклонения "поешь" и "надень". Я не жалуюсь и не хвастаюсь, я констатирую. Взрослые вокруг меня не практиковали тактильных объятий и поцелуев, не говорили друг другу ласковых слов. Им было важно, чтобы я была сыта, одета по погоде и делала уроки. Я не знала, что бывает иначе. Даже не догадывалась. И выросла в этом сценарии. Не зная, что любовь может быть синергией нежных слов и мягких объятий. При этом я была счастлива. Обычным детским счастьем. Детское счастье отличается от взрослого безусловностью и отсутствием анализа происходящего. Потому что весело. Потому что птичка. Потому что классики. Потому что солнышко. Я называю это «заряжена детством». Внутри постоянно – восторженные салюты. Потому что детство. У будущего мужа другая история. Он долго не получался у родителей, а потом, уже на пике их отчаяния, вдруг получился. И родился маленький мальчик, пухленький купидончик, и на него вылилась лавина нежности. Мишенька купался в родительском любовании, был обласкан, зацелован, затискан. Он так и рос, залюбленным пупом земли, целых пять лет, а потом всё кончилось. Родился брат. Потоки нежности пошли в обход первенца. Мишенька растерялся. Испытал стресс. Пытался понять, почему? Он плохо себя вёл? Сломал самосвал? Он больше так не будет… Родители были заняты выживанием, барахтались в тугих 90-х. Крохотная комнатка, двое маленьких детей – быт безжалостно выжирал молодость, время и силы. Целовали Мишеньку теперь иногда, по касательной, любовь проходила рикошетом от брата. Но все равно в семье был культ восхищения детьми и их успехами. Еще через пять лет родилась сестра. В десять лет Мишеньке пришлось принудительно повзрослеть. Хорошо учиться, присматривать за братом, гулять с сестрой. И за взрослость - плата в виде хоть и мимолетной, но обязательной ласки, уставших маминых объятий, папиной руки, запутавшейся в вихрах давно нестриженной шевелюры. Так Мишенька и рос, ощущая на контрасте дефицит любви, и, повзрослев, упрямо искал в девочках свою потерянную нежность. И тут судьба, словно насмехаясь, предложила ему меня. Я была одета в хмурость, закрыта от людей на все замки и щеколдочку. Миша брал штурмом. Прорывался. Завоевывал. Окружил заботой, оформленной в слова и действия. Я не стала выбираться из окружения – сдалась. Ослабила оборону. Разрешила себя целовать. У Миши были серьёзные намерения. Он привел меня в родительский дом. - Здравствуй, Оленька, - сказала мама. – Проходи. Мы с папочкой ждем вас с Мишенькой. Сейчас придут Ирочка и Коленька, и будем обедать. Я была в недоумении. Я думала, что имя, как одежда, должно расти вместе с носителем. В 4 года можно носить ползунки, а к 20-тилетию нужно купить костюм. В детстве можно быть Оленькой, но к двадцати пора одеться в отчество. Почему Оленька? Потом поняла: эта семья - территория уменьшительно-ласкательных суффиксов. Тут все Оленьки, Мишеньки, Коленьки. Я прошла в комнату. На стенах - дипломы и грамоты детей. Присмотрелась. За четвертое место. За пятое. За участие. Лауреат... Дети не побеждали в конкурсах, просто участвовали, но родители восторженно видели победу и в факте участия, и, аплодируя, вешали рамочки. Я опять удивилась. Мои грамоты за победы в Олимпиадах пылились в старой папке с ненужными документами. Мои победы не были культивированы, они были упакованы в пыль. Меня очень боялись перехвалить, и на всякий случай, не хвалили вообще. А вот растут трое перехваленных, и ничего, вроде, нормальные, не зазнавшиеся, вполне себе перспективные дети. «Надо же, бывает по-другому!» - подумала я, впервые усомнившись незыблемости моего сценария. Мы с Мишей стали жить вместе. Он поминутно говорил, что я - красивая. Я раньше как-то не задумывалась, красивая я или так, обычная. А тут... Он не мог пройти мимо, чтобы не выразить свой восторг, смотрел с восхищением, подходил обнять, не веря своему счастью обладания. «Наверное, я и правда красивая», - подумала я, озадаченно глядя на себя в зеркало, и усилила эффект каблуками и мини. Чтобы подчеркнуть. Он