Тирания уникальности: как перестать верить в собственное величие и стать счастливее

Для решения большинства проблем человеку нужно просто осознать, что в них нет ничего особенного и миллионы живут с точно такими же, считает блогер, автор The Huffington Post Марк Мэнсон. Здесь мы приведем фрагмент перевода его книги «Тонкое искусство пофигизма: парадоксальный способ жить счастливо», где он объясняет, как перестать завидовать каждому второму во френдленте, избавиться от завышенных ожиданий и понять, что действительно важно, а что не стоит внимания. Тонкое искусство наплевать Когда большинство людей слышат про умение наплевать, они представляют себе человека, которому в его спокойной безмятежности нет дела ни до каких жизненных бурь. Они воображают субъекта, которого ничем не проймешь и не расшевелишь. Но знаете, как называется человек, который не обнаруживает эмоций и ни в чем не видит смысла? Психопат. Думаю, у вас нет ни малейшего желания становиться психопатом. Так что же значит — уметь наплевать? Рассмотрим три «тонкости», которые прояснят ситуацию. Тонкость N1: умение наплевать не означает безразличия; это умение оставаться другим Скажем без экивоков. В безразличии нет ничего восхитительного и достойного. Безразличные люди — жалкие неадекваты. Это диванные овощи и интернетные тролли. Безразличные люди часто лишь прикидываются безразличными, ибо в глубине души им далеко не наплевать. Им не наплевать, что люди думают об их волосах, поэтому они не моют их и не причесывают. Им не наплевать, что люди думают об их идеях, поэтому они прячутся за сарказмом и высокомерными подколами. Они боятся, что кто-то подойдет к ним близко, поэтому воображают себя особенными, хрупкими созданиями, чьи проблемы никому понять не под силу. Безразличные люди боятся мира и последствий собственного выбора. Вот почему они не делают мало-мальски осмысленного выбора. Они прячутся в серой и бездушной яме, которую сами себе выкопали, поглощенные собой и жалостью к себе. И вечно убегают от этой досадной вещи, которая требует времени и сил и называется жизнью. Ибо знаете, в чем подлянка? По большому счету наплевать — невозможно. У вас должно быть что-то, до чего вам есть дело. Это физиологическая потребность: всегда беспокоиться о чем-то, относиться неравнодушно. Стало быть, вопрос таков: на что нам не наплевать? Какой выбор мы сделаем? И как наплевать на то, что в конечном счете неважно? Недавно у моей матери обманом выудил деньги ее близкий друг. Будь я безразличен, я бы пожал плечами, хлебнул мокко и загрузил очередной сезон «Прослушки». Извини, мама. А я был возмущен. Я был взбешен. Я сказал: «Черта с два, мама! Мы идем к адвокату и ищем способ взять эту сволочь за горло. Почему? Да потому, что мне не наплевать. Я разрушу мерзавцу жизнь, если потребуется». Итак, тонкость номер один. Когда мы говорим «Марк Мэнсон умеет наплевать и забить», мы не имеем в виду, что «Марку Мэнсону все до лампочки». Мы имеем в виду другое: ему до лампочки, что на пути к целям его ждут неприятности, или что кого-то раздражают поступки, которые он считает правильными, важными и достойными. Мы имеем в виду: Марк Мэнсон — из тех людей, которые напишут о себе в третьем лице лишь потому, что сочтут это правильным. И плевать ему на чужое мнение. Вот этим можно восхищаться. Да не мной, дубина: преодолением трудностей, готовностью быть самим собой, быть изгоем и парией во имя своих ценностей. Готовностью взглянуть в лицо неудачам и показать им средний палец. Восхищаться людьми, которые плюют на трудности и неудачи, не боятся попасть в неловкое положение, не боятся слажать несколько раз. Людьми, которые, смеясь, делают, во что верят. Делают — ибо считают это правильным. Такие люди знают: есть вещи, более важные, чем они сами, и их чувства, и их гордость, и их эго. Им плевать не на все подряд, а на все второстепенное. Они берегут свои нервы для подлинно важного. Для друзей. Семьи. Цели. Буррито. Одного-двух судебных процессов. Но, поскольку они берегут нервы лишь для больших и значимых вещей, окружающие будут плевать на них самих. И вот еще подлянка. У вас не получится играть важную и ключевую роль для одних людей, не став посмешищем и помехой для других. Просто не получится. Ибо сопротивление всегда существует. Всегда. Как говорится, куда ни пойди, конец один. Это касается и тягот, и неудач. Куда бы вы ни пошли, вас поджидает огромная куча проблем. И это — норма. И задача состоит не в том, чтобы убежать от проблем. Она состоит в том, чтобы найти проблемы, с которыми вам понравится иметь дело. Тонкость N2: чтобы не волноваться о невзгодах, нужно волноваться о вещах более важных Допустим, вы стоите в очереди в магазине. Перед вами старушка шумит на кассира, который не принял ее купон на 30 центов. И почему она так волнуется? Ведь это лишь 30 центов. Я вам объясню почему. Этой женщине больше нечем заняться, как сидеть дома и вырезать купоны. Она старая и одинокая. Ее дети — эгоисты, которые никогда ее не навещают. Она живет одна уже лет тридцать. Она не может выпустить газы, не испытывая сильной боли внизу спины. И пенсия у нее крошечная, и умрет она в памперсах, воображая себя в сказочной стране. Остается вырезать купоны. Больше ничего нет. Только она и чертовы купоны. Она ни о чем больше не волнуется, поскольку ей не о чем больше волноваться. И когда семнадцатилетний кассир отказывается взять купон и отстаивает неприкосновенность своей кассы с тем мужеством, с каким былые рыцари защищали честь дамы сердца, бабуля не может не взорваться. Восемьдесят лет нервотрепки обрушиваются на несчастного как огненный шквал: «А в мое время…», «…люди выказывали больше уважения». И далее в том же духе. Беда с людьми, которые щедры на тревоги как летний день на эскимо, состоит в том, что им нечем больше заняться. Но если вы будете волноваться из-за всякой ерунды — новой фотки экс-бойфренда в соцсетях, долговечности батареек в пульте для телевизора и покупке двух гелей для рук по цене одного, — в жизни не останется места для волнений по серьезным поводам. И это — реальная проблема. Не гель для рук. И не пульт для телевизора. Я слышал, один художник сказал, что, когда у человека нет проблем, его ум выдумывает их. По-моему, большинство — особенно образованный, холеный средний класс белых людей — считают «жизненными проблемами» обычные следствия того, что у них нет более важных вопросов для беспокойства. А значит, найти нечто важное и осмысленное в жизни и есть самый продуктивный способ использовать время и силы. Ибо, если вы не найдете такого осмысленного занятия, вы истреплете нервы по причинам пустым и легковесным. Тонкость N3: осознаете вы это или нет, от вас зависит, о чем волноваться Умение плюнуть не врожденное. Рождаемся мы с противоположным качеством. Видели, как истошно плачет ребенок, когда у него панамка не того оттенка голубого? Вот именно! Ну его, этого младенца. Когда мы молоды, все вокруг новое и волнующее и все кажется важным. Вот мы и психуем на каждом шагу. Мы на нервах из-за всего и вся: что люди о нас говорят, позвонит ли нам этот классный парень/классная девушка, удастся ли подобрать второй носок в паре и какого цвета будет воздушный шарик на день рождения. Потом мы становимся старше и опытнее. Мы замечаем, что масса времени ушла впустую, а большинство этих вещей не оказали длительного влияния на нашу судьбу. Люди, чьим мнением мы дорожили, исчезли из нашей жизни. Любовные неудачи, которые причинили боль, оказались к лучшему. Мы также осознаем, сколь мало внимания люди уделяют второстепенным деталям нашей жизни. И мы решаем не психовать по этим поводам. По сути, мы становимся избирательными в отношении того, о чем волноваться. Это именуется зрелостью. Кстати, попробуйте: полезное качество. Оно возникает, когда вы учитесь тревожиться лишь из-за вещей, которые того заслуживают. […] Когда мы становимся еще старше и достигаем среднего возраста, начинает меняться кое-что еще. Снижается запас энергии. Укрепляется наша идентичность. Мы знаем, кто мы, и принимаем себя со всеми достоинствами и недостатками. И как ни странно, это освобождает. Уже не надо волноваться из-за всего подряд. Жизнь такова, какова она есть. Мы принимаем ее со всеми ее бородавками. Мы осознаем, что никогда не вылечим рак, не полетим на Луну и не пощупаем Дженнифер Энистон. Ну и ладно. Жизнь продолжается. Зато нам не плевать на более важные части нашей жизни: семью, лучших друзей, любимое дело. И к нашему изумлению, этого хватает. Все становится проще, и это приносит стойкое удовлетворение. […] Злоключения Панды Разочарования Если бы я мог выдумать супергероя, я бы выдумал Панду Разочарования. Он бы носил смешную маску вокруг глаз и майку (с большой буквой Т), слишком маленькую для его большого брюшка. А его суперсила состояла бы в том, что он рассказывал бы людям суровую правду о них — нужную, но нежеланную. Он ходил бы от двери к двери, как распространитель Библии, звонил жильцам и говорил неприятные вещи, например: «Большая прибыль поможет вам чувствовать себя лучше, но дети вас за это не полюбят». Или: «Если вы спрашиваете себя, доверяете ли своей жене, то, наверное, не доверяете». Или: «То, что вы называете дружбой, есть лишь постоянные попытки впечатлить окружающих». Затем он желал бы жильцу доброго дня и не спеша отправлялся бы к следующему дому. Это было бы потрясающе. И тяжело. И грустно. И жизнеутверждающе. И необходимо. В конце концов выслушивать величайшие истины неприятнее всего. Никто не хочет встретить такого Панду. Но он необходим большинству из нас. Его слова были бы словно свежие овощи на фоне тех ментальных консервов, что мы употребляем. Он портил бы нам настроение, но делал жизнь лучше. Он делал бы нас сильнее, поражая в самое сердце, и освещал бы светом будущее, показывая тьму. Слушать его — как смотреть фильм, в котором герой умирает в конце: вам тяжело, но вы понимаете, насколько все реалистично, и не можете оторваться. А раз так, позвольте мне надеть маску Панды Разочарования и сообщить вам неприятное известие. […] Вы не уникальны […] Чем глубже боль, тем беззащитнее мы ощущаем себя в наших проблемах и тем больше развязываем себе руки в попытке компенсировать проблемы. Эта установка работает одним из двух способов: Я замечательный, а остальные — уроды, поэтому я заслуживаю особого обращения. Я урод, а остальные—замечательные, поэтому я заслуживаю особого обращения. С виду противоположные вещи, но эгоистическая начинка одинаковая. Люди, которые считают себя особенными, часто колеблются между обеими крайностями. То они на вершине мира, то у его дна: в зависимости от дня недели и эффективности самообмана. […] Однако уникальных проблем вообще не бывает! С такими проблемами, как у вас, миллионы людей жили в прошлом, живут сейчас и будут жить в будущем. Очень возможно, что такие люди есть и среди ваших знакомых. Это не умаляет проблем и не означает, что вам не должно быть больно. Это не означает, что в каких-то обстоятельствах вы напрасно считаете себя жертвой. Это означает одно: вы не уникальны. Зачастую осознание лишь этого факта — что в серьезности и болезненности ваших проблем нет ничего особенного — становится первым и важнейшим шагом к их решению. Почему-то все больше и больше людей, особенно молодых, забывают об этом. Многие профессора и педагоги отмечают отсутствие эмоциональной устойчивости и избыток эгоистических требований у нынешней молодежи. Нередко книги убирают из школьной программы лишь потому, что они кого-то раздражают. […] Психологи констатируют: как никогда много учеников переживают крайний эмоциональный стресс из-за самых обычных школьных проблем — ссоры с одноклассником, плохой отметки на уроке. Странно, что в эпоху всеобщей коммуникации ощущение своей неповторимости достигло максимума. Нечто в современной технологии позволяет разгуляться нашим комплексам как никогда раньше. Чем больше свободы выражения нам дают, тем больше мы хотим освободиться от нужды иметь дело с людьми, которые не согласны с нами или расстраивают нас. Чем чаще мы сталкиваемся с противоположными точками зрения, тем больше недовольны, что эти точки зрения существуют. Чем легче и свободнее от проблем становится наша жизнь, тем более уникальными мы считаем оставшиеся проблемы. Без сомнения, интернет и социальные сети — настоящее чудо. Во многих отношениях наше время — лучшее в истории. Но быть может, в социальном плане эти технологии дают и нежелательный побочный эффект. Технологии, которые принесли свободу и знания столь многим людям, внушили многим и чувство уникальности, какого не знали их предки. Тирания исключительности Большинству из нас большинство дел удаются весьма средне. Даже если мы в чем-то асы, в остальном наверняка середнячки, а то и похуже. Так устроена жизнь. Чтобы достичь мастерства