Классика — не титул, которым избранная группа интеллектуалов поощряет вклад произведения в мировую литературу. Классика — затвердевание смолы, поймавшей свет эпохи, и её превращение в янтарь. Двадцатые годы США прошлого столетия, запечатлённые в романе Френсиса Скотта Фицджеральда «Великий Гэтсби», не зря обрушиваются шквалом ассоциаций при одном их упоминании: весь процветающий центр страны сотрясался в экстазе неиссякаемой энергии жизни. Настало время неоконченного переосмысления, рефлексии, недописанных строк, раскрепощённости, культуры флэпперов, подпольной продажи алкоголя, экономического подъёма, резвых автомобилей и джаза, сочащегося из каждого придорожного кафе, — музыки сирен на новый лад. Так «ревущее» десятилетие воспринимается сегодня: блеск от полироли, а не внутреннее устройство. Между тем нелегальная продажа спиртных напитков повлекла за собой рост бутлегерства и организованной преступности, а обманчивое чувство вседозволенности способствовало упадку нравов, которым пользовались держатели публичных домов и кабаре-клубов от Лонг-Айленда до Калифорнии. Желание забыться чередовалось в людях с попыткой создать что-то новое на месте срубленного многолетнего уклада. Девиз: «Что есть завтра? Фикция! Какая разница, что будет завтра, ведь у нас есть сегодня!» Фицджеральд критически воспринимал пору, на которую выпали его молодость и творческий триумф, и никогда этого не скрывал. Он презирал двадцатые прежде всего за обманутые надежды и ожидания, за внешнюю незыблемость, оказавшуюся не крепче спичечного домика, за разрушительную и заразную безалаберность. Двадцатые подарили Фицджеральду вдохновение для его лучших произведений, однако взяли за успех высокую плату — психическое здоровье его жены, Зельды Фицджеральд, и финансовое благополучие семьи. Плодотворная деятельность его как писателя оборвалась вместе с окончанием «американской фиесты века». Десятилетие промчалось одним захватывающим днём: в пьяном угаре, в восторженном ликовании, в праздных фантазиях и погоне за вдруг подешевевшим, как шампанское, «счастьем». «Великий Гэтсби» — скромное по размерам произведение, однако именно в нём автор достиг абсолютного мастерства в композиции и языке и доказал, что его ранний успех на поприще литературы — отнюдь не случайность. Фицджеральд впоследствии говорил, что хотел создать нечто «новое, необычное и ажурное». И действительно, в романе сквозь лоск и тысячу красивых слов проглядывает отталкивающая и гадкая сущность. Внутренняя непривлекательность изображённого Фицджеральдом общества подобна подземным течениям: они никак не проявляют себя до поры до времени, но однажды могут привести к проседанию почвы и разрушению фундамента, и то, на чём зиждется мир богачей, в одночасье рухнет. Считается, что прилагательное «великий» или «грандиозный», «великолепный» (в зависимости от того, как трактовать слово «great») — не более чем насмешка над Гэтсби, над всей породой таких вот отчаянных мечтателей, гоняющихся за пустотой в яркой оболочке. Но так ли в самом деле Фицджеральда воротило от главного героя? Тот ли это случай Маргарет Митчелл, когда автор хотел, чтобы его персонаж вызывал отторжение, а он стал символом и любимцем читающей публики? Доподлинно утверждать что-либо нельзя, но можно разобраться в том, как оборудована сцена романа, как ведут себя действующие лица и какой тайный, не лежащий на поверхности смысл сокрыт в magnum opus Фицджеральда. «Великому Гэтсби» присуща изумительная чётность в деталях и описаниях. Два берега — Вест-Эгг и Ист-Эгг. В доме Бьюкененов