говорил, что я талантливая. Я подозревала, что он прав, но пока ощущала всё пунктиром, не точно. Мишу же приводил в восторг любой продукт моего творчества. Стихи, статьи, танцы, песни. Ну, первые три пункта – ладно. Но вот песни. У меня нет слуха. Категорически. Я заподозрила мужа в субъективности. Но уже не спорила. Да, талантливая. Он говорил, что ему со мной повезло. Что "спасибо, что выбрала его". Я ежедневно привыкала к мысли, что я - звезда. Что мое призвание - светить. А его - аплодировать мне. Это хорошая мысль, к ней удобно привыкать. Она мягкая, приятная телу и душе. Я плыла по жизни в коконе чужого восхищения. Мне и в голову не приходило, что Миша тоже нуждается в моих аплодисментах. Ждет их и надеется. Зачем? Звезды не аплодирует зрителям... Без нежности и ласки вполне можно жить. Я же жила! Первые 20 лет… Я не знала, что любовь нужно зеркалить и возвращать сторицей. Образно говоря, в ответ на "Я тебя люблю", нужно ответить хотя бы "Я тоже", а не "Я знаю". А в ответ на "Ты красивая" нужно сказать: "Это ты красивый!", а не "Да, спасибо!" Шли годы. Муж отчаялся ждать. Аплодисментами стер ладони в кровь. Аплодисменты стали утихать.Я к тому моменту признала в себе звезду. Поймала талант за руку. Сформулировала. И очень удивилась, почему муж вдруг стал хандрить, прыскать раздражением. Рядом с ним живет звезда! Она выбрала его! Что еще надо? Я отчитывала его скандалами за ослабленное восхищение. Давай-ка поактивней там, видишь, я расправила крылья, лечу, скажи мне, как хороша я в полете, что молчишь? Но он терял интерес к аплодисментам. Стал посматривать на другую сцену. Дома звезда ходит в халате и ест куриную ножку прямо из кастрюли. Как бы снимает образ в прихожей и надевает перед выходом. И где-то там, на жизненной сцене, стоит, раскинув руки, и отдает энергию. А домой приползает уставшая и разряженная. А муж должен обогреть, отлюбить, зарядить. Принести чай, укрыть одеялом, сказать: "Боже, какая же ты невероятная!" А за это – плата в виде халата и куриной ножки. Миша понял, что ошибся. Что я не находила его потерянную нежность, и не смогу ее вернуть. Однажды я, красивая, умная и талантливая, пришла домой и услышала пустоту. Никто не хлопал и не заваривал чай. Никто не приготовил бензин восхищения – залить в мой бензобак таланта. И в этот момент я поступила как настоящая женщина. Я - обиделась. Как он мог? Неблагодарный, безответственный человек. А говорил, что любит. Лжец. Я испытывала злость. И желание отомстить. Отомщу-ка я ему своим успехом. Он будет идти по улице и на каждом столбе видеть мои афиши. По радио – анонс моего выступления. Он включит телевизор – а там я. И он станет кусать локти и проситься назад. Но я не пущу. Я гордая. Я не прощаю предательства! Шло время. Я упала навзничь в глухую депрессию. Пустой бензобак отказывался творить без дозаправки. Не пелось, не писалось, не танцевалось. Только лежалось лицом в подушку. Страдалось. Хандрилось. Я вдруг заметила своего мужа. Услышала. Потерявши - заплакала. И стала кусать локти и проситься назад... Я научусь, обязательно научусь нежности. Я буду возвращать ее тебе порционно, только дай мне этот кредит доверия. Я обещаю, это будет прекрасная кредитная история, со своевременностью каждого платежа. И я стала учиться любить своего мужчину. Восхищаться. Боготворить. Оформлять свою любовь в слова и поступки. В смс-ки, объятья, вязаные свитера. В утренний горячий кофе, в укрывание его, заснувшего, пледом, в замечание его настроения. В "ешь, всё готово", в "дай, я поглажу", в "нет, лучше галстук". В "ТЫ САМЫЙ ЛУЧШИЙ". И тогда всё получится. И найдется потерянная нежность, и приумножится, и отольется дивидендами в счастливых глазах наших детей, которые растут в правильном жизненном сценарии, и, повзрослев, подарят любовь своим половинкам, и родят новых счастливых детей. И концентрация счастья вокруг стихийно увеличится. И люди станут друг другу улыбаться. Потому что весело. Потому что птичка. Потому что классики. Потому что солнышко...

