Когнитивные искажения, мешающие добиваться целей

Обидно каждый раз совершать одну и ту же ошибку. Кажется, что все уроки уже усвоены, но мозг упрямо следует одному и тому же сценарию. Обернувшись, понимаешь, что на всю ситуацию можно было действительно взглянуть под другим углом. Но что-то помешало… «Что-то» — это когнитивные искажения: настоящие «ловушки» мышления, систематические ошибки, возникающие из-за неправильно обработки входящей информации. Искажения появились, чтоб мы могли объяснить себе свои же поступки и жизнь в целом. Или, наоборот, чтоб меньше думать и сохранить энергию. Но хорошая новость в том, что «исказиться» можно нарочно, повернув полезные свойства этих ловушек в свою пользу. «Ах, обмануть меня не трудно! Я сам обманываться рад», — так словами Пушкина можно описать эту механику. И первая ловушка в нашем списке — иллюзия немедленного вознаграждения, или гиперболическое дисконтирование. Благодаря этому когнитивному искажению мозг преувеличивает ценность того, что можно получить сейчас, и недооценивает то, что даст больше пользы в будущем. Это не про слабость характера или лень. Все дело в эволюционном механизме вознаграждения. Ответственен за него дофамин. Быстрые выигрыши были полезны для продолжения жизни и распространения генофонда — ведь «потом» может не быть еды или чего-то еще, поэтому действовать надо здесь и сейчас. Будущее — это абстракция, а уж для древних людей было так и подавно. Спустя миллионы лет в нас продолжает появляться радость от быстрых удовольствий в моменте, даже если они могут испортить нам будущее. Вспомните свои сообщения бывшему партнеру — это снимает тревогу и грусть сейчас, зато потом — проблем не оберешься. И ведь ты же знаешь, что правильнее уходить и никогда не возвращаться. А это все быстрый дофамин виноват! Как это мешает жить? В первую очередь, чувством вины. Если в жизни есть план по достижению определенных целей, будь то спортивное тело, получение докторской степени или новая работа, то пустить все на самотек может быть опасно. В настоящем моменте можно почувствовать себя хорошо, а в будущем за это расплачиваться. Копиться могут и другие проблемы — с финансами, здоровьем, отношениями. Коварство заключается в том, что мы воспринимаем быструю награду, как заботу о себе. И ведь это может быть нечто абсолютно вредное — сигарета или лишний кусок торта. Как бороться? Не полагайтесь на силу воли, она та еще врушка и в нужный момент может жестоко предать. Лучшим решением будет убрать «триггеры» — сладости, телефон, соцсети и вообще все, что может помешать вам быть лучшей версией себя. Не лишним будет сделать правильное доступным — наполнить холодильник полезной едой, создать план действий, обустроить комфортное рабочее место. Сделайте будущее более осязаемым. Накопить финансовую подушку — слишком абстрактно, а вот копить на что-то конкретное (или определенную сумму) уже проще и цель видна отчетливей. Мощнее всего работает правило паузы. Вы можете съесть конфету или сделать что-то приятное, но слегка вредное, — но только через несколько минут. Скорее всего, по прошествии времени вы уже и забудете про ту конфету. Полностью убрать быстрый дофамин из жизни нереально. Но можно приспособиться и заменять примерно вредное примерно полезным. А как обратить искажение в свою пользу? Использовать импульсы к немедленной награде как мотивацию. Полчаса работы — пять минут любимого сериала, сделал зарядку — купил вкусный кофе по дороге на работу. Иллюзия немедленного вознаграждения может быть вам на руку в работе с большой целью. Просто поделите задачу на короткие отрезки. Выполнили один отрезок? Держу пари, дофамин уже вскружил вам голову! Ведь маленькая победа — тоже победа. И так, раз за разом, победа за победой, вы и не заметите, как мозг захочет продолжать трудиться, чтоб, в конце концов, победить все задачи. Обманываться самому можно и в формировании привычек или в нелюбимых, но обязательных делах. Для таких целей на работу можно купить красивую канцелярию, дома перед уборкой выпить чаю с чем-то вкусным, а в спортзал прикупить веселые кроссовки. Через время мозг свяжет позитивные эмоции в ассоциацию с действием. Следующее тормозящее нас искажение — это искажение статуса-кво, склонность предпочитать текущее положение дел просто потому, что оно уже есть. Не удивляет тот факт, что эта ловушка мышления сопровождает нас с самой древности. Привычное безопасно, а перемены могут быть и в худшую сторону. Опасность здесь в том, что подход остаться в «любимом болоте» применяется неосознанно. Скорее это желание отмахнуться от проблем и подумать потом, чем взвешенное решение. Страх потерь становится сильнее, чем желание выигрыша. А еще любое решение требует энергии, новых знаний, каких-то движений и стремлений. Да ну его! Однако нам только кажется, что без изменений мы остаемся нейтральными. На деле это активный саботаж проблем со всеми последствиями. Идеальный способ бороться с таким искажением — поменять вопрос. Не «стоит ли что-то менять», а «что будет, если я ничего не изменю через полгода или через десять лет». Вот тут-то у многих и зажигается лампочка — «надо срочно что-то делать». Неплохо было бы осознанно замечать минусы статуса-кво. Кстати, так можно делать и с другом в плохой ситуации — легализовать его тяжелые чувства от неприятных жизненных обстоятельств. Не сглаживайте дискомфорт, не оправдывайте свое (или друга) положение. Иногда нам действительно не хватает кого-то, кто бы сказал правду и подметил темные стороны. Отличная новость в том, что и это искажение можно заставить работать на себя. Статус-кво — это инерция. А значит, любое дело, даже самое неприятное, стоит только начать. Вы уже это делаете, у вас уже есть эта привычка и вы уже вот такой человек, а не будете когда-то потом. В дополнение можно вписать полезности в жизнь на самом минимальном уровне. Так они уже станут частью вашей жизни без лишнего стресса и перемен. Впоследствии с ними будет трудно расставаться, ведь привычка и именно такой образ в голове у вас уже сложился. Есть еще одно искажение, похожее по механике на предыдущее — это ошибка невозвратных затрат. Не один десяток браков держится за счет этой ловушки. Нам жалко бросать то, куда мы потратили много ресурсов. Даже если дело уже точно проигрышное и не имеет смысла. Доесть невкусную еду, досмотреть скучный фильм, дочитать глупую книгу — все это ошибки невозвратных затрат. Время, деньги и энергию невозможно вернуть, но мозг обманывает нас подменной мыслью — продолжение оправдает прошлые вложения. Хотя по факту потери лишь увеличиваются. Нам больно признать свою ошибку, а потеря подчас выглядит страшнее, чем предполагаемая выгода. Даже с вещами бывает тяжело расстаться, хотя очевидно, что они лишь занимают место. Спросите себя, если бы прямо сейчас вам пришлось начинать все заново, вы бы решились? Или если предположить, что прошлого не существует, то что вы чувствуете сегодня? Эти вопросы помогут понять свое отношение к долгим проектам. С течением жизни также полезно научиться разрешать себе «терять». Просто физически невозможно не терять вещи, не пачкать одежду, не ломать что-то или не прекращать проекты, отношения. Однако иногда лучше зафиксировать убыток и освободить ресурс для нового. Само искажение — безусловно, вредное. Но его механику тоже можно использовать во благо. Самый простой пример — заплатить за что-то, а не делать это бесплатно дома. Например, фитнес. Абонемент куплен и придется идти, а дома можно и пропустить пару-тройку десятков раз. Еще лучше, если вы заплатите не только за абонемент в спортзал, но и наймете тренера. Тут уже подключается социальное обязательство — вы договорились, и вас ждет настоящий человек, подводить нельзя. Многие знают, что вместе веселей и сидеть на диете, и отказываться от никотина, и договориться бегать. Кстати, с бегом и другими привычками отлично работают трекеры или любая другая форма видимого прогресса. Например, приложение по изучению языков Duolingo считает дни занятий. Можно ли пропустить день и просто начать заниматься завтра? Конечно, можно. Но красивая цифра дней подряд пропадет. Ничего не случится, вы сможете продолжить с прежнего места, но осадочек останется… Однако не забывайте о правиле пересмотра. Если через пару недель нет прогресса, а настроения сплошь мучительные, то пора бросать, сколько бы ни было вложено. Зная особенности работы мозга и психики, можно не только работать в любых обстоятельствах, но и делать свою жизнь лучше и лучше с каждым днем. Конечно, когнитивных искажений существует еще очень много. Но избавиться и «перевоспитать» себя полностью невозможно. Иначе мы уже перестанем быть людьми. Пусть вас заинтересует ваше собственное поведение и стиль принятия решений. Так менять свою жизнь станет гораздо интересней! Автор: Алёна Миронова

