Добрым людям не следует жертвовать этим, даже ради любимых

Доброта теряет силу, когда превращается из заботы в самопожертвование. Вы помогаете, потому что так велит сердце, потому что любить — значит ставить других выше себя. Но со временем это может стать опустошающей ловушкой. Даже любовь не оправдывает отказ от собственных границ. Только сохраняя их, можно любить искренне, а не из чувства долга. Поэтому не стоит жертвовать следующими границами. 1. Своими главными ценностями и моральными принципами В глубине души вы знаете, когда что-то кажется неправильным, даже если вы делаете это ради того, кого любите. Добрые люди часто убеждают себя, что отказ от своих моральных принципов свидетельствует о верности и преданности. Вы говорите себе, что один маленький компромисс не имеет значения, что любовь иногда требует трудного выбора. Но каждый раз, когда вы действуете вопреки своим убеждениям, что-то внутри вас ломается. Возможно, вы лжете, чтобы защитить кого-то от необходимых последствий. Или вы молчите, когда видите поведение, противоречащее всему, за что вы выступаете. Или вы даже участвуете в действиях, которые заставляют вашу совесть кричать в знак протеста. Ваши ценности — основа вашего существа, они помогают вам преодолевать самые трудные моменты жизни. Когда вы отказываетесь от них ради других, вы теряете свои моральные ориентиры, а с ними и собственное «я». Истинная любовь никогда не требует от вас стать кем-то другим. Люди, которые заботятся о вас, уважают ваши границы и ищут решения, не требующие от вас поступаться убеждениями. Ваши принципы заслуживают защиты, особенно от вашего собственного доброго сердца. 2. Своим психическим здоровьем и эмоциональным благополучием Забота о других подразумевает, что вы ощущаете их эмоции и разделяете их проблемы. Вы берете на себя их стресс, переживаете за их неприятности и готовы взять на себя ответственность, которая может оказаться слишком тяжелой для вас. Ваше сопереживание может казаться сверхспособностью, пока не начинает разрушать ваше равновесие. Бессонные ночи в беспокойстве о чужих бедах становятся обыденностью. Тревога становится постоянным спутником, когда вы пытаетесь исправить то, что, как вам кажется, сломано в жизни окружающих. Депрессия усиливается, когда ваши потребности отходят на второй план день за днем, месяц за месяцем. Ваше доброе сердце подсказывает вам, что хорошие люди готовы жертвовать своим эмоциональным благополучием ради других. Вы верите, что если будете много заботиться, отдавать и беспокоиться, то сможете как-то улучшить их жизнь. Однако когда вы взваливаете на себя ответственность, которая никогда не предназначалась вам, ваше психическое здоровье начинает разрушаться. Каждый человек имеет право на эмоциональный покой и психическую стабильность. Если вы нуждаетесь в помощи, не стоит стыдиться просить о ней. Устанавливать границы, когда вы понимаете, что не можете эмоционально справиться с чем-то, — это не эгоцентрично. Ваше психическое здоровье так же важно, как и здоровье других, и, заботясь о себе, вы становитесь опорой для окружающих. 3. Своей физической безопасностью Добрые люди часто недооценивают опасность, которая может грозить им, когда они думают о нуждающихся в помощи. Вы остаетесь в опасных ситуациях, потому что боитесь, что вас могут оставить. Вы игнорируете предупреждающие знаки, потому что не хотите, чтобы вас сочли равнодушным или осуждающим. Безопасность — это не только про явный физический вред. Жизнь в условиях хаоса, пренебрежение своим здоровьем или финансовые риски — все это тоже ставит под угрозу вашу безопасность. Вы можете оправдывать такой выбор как временные жертвы ради общего блага. Ваши защитные инстинкты, такие сильные по отношению к другим, будто исчезают, когда речь заходит о вас. Вы убеждаете себя, что ваша безопасность не так важна, как их потребности. Вы минимизируете риски и отговариваете себя от мер предосторожности, которые могли бы вас защитить. Любовь должна делать вас увереннее и защищеннее, а не уязвимее. Ваше благополучие — основа, на которой вы сможете помогать другим. Защита себя не эгоистична, а, напротив, обеспечивает ваше присутствие и заботу о тех, кто вам дорог. 4. Своей свободой воли Каждый день нам приходится принимать множество мелких решений, и порой добрые люди, стремясь осчастливить других, отказываются от собственных желаний. Вы автоматически выбираете чей-то любимый ресторан, место для отдыха или развлечения, считая свои предпочтения эгоистичными и потому неуместными. Проходят годы, прежде чем вы понимаете, что забыли, чего действительно хотите. Когда кто-то спрашивает вашего мнения, вы часто отказываетесь или сразу соглашаетесь с тем, что, как вам кажется, будет лучше для других. Из-за недостатка практики ваши навыки принятия решений ослабевают. Даже основные жизненные решения, такие как выбор места жительства, карьеры или видов досуга, становятся частью этого шаблона. Вы фильтруете все, что делаете, через призму пользы или удовольствия для окружающих. Вы убеждаете себя, что у бескорыстных людей нет личных желаний, а желание чего-то для себя делает вас поверхностными или требовательными. Но для того, чтобы отношения были настоящими, нужно, чтобы оба партнера были самостоятельными и могли осознанно выбирать вместе. Когда вы постоянно задвигаете то, чего хотите, вы лишаете отношения своей индивидуальности и предпочтений. Ваши желания и потребности заслуживают уважения, даже если они отличаются от желаний и потребностей других людей. 5. Своими мечтами, целями и стремлениями Ваши мечты могут показаться эгоистичными, когда кто-то другой нуждается в вашем внимании, времени или ресурсах. Вы можете откладывать свое образование, карьерный рост или отказываться от творческих занятий, потому что сосредоточенность на собственных целях кажется вам эгоцентричной на фоне трудностей, с которыми сталкиваются другие люди. Конечно, поддержка людей иногда требует корректировок ваших планов. Но добрые люди часто превращают эти временные паузы в постоянные жертвы. Вы говорите себе, что ваши мечты могут подождать, что они не так важны, как насущные потребности окружающих. Пока вы ждете «подходящего момента» для реализации своих желаний, жизнь проходит мимо вас. Вы наблюдаете, как другие люди делают карьеру, развивают навыки или создают произведения искусства, о которых вы всегда мечтали. Ваше великодушное сердце убеждает вас, что хорошие люди не стремятся к собственным амбициям, в то время как другие страдают. Отложенные мечты часто остаются несбывшимися. Ваши цели и стремления придают вашей жизни смысл и направление. Они представляют собой ваш уникальный вклад в развитие мира. Если вы откажетесь от них, то не сможете помочь другим и лишите мир того, что могли бы создать или кем стать. 6. Своими самоуважением и достоинством Вам легче мириться с неуважительным обращением, если вы думаете, что оно направлено на достижение какой-то высшей цели. Вы терпите оскорбления, пренебрежительные комментарии и поведение, которое унижает ваше достоинство, потому что считаете, что ваша терпимость свидетельствует о любви и смирении. Ваше доброе сердце воспринимает жестокое обращение как возможность обрести благодать. Вы находите оправдания такому обращению, которого никогда бы не допустили по отношению к своему другу. Когда другие указывают на то, как с вами плохо обращаются, вы оправдываете такое поведение или вините себя. Вы убеждаете себя, что по-настоящему хорошие люди не требуют уважения; они заслуживают его бесконечным терпением и пониманием. Однако достоинство нельзя заслужить, терпя плохое обращение. Самоуважение — это не эгоизм, оно необходимо для построения здоровых отношений с окружающими. Умение постоять за себя — это не только проявление силы характера, но и важный урок для окружающих. Оно помогает другим понять, как нужно к вам относиться. Кроме того, это способствует установлению здоровых границ, о которых, возможно, раньше никто не знал. Ваше самоуважение необходимо не только для вашего счастья, но и для примера того, какими должны быть здоровые отношения. 7. Своей финансовой стабильностью и уверенностью в завтрашнем дне Деньги — символ безопасности и свободы, но многие добрые люди готовы без колебаний пожертвовать своей финансовой стабильностью, когда кто-то нуждается в помощи. Вы можете опустошить свои сбережения, взять в долг или пренебречь своими финансовыми нуждами, веря, что щедрые люди делятся тем, что у них есть. Вы рассматриваете этот шаг как временную меру, которая поможет в решении проблемы. Но в результате ваши пенсионные фонды могут истощиться, а ваша финансовая безопасность оказаться под угрозой, пока вы сосредоточены на удовлетворении чужих насущных потребностей. Планирование собственного будущего может казаться эгоистичным, когда другие сталкиваются с трудностями сегодня. Вы говорите себе, что хорошие люди не копят ресурсы, пока другие обходятся без них. Ваши великодушные порывы могут преобладать над практической мудростью, когда речь заходит о долгосрочном финансовом благополучии. Но финансовая стабильность позволяет вам постоянно помогать другим на протяжении многих лет. Если вы пренебрегаете своей безопасностью, то в итоге не сможете помочь никому, включая себя. Защита вашего финансового будущего гарантирует, что у вас будут ресурсы, чтобы помогать другим. 8. Своей истинной сущностью и интересами Постепенно вы незаметно для себя начинаете подстраиваться под других. Ваши интересы меняются, чтобы соответствовать их интересам, ваша личность меняется, чтобы быть удобной для окружающих, а естественные причуды подавляются, чтобы избежать конфликтов или разочарований. Вы отказываетесь от хобби, которые когда-то приносили вам радость, потому что они отнимают время, которое вы могли бы посвятить помощи другим. Друзья отдаляются от вас, потому что вы больше не участвуете в делах, которые раньше были общими. Ваша уникальная точка зрения фильтруется через то, что, по вашему мнению, хотят услышать другие. Умение приспосабливаться кажется достоинством, пока вы не осознаете, что не узнаете себя. Вы настолько приспособились к потребностям и предпочтениям окружающих, что ваше подлинное «я» исчезло. Вы ошибочно принимаете это самоистязание за любовь. Отношения расцветают, когда два человека решают объединить свои жизни, а не когда один человек пытается стать копией другого. Ваши качества, интересы и взгляд на мир обогащают отношения, и их невозможно заменить. Сохранение вашей истинной личности делает ваши отношения крепче, потому что вы приносите в них свои уникальные дары. 9. Своим правом испытывать и выражать негативные эмоции Многие добрые люди считают, что они всегда должны быть позитивными, готовыми поддержать и эмоционально открытыми для окружающих. Они стараются подавлять гнев, потому что он может показаться недобрым, скрывают печаль, опасаясь, что это может быть тяжело для других, и сдерживают разочарование, чтобы сохранить мир. Из-за этого их эмоциональный мир сужается до тех чувств, которые считаются приемлемыми в обществе. Плохие дни становятся чем-то, что они не могут себе позволить. Когда у них возникают трудности, они чувствуют вину за то, что не могут удовлетворить чьи-то потребности. Они убеждают себя, что сострадательные люди не злятся, не чувствуют обиды и не выражают разочарование. Их естественные эмоциональные реакции воспринимаются как недостатки характера, а не как нормальные человеческие переживания, которые заслуживают признания и выражения. Однако эмоции выполняют важную функцию, даже если они вызывают дискомфорт. Гнев служит сигналом о нарушении границ, печаль — о потере, а фрустрация — о неудовлетворенных потребностях. Подавление этих чувств не делает вас лучше — оно делает вас менее искренним и в итоге менее способным к подлинным отношениям с окружающими. Вам не нужно приносить себя в жертву ради доброты Баланс — ключ к гармонии. Когда вы заботитесь о себе так же, как о других, жизнь становится легкой и наполненной. Отношения крепнут, ведь вы приносите в них цельное, а не истощенное «я». Энергия возвращается, когда вы перестаете отдавать ее туда, где нет отдачи. Те, кто любит вас по-настоящему, радуются вашему росту и здоровью. Любить по-настоящему — это помогать из изобилия, а не из долга. Даже говоря «нет», вы наполняете свои «да» смыслом. Со временем вина уступает место спокойствию: вы чувствуете, как выравнивается энергия, и доброта становится глубже. Ведь истинная забота о других невозможна без заботы о себе. Именно в этом сила и устойчивость любви. По материалам статьи «Kind people should never make these 9 sacrifices for someone (no matter how much they love them)» A Conscious Rethink