«Настанет день, когда и я исчезну…»

Уж сколько их упало в эту бездну, Разверзтую вдали! Настанет день, когда и я исчезну С поверхности земли. Застынет все, что пело и боролось, Сияло и рвалось. И зелень глаз моих, и нежный голос, И золото волос. И будет жизнь с ее насущным хлебом, С забывчивостью дня. И будет все — как будто бы под небом И не было меня! Изменчивой, как дети, в каждой мине, И так недолго злой, Любившей час, когда дрова в камине Становятся золой. Виолончель, и кавалькады в чаще, И колокол в селе... — Меня, такой живой и настоящей На ласковой земле! К вам всем — что мне, ни в чем не знавшей меры, Чужие и свои?! — Я обращаюсь с требованьем веры И с просьбой о любви. И день и ночь, и письменно и устно: За правду да и нет, За то, что мне так часто — слишком грустно И только двадцать лет, За то, что мне прямая неизбежность — Прощение обид, За всю мою безудержную нежность И слишком гордый вид, За быстроту стремительных событий, За правду, за игру... — Послушайте! — Еще меня любите За то, что я умру. Марина Цветаева 8 декабря 1913

Моральное насилие в отношениях

Извращенное общение Основная цель морального насилия - заставить человека сомневаться в себе и других людях, сломить его волю. Жертвами морального насилия становятся люди, которые оказываются рядом с агрессором и обращают на себя его внимание какими-то своими достоинствами, который тот хочет присвоить. Либо это люди, которые причиняют ему неудобство. Они не имеют какой-то особенной склонности к мазохизму или депрессии изначально. В целом, можно сказать, что в каждой личности есть доля мазохизма, которую можно активировать, при желании. Эти люди позволяют обольстить себя, не подозревая, что партнер может быть разрушителем до мозга костей. В их представлениях о мире это просто не прописано. Производят впечатление наивных и доверчивых. Не скрывают свою эмоциональность, и этим вызывают зависть у агрессора. Имеют низкую самооценку и склонны испытывать чувство вины. Восприимчивы к критике. Сомневаются в себе и своих взглядах. Проявляют уязвимость и неуверенность в собственных способностях. Очень привязаны к отношениям, есть большое желание отдавать. Эти качества увеличивают вероятность оказаться в отношениях с абьюзером и стать мишенью для извращенного общения. Извращенное общение можно распознать по следующим признакам: • Презрение и сарказм, который скрывается под видом шутки. Подтрунивание при посторонних, сомнение в способности человека мыслить и принимать здравые решения. Раздраженные вздохи, косые взгляды, обидные замечания. Боль от подобного обращения подвергается насмешке, жертва выставляется параноиком. Ей приклеиваются ярлыки - истеричка, душевнобольная, ненормальная. • Постоянное ущемление достоинства - нападающий убеждает партнера, что он ничего не стоит, до тех пор, пока он сам в это не поверит. • Ничего не называется своими именами. Агрессор уходит от прямого ответа на вопрос, не признает конфликта, высмеивает чувства и боль другого. • Для захватчика жертва - объект, а "с вещами не разговаривают". Во взаимодействии нет никакого диалога, есть указания сверху. Это способ показать, что партнера, как равного, не существует. Агрессор представляет все так, как будто он один владеет истиной, все знает лучше. При этом, в разговоре его аргументация часто несвязна и нелогична, ее цель - уведение в сторону от решения вопроса. Он всегда находит способ оказаться правым и обвинить другого. • Он может обращаться с заведомо невыполнимыми просьбами, чтобы иметь еще больше оснований для критики. • Чаще всего агрессия проявляется не напрямую, а через, так называемую, холодную враждебность. Агрессор говорит холодным равнодушным голосом, при этом его тон временами может нести в себе скрытую угрозу и заставлять беспокоиться. Он скрывает реальную информацию. Для этого использует намеки, домыслы, а то и откровенную неприкрытую ложь. • Поведение агрессора ставит жертву в тупик. На словах - одно, на деле - другое. Он может сказать, что согласен с предложением, но мимикой показать, что это лишь видимость. В результате жертва не может точно определить, что она чувствует и чему верить, перестает доверять себе, все больше обвиняет себя и пытается оправдаться. Одним из характерных признаков общения агрессор-жертва является смещение вины. Виноватой себя чувствует только жертва, агрессор с этим чувством не соприкасается, проецируя