в чем-либо, нужно затратить массу времени и сил. А поскольку наши время и силы ограничены, почти никто не достигает подлинного мастерства сразу в нескольких вещах (если хоть в чем-то достигает). Со статистической точки зрения немыслимо, чтобы один и тот же человек достиг удивительных успехов во всех (или даже во многих) областях жизни. Успешные бизнесмены зачастую не умеют выстраивать семейную жизнь. Знаменитые спортсмены сплошь и рядом пусты и тупы, как пробка после лоботомии. Многие знаменитости не лучше знают, как жить, чем простофили, которые смотрят на них раскрыв рот и подражают каждому чиху великого человека. Все мы в большинстве отношений — середнячки. Просто резонанс получают крайности. Для нас это не новость, но мы редко думаем и/или говорим об этом. И никогда не обсуждаем, почему это может быть проблемой. Конечно, здорово иметь интернет, соцсетки и доступ к пятистам с лишним каналам телевидения. Но наше внимание ограничено. У нас нет возможности обработать лавины информации, которые постоянно накатывают на нас. Поэтому до нашего сознания всерьез доходят лишь капли информации: вещи подлинно необычные, крайне редкие. Однако изо дня в день на нас обрушиваются тонны известий о вещах необычных. О лучшем из лучшего. О худшем из худшего. О величайших спортивных рекордах. О самых смешных шутках. О самых страшных катастрофах. О самых жутких угрозах. И так без конца. Ларчик открывается просто. Вокруг полно информации от пиков и минимумов кривой человеческого опыта, поскольку именно они привлекают наше внимание. И они приносят доллары медийному бизнесу. Но подавляющее большинство людей живут в однообразной середине. Подавляющая часть жизни не экстраординарна, а вполне заурядна. Поток крайностей заставляет нас верить, что исключительность — это норма. А поскольку обычно с нами ничего особенного не происходит, лавина сообщений об исключительном наводит тоску, отчаяние: что же мы-то сидим в болоте? Отсюда возникает все большая потребность в компенсации, которую сулит нам чувство собственной исключительности или какое-то пристрастие. Мы пытаемся справиться доступными способами: путем возвеличивания себя или других. Одни выдумают схемы быстрого обогащения. Другие отправляются на противоположный конец планеты спасать голодающих младенцев. Третьи лезут из кожи вон в учебе и добывают каждую мыслимую награду. Четвертые обстреливают школу. Пятые пытаются заняться сексом со всем, что говорит и дышит. Это связано все с той же культурой уникальности, о которой я говорил. В этом культурном сдвиге часто винят людей, родившихся в конце ХХ в. Но это поколение просто самое заметное и находится в центре внимания. А тяга чувствовать себя уникальными ощущается у людей всех поколений. […] Постоянный поток медийной ахинеи подпитывает наше чувство неуверенности: вот видите, насколько вы не соответствуете стандартам? Мало того, что мы ощущаем себя в гуще нерешаемых проблем: мы оказались еще и лузерами, поскольку элементарный поиск в Google сообщает о тысячах людей, которые вообще не имеют этих проблем. Технология решила старые экономические проблемы, принеся нам новые психологические проблемы. В интернете мы находим не только легкий доступ к информации, но и легкий доступ к неуверенности, стыду и сомнениям в себе. «Но если я не буду особенным и удивительным, в чем же смысл?» В нашей культуре принято считать, что мы все призваны к чему-то подлинно необычному. Так говорят знаменитости. Так говорят олигархи. Так говорят политики. […] Абсолютно каждый может быть выдающимся. Мы все заслуживаем величия. Однако большинство людей упускают из виду, что в этом тезисе есть внутреннее противоречие: если все будут выдающимися, то по определению никто не будет выдающимся. Вместо того чтобы задуматься, чего мы на самом деле заслуживаем или не заслуживаем, мы послушно съедаем это вранье и просим еще. «Середнячок» — классическое определение неудачника. Нет ничего хуже, чем оказаться в середине, в средней части кривой. Когда успех измеряется «необычностью», уж лучше быть в самом низу, чем в середине: во всяком случае ты необычен и заслуживаешь внимания. Многие люди так и поступают: доказывают всем, что они самые несчастные, или самые угнетенные, или самые виктимизированные. Многие боятся оказаться середнячками: ведь если они смирятся с таким положением, они никогда ничего не достигнут, не выбьются в люди. Их жизнь не будет ничего значить. Такой менталитет опасен. Как только вы согласитесь, что стоящей можно назвать лишь подлинно великую и выдающуюся жизнь, вы объявите жизнь большинства людей на Земле (включая свою) бездарной и бесполезной. А это ничего хорошего не сулит ни окружающим, ни вам самому. Те редкие люди, которые добиваются больших успехов в чем-либо, обязаны своими успехами не вере в свою исключительность. Корни их побед лежат в другом: у них был пунктик насчет совершенствования. Но вдумаемся: почему они хотели сделать лучше? Да потому, что отдавали себе отчет: пока у них не очень получается. Этот настрой диаметрально противоположен вере в собственное величие. Успех может прийти лишь тогда, когда человек поймет: до величия ему далеко, результаты — скромные и посредственные. И есть куда расти. А треп насчет того, что «каждый человек может стать исключительным и достичь величия», лишь дразнит эго. Звучит хорошо, но в реальности это лишь пустые калории, пресловутый бигмак для души и мозгов: от него только толстеешь и заплываешь жиром. Для эмоционального здоровья, как и для здоровья физического, нужно есть овощи и фрукты: иными словами, принять простые и незатейливые правды жизни. Например: «Твои поступки играют не такую уж большую роль в общем ходе вещей». Или: «Большая часть твоей жизни будет скучна и непримечательна. И это нормально». Поначалу такая растительная пища покажется грубоватой. А то и невкусной. Вас снова потянет к бигмаку. Но как только вы переварите правду, ваше тело наполнится жизнью и силами. В конце концов, у вас камень упадет с плеч: исчезает постоянная необходимость быть удивительным и выдающимся. Рассеиваются стресс и тревога, вызванные закомплексованностью и нуждой что-то из себя изображать. Знание и приятие вашего скромного существования освободит вас для совершения дел, которые вы действительно хотите сделать — без лишней опаски и завышенных ожиданий. Вам откроются простые жизненные радости: дружба, творчество, помощь нуждающемуся, чтение хорошей книги, возможность посмеяться с симпатичным человеком. Скажете, звучит скучно? Да, эти вещи — самые обычные. Но быть может, они не случайно самые обычные, а потому, что они подлинно важные. […] Как стать менее уверенным в себе Научиться задавать себе критические вопросы, сомневаться в своих мыслях и убеждениях чрезвычайно сложно. Однако это реально. Вот вопросы, которые помогут вам культивировать в себе неуверенность. Вопрос N1: «Что, если я ошибаюсь?» Одна моя знакомая собралась замуж. Ей сделал предложение серьезный человек. Он не пьет. Не бьет и не обижает ее. Он дружелюбный, и у него хорошая работа. Однако после помолвки ее брат прожужжал ей все уши про незрелый жизненный выбор: мол, наплачется она с этим человеком, и делает большую ошибку, и вообще ведет себя безответственно. Она спрашивала брата: «А тебе-то что? Почему это так тебя волнует?» Он неизменно отвечает: «Да ничего, и уж точно ничего личного. Просто пытаюсь быть полезным, забочусь о младшей сестре». А ведь что-то его беспокоит. Может, вылезли комплексы насчет брака. Может, ощущает в ее женихе соперника. Может, ревнует. А может, настолько привык считать себя жертвой, что неспособен заботиться о счастье ближнего, не пытаясь сделать его несчастливым. Как правило, мы не видим себя со стороны. Зачастую мы последними замечаем, что мы гневаемся, ревнуем или расстраиваемся. И есть только один способ снять шоры с глаз: избавиться от железных доспехов уверенности, постоянно сомневаться в собственных мотивах. «А не ревную ли я? И если да, то почему?» «А не разозлился ли я?» «А что, если она права, а я лишь защищаю свое самолюбие?» Подобные вопросы должны войти в умственную привычку. Во многих случаях само их возникновение делает нас более смиренными и сострадательными, что необходимо для решения множества проблем. Сделаем оговорку: сам факт, что вы сомневаетесь в своей правоте, не обязательно означает вашу неправоту. Если вас поколотил муж за то, что на плите жаркое подгорело, а вы спрашиваете себя, не зря ли вы обижаетесь на него, — весьма возможно, что он и впрямь дурно обошелся с вами. Ведь смысл состоит не в том, чтобы возненавидеть себя, а в том, чтобы задать вопрос и взглянуть на ситуацию критически. Следует помнить: чтобы в вашей жизни произошли перемены, вы должны найти у себя ошибки. Если вы целыми днями чувствуете себя несчастным, это означает, что вы уже в чем-то серьезно напутали. И доколе вы не разберетесь, где вышла ошибка, ничего не изменится. Вопрос N2: «Что означала бы моя неправота?» Многие способны спросить себя, не ошибаются ли они. Значительно меньшее число людей способны сделать следующий шаг и осмыслить, что означает их неправота. Ведь потенциальный смысл может оказаться весьма болезненным. Не только наши ценности оказываются под угрозой: еще и надо думать, как выглядит и ощущается кардинально иная ценность. Аристотель писал: «Образованный ум умеет рассматривать мысль, не соглашаясь с ней». Изучать и оценивать ценности, необязательно принимая их, — вот, пожалуй, главное умение, которое необходимо для позитивного изменения собственной жизни. Вспомним случай с братом моей знакомой. Ему бы следовало спросить себя: «Допустим, я не прав насчет замужества сестры. Что это означает?» Часто ответ на подобные вопросы очевиден: «Я эгоистичная/закомплексованная/нарциссическая задница». Если он ошибается и его сестре повезет — и у нее будет здоровый и счастливый брак, то объяснить его поведение остается лишь через комплексы и кретинские ценности. Он полагает, что лучше сестры знает, как ей жить, а она не способна принимать важные жизненные решения. Он полагает, что у него есть право и ответственность решать за нее. Он уверен, что прав, а остальные ошибаются. Но даже разоблачив такое поведение — в брате моей подруги или в себе — его трудно признать. Это болезненно. А кому же хочется задавать себе сложные вопросы. Однако без подобных «зондирующих» вопросов не добраться до проблем, которыми мотивируются его/наши безумные поступки. Вопрос N3: Признание неправоты создаст для меня и других людей большие или меньшие проблемы, чем сейчас? Это — лакмусовая бумажка. Так можно выяснить, есть ли у нас прочные ценности или мы полные невротики без царя в голове, которых кидает то в одну сторону, то в другую. Надо выяснить, какая проблема лучше. Ведь как сказал Панда Разочарования, жизненные проблемы неисчерпаемы. Взять хотя бы брата моей подруги. Какие возможности у него есть? А. По-прежнему нагнетать обстановку в семье, отравлять людям жизнь, подрывать доверие и уважение к себе сестры — из-за одной лишь смутной догадки (кто-то назовет ее интуицией), что выбранный спутник жизни ей не подходит. Б. Усомниться в собственной способности думать за сестру, вести себя поскромнее и довериться ее умению принимать решения и в любом случае жить с последствиями своей любви и уважения к ней. Большинство людей выберут А. Оно и понятно: так легче всего. Думать не надо, ни во что вникать не надо, терпимо относиться к чужим и неприятным решениям не надо. Но в итоге несчастливы все участники ситуации. Здоровые и счастливые отношения, основанные на доверии и уважении, создает вариант Б. Он склоняет к скромности и признанию своего невежества. Он позволяет людям преодолеть свои комплексы и увидеть, где они ведут себя импульсивно, несправедливо и эгоистично. Однако вариант Б труден и болезнен. Поэтому выбирают его немногие. Возмущаясь помолвкой сестры, брат начал воображаемую битву с самим собой. Разумеется, он считал себя рыцарем. Но все это чистой воды придурь: в основе лежат сумасбродные ценности и критерии. Ибо горькая правда состоит в том, что он предпочтет разрушить отношения с сестрой, чем допустить собственную неправоту (хотя такое признание еще и помогло бы преодолеть комплексы, ставшие причиной ошибки). Одно из немногих правил, которые я установил для себя с годами, звучит так: «Если я считаю одно, а все остальные — другое, то намного вероятнее, что ошибаюсь я». Это показал опыт. Бессчетное число раз я вел себя как полный и закомплексованный идиот, глубоко убежденный в абсолютной ерунде. Я не хочу сказать, что большинство всегда право. Да, бывают случаи, когда вы правы, а остальные — нет. Но такова жизнь: если вам кажется, что вы — против всего мира, скорее всего, вы идете против самого себя и только. Источник: Журнал «Теории и практики»