собираются четыре человека, принадлежащие к высшему классу. В какой-то момент к светскому рауту «присоединяются» ещё две персоны, впоследствии обретшие важность для эскалации конфликта. Джордан упоминает некоего мистера Гэтсби, на что тут же обращает внимание Дейзи. Во время ужина непрестанно звонит телефон. На другом конце провода, как позже выяснится, была Миртл Уилсон, любовница Тома. Две машины едут наперегонки. Два выстрела знаменуют финал романа. Игра контрастов, составляющих единое целое, — одна из ведущих тем произведения Фицджеральда. Его как автора привлекают обе стороны медали. Джей Гэтсби сотворён из противоречий и, казалось бы, взаимоисключающих друг друга качеств. Он щедр в предоставлении финансовых благ и развлечений, однако чрезвычайно жаден в любви. Он любит прихвастнуть, произвести благоприятное впечатления, однако по сути своей наделён нерешительным характером, вечно терзается сомнениями и нуждается в надёжном человеке поблизости. Он обманщик, наживший богатство нечестным путём. Он последний из романтиков; человек, который выковал себя сам. Ментальное и идеологическое противостояние с Томом обретает большую глубину, когда приходит понимание: речь идёт не просто о столкновении мужа-рогоносца и любовника, а о двух глобальных мировоззренческих парадигмах двадцатых годов. Порода против амбиций. Том крепко стоит на ногах, он один из «белых богов» новой Америки. В его самоуверенности и громкости фальши нет ни на грош. Гэтсби же при всём своём фанфаронстве не может удержаться от пошлости излишеств: и огромный дом, и пышные вечеринки напоминают обжорство бедняка, дорвавшегося до стола знати. С образом Гэтсби связано множество проблем. Может ли человек после стремительного взлёта преодолеть социальную стратификацию и связанные с ней предрассудки? Примет ли его, отщепенца рабочего класса, высшее общество? Трагедия главного героя не в том, что он решил добиться любви Дейзи, и даже не в том, что он нажил миллионы сомнительным способом, а в том, что он «тщательно подбирал слова, когда говорил». Он потратил уйму сил на то, чтобы стать тем самым «великим Гэтсби», но так и не сумел сделаться своим в мире роскоши и регалий по праву рождения. Не сумел он и удержать недоступную девушку. Взмах крыльев. Бабочка упорхнула. Дамы в романе «Великий Гэтсби» похожи на запонки на манжетах: и красиво, и функционально. Дейзи среди прочих выделяется. Фицджеральд высмеивал её воркование, «заставляющее собеседника наклониться ближе», инфантильность и ветреность. Между тем он сам легко подпадал под очарование таких женщин. Обожание и неприязнь сплелись в авторском отношении к Дейзи. С одной стороны, она та, ради которой стоит совершить невозможное. С другой, Дейзи — со всеми её очаровательными ужимками — такая же просчитанная иллюзия, как и Гэтсби. Даже в их портретном описании есть нечто перекликающееся. Будь то воспетое умение Дейзи смотреть так, «словно никого она так не желала видеть, как вас», или улыбка Гэтсби. О, эта улыбка. Ей Фицджеральда посвятил прекраснейшие строки: «Такую улыбку, полную неиссякаемой ободряющей силы, удается встретить четыре, ну — пять раз в жизни. (…) И вы чувствуете, что вас понимают ровно настолько, насколько вам угодно быть понятым, верят в вас в той мере, в какой вы в себя верите сами, и безусловно, видят вас именно таким, каким вы больше всего хотели бы казаться». Красноречивые слова для рассказчика, который в первой главе утверждал, что Гэтсби олицетворял собой всё то, что он ненавидел. Очередная двойственность. Любовные перипетии