В этой статье есть спойлеры к фильму «Круэлла»! Это игровое кино с элементами анимации от студии Disney повествует о ранних годах вымышленной ненавистницы далматинцев Круэллы де Виль. Кинокартина присоединилась к тенденции других фильмов, которые стремятся вызвать сочувствие к отрицательным героям, особенно к злодеям из мультфильмов и комиксов нашего детства. Теоретически «Круэлла» задает сложный вопрос: какая трагическая предыстория может заставить аудиторию посочувствовать злодею, который хочет убить и снять шкуру со щенков? На практике, однако, этот великолепный, но предсказуемый фильм очень мало рассказывает нам о психологии зла, но много — о состоянии сегодняшнего Голливуда. Критики выразили аналогичное беспокойство по поводу того, что «Джокер» 2019 года очеловечивает злодея, который в предыдущих фильмах «просто хотел посмотреть, как горит мир». Но если уж на то пошло, «Круэлла» — кинематографическая раскраска по номерам — показывает, что мы всегда были очарованы историями о происхождении зла. Фильм можно охарактеризовать как сборник утомительных старых сюжетов в ослепительно модном тренчкоте. Подобно Эльфабе из мюзикла «Злая», юная Эстелла (настоящее имя Круэллы) с самого начала отмечена как изгой из-за своей неестественной внешности. Она выдающаяся, но проблемная, над ней издеваются одноклассники, как над злым гением Мегамозгом из одноименного мультфильма или как над девочкой-подростком из романа Стивена Кинга «Кэрри». Падение Эстеллы начинается с убийства ее матери самовлюбленной иконой моды по имени Баронесса. Подобно Уолтеру Уайту из сериала «Во все тяжкие», Эстелла берет себе темное альтер эго — Круэллу, — чтобы спрятаться за ней, когда требуется акт мести. Как и Люк Скайуокер из «Звездных войн», она обнаруживает, что ее заклятый враг на самом деле является ее биологическим родителем. И, как бесчисленные злодеи из комиксов, она скрепляет свое превращение фальшивой смертью и сменой имени, заявляя, что Эстелла «мертва» и осталась только Круэлла. Примечательно, что отсутствуют какие-либо по-настоящему злые дела со стороны Круэллы. Ни один человек, не говоря уже о собаке, не пострадал в фильме. Круэлла мучается из-за того, что она злая и плохая, но ее злодейства сводятся к срыву модных показов. В какой-то момент Баронесса убеждена, что Круэлла убила и сняла шкуру с ее трех далматинцев, но это оказывается уловкой, так как девушка забирает собак в качестве домашних животных. Эта версия Круэллы является не апологетизмом или ревизионизмом: это практически фильм о другом персонаже. Эффект «вселенной» Голливуда «Круэлла» и «Джокер» — это не просто истории о том, почему современные зрители тянутся к злодеям. Они рассказывают нам другую историю: как крупные голливудские студии справляются с изменяющейся аудиторией и рыночными условиями. Первая тенденция, которую они раскрывают, — это стремление к созданию расширенных сюжетных миров на основе существующих характеристик. Сегодня в Голливуде правят «вселенные»: вселенная Marvel, вселенная «Звездных войн», миры Гарри Поттера или «Властелина колец». Когда мы как потребители средств массовой информации окружены огромным количеством каналов и вариантов выбора, облегчение этого выбора (предлагающее нам больше того, что мы уже знаем и что нам нравится) является верным способом для продюсеров выделиться и снизить риск провала нового фильма. Как и предыстории, рассказанные в таких кинокартинах, как «Хан Соло» или серия фильмов «Фантастические твари», «Круэлла» предлагает заглянуть в ранее неизведанный уголок уже известной и любимой истории. Эта производственная стратегия превращает линейное повествование с определенным началом и концом в огромные миры, в которые аудитория может продолжать возвращаться. Решение рассказывать более мрачные, более зрелые истории, исследующие внутренний мир злодеев, отражает стремление студий расширить свою аудиторию. Ключевая целевая аудитория — взрослые, которые выросли на фильмах «Диснеевского ренессанса» 1989-1999 годов, включая «Русалочку» (1989 год), «Красавицу и чудовище» (1992 год) и «Короля Льва» (1994 год). Студии стремятся привлечь внимание этой группы уже как родителей, имеющих своих детей, которые теперь покупают игрушки и Хэппи Милы. Мы видим ностальгию по 1980-м годам в популярной культуре последних 15 лет: от «Очень странных дел» до недавних ремейков классических анимационных фильмов «Ши-Ра» и «Хи-Мен». Обещая рассказывать неописуемые истории и отвечать на вопросы, на которые нет ответов, зрелые переосмысления привлекают поклонников, которые годами пересматривали оригиналы. Эти более мрачные и сложные кинокартины также нацелены на достижение престижа и культурного признания для жанров, которые обычно считаются низкопробными или детскими: супергеройское кино, фэнтези и анимация. Стремясь рассказывать морально сложные и психологически реалистичные истории, студии, такие как Disney, пытаются расширять и улучшать свои бренды — особенно важная стратегия для конкуренции на рынке потокового контента. Научные работы 2015 года исследователей из США показывают, что престижный оригинальный контент, который привлекает элитную взрослую аудиторию, является главной привлекательностью для таких платформ, как Netflix. «Круэлла» с ее сложными длинными кадрами и великолепным дизайном костюмов полна кинематографического хвастовства — это именно то, что требуется потоковому сервису Disney+ для собственного признания. Мало что может быть более естественным, чем переосмысление вещей из детства, которые мы безоговорочно принимали. Повествование «Круэллы» в более серых тонах ничем не отличается от повествования, где все делилось на черное и белое. Эта тенденция отражает не столько внезапный культурный интерес к сочувствию злодеям, сколько желание студий удержать молодую аудиторию, которая теперь уже выросла. По материалам статьи «Cruella: why Disney and other studios are trying to invite sympathy for devilish characters» The Conversation