его на партнера. Близкие отношения с такими людьми проходят две стадии. Сначала идет стадия обольщения. Агрессор ведет себя так, чтобы жертва им восхищалась. И со стороны кажется, что это большая любовь, которой просто невозможно сопротивляться. Тревожными сигналами в конфетно-букетный период могут стать: - Постоянное напряжение одного из партнеров. Внутренняя необъяснимая тревога. Вроде все хорошо, но "что-то не то". - Сильное попадание под влияние партнера, потеря свободы. Под видом заботы - постепенная изоляция партнера от его прошлых кругов общения. В идеале, если жертва останется совсем одна, без поддержки друзей и близких. Тем самым сводится к нулю возможный бунт. Моральное насилие в отношениях: Спокойно и тихо агрессор не уйдет! На этой стадии происходит дестабилизация жертвы, потеря веры в себя. Она ищет признания и одобрения и платит за это подчинением все более ужесточающимся требованиям агрессора. Сначала она делает это из желания доставить удовольствие или утешить, а потом из страха. Агрессор сталкивает жертву с ее детской уязвимостью и травмами, которые интуитивно чувствует и тем самым, обретает контроль над ней. Жертва склонна оправдывать поведение партнера: "Он ведет себя так, потому что несчастен. Я исцелю и успокою его своей любовью". Думает, что партнер поступает плохо по отношению к ней из-за недостатка информации или понимания: "Я ему все объясню, он поймет и извинится". Находится в поиске слов, которыми можно донести до партнера то, что она хочет, не понимая, что агрессор этого знать не хочет. Она запасается терпением и думает, что все может простить. Конечно, она не может не замечать и постоянно закрывать глаза на "весьма странное" поведение партнера, доставляющее ей столько боли. И, вместе с этим, жертва продолжает его идеализировать в других аспектах. Например, отмечает его работоспособность, ум, качества родителя, эрудированность, умение произвести впечатление, чувство юмора и т.д. Старается приспособиться, понять, чего добивается агрессор и свою долю ответственности во всем этом. Она ищет логическое объяснение поведению партнера. И остается в отношениях, надеясь, что он изменится. Стадия обольщения может длиться несколько лет. Когда воля жертвы парализована и защитить себя она уже не может, отношения переходят во вторую стадию - открытого насилия. "Полезная вещь" превращается в опасного противника, а зависть переходит в ненависть. В ход идут оскорбления, удары "ниже пояса", высмеивание всего, что дорого партнеру. Жертва постоянно находится в ожидании агрессии - презрительного взгляда, ледяного тона. Когда она пытается говорить о своих чувствах, основная реакция агрессора - заставить ее замолчать. В своем противостоянии жертва чувствует себя очень одинокой, окружающие часто не понимают ее - ведь со стороны все выглядит прилично. В силу невозможности доверять себе, жертва чувствует замешательство, которое порождает стресс и еще больше препятствует сопротивлению. Она жалуется на постоянную подавленность, пустоту в голове, невозможность сосредоточиться, утрату жизнеспособности и непосредственности. Все больше сомневается в себе и своих способностях. Она все еще думает, что сможет растворить ненависть в своей любви. Но для агрессора ее доброжелательность и всепрощение выглядит как превосходство, поэтому подобная тактика вызывает еще большую волну насилия. А вот если жертва вышла из себя и проявляет открытую ненависть, он радуется, так как его проекция подтверждается. Партнер действительно плох и достоин того, чтобы его "перевоспитывать". Это еще один повод переложить вину на другого. В результате жертва оказывается в ловушке - если она сопротивляется, то выглядит агрессором, если не сопротивляется, терпит разрушительное воздействие. Агрессор может выглядеть не слишком заинтересованным в отношениях, но если жертва начинает ускользать, он начинает ее преследовать и крайне сложно отпускает. Если же ей больше нечего ему дать, тогда она становится объектом открытой ненависти. Спокойно и тихо агрессор уйти не может. Ему важно сохранить свое ощущение "я-ок" и не соприкоснуться с темными сторонами своей личности, поэтому он демонизирует партнера, чтобы на этом фоне остаться "в белом пальто". Агрессор переносит не признаваемую ненависть с самого себя на партнера. Вытесняя ее вовне, он создает комбинацию треугольника. Чтобы полюбить другого