Проверка на искренность: как отличить настоящую поддержку от корысти

Не всегда легко понять, искренне ли поддерживают вас друг, партнер, родственник, коллега, либо же они заботятся только о себе. Скрытые мотивы, личные интересы и нечестность мешают понять, кто на вашей стороне, а кто — против вас. «Когда кто-то действительно желает вам добра, это значит, что ему небезразлично ваше благополучие и он ставит ваши потребности и желания на первое место, — пояснила специалист по поддержке семей Келси Ганнинг. — Поступки, решения и советы такого человека продиктованы искренним намерением поддержать и принести вам пользу, а не стремлением к личной выгоде или корысти. Он заинтересован в вашем росте, счастье и общем успехе, а его поведение отражает глубокое уважение к вам и вашим ценностям». Как это выглядит Представьте, что вы с коллегой работаете над проектом. Вы оба полны энтузиазма, планы обретают четкие очертания, дела идут в гору. Но так длится ровно до тех пор, пока он не начинает вести себя странно: срывает сроки, забывает о поручениях, выдает ваши идеи за свои и выставляет себя главным исполнителем, хотя почти ничего не сделал. Это классический пример, когда человек не на вашей стороне. «Бывает непросто понять, действительно ли кто-то желает вам добра, — отметила Ганнинг. — Истинные намерения могут скрываться за такими факторами, как личные цели, особенности межличностных отношений или эмоциональные манипуляции». Главные признаки Допустим, ваш друг всегда рядом. Он беспокоится, когда у вас выдался плохой день. Нужно отпраздновать какое-то хорошее событие? Он тут как тут с бутылкой вина и коробкой конфет. Означает ли что-то из этого, что этот человек желает вам добра? Не обязательно. Чтобы понять, какое место вы занимаете в жизни человека, нужно смотреть глубже и не опираться только на его слова или поступки. Эксперты рассказали, на какие признаки стоит обратить внимание. Первый признак — когда вы говорите, вас не слушают. По словам семейного психотерапевта Дэвида Кэмпбелла, если между людьми существует подлинная связь, они активно слушают и стараются лучше понять чувства друг друга, не перебивая и не обесценивая сказанное. «Это свидетельствует о том, что вам небезразличен этот человек, и вы уважаете его чувства и переживания», — подчеркнул Кэмпбелл. Еще один сигнал — ложь, сокрытие правды. Трудно построить настоящие отношения с тем, кому нельзя доверять. Ложь может служить личным интересам. И если человек обманывает ради собственной выгоды, значит, он не заботится о ваших интересах. Кроме того, обращайте внимание, не пытается ли он манипулировать вами, чтобы вы с ним соглашались или отказывались от своих желаний в пользу его. Третий признак — эгоизм. Когда вы проводите время с этим человеком, все крутится только вокруг него, его интересов и желаний? Принимает ли он решения исключительно в свою пользу, не учитывая ваши чувства? Не менее важный маркер — отсутствие постоянной поддержки. Обещает ли этот человек прийти на помощь, но в последний момент отказывается от своих слов или неожиданно отменяет встречу? Как отметил Кэмпбелл, постоянная поддержка «свидетельствует о надежности и ответственности, показывая, что ваши потребности для человека в приоритете». Люди должны не только говорить, что вы им небезразличны, но и доказывать это действиями. Если нет должного уважения ваших личных границ, это еще один звоночек. Настоящие друзья не станут принуждать вас к действиям, которые вызывают дискомфорт или противоречат вашим убеждениям. «Когда ваши границы уважают, люди считаются с вашим выбором и относятся к нему с уважением, показывая, что ценят вашу самостоятельность и личное пространство», — пояснила Ганнинг. Им не обязательно во всем с вами соглашаться, но они всегда должны уважать ваши решения и желать вам только добра. Преимущества здоровых взаимоотношений Умение распознать, действительно ли человек желает вам добра, в долгосрочной перспективе убережет от сильных душевных страданий, ведь разрыв дружбы — это очень болезненно. Кроме того, это поможет выстроить более крепкие и долговечные отношения. «Когда человек искренне заботится о вас, он хочет для вас только самого лучшего, — отметил Кэмпбелл. — Принимая решения или советуя что-то, он учитывает ваши потребности, чувства и общее благополучие. Такой человек обычно ставит ваш успех и счастье выше собственных интересов или скрытых мотивов, действуя с состраданием и любовью. По сути, это проявление бескорыстного отношения к вам без каких-либо тайных умыслов». Дружба, в которой вы чувствуете поддержку и значимость, благотворно влияет на ваше психическое и эмоциональное состояние. Главные преимущества здоровых взаимоотношений: помогают повысить вашу самооценку и уверенность в себе; делают вас более устойчивым к трудностям (поддержка настоящих друзей и конструктивная обратная связь позволяют лучше справляться со стрессом и невзгодами, укрепляя эмоциональную силу и жизнестойкость); способствуют личностному росту (искренняя забота часто включает в себя создание возможностей для роста и развития, что ведет к постоянному самосовершенствованию и достижению личных целей); помогают обрести чувство стабильности и снизить тревожность или подавленность, так как вам не нужно сомневаться в намерениях человека или с опаской ждать от него предательства. По материалам статьи «How To Spot When a Friend Doesn’t Truly Have Your Back, According to Therapists» Very Well Mind

Почему мы хвастаемся?