героев в «Великом Гэтсби» образуют сложную фигуру. И замыкает её смерть Гэтсби. Схематично это выглядит следующим образом: Джей Гэтсби — Дейзи Бьюкенен — Том Бьюкенен — Миртл Уилсон — Джордж Уилсон. Уилсон убивает Гэтсби. Это кульминация всего действия. Интересно, что в результате была также полностью уничтожена супружеская чета Уилсонов, а Бьюкенены вышли из воды сухими. Какое же место во всей этой истории занимает Ник Каррауэй? Как он сам говорит, он находится одновременно «внутри и снаружи», то есть оказывает некоторое влияние на события, однако сознательно выбирает позицию постороннего. Он самоустраняется в удобный для него момент; его принципы весьма гибкие и запросто деформируются. Рассказчик, подобно Гэтсби, сомневающийся в себе человек: он не продолжает заниматься писательством, а идёт по пути наименьшего риска — берётся за кредитный бизнес в надежде разбогатеть. Следует ли читателю доверять Нику? Как в случае практически со всеми произведениями, написанными от первого лица, ответ будет отрицательным. Отношение Ника к Гэтсби амбивалентно. Он упрекает его. Он восхищается им. Он многое прощает Гэтсби — этой милости не удостаиваются те же Бьюкенены. Всё дело в роднящем их «пограничном» положении, в их общих слабостях и слепой вере в мечту. Отпуская Гэтсби все его прегрешения, Ник и сам, как ему кажется, становится чище и смиряется с тем, что в каком-то смысле подписал другу смертный приговор, когда свёл его с Дейзи. Ник окончательно разрывает все — и так несуществующие — отношения с Джордан и уходит от неё «наполовину влюблённым». И снова эта комично-трагичная незавершённость. Любить наполовину — всё равно что не любить вообще. В произведении, помимо превратности чувств, особое значение отводится противопоставлению человеческого замысла неуправляемой случайности. То, что Гэтсби поселился на противоположном берегу от Дейзи, — замысел. То, что рядом поселился Ник, — случайность. То, что Гэтсби в конце концов, проявив недюжинное упорство, сделал Дейзи своей возлюбленной — замысел. То, что Ник стал для Гэтсби единственным близким другом, не привязанным к нему выгодой — случайность. В случайностях смысла оказалось куда больше. Мир романа Фицджеральда — вращающаяся карусель, по которой ты бежишь и всё равно остаёшься на месте. Таковы двадцатые. Таков «Великий Гэтсби».
Читайте также
Подборка блиц-фактов №46
Кривой нос в древнем Риме считался признаком лидерства. Кошки - единственные животные, которые имеют право находиться в мечети. Если человек каждый раз пишет разными почерками, это говорит о его чувствительности и творческих способностях. в 1983 году Питер Стюарт из Англии танцевал диско на протяжении 408 часов, две недели и 3 дня. Некоторые аппараты в Европе принимают двухрублевую монету за 1 евро. Если вам 27 лет, то половина населения Индии моложе вас. А если вам уже стукнуло 30, то вы старше половины людей в мире. Белки, как и кошки, умеют мурлыкать. в брокколи больше витамина С, чем в апельсинах. В среднем ежедневно поступает 480 сообщений о том, что кто-то видел НЛО. При Петре I в России действовал налог на бороды. Пессимизм и оптимизм передаются по наследству. Каждые 7 секунд в мире рождается ребенок. От отсутствия сна человек умрет быстрее, чем от голода. Люди - единственные существа, спящие на спине. В Вавилоне 4000 лет назад существовал обычай, по которому отец невесты поил зятя медовым пивом в течение месяца после свадьбы. Поэтому этот месяц назывался "медовым месяцем".
Да что вы знаете о боли!?
Один из победителей фестиваля «Каннские львы 2016».