Необычные словечки из разных регионов России

Представьте: позвали вас чай фурындать да с посикунчиками и шаньгами, а вы, этакий растыка, нахлюздали, что вам фанарь шлындать в самые очкуры, хотя на самом деле вы дома уже кофейку посёрбали с жамками. Пошто куда-то еще переться? Еще и за бензин чехлить! Поняли? Чтобы лучше представить себе структуру языка, следует вообразить большой слоеный пирог или пиццу. Ингредиенты или слои накладываются друг на друга частично и иногда смешиваются между собой. Тесто или основа — литературный язык. Он считается нормой и будет понятен всем. Общеупотребительная лексика, стандартная грамматика и нейтральный стиль. Томатный соус — разговорный язык. То, как люди общаются между собой в реальной жизни. Здесь найдут свое место упрощения «щас», «че», «норм» и неполные предложения. Интонация зачастую важнее структуры. Этот слой накладывается на литературный язык, но не перекрывает его и не совпадает полностью. Начинка — диалекты. Территориальные вариации языка (не путать с другими языками!) имеют особые формы слов или даже местные слова, но подчинены грамматике и синтаксису основного языка. Это не отдельный «круг» на пицце, а именно пятна поверх языка в разных регионах. Как кружочки салями на пицце Пепперони, например. Овощи — социолекты. Язык разных групп людей без территориальной разницы. Например, профессиональный жаргон, молодежный сленг, язык субкультур. Моцарелла — стилистический слой. Это тот же язык, но в разных режимах — школа, работа, обращение в государственные учреждения, научный доклад. Здесь редко встретишь отдельный слова, скорее это новый способ их использовать. Базилик — исторический слой. Сюда можно отнести устаревшие слова: «чело», «перст». И новые слова: «чатиться», «френды», «кринжовый». Специи — заимствования. Какие-то уже стали нам привычными и остепенились — французские «пальто» и «меню», а какие-то еще кажутся чужеродными и кому-то даже режут слух — «стартап», «бриф», «дедлайн». Вот такой пирог у нас получился. Важно помнить, что язык — это живая экосистема и слова могут мигрировать, норма меняться, а слои постоянно перемешиваться. Из всех этих слоев сегодня нам интересны именно диалекты. Существует даже отдельная наука — диалектология. Представители этого раздела языкознания считают, что диалекты возникли очень-очень давно из-за необходимости общаться тем, кто не умеет читать и писать. Именно благодаря усердной работе устной речи, миграции людей и даже ошибкам восприятия мы знаем такие слова, как «керкать» в значении «кашлять». Считается, что в основе всех диалектов нашей страны — три разделения по территориям: южное, северное, среднее. Условно, люди из Вологды и Ярославля чаще «окают» — то есть, в устной речи произносят звук «о» вместо «а», а люди из Рязани и Смоленска «акают». Забавный факт: Сергей Есенин хотел создать себе образ крестьянского поэта и, перебравшись в Петербург, нарочно «окал», чтоб сделать речь более экзотичной. При этом родом поэт из Рязанской губернии. Может сложиться неверное впечатление, что диалектные слова всегда создаются просто по звучанию. Как иногда, в перегрузе, мы общаемся словом «это» и его формами: «этовать», «разэтовать». Но, на самом деле, истории отдельных слов могут быть очень занимательными. Например, уже знакомое нам слово «хлюздить» пришло из Сибири (конкретно из Красноярского края) и означает «обманывать» или «присваивать чужое». Изначально слово «хлюстать» означало «пачкать» или «марать по неосторожности». Дальше свою лепту внесло звукоподражание, так слово перешло на процесс карточной игры, где «хлюстать» было «разбрасываться, шлепать картами». Вероятно, такой способ играть выдавал шулера, которого впоследствии и звали «хлюздой» — обманщиком. А слово «хлюздить» (с окончанием на манер слова «юлить») не только попало в Толковый словарь Даля, но и дожило до наших дней. В середине прошлого века в течение двадцати лет ученые из Института русского языка АН СССР (ныне РАН) проводили лингвогеографическое исследование. Специалисты проводили опросы по разным населенным пунктам и записывали, например, как в разных городах называют посуду, кашу, свой дом. Учитывались и фонетические особенности произношения звуков (например, согласных в слове «яичный») или использование предлогов («с окна» или «из окна»). Результаты исследований на интерактивной карте можно найти в интернете по запросу: «Диалектологический атлас русского языка» (ДАРЯ). Можно долго изучать карту и найти немало интересных слов для ежедневного использования. Любопытно (и очень грустно), что в карту вошла не вся страна, а только Европейская ее часть. Сделано было так потому, что целью изучения были говоры раннего формирования — XV–XVII. Заселение этих земель происходило постепенно и ровно. А вот территории за Уралом, в Сибири и на Дальнем Востоке люди заселили поздно, часто смешивая русский с языками местных народов. Выделить чистые диалекты здесь было труднее, поэтому рассматривать эту часть страны не стали вовсе. Так, можно выбрать для себя один интересующий вопрос, например, как называются вечерние собрания молодежи, и смотреть ответы по разным регионам. Где-то это будут стандартные посиделки, а где-то уже милые вечерушки или нестандартные супрядки. В последнем случае, кстати, нет какой-то особой загадки. Девушки, как равная часть молодежи, когда-то тоже собирались по вечерам и занимались прядением. Почти все диалектные выражения можно объяснить, если покопаться в истории или просто послушать речь. Так, например, рязанское «надысь» — «недавно, на днях». Трансформацию этого слова можно легко представить от изначального «на дне сём» к тому, что имеем. Так же, как и родственное ему «намедни» — «на оном дне». Однако почти не означает все! Существует немало слов, над «биографией» которых научные умы бьются до сих пор. Например, воронежское «тигули» в значении «глухое, далекое место». Или новгородское слово «кибры». Попробуйте догадаться, что это, пока не перешли к следующему предложению. Это… волосы! Красивые женские локоны, а не всевозможные, конечно. Откуда взялось это слово — совершенно непонятно! И ведь слово подходит длинным волосам, разве нет? Конечно, мы обсудили совершенно мизерную часть слов сегодня. На деле диалектов в России столько, что их практически невозможно сосчитать! Диалекты нашей страны удивляют тем, что мы все еще можем понять друг друга. Несмотря на обилие необычных словечек то тут, то там, волгожанин вероятнее всего поймет жителя Карелии. Получается, главная и основная задача языка — передача информации — считается выполненной. Язык от диалектов, так же как и от заимствований, не только не становится хуже и примитивнее, но обогащается, дает дополнительные возможности для описания мыслей и чувств и дарит новую информацию о носителях: географию, род занятий. Любить родной язык — это не значит обернуть его в камень и не позволять никому трогать. Это значит изучать его, наблюдать и активно использовать, преумножая его распространение, красоту и глубину. Автор: Алёна Миронова