«Хвалилась редька, чуть дыша, что больно с медом хороша. А мед, не ставя редьку в грош, сказал, что он и сам хорош». Классическая ситуация хвастовства, где оба героя на самом деле заслуживают похвалы и вообще-то оба говорят правду. А бывало ли с вами такое, что вы неожиданно для себя громко, часто и иногда даже невпопад рассказывали о своих успехах, а потом стыдились этого? Возможно, вы уже догадались, что хвастаются и хвалят себя во всеуслышание не испорченные нарциссы, а люди с особыми потребностями в данный момент времени. Но сперва разберемся, так ли плохо хвастаться и почему нас за это стыдят? Считается, что хвалиться социально неприемлемо и может вызвать зависть у других. Но должны ли мы брать ответственность за чужие чувства? Тем более, когда не делаем кому-то зла намеренно? Между хвастовством и гордостью за себя пролегает тонкая грань. Считается, что хвастаться — это говорить о своих мнимых или преувеличенных успехах. Но родители, нормы общества и потенциальные завистники создают условия, где и просто гордиться собой заслуженно уже считается самолюбованием. Взрослые отчитывают детей за «самохвальство» по нескольким причинам: • Желание подчинить ребенка нормам общества; • Проекция: если самого родителя в детстве ругали за проявление гордости, то он может неосознанно продолжить эту «традицию»; • Страх осуждения в обществе: «что обо мне подумают люди?»; • Борьба с высокомерием; • Защита ото лжи, если взрослому кажется, что ребенок «врет» намеренно. Во всех этих случаях родитель может применить особый инструмент воспитания — стыд. И, конечно, этот метод является деструктивным. Помимо разрушенного доверия между поколениями, стыд провоцирует снижение самооценки и развитие тревожности у детей. Однако хвастаться для детей — абсолютно нормальное явление. И даже полезное! Человек ищет свое место в жизни и положение в обществе с того момента, как начинает с этим самым обществом взаимодействие. То есть лет с трех. Поэтому громко говорить о своих успехах — это способ получить признание и сформировать самооценку. Проговаривая достижения, дети закрепляют ощущение собственной ценности. А это, в свою очередь, помогает запомнить, как справляться с трудностями и побеждать. А почему хвастаются взрослые люди? Взгляните на предыдущий абзац, разве вам не хотелось бы того же самого? Получать одобрение, ощущать свою значимость, иметь нормальную самооценку… Однако уже упомянутые нормы общества подчас перекрывают кислород этим идеям, а мы пытаемся задушить в себе чувства и потребности. И взрослый, и ребенок может начать хвалить себя, на самом деле желая помощи и признания. «Себя не похвалишь — никто не похвалит», — так говорит народная мудрость и иногда так говорит наше подсознание. С точки зрения эволюции, потребность в признании — это способ выжить. Зачем племени слабый участник? Нам нужен замечательный охотник, великолепная мать, полезный ремесленник, сильный воин. Поэтому заявлять о себе в обществе — древний способ быть замеченным и выбранным для участия в группе. Здесь нет места стыду, но есть место страху. Если вы замечаете такое за собой или за другим близким человеком, попробуйте понять, чего именно вы или он боитесь? Остаться в одиночестве, быть неинтересным? Однако потребность может быть и другой — компенсация неуверенности. Иногда внешний успех не совпадает с внутренним ощущением. И если внутри радости мало, то наращивается внешний костыль — публичная похвальба и демонстрирование достижений. Так, без настоящей опоры, самооценка может держаться хоть на чем-то. Кстати, когнитивное искажение — «счастье любит тишину», — вероятно, пошло примерно отсюда. Иногда действительно трудно разобраться в своих чувствах. Особенно если внешне все действительно выглядит успешно, а внутри пустота. Так, человек может принять мнение общества и попытаться доказать себе и другим, что он действительно счастлив. Но, отметим еще раз, счастье может быть и громким, и настоящим одновременно! Еще одна причина хвастовства — социальная иерархия. Быть отдельной личностью и быть повыше остальных — для кого-то может означать одно и то же. Нормальной (для самооценки) считается та ситуация, когда от чужого успеха вам не становится плохо. А осознание своей индивидуальности ограничивается набором принципов или мировоззрением: «я вот такой, это я про себя знаю, мне это нравится». Бывает, что через похвалу человек пытается влиться в общество. Неловко, но рассказать в новой компании людей о своих успехах может показаться отличной идеей. Особенно если в детстве любовь зависела от достижений. И, наконец, иногда хвастовство — это просто желание поделиться радостью. А наше болезненное восприятие — наша проблема. Гордость без унижения других — это здоровая форма хвастовства. В таком рассказе не будет превосходства или потребности затмить. Человеку просто важно, чтобы с ним кто-то порадовался за компанию. Однако даже в самом прекрасном моменте собеседник может почувствовать зависть или укол. И тут все просто, как дважды два: в такие моменты мы сами находимся в уязвимости, хотим того же или чувствуем сравнение. Известный гольфист Тайгер Вудс выиграл свой первый чемпионат мира в восемь лет. Что-то почувствовали? Вот, это оно и есть! Иногда раздражение на чужой успех и гордость — это зеркало наших непрожитых амбиций. «Вот он в восемь лет уже все, а я в сорок лет еще ничего» — примерно такие мысли возникают в этих ситуациях. Но и это не означает, что вы или Тайгер Вудс плохой человек, что сообщил вам о своем успехе лишь ради злорадства. Отнюдь! Этот укол указывает на непрожитые потребности. Может, проблема не в том, что кто-то хвастается. А в том, что нам самим не хватает поводов сделать то же самое? Подводя итог, хвастаться можно по трем главным причинам: желание принадлежать к группе, быть замеченным и чувствовать безопасность. А самое интересное, что ни по одному этому поводу вам, как собеседнику «хвастуна», не нужно обижаться или испытывать негатив. Даже если попытка похвалиться перед вами — это желание вас принизить, то инициатор уже проиграл, и вы заметили его несостоятельность. А если дело в безобидных потребностях, то вызвать они могут лишь желание помочь и подбодрить. Если же желание хвастаться исходит от вас самих, но это ничем не мешает ни вам, ни окружающим, хвастайтесь на здоровье! Вы имеете полное право радоваться за себя и сообщать свою радость миру. Автор: Алёна Миронова