партнера, ему надо возненавидеть предыдущего. При этом, при расставании, он часто затягивает тяжбы, чтобы сохранить отношения с предыдущим партнером хотя бы в таком виде, удержать контакт и свою власть над ним. В результате взаимодействия с агрессором жертва остается один на один с очень тяжелыми чувствами. Сначала это растерянность и обида. Она ожидает извинений, но их не будет. Когда потерпевшая сторона осознает, наконец, то, что с ней произошло, она испытывает шок. Она чувствует, что ее обманули, ощущает себя жертвой какого-то мошенничества. И, вместе с этим, до конца как- будто не может поверить, что такое может произойти именно с ней. После шока приходит апатия и депрессия - слишком много чувств было подавлено. На этом фоне жертва может начать обвинять себя. Теряет самоуважение, стыдится своего поведения, упрекает себя в том, что так долго терпела: "Я должна была это увидеть раньше!", "Я должна была защищать себя". Может подключиться психосоматика: начаться проблемы с желудочно-кишечным трактом, пищеварением, сердечно-сосудистые или кожные заболевания. Если вы обнаружили, что выше описаны ваши близкие отношения, велика вероятность того, что единственный выход из них - это расставание. • Проанализируйте ситуацию без чувства вины. Отдайте ответственность агрессору за его поведение. Вы не виноваты в том, что с вами поступали таким образом. Вы - пострадавшая сторона. • Признайте, что любимый человек представляет угрозу. И эффективно защищаться можно только выйдя из-под его влияния. • Максимально отстранитесь от агрессора физически. Найдите поддержку для себя в других людях или в общении с психологом. • Хорошо, если кто-то из незаинтересованных лиц поможет вам посмотреть на ситуацию со стороны, чтобы увидеть ее максимально объективно. • Помните, что любые изменения в поведении жертвы вызывают всплеск агрессии и провокаций. Позаботьтесь о своей безопасности. • Перестаньте оправдываться и поймите, что любой диалог бесполезен. Если вы хотите о чем-то договориться с партнером, делайте это в присутствии третьего лица и фиксируйте все письменно. Это не дает гарантий, но увеличивает вероятность соблюдения договоренностей. • Разрешите себе злиться на агрессора и выплескивать этот гнев в безопасной обстановке. Не на агрессора, конечно. Вам важно, чтобы вышли эмоции, которые очень долго подавлялись. Бейте подушку, кричите, топайте, выписывайте свои чувства на бумагу - любые безопасные способы подходят. • Дайте себе время, чтобы прийти в себя и вернуть самоуважение. Этот опыт помог вам стать сильнее, лучше разбираться в людях. Возьмите из него все ценное, что в нем было, и отпустите ситуацию. Гончарук Екатерина

«По несчастью или к счастью, истина проста…»

По несчастью или к счастью, Истина проста: Никогда не возвращайся В прежние места. Даже если пепелище Выглядит вполне, Не найти того, что ищем, Ни тебе, ни мне. Путешествие в обратно Я бы запретил, Я прошу тебя, как брата, Душу не мути. А не то рвану по следу - Кто меня вернёт? - И на валенках уеду В сорок пятый год. В сорок пятом угадаю, Там, где — боже мой! - Будет мама молодая И отец живой. Геннадий Шпаликов

Кем был Штирлиц в жизни?

Макс Отто фон Штирлиц, созданный воображением Юлиана Семенова, мог иметь много прототипов. Существует несколько реальных личностей, которые вполне могли вдохновить писателя. Одна из них – советский разведчик, чекист Яков Блюмкин. Среди его многочисленных псевдонимов – «Макс» и «Исаев» (Исаем звали деда разведчика). Отсюда и могла появиться фамилия литературного персонажа, советского агента в тылу фашистского врага, Максима Максимовича Исаева. Подтверждением того, что Блюмкин мог быть прототипом Штирлица, является еще один факт из его биографии. В 1921 году он был заслан в прибалтийский город Ревель (сейчас это Таллин). Там разведчик под видом ювелира отслеживал возможные связи советских сотрудников Гохрана с иностранными агентами. Семенов использовал этот эпизод при написании романа «Бриллианты для диктатуры пролетариата». Спортивное прошлое Характер и биография Штирлица собирались, как пазл, из разрозненных эпизодов жизней разных людей. В одной из серий киноэпопеи о нем упоминается как о берлинском чемпионе по теннису. Только один советский разведчик был теннисистом – Коротков А. М. Но чемпионом в этом виде спорта он не являлся, иначе не стал бы хорошим агентом. Разведчик не может быть такой