О статусных вещах
Я помню свои первые джинсы. Моя мама привезла мне их из Польши. Ни у кого из моих подруг тогда не было джинсовых вещей. В школу мы ходили в плиссированных юбках и шерстяных свитерах, перешедших нам от старших сестер и молоденьких родных теть. Но джинсов, нет, не было. Поэтому я очень долго ходила в них только по дому. Я возвращалась со школы, доставала с антресоли мамины туфли на каблуке, надевала свои новенькие, никем не пачканные джинсы, красила губы маминой помадой и важно расхаживала по квартире. Я довольно улыбалась и представляла, что вокруг смотрят на меня и завидуют. Что мне мешало выйти пусть не в таком, но в приблизительно таком виде на улицу, я не знаю. Хотя нет, знаю. Я была очень стеснительной девочкой. И не готова была к статусным вещам. Они всем своим грузом наваливались на меня и не давали дышать полной грудью. Я была не готова к такому вниманию. Я понимала, что мне надо было что-то объяснять и оправдываться. Нет, в старом затертом шерстяном свитере я чувствовала себя уютнее. Я помню свой первый мобильный телефон. Я училась в университете на втором или третьем курсе. И хотя у многих из моих однокурсников уже были мобильные телефоны, но те ребята, с которыми я дружила, их не имели. Какое-то время я прятала телефон в сумке и старалась не светить его. И это было несложно. Потому что мы все жили в общежитии, и для того, чтобы спросить что-то, достаточно было просто спуститься на этаж ниже или подняться выше. Никто даже не подумал бы спросить тогда: слушай, а дай мне свой номер, я тебе как-нибудь звякну. Нет, никто этого не спрашивал. Поэтому телефон мой постоянно молчал, и мне скрывать его было несложно. Да, телефон, был моей второй статусной вещью, которую я стеснялась. И сейчас я сижу и думаю: а почему так? Почему эти, казалось бы, модные и крутые вещи не приносили мне удовольствия? Почему я не хвастала ими, хотя могла бы. Почему не носила важно и не гордилась достатком своих родителей, например, которые могли позволить себе купить то, что выходило за рамки общедоступного. Почему это не делало меня счастливой, в конце концов. Вселенная, спасибо тебе, что ты греешь некоторых людей у себя за пазухой - На следующей неделе куплю себе новый iPhone, - просто так, без гордости, важности, вообще без какого-либо скрытого смысла говорит мне мой друг, отхлебывая чай с бергамотом и молоком. Говорит, будто думает: заказать на обед барабульку или свиной медальон. - Окей, - отвечаю я ему тем же ровным и ничего не значащим тоном. И мы каждый думаем о своем. Он о том, куда сдать старый телефон. И стоит ли куда-то его сдавать. Может, просто забросить за шкаф, где наверняка уже лежит 3, 4, 5. А я думаю о том, что на эту сумму я смогу слетать в Сингапур. И каждый из нас по-своему счастлив. И каждый не вмешивается в жизнь другого и не меняет ее. И я за это своему другу очень благодарна. И за это он, наверное, тоже благодарен мне. Не привязываться к статусным вещам когда-то меня научили европейцы. У них такого понятия как «статусная вещь» в принципе нет. У них не вещь определяет человека. Если ты бывала в Европе, то наверняка замечала, на каких автомобилях там ездят: чем меньше, тем лучше. В идеале — когда твой автомобиль можно поднять и аккуратно припарковать между соседними маленькими машинками на какой-нибудь Сен Жермен. Все мои европейские друзья одеваются так, что ты бы на них даже внимания не обратила. Но тем