Книги, способные убить

Случалось ли вам встречать на страницах книг преступников, зомби или, к примеру, злых магов — всех тех, кто способен лишить жизни? Вы с абсолютной уверенностью ответите положительно. А как насчет того, что сама книга может убить? И не свалившись вам на голову, а если вы ее всего лишь коснетесь? В нашем современном обществе мы редко относим книги к опасным предметам. Однако некоторые книги настолько опасны, что требуют тщательной проверки, прежде чем попасть на полки библиотек, книжных магазинов или частных коллекций. «Ядовитая книга» — совместный исследовательский проект Музея, Сада и Библиотеки Винтертура и Делавэрского университета, посвященный каталогизации таких книг. Их интересует не содержание, написанное на страницах, а физические компоненты самих книг — в частности, цвета обложек. Недавно проект повлиял на решение об изъятии четырех английских книг из Национальной библиотеки Франции. Под подозрение попали двухтомник «Баллады Ирландии» Эдварда Хейза (1855 года), Антология переведенной румынской поэзии (1856 года) и книга Королевского садоводческого общества за 1862–1863 годы. В чем причина? Их яркие переплеты из зеленой ткани вызвали подозрения на содержание мышьяка. Это беспокойство связано с исторической практикой переплетного дела. В XIX веке, когда началось массовое производство книг, переплетчики перешли от использования дорогих кожаных переплетов к более доступным тканевым материалам. Чтобы привлечь читателей, эти тканевые переплеты часто окрашивали в яркие, привлекающие внимание цвета. Зеленый, желтый, красный Одним из популярных пигментов была зелень Шееле, названная в честь Карла Вильгельма Шееле, немецко-шведского химика, который в 1775 году обнаружил, что из меди и мышьяка можно получить ярко-зеленый пигмент. Этот краситель был не только дешевым в изготовлении, но и более ярким, чем зеленый карбонат меди, который использовался более ста лет. Зелень Шееле со временем утратила популярность, потому что имела тенденцию выцветать до черного цвета. Но новые красители, основанные на открытии Шееле, такие как изумрудный и парижский зеленый, оказались гораздо более долговечными. Они быстро нашли применение в различных изделиях, включая обложки книг, одежду, свечи и обои. Однако у этих пигментов был существенный недостаток: они легко разлагались, выделяя ядовитый и канцерогенный мышьяк. Частые сообщения о том, что дети на рождественских вечеринках отравляются зелеными свечами, рабочие фабрики, наносящие краску на украшения, бьются в конвульсиях и их рвет зеленой водой, а также предупреждения о ядовитых бальных платьях вызвали серьезные опасения по поводу безопасности этих зеленых красителей. Так, например, было установлено, что в одном только платье содержалось столько мышьяка, что способно было убить 10 человек. Мышьяк осыпался с платьев во время танцев, и это была настоящая пляска со смертью. Это приобрело настолько дурную славу, что в 1862 году сатирический журнал «Панч» опубликовал карикатуру под названием «Мышьяковый вальс», на которой были изображены танцующие скелеты — мрачный комментарий к смертоносной тенденции моды. Вредное воздействие этих пигментов привело к смерти Наполеона от рака желудка. Французскому императору особенно нравились новые зеленые цвета, настолько, что он приказал покрасить в любимый цвет свой дом на острове Святой Елены. Теория о том, что мышьяк, накопившийся в стенах, стал причиной его смерти, подтверждается высоким содержанием мышьяка, обнаруженным в образцах его волос. Несмотря на очевидную связь между зелеными пигментами и проблемами со здоровьем, токсичные обои продолжали выпускаться вплоть до конца XIX века. Однако зеленый — не единственный цвет, вызывающий беспокойство. Красный цвет также связывается с определенными опасениями. Ярко-красный пигмент киноварь был получен из минерала киновари, также известного как сульфид ртути. Это был популярный компонент красной краски, который использовали тысячи лет. Есть даже свидетельства того, что художники эпохи неолита страдали от отравления ртутью. Киноварь иногда появляется на мраморных узорах на внутренней стороне обложек книг. Желтый цвет также привлек внимание участников проекта «Ядовитая книга». В данном случае виновником является хромат свинца. Ярко-желтый цвет хромата свинца был любим художниками, и не в последнюю очередь Винсентом Ван Гогом, который широко использовал его в своей самой известной серии картин «Подсолнухи». Переплетчикам викторианской эпохи хромат свинца позволял создавать цветовую гамму от зеленого (получаемого путем смешивания желтого хрома с берлинской лазурью) до желтого, оранжевого и коричневого цветов. И свинец, и хром токсичны. Но желтые книги вызывают меньше беспокойства, чем зеленые и красные. Хромат свинца нерастворим, что затрудняет его усвоение. На самом деле, это все еще широко используемый пигмент. Практические советы Итак, что же вам следует делать, если вы наткнетесь на книгу, изданную в зеленой обложке в XIX веке? Во-первых, не стоит слишком беспокоиться. Ученые уже разработали строгий протокол безопасности, призванный минимизировать риск отравления: • Ключевой момент — избегать прямого контакта кожи с материалами книг. Перчатки — обязательный атрибут при работе с такими изданиями. Мельчайшие частицы токсинов легко проникают в организм через кожу, вызывая серьезные заболевания, вплоть до летального исхода. • Категорически запрещается принимать пищу и напитки во время работы с викторианскими книгами. • Необходимо исключить любое касание лица, в том числе глаз, носа и рта, руками, которые контактировали с книгами. Любое неосторожное прикосновение может привести к попаданию ядовитых веществ в организм. • После завершения работы обязательно тщательно вымыть руки. Кроме того, все поверхности, на которых могли оказаться частицы опасных веществ, должны быть очищены специальными дезинфицирующими средствами. Чтобы помочь в выявлении потенциально опасных книг, проект «Ядовитая книга» включил в свои исследования данные, полученные путем краудсорсинга. Теперь исследователи распространяют буклеты с предупреждениями о безопасности и образцами различных оттенков изумрудно-зеленого, чтобы облегчить их идентификацию. На данный момент они выявили более 238 образцов мышьяка со всего мира.