Что стюардессы думают о пассажирах. Анонимные признания

О том, что лучезарные улыбки бортпроводников не всегда означают искреннюю радость, знают многие. Более того, кабинный экипаж, в общем-то, и сам этого не скрывает. За последние несколько лет в Сети скопилось немало постов-откровений бортпроводников, в которых они честно признаются, что на самом деле думают о пассажирах. Анонимные пользователи сайта Whisper: «Я стюардесса, и я просто обожаю турбулентность. А всё потому, что в это время мне не нужно обслуживать пассажиров». «Я работаю стюардессой и ненавижу плачущих детей. Я ненавижу их не меньше, чем кто-либо другой в самолете». «Я стюардесса, и я терпеть не могу общаться с пассажирами. Во время полета я стараюсь прятаться, не появляться в салоне. Всё это время я просто играю на своем телефоне». «Я всё время спрашиваю себя, какого черта пассажиры начинают ломиться в туалет, как только оказываются в самолете?! Ведь у них был минимум час на то, чтобы сделать свои дела, пока они дожидались начала посадки!» «Сегодня один из пассажиров назвал меня обслугой. Мы не обслуга. Мы здесь в первую очередь для вашей же безопасности, а не для того, чтобы исполнять каждую вашу прихоть». «Мне стыдно, потому что иногда я хочу, чтобы с нашим самолетом случилось что-нибудь нехорошее. И тогда кабинный экипаж помог бы пассажирам… И, возможно, после этого нас бы стали больше уважать…» Стюардессы из России и с бывшего постсоветского пространства оказались менее эмоциональны в своих высказываниях, однако в общем и целом мысли коллег с Запада повторили. Стюардесса украинской авиакомпания «МАУ» «Иногда люди забывают, что приходят на борт в гости, а не домой. Некоторые считают, что класть ручную кладь пассажиров на полки входит в обязанности бортпроводников. Нет! Когда пассажиру что-то необходимо, он забывает о словах вежливости, мы не прислуга. Можем и отказать. Очень часто пассажиры, сидящие в аварийных рядах, отказываются размещать свою ручную кладь на полку. Видите ли, боятся, что украдут…» «Хамы — это моя любимая категория! В конце концов, он или она захочет стакан воды…» Стюардесса из Казахстана «О, поверьте, иногда мне очень хотелось кого-нибудь убить. Чаще всего это была совершенно определенная личность, где-нибудь в центре салона и с пальцем на кнопке вызова бортпроводника. О, этот любимый прием всех проводников: один пассажир просит воду, приносишь ему стакан, и тут его сосед говорит — и мне, приносишь и ему и со страхом поглядываешь на третьего, а третий уже — и мне водички! Аааа! Что ж вы сразу-то не сказали! Идешь на кухню и думаешь, что ж я не училась на бухгалтера?!»

