Юрий Борисович Норштейн — советский и российский художник-мультипликатор, режиссёр мультипликационного кино. Народный артист РФ. Лауреат Государственной премии СССР. Большую часть работ создал, работая на студии «Союзмультфильм». С 1961 по 1973 год Юрий Норштейн в качестве мультипликатора участвовал в создании мультфильмов, среди которых много таких, на которых выросло не одно поколение: "Левша", "Как один мужик двух генералов прокормил", "Каникулы Бонифация", "Осторожно, щука!", "Жадный Кузя", "Лошарик", "Варежка", "Чебурашка", "Аврора". В 1975 году вышел фильм Норштейна, принесший ему заслуженную мировую славу и ставший не только визитной карточкой своего создателя, но и символом всей анимации — "Ёжик в тумане". Мультфильм был поставлен по одноименной сказке Сергея Козлова, которую ее автор переработал в сценарий. Ниже приведены тонкие, мудрые цитаты великого художника-мультипликатора. «Мы постепенно приучаем сознание к тому, что только эффектные ситуации, супердействия могут называться подлинными, а вовсе не те прозаические дела, которые только, действительно, и могут уменьшить страх перед жизнью и ее реальными потрясениями. Нуждаясь в эффектах, мы устраняем из сознания сам интерес к простоте. Можно ли представить Фолкнера, гарцующего на парадной лестнице? Да он почти никогда и не выезжал из своего местечка, кроме как для получения Нобелевской премии. Мы разучились удивляться каждому дню, поэтому снова и снова требуем от искусства все более острые блюда...» «Пустое сердце бьется ровно. Нужно повышать уровень задач. Нужно попасть в критические условия. И тогда возможны открытия». «Казалось бы, мы на пороге счастья. Но компьютер есть, а счастья все нет, если перефразировать Ильфа и Петрова. Вместе с освобождением от усилий по разработке движения произошло освобождение от интеллектуального и художественного напряжения». «Только в войне с мучительной невозможностью выйти за пределы себя происходит что-то важное». «Помните, какой длины были дни в детстве? Каждый день стоял сам по себе, сегодняшнее исполнялось сегодня, а для завтрашнего счастья отводился завтрашний день…» «Мы искривили понятие счастья. Счастья и нет, как такового. Есть лишь проблески, мгновения, которые потом окрашивают нашу ежедневную жизнь — это и лица родных, и дружеская попойка, и сердцебиение при ожидании встречи, и шелест воды по камням, и птичьи следы на свежем снегу, и заходы и восходы солнца, и туманы… Счастье — это умение ценить самую малость…» «Само ожидание, трепет душевный в период ожидания, мне кажется, это и есть поэзия, по-настоящему. Это не важно, что ты стихи не напишешь, важно, чтоб трепет был».