Аутентичность и эмоциональное выгорание в отношениях

Представьте, вы сидите со своим партнером, наслаждаетесь едой и обсуждаете события прошедших дней. Вы ведете себя как обычно: задаете вопросы, которые всегда задаете, смеетесь или проявляете интерес в нужные моменты. И ваш партнер отвечает вам тем же. Снаружи все выглядит замечательно, но внутри вы ощущаете какую-то пустоту в ваших отношениях, как будто чего-то не хватает. А что, если этот недостающий элемент — это вы сами? Как проявляется эмоциональное выгорание в отношениях? Подобно выгоранию на работе, выгорание в отношениях — это состояние эмоционального истощения и разочарования, которое возникает, когда ваши ожидания от партнера или от себя в этих отношениях становятся выше реально достижимой планки. Со временем, когда вы постоянно сталкиваетесь с препятствиями на пути к желаемому, вы можете почувствовать себя побежденным. Обида накапливается, и вы замыкаетесь в себе, в конце концов начиная играть роль со своим партнером, а не быть самим собой. Самое эффективное средство против такого эмоционального выгорания — это не больше общения или романтических свиданий. Это аутентичность. Исследование, опубликованное в 2025 году в журнале Current Psychology, показало, что пары, которые более открыты друг перед другом и делятся своими истинными чувствами, гораздо реже сталкиваются с эмоциональным выгоранием. Даже когда они сталкиваются с трудностями, такими как воспитание детей и финансовые проблемы, у этих пар уровень эмоционального выгорания остается более низким. Меньшее эмоциональное выгорание означает, что эти пары более открыты, доверяют друг другу и чувствуют себя комфортно в отношениях. Они также имеют более высокий уровень общего благополучия и удовлетворенности своим браком. Как аутентичность улучшает отношения? Подлинная аутентичность ставит под сомнение так называемую «перформативную гармонию», то есть стремление внешне соответствовать своему партнеру, хотя внутренне мы можем чувствовать себя неуютно. Когда мы прилагаем усилия, чтобы казаться спокойными, в то время как наше внутреннее «я» испытывает дискомфорт, возникает когнитивный диссонанс и напряжение. Играть роль, чтобы сохранить мир или не ощущать уязвимость, утомительно и требует больших эмоциональных ресурсов. Кроме того, когда мы скрываем свою истинную сущность, наш партнер не знает, что происходит у нас внутри. Эти невыраженные эмоции могут проявляться в виде защитного поведения, пассивно-агрессивных реакций или открытого гнева или фрустрации, что, в свою очередь, вызывает беспокойство у нашего партнера. Откровенно выражая свои истинные чувства, мысли и переживания, вы сохраняете свою аутентичность в отношениях. Это, в свою очередь, помогает вашему партнеру чувствовать себя более свободно и легко, поскольку он ощущает вашу поддержку и понимание. Когда ваш партнер отвечает взаимностью, близость между вами возрастает, и вы осознаете, что можете полностью расслабиться и наслаждаться вашими отношениями. Чувство признания, понимания и любви, когда нас принимают такими, какие мы есть на самом деле, обладает невероятной исцеляющей силой. Оно может почти мгновенно преобразить обычное общение в нечто поистине чудесное. Познакомимся с Эммой и Джеймсом Эмма и Джеймс были вместе уже шесть лет. Они редко ссорились, часто проводили выходные с друзьями и дважды в год отправлялись в отпуск. Со стороны их отношения казались гармоничными и бесконфликтными. Однако в глубине души Эмма ощущала одиночество. Не то чтобы Джеймс не замечал этого. Он замечал, но их разговоры часто оставались поверхностными. Когда Эмма чувствовала себя подавленной на работе, она просто улыбалась и говорила: «Я в порядке». Когда же Джеймс казался отстраненным, она не спрашивала, в чем дело, боясь показаться навязчивой. Со временем эта дистанция только увеличивалась. Однажды вечером, после напряженной недели, Эмма решила нарушить привычный ритм жизни. Вместо того чтобы сказать «Все в порядке», она произнесла: «В последнее время я чувствую себя очень отдаленной от тебя, и я не знаю, как это исправить». Джеймс, удивленный, замолчал. Он признался, что испытывал те же самые чувства, но не хотел усугублять ситуацию, поднимая этот вопрос. Однако каким бы неприятным он ни был, этот разговор стал началом чего-то нового: близости и более содержательных бесед. Вместо того чтобы отмахиваться от своих мелких разочарований, они начали делиться ими друг с другом. Они заставили себя говорить о своих обидах и огорчениях, и постепенно чувство обиды перестало нарастать. Через несколько недель они почувствовали себя более непринужденно друг с другом и стали ближе, чем когда-либо за последние годы. Осознание того, что они могут найти этот кусочек близости, изменило ситуацию. Как вы можете привнести аутентичность в ваши отношения? 1. Примите реальность негативных эмоций. Вместо того чтобы подавлять свои чувства или защищаться от чувств вашего партнера, примите все эмоции как настоящие и заслуживающие внимания. 2. Создайте пространство, свободное от осуждения. Проявите теплоту и интерес ко всему, что испытываете вы и ваш партнер. 3. Заведите дневник. Проводите время наедине с собой, размышляя о том, что вы действительно чувствуете и о чем думаете. Посмотрите, сможете ли вы найти слова, чтобы выразить свои внутренние переживания и то, что вы говорите другим. 4. Осознайте моменты, когда вы отворачиваетесь от себя настоящего. Подумайте, что заставило вас сделать это (страх конфликта, усталость и т.д.), и определите, что бы вы сказали в следующий раз. 5. Проявите аутентичность. Чем больше вы сможете быть честными и уязвимыми, тем больше вероятность, что ваш партнер последует вашему примеру. 6. Выберите что-то незначительное, чем вы обычно не делились, и заставьте себя это озвучить. Это может быть что-то простое, например, вместо привычного ответа на вопрос «Как прошел твой день?» — «Хорошо, а у тебя?» — скажите правду: «Это было невыносимо… Я бы с радостью обсудил это с тобой и прояснил свои мысли». Понаблюдайте за своими чувствами после этого и за тем, как это повлияет на ваше взаимодействие с партнером. По материалам статьи «How Being Your Real Self Can Save Your Relationship» Psychology Today

Как создаются сильные женские персонажи?