10 комедий, которые скрасят ваш вечер

Повар на колесах / Chef Сюжет фильма разворачивается вокруг шеф-повара Карла Каспера в исполнении Джона Фавро. Потеряв работу в известном ресторане Лос-Анджелеса, он решает открыть свою закусочную на колесах, чтобы отыскать потерянное кулинарное вдохновение и попутно наладить отношения с семьей. Фильм такой же красочный, воздушный и сочный, как и блюда шеф-повара. Отличная семейная комедия. Королевство полной луны / Moonrise Kingdom Пара влюбленных подростков убегает из-под присмотра взрослых: Сэм Шакаски — бойскаут, сирота, от которого отказались приемные родители, и Сьюзи Бишоп — замкнутая 12-летняя девочка, живущая мечтами о волшебных мирах. Немного странный, необычный фильм, но в этом вся его прелесть. Рекомендуется к просмотру всей семьей. Страсти донжуана / Don Jon У Джона Мартелло все подчинено жесткому порядку: его квартира, машина, семья, фитнес, женщины. Он искренне пытается измениться ради той, что кажется ему любовью всей его жизни, но терпит одно крушение за другим. Забавные метаморфозы главного героя точно поднимут настроение. Дело в тебе / A Case of You Молодой парень Сэм встречает в кафе симпатичную официантку Бёрди и, конечно же, влюбляется в нее. Но девушку увольняют за опоздание — и как найти ее, если знаешь только имя? Конечно же, в социальных сетях! Найдя ее страничку, стеснительный Сэм не решается сразу написать понравившейся девушке — и вместо этого, ориентируясь на ее профиль и анкету, решает стать идеальным парнем для Бёрди. Отель «Гранд Будапешт» / The Grand Budapest Hotel Фильм рассказывает об увлекательных приключениях легендарного консьержа Густава и его юного друга, портье Зеро Мустафы. Сотрудники гостиницы становятся свидетелями кражи и поисков бесценных картин эпохи Возрождения, борьбы за огромное состояние богатой семьи и… драматических изменений в Европе между двумя войнами XX века. Одна из лучших комедий с элементами драмы и детектива. Смотреть ее нужно не спеша, в теплой кровати, с кружкой чая и пирожными. Любовь в словах и картинах / Words and Pictures Фильм ловко обыгрывает тему соперничества между различными видами искусства. Учитель английского языка и преподаватель искусства встречаются в престижной подготовительной школе. Между ними складываются непростые взаимоотношения, которые кладут начало войне: их студенты теперь пытаются доказать, что сильнее — слово или изображение. Святой Винсент / St. Vincent Приятный семейный фильм, который отлично совмещает в себе элементы комедии и драмы. В центре внимания весьма непростые отношения сложного, ворчливого ветерана войны и обычного 12-летнего мальчика Оливера. Это пример настоящей дружбы, которая выросла из откровенной неприязни и безразличия друг к другу, но изменила обоих и помогла взглянуть друг на друга по-новому. Застрял в любви / Stuck in Love Картина снята очень реалистично. В сюжете рассказывается о жизни обычных людей, о проблемах в их семьях и неудачах в жизни. Хорошая музыкальная атмосфера, потрясающая игра актеров, очень интересные и оригинальные диалоги делают фильм идеальным для неспешного вечернего просмотра. Милая Фрэнсис / Frances Ha Фрэнсис живет в Нью-Йорке, но у нее, по сути, нет дома. Она работает в танцевальной труппе, но, признаться, совсем не танцор. У девушки есть лучшая подруга Софи, но теперь они почти не общаются. Фрэнсис хочет намного больше, чем может себе позволить, но она все равно проживает жизнь с легкостью, беспечностью и изяществом. Это история о дружбе не менее страстной, глубокой и непредсказуемой, чем любая любовная история! Душевная кухня / Soul Kitchen Зинос Казанзакис держит не слишком популярный среди посетителей ресторанчик на окраине Гамбурга. Его тихая жизнь идет своим чередом, пока на голову не сваливаются все тридцать три несчастья. Фильм легкий для восприятия, не перегружен драматическими моментами. А удачное сочетание хорошей музыки и аппетитных блюд значительно улучшает настроение от просмотра. И вам точно захочется приготовить что-нибудь оригинальное для своих родных!

Сон как бесплатное лекарство

Как избавиться от переедания, постоянных простуд и плохого настроения? Иногда для этого достаточно просто выспаться. Сон, милый сон: как приятно, когда утром тебе никуда не надо и можно лежать в тёплой кроватке, променяв бренные дела на блаженную неспешность. Однако на практике мало кто может позволить себе такую роскошь: учёные подсчитали, что среднестатистический американец спит около 7 часов в день (россиянин — примерно столько же), а японец и вовсе довольствуется 6 часами. В общем и целом, в мире до 70 миллионов человек не получают достаточное количество сна. Невролог Майкл Яффе из Университеты Флориды долгое время изучал, как черепно-мозговая травма и нехватка сна влияет на мозг. В своей статье он отмечает, что ещё в 1942 году 84% американцев получали рекомендуемые 7-9 часов; в 2013 году этим могут похвастаться только 59%. А если говорить о гендерном различии, то мужчины в среднем спят на 25 минут меньше, чем женщины, при этом большинство респондентов признают, что абсолютно не высыпаются. В то же время не совсем понятно, как устанавливаются «сомнологические» границы: кто решает, сколько часов нужно проводить в царстве Морфея? Учёные считают, что здесь важно ориентироваться именно на свои ощущения (а ещё можно проверить себя по шкале Эпворта): если вам достаточно семи часов, чтобы чувствовать себя бодро, значит, это «ваше» время. Но если даже после десятичасового сна вы чувствуете себя разбитым и уставшим, впору не уменьшать количество сна, а посетить врача. Что нам приносит здоровый сон Недостаток сна не ограничивается одной лишь усталостью: исследователям удалось обнаружить, что депривация сна может негативно воздействовать на синаптическую пластичность и кодирование памяти, приводя к невнимательности и рассеянности. А дети, которые спят меньше положенного времени, обычно могут «похвастаться» около десятью хроническими заболеваниями, включая сердечно-сосудистые, диабет, астму, депрессию, ожирение. Правда, не совсем ясно: дело ли в том, что неправильный режим приводит к проблемам со здоровьем, или же, напротив, именно эти заболевания и способствуют нарушениям сна. Например, гипертиреоз, заболевание щитовидной железы, приводит к гиперактивности ребёнка и может вызывать бессонницу. Любопытно, что у недосыпа есть прямая связь с перееданием. Так, в одной из своих лекций научный журналист Ася Казанцева отметила, что у невысыпающихся людей обычно увеличивается вес, так как чувствительность к инсулину снижается. Когда мы едим, в кровь поступает сахар, и если мы спим столько, сколько требуется, клетки получают «инсулиновые сигналы» и начинают использовать сахар, если же нет, клетки теряют чувствительность к инсулину, что в худшем случае через какое-то время может привести к развитию диабета второго типа. Плюс ко всему, снижается высвобождение лептина, отвечающего за регулирование энергетического обмена, а выброс грелина, «гормона голода», напротив, повышается, что лишь усиливает наш аппетит. Не лучше обстоят дела с иммунитетом: из-за недостаточного сна иммунные клетки рискуют проиграть борьбу со злокачественными опухолями, антитела к гриппу и устойчивость к инфекции также снижаются. Недосып возбуждает симпатическую нервную систему, вызывая реакцию «борьбы или бегства»: артериальное давление повышается, сердце начинает сокращаться чаще, эндокринная система выделяет больше кортизола, гормона стресса, — в общем, и ощущения не очень, и на пользу здоровью это явно не идёт. Нехватка сна, естественно, влияет и на социальную жизнь — как вы можете догадаться, также отрицательно. Помимо того, что вы вечно чувствуете упадок сил и раздражение, мешающие адекватно общаться с окружающими, вы также рискуете чаще сидеть на больничном (привет, убитый иммунитет) и даже стать участником ДТП: Яффе ссылается на исследования, в которых недосып имеет корреляцию с увеличением количества автомобильных аварий. ...а что наш мозг? То, что недосып препятствует запоминанию информации, известно уже достаточно давно. Но в новых исследованиях учёным удалось прийти к сенсационным выводам: оказывается, во время сна активизируется глимфатическая система (кстати, она была открыта лишь в 2012 году), система самоочистки мозга, удаляющая «белковые отходы». В противном случае, накопление «вредного» белка бета-амилоида приводит к уничтожению нейронных связей и развитию болезни Альцгеймера. Даже одна ночь, которую вы провели не за просмотром красочных снов, а, скажем, развлекаясь на отвязной вечеринке с друзьями, значительно повышает количество бета-амилоида. Наш цикл сна и бодрствования регулируется циркадными (циркадианными) ритмами: именно они позволяют нам подстроиться под 24-часовой мир, и главным помощником в этом является свет, непосредственно влияющий на сон и высвобождение мелатонина. В сетчатке нашего глаза есть клетки, которые взаимодействуют с «регуляторами» часов мозга, базирующимися в гипоталамусе, и такое взаимодействие зависит именно от света. Так, было установлено, что эти нейроны подвержены воздействию синих световых волн. И для нас это большая проблема: именно синий — «любимый» атрибут компьютеров и смартфонов, и именно синий повышает уровень нашего беспокойства, подавляет выработку мелатонина и, соответственно, обманывает наш мозг, убеждая, что за окном день, а не ночь. Потому-то имеет смысл уменьшить яркость экрана и за 2 часа до сна променять ленту новостей на книгу. Конечно, говорить о том, что сон — это решение всех проблем, вероятно, было бы излишним, однако переоценить его влияние невозможно, ведь нередко он является для нас бесплатным лекарством и профилактикой разнообразных заболевай. Да и не стоит сбрасывать со счетов то, что феномен «физиологического состояния покоя» пока изучен не так хорошо, так что будущие исследования могут нас ещё немало удивить. Отказывайтесь от ночных смен на работе, меняйте вечернее обновление страницы соцсетей на чтение шуршащих страницами книг, не стесняйтесь, если вам требуется не 8, а все 10 часов для сна — и приятных сновидений! Источник: Newtonew Анастасия Коврижкина