Когнитивные искажения, мешающие добиваться целей

Обидно каждый раз совершать одну и ту же ошибку. Кажется, что все уроки уже усвоены, но мозг упрямо следует одному и тому же сценарию. Обернувшись, понимаешь, что на всю ситуацию можно было действительно взглянуть под другим углом. Но что-то помешало… «Что-то» — это когнитивные искажения: настоящие «ловушки» мышления, систематические ошибки, возникающие из-за неправильно обработки входящей информации. Искажения появились, чтоб мы могли объяснить себе свои же поступки и жизнь в целом. Или, наоборот, чтоб меньше думать и сохранить энергию. Но хорошая новость в том, что «исказиться» можно нарочно, повернув полезные свойства этих ловушек в свою пользу. «Ах, обмануть меня не трудно! Я сам обманываться рад», — так словами Пушкина можно описать эту механику. И первая ловушка в нашем списке — иллюзия немедленного вознаграждения, или гиперболическое дисконтирование. Благодаря этому когнитивному искажению мозг преувеличивает ценность того, что можно получить сейчас, и недооценивает то, что даст больше пользы в будущем. Это не про слабость характера или лень. Все дело в эволюционном механизме вознаграждения. Ответственен за него дофамин. Быстрые выигрыши были полезны для продолжения жизни и распространения генофонда — ведь «потом» может не быть еды или чего-то еще, поэтому действовать надо здесь и сейчас. Будущее — это абстракция, а уж для древних людей было так и подавно. Спустя миллионы лет в нас продолжает появляться радость от быстрых удовольствий в моменте, даже если они могут испортить нам будущее. Вспомните свои сообщения бывшему партнеру — это снимает тревогу и грусть сейчас, зато потом — проблем не оберешься. И ведь ты же знаешь, что правильнее уходить и никогда не возвращаться. А это все быстрый дофамин виноват! Как это мешает жить? В первую очередь, чувством вины. Если в жизни есть план по достижению определенных целей, будь то спортивное тело, получение докторской степени или новая работа, то пустить все на самотек может быть опасно. В настоящем моменте можно почувствовать себя хорошо, а в будущем за это расплачиваться. Копиться могут и другие проблемы — с финансами, здоровьем, отношениями. Коварство заключается в том, что мы воспринимаем быструю награду, как заботу о себе. И ведь это может быть нечто абсолютно вредное — сигарета или лишний кусок торта. Как бороться? Не полагайтесь на силу воли, она та еще врушка и в нужный момент может жестоко предать. Лучшим решением будет убрать «триггеры» — сладости, телефон, соцсети и вообще все, что может помешать вам быть лучшей версией себя. Не лишним будет сделать правильное доступным — наполнить холодильник полезной едой, создать план действий, обустроить комфортное рабочее место. Сделайте будущее более осязаемым. Накопить финансовую подушку — слишком абстрактно, а вот копить на что-то конкретное (или определенную сумму) уже проще и цель видна отчетливей. Мощнее всего работает правило паузы. Вы можете съесть конфету или сделать что-то приятное, но слегка вредное, — но только через несколько минут. Скорее всего, по прошествии времени вы уже и забудете про ту конфету. Полностью убрать быстрый дофамин из жизни нереально. Но можно приспособиться и заменять примерно вредное примерно полезным. А как обратить искажение в свою пользу? Использовать импульсы к немедленной награде как мотивацию. Полчаса работы — пять минут любимого сериала, сделал зарядку — купил вкусный кофе по дороге на работу. Иллюзия немедленного вознаграждения может быть вам на руку в работе с большой целью. Просто поделите задачу на короткие отрезки. Выполнили один отрезок? Держу пари, дофамин уже вскружил вам голову! Ведь маленькая победа — тоже победа. И так, раз за разом, победа за победой, вы и не заметите, как мозг захочет продолжать трудиться, чтоб, в конце концов, победить все задачи. Обманываться самому можно и в формировании привычек или в нелюбимых, но обязательных делах. Для таких целей на работу можно купить красивую канцелярию, дома перед уборкой выпить чаю с чем-то вкусным, а в спортзал прикупить веселые кроссовки. Через время мозг свяжет позитивные эмоции в ассоциацию с действием. Следующее тормозящее нас искажение — это искажение статуса-кво, склонность предпочитать текущее положение дел просто потому, что оно уже есть. Не удивляет тот факт, что эта ловушка мышления сопровождает нас с самой древности. Привычное безопасно, а перемены могут быть и в худшую сторону. Опасность здесь в том, что подход остаться в «любимом болоте» применяется неосознанно. Скорее это желание отмахнуться от проблем и подумать потом, чем взвешенное решение. Страх потерь становится сильнее, чем желание выигрыша. А еще любое решение требует энергии, новых знаний, каких-то движений и стремлений. Да ну его! Однако нам только кажется, что без изменений мы остаемся нейтральными. На деле это активный саботаж проблем со всеми последствиями. Идеальный способ бороться с таким искажением — поменять вопрос. Не «стоит ли что-то менять», а «что будет, если я ничего не изменю через полгода или через десять лет». Вот тут-то у многих и зажигается лампочка — «надо срочно что-то делать». Неплохо было бы осознанно замечать минусы статуса-кво. Кстати, так можно делать и с другом в плохой ситуации — легализовать его тяжелые чувства от неприятных жизненных обстоятельств. Не сглаживайте дискомфорт, не оправдывайте свое (или друга) положение. Иногда нам действительно не хватает кого-то, кто бы сказал правду и подметил темные стороны. Отличная новость в том, что и это искажение можно заставить работать на себя. Статус-кво — это инерция. А значит, любое дело, даже самое неприятное, стоит только начать. Вы уже это делаете, у вас уже есть эта привычка и вы уже вот такой человек, а не будете когда-то потом. В дополнение можно вписать полезности в жизнь на самом минимальном уровне. Так они уже станут частью вашей жизни без лишнего стресса и перемен. Впоследствии с ними будет трудно расставаться, ведь привычка и именно такой образ в голове у вас уже сложился. Есть еще одно искажение, похожее по механике на предыдущее — это ошибка невозвратных затрат. Не один десяток браков держится за счет этой ловушки. Нам жалко бросать то, куда мы потратили много ресурсов. Даже если дело уже точно проигрышное и не имеет смысла. Доесть невкусную еду, досмотреть скучный фильм, дочитать глупую книгу — все это ошибки невозвратных затрат. Время, деньги и энергию невозможно вернуть, но мозг обманывает нас подменной мыслью — продолжение оправдает прошлые вложения. Хотя по факту потери лишь увеличиваются. Нам больно признать свою ошибку, а потеря подчас выглядит страшнее, чем предполагаемая выгода. Даже с вещами бывает тяжело расстаться, хотя очевидно, что они лишь занимают место. Спросите себя, если бы прямо сейчас вам пришлось начинать все заново, вы бы решились? Или если предположить, что прошлого не существует, то что вы чувствуете сегодня? Эти вопросы помогут понять свое отношение к долгим проектам. С течением жизни также полезно научиться разрешать себе «терять». Просто физически невозможно не терять вещи, не пачкать одежду, не ломать что-то или не прекращать проекты, отношения. Однако иногда лучше зафиксировать убыток и освободить ресурс для нового. Само искажение — безусловно, вредное. Но его механику тоже можно использовать во благо. Самый простой пример — заплатить за что-то, а не делать это бесплатно дома. Например, фитнес. Абонемент куплен и придется идти, а дома можно и пропустить пару-тройку десятков раз. Еще лучше, если вы заплатите не только за абонемент в спортзал, но и наймете тренера. Тут уже подключается социальное обязательство — вы договорились, и вас ждет настоящий человек, подводить нельзя. Многие знают, что вместе веселей и сидеть на диете, и отказываться от никотина, и договориться бегать. Кстати, с бегом и другими привычками отлично работают трекеры или любая другая форма видимого прогресса. Например, приложение по изучению языков Duolingo считает дни занятий. Можно ли пропустить день и просто начать заниматься завтра? Конечно, можно. Но красивая цифра дней подряд пропадет. Ничего не случится, вы сможете продолжить с прежнего места, но осадочек останется… Однако не забывайте о правиле пересмотра. Если через пару недель нет прогресса, а настроения сплошь мучительные, то пора бросать, сколько бы ни было вложено. Зная особенности работы мозга и психики, можно не только работать в любых обстоятельствах, но и делать свою жизнь лучше и лучше с каждым днем. Конечно, когнитивных искажений существует еще очень много. Но избавиться и «перевоспитать» себя полностью невозможно. Иначе мы уже перестанем быть людьми. Пусть вас заинтересует ваше собственное поведение и стиль принятия решений. Так менять свою жизнь станет гораздо интересней! Автор: Алёна Миронова