нее, у одного из них свой большой бизнес в Ницце, у другого кафе, которое входит в десятку лучших заведений Парижа. Их старыми телефонами можно орехи колоть, чего не скажешь об их банковских счетах. Ими орехи не поколешь :) С ними нужно бережно. Европейцы вкладывают в бизнес, самообразование, мечту. Мы — в вещи. Которые, между прочим, через год выходят из строя и из моды. А порой мы теряем к ним интерес даже раньше. Я понимаю, почему мне в детстве было неуютно с модными вещами. Я поняла это только сейчас. Мне нравится, когда в человеке есть загадка. Когда ты знакомишься с человеком, общаешься с ним какое-то время, вдруг понимаешь, что вам нравятся одни режиссеры. Что вы слушаете одну музыку. Что в Бангкоке вы жили в одно время, и вот черт, как же могли не пересечься тогда. В общем, ты упиваешься этим человеком. И думаешь, вот, твоя родственная душа. А потом он выходит взять пиццу у курьера, а тебе случайно проговариваются ваши общие друзья, что он владелец известного издательства. И ты сидишь такая ошарашенная и думаешь, Вселенная, спасибо тебе, что ты еще греешь некоторых людей у себя за пазухой. Я о том, что человек может совершенно не кичится своим имуществом и своими вещами. И при этом скрывать внутри такую ошеломительную обаятельность, что ты о нем долго будешь вспоминать. Так в чем тогда наша сила? О чем я хочу сказать? О том, что нужно просто быть честной с собой. Если ты понимаешь, что тебе без макбука не прожить, то, конечно же, нужно срочно брать на него кредит в банке, заставив квартиру. Но если ты уговоришь себя, что это просто элементарный фетиш, то не будет причины для расстройства. Как прекрасно, что мир перешагнул эпоху обязательного наличия в доме статусных вещей. Это уже не необходимо. Поверь, все развитые страны давно сбросили это обязательство как балласт. Никто не обращает внимания на туфли, кошельки, сумки, часы, телефоны и марку автомобиля. Для всех это в одночасье стало не таким уж и важным. Вспомни Джобса и Цукерберга. Это только мы еще тянемся на трехколесной телеге и везем с собой ковры, снятые со стен, сервизы и старую моторолу-кирпич. Для чего это нам? А черт его знает. Пусть будет, а вдруг пригодится...
Подборка блиц-фактов №36
Радиальные(от центра к краю) нити паутины не клейкие, клейкие только концентрические нити. Именно поэтому сами пауки не приклеиваются к паутине. На производство жестяных банок для "Кока-Колы" уходит свыше 17% всего алюминия США. Змеи могут спать 3 года подряд, ничего не принимая в пищу. Самцы обезьяны лысеют точно так же, как и мужчины. Одна из разновидностей морской звезды может воспроизвести себя из кусочка в 1 сантиметр. На Фолклендских островах на каждого жителя приходится 350 овец. Игуана может находиться под водой 28 минут. Сердце кита бьется 9 раз в минуту. У жирафа абсолютно черный язык, его длина около 45 см. Поют только соловьи-самцы, выражая этим преданность и любовь своей подруге, которая, как правило, сидит где-нибудь поблизости, не подавая голоса. Масса крупнейшего найденного алмаза составляла 3106 карат. У всех зебр полосы имеют уникальный рисунок, по нему зебры узнают друг друга. Средний легковой автомобиль содержит около 1000 проводов общей длиной 2 километра и весом 40 килограммов. У жирафа нет голосовых связок. Размер сердца человека примерно равен величине его кулака. Вес сердца взрослого примерно 250г. Вода в мертвом море в 7 раз соленее чем в океанах.