Вдохновляющие истории людей, которым за 60 и они в восторге от своей жизни

В фотопроекте под названием «Снова 20» публикуются личные истории российских пенсионеров — на редкость активных «пожилых» людей. Они описывают свои достижения и увлечения и делятся тем, какие цели ставят перед собой на ближайшее будущее. Один из авторов проекта, Роман Зарипов, рассказал в Facebook: «Май 2017 года. Я сижу за покерным столом в Лас-Вегасе… Раз за разом банк забирают себе не какие-то профессиональные игроки в покер, а обычные американские пенсионеры, которые пьют виски, блефуют с двумя парами на руках и обсуждают между собой политику разных стран. Всем этим людям за 70 лет, но жизнь для них только начинается. После очередной раздачи я начинаю беседу с одной из женщин, чтобы понять, чем она живет и что ее мотивирует. Во время разговора моя собеседница заводит речь о понятии “третий возраст”, которое существует на Западе, — это период активной жизни, который начинается после выхода на пенсию. Именно в “третьем возрасте” она начала путешествовать, играть в покер и заводить новые интересы… Мне не давал покоя вопрос, где же наши граждане “третьего возраста”? Мы решили найти таких людей и рассказать о них. Так появилась идея проекта “Снова 20″. Наши герои своим примером показывают, что к жизни после 60 нельзя относиться как к периоду доживания. Давайте поддержим их и поможем исполнить мечты. Ведь в возрасте за 60 есть еще 30 лет жизни, которые нужно прожить счастливо». Владимир Говоров — 72 года «Я работал на ТВ и в нескольких газетах. Сейчас модно работать фрилансером, а я им 50 лет назад еще был. Объездил весь Союз, снимал, писал. На телевидение попал случайно. Сидел в ресторане с другом, подслушивал разговор людей. Они открыли свой телеканал, а я тогда без работы был, подхожу, говорю: “Я электрик, у вас есть работа?” Меня взяли осветителем. Это судьба. Она дается каждому человеку, и никуда ты от нее не денешься. Мне всегда нравились интересные люди. Я хотел о них рассказывать. Так я дорос до оператора и корреспондента. Я фотографировать всегда любил, поэтому есть у меня одна мечта. Хочу освоить фотошоп, снимать фотографии и вести свой блог… Тогда я зайду во все эти ваши инстаграмы и буду показывать, как фоткают с 50-летним бэкграундом. Хочу, чтобы люди научились ценить прелесть каждой секунды этой жизни. А что, как ни фотография, лучше всего отражает ценный момент?». Инна Дубровина — 65 лет «Последние 25 лет работаю психологом. До этого занималась программированием, преподавала информатику и математику. Я знала, как работают компьютеры, изучала искусственный интеллект, но мне не давал покоя вопрос, как устроен человек и его психика. Я много занималась психологией. Тренировалась на себе, пыталась стабилизировать свое расшатанное состояние. У меня было бешеное желание раскрыть секрет, докопаться до сути человеческой души. То, что я психолог, — одновременно и чудо, и результат моего сильного желания. Помню день, когда я решила оставить точные науки и найти наставника в психологии… Это был основатель системы ПЙ (психе-йога). Это такой особенный подход к описанию человека. Он будто специально для таких, как я, — системщиков. У меня такой склад ума, что я хоть и верю в чудеса, но даже их мне надо классифицировать и упорядочивать. ПЙ как раз дает такую возможность». Ипатов Владимир — 69 лет «Я реставратор-позолотчик. В этой сфере уже чуть более 20 лет. Что-то коллекционирую сам, что-то продаю. Иногда космические деньги можно заработать, говорю вам. Я еще очень люблю пробовать все новое. Я хоть и старый дед уже, но мне все неймется. Я горными лыжами увлекался с молодости, а недавно узнал про существование сноуборда. Меня внук научил. Я встал и поехал. Нормально. Езжу каждую зиму на склон, катаюсь. С гироскутером не так все хорошо вышло. Тоже у внука взял покататься, сбил пять человек в парке Культуры. Некультурно вышло. Я понял на самом деле, что все это от нереализованной мечты. Всю жизнь хотел покорить Эверест. И вот сейчас у меня наконец-то есть на это время. Да и со здоровьем все в порядке для моих лет. Но у меня пенсия меньше, чем букв в слове “Джомолунгма”, так что заменяю впечатления от восхождения всякими другими экстремальными развлечениями». Виктория Таранец — 63 года «В молодости я пела в оркестре. Однажды мы с другими музыкантами приехали на гастроли в Бурятию и остались на несколько лет в поселке, где шла стройка Северомуйского тоннеля. Это было время, когда погибла целая бригада проходчиков… Рабочим некуда было себя деть, они скорбели по погибшим родственникам и коллегам, страшно пили, поэтому регулярные музыкальные вечера были для них очень кстати, можно было отвлечься от горя и безделья. Я живу идеей открыть приют для животных и мечтаю её воплотить. У меня собака Дина из приюта и сорокалетняя попугаиха со сломанным крылом. Столько денег, чтобы открыть приют для бездомных животных, у меня уже никогда не будет. Боюсь, это так и останется мечтой, но пока я эту идею не отпускаю». Николай Ледовских — 70 лет «Пришел как-то бородатый на день рождения к хорошей знакомой. За столом справа от меня сидела дама, которая работала на Мосфильме. Я за ней поухаживал. Диалог завязался. В ходе разговора сказала, что им нужно много бородатых мужчин на съемки, и дала номер бригадира массовки… На моем счету уже 97 ролей священнослужителей. Собираюсь подать заявку в Книгу рекордов Гиннесса. Буду первым, кто сыграет сотого священника. Помимо ролей, у меня еще жены интересные были. В браках, как и в съемках, один раз попробуешь — и как-то затягивает. Все у меня в жизни было. И жены, и впечатления. Одна мечта осталась. Хочу выпустить сборник стихов. На пенсию я этого сделать не смогу, снимаюсь мало. Возможно, мечта останется только мечтой. А я бы выпустил сборник и дарил бы его налево и направо всем». Валерий Корыстин — 64 года «Я моряк. Не раз обогнул земной шар. Мы возили продукты в транспортных судах. Работа — моя главная страсть. Путешествия — смысл моей жизни. Сына вообще в море не тянет. Он пошел в науку. Изучает химию. У моряков семьи не очень-то складываются. Море для нас важнее. Только привыкнешь — и снова уезжаешь. Тяжело это. А вот с животными отношения у меня складывались хорошо. Однажды я выменял у негра в Сьерра-Леоне тапочки на обезьяну. Привез трехмесячного младенца домой, назвал Джон Мартин. Я его воспитал, он у меня 17 лет прожил. Очень умный был. Еще волнистый попугайчик у меня есть, я его научил возвращаться домой, если он далеко улетает. Брал его с собой в плавание, он улетал с корабля и возвращался. С детства мечтал побывать на Байкале, но как-то не сложилось. У меня сейчас возраст такой, когда я уже все посмотрел, а себя недостаточно увидел и услышал. Байкальская природа лично мне подходит для покоя, единения с собой. На контрасте с моей активной и разнообразной жизнью как раз самое то — замедлиться, подумать, подвести итоги». Алексей Сдобнов — 61 год «Уже 50 лет я байкер. Любовь началась с отцовского “Урала”. Папа научил, и я катался по деревне. Мне тогда было 11. Долго мечтал купить свой, подрабатывал где только можно: почтальону помогал письма разносить, отцовскому другу в гараже — чинить автомобили. После школы работал в мастерской. В 20 лет купил собственный мотоцикл. Это был лучший день в моей жизни. Много где бывал. Видел восток и запад. Я стареть не хочу, мне 61, но я до сих пор хожу в спортзал, езжу на горных лыжах и мечтаю. Самое главное, чего хочу, — проехаться на байке по Road 66 в Америке. Это подходит для моего возраста. Когда были молоды, хотелось комфорта и понтов каких-то. Теперь хочется познакомиться с собой. А это особенно удобно, когда оказываешься в бескрайних просторах природы, где чувствуешь себя песчинкой на контрасте с величием». Людмила Чуйко — 70 лет «С молодости я шью. Тридцатилетней давности что-нибудь беру и перешиваю. Получается современно… По образованию инженер. Путешествовала немного. Самой выдающейся поездкой была Америка. Мне интересно было, как там жизнь устроена. Убедилась, что совершенно по-другому… Видела, как фильмы снимают, в Голливуде была. В казино ходила… Предлагали остаться. Звали сразу на три работы. Я не согласилась. Хочу быть рядом с семьей в Москве. Я пишу стихи и мечтаю выпустить сборник. Сейчас есть возможность подумать, что-то философское написать. Приглядеться к природе, выразить, насколько она красива». Татьяна Корнета — 67 лет «В молодости я уехала в Москву и занималась черт знает чем. У меня был магазин одежды, компьютерная мастерская, турфирма и клининговая компания. Что-то хорошо шло, что-то разваливалось. Но знаете, не ошибается тот, кто ничего не делает. У меня был рак и операция, но я победила болезнь. Сейчас все хорошо. Я просто очень люблю жить и брать от жизни все возможное. Сейчас мне под 70, у меня есть небольшой бизнес — я остановилась на салоне красоты. Часто встречаю ровесниц, а они еле ползут. Кажется, что сейчас развалятся. Я зарядку делаю и правильно питаюсь. Не хочу расклеиться и сидеть на лавочке, обсуждать, какая молодежь пошла». Павел Гришинский — 65 лет «По образованию химик. Всю жизнь занимался драгоценными камнями. Следил за химическим составом сплава, чтобы получилась нужная проба золота. Если у вас есть цепочка какая-нибудь или кольцо, посмотрите, там есть проба. Если она похожа на девушку в кокошнике — это мое детище. Я сам разработал и внедрил эту пробу. Прототип этой девушки — моя первая любовь. Перерисовал её с фотографии, сделал чертеж, и вот — теперь она на золотых изделиях с 2000 года. Я видел столько богатства в жизни, столько драгоценностей, но понимаю, что ценнее всего — впечатления. Последние лет десять мечтаю поехать в Антарктиду и обойти вокруг Южного полюса. Туда непросто попасть. Очень много денег нужно и заморочек с документами. Но я не отчаиваюсь. У меня еще вся жизнь впереди».