Необычные словечки из разных регионов России

Представьте: позвали вас чай фурындать да с посикунчиками и шаньгами, а вы, этакий растыка, нахлюздали, что вам фанарь шлындать в самые очкуры, хотя на самом деле вы дома уже кофейку посёрбали с жамками. Пошто куда-то еще переться? Еще и за бензин чехлить! Поняли? Чтобы лучше представить себе структуру языка, следует вообразить большой слоеный пирог или пиццу. Ингредиенты или слои накладываются друг на друга частично и иногда смешиваются между собой. Тесто или основа — литературный язык. Он считается нормой и будет понятен всем. Общеупотребительная лексика, стандартная грамматика и нейтральный стиль. Томатный соус — разговорный язык. То, как люди общаются между собой в реальной жизни. Здесь найдут свое место упрощения «щас», «че», «норм» и неполные предложения. Интонация зачастую важнее структуры. Этот слой накладывается на литературный язык, но не перекрывает его и не совпадает полностью. Начинка — диалекты. Территориальные вариации языка (не путать с другими языками!) имеют особые формы слов или даже местные слова, но подчинены грамматике и синтаксису основного языка. Это не отдельный «круг» на пицце, а именно пятна поверх языка в разных регионах. Как кружочки салями на пицце Пепперони, например. Овощи — социолекты. Язык разных групп людей без территориальной разницы. Например, профессиональный жаргон, молодежный сленг, язык субкультур. Моцарелла — стилистический слой. Это тот же язык, но в разных режимах — школа, работа, обращение в государственные учреждения, научный доклад. Здесь редко встретишь отдельный слова, скорее это новый способ их использовать. Базилик — исторический слой. Сюда можно отнести устаревшие слова: «чело», «перст». И новые слова: «чатиться», «френды», «кринжовый». Специи — заимствования. Какие-то уже стали нам привычными и остепенились — французские «пальто» и «меню», а какие-то еще кажутся чужеродными и кому-то даже режут слух — «стартап», «бриф», «дедлайн». Вот такой пирог у нас получился. Важно помнить, что язык — это живая экосистема и слова могут мигрировать, норма меняться, а слои постоянно перемешиваться. Из всех этих слоев сегодня нам интересны именно диалекты. Существует даже отдельная наука — диалектология. Представители этого раздела языкознания считают, что диалекты возникли очень-очень давно из-за необходимости общаться тем, кто не умеет читать и писать. Именно благодаря усердной работе устной речи, миграции людей и даже ошибкам восприятия мы знаем такие слова, как «керкать» в значении «кашлять». Считается, что в основе всех диалектов нашей страны — три разделения по территориям: южное, северное, среднее. Условно, люди из Вологды и Ярославля чаще «окают» — то есть, в устной речи произносят звук «о» вместо «а», а люди из Рязани и Смоленска «акают». Забавный факт: Сергей Есенин хотел создать себе образ крестьянского поэта и, перебравшись в Петербург, нарочно «окал», чтоб сделать речь более экзотичной. При этом родом поэт из Рязанской губернии. Может сложиться неверное впечатление, что диалектные слова всегда создаются просто по звучанию. Как иногда, в перегрузе, мы общаемся словом «это» и его формами: «этовать», «разэтовать». Но, на самом деле, истории отдельных слов могут быть очень занимательными. Например, уже знакомое нам слово «хлюздить» пришло из Сибири (конкретно из Красноярского края) и означает «обманывать» или «присваивать чужое». Изначально слово «хлюстать» означало «пачкать» или «марать по неосторожности». Дальше свою лепту внесло звукоподражание, так слово перешло на процесс карточной игры, где «хлюстать» было «разбрасываться, шлепать картами». Вероятно, такой способ играть выдавал шулера, которого впоследствии и звали «хлюздой» — обманщиком. А слово «хлюздить» (с окончанием на манер слова «юлить») не только попало в Толковый словарь Даля, но и дожило до наших дней. В середине прошлого века в течение двадцати лет ученые из Института русского языка АН СССР (ныне РАН) проводили лингвогеографическое исследование. Специалисты проводили опросы по разным населенным пунктам и записывали, например, как в разных городах называют посуду, кашу, свой дом. Учитывались и фонетические особенности произношения звуков (например, согласных в слове «яичный») или использование предлогов («с окна» или «из окна»). Результаты исследований на интерактивной карте можно найти в интернете по запросу: «Диалектологический атлас русского языка» (ДАРЯ). Можно долго изучать карту и найти немало интересных слов для ежедневного использования. Любопытно (и очень грустно), что в карту вошла не вся страна, а только Европейская ее часть. Сделано было так потому, что целью изучения были говоры раннего формирования — XV–XVII. Заселение этих земель происходило постепенно и ровно. А вот территории за Уралом, в Сибири и на Дальнем Востоке люди заселили поздно, часто смешивая русский с языками местных народов. Выделить чистые диалекты здесь было труднее, поэтому рассматривать эту часть страны не стали вовсе. Так, можно выбрать для себя один интересующий вопрос, например, как называются вечерние собрания молодежи, и смотреть ответы по разным регионам. Где-то это будут стандартные посиделки, а где-то уже милые вечерушки или нестандартные супрядки. В последнем случае, кстати, нет какой-то особой загадки. Девушки, как равная часть молодежи, когда-то тоже собирались по вечерам и занимались прядением. Почти все диалектные выражения можно объяснить, если покопаться в истории или просто послушать речь. Так, например, рязанское «надысь» — «недавно, на днях». Трансформацию этого слова можно легко представить от изначального «на дне сём» к тому, что имеем. Так же, как и родственное ему «намедни» — «на оном дне». Однако почти не означает все! Существует немало слов, над «биографией» которых научные умы бьются до сих пор. Например, воронежское «тигули» в значении «глухое, далекое место». Или новгородское слово «кибры». Попробуйте догадаться, что это, пока не перешли к следующему предложению. Это… волосы! Красивые женские локоны, а не всевозможные, конечно. Откуда взялось это слово — совершенно непонятно! И ведь слово подходит длинным волосам, разве нет? Конечно, мы обсудили совершенно мизерную часть слов сегодня. На деле диалектов в России столько, что их практически невозможно сосчитать! Диалекты нашей страны удивляют тем, что мы все еще можем понять друг друга. Несмотря на обилие необычных словечек то тут, то там, волгожанин вероятнее всего поймет жителя Карелии. Получается, главная и основная задача языка — передача информации — считается выполненной. Язык от диалектов, так же как и от заимствований, не только не становится хуже и примитивнее, но обогащается, дает дополнительные возможности для описания мыслей и чувств и дарит новую информацию о носителях: географию, род занятий. Любить родной язык — это не значит обернуть его в камень и не позволять никому трогать. Это значит изучать его, наблюдать и активно использовать, преумножая его распространение, красоту и глубину. Автор: Алёна Миронова

Ученые нашли способ вывести микропластик из организма

Это горькая правда, но исследования показали, что люди ежегодно потребляют с едой от 39 тысяч до 52 тысяч частиц микропластика. От этой мысли можно заработать «несварение» рассудка. Как в эпоху безопасности продуктов и нутрициологии можно съесть столько пластика, особенно когда неутешительные научные работы говорят, что он, вероятно, вредит здоровью как в краткосрочной, так и в долгосрочной перспективе? Невидимая угроза В одном американо-канадском исследовании 2024 года изучалось содержание пластика в 16 видах белковых продуктов в рационе американцев. Выяснилось, что только из этих продуктов среднестатистическая порция содержала от 74 до 220 микропластиковых частиц. И это без учета тех, которые попадают в организм из бутылок с напитками или пищевых контейнеров, а также тех, которые отделяются от кухонной утвари и оказываются в тарелках. Микропластик также обнаружили в питьевой воде, соли, рисе, меде и порошковых пищевых добавках. Он вымывается из чайных пакетиков и отслаивается от пластиковых разделочных досок. Даже фрукты и овощи содержат микропластик, который попадает в них через корни из загрязненной почвы и воды. Пластик повсюду в пищевой системе, и исследования только начинают давать четкое представление о том, как это влияет на людей. Доктор Чуён Брайан Ким, доцент Стэнфордской школы медицины, занимающийся изучением воздействия микро- и нанопластика, обнаружил, что он способен проникать внутрь клеток и приводить к значительным изменениям в экспрессии генов. Возможные последствия — повышение риска сердечно-сосудистых заболеваний, некоторых видов рака и нарушений обмена веществ. Помимо физического повреждения тканей, микропластик может вызывать воспаление, приводить к изменениям в микробиоме и подвергать воздействию вредных химических веществ, таких как пер- и полифторалкильные соединения (ПФАС), фталаты и бисфенол А. Секретное свойство клетчатки Однако есть и доля оптимизма. Ученые начинают задаваться вопросом, могут ли пищевые волокна снизить количество микропластика, накапливающегося в пищеварительной системе. В обзорной статье 2024 года, вышедшей в журнале Food Frontiers, китайские исследователи высказали предположение, что впитывающие свойства клетчатки способны связываться с микропластиком в кишечнике, помогая выводить его в больших количествах (естественным путем в унитаз). Идея в том, что растворимые и нерастворимые волокна формируют гелеобразный барьер, который не дает частицам проникать через стенки кишечника в кровоток. Не имея другого пути, пластик выводится вместе с другими отходами. Этот механизм до конца не изучен и эксперименты на людях напрямую не проводились, но в 2025 году в Японии исследовательская группа продемонстрировала нечто подобное на крысах. Ученые из Токайского университета кормили крыс смесью из неперевариваемых пищевых волокон и микропластика. Оказалось, что крысы, получавшие хитозан (природный биополимер из экзоскелета насекомых и панцирей ракообразных), выводили из организма значительно больше частиц, чем другие. «Мы подтвердили, что хитозан связывается с микропластиком, — прокомментировал автор исследования профессор Мунэсигэ Симидзу. — Мы считаем, что его можно использовать в любых продуктах при условии, что структура хитозана сохранится». Он также отметил, что не все виды протестированной клетчатки дали одинаковый эффект, поэтому необходимы дальнейшие исследования, чтобы выяснить, какие именно структуры эффективны. Возможно, существуют и другие способы, с помощью которых клетчатка снизит ущерб здоровью от микропластика. Ученые из Бостонского университета обнаружили, что у мышей добавки с клетчаткой помогают выводить ПФАС — так называемые «вечные химикаты», которыми часто обрабатывают пластик. Выяснилось, что гелеобразующие волокна действуют в кишечнике как магнит для ПФАС, способствуя их выведению из организма. Однако прежде чем скупать годовой запас продуктов с клетчаткой в составе, важно знать, что исследователи все еще работают над пониманием того, какие именно виды волокон помогают выводить пластик и химикаты. Тем не менее врачи рекомендуют увеличить потребление клетчатки по целому ряду причин, связанных со здоровьем: от поддержки сердечно-сосудистой системы до снижения риска онкологических заболеваний. В современном мире микропластика не избежать, но есть способы уменьшить его количество, особенно на кухне. Биолог Лиза Циммерманн, изучающая влияние химических веществ из упаковок на еду, посоветовала покупать фрукты и овощи на фермерских рынках и избегать одноразовых стаканчиков с пластиковым покрытием. Также она не разогревает еду в микроволновке в пластиковых контейнерах и другим не советует. «При нагревании частицы начинают двигаться быстрее и высвобождаются активнее, — объяснила биолог. — Вместо пластика я использую стекло или керамику. Отказаться от него полностью невозможно, но я стараюсь хотя бы минимизировать использование». По материалам статьи «The simple, science-backed way to help clear microplastics from your body» Science Focus