Создание сильных женских персонажей — процесс, требующий очень грамотного и деликатного подхода, ведь авторы должны, во-первых, подчеркнуть самобытность их характера, а во-вторых — позволить героиням преодолевать различные испытания наравне с мужчинами, но порой не теми же самыми средствами. Конструируя личность самостоятельной и отважной женщины, легко впасть в крайность и лишить персонажа каких бы то ни было уязвимостей или внутренних метаний. Нужно понимать, что психологическая идентификация читателя с книжным образом — крайне важная составляющая опыта познания художественного произведения. Говоря простым языком, если герой или героиня понятны — они вызывают сопереживание. Согласно правилу драматургии, основное действующее лицо должно обладать как «суперсилой», так и «ахиллесовой пятой». Существенное уточнение: у него также должна быть тайна, раскрытие которой позволит нам сделать окончательный вывод о том, почему оно поступает так, а не иначе; предыстория играет значительную роль в формировании нашего отношения к персонажу: чем деликатнее, достовернее и тоньше будет прописан весь путь из точки «А» в точку «Б», тем сильнее мы проникнемся к герою или героине. Между тем, есть еще один важный нюанс. Мы разобрались в том, как сделать персонажа понятным. Но как сделать его интересным и симпатичным? Притяжение к выдуманной личности возникает, когда автор дает нам понаблюдать за противоречиями, за светотенью внутри человека. А симпатия — когда мы радуемся, что персонаж выстоял, прошел испытание и не позволил травмам прошлого изуродовать его настоящее. В литературе и кинематографе от конца XX века и до настоящих дней закрепились образы героинь, чья способность быть стойкими и смелыми не наносит урон их женственности. Наилучшие примеры, о которых мы будем говорить в дальнейшем, — Кларисса Старлинг из книги Томаса Харриса «Молчание ягнят» (и экранизации 1990 года) и Робин Эллакотт из цикла Роберта Гэлбрейта (псевдоним Джоан Роулинг) о Страйке. Рассмотрим, как и при помощи чего героини завоевывают любовь зрителей/читателей, создавая новый ориентир для всех, кто стремится создать по-настоящему сильный женский характер. Обратимся к классике. В романе Уильяма Теккерея «Ярмарка тщеславия» мы читаем, как две подруги — Ребекка и Эмилия — прокладывают себе дорогу в этой жизни, наполненной фальшью и злословием. Вернее, «прокладывает» ее скорее Ребекка, которая нисколько не стыдится различных нечистоплотных способов достижения своей цели, а вот кроткая Эмилия, напротив, покоряется судьбе и не предпринимает никаких явных попыток переломить ситуацию в свою пользу, преуспеть, найти выгодную партию и т.д. И пускай назвать Ребекку «леди» и хотя бы «порядочной женщиной» трудно, она все же вызывает больше эмоций, чем ее подруга, чья пассивность пробуждает скорее жалость, нежели сострадание. Читатель осознает, что Ребекка не чудовище. Да, она хитра, самолюбива и патологически лжива, но при этом талантлива, обаятельна и наделена изворотливым умом. Сегодня ее характер кажется более современным. И все-таки едва ли она — героиня, вызывающая у нас теплые чувства. Симпатизировать ей непросто. Более того, Теккерей отмечает, что Ребекка, несмотря на ее «ход по головам», так и не смогла добиться желанного успеха и финансовой обеспеченности. Более ранний вариант реалистического женского характера принадлежит перу Джейн Остин. В романе «Гордость и предубеждение» Джейн и Элизабет Беннет — две сестры, связанные наиболее близкими и доверительными отношениями. Первой красавицей считается старшая из дочерей Беннет — Джейн. Кроме того, она наделена покладистым и ласковым характером, никогда не спорит и не перечит, думает о людях исключительно в положительном ключе. Также она несколько простодушна и доверчива, что отличает ее от насмешливой и порой даже язвительной Элизабет. Героиня, в отличие от Ребекки, уже больше располагает читателя к себе. В чем секрет? Элизабет добра и сострадательна. У нее есть и смекалка, и чувство собственного достоинства, и принципы. Например, она заявляет, что лишь настоящая любовь способна побудить ее выйти замуж. Брак по расчету для нее неприемлем. Наличие правил и личных убеждений — ключ к построению интересного и, самое главное, привлекательного образа. Что же касается слабостей, — Элизабет Беннет их не лишена. Она склонна к чрезмерной оценочности суждений, а ее колкости могут быть несправедливыми. Именно в ее иронии — ее сила. Она может дать отпор, не выходя за границы этикета; может отстоять себя и свои ценности в обществе, где судьба женщины почти во всех случаях зависела от воли мужчин. Важнее всего то, что Элизабет способна признавать собственные ошибки и раскаиваться. Поскольку неверные выводы хоть раз в своей жизни делает каждый человек, персонаж Джейн Остин воспринимается живым и правдивым. Перейдем к современным литературным произведениям. Говоря о силе женского персонажа, невозможно обойти стороной Клариссу Старлинг (в другом переводе Клэрис Старлинг), которая впервые появляется в романе «Молчание ягнят», а впоследствии становится для нескольких поколений одним из самых притягательных и прогрессивных женских образов. Чем же она так хороша? Что Кларисса в книге Томаса Харриса, что Кларисса в фильме Джонатана Демме — прежде всего живой человек. Она может чего-то бояться, о чем-то сожалеть, принимать неверные стратегические решения и реабилитироваться. Возвышает ее и то, что она выбрала отнюдь не типичную область для применения своих способностей, — но в ее рвении чувствуется страсть. Героиня работает в ФБР, обладает честолюбием и амбициями. Ей приходится конкурировать с огромным количеством мужчин, смотрящих на нее со скрытым предубеждением. Разумеется, открытым текстом никто не говорит Клариссе, что в ФБР ей не место, но это и не требуется — все читается между строк. Это и есть та самая «тонкость», показывающая мастерство автора при работе с образом. В фильме 1990 года этот нюанс социального положения агента Старлинг отразили по-другому, при помощи визуального языка: миниатюрная Кларисса заходит в лифт, заполненный высокими мужчинами — ее коллегами. По сравнению с ними она кажется совсем крошечной; саму героиню это, похоже, нисколько не смущает, ведь все ее мысли заняты предстоящей встречей с Кроуфордом. В другом эпизоде, во время разговора с доктором Чилтоном, она (что в книге, что в фильме) уже не может не заметить, что администратор психиатрической лечебницы с ней флиртует. «— Не знал, не знал, что ФБР принялось за хорошеньких девушек, как и за все остальное, впрочем, ха-ха!». Кларисса очень точно и быстро считывает намеки доктора и реагирует должным образом: вежливо и холодно. Ее встреча с Ганнибалом Лектором — событие чрезвычайной важности. Оно позволяет увидеть, как героиня получает в лице опасного убийцы-социопата наставника и союзника, который одновременно является ее идейным антагонистом. Их взаимодействие — та самая проверка на прочность, которую героиня обязана пройти, чтобы стать настоящим агентом ФБР. Но речь идет не только о профессиональном успехе. У Клариссы Старлинг и Ганнибала Лектора происходит полноценная ментальная «партия», разбитая на несколько этапов и раундов. Общаясь с преступником, Кларисса учится мыслить так же, как он, но при этом ни на минуту не упуская из виду, кем является ее собеседник. Ганнибал Лектор отдает должное уму и таланту своей посетительницы. Примечателен этот диалог героев: «— Вы человек очень твердый, офицер Старлинг. Правда? — Не кремень». Мы снова возвращаемся к утверждению, что сильный персонаж — не тот, кто лишен уязвимости, а тот, кто умеет превращать ее в «броню». Честность и здравые рассуждения Клариссы подкупают читателя. Героиня всегда пользуется представившимися возможностями, не боится рисковать и не отклоняется от выполнения поставленной задачи. У нее достаточно высокий уровень интеллекта, чтобы почти на равных вести диалог с Лектором. Джоди Фостер, сыгравшая Клариссу в фильме, получила Оскар за свою интерпретацию образа. Агент Старлинг в ее исполнении — хрупкая и несокрушимая одновременно. Выразительные большие глаза актрисы передают мельчайшие оттенки переживаний персонажа: она не подавляет свои чувства. Мы сопереживаем Клариссе, потому что видим ее внутреннюю борьбу. По закону жанра у Клариссы Старлинг есть тайна, которую доктор Лектор страстно хочет выведать. Здесь ожидания читателя и зрителя разбиваются: травмирующий опыт героини связан не с насилием, а с самим фактом существования жестокости в мире и невозможностью его полного предотвращения. Метафора кричащих ягнят — великое достижение Харриса как писателя. Обнажая свою душу и приходя к «исповеди», Кларисса не теряет силу, а удваивает ее, доказывая себе самой и Лектору, что она достойна того, чтобы в одиночку противостоять дьяволу в его человеческой ипостаси. Другая литературная героиня, достойной подробного анализа, — Робин Эллакотт из цикла Роберта Гэлбрейта о Корморане Страйке. Книжная серия еще не закончена, и новая часть выйдет осенью 2025 года. Заметно, что Джоан Роулинг, скрывающаяся за псевдонимом, с особенной нежностью и даже гордостью относится именно к женскому персонажу своих произведений. Что характерно, Робин раскрывается постепенно: каждая следующая книга добавляет недостающий фрагмент картины ее прошлого. Закономерно, что чем больше читатель узнает о героине, тем глубже становится его любовь к ней. Как и образ Клариссы, образ Робин балансирует между женственностью и силой. Подобно агенту Старлинг, героиня Гэлбрейта выбрала для себя трудную и опасную профессию. Желая стать частным детективом, Робин идет против социальных установок и постоянно совершенствует свои навыки. Благо, ее наставническая фигура — отставной военный Корморан Страйк — находится на стороне света, а не тьмы. Его поддержка и вера в напарницу помогает ей двигаться вперед и не отрекаться от мечты. Так, например, он отправляет ее на курсы наружного наблюдения. Во второй книге, «Шелкопряд», между персонажами происходит такой диалог: «— Нормальная женщина ждала бы цветов. — Я же не нормальная женщина». Робин произносит эти слова без намерения принизить себя. Она гордится своей индивидуальностью. В студенческие годы Робин пережила насилие. Впоследствии, работая в детективном агентстве, она неоднократно сталкивается с шовинизмом и обесцениванием, но не позволяет другим людям управлять ее жизнью. Особенно острый конфликт на этой почве происходит у героини с ее женихом (а впоследствии мужем и бывшим мужем) Мэттью. Испытав череду разочарований, Робин избавляется от иллюзий, начинает яснее видеть людей вокруг. Уже в книге «Дурная кровь», беседуя со Страйком, она признается, что больше «не хочет извиняться» за свой выбор. В отличие от Клариссы Старлинг, Робин Эллакотт не одинока и выросла в любящей семье. У героини нет проблем с социальной адаптацией, она легко находит общий язык с людьми и умеет им нравиться. При этом нельзя сказать, что героиня лишена недостатков: Робин часто поступает самовольно и слишком рискованно, также она склонна к чрезмерному самоанализу, который мешает ей увидеть проблему во внешнем мире; она нервозна, чувствительна и болезненно реагирует на чужие оценки. Но именно это сочетание придает ее личности объем. Истории Робин Эллакотт в цикле Роберта Гэлбрейта и Клариссы Старлинг в «Молчании ягнят» — образцы того, как можно раскрыть интересного женского персонажа, не лишая его индивидуальности и человечности. Героини принимают сложные решения, сражаются с обстоятельствами, бросают вызов традиционным представлениям о женственности. Они вызывают горячую любовь и сопереживание, поскольку их образы органично объединяют в себе все те черты, из которых рождаются уважение и восхищение.