Неизвестные факты об известных людях
На фабрике «Эрмен и Энгельс» в Манчестере рабочие в тяжелейших условиях работали по 13 часов в день. Заработанных денег им с трудом хватало на пропитание. Рабочих у Энгельса штрафовали по любому поводу и постоянно снижали и без того нищенские расценки. На полученные за счет нещадной эксплуатации рабочих средства Энгельс всю жизнь содержал Маркса, который никогда не работал, и призывал отнять у капиталистов фабрики. Во время парижской коммуны Маркс не рвался на баррикады, а писал коммунарам письма из своей лондонской квартиры. Семье Ульяновых принадлежал хутор Кокушкино. Единственное дело, которое Владимир Ульянов провел в качестве помощника присяжного поверенного, было дело о потоптании крестьянскими лошадьми земель его хутора. Крестьяне заплатили Ульянову штраф. Мать Ленина сдавала землю хутора в аренду, а деньги посылала Ленину за границу, где он писал, что нужно отнять земли у помещиков. Крупный российский промышленник Савва Морозов содержал на свои средства партию большевиков. Придя к власти, они отняли у его наследников все имущество, а самих наследников расстреляли. Герцель всю жизнь прожил в Вене, откуда призывал евреев переселяться в Палестину. В Палестине он пробыл 10 дней, больше не выдержал – грязь, жара, влажность, комары. Леви Страусс, американский промышленник, основатель компании Levi Strauss & Co., изобретатель джинсов, терпеть не мог джинсов и никогда их не надевал, полагая, что солидному человеку рабочие штаны не к лицу. Создатель коньячной империи Шустов был старообрядцем, следовательно алкоголя в рот не брал. Пушкин всю жизнь любил замужних дам, и писал эпиграммы на их мужей. Когда ему намекнули на возможность измены его жены, он вызвал обидчика на дуэль и погиб. Полководец А. Македонский знал в лицо 30 000 солдат своего войска. Некто Э. Гаон дословно помнил 2500 прочитанных им книг. Скульптор Л. По, полностью лишенная зрения, на ощупь создала более ста замечательных произведений. Археолог Р.Шлиман путем упорных тренировок добился того, что очередной иностранный язык выучивал за 6-8 недель. Слепоглухонемая Скороходова смогла получить среднее и высшее образование, защитить диссертацию по психологии, написать книгу. А. Эйнштейн в школе был двоечником по физике. Н. Гоголь в школе писал весьма посредственные сочинения. Людвиг Ван Бетховен до конца жизни не мог овладеть умножением. Литературный успех к И. Гончарову пришел только в 40 лет. Композитор Р. Вагнер овладел нотным письмом только в 20 лет. В. Моцарт, один раз прослушав в Ватикане многоголосое духовное сочинение Аллегри, за ночь записал точную, нота в ноту, копию произведения. Философ Б. Фуллер: «Я прожил 70 лет. Это составляет 600 тыс. часов. Из них 200 тыс. я проспал, 100 тыс. ушли на то, чтобы есть, пить, восстанавливать свое здоровье, 200 тыс.часов я учился и зарабатывал на жизнь. Из оставшихся — 60 тыс. часов я провел в дороге. Остаток — время, которым я мог располагать свободно — составил всего около 40 тыс. часов, или около полутора часов в день». Профессор А.Любищев посредством постоянного планирования времени успел написать множество разнообразных книг объемом около 12000 страниц. Прежде чем стать великим оратором, Демосфен был застенчив, страдал дефектом речи и имел очень слабый голос. Э. Резерфорд часто, даже во время публичных лекций, не мог привести ту или иную формулу. Ньютону было 72 года, когда он написал предисловие к своим трудам. Лучшие произведения Гете были написаны после 50 лет.