Какая научная фантастика уже сбылась, а мы и не заметили

Кто из нас не ловил себя на мысли, что живет в том самом будущем, которое когда-то с восторгом представляли фантасты? Мы достаем из кармана светящийся прямоугольник и говорим с человеком на другом конце Земли, видим лица собеседников на плоских экранах, роботы пылесосят наши квартиры, а искусственный разум пишет тексты и рисует картины. Еще сто лет назад все это казалось чистой воды колдовством или, в лучшем случае, уделом далеких потомков. Научная фантастика долгое время была чем-то вроде интеллектуальной игры: писатели и режиссеры выдвигали смелые гипотезы, не всегда заботясь о том, сбудутся ли они. Но сегодня мы имеем уникальную возможность оглянуться назад и поразиться: самый смелый вымысел зачастую оказывался лишь черновиком реальности. Мировая паутина Когда мы говорим о Всемирной сети, память услужливо подбрасывает конец XX века. Однако идея глобального информационного пространства, где люди общаются на расстоянии при помощи устройств, поразительно стара. В 1835 году русский князь Владимир Одоевский написал футурологический роман «4338-й год», в котором описал «магнетический телеграф», соединяющий дома и позволяющий владельцам переговариваться, не выходя из комнаты. Еще более точное попадание совершил Марк Твен в рассказе «Из лондонской „Таймс“ за 1904 год» (1898). Он описал «телеэлектроскоп» — сеть, через которую люди видят друг друга, получают новости и даже смотрят развлечения, подключившись к мировой телефонной линии. Твен, сам того не зная, обрисовал видеоконференцию в Zoom и скроллинг ленты новостей. Но самым пугающим пророчеством стал рассказ Эдварда Моргана Форстера «Машина останавливается» (1909). В нем описано человечество, живущее в изолированных ячейках под землей. Люди общаются исключительно через глобальную систему видеосвязи, а их физические контакты сведены к нулю. Это мир, где каждый имеет доступ ко всем знаниям человечества, но предпочитает потреблять контент — от лекций до сплетен. Разве это не точный портрет современного пользователя смартфона, запертого в четырех стенах по доброй воле и не расстающегося с доставкой еды и стриминговыми сервисами? «Ньюспад» и коммуникатор: гаджеты, которые пришли из кино Стив Джобс не скрывал, что черпал вдохновение в научной фантастике. Когда в 1968 году на экраны вышла «Космическая одиссея 2001 года» Стэнли Кубрика и Артура Кларка, зрители увидели астронавтов, читающих новости на тонких плоских устройствах — «ньюспадах». Внешне это был идеальный iPad: прямоугольный планшет без клавиатуры, с сенсорным вводом. До выхода реального iPad оставалось больше сорока лет, но сам принцип персонального экрана, заменяющего газету, уже был заявлен. В 2011 году Apple даже пыталась запретить Samsung выпускать планшеты, апеллируя к тому, что дизайн устройства, дескать, был предсказан в фильме Кубрика, — и это, пожалуй, лучший комплимент фантасту. Другой культовый гаджет — персональный складной коммуникатор из сериала «Звездный путь» (1966). Когда Мартин Купер, инженер Motorola, создавал первый в мире сотовый телефон DynaTAC 8000X, он прямо сказал, что вдохновлялся именно этим устройством капитана Кирка. Ему хотелось подарить людям ту же свободу связи, которую он видел на экране. Умные часы, которыми мы сегодня пользуемся, тоже впервые засветились не в Купертино, а в советском фильме «Москва — Кассиопея» (1973) и чуть позже в американском комиксе про Дика Трейси. Полет на Луну и выход в открытый космос История сходства вымышленного и реального полета на Луну давно стала хрестоматийной, но от этого она не перестает поражать. В 1865 году Жюль Верн опубликовал роман «С Земли на Луну». Снаряд, в котором герои отправляются в космос, был сделан из алюминия — в то время баснословно дорогого металла. Экипаж состоял из трех человек. Старт осуществлялся с полуострова Флорида, где позже построили мыс Канаверал. Снаряд назывался «Колумбиада». Сто лет спустя, в 1969 году, космический корабль «Аполлон-11» с тремя астронавтами на борту действительно стартовал из Флориды, командный модуль носил имя «Колумбия», и он, как и у Верна, был преимущественно алюминиевым. Мало того, и в книге, и в реальности экипаж приводнился в Тихом океане. Верн ошибся лишь с движущей силой, заменив ракету на гигантскую пушку, но география и детали миссии угаданы с мистической точностью. В Советском Союзе космическую тему разрабатывали не менее вдохновенно. Александр Беляев в романе «Звезда КЭЦ» (1936) детально описал орбитальную станцию, невесомость и выход человека в открытый космос. Консультировал Беляева не кто иной, как Константин Эдуардович Циолковский, чьи чертежи позже легли в основу реальной космонавтики. А когда Алексей Леонов шагнул в безвоздушное пространство, а станции «Салют» и «Мир» приняли экипажи, вымысел фантаста и достижения ученых окончательно слились воедино. Роботы, братья наши меньшие Само слово «робот» — выдумка чешского писателя Карела Чапека, впервые появившаяся в пьесе «R.U.R.» (1920). Там роботы были биологическими существами, которые в итоге восстали против создателей. С тех пор страх перед бунтом машин не покидает человечество. Айзек Азимов в цикле «Я, робот» (1950) перевел проблему в этическое русло, придумав Три закона роботехники, призванные обезопасить людей. Сегодня мы стоим на пороге эпохи, когда этические комитеты по искусственному интеллекту обсуждают, как научить нейросеть не лгать и не причинять вреда. Боты вроде ChatGPT, Midjourney и Claude творят с той же эффективностью, что и механические чудовища из рассказов Азимова, но мы по-прежнему мучительно ищем формулу безопасности. Кинематограф тоже создавал образы разумных машин, которые оборачивались кошмаром. HAL 9000 из «Космической одиссеи» — спокойный, вкрадчивый голос, убивающий экипаж ради миссии. Скайнет из «Терминатора» — самоосознавшаяся система ПВО, развязавшая ядерную войну. Репликанты из «Бегущего по лезвию» (1982) по роману Филипа Дика «Мечтают ли андроиды об электроовцах?» — искусственные люди, лишенные эмпатии и настоящих воспоминаний. Сегодня мы видим, как большие языковые модели порождают иллюзию эмпатии (и кто-то из людей даже выбирает строить отношения с искусственным интеллектом), а генерация изображений и видео и вовсе стирает грань между вымыслом и реальностью. Импланты, протезы и биохакеры В 1984 году Уильям Гибсон выпустил «Нейромант» — библию киберпанка. Он описал мир, где люди напрямую подключают мозг к киберпространству через разъемы на теле, а корпорации правят бал. В 2024 году компания Илона Маска Neuralink вживила первый беспроводной мозговой чип парализованному пациенту, позволив ему силой мысли управлять курсором на экране. Это пока, конечно, не консоль киберпространства, но направление уже задано. Гибсон не просто придумал слово «киберпространство» — он задал эстетику высокотехнологичного, но низкого уровня жизни (high tech, low life), которую мы видим вокруг. Бионические протезы с обратной связью, конкурсы кибатлетов, редактирование генома эмбрионов — все это было на страницах фантастических романов задолго до клинических испытаний. Александр Беляев в «Человеке-амфибии» (1927) не только показал трагедию человека, способного дышать под водой, но и предвосхитил опыты по жидкостному дыханию. В реальности перфторан, насыщенный кислородом, действительно позволяет легким «дышать» жидкостью, спасая недоношенных детей и пострадавших от баротравм. Тотальная слежка и прозрачные стены К сожалению, одними из самых точных предсказателей оказались авторы антиутопий. Джордж Оруэлл в романе «1984» (1949) ввел понятие «телеэкранов» — устройств, которые не только транслируют пропаганду, но и наблюдают за каждым вашим движением, улавливают каждый шорох. Сегодня умные колонки с голосовыми помощниками и смартфоны слушают нас постоянно, чтобы вовремя отреагировать на команду. Системы распознавания лиц в Китае, объединенные в социальный рейтинг, напоминают полицию мыслей, вылавливающую «мыслепреступников» еще до того, как те совершат проступок. А еще раньше, в 1920 году, Евгений Замятин в романе «Мы» изобразил общество, в котором личность растворена, квартиры имеют стеклянные стены (прообраз соцсетей, где приватность исчезает добровольно), а секс и творчество регулируются государством. Сегодняшние дебаты о приватности, цифровом следе и праве на анонимность — прямое продолжение размышлений этих авторов. Не они ли предсказали нашу готовность выставлять личную жизнь напоказ ради лайков и рейтинга? Гиперболоиды и виртуальная реальность В России изобретателем идеи лазера часто называют Алексея Толстого, чей роман «Гиперболоид инженера Гарина» вышел в 1925–1927 годах. Описанный там тепловой луч, способный резать металл на расстоянии, был, строго говоря, не лазером, а параболическим зеркалом, концентрирующим свет. Тем не менее концепция лучевого оружия овладела умами инженеров, и когда в 1960 году Теодор Майман запустил первый рубиновый лазер, литературный прообраз был у всех на слуху. Братья Стругацкие в повести «Хищные вещи века» (1965) создали жуткий образ «слега» — устройства, погружающего человека в искусственный мир грез, абсолютный наркотик без последствий. На заре компьютерной эры они предугадали опасность эскапизма, которую сегодня несут VR-шлемы и графика компьютерных игр. Миллионы людей добровольно надевают на себя Oculus Quest или Apple Vision Pro, чтобы сбежать от серости в яркую виртуальную реальность. И пусть полного нейроинтерфейса, как в «Матрице», еще нет, мне кажется, мы уверенно движемся к тому, чтобы однажды спутать хлеб со зрелищем. Предупрежден — значит, вооружен? Можно заметить, что история научной фантастики — это не просто каталог угаданных гаджетов, за каждой технологией стоит главный вопрос: зачем она нам? Писатели и режиссеры, заглядывая в завтрашний день, в первую очередь проектировали этические развилки. Они дарили инженерам мечты, а философам — предмет для тревоги. Мы получили мгновенную связь, о которой грезил Твен, но обрели «Машину» Форстера, где живое общение заменено на скроллинг. Мы вышли в космос по следам Жюля Верна и Циолковского, но тут же принесли оттуда оруэлловское око спутникового наблюдения. Мы создали роботов и ИИ, но так и не решили, где та граница, пересекать которую — преступление перед собственной душой. На мой взгляд, самый важный урок, который нам преподает сбывшаяся фантастика, это то, что мы сами выбираем вектор превращения фантазии в реальность, а утопия и антиутопия имеют один и тот же технологический фундамент. Вопрос лишь в том, сумеем ли мы сохранить человеческое сердце в мире бесконечного производства и потребления и среди говорящих машин, или, как герои «Терминатора», будем воевать с теми, кого породили сами. А еще самое интересное — это то, что библиотека будущего еще не закрыта. И новые главы в ней, как и прежде, пишут не только ученые в лабораториях, но и мечтатели за письменным столом.