Оккультизм и русская интеллигенция ХХ века

Конец XIX и начало XX века в истории России ознаменованы «Серебряным веком». Это название определяло поэтов, прозаиков различных литературных направлений: имажинистов, символистов, футуристов и других представителей интеллигенции. В те времена элита искала вдохновение не только в собственной жизни и в отражении эпохи, но и в том, что выходило за границы осязаемого, естественного и материального. Их манил выход «за грань», отношение к чему-то потустороннему, мистическому. Философ Николай Бердяев описывал эту тягу так: «томление духа, стремление к запредельному». Это захватило многих представителей высшего общества — спиритические сеансы и мистицизм стали главным и повсеместным развлечением в светских салонах. Этим же объяснялось и количество создававшихся в те времена закрытых кружков, где собирались молодые люди и обсуждали запретные и неоднозначные темы. Бурный интерес к эзотерике и оккультизму начал возрастать еще в 1880-х годах, когда открывались первые салоны, где проводили спиритические сеансы. «Медиумы» показывали фокусы с верчением столов, отрыванием ножек стула от пола, и даже уверяли, что умеют левитировать. Заразились этими идеями не только писатели и поэты, которые подпольно проводили свои встречи, но и пресса того времени. Так журнал с загадками «Ребус» полностью перепрофилировался на мистическую тематику, зато попал в волну интереса и бил рекорды по количеству подписок. Откуда же в Серебряном веке появился этот интерес? Дело заключалось в нежелании молодых умов обращаться к реализму, консерватизму и материализму. Каждый хотел ступить за грань и расширить свое сознание, пережив «мистический и внетелесный опыт». Также включалось и стремление внести эпатаж в свою личность, запомниться среди читателей, стать важной фигурой среди писателей — для этого были нужны изюминка и следование моде. Поэт и писательница Зинаида Гиппиус собрала вокруг себя множество слухов, что она — внеземное существо, которое имеет необычные для человека способности. В воспоминаниях современников ее образ связывали с ведьмами. Главным тайным обществом Серебряного века были встречи известных и популярных поэтов и писателей в башне Вячеслава Иванова в Санкт-Петербурге. О нем знали многие, и многие готовы были сделать что угодно, чтобы хотя бы одним глазком взглянуть на то, что творилось за стенами этой квартиры. А творилось там искусство: чтение стихотворений, зачитывание глав из новых произведений, эксперименты с формой слова и жанра, разговоры о мистике и «вечном». В историческую летопись навсегда вошли «среды Иванова» — дни, по которым стабильно проходили эти литературно-философские вечера. Главными членами клуба стали Зинаида Гиппиус, Дмитрий Мережковский, Николай Гумилев, Всеволод Мейерхольд, периодически заглядывал Александр Блок, которого уважали, почитали и к которому прислушивались поэты-современники. У участников также был проводник в потусторонний мир — Анна Минцлова, член Теософского общества и известная оккультистка, которая посвящала друзей в азы эзотерики. Современники поэтов часто вспоминали необычные события, связанные с мистицизмом. Например, Николай Гумилев делился с одной из художниц, что в молодости пытался «вызвать дьявола», и как будто ему это удалось. Поэт уверял, что это событие повлияло на его творчество. Валерий Брюсов, один из главных представителей литературного течения символистов, получил прозвище «чародей». Он изучал труды, посвященные алхимии и теологии, писал произведения, пропитанные потусторонним. Его роман «Огненный ангел» наполнен ведьмами, духами и демонами. Владислав Ходасевич в своих воспоминаниях рассказывал, что Брюсов «занимался оккультизмом, спиритизмом, черной магией — не веруя, вероятно, во все это по существу, но веруя в самые занятия, как в жест, выражающий определенное душевное движение». Андрей Белый также отзывался о Брюсове: «Брюсов… либо маг, либо великолепный актер… умный, знающий маг, к которому термин “пророк безвременной весны” подходит…». Сам же Андрей Белый был приверженцем мистического учения «антропософия», которая рассматривала человека как триединство тела, души и духа. Его главный роман «Петербург» пронизан идеями этого учения. Супружеская пара символистов, Дмитрий Мережковский и Зинаида Гиппиус, были любимыми гостями «Башни Иванова». Они верили и продвигали на собраниях идею «Третьего Завета», новую религию, по концепции которой существует продолжение линий Ветхого и Нового Заветов, которое предвещает новый этап взаимодействия Бога и человека. Чем же занималась элита общества начала ХХ века на встречах в «Башне»? Обсуждала проблемы веры и религии, духовность современного общества, философские концепции, искусство и мистику. А еще — влюблялась, томилась, страдала в любовной горячке, творила и создавала свои главные произведения, вдохновляясь своими же чувствами. «Башня Иванова» стала культурным феноменом. Она находила новые голоса и таланты. Именно на одной из встреч закрытого кружка Анна Ахматова выступила со своими стихотворениями — это произошло в 1910 году и было ее дебютом. Впоследствии и она стала постоянной участницей «Ивановых сред». В начале XX века появлялось все больше новых учений и тайных обществ: спиритизм, теософия, антропософия, мартинизм и масонские ложи и «Четвертый путь» Гурджиева. Каждый мог стать приверженцем того или иного учения — таким было веяние моды, которому старались следовать. Интерес к оккультизму и эзотерике закончился во время Октябрьской революции 1917 года — на первый план начали выходить другие идеи, смыслы и интересы. Многие, кто был постоянным участником «сред Иванова», эмигрировали, поэтому и тайное общество постепенно перестало существовать.