Девять проверенных экспертами стратегий повышения продуктивности

Если вы когда-либо клялись себе приступить к задаче сразу после просмотра видеоролика (или перекуса, или пролистывания ленты), вы не одиноки и точно не ленивы. Иногда лучший способ повысить продуктивность — обратиться к нестандартным (пусть даже звучащим нелепо) приемам, которые работают с вашим мозгом в команде, а не идут против него. Обманите мозг с помощью маленьких шагов Психотерапевт, семейный терапевт и автор книги «Руководство по борьбе с прокрастинацией» Риса Уильямс порекомендовала хитрый психологический прием, который точно работает: сделайте смехотворно маленький первый шаг. «Сформулируйте задачу так легко, чтобы вашему мозгу было трудно устоять и не сделать ее, — объяснила она. — Вместо того чтобы убеждать себя написать целую главу, скажите, что все, что от вас требуется — открыть документ и напечатать заголовок». И это все. Затем можно закрыть ноутбук. Как ни странно, многие люди в итоге делают больше, чем планировали, потому что начать труднее всего. Уильямс назвала этот метод техникой «невероятно простого первого шага», и он отлично помогает справиться с давлением перфекционизма. Включите свой зажигательный плейлист Вы наверняка знаете ту самую песню, под которую сразу хочется танцевать так, будто никто не видит. Нужна именно такая энергия. Сэм Дилан Финч, нейроаффирмативный консультант по поддержке людей с РАС и СДВГ, назвал это стратегией «зажигательного плейлиста» — и дело не только в прослушивании хитов. По словам специалиста, это должны быть песни, услышав которые на любом мероприятии, вы бы инстинктивно бросились на танцпол. Это должны быть ностальгическая и энергичная музыка, которая задействует все тело и заставляет двигаться. Суть этого способа в том, что сочетание музыки и ностальгии активизирует систему обработки вознаграждения и способствует эмоциональной регуляции. Финч посоветовал включать плейлист в тот момент, когда вы ловите себя на том, что застряли в бесконечном цикле отвлечения. Позволяя музыке встряхнуть вас и побудить к движению, вы используете дофамин и осознанность тела, чтобы поддержать эмоциональное равновесие и переключиться между задачами. Используйте обратный отсчет Чувствуете ступор перед началом дела? Попробуйте технику запуска действия. Этот прием отлично работает в паре с вашим плейлистом. Финч посоветовал использовать словесные сигналы вроде «Три, два, раз — начали!» или обратный отсчет в стиле танцевальной разминки. Добавьте физическое движение: встаньте, хлопните в ладоши, встряхните руками. Этот совет перекликается с правилом пяти секунд для борьбы с прокрастинацией, популяризированным мотивационным оратором Мел Роббинс. Вы считаете от пяти до одного, а затем делаете задуманное. «Это называется промежуточным действием, — объяснил Финч. — Мы подаем своему телу физический сигнал о том, что заканчиваем предыдущее занятие и переходим к чему-то другому». Относитесь к этому как к хореографии перехода между делами. Секрет не в идеальном исполнении, а в движении. Календарь вместо списка дел Существует метод под названием «Силовое планирование». Его разработала коуч по работе с перфекционизмом и ведущая подкаста Сэм Лора Браун. Вместо того чтобы работать, просто сверяясь со списком задач, достаточно выделять час в неделю на то, чтобы внести все дела в электронный календарь. Если планы меняются, календарь всегда можно скорректировать и подстроиться под новую ситуацию. Это похоже на метод тайм-блокинга, но с определенными преимуществами. Важно, что когда необходимо вписать все дела в календарь, это вынуждает более трезво оценивать свое время. Такой подход снижает вероятность перегрузить себя работой. Это избавляет от усталости из-за принятия решений. Не нужно подолгу смотреть на список дел, решая, за что взяться первым. Вместо этого достаточно просто свериться с планом и приступить к задаче. Кроме того, для людей, склонных к выгоранию, работа с календарем подходит гораздо лучше, чем со списком дел. При таком подходе планируются не только рабочие задачи, но и время для отдыха, общения, спорта, сна, еды и даже размышлений. Это помогает оставаться расслабленным, здоровым и сохранять баланс. Музыка — таймер для задач Почему бы не сделать саундтрек для повышения продуктивности? Уильямс порекомендовала сделать плейлист для задач из нескольких треков, чтобы выделить определенное количество времени на уборку, разбор документов или электронной почты. «Этот метод можно применять для любых дел, — пояснила она. — Выберите плейлист, который зарядит энергией... Это может быть веселее, чем просто использовать таймер». Такой подход отличается от зажигательного плейлиста тем, что здесь музыка используется именно как ограничитель времени, а не просто для поднятия настроения. Также можно придумать для конкретного дела музыкальную тему. В своей книге Уильямс назвала это «гимном задач». Относитесь к этому как к своего рода музыкальной мышечной памяти. Оценивайте дела по интенсивности Иногда стоит уделить внимание управлению стрессом. Уильямс предложила разбивать задачу на мелкие шаги и оценивать их по шкале интенсивности. Этот подход хорошо сочетается с методом маленьких шагов, но он более обширный. Вы можете оценивать таким образом как целые задачи, так и их отдельные части, и браться в первую очередь за те, интенсивность которых ниже. Начните с того, что кажется вам наиболее легким, получите свою маленькую победу и позитивный импульс, а затем двигайтесь к части посложнее. Этот метод особенно полезен, когда ваш список дел кажется непосильным или эмоционально напряженным. Сначала действуйте, потом думайте Чрезмерное обдумывание часто мешает продуктивности. Вместо этого попробуйте позволить телу вести за собой. Этот прием основан на промежуточном действии, но многие нейроотличные люди используют эту стратегию инстинктивно. Нужно написать электронное письмо? Сначала пройдитесь по кругу. Нужно сложить белье? Потянитесь или встряхнитесь. Звучит глупо, но если попробовать, можно удивиться тому, как простое движение разрывает порочный круг. Озвучивайте действия как спортивный комментатор Если вы живете один (или не боитесь выглядеть странно), попробуйте проговаривать свои действия вслух. Это может звучать безумно, но благодаря методу домашние дела перестают быть рутиной и начинают напоминать съемки в уютном реалити-шоу. Когда предстоит работа над чем-то сложным, полезно представить себя много лет спустя, рассказывающим об этом в подкасте или ток-шоу. Стоит задать себе ряд вопросов: • Что сказал бы об этом будущий я? • Если мой успех неизбежен, какие именно действия я бы предпринял прямо сейчас? • Как хорошо мне будет, когда я это сделаю? Поначалу это может казаться абсурдным, но для многих людей такой подход добавляет новизны и вовлеченности в скучные рутинные дела. И это отлично работает, если трудно сконцентрироваться: такой метод позволяет мозгу сконцентрироваться на одном шаге за раз. Празднуйте каждую маленькую победу Похлопайте себе после отправки того самого пугающего письма. Потанцуйте после того, как заправили постель. Маленькие победы закрепляют позитивное поведение: они задействуют центр вознаграждения в мозге, вызывая дофаминовый всплеск за то, что вы сделали ненавистную задачу. Ключ к мотивации, по словам Уильямс, — сделать так, чтобы трудные для вас вещи приносили удовольствие, даже если это означает, что вы будете танцевать от радости каждый раз, когда чистите свою рабочую почту. У вас все получится. А если нет, включите свой зажигательный плейлист и попробуйте снова. По материалам статьи «9 Expert-Backed Productivity Strategies That Work Better Than You'd Expect» Very Well Mind