История про туфли, которая изменила мое отношение к жизни

Прабабушка осталась вдовой в 27 лет. И две девочки на руках. А крошечный мальчик умер. Денег очень мало, жить тяжело… Жалованье маленькое, надо быть очень, очень бережливой. Экономить и разумно расходовать деньги на ведение хозяйства. Она так и делала. Так и жила. А потом увидела в магазине эти туфли. Роскошные, модные, лакированные, на каблучке-«рюмочке». И купила. Они как раз по ноге пришлись, как влитые. И дома завела патефон и станцевала немножко: она ведь два года не танцевала. И два года вела бережливую жизнь, рассчитывая каждую копейку, хотя жить не очень-то и хотелось. Она тосковала по мужу и по мальчику. Туфли были очень дорогими, ей пришлось потратить все деньги. И она с ужасом думала, как будет жить с детьми и что будет завтра. А ничего плохого не случилось. Заняла денег, потихоньку отдала, наливала себе поменьше супу и мясо отдавала дочкам. А сама хлеб ела и кипяток пила — это пустяки, потому что были туфли. С бантами! Она в этих туфлях пошла на вечеринку к знакомым, там в нее влюбился директор завода пивного, сделал предложение, и через год она вышла замуж. И довольно счастливо жила. И девочки были одеты и сыты, и обе получили высшее образование. Хотя война была и всякие ужасы, но туфли, воспоминание о туфлях — они износились, конечно, — очень поддерживало! Это было самое радостное воспоминание! И в 90 лет прабабушка вспоминала покупку этих восхитительных туфель и, улыбаясь, рассказывала в деталях и в лицах тот волнующий момент… Она редко улыбалась: жизнь была суровая. И вот что я думаю: купите себе то, что душа просит. Даже если денег очень мало. Займите немножко, перекрутитесь, отложите покупку обоев или садового инвентаря. Или унитаза. Или еще чего-то важного. Некоторые покупки могут спасти жизнь и изменить судьбу, хотя без них вполне можно обойтись — без туфель с бантами. А вы все равно купите. И что-то хорошее произойдет. И жить захочется. И танцевать под патефон. И познакомитесь с кем-нибудь интересным. А потом правнучке расскажете про туфли. В 90 лет. Улыбаясь…