Освобождающая правда о старении, о которой не говорят

Когда в последней сцене фильма «Унесенные ветром» Ретт Батлер сказал: «Честно говоря, моя дорогая, мне все равно», он, возможно, не имел в виду старение, но это было бы логичным предположением. В промежутке между 55-летием и первой скидкой для пенсионеров с вами происходит нечто удивительное. Этот момент случается незаметно, часто без какого-либо предупреждения или торжественного объявления. Вы просто вдруг осознаете, что больше не выступаете перед невидимой аудиторией, которая никогда по-настоящему и не обращала на вас внимания, но вы об этом не знали. И это великолепное, освобождающее чувство. Вы вспоминаете, как вы беспокоились о том, что подумают соседи, если вы замените прекрасный, но требующий особого ухода газон на засухоустойчивый ландшафтный дизайн? Или как вы отказались от занятий итальянским, потому что боялись показаться новичком? Со временем эти «образы» начинают исчезать, словно старые фотографии. Однако на их месте появляется нечто гораздо более ценное — ваша аутентичность. Исследования показывают, что в этом изменении есть нечто удивительное. Дело не в том, что с возрастом мы становимся небрежными или грубыми. Причина кроется в наших новых приоритетах. По мере того как все меньше лет остается впереди, а не позади, мы инстинктивно избавляемся от того, что кажется нам ненужным. Мы перестаем тратить свою энергию на то, чтобы произвести впечатление на незнакомцев, и направляем ее на то, что действительно важно. Например, 60-летняя бывшая корпоративная руководительница, которая теперь появляется на рынке в забрызганном краской комбинезоне. Она превратила свой гараж в художественную студию и не может дождаться завершения этого процесса. Когда ей было 30, она бы никогда не позволила себе выйти на улицу в таком виде. Но теперь она слишком увлечена созданием своего следующего полотна, чтобы тратить время на подбор наряда для похода за молоком. Эта свобода проявляется по-разному, и иногда даже неожиданно. Например, человек, которому за 70, вдруг понимает, что гольф — это не его игра, хотя он играл в него много лет со своими коллегами. И вместо этого он решает стать орнитологом-любителем. Или женщина отказывается от окрашивания волос в парикмахерской, считая, что седые пряди — это стильно. Или пара решает пропустить праздничное мероприятие и остаться дома в пижамах. Эти люди всегда могли быть свободными, но некоторые удивляются: «Почему я так долго ждал, чтобы понять это?» Возможно, вы никогда не ходили на уроки сальсы, потому что вашему супругу это не нравилось, а вы боялись оставаться на занятиях в одиночестве. Теперь же вы думаете: «Я хочу научиться этому, и я сделаю это». И неважно, что думают другие ученики — они даже не обращают внимание. Что еще более примечательно, так это то, что этот сдвиг подобен камешку, упавшему в середину озера и вызывающему эффект ряби. Когда вы перестаете пытаться соответствовать надуманным ожиданиям, внезапно появляется пространство для настоящих связей. Люди чувствуют вашу аутентичность. В конце концов, дружеские отношения, которые возникают, когда раскрывается ваша истинная сущность, как правило, более глубоки и приносят больше удовлетворения, чем те, которые основаны на тщательно продуманных представлениях о том, кем вы должны быть. Дело не в том, чтобы становиться эгоистичным или безразличным. Важно осознать разницу между добротой и стремлением угодить людям, а также между вниманием и самоотречением. Осознание того, что нужно говорить «нет» тому, что вас опустошает, и говорить «да» тому, что заряжает энергией, поможет вам стать лучше. Что самое печальное в этом процессе трансформации? В юности мы отчаянно искали одобрения от окружающих, но с годами осознали, что больше всего нуждаемся в одобрении от самих себя. Наконец, мы разрешаем себе быть новичками и пересматривать свои убеждения. Если вы только начинаете испытывать это чувство свободы, вас можно поздравить. Вы не теряете самообладание, вы находите свою истину. И с этой истиной, какой бы необычной она ни казалась другим, вы можете жить полной жизнью. По материалам статьи «The Liberating Truth About Aging Nobody Mentions» Psychology Today