Шесть изобретений, которые убили своих создателей

Одержимые идеей творцы надеются, что их разработки принесут славу и богатство, но иногда они приводят лишь к смерти. Вот шесть изобретений, которые погубили своих создателей. Бочка для трюков Каскадер из Чехии Карел Соучек в 1984 году спустился в бочке по Ниагарскому водопаду и остался живым. Секрет его успеха крылся в специально сконструированной бочке с противовесом, благодаря которому она сохраняла вертикальное положение во время падения. Однако всего несколько месяцев спустя он погиб, демонстрируя свою новую разработку — бочку с амортизаторами, смягчающими удар. Во время трюка мужчину сбросили с крыши стадиона «Астродом» в Хьюстоне в резервуар с водой, но бочка ударилась о его край. От полученных травм Соучек скончался в больнице. Система для поднятия с кровати Изобретения американского химика Томаса Миджли-младшего, возможно, нанесли миру больше вреда, чем чьи-либо еще. Он изобрел не только хлорфторуглероды (ХФУ) — группу химических веществ, широко применявшихся в холодильниках, пока они не были запрещены в 1987 году из-за разрушительного воздействия на озоновый слой, — но и этилированный бензин путем добавления тетраэтилсвинца в топливо (добавку вывели в 1970-х годах после того, как обнаружили токсическое воздействие свинца). Сам Миджли-младший умер в 1940 году. Дело в том, что полиомиелит сделал его инвалидом, и мужчина изобрел систему тросов и блоков, чтобы подниматься с кровати, но погиб, запутавшись в этом приспособлении. Летающая машина Польско-американский изобретатель Генри Смолински вместе с коллегой-инженером Гарольдом Блейком создали прототип аэромобиля, взяв за основу кузов популярного Ford Pinto и оснастив его крыльями и хвостом от самолета Cessna Skymaster. Первое испытание едва не закончилось катастрофой: пилоту пришлось совершить экстренную посадку. Однако изобретатели не отказались от идеи. В 1973 году они подняли машину в воздух повторно. Спустя считаные секунды после взлета аппарат рухнул на землю, в результате чего погибли оба мужчины. Маяк После того как в 1696 году у коварных Эдистонских скал неподалеку от побережья Девоншира разбились два судна, английский инженер Генри Уинстенли взялся за проектирование и строительство первого в истории морского маяка. Создатель настолько верил в прочность своей конструкции, что во время сильнейшего шторма 1703 года решил переждать стихию внутри маяка вместе с пятью спутниками. Стихия полностью уничтожила строение, и никаких следов инженера и находившихся с ним людей обнаружить не удалось. Радиевая краска Изобретателем светящейся краски считается американский химик украинского происхождения Сабин Арнольд фон Сохоцкий, который создал ее на основе формулы с использованием радия — элемента, открытого Марией и Пьером Кюри в 1898 году. Компания Radium Luminous Material Corporation, основанная изобретателем, запустила в США несколько производственных линий по выпуску светящихся часовых циферблатов. Позже сотрудницы предприятия обратились в суд с исками против компании из-за опасного радиационного облучения. В итоге фон Сохоцкий тоже подвергся губительному воздействию радиации и скончался в 1928 году от апластической анемии, развившейся вследствие поражения костного мозга. Та же самая болезнь унесла жизнь Марии Кюри, которая получила облучение в процессе новаторских исследований. Плащ-парашют Австриец Франц Райхельт был портным, но в период развития пилотируемого полета он увлекся созданием специального костюма для пилотов, способного выполнять функцию парашюта. Проведя предварительные испытания на манекенах и убедившись в надежности разработки, в 1912 году Райхельт решился на прыжок с нижнего уровня Эйфелевой башни. Конструкция изобретения подвела мужчину, и всего через несколько мгновений он разбился. Однако именно благодаря таким новаторам и смельчакам сегодня существуют вингсьюты для свободного полета и бейсджампинга, а также парашюты и катапультируемые кресла для пилотов. По материалам статьи «6 terrible inventions that killed their creators» Science Focus