Неизлечимо ипохондричная болезнь

Если у вас есть знакомые, чрезмерно озабоченные физическим здоровьем, боящиеся заболеть и этим терроризирующие всех вокруг, то они, скорее всего, ипохондрики. Чем ипохондрик отличается от симулянта? И почему ипохондрию нужно лечить? Попробуем разобраться в этом прямо сейчас. Ипохондрия, дочь Гиппократа Болезненную одержимость некоторых людей здоровьем, как и многие другие явления окружающего мира, впервые заметили и изучили древние греки. Врач Гиппократ считал, что эта одержимость вызвана болезнью специального внутреннего органа, который он называл ипохондрией (область тела под ребрами). Отсюда и возник современный термин «ипохондрия». По действующей Международной классификации болезней 10-го пересмотра, ипохондрия относится к классу психических (соматоформных) расстройств. Она имеет соматические (телесные) проявления при отсутствии грубых морфологических изменений (физических повреждений органов, тканей) в организме, которые могли бы объяснить происхождение соматических жалоб. Этим соматоформные расстройства отличаются в лучшую сторону от психосоматических расстройств, при которых выявляется патология тех или иных органов. Обычно ипохондрики уверены в том, что у них есть серьезное, смертельно опасное заболевание! И поэтому даже обыкновенные состояния организма – к примеру, учащенное дыхание после бега, неприятные ощущения в желудке – интерпретируют как болезненные. То есть ипохондрия есть не просто сосредоточенность на каком-то своем действительном заболевании, а сосредоточенность мыслями и переживаниями на том, что объективно заболеванием не является. Нередко такой больной предполагает, что кроме основного заболевания существуют и дополнительные. В 90% случаев жалобы ипохондриков касаются болезней сердечно-сосудистой системы, желудочно-кишечного тракта или мочеполовой системы, т. е. тех органов, патология которых может угрожать жизни. Уверенность в неминуемой смерти из-за болезни сопровождается озабоченностью и страхом, а все попытки разубедить человека тщетны и не снимают тревоги. Излишняя озабоченность также иногда вызывает сердцебиение, потоотделение, ежеминутную проверку дыхания, а любое небольшое отклонение от нормы заболевание «подтверждает». Ипохондрики очень активны. Они не только испытывают страх перед недиагностированными заболеваниями, но и ищут их: ходят по врачам, собирают обширную документацию с результатами обследований, вырезки из популярных газет и журналов, информацию о новейших альтернативных методах лечения. При этом пациенты с ипохондрическим расстройством отрицают эмоциональные причины своей обеспокоенности и воспринимают ее как реакцию на тяжелую болезнь. Отрицательные результаты анализов (КТ, МРТ, исследования гормональной системы, анализы крови и т. д.) не успокаивают ипохондриков. Проницательные ипохондрики догадываются, что неквалифицированный персонал больницы допускает ошибки в анализах, и настаивают на более специализированных исследованиях. Не стоит думать, что ипохондрики – симулянты и сами выдумывают проблемы, привлекая внимание к своей персоне. Ипохондрия – это расстройство, и ипохондрики нуждаются в помощи, чаще всего в психотерапевтической. Общество анонимных ипохондриков В медицинской практике ипохондрия встречается у 3–13 % пациентов больниц, причем в равной степени у мужчин и женщин. Чаще ею страдают люди в возрасте 40–50 лет, пожилые люди и подростки. У последних происходит гормональная перестройка организма, и состояние ипохондрии связано с соматосенсорной амплификацией – тенденцией к сильному переживанию соматического опыта, при котором человек обращает внимание на новые явления (хотя и совершенно обычные для любого человека), происходящие в организме. Ощущения усиливаются, и «небольшие покалывания» превращаются в болевой синдром. Состоянию ипохондрии часто подвержены студенты мединститутов. Впрочем, как только обучение заканчивается, ипохондрия отступает. Зачастую ипохондрия присуща эмоциональным и легковнушаемым личностям, поддающимся влиянию СМИ. К факторам, развивающим ипохондрию, можно отнести общедоступность медицинской информации, сенсационные передачи о новых заболеваниях и навязчивую рекламу медицинских препаратов. Сегодня большая часть опасений ипохондриков связана с заболеваниями, о которых в настоящее время публично говорится: онкологией, инфарктом миокарда, СПИДом. Тотальная тревога О причинах возникновения ипохондрического расстройства до сих пор дискутируют. Существуют разные гипотезы. В начале XX века французские психиатры Дюпре и Камю выдвинули предположение, что развитие полноценной ипохондрии невозможно без нарушения так называемого «общего чувства организма». Рецепторы, расположенные по всему телу постоянно ведут контроль за деятельностью наших органов, стоит какому-то из них дать сбой, это тут же начинает отражаться на общем чувстве спокойствия. Другая гипотеза постулирует, что ипохондрические мысли свидетельствуют об искаженном восприятии корой головного мозга импульсов, идущих от внутренних органов. Некоторые ипохондрики имеют очень низкий болевой порог, что объясняет их бурное реагирование на незначительные боли. Согласно другой гипотезе, ипохондрия имеет психодинамический характер. Наконец, есть и та, что утверждает: природа ипохондрии имеет социокультурное происхождение. Часто ипохондрия развивается на фоне тревожных расстройств. Тревожные расстройства – бич XXI века. По итогам исследования ВОЗ, охватившего 18 стран, тревожные расстройства стали самыми распространенными в мире психическими заболеваниями. По разным данным, в течение жизни от того или иного тревожного расстройства страдают от 15 до 20% населения. Генерализированное тревожное расстройство (ГТР) – это психическое расстройство, которое характеризуется общей тревогой, не связанной с определенными объектами или ситуациями. То есть человек «тревожится вообще», для него состояние тревоги перманентно. На психологическом уровне тревожность проявляется в беспокойстве, напряжении, нервозности, на физиологическом уровне – как дрожь, мышечное напряжение, потливость, учащенное сердцебиение, головокружение и дискомфорт, боли в груди. В сентябре 2016 года ученые Кембриджского университета выяснили, что мужчины, страдающие тревожным расстройством, имеют в два раза больше шансов заболеть раком, чем те, кто не сталкивается с этим психологическим недугом, так как генерализованное расстройство ведет к ослаблению организма в целом и иммунной системы в частности. Исследование затронуло около 16 тысяч мужчин в возрасте старше 15 лет. Во время исследования также учитывались и другие факторы, увеличивающие риск рака, среди которых курение, употребление алкоголя и низкая физическая активность. Интересно, что связь между ГТР и раковыми заболеваниями у женщин ученые не нашли. Некоторые специалисты считают, что ипохондрия является одной из форм ГТР. Как правило, все ипохондрики – тревожные люди, но не все тревожные люди – ипохондрики. Впервые тревожность как личностный конструкт начала изучать психолог Джанет Тейлор в середине XX века. Она создала инструмент для измерения тревожности – клиническую шкалу измерения хронической тревожности с отметками от 0 до 50. У ипохондриков уровень личностной тревожности обычно находится на шкале выше 25. Помимо общей тревожности развитию ипохондрии могут способствовать генетическая и конституционная предрасположенности, внутриличностные психические свойства и микросоциальное окружение. Когда ипохондрия опасна Ипохондрия может быть самостоятельным расстройством, а может быть симптомом, «фабулой» различных синдромов в составе психического заболевания. Ипохондрия не становится причиной болезней внутренних органов, она имеет психическую природу и выражается в соматической форме. Поэтому ипохондрикам не за что переживать: из-за расстройства не возникнут рак, ВИЧ-инфекция или инфаркт миокарда. Ипохондрик думает, что слишком часто дышит, концентрирует на этом внимание, и у него начинает повышаться давление и действительно учащается сердцебиение. Если при этом у него существуют проблемы со здоровьем независимо от ипохондрии, излишняя эмоциональность может привести к утяжелению болезненного состояния. В другом случае ипохондрия может являться симптомом в составе разнообразных синдромов «большой» и «малой» психиатрии. Большой психиатрией называют раздел психиатрии, изучающий такие психические заболевания, при которых имеются тяжелые психические нарушения, например бред или галлюцинации, нарушения сознания. Так, ипохондрия может быть отдельным проявлением паранойяльного синдрома или синдрома Кандинского-Клерамбо. Малая же психиатрия касается психических нарушений, находящихся как бы на границе психической нормы и патологии. Здесь ипохондрия, например, может быть патохарактерологическим проявлением в составе личностного расстройстве (параноидное расстройство личности, невротическая ипохондрия и т. д.). Это расстройства, в основе этиопатогенеза которых лежит конституционная предрасположенность на уровне расстройства личности. Также ипохондрия характеризуется высоким уровнем коморбидности (сопутствием) с другими расстройствами аффективного спектра, например с депрессией или тревожными расстройствами. Лекарства нет, а болезнь есть Специальных психофармакологических средств от ипохондрии нет. Некоторые препараты могут помочь снизить напряженность и тревогу, поднять настроение, но принимать их можно только по назначению врача, если, например, ипохондрия коморбидна с другими расстройствами – депрессией или ГТР. Чтобы избавиться от депрессии, пациентам назначают антидепрессанты, а при тревожном расстройстве – анксиолитики. Эти лекарства вызывают привыкание, поэтому должны использоваться только под наблюдением врача. Наиболее действенный метод лечения ипохондрии – психотерапия, в частности, когнитивно-бихевиоральная терапия, цель которой – изменить когнитивные установки ипохондрика. Для успешного лечения психотерапевт должен признать существование проблемы и реальность физических симптомов у пациента и объяснить доступным способом, что расстройство носит психическую природу и не влияет на здоровье жизненно важных органов. Возможно, лечение от ипохондрии вовсе не требуется. Чарльз Дарвин, Эдгар По, Шарлотта Бронте, Марсель Пруст, Ганс Христиан Андерсен, Энди Уорхол и многие другие известные личности страдали ипохондрией, что не мешало им творить. Приглядитесь к своим знакомым-ипохондрикам – может, у них есть задатки гениального писателя или художника? Консультант: клинический психолог Наталья Осипова Источник: Naked science

Человек может все

Чуть более 50 лет назад один смелый врач на маленькой резиновой шлюпке пересек Атлантический океан. Ему на это хватило 65 дней. Пил он морскую воду и питался тем, что поймает в океане. Он хотел доказать, что жертвы кораблекрушения имеют шансы на выживание. И он доказал. Этого героя звали Ален Бомбар. Бомбар вел дневник. Он записывал туда все. Например: «Питание сырой рыбой делает человека очень восприимчивым к инфекции. Нарывает малейшая ранка». Он выбросил за борт антибиотики — а вдруг у жертв катастроф их не будет. Он выяснил, что надо пить морскую воду небольшими порциями, и тогда почки справляются, но так можно пить только 6 дней — дальше надо ловить рыбу и выжимать ее сок. У рыбы надрезается шкура, и из нее выделяется лимфа, вот ее и пьют. Или рубят рыбу на мелкие части, а потом заворачивают в ткань и выжимают. Сутки пьют рыбий сок, а потом можно опять пить морскую воду. Примерно пол-литра воды можно собрать утром — выпадает роса. Она покрывает всю лодку, и ее можно собрать губкой. Чтобы уменьшить жажду, надо смачивать любую тряпку и класть ее на лицо. Если бросить за борт носок на привязи, то через час в него наберется планктон. Столовая ложка в день удовлетворяет потребность в витамине С. Не надо снимать одежду, даже если она промокла. Одежда сохраняет тепло. Что только не испытал Бомбар. На его долю выпали и штормы, и штиль, и палящий зной. Временами было трудно удержать в пределах нормы психику. Он разговаривал с куклой. Маленькая кукла была подарена ему друзьями. И Бомбар победил. Через 65 дней он пристал к острову Барбадос. «Чтобы добиться победы, надо в нее верить!» — написал он в записке своему другу Джеку, который бросил его перед самым началом этого плавания. После этого Бомбар и отправился через океан в одиночку. Он победил, потому что знал: человек погибает прежде всего от страха. Так в спасательных шлюпках погибали пассажиры «Титаника». Так погибали многие жертвы кораблекрушений. Бомбар дал им шанс. Он доказал: человек может все.