Истории на дорожку №31
Занимаюсь страйкболом и, естественно, со временем приобретаются все новые штуки, и вот не так давно приобрёл "чемодан" - футляр из-под гитары, замутил туда поролон, чтобы все красиво лежало. Так как со временем некоторые "игрушки" надоедают, стал продавать АКС с прицелом, АПС с глушителем, ну и различные "обвесы" к ним. Упаковал я это всё добро в "чемодан" и поехал на встречу с покупателем. Еду в метро с футляром из-под гитары, тут меня толкают двое здоровых лысых парня, чемодан падает и открывается, и оттуда показывается всё добро... Вы бы видели эти лица! А я, с каменным лицом, спокойно поднимаю и закрываю футляр и, уже повернувшись с лицом "Карлеоне" хриплым голосом говорю: - Ребята, не обижайте музыкантов. И стою дальше, а весь вагон молча смотрит на меня... ***** Коммуналка, в соседней комнате — муж с женой - алкоголики, могут и прирезать; бухие в стельку. Угрожают. Приезжает товарищ милиционер. Эти сразу заперлись у себя. Он подходит к их двери и преспокойно говорит: - Полиция, откройте дверь. - А не то что!? - А не то я через стену пройду. *дверь открывается* ***** У нас в семье две кошки. Как-то раз купили сухую валерьянку в пакетиках - для настоев, чтоб спать крепче. Хранилась наверху, в труднодоступном месте, в шкафчике над холодильником. Как-то раз шкафчик был неплотно закрыт, а все свалили на работу. Пришли домой, заходим на кухню. Шкафчик нараспашку, весь пол в валерьянке, на ней лежат два шерстяных тела и не двигаются, морды все в этой сушеной валерьянке. Скрючило нас прямо в коридоре. Первая сцена, которая пришла в голову, - это из фильма "Лицо со шрамом", сцена с кокаином :D Отходили две наркоманки от этой вакханалии часа два, потом зашевелились. Позже сутки спали по центру комнаты. Ради этого стоило завести кошек. ***** В армию я пошел не со своим призывом, а на полтора года позже, и двадцать лет мне исполнилось, когда я отслужил три месяца. Вот и представьте мой юбилей. Подъем в шесть утра. Целый день занятия по строевой подготовке, тактике и т.п. Служил я в спецназе, так что напрягали нас не по-детски. В тот день, как мне показалось, наш взводник настроен как-то особенно агрессивно. Попотели мы знатно. Наконец-то этот долбаный день закончился, хоть бы одна сволочь с ДР поздравила. Отбой! Долгожданная кровать, подушка... Ага. Не тут-то было. Через полчаса - подъем, сбор, тревога. У нас чуть ли не каждый день была проверка боевой готовности, так как отряд выполнял задачи на Северном Кавказе. Обычно длилась проверка не более часа, но тут (неужто именно в этот день?!) взводнику вздумалось над нами поиздеваться - именно так я подумал после команды не "налево в казармы", а "направо" - в противоположную сторону, где стрельбище, лес и сугробы по пояс. После получасового бега в полной боевой экипировке, мы прибежали в лес, где нас разделили на две группы: одна устраивает засаду, другая должна незаметно обнаружить и уничтожить условного противника. Я был во второй группе. Через двадцать минут мы должны выдвинуться на поиски. За двадцать минут моего нахождения в сугробе я проклял всех, так как после бега мы были насквозь мокрыми, и после пяти минут в сугробе вся одежда стояла колом. Наконец настало время выдвигаться. Где ползком, где короткими перебежками, мы все-таки обнаружили противника, который, к слову, не особо и скрывался. Смотрим - какой-то костерчик развели... А когда мы ближе подошли, все замученные, мокрые, одежда колом, увидели ребят, взводника нашего, которые мирно жарили сосиски... Все хором меня начали поздравлять с Днем рождения! После этого момента я — как в прострации, помню дружеские похлопывания по плечу, как мы пили самый вкусный чай и жевали самые вкусные сосиски. Эмоции были непередаваемые! Вернулись мы в казарму часам к двум-трем неспешным шагом. Сна уже не было. Это был самый лучший день в армии! ***** В подростковом возрасте была я как-то неофициальным помощником в ветеринарной клинике при сельскохозяйственном университете: собак выгуливала, помогала держать котов на уколах, сидела с животными, если это было нужно. Принесла как-то женщина кота - здорового, сильного. Сказала, мол, не ест и не пьет ничего уже несколько дней, усыпите его. Врач без слов дал ей бумаги на подпись, взял деньги. Но кота усыплять не стали. Кот был такой боевой, несмотря на то, что не ел несколько дней, подрал и врача, и медсестер, угрожающе вопил, в общем - без боя свою жизнь не отдавал. Осмотрели его, прооперировали. Оказалось, что кусок резинового мячика, который кот, видимо, отгрыз и проглотил, застрял у него в кишечнике. Врач забрал котейку к себе, и тот до сих пор живет у него и горя не знает. Я хотела поступать на ветеринара, потому что очень люблю животных. Но не смогла, зная, что это не единичный случай, когда животное приносят на усыпление, потому что он "надоел", "лень лечить" и т.д. Я безумно рада, что не стали убивать бедного котейку, и надеюсь, что таких ветеринаров будет больше.