Пять реальных правил романтических отношений в Англии времен Шекспира

Романтические пьесы Шекспира и 154 стихотворения о любви веками формировали представления о романтике и сегодня остаются такими же популярными, как и в его время. Однако сама романтика в елизаветинской Англии была не столь прямолинейной, как это представлено во многих пьесах Шекспира. Его пристрастие к счастливым финалам привело к тому, что многие персонажи в конце повествования просто вступают в брак, зачастую довольно поспешно и нелогично. Например, Оливер и Селия в пасторальной комедии «Как вам это понравится» становятся мужем и женой, хотя едва знакомы (и большую часть пьесы Оливер предстает совершенно бессердечным персонажем). В реальности же путь к счастливому браку во времена Шекспира был долгим и причудливым. Он во многом отличается от того, что происходит в современности. Любовь не важна В наши дни, если вы встречаете человека, который вам нравится, вы приглашаете его на свидание. Все строится вокруг той самой первой романтической искры и того, выйдет ли из этого что-то дальше. 400–500 лет назад все было иначе: тогда романтике отводилась второстепенная роль по сравнению с вопросами имущества, взаимной выгоды, общественного положения и благополучия семьи. Браки в средневековый и ранний Новый период обычно заключались по договоренности, но не женихом и невестой, а их родителями. Интересы последних не всегда были направлены на то, чтобы обеспечить детям счастливую жизнь (хотя согласие детей учитывали), — куда больше их заботили вопросы социального и финансового характера, а также объединения земель. Особенно это было характерно для высших слоев общества, где брак рассматривался как способ объединить семьи, династии и владения так, чтобы это принесло выгоду обеим сторонам. Любовь между мужем и женой, по сути, не имела большого значения: около трети супружеских пар среди знати шекспировских времен жили раздельно. Как ни странно, больше романтической свободы было среди низших слоев населения: их дети зачастую были вынуждены уезжать из дома ради работы или обучения, что позволяло им не спешить и вступать в брак с тем, кого они сами выберут. Ранние помолвки Существует предположение, что во времена Шекспира всех женили и выдавали замуж, когда они были еще детьми (по нашим современным меркам). На самом деле средний возраст вступления в брак для большинства людей в Англии в XVI–XVII веках составлял от 25 до 30 лет, причем мужчины были немного старше женщин. Более того, единственный раз за последние 500 лет, когда средний возраст заключения брака опускался ниже 24 лет, пришелся на послевоенную эпоху бума рождаемости — 1950–1960-е годы. Сам Шекспир женился на Энн Хэтэуэй в 18 лет, но такая ситуация в то время была редкостью, и в их случае причиной, вероятно, послужили иные обстоятельства: Хэтэуэй была на восемь лет старше Шекспира и на третьем месяце беременности. Однако в шекспировскую эпоху было вполне обычным делом, когда детей официально обручали в раннем возрасте. Родители строили планы об их будущем браке, особенно это касалось состоятельных слоев населения и знати. Договариваться о таких союзах и оговаривать их условия задолго до заключения брака было еще одним способом обеспечить будущее процветание через объединение семей. Поэтому минимальный возраст для вступления в брак в Англии времен Тюдоров составлял 12 лет для девочек и 14 лет для мальчиков. Разрешение на ухаживание Если бы кто-то привлек ваше внимание в Англии того времени, никому и в голову не пришло бы, что вы можете подойти к этому человеку и пригласить его на свидание. Точно так же, как до сих пор существует традиция просить у отца невесты разрешения взять ее в жены, в XVI веке было принято, чтобы молодой человек начинал ухаживание за девушкой с «предложения об ухаживании»: он просил у ее отца разрешение на начало романтических отношений. Культура дарения подарков Во время ухаживания за девушкой было также принято, чтобы мужчина осыпал свою избранницу подарками: монетами, тканью, пуговицами, одеждой и другими безделушками. Это служило одновременно и доказательством серьезности его намерений, и демонстрацией его состоятельности и хорошего вкуса. В некоторых случаях дарение подарков распространялось даже на членов семьи девушки. Разумеется, осуществить все это было непросто в эпоху, когда публичные проявления чувств не всегда считались признаком хорошего тона, поэтому ухажеру зачастую приходилось ухищряться или передавать подарки через третьих лиц. Некоторые кавалеры полагались на эффект неожиданности: иногда монеты и кольца тайно прятали в дамские перчатки. Несколько объектов симпатии одновременно Учитывая значительное давление, которое испытывали молодые люди и девушки со стороны семей при поиске мужа или жены, неудивительно, что некоторые из них предпочитали подстраховываться и играли на стороне. Поэтому для молодого человека считалось нормальным ухаживать за одной девушкой, но при этом присматриваться к другим. Девушка тоже могла принимать ухаживания сразу от нескольких мужчин. Один из самых показательных текстов, отражающих жизнь простых людей XVII века, — дневник юного подмастерья торговца из сельской местности на северо-западе Англии по имени Роджер Лоу. В нем он написал, что за один год ухаживал за двумя женщинами, а присматривался по меньшей мере еще к трем. По материалам статьи «5 Real-Life Dating Rules of Shakespeare's England» Mental Floss