Симуляторы работы: почему люди предпочитают виртуальный труд настоящему

В недавно вышедшей игре Tiny Bookshop вам предлагают «оставить все позади и открыть маленький книжный магазинчик у моря». Эту игру охарактеризовали как атмосферную, повествовательную и управленческую. Она создает уютную и умиротворяющую атмосферу. От Zoo Tycoon и SimCity до Tiny Bookshop — компьютерные игры всегда превращали работу в развлечение. Но недавний взрывной рост популярности «уютных симуляторов труда» открывает нечто глубокое о современной работе и о том, почему люди ищут смысл в самых неожиданных местах. Почему люди играют в работу Критики и игроки в восторге от симулятора книжного магазина, где можно часами расставлять книги на полках, рекомендовать романы и общаться с покупателями. Тем временем 15 миллионов человек купили Euro Truck Simulator 2, чтобы водить виртуальные фуры по цифровым автомагистралям. А Stardew Valley с продажами более 20 миллионов копий позволяет сбежать на виртуальную ферму, где можно выращивать репу и доить коров. Но это не просто бегство от реальности. Это то, что философы пытаются объяснить десятилетиями. Американские исследования показали, что видеоигры обладают эффектом, сравнимым с морфином. Ученые из Вашингтонского университета Хантер Хоффман и Дэвид Паттерсон разработали игру для людей с ожогами, которые страдают от хронических болей: в Snow World создается иллюзия полета над ледяным каньоном с ледяной рекой и водопадом, с которых падают снежинки. Пациенты взаимодействуют с виртуальной реальностью, и за счет этого иммерсивного отвлечения снижаются субъективные болевые ощущения. Кроме того, результаты тестирования данной игры на американских солдатах показали, что она на самом деле действовала эффективнее морфина. Также эксперты отметили, что геймификация труда успокаивает работников, которым следовало бы требовать улучшений рабочих условий. И в этом есть доля правды. Скачать Tiny Bookshop гораздо проще, чем уволиться и открыть настоящий магазин. Романтизация малого бизнеса игнорирует тот факт, что владельцы книжных часто зарабатывают мало и не имеют социальных гарантий. А игру можно в любой момент закрыть и вернуться к ней, когда захочется. С реальной работой такой фокус не пройдет. Но нельзя сказать, что эти игры являются просто бегством от реальности. Как отметила политолог Кэти Уикс, они служат «лабораториями для пострабочего воображения». Игроки не бегут от плохой работы — они репетируют лучшую. Они пытаются почувствовать, каким мог бы быть труд, если бы он служил человеческим потребностям, а не накоплению капитала. Переосмысление труда Голландский историк Йохан Хёйзинга, основоположник игровых исследований, предложил концепцию «магического круга». Когда люди начинают играть, они оказываются в особом пространстве с собственными правилами. Внутри этого круга рутинные действия обретают смысл, потому что пользователи сами выбрали находиться там. Мытье посуды утомляет, но мытье посуды в игре Unpacking — это медитативно. Канцелярская работа — душераздирающее занятие. А вот обработка иммиграционных документов в Papers, Please превращается в моральный триллер. В чем разница? В свободе выбора и согласии. Человек добровольно входит в эти пространства, превращая обязанность в игру. Карл Маркс был бы от этого в восторге. В своей теории «отчуждения труда» он утверждал, что промышленный капитализм отделил работников от того, что они производят, как они это производят и зачем. На реальной работе вы можете никогда не видеть конечный продукт, не контролировать процесс и не понимать его цель. Но что происходит в Tiny Bookshop? Вы сами выбираете ассортимент, расставляете книги на полках и продаете их покупателям, которые благодарят вас. Весь цикл виден, управляем и наполнен смыслом. Вы испытываете то, что Маркс описывал как труд, в котором вы контролируете средства производства и видите прямой результат. Работа как игра, игра как работа Люди всегда размывали эти границы. Дети, например, инстинктивно играют в «дочки-матери» или «магазин», репетируя взрослый труд через добровольное развлечение. Изменились масштаб и контекст. Взрывной рост популярности уютных рабочих симуляторов примерно в 2020 году не был случайным. Эти игры привлекли совершенно новую аудиторию, особенно женщин и людей старшего возраста, которые никогда не считали себя геймерами. Они искали не побега от реальности, а ее иную версию. Корейская игра Work Time Fun (изначально выпущенная как Baito Hell 2000) сделала пародию на бессмысленный труд в реальной жизни: игрокам предлагают закрывать ручки колпачками за виртуальные гроши. Критики называли ее «намеренно скучной». Тем не менее люди играли в нее с одержимостью, что намекает на нечто более глубокое, чем просто развлечение. Концепция «процедурной риторики», предложенная ученым и геймдизайнером Яном Богостом, объяснила, как игры формулируют тезис через свои системы, а не сюжеты. Euro Truck Simulator поощряет аккуратное вождение и своевременную доставку, делая труд приятным. Tiny Bookshop связывает каждую продажу с радостью клиента, акцентируя внимание на том, что коммерция может быть личной и значимой. Это перекликается с тем, что венгерско-американский психолог Михай Чиксентмихайи назвал «потоком» — состоянием, в котором время исчезает, потому что вы идеально балансируете между сосредоточенностью на деятельности и своими навыками. Реальная работа редко вызывает это состояние: обратная связь запаздывает, цели размыты, а сложность возрастает случайным образом. Но игры — это тщательно откалиброванные машины по созданию потока, чтобы удержать вас в идеальной точке, где труд кажется легким и приятным. Теория антрополога Дэвида Грэбера о «бредовой работе» добавляет ко всему этому еще один слой. Он утверждал, что до 40% человек втайне считают свою работу бессмысленной, называя их «галочниками», «подхалимами» и «надсмотрщиками», которые существуют лишь для управления другими менеджерами. Такая работа нарушает фундаментальную человеческую природу — потребность чувствовать себя полезными. Виртуальный труд предлагает противоположное: у каждого посетителя в Coffee Talk есть своя история, каждый урожай в Stardew Valley кого-то кормит, даже в Papers, Please ваши решения определяют жизнь и смерть. Эти игры дают ясную связь между усилием и результатом. Переход от SimCity к Tiny Bookshop отражает смену устремлений. Людей все меньше интересует управление системами и все больше — взаимодействие на человеческом уровне. Эффективность уже так не воодушевляет, многих тянет к смыслу. Миллионы людей добровольно тратят свободное время на виртуальный труд, который имитирует реальную работу, но имеет направленность, цель и видимый результат. Это уже некая форма критики. Эти игры обнажают разрыв между работой, какой она является, и работой, какой она могла бы быть. Они показывают, что проблема в труде, лишенном самостоятельности, смысла и связи. Он должен развивать, а не истощать. В следующий раз, когда кто-то спросит, зачем вы тратите время на виртуальный книжный магазин, скажите, что вы не убегаете от работы, а познаете, какой она могла бы быть. Добровольной. Осмысленной. По-настоящему продуктивной. Люди вынуждены искать это в играх, а не на рабочем месте, — и это проблема сферы труда. По материалам статьи «Tiny Bookshop: why gamers are choosing to spend their free time simulating work – according to philosophy» The Conversation

Зачем детективам нужен рассказчик?

«Точка зрения», «фокализация». Эти слова отсылают нас к теории повествовательной перспективы исследователя Ж. Жанетта и М. Бала. Нарратор (рассказчик), согласно исследованию, может занимать одну из трёх позиций: • быть всезнающим (то есть знать больше, чем главный герой); • быть на одном уровне с героем (знать то же, что и он); • быть позади (говорить читателю меньше, чем знает герой). Третий вариант часто встречается в детективном жанре. Например, одним из ранних носителей «уотсоновской перспективы» становится рассказчик из серии произведений Эдгара Аллана По («Убийство на улице Морг», «Тайна Мари Роже», «Похищенное письмо»). В отличие от рассказчика Конан Дойла, у рассказчика По нет чёткого характера. Собственно, и сам Огюст Дюпен предстаёт перед читателями «щелкунчиком», который «колет» загадки одну за другой. Его компаньон — персонаж-функция; он знакомит нас с гениальным Дюпеном и выгодно оттеняет его интеллектуальность собственной недогадливостью. Можно говорить о том, что не только образ Холмса совершил революцию. Образ Уотсона повлиял на жанр не меньше. Именно глазами Уотсона мы видим Холмса, именно Уотсону мы симпатизируем настолько, чтобы доверять его мнению относительно детектива. Его взгляд на сыщика — наш взгляд. Можно даже сказать, что за счёт выраженной эмпатии и большей эмоциональной восприимчивости Уотсон становится камертоном всего происходящего: он оценивает события не столько с логической, сколько с этической точки зрения. Его образ привносит гармонию. Кроме того, у Уотсона (вот так сюрприз!) есть личность и индивидуальные качества. Капитан Гастингс в серии рассказов о Пуаро уже проявляет себя не слишком сообразительным рассказчиком. Его натура «сконструирована» таким образом, чтобы у читателя была возможность раскрыть дело раньше него. Иерархия меняется: читатель может смотреть на Гастингса снисходительно, но с симпатией. Сам Пуаро в романе «Смерть лорда Эджвера» произносит: «— Ни один человек не должен учиться у другого. Каждый должен развивать свои собственные способности до предела, а не стараться подражать кому-то. Я не хочу, чтобы появился второй Пуаро, который по качеству будет уступать оригиналу. Я хочу, чтобы вы оставались Гастингсом, лучше которого не бывает. И вы действительно лучший в своём роде. В ваших мыслях, Гастингс, я нахожу пример деятельности нормального человеческого ума». Детектив нуждается в доверенном лице и хроникёре гораздо больше, чем другие, не обременённые интеллектуальным превосходством люди. Зачастую какой-нибудь Арчи Гудвин (из повестей о Ниро Вульфе) и ему подобные фокальные персонажи выполняют функцию «камертонов нормальности», помогая тем самым своим гениям адекватно оценивать мир и человечество. Время от времени они просто-напросто сбивают с них спесь. Благодаря помощникам и друзьям сыщики видят «дельту человечности» и помнят о том, что ум — не единственное преимущество; доброта, милосердие, верность, готовность пойти на риск ради торжества закона или справедливости — те качества, которые их восхищают и которые они находят в своих босуэллах. Можно даже сказать, что традиционный рассказчик из детективных романов служит буфером между гениальностью детектива и обыденностью мира. Роль «усреднённого» друга детектива на первый взгляд может показаться неблагодарной, второстепенной, но на самом деле она играет «первую скрипку». Ведь детектив, погружённый в мир преступлений, часто теряет связь с реальностью. Он видит мотивы и улики там, где обычный человек видит лишь случайность. Рассказчик же возвращает его на землю, становится неумолимо прямым и честным голосом, предостерегающим от поспешных выводов и ложных обвинений. Потребность детектива в его «летописце» — та самая затаённая потребность быть понятым, услышанным, оценённым, которая знакома всем без исключения; нужда в друге, который, не колеблясь ни минуты, выберет его — всегда его. Он поддержит в трудную минуту, разделит с гениальным детективом успех и поражение. И именно подобные отношения — дружба или плодотворное сотрудничество, не важно — делают детективные истории такими тонкими, психологически выверенными и захватывающими. В этом партнёрстве кроется глубокая истина о природе познания и человеческого взаимодействия. Гений, подобно ночному светилу, сияет своим уникальным светом, но именно рассказчик делает это сияние видимым и понятным для мира. Он не просто записывает наблюдения, он их интерпретирует, он придаёт им человеческое измерение. Тандем «детектив и рассказчик» — благословенный небом союз, где сверхчеловеческое и человечное дополняют друг друга, создавая гармоничную и убедительную картину мира.