заметной фигурой. Немцы тоже могли вдохновить Семенова Еще одним прототипом «советского Бонда» считается немец, гауптштурмфюрер СС и «истинный ариец» Вилли Леман. Про этого человека известно, что он долго сотрудничал с СССР и был одним из ценнейших агентов. Точные мотивы его поступков не известны. Очевидно, немалую роль сыграли и идейные соображения. Не все в стане Третьего Рейха симпатизировали господствующей идеологии. Были также версии, что шпионом Леман стал из-за одного проигрыша на скачках в 1936 году. Один знакомый, оказавшийся впоследствии агентом советской разведки, одолжил ему денег. После этого эпизода и произошла вербовка Лемана. За очень важные сведения он получал от Советского правительства неплохой гонорар. В 1942 году фашисты раскрыли предателя в своих рядах, и Леман был расстрелян. Михалков Четвертым прототипом Штирлица в разных источниках называют еще одного разведчика – Михаила Михалкова, брата поэта Сергея Михалкова. Во время войны Михаил Владимирович оказался в немецком плену. Ему удалось бежать и скрыться от преследования. Этот опыт послужил толчком для его будущей деятельности в качестве агента-нелегала. Михалков поставлял советской армии ценные военные сведения. В 1945 году его арестовала контрразведка «СМЕРШ» и обвинила в шпионаже в пользу немцев. 5 лет Михаил Владимирович отсидел в тюрьме и только в 1956 году был полностью реабилитирован. Юлиан Семенов был женат на его родственнице, Екатерине Кончаловской. Наверняка личность Михалкова могла вдохновлять его во время написания романа. «Музой» Семенова вполне мог быть и разведчик Норман Бородин, сын Соратника Ленина Михаила Бородина. С Норманом писатель общался лично, много знал о его сложной и захватывающей жизни. Людей, которые могли стать прототипами Штирлица, множество. Схожая судьба была у многих советских агентов, работавших на победу во вражеском тылу. Несокрушимый разведчик Исаев – блестящий собирательный образ всех этих героев.

Я не помогаю своей жене

"Ко мне на чашку чая пришел приятель, мы сели на кухне и беседовали о жизни. Во время разговора я встал и сказал: «Сейчас, я помою посуду и вернусь». Мой приятель посмотрел на меня так, словно я сообщил, что отлучаюсь для строительства космической ракеты. В полном смятении и с восхищением в голосе он произнес: «Я рад, что ты помогаешь своей жене. Я своей не помогаю, потому что я ей пару раз помог, а она меня даже не хвалит. На прошлой неделе я помыл пол, и ни единого слова благодарности». Я вернулся на свое место, сел рядом с ним и объяснил, что я не «помогаю» своей жене. Моей жене помощник не нужен, ей нужен партнер. Я ее партнер по дому, и у нас разные функции в этом партнерстве, но исполнение домашних дел – это не «помощь». Я не помогаю своей жене убираться в доме, потому что я тоже в этом доме живу, и мне тоже нужно в нем убираться. Я не помогаю своей жене готовить, потому что я хочу есть, и мне тоже нужно готовить. Я не помогаю своей жене мыть посуду после ужина, потому что я тоже пользовался этой посудой. Я не помогаю своей жене с ее детьми, потому что это и мои дети, а моя обязанность – быть им отцом. Я не помогаю жене стирать, развешивать и складывать одежду, потому что это и моя одежда, и одежда моих детей. Я не помощник в этом доме, я часть этого дома. А что касается похвалы, я спросил своего собеседника, когда в последний раз после того, как его жена сделала уборку в доме, постирала одежду, сменила постельное белье, искупала детей, приготовила еду, что-нибудь сорганизовала, он поблагодарил ее? Но поблагодарил не походя, а с чувством: «Ух ты, дорогая! Ты восхитительна!» Тебе это не кажется абсурдным? Разве не странно, когда ты, раз в жизни помыв пол, ожидаешь какого-то особого трофея за свои заслуги? Почему? Ты не задумывался об этом, дружище? Возможно, ты слишком увлекся этой «культурой мачо», считающей, что все домашние дела – это ее работа. Возможно, тебя когда-то научили, что все это делается само собой, что тебе даже напрягаться не надо? Ну, тогда хвали ее так же, как ты хотел, чтобы хвалили тебя, такими же словами и с таким же чувством. Помогай ей, будь настоящим компаньоном, а не гостем, который в этот дом приходит есть, спать, принимать душ и удовлетворять свои потребности. Будь как дома! У себя дома. Настоящие перемены в обществе начинаются с наших домов. Учите своих детей настоящему товариществу в семье!" Тед Эдвардс