Животные, способные изменять температуру своего тела

Некоторые существа могут кардинально менять температуру тела — такая стратегия называется гетеротермией — и благодаря этому переживать штормы, наводнения и нападения хищников. Эксперимент Блэгдена и гомойотермия В 1774 году британский врач и ученый Чарльз Блэгден получил необычное приглашение от коллеги-медика: провести некоторое время в небольшой комнате, в которой, как он писал, было настолько жарко, что ни одно живое существо не могло этого вынести, как ранее считалось. Многие, вероятно, пришли бы в ужас от такого предложения, но Блэгден был в восторге от возможности провести эксперимент на себе. Он поражался тому, что температура его тела оставалась на отметке примерно 37 °C, даже когда воздух в комнате нагревался почти до 93 °C. Эта способность поддерживать стабильную температуру тела, называемая гомойотермией, присуща множеству видов млекопитающих и птиц. Однако существуют и примечательные исключения. Например, температура тела толстохвостого карликового лемура может колебаться почти на 25 °C в течение дня. Растущее количество исследований позволяет предположить, что гораздо больше животных, чем когда-то полагали ученые, используют этот гибкий подход — гетеротермию — изменяя температуру своего тела на минуты, часы или даже недели. Это помогает животным выживать в разных условиях. «Поскольку люди гомойтермные, мы предполагаем, что все млекопитающие устроены так же, как и мы. Но в последние годы благодаря развитию технологий, позволяющих исследователям легче отслеживать мелких животных и их метаболизм в дикой природе, мы начинаем находить гораздо больше странностей», — отметила экофизиолог млекопитающих из Университета Мэна Даниэль Левеск. Гибкость температурного режима у животных Самая экстремальная и самая известная форма гетеротермии — это классическая спячка, которую наиболее подробно изучили на животных, использующих ее для экономии энергии и выживания в долгие холодные зимы Северного полушария. Животные впадают в длительные периоды глубокого оцепенения, когда обмен веществ замедляется до минимума, а температура тела может падать почти до нуля. Но спячка — это лишь одно состояние из целого спектра. Многие млекопитающие способны впадать в короткие периоды поверхностного оцепенения (которое условно определяют как меньшее снижение метаболизма и меньшие колебания температуры тела) по мере необходимости. Это позволяет предположить, что у оцепенения гораздо больше функций, чем ученые предполагали ранее. «Это чрезвычайно сложный процесс, — пояснил специалист по сравнительной физиологии из Университета Новой Англии в Австралии Фриц Гейзер. — И он гораздо интереснее, чем гомойотермия». Например, австралийские восточные длинноухие летучие мыши регулируют свою спячку в зависимости от ежедневных изменений погодных условий. Мари Ас Фьелдал, биолог, изучающая летучих мышей в Норвежском университете естественных наук и Университете Хельсинки, использовала крошечные передатчики для измерения температуры кожи у 37 диких летучих мышей в Австралии в ходе их повседневной жизни. Как и многие гетеротермные виды, эти мыши проводили больше времени в оцепенении, когда было холодно, но они также чаще впадали в оцепенение с усилением дождя и ветра. Как объяснила биолог, такое поведение имеет смысл: ветер и дождь делают полет более энергозатратным (а это большая проблема, когда весишь меньше, чем маленькая пачка конфет) и усложняют поиск еды — насекомых. Были случаи, когда беременные волосатохвосты впадали в оцепенение во время непредсказуемых весенних штормов — физиологический прием, приостанавливающий их беременность. По словам Фьелдал, таким образом летучие мыши в некоторой степени могут сами решать, когда рожать, что очень удобно, когда живешь в суровых условиях. Кроме того, выработка молока требует огромных метаболических затрат, поэтому рожать выгоднее тогда, когда пищи достаточно. Оцепенение как стратегия выживания Другие животные, например, сахарные сумчатые летяги редко впадают в оцепенение, но, судя по всему, способны использовать его в случае серьезных погодных катаклизмов. Как выяснил Гейзер, во время шторма с ураганным ветром первой категории скоростью почти 100 км/ч и 9,5 см осадков, выпавшими за одну ночь, летяги предпочитали не высовываться из своих гнезд в дуплах деревьев, и многие из них впали в оцепенение, снизив температуру тела с 34,5 °C до 19 °C. Аналогичным образом, в ответ на случайное затопление в лаборатории, исследователи наблюдали необычно продолжительный период многодневного оцепенения у золотистой иглистой мыши, чья температура тела упала до 24 °C. Такое более гибкое использование состояния оцепенения помогает гетеротермным животным пережидать катастрофы. В отличие от них, гомойотермные виды не могут просто уменьшить свою потребность в еде и воде и, возможно, оказываются не в состоянии переждать сложные условия. Экофизиолог из Ливерпульского университета Джона Мурса и соавтор исследования сахарных летяг Джулия Новак пояснила, что у оцепенения, особенно в тропиках, множество разных пусковых механизмов: возможно, нет еды, нет воды, а может, просто слишком жарко. Угрозы иного рода, например, присутствие хищников, также способны заставить животных впасть в оцепенение. Соня-полчок иногда прибегает к такому состоянию в начале лета. Такое поведение озадачило исследователей: зачем спать летом, когда температура комфортная и еды вдоволь, особенно если это означает упустить возможность размножиться? Изучив многолетние данные, собранные разными учеными, двое исследователей пришли к выводу, что, поскольку весна и начало лета являются периодом особенно высокой активности сов, эти маленькие зверьки, которые вполне могли бы стать добычей, вероятно, предпочитают проводить ночи в оцепенении, надежно спрятавшись в подземных норах. По аналогичной стратегии действуют и летучие мыши, слегка меняя свой режим оцепенения в зависимости от фазы луны: когда луна становится полнее, их легче заметить. Толстохвостая сумчатая мышь, обитающая в Австралии,­ — третий вид, который предпочитает не высовываться, когда чувствует повышенный риск быть съеденным. В одном исследовании ученые поместили животных в вольеры двух типов: в одних было много укрытий на земле в виде пластиковых листов, имитирующих родную среду, в других вольерах укрытий было мало, что создавало эффект повышенного риска нападения. В последних условиях сумчатые мыши реже выходили на кормежку, а колебания температуры их тела стали сильнее. По мнению ученых, даже небольшие изменения температуры тела могут быть важны для экономии воды и энергии. Действительно, потеря влаги в жаркую погоду представляет серьезную опасность для многих млекопитающих, и для некоторых из них гетеротермия является важным инструментом выживания. Как заметил Блэгден, люди способны поддерживать стабильную температуру тела даже в невыносимо жарких условиях и во многом благодаря способности потеть. Но для более мелких млекопитающих испарительное охлаждение в знойном климате может быстро привести к обезвоживанию. Вместо этого такие существа, как мадагаскарские листоносые летучие мыши, используют оцепенение. В теплые дни они впадают в кратковременное оцепенение, длящееся всего несколько минут. Но в сильную жару животные остаются в этом состоянии до семи часов, снижая метаболизм до менее чем 25% от нормы и позволяя температуре тела подниматься до 42,9 °C. А в эксперименте с кольцехвостыми поссумами незначительное повышение температуры их тела примерно на 3 °C во время имитации жары позволило животным сэкономить около 10 граммов воды в час, а это немало для существа весом менее 800 граммов. Физиолог-эколог из Университета Уотерлу в Онтарио Лиам Макгуайр пояснил, что гетеротермный образ жизни дает некоторым животным своего рода подушку безопасности, помогая справляться с непостоянством среды. Но это не может полностью их защитить от проблем, связанных с быстро меняющимися погодными условиями, вызванными изменением климата. Блэгден считал человеческий организм уникальным в своей способности поддерживать постоянную температуру тела, «генерируя холод», когда температура окружающей среды поднимается слишком высоко. Сегодня же ученые начинают понимать, что для многих млекопитающих гибкая регуляция может быть ключом к выживанию. По материалам статьи «The strange animals that control their body heat» Knowable Magazine