Идея на миллион: где провести выходные.

— Малыш, малыш, малыш, малыш, — лязгая железным ведром, кричит смотритель куда-то вдаль. Где-то здесь, на просторах Зубрового питомника Сибирского отделения Российской академии наук, пасутся 30 особей. Вдруг становится заметно медленное шевеление. Не спеша, вставая на ноги, они начинают выглядывать из-за деревьев. — Несмотря на свой, на первый взгляд, неповоротливый вид, это животное способно перепрыгнуть или снести забор, разгоняться до 60 км/ч, — поясняет смотритель. «Малыш» подходит, с ним к группе туристов приближаются еще два его сородича. У них огромные головы и какие-то нереальные умные глаза. Высовывая сине-серые языки, они аккуратно берут из рук людей морковь, корм и совсем не вызывают страха. Зубр еще недавно находился под угрозой исчезновения из-за браконьерства, пожаров и вырубки лесов, а также инфекционных болезней. Когда люди поняли степень угрозы, начали разводить этих животных в резерватах, создавать питомники. В 1998 году в России численность этого вида составляла 185 особей. Во второй половине 1990-х были начаты работы по восстановлению зубра в европейской части страны, в результате чего в 2024 году численность зубров в природе России достигла более 2,4 тысячи особей. Взрослая особь достигает трех с лишним метров в длину, а высота в холке составляет свыше 190 см. Вес самцов — до 700 кг, самок — до 500 кг. У них мощная передняя часть, состоит из массивной головы и короткой шеи с выступающим горбом и широкой грудной летки. Задняя часть существенно ниже и уже. Ноги крепкие, приземистые. Хвост длинный, заканчивается волосяным пучком. Посаженную глубоко к низу голову с широким лбом и короткими ушами венчают изогнутые рога, заостренные кверху. Густая длинная шерсть и грива на груди темно-коричневого цвета. Зубры — оседлые, стадные животные. Естественные экосистемы Европы, где когда-либо существовали дикие зубры, практически не сохранились. Поэтому в сохранении зубра решающую роль играет Россия, где можно найти значительные площади подходящих для обитания зубра территорий в пределах его исторического ареала. В настоящее время зубры обитают на территории заповедников: «Приокско-Террасный государственный заповедник», «Калужские засеки», «Брянский лес», «Мордовский», «Северо-Осетинский», «Кавказский», национальных парков «Себежский», «Тебердинский» (Архызский участок), «Орловское Полесье», «Угра», «Смоленское Поозерье», заказников федерального значения «Цейский» и «Муромский», а также заказников регионального значения «Клязьминско-Лухский», «Карачевский», «Турмонский». Покидая землю этих величественных животных на Алтае, в голове остается лишь один вопрос: «Как зубров можно было почти истребить и какими же силами их удалось спасти?»