Неботерапия: как созерцание неба помогает обрести гармонию

Природа нашей планеты — безмолвный и мудрый гигант, хранящий тайны тысячелетий. Горы, вулканы, древние леса — они были свидетелями рождения и упадка цивилизаций, тихими наблюдателями всей человеческой истории. Когда мы, современные люди, погруженные в бесконечный поток дел и тревог, сталкиваемся лицом к лицу с этой грандиозностью, происходит удивительное: мы интуитивно ощущаем себя частью чего-то неизмеримо большего. Наши проблемы, еще вчера казавшиеся всепоглощающими, вдруг отступают, теряя свою власть перед лицом вечного и безграничного. Но что делать, если у нас нет возможности сорваться к океану или в горы? Ответ, как это часто бывает, лежит на поверхности — буквально. Над нами ежесекундно находится самый доступный и могущественный целитель — небо. Сегодня я хочу поговорить о том, что можно условно назвать «неботерапией»: простой, глубокой практике, которая может изменить наше восприятие мира и самих себя. Почему небо? Возвращение к истокам Вспомните детство. Как часто вы лежали на траве, глядя ввысь и мечтая? Вы видели в облаках драконов, корабли или сказочные замки. Это было не просто развлечение — это был акт чистого присутствия «здесь и сейчас», когда ум отключался от суеты и полностью растворялся в моменте. Небо манило нас своей красотой и загадочностью, и мы, не задумываясь, шли на его зов. Это влечение — в нашей крови. Оно воспето в искусстве на протяжении всей истории человечества. Художники, от романтиков до импрессионистов, одержимо пытались запечатлеть мимолетное настроение заката, грозовую мощь или бездонную синеву ясного дня. Небо на их полотнах — не фон, а полноценный персонаж, передающий всю гамму человеческих чувств: от тоски до восторга. В литературе оно часто становится зеркалом души героя. Вспомните культовую сцену из «Войны и мира» Льва Толстого. Раненый Андрей Болконский лежит на Аустерлицком поле и видит над собой «высокое небо, не ясное, но все-таки неизмеримо высокое, с тихо ползущими по нем серыми облаками». В этот момент его честолюбивые мечты о славе, его боль и страх — все меркнет перед этим вечным, спокойным величием. «Как же я не видел прежде этого высокого неба? И как я счастлив, что узнал его наконец», — думает он. Небо становится для него точкой отсчета, символом истинных ценностей, открывающимся за порогом страданий. Но почему сегодня, став взрослыми, мы разучились смотреть вверх? Что мешает нам делать то же самое в городе, по дороге на работу или во время обеденного перерыва? Суета, рутина, бесконечный поток мыслей — наши главные барьеры. Мы разучились видеть то, что всегда доступно, всегда бесплатно и всегда прекрасно. Когда мы поднимаем голову и позволяем себе просто смотреть на небо, мы запускаем несколько мощных психологических процессов. Эффект перспективы Наши проблемы, тревоги и конфликты кажутся нам огромными, когда мы смотрим на них с расстояния нескольких сантиметров — изнутри собственной головы. Но стоит встретиться взглядом с бескрайним пространством, как включается «космический масштаб». Мы осознаем, что являемся частью огромной, работающей по своим законам Вселенной. На фоне этой вечности и грандиозности наши сиюминутные трудности закономерно уменьшаются в размерах. Это не обесценивание наших переживаний, а здоровая коррекция оптики. Проблема не исчезает, но мы начинаем видеть ее в истинном размере, а не в раздутом тревогой виде. Эффект подключения к «Большому Я» Постоянно находясь в замкнутом пространстве своих мыслей и социальных ролей (я — сотрудник, родитель, должник), мы идентифицируем себя с этим ограниченным «Я». Созерцание неба — это акт трансценденции, выхода за пределы собственного эго. Мы ощущаем себя не отдельной песчинкой, а частью целого — природы, планеты, космоса. Это чувство принадлежности к чему-то великому и вечному снимает груз изолированности и одиночества, дарит глубинное, экзистенциальное успокоение. Мы наполняемся могуществом и красотой той системы, частью которой являемся. Эффект осознанности и «мягкого» внимания Небо — идеальный объект для практики осознанности (mindfulness). В отличие от медитации с закрытыми глазами, которая для новичков может быть сложной из-за внутреннего диалога, небо дает внешнюю точку фокусировки. Его созерцание не требует усилий — только открытости. Мы просто позволяем образам, цветам и свету проходить через наше сознание, не анализируя и не оценивая их. Это состояние «мягкого» внимания прекрасно отдыхает от постоянной целенаправленной концентрации, восстанавливает ментальные ресурсы и снижает уровень стресса. Практика неботерапии: как «работать» с небом Теория без практики мертва. Предлагаю рассмотреть несколько простых и интересных форматов «работы» с небом, которые можно легко интегрировать в повседневную жизнь. Ежедневный ритуал с закатом Сделайте наблюдение за закатом своей ежедневной практикой, как чистка зубов или вечерний душ. Не обязательно смотреть на него полчаса. Достаточно 5-10 минут. Выйдите на балкон, откройте окно или просто остановитесь по дороге домой. Наблюдайте, как меняются цвета, как солнце мягко касается горизонта. Не фотографируйте (или сделайте один кадр на память), а просто будьте присутствующим зрителем. Это прекрасный ритуал, чтобы завершить день, мысленно отпустить все произошедшее и настроиться на вечерний отдых. Медитация на облака Найдите время, чтобы лечь или удобно сесть на улице и просто наблюдать за облаками. Это можно делать и из окна офиса. Не стремитесь никуда торопиться. Позвольте своему вниманию мягко скользить по небу. Можно использовать детскую технику: а на что похоже это облако? Но здесь ваша цель — не найти «правильный» ответ, а позволить воображению проснуться и играть. Этот процесс очень хорошо расшатывает привычные, жесткие нейронные связи и стимулирует креативное мышление. Ночная встреча со звездами Выйдите ночью на улицу и найдите участок неба, по возможности, вдали от городской засветки. Посмотрите на звезды. Осознайте, что свет от многих из них шел до вас тысячи, миллионы лет. Вы видите прошлое. Попробуйте ощутить себя жителем планеты Земля, которая вращается в огромном космическом пространстве. Эта практика — мощнейшее лекарство от самопоглощенности и иллюзии собственной важности. Она возвращает настоящее смирение — не как уничижение, а как понимание своего места в грандиозной схеме мироздания. Осознанное прикосновение: полеты Это активная, экстремальная форма неботерапии. Полет на параплане, дельтаплане, прыжок с парашютом — это буквальное прикосновение к небу, погружение в его стихию. Ощущение полета, невесомости, парения в воздушном океане производит революционный эффект. Это мощный символ преодоления земного притяжения не только физического, но и ментального. После такого опыта многие люди ощущают прилив невероятной свободы, ясности и обновления, избавляясь от старых страхов и ограничивающих убеждений. «Небесные» паузы в течение дня Самый простой и доступный способ. Устройте себе 2-3 «небесные» паузы в день. На 1-2 минуты просто остановитесь, оторвитесь от монитора, подойдите к окну и посмотрите вверх. Спросите себя: «Какое небо сегодня?». Оцените его цвет, форму облаков, скорость их движения, почувствуйте свет. Эта микро-практика действует как система перезагрузки для мозга, помогая выйти из автоматического режима и вернуться в текущий момент. Важно подчеркнуть: неботерапия — это не панацея и не замена профессиональной психотерапии в случае серьезных проблем. Это дополнение, прекрасный и мягкий инструмент самопомощи, который делает наши отношения с миром интереснее, глубже и осмысленнее. Небо всегда с нами. Оно не требует специальных навыков, абонемента или денег. Оно просто ждет, когда мы поднимем голову и позволим его безмолвной, величественной красоте сделать свое дело — напомнить нам о том, кто мы есть на самом деле: часть чего-то бесконечно большего, прекрасного и вечного. Давайте не будем забывать смотреть вверх. Возможно, все ответы, которые мы ищем на земле, уже давно написаны на небе!