Как Турция завоевала титул мировой чайной столицы

История потребления чая в Турции, вернее — в Османской империи, берет начало еще в XVII веке. Тогда этот продукт привозили из-за рубежа. В XIX веке султан Абдул-Хамид II, ценивший чай за его полезные и бодрящие свойства, предпринял попытку наладить производство на родине. По его приказу первые саженцы были высажены в Бурсе. Однако климат города не подходил для растения, поэтому чай не прижился. Сегодня Турция входит в пятерку крупнейших производителей чая, а также занимает первое место в мире по его потреблению: 3,16 кг на человека в год — более 1300 чашек! Для сравнения: в Китае на одного человека в год приходится чуть больше полукилограмма. Такую популярность в Турции напиток заслужил по нескольким причинам. Во-первых, цена. Чай — доступный всем слоям населения национальный продукт. Его подают и в домах в глухих горных деревушках, и в дорогих ресторанах, расположенных в центре мегаполисов, таких как Стамбул, Анкара, Измир. Во-вторых, культурная традиция. Чай превратился в один из главных символов гостеприимства. Его предлагают не только дома или в кафе, но и в магазинах, парикмахерских, офисах и на базарах. Этот горячий напиток употребляют в любое время суток и в любую погоду — даже в жару! А отказ от чая в гостях хозяева могут воспринять как неуважение в свой адрес. Но как же устоявшийся стереотип о том, что Турция — кофейная империя? Не зря же существует традиционный турецкий способ приготовления кофе. Действительно, чуть больше ста лет назад, во времена Османской империи, турки предпочитали крепкий ароматный кофе, а до чая никому не было дела. Кофе непременно присутствовал как на приемах во дворце, так и в повседневной жизни султана и его придворных и простых жителей. Кофе в Турцию импортировали из Йемена, входящего в состав Османской империи. Когда она распалась, импорт стал слишком дорогим, цена на напиток, конечно, тоже возросла, пришлось искать замену. В 1924 году первый президент Турции Мустафа Кемаль Ататюрк предложил выращивать в стране чай. Для этого растения идеально подходил теплый и влажный климат провинции Ризе на Черноморском побережье. В 1930-е годы на плантациях было посажено 70 тонн семян, привезенных из СССР — из Грузии. Уже к середине столетия турки по всей стране наслаждались новым традиционным напитком — черным ароматным чаем. Ризе остается чайной столицей по сей день: один из самых известных сортов получил название в честь этой провинции, а большая часть населения (до 80%) связана с производством или выращиванием чая. Здесь улицы украшают фонари в форме чайных листочков, на стенах красуется граффити с изображением стаканов, в аэропорту Ризе открыт музей чая, а в центре города стоит здание в виде гигантского чайного стакана — оттуда можно подняться на смотровую площадку и полюбоваться морем, горными пейзажами и видом на город. Государство активно поддерживает производителей чая: выделяются субсидии на закупку удобрений, местные жители могут получить землю для организации плантаций. Правительство тщательно следит за качеством производимого сырья для напитка. Каждый этап — от посадки до сбора урожая — подлежит обязательной сертификации. Под контролем даже качество почвы! Ежегодно одна пятая часть участка «отдыхает» — на ней в этот год ничего не сажают. Так за пять лет обновляется почва во всем хозяйстве, что влияет на качество конечного продукта. Обычно плантации расположены высоко в горах, вдали от дорог и производств, хотя и в городе в частных хозяйствах нередко можно увидеть небольшие посадки чая. Существует государственное регулирование производства чая государственной компанией Çaykur — крупнейшим игроком на этом рынке в Турции. Çaykur устанавливает гарантированные закупочные цены на свежий чайный лист, защищая фермеров от колебаний рынка. Конечно, за сто лет в Турции сформировались и особые традиции употребления чая. Жители и гости этой удивительной страны соблюдают их и по сей день. Заваривают чай в специальном двухъярусном чайнике — чайданлыке (çaydanlık), который заранее нагревают. В верхнем ярусе находится крепкая заварка, а в нижнем — кипяток. Находясь в такой конструкции, чай дольше остается горячим, а каждый из гостей может регулировать крепость напитка, добавляя побольше заварки или кипятка в традиционный стакан в форме тюльпана или груши — его называют «бардак» (bardak — стакан или çay bardağı — стакан для чая) или «армуд» (armudu — груша, грушевидный). Широкая нижняя часть стакана способствует сохранению температуры напитка. За узкую середину бардак удобно держать, чтобы не обжечься, а благодаря расширяющемуся «горлышку» ярче раскрывается аромат. Производство чая в Турции начиналось как вынужденная мера — поиск замены дорогому кофе. Но за сто лет чай превратился в национальный бренд и важнейший атрибут повседневной жизни. Сегодня Турция по праву носит звание мировой чайной столицы, превратив простое чаепитие в искусство общения.

Хроникер-призрак и стилистика дисгармонии в романе Достоевского «Бесы»

Роман «Бесы» Федора Михайловича Достоевского — тот самый «ларчик с секретом», который ты вертишь так и эдак, пока не поймешь, что нужно просто приподнять крышку. Однако — однако! — это вовсе не означает, что внутри такой незатейливой коробочки нет фальшивого дна: одного, или, может быть, двух-трех — кто знает? Уж сколько аналитических и вольных осмыслений романа о радикалистах-революционерах доводилось читать до и во время подготовки к восхождению на литературную Голгофу; популярные эссе гласят, что роман предсказал будущность всей России, описал стихийность и безжалостность толпы, управляемой фанатизмом. Поскольку писатель — больше, чем пророк, рассекающий время всевидящим взглядом; у писателя — не три лика, а куда больше; писатель видит не будущее (к слову, почему закрепилось именно единственное число?), а альтернативы, вариации, возможности и допущения. Это топорное (ох, как бы Федору Михайловичу понравилось это прилагательное) толкование зачастую исключает многочисленные «отделки» и «инкрустации» романа. Поэтому отныне мы введем правило, согласно которому мы сейчас кратко опишем контекст формирования задумки произведения, но впоследствии не будем концентрироваться на историкоцентричном смысле, — аналогичного добра и так в избытке. Роман «Бесы» создавался в 1870–1871 гг, в той России, которая, будто повозка, сползающая вниз по скользкой почве, уже начала свое неуклонное движение к трагической развязке. Все положение сложилось из общественно-политической напряженности, слишком рьяных поисков альтернативного пути развития государства, а возможно, и из неискоренимой страсти к хаосу — той самой страсти, которая заставляет совсем еще маленького ребенка ломать башенку, которую возводил не он. Убираем одно фальшивое дно — что дальше?.. Реальным толчком к написанию «Бесов» послужило громкое «нечаевское дело» (убийство студента Иванова членами революционного кружка Сергея Нечаева в 1869 году). Это дело потрясло Достоевского. Федор Михайлович никогда не скрывал, что на написание «Бесов» его сподвигло личное непроходящее «томление Кассандры» (Кассандра — троянская царевна, которая видела гибель Трои, но ее проклятьем было то, что никто ей не верил), касающиеся нигилизма как социального явления или, вернее, социальной «язвы»; и если тот же Тургенев гневно и несколько высокомерно смотрел на нигилизм как на желание нахальной молодежи легализовать собственный внутренний вакуум, то Достоевский не мог не воспринимать всерьез то, что способно было повлечь серьезные сломы в человеческом сознании, в миротворчестве и мировосприятии. Он не пренебрегал молодежью, напротив — он наблюдал за ней не без раболепного ужаса. Ведь это — будущее. Если не его, Достоевского, то других — тех, кто придет ему на смену, кто будет дышать испарениями этих концепций, догматов, катехизисов. Из писем Достоевского: «На вещь, которую я сейчас пишу… сильно надеюсь, но не с художественной, а с тенденциозной стороны; хочется высказать несколько мыслей, хотя бы погибла при этом моя художественность. Но меня увлекает накопившееся в уме и в сердце; пусть выйдет хоть памфлет, но я выскажусь…» Есть один нюанс (хотя не будем никого обманывать — нюансов в «Бесах» миллион!), который хотелось бы затронуть. Дело в том, что Достоевского могли называть «русским маркизом де Садом», «гением» (кстати, оба прозвища дал ему Тургенев), «мастером изнаночного детектива», но вот не кривя душой назвать автора «великим стилистом» осмелился бы далеко не каждый. А что, если допустить: Достоевский и правда великий стилист? Хоть на минуту? Не такой, каким был Толстой, например, нет. Другим — но великим именно в своей способности намеренно путать и сбивать с толку читателя. Дело в том, что в романе «Бесы» есть рассказчик — Г–в Антон Лаврентьевич. По крайней мере, он присутствует в тексте в первых главах и изредка дает о себе знать в дальнейшем. Так, к примеру, совершенно без причин он признается, что был влюблен в Лизу, героиню романа, охваченную губительной страстью к неприкаянному и инфернальному Ставрогину. Но… этот самый рассказчик — одна из самых непостижимых фигур всего произведения. Обычно автор заранее выбирает форму повествования: от первого лица («я-рассказчик») или от третьего («всевидящее око», — Саурон ни при чем). При этом повествование в третьем лице тоже делится на типы. Например, оно может быть более объективным, будто «взгляд со стороны» или «взгляд бога», или же читатель может получать информацию порционно: знать столько же, сколько знает главный герой. Форма «Бесов» не поддается никакой логике. Казалось бы, у нас есть рассказчик. Однако этот «проводник» вдруг исчезает, и отныне мы видим те происшествия и становимся свидетелями тех бесед, видеть и слышать которые хроникер никак не мог. Словно нас доверительно взяли за руку, завели в комнату с незнакомцами, бросили — «Я на минутку отойду!» — и заперли там на ключ. Подобный прием создает эффект, который можно назвать «литературной ловушкой». Это не просто игра с формой — это способ передать атмосферу всеобщего безумия, царящего в «Бесах». Возьмем, к примеру, сцену убийства Шатова. Г–в Антон Лаврентьевич не мог присутствовать при этом, но описание дано так детально, словно он стоит рядом. Более того, сам тон повествования меняется: от сухого хроникерского стиля — к нервному, почти истеричному потоку сознания. Почему это гениально — и гениально ли? Уместный вопрос. Можно ли назвать такой подход стилистическим мастерством? Безусловно. Достоевский не стремится к «красивости» фраз, как Тургенев, или к эпической ясности, как Толстой. Его стиль — стиль дисгармонии, отражающий неупорядоченность мира. Тургенев, иронически назвавший Достоевского «прыщом на носу русской литературы», возможно, чувствовал эту особенность: автор не просто рассказывает историю, а мучает читателя, заставляя его пробираться сквозь лабиринт противоречий. В «Бесах» царит атмосфера всеобщего распада: идеи превращаются в фанатизм, любовь — в разрушительную страсть, а разумные дискуссии — в бессвязные монологи. Хаотичная форма романа лишь усиливает это ощущение. Читатель теряет опору: он больше не может доверять ни рассказчику, ни даже собственному восприятию.