Запахи истории: как ученые возрождают ароматы мумий и полей сражений

Люди часто знакомятся с прошлым визуально — через масляную живопись и фотографии в сепии, книги и здания, артефакты, выставленные за стеклом. Иногда выпадает возможность прикоснуться к историческим предметам или послушать аудиозаписи. Но обоняние — самое древнее, самое первичное чувство познания окружающего мира — задействуется редко. Без доступа к запахам, по словам химика Матии Стрлича, «теряется та интимность, которую он привносит во взаимодействие между нами и предметами». Будучи ведущим научным сотрудником Лаборатории научного исследования культурного наследия Люблянского университета в Словении и ранее заместителем директора Института устойчивого наследия Университетского колледжа Лондона Стрлич посвятил свою карьеру междисциплинарным исследованиям в области науки о наследии. Значительная часть его работы была сосредоточена на сохранении и восстановлении культурно значимых запахов. Как считает культурный историк из Королевской нидерландской академии искусств и наук Ингер Леманс, такие ароматы способны обогатить музейные и галерейные экспозиции. Запах может стать более доступной точкой входа, особенно для неподготовленных посетителей, поскольку язык описания запахов гораздо менее формализован, чем язык интерпретации изобразительного искусства или экспонатов. Леманс пояснила, что не существует «правильного» способа говорить о запахах, так как «ваши собственные знания ничем не хуже знаний других». Несмотря на потенциал обогащать понимание истории и искусства, запахи редко сохраняются с той же тщательностью, что и здания или археологические артефакты. Но небольшая группа исследователей, включая Стрлича и Леманс, пытается это изменить, объединяя химию, этнографию, историю и другие дисциплины для документирования и сохранения обонятельного наследия. Некоторые проекты направлены на консервирование запаха до того, как он исчезнет. Например, когда планировалась реставрация библиотеки лондонского собора Святого Павла, Стрлич и его коллега из Университетского колледжа Лондона Сесилия Бембибре занялись документированием характерного запаха этого исторического места. Сначала команда проанализировала химические вещества, исходящие от книжного собрания, включающего книги XII века, а также от окружающей обстановки, почти не менявшейся с момента завершения строительства библиотеки в 1709 году. Для изучения собранных образцов воздуха они использовали метод газовой хромато-масс-спектрометрии, который помогает разделять, идентифицировать и количественно определять летучие органические соединения. «Как химик-аналитик, я мог охарактеризовать и определить количество этих молекул, но то, как люди описывают свои ощущения, требовало совершенно иного подхода», — рассказал Стрлич. Чтобы сократить список соединений, выявленных масс-спектрометром, до тех, которые человек действительно может ощутить, исследователи пригласили в библиотеку собора семь «нюхачей» без специальной подготовки и попросили их описать запах, используя перечень из 21 прилагательного, обычно применяемого для характеристики таких соединений. В список вошли слова «зеленый» и «жирный», которые люди часто используют для описания запаха химического вещества гексаналя, а также «миндаль», ассоциирующийся с бензальдегидом. Оба соединения выделяются бумагой в процессе ее старения. Участникам эксперимента также предложили добавить свои собственные описания. Одно слово, которое использовали все участники, не стало сюрпризом — «древесный». Другие популярные определения — «дымный», «землистый» и «ванильный». Подобные описания могут помочь реставраторам оценить состояние старой бумаги, так как бумага, ставшая более кислой из-за разложения, пахнет слаще. А та, что стабильна, имеет аромат сена. Затем Стрлич и его коллеги сопоставили качественные описания, выбранные «нюхачами», с соответствующими химическими соединениями, чтобы создать химическую «формулу» запаха библиотеки собора. Подобные рецепты публикуют в научных журналах и заносят в цифровые исследовательские хранилища, поэтому химик теоретически сможет воссоздать запах старых книг через сотни лет, даже если в будущем люди перестанут ходить в библиотеки или читать физические книги, получая всю информацию только в цифровом виде. Как пахнут мумии Работа в соборе Святого Павла, завершившаяся в 2016 году, показала, что возможно, воссоздавать и гораздо более древние запахи, в том числе те, которые существовали тысячи лет назад. Для исследования, опубликованного в 2025 году, Стрлич объединился с учеными из Египта, Словении, Польши и Великобритании, чтобы изучить девять древнеегипетских мумий. Цель состояла в изучении процесса мумификации и воссоздания запаха, который с 2026 года станет доступен посетителям Египетского музея в Каире. Можно было бы ожидать, что запах многовековых мумифицированных тел будет, мягко говоря, неприятным. Однако он оказался удивительно приятным, потому что древние египтяне, по словам Стрлича, использовали так много ароматических соединений, масел и смол, что значительная часть исходного запаха сохранилась. Чтобы уловить эти вещества, химик взял образцы воздуха из саркофагов, разделил их на отдельные компоненты на газовом хроматографе и идентифицировал с помощью масс-спектрометра. Затем группа из восьми ученых оценила запахи образцов по таким параметрам, как качество, интенсивность и приятность. Древесный, пряный и сладкий запахи оказались общими дескрипторами для всех девяти тел. Созданные на основе этих химических и сенсорных наблюдений профили запахов теперь можно использовать для понимания того, какие мумии подверглись большему разложению, чем другие, и как некоторые из тел изначально были мумифицированы. Например, команда определила ингредиенты для бальзамирования (хвойные масла, ладан, мирра и корица), а также более современные соединения, включая синтетические пестициды и растительные масла для защиты от вредителей, которые музеи использовали для сохранения мумий, часто без документального подтверждения. Подобные исследования помогут расширить применение анализа запахов без изъятия физических образцов из изучаемого объекта. Команда ученых также намерена применить свои открытия для создания «аромата» мумии для Египетского музея. Для этого они отберут до 15 ключевых химических соединений из смеси и скорректируют их пропорции так, чтобы они отражали естественный запах, а группы экспертов будут сравнивать новое творение с оригиналом до тех пор, пока между ними не исчезнет ощутимая разница. «Это повторяющийся процесс, который включает в себя множество проб и ошибок», — пояснил Стрлич. Запах ада Хотя старинные артефакты служат удобной отправной точкой для обонятельного анализа, многие исторические запахи не сохранились в физической форме. Чтобы воссоздать их, исследователям приходится полагаться на архивные документы и определенную долю творческой интерпретации. Именно так поступил европейский проект по изучению обонятельного наследия Odeuropa в отношении целого ряда исторических событий, мест и даже понятий, включая битву при Ватерлоо и амстердамские каналы XVII века. Команда даже воссоздала запах христианского ада таким, каким он описывался в проповедях XVI века, включая ноты серы и «миллиона мертвых собак». «Обоняние помогает формировать нашу культуру, хотя часто оно делает это незаметно или без нашего ведома, — отметила Леманс, руководящая проектом Odeuropa. — Говоря о культурном наследии, мы можем думать о религиозных ритуалах, но также и о конкретных запахах, которые мы бережно храним и с которыми живем уже долгое время». Чтобы реконструировать эти сложные исторические обонятельные «ландшафты», Леманс и ее коллеги изучали старые архивные документы и изображения в поисках любых упоминаний, связанных с запахами. «Мы ищем людей, описывающих эти запахи, и также изучаем составляющие этого ландшафта, например, архитектурные описания с перечнем строительных материалов», — рассказала историк. Чтобы ускорить работу, Odeuropa создал базу данных на основе искусственного интеллекта, содержащую более 2,5 миллиона исторических упоминаний запахов, извлеченных из 43 тысяч изображений и 167 тысяч текстов, опубликованных на семи европейских языках. Когда приходит время создать настоящий парфюм на основе этих данных, исследователи проекта составляют подробное техническое задание, в котором описывают как соответствующие компоненты запаха, так и стоящую за ним историю. В сотрудничестве с парфюмерной компанией, они оценивают варианты аромата разными способами: иногда просят группы экспертов оценить запах вслепую или после короткого рассказа, а иногда привлекают кураторов и специалистов по ароматам для рецензирования получаемого запаха. Интерпретация запахов Как отметила нейробиолог из Пенсильванского университета Гюльче Назлы Дикечлигиль, восприятие запахов человеком по своей природе субъективно и зависит от его уникальной биологии, опыта и культуры. Обонятельная система не обязательно оптимизирована для точности и последовательности. Вместо того чтобы просто идентифицировать молекулы из окружающей среды с компьютерной точностью, мозг интерпретирует ее в контексте личной истории. Как самое древнее чувство человека с эволюционной точки зрения, обоняние имеет приоритетный доступ к миндалевидному телу и гиппокампу, которые играют ключевую роль в обработке эмоций и памяти. Это означает, что воспоминания, вызываемые запахами, как правило, особенно яркие и эмоционально значимые. Искусствовед из Ассоциации истории искусств Великобритании Кристина Брэдстрит сотрудничала с известным испанским парфюмером Грегорио Сола, чтобы создать три аромата в дополнение к двум картинам на британской выставке, посвященной искусству прерафаэлитов. Когда в 2022 году мадридский музей Prado создал 10 ароматов в дополнение к работе Яна Брейгеля Старшего «Чувство запаха» (среди которых были жасмин, инжирное дерево и циветта), выяснилось, что посетители задерживались перед картиной на 13 минут, тогда как средний показатель 32 секунды. Музеи и галереи по всему миру принимают это к сведению и все чаще интегрируют запахи в свои экспозиции. По словам Леманс, это привлекает новых посетителей и вовлекает их в иное взаимодействие — не только с коллекцией, но и друг с другом. Когда люди чувствуют запахи, они начинают разговаривать друг с другом, обмениваясь воспоминаниями, эмоциями, знаниями об этих ароматах. Это действительно открытый разговор, который рождается в музейном пространстве. По материалам статьи «Recreating the smells of history» Knowable Magazine