Философ Стефен Эрик Броннер о необходимости критики

— Как сегодня философы определяют понятие критики? — Критика — это слово, которое тоталитарные лидеры хотели бы вычеркнуть из словарей. Она предполагает не только простой критицизм, но также скептическое отношение, открытый дискурс, ставит под сомнения некоторые предположения и ограничения различных методологических подходов к знанию. Критика требует, чтобы мы обосновывали наши утверждения и рефлексировали по поводу причин, почему мы делаем именно такие утверждения. Не существует более важного концепта для осмысления идеологии и борьбы с догмами. — Каковы корни этого концепта? — Понятие критики восходит к Сократу: он рассматривал аргументы политической элиты, ее утверждения. Это привело к суду над ним по обвинению в сомнениях в пантеоне богов и развращении афинской молодежи. Критика постоянно динамична: однажды запущенную, ее уже сложно остановить, разве что путем прямого подавления. Цицерон и Сенека использовали ее против деспотичной власти Римского государства. Критика также играла важную роль в отношениях между христианскими еретиками и католической церковью. Такую же важную роль она играла в отношениях между исламом и иудаизмом, для которых важными фигурами были Маймонид, Авиценна, Ибн Рушд (Аверроэс) и Аль-Фараби. Тем не менее в современный философский лексикон критика вошла благодаря Иммануилу Канту и его трем великолепным работам: «Критика чистого разума», «Критика практического разума» и «Критика способности суждения». Кант заметил, что вся философия в целом сводится к четырем вопросам: 1) что я могу знать? (наука); 2) как мне следует себя вести? (этика); 3) на что я могу рассчитывать? (вера); 4) кто такой человек? (онтология). Основные три трактата Канта — он написал их три, а четвертым должна была быть критика — пытаются ответить на три первых вопроса и предлагают различные способы ответа на них: наука, метафизика, вера и, возможно, онтология. Ни один из этих методов (или нарратив сам по себе) не способен ответить на все эти вопросы, каждый из них требует особого эпистемологического подхода. Каждый имеет свою целостность, сферу применения и практические ограничения. Научный метод не может помочь женщине решить, следует ли ей делать аборт. Ни наука, ни метафизика не могут предложить решение в случаях, когда мы имеем дело с эстетическим вкусом, опытом или с такими экзистенциальными характеристиками, как красота или душа. В итоге только онтологический аргумент может связать все вместе и дать ответ на вопрос «Что такое человек?». — Каковы оказались последствия произведений Канта в целом и того, что он не написал четвертый трактат? — Критика вызвала некоторую толерантность (и даже некоторую гуманность), так как наука, метафизика и вера сосуществовали на равных в трех классических произведениях Канта. В то же время его студенты и последователи видели необходимость в онтологическом и антропологическом основании, для того чтобы различные методологические проявления разума не терялись в абстракции. Фихте ввел понятие абсолютного эго, абсолютного «я». Гердер смотрел на историю культуры как на объединяющий человечество элемент. Шеллинг ввел метафизическое понятие природы. Гегель сделал акцент на «абсолютной идее», которая со временем проявлялась по-разному в различных институциональных формах. У Канта не было ничего из этого. Он справедливо опасался того, что любое из таких оснований приведет к философскому абсолютизму. — Каково воздействие критики на социальные практики? — Постановка тех или иных предположений под сомнение всегда была связана с желанием обнаружить скрытые интересы, разрушить идеологические утверждения, которые существуют для защиты тех, кто имеет власть, от тех, у кого ее нет. Иллюзии по этому поводу — например, о том, что Бог является объяснением всего — привели Людвига Фейербаха к обнаружению отчуждения, которое стоит за религиозными интересами. Бог является не более чем неосознанной экстраполяцией человеческой силы на несуществующий объект, которому человечество поклоняется, принимая его за всемогущего. Его аргумент послужил примером неисторической материалистической критики отчуждения, которую Маркс поставит под сомнение в своих «11 тезисах о Фейербахе». Именно этот аргумент Энгельс позже назовет «зародышем нового (исторического) материализма». Критика фейербаховского материализма привела Маркса к новой интерпретации материализма, который имел и практический, и нормативный аспекты. Идеология рассеивается перед лицом критики. Деструктивными намерениями критики движет реконструктивная цель. «Капитал» был создан не просто с намерением описать механизмы сосредоточения капитала в руках определенного класса, но скорее, как сообщает подзаголовок, как «Критика политической экономии». Маркс применял критический метод, для того чтобы наделить работающих людей властью и указать на экономические условия, при которых «свободное развитие каждого является условием свободного развития всех». Обеспокоенность поиском альтернатив капитализму повлияла не только на марксистские каноны, но и на социалистические (и даже некоторые коммунистические) практики. — Раз критика атакует идеологию, не является ли она сама по себе идеологичной? — Маркс определял методологическую радикальность как попытку добраться до корней утверждений и аргументов путем обличения их предпосылок и материальных интересов, которые они обеспечивают. Это предполагает критическое, рефлексивное и практическое взаимодействие с реальностью. Марксизм, который считают критическим методом, в обязательном порядке предполагает постоянную постановку под сомнение самого себя и своей активности. Такова была позиция Карла Корша и Дьёрдя Лукача, которые в начале 1920-х годов идентифицировали марксизм более с критическим методом, известным под названием «западный марксизм», а позже как Франкфуртская школа, чем с некой фиксированной системой. Я бы предположил, что насколько критика раскрывает скрытые интересы и мотивы, настолько она отличается от идеологии (в любом смысле этого слова). Поэтому критика никак не может быть менее идеологична, чем догма. Гегель бы сказал, что человек, поддерживающий эту позицию, живет в ночи, где все коровы черные. По моему мнению, необходимо различать знание и власть, убеждение и принуждение, правду и ложь. — Критическую теорию часто ассоциируют с Франкфуртской школой. Правильно ли связывать с ней же развитие критики? — Франкфуртская школа — это еще одно название внутреннему кругу исследователей, сложившихся в Институте социальных исследований, который был основан в 1923 году. Институт стал известным после того, как в 1930 году Макс Хоркхаймер занял пост директора. Он смог собрать блестящий набор интеллектуалов из различных областей: Теодора Адорно, Вальтера Беньямина, Эриха Фромма и Герберта Маркузе. Хоркхаймер намеревался развить междисциплинарный подход, который преодолеет разрыв между эмпирикой и нормативностью. Когда в 1937 году он впервые сформулировал термин «критическая теория», стало понятно, что ее следует рассматривать как альтернативу устоявшейся «традиционной теории», которая является философским взглядом (преднамеренным или нет), подпитывающим устоявшиеся ценности и уменьшающим возможности освобождения. Критическая теория была выкована в кузнице марксизма, но она намного меньше интересовалась экономическим базисом, а концентрировалась, скорее, на идеологической надстройке общества. Сознание было основным объектом исследования Франкфуртской школы, которая подпитывалась институциональными опасностями, угрожающими моральной автономии индивида. Таким образом, школа занималась критикой авторитарной семьи, инструментальной рациональности, форм товара, бюрократии, отчуждения, потребительства и «культурной индустрии». Позже тоталитаризм оставил глубокий шрам на истории этих исследований, а Холокост стал их основным объектом. Критика часто применялась для того, чтобы сохранить неидентичность между субъектом и объектом (более просто — напряжение между индивидуалистическими и коллективистскими устремлениями общества). Эти идеи вдохновляли постмодернистских и постструктуралистских мыслителей вроде Джудит Батлер, Жака Деррида, Мишеля Фуко, и других. — Как сегодня философы смотрят на отношения между критикой, знанием и властью? — Критика может принимать различные формы. Ницше придал ей уникальный характер, который повлиял и на Франкфуртскую школу, и на постструктуралистов. Хоркхаймер и Адорно, вероятно, являлись первыми, кто интегрировал его идеи в марксистскую традицию. А для постструктурализма, наверное, не существует более влиятельного мыслителя, чем Ницше. Ницше обращался к обоим трендам, борясь за истинную индивидуальность, презрение конвенционального и приверженность к «новому». Его чуждость условностям и порицание морализма были близки по духу как критической теории, так и постмодернизму, так же как и его отказ от идеализма и материализма. По его мнению, в основании всех теорий и практик лежит воля к власти. Знание не бывает абстрактным или нейтральным. Оно является продуктом воли, который фокусируется на экзистенциальном или материальном интересе каждого. Вопрос только в том, осознает ли человек волю, которую он осуществляет, и цели, которым служат его действия. Заинтересованность Ницше в этих вопросах была намного менее политична, чем культурна и экзистенциальна. Его девизом было: «Бог мертв, и мы его убили!» Его критика распространялась на все существующие философские системы, он опередил постмодернистов в их нападках на метанарратив, эссенциализм и фундаментализм. Критичный по отношению ко всем универсалистским доктринам — от христианства до либерализма и социализма, — он верил, что они сдерживают исключительных индивидов, воспитывают «стадную ментальность» и потворствуют культурной посредственности. Выражая «перспективистскую» позицию, понимая, что каждое означающее имеет множество значений, Ницше разрушает понятие сущности и оставляет лишь мир явлений, манипулируемых человеческой волей к власти. Адорно не уходит настолько далеко, а его поздние работы открыто защищают метафизику, но постмодернисты строят свои концепции на его точке зрения. Игнорируя ницшеанскую реакционную политику и некоторый утопизм его идей, они оставляют тот же объект для критики: не политические системы и их лидеров, а культурное мещанство (Bildungsphilister). — Как развивается концепция критики сегодня? — Критика расцвела. Даже научные методы пошатнулись под натиском идей Карла Поппера о критическом рационализме, который подчеркивает опровержимость и утверждает, что все истинные утверждения условны. Далее Томас Кун предложил рассматривать научный прогресс не просто как нелинейный, а как «смену парадигм». По его мнению, новые теории возникают тогда, когда старые больше не способны адекватно отвечать на новые проблемы. Сегодня семиотика и деконструкция преподаются в любом университете, и не существует ни одного преподавателя или студента, который не хотел бы мыслить критически. Но при этом критика и ее интерпретаторы стали предметом бесконечных текстовых толкований, бесчисленных диссертаций и так далее. Критика стала «одомашненной» своей исключительно ограниченной сферой применения. Она оказалась неспособной делать положительные суждения о реальных мировых конфликтах между сторонами с противоположными принципами и интересами. Критике необходимо критически пересмотреть собственное историческое развитие. Должна существовать причина, по которой ее одержимость «нон-идентичностью», ее отбрасывание универсальных идеалов, ее отход от суждений возникли именно в 1970–1980-е в США. С позиции более устаревшего понимания критики, возможно, это может быть связано с завершением движения за гражданские права и поражением новых левых. Возможно, причина не в этом. Но в любом случае этот вопрос стоит обсуждения. Вместо того чтобы просто противостоять несправедливости и деспотичной власти, современная критика фокусируется на абстрактных заявлениях о справедливости и авторитете. В том, что быстро становится обществом постправды, критика может установить свою радикальность, только подчеркивая свою внутреннюю связь с этическими суждениями и политическими целями. Проще говоря, критике необходимо пересмотреть свои ценности и идеалы: толерантность, секуляризм и стремление к лучшему обществу. Без переоценки своих положительных целей критика станет просто еще одним словом. И это судьба, которую, я надеюсь, мы сможем избежать. Источник: ПостНаука