«Орловский раскат»: как русский изобретатель изменил мировую полиграфию

Сегодня мы все чаще используем безналичные платежи, однако бумажные деньги по-прежнему остаются востребованными во всем мире. Защищенность и внешний вид купюр и ценных бумаг — во многом заслуга русского изобретателя Ивана Орлова, крестьянского сына из Нижегородской губернии. Уже более 130 лет в основе печати банкнот лежит способ «орловского раската» — это технология, позволяющая наносить на купюру несколько красок за один прогон. Благодаря этому методу линии рисунка не прерываются и плавно меняют цвет, что обеспечивает идеальное совпадение красок и делает подделку практически невозможной. При обычной офсетной печати каждый цвет наносится отдельно, что часто приводит к смещению или наложению линий, а метод Орлова позволил добиться идеальной точности. Так «орловский раскат» — техника, покорившая весь мир, названа в честь «простого русского Ивана». Иван Орлов родился в 1861 году. Детство его прошло с бабушкой: отец умер, когда Ваня был совсем маленьким, а матери пришлось уехать на заработки в Нижний Новгород. Жили бедно, часто приходилось просить милостыню. Когда Иван повзрослел, мать забрала его в город, где мальчик работал в трактире и в свободное время рисовал портреты посетителей. Один из гостей заведения, купец Власов, разглядел талант юного художника и помог ему поступить в Кулибинское ремесленное училище. Позже Орлов продолжил образование в Москве, в Строгановском училище технического рисования. Толчком к судьбоносному изобретению стал фельетон — сатирическая заметка в газете — о подделке денег. Автор в шутку предположил, что для защиты купюр можно вплетать нити в бумагу, тем самым создавать уникальный узор. Орлова эта идея заинтересовала, и он разработал проект устройства для создания сложных линий на ценных бумагах. Изобретатель отправил наброски в петербургскую Экспедицию заготовления государственных бумаг. Хотя сначала проект признали неосуществимым, талант молодого человека оценили и предложили ему должность главного мастера ткацкой мастерской и изготавливать дензнаки на шелковой ткани. В 1890 году на идею нижегородца обратил внимание управляющий Экспедиции — известный ученый Роберт Ленц. Впечатленный технологией, он поддержал изобретателя. Орлову помогал механик Иван Стружкин. Не имея технического образования, Орлов создавал эскизы нового оборудования, а Стружков воплощал их в чертежах и затем вытачивал и отливал детали. Принцип работы машины Орлова, применяемый по сей день, заключается в следующем: краски с нескольких цветоделенных форм сначала собираются на общем вале, а затем переносятся на единое печатное клише. После этого за один прогон листа получается многокрасочный оттиск — без просветов, перекосов и наложений. Рисунок выглядит одной непрерывной линией, которая по ходу движения четко и резко меняет цвет несколько раз. Первые оттиски получили в 1891 году, а уже через год на действующем образце машины напечатали 25-рублевые купюры. На лицевой стороне банкнот красовалась многоцветная сетка из волнистых линий с плавным переходом тонов, переходящая в центре в рисунок герба. Оборотную сторону также украсил «орловский раскат». Из-за яркой расцветки в народе деньги прозвали «радужными». С 1894 по 1912 год технологию применяли для печати банкнот номиналом 5, 10, 100 и 500 рублей. Вершиной мастерства Экспедиции специалисты считают легендарные «катеньку» — 100 рублей с портретом Екатерины II и «петеньку» — 500 рублей с портретом Петра I. Конечно, изобретение сразу запатентовали, и оно произвело настоящий фурор за границей. Техника печати демонстрировалась на выставках в Чикаго и Париже. Немецкая фирма Koenig & Bauer наладила серийный выпуск печатных машин, выплачивая России золотом за право использования технологии. Сам Орлов получил премию, которая в 15 раз превышала годовую зарплату служащего Экспедиции. В 2002 году Гознак выпустил рекламную банкноту, посвященную Ивану Орлову. На ней изображены образцы его печати, портрет и схема станка. А в 2025 году Банк России увековечил достижение изобретателя в памятной серебряной монете «Орловская печать» номиналом три рубля в серии «Изобретения России».