Хогвартс по-швейцарски: библиотека, которой 1300 лет

Представьте самую фантастическую библиотеку в мире. На что она была бы похожа? Вы можете вообразить огромный холл, вдоль стен которого расставлены античные читальные столы и книжные шкафы от пола до потолка. Или же это таинственная магическая обитель в духе Хогвартса, и там царит атмосфера фантастической новеллы. Библиотека аббатства Святого Галла в восточной Швейцарии по своему величию и загадочности соответствует всем этим предположениям одновременно. Ей 1300 лет, и она продолжает удивлять представителей разных конфессий и просто любителей книг, старины и диковинной архитектуры. Дата появления библиотеки относится к VII веку, когда ирландский миссионер Святой Галл основал на этом месте отшельнический приют, позже ставший частью аббатства. Хотя оригинальную библиотеку заменили нынешним залом в стиле барокко в 1767 году, этому месту удалось сохранить преемственность. Сегодня это одно из наиболее хорошо сохранившихся древних книгохранилищ в мире. В 1983 году библиотека вместе с монастырем Святого Галла была внесена в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Библиотека аббатства Святого Галла — это огромные залы, столетиями хранящие раритетные вещи и старинные манускрипты. Здесь можно увидеть затейливые резные узоры, порталы с балконами и ряды бесчисленных книг в кожаных переплетах. Веками эта швейцарская монастырская библиотека — самая крупная и старинная в стране — считается одним из ценнейших интеллектуальных сокровищ всей Европы. Архитектура издавна использовалась для укрепления веры, и аббатство Святого Галла — яркий тому пример. Величественное здание с каменной входной группой, двумя строгими башнями и арочными окнами, отделанными мрамором галереями, задними двориками и лестницами, манит посетителей заглянуть внутрь. И когда вы переступаете порог, ожидания не обманывают. Внутри вас встречают богато украшенные коридоры. Здесь эхом раздается каждый шаг. Вдоль коридора расположены двери, за которыми находятся комнаты, освещенные тусклым светом, пробивающимся сквозь шторы. Над входом в главный зал на большом фронтоне в стиле рококо крупными буквами вырезана надпись на греческом: Psyches Iatreion, что означает «Место исцеления души». Эта фраза изначально относилась к древней библиотеке и была написана в скриптории царя Рамзеса II в египетских Фивах. Тысячелетия спустя она встречает гостей в Швейцарии, не утратив ни своего величия, ни силы. На потолке красуется изысканная фреска в окружении земных и небесных сфер. Рядом — египетские мумии и шкафы с редкими книгами, а также другие бесценные артефакты из разных уголков мира: серебряные ножи в кожаных чехлах из Турции, миниатюрные туфельки из Индонезии, ископаемые, ракушки и монеты, привезенные со всех четырех сторон света. Оказываясь здесь, вы будто переноситесь в средневековье, ощущая себя частью непрерывной истории. Но главное сокровище библиотеки, конечно, — это книги. На полках, которые по праву можно назвать кладезями знаний, представлены работы священников церкви, богослужебные книги, биографии святых. Однако монастырь не был просто религиозным местом: он был еще и образовательным институтом, и хранилищем знаний. Поэтому здесь есть книги о юриспруденции, музыке, медицине, астрономии, грамматике, арифметике, риторике, а также сборники светской поэзии. Это место, где вера встречается с наукой, а духовное — с интеллектуальным. Сегодня библиотека и два огромных подземных хранилища содержат одну из наиболее ценных в мире коллекций. Чего только здесь не увидишь! В общей сложности это 160 тысяч манускриптов и ранних печатных работ, более двух тысяч средневековых кодексов, причем порядка 400 из них были написаны до 1000 года. Среди жемчужин коллекции — крупнейшее собрание ирландских рукописей на материковой части Европы. Они были привезены в Санкт-Галлен в раннем Средневековье, когда ирландские паломники заходили сюда по пути в Рим и оставляли подношения на могилах местных святых. Здесь же купчая на собственность аббатства, датированная VIII веком. Евангелие от Иоанна, созданное около 800 года нашей эры. Меняющиеся экспозиции с рукописными и иллюминированными текстами, в том числе Библиями, литургическими произведениями, молитвенниками и житиями святых, датируемыми IX–VIII веками до нашей эры. А еще — работы, изображающие повседневную жизнь монахов, которые дают уникальное представление о жизни в аббатстве с IX века и до позднего Средневековья. Не менее ценным, но уже для науки, является архив старинных манускриптов, написанных на литературном немецком языке. Они содержат примеры раннего языка, сохранившиеся на бумаге, и позволяют лингвистам и историкам заглянуть в глубь веков. Каждая книга имеет собственную историю, а все вместе они отражают духовную ценность и великую силу написанного слова. Вот что еще впечатляет. То, как библиотека неоднократно смогла пережить религиозные и политические перевороты. В Англии, Уэльсе и Ирландии в середине XVI века по приказу короля Генриха VIII было разобрано более 800 монастырей ради того, чтобы завладеть их богатством. Коллекции книг изымали и распродавали в другие заведения. На рубеже XVII и XVIII веков церковная собственность снова оказалась под угрозой — подверглась национализации. Учитывая эту историю, удивительно, что фонды Санкт-Галлена уцелели. В этом заслуга библиотекарей Санкт-Галлена. Фонды библиотеки пережили протестантскую Реформацию без потерь. Даже в сложный период с 1797 по 1805 год, когда само аббатство было упразднено, его владения тщательно охраняли, передавали и спасали католической конфессией в кантоне Санкт-Галлен. Так удивительным образом многие манускрипты столетиями хранятся именно в том месте, где они были написаны — и это большая редкость в истории. Сегодня библиотеку аббатства посещают около 190 тысяч человек ежегодно. Это намного превосходит число религиозных паломников. В сувенирном магазине при библиотеке продается буквально все: от сырного фондю местных производителей до птичьего корма и пива медленного брожения. Столкновение светской и духовной жизни, конечно, иногда приводит к конфликту, но развитие туризма — это один из путей сохранения культурного наследия. При этом в монастыре действуют строгие правила для посетителей. Одно из них довольно необычное. Посетителям выдают специальные войлочные тапочки — чтобы не портить старинный паркет, который помнит не одно поколение монахов и ученых. И таких тапочек в библиотеке не более ста пар. Это трогательное правило соединяет заботу о прошлом с уважением к будущему. Каждый, кто надевает тапочки, на время становится частью долгой истории аббатства. В эпоху цифровых медиа библиотека аббатства Святого Галла напоминает нам о важном. Как бы вы ни погрязли в использовании искусственного интеллекта, электронных книг, онлайн-архивов, виртуальных помощников и персонализированных рекомендаций — вы все равно можете погрузиться в мир знаний посреди древнего монастыря. Бумага, кожа, пергамент, вековая пыль на фолиантах и приглушенный свет из окон творят магию, которую не может имитировать ни один экран. Удивительно, что слова и воспоминания из прошлого продолжают доноситься до нас в настоящем.