«Чтобы хранить верность, необходим талант.»
«...Когда спишь с женщинами направо и налево, они все сливаются в одну. И она просто меняет имя, кожу, рожу, рост и голос. Длина волос, объем груди, цвет белья варьируются от случая к случаю. Но ты повторяешь ей заученные фразы, делаешь одни и те же штучки, совершаешь одинаковые движения в установленном порядке: "Ты хорошо пахнешь... о, благодарю тебя, Господи, какое счастье... ты мне страшно нравишься... мне кажется, это сон..." Талдычишь одно и то же каждый вечер разным девушкам с завороженным взглядом ребенка, который разворачивает подарок. Перемены приводят к повторяемости. Как ни парадоксально, новизна возникает, только если хранишь верность одной женщине. Донжуаны лишены воображения. Казанову принято считать многостаночником, а он был просто лентяем. Потому что, как ни меняй баб, ты-то остаешься все тем же мужиком, поборником пути наименьшего сопротивления. Чтобы хранить верность, необходим талант.» Фредерик Бегбедер
Время чудес приближается
Путешествие пожилой пары плюшевых медведей.
Почему Александрийская библиотека — очередная глупость человека?
Александрийская библиотека — ярчайший пример гениальности человека и его бесконечной глупости одновременно. Люди умудрились собрать все свои знания об этом мире в одном месте, чтобы впоследствии уничтожить их целиком. Здесь трудились такие великие умы, как Эратосфен, задолго до появления машин и спутников установивший форму нашей планеты и практически точно вычисливший её окружность. Здесь же первыми космологами создавались первые глобусы, астрономом Гиппархом чертились звёздные карты. Здесь была написана Полная История Мира в трёх томах, здесь Евклид дал миру основы своей геометрии, а Герон Александрийский создал первый паровой двигатель. Здесь, на одной из полок, лежало сочинение Аристарха Самосского, доказывавшего, что Земля — одна из планет, подобно другим обращавшаяся вокруг Солнца, а звёзды находятся чрезвычайно далеко. Подумать только, если хотя бы 10% от коллекции библиотеки уцелело, каким был бы мир сегодня? Насколько бы далеко ушёл технический прогресс за эти 2 тысячи лет? Но человеческая глупость не знает предела. Бесконечные войны и религиозная вражда сделали своё дело. Началом разрушения библиотеки, как и всего города, послужили Римские войны, дело продолжили христиане, искоренявшие всякое знание во имя своего кровавого бога, а закончили мусульмане, оставившие лишь руины после своего нашествия. Теперь, спустя тысячи лет холодные камни древней эпохи напоминают нам о том, что люди когда-то потеряли. Потеряли не просто книги и папирусы. Они потеряли величайшее сокровище, которое дало бы великую силу любому из его обладателей. Но это было в прошлом. И это было уничтожено. Уничтожено лишь затем, чтобы на смену просвещению и обители разума пришли крестовые походы, инквизиция, жёсткие восточные традиции и тёмные века. Люди выбрали иной путь, поклоняясь придуманным божествам, потеряв надежду и веру в будущее. Александрийская библиотека погибла, показав, как в будущем делать нельзя. Это наглядный пример торжества безнравственности и мракобесия над разумом и свободой. Свобода в знании, в знании сила. Как жаль, что эти самые знания не спасли учёных Александрийской библиотеки от орд фанатиков и невежд.
© 2015 — 2024 stakanchik.media
Использование материалов сайта разрешено только с предварительного письменного согласия правообладателей. Права на картинки и тексты принадлежат авторам. Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 16 лет.
