В издательстве «Альпина нон-фикшн» вышла книга «Под белым небом: Как человек меняет природу» журналистки Элизабет Колберт, пишущей на энвайронменталистскую тематику. Автор рассказывает о вредительском воздействии человечества на окружающую среду и задается вопросом, как нам спасти природу в эпоху антропоцена. Публикуем фрагмент из главы, посвященной загрязнению атмосферы Земли и технологиям извлечения углекислого газа из воздуха. Когда именно люди начали изменять атмосферу — вопрос спорный. По одной теории, процесс начался восемь или девять тысяч лет назад, еще до начала письменной истории, когда на Ближнем Востоке одомашнили пшеницу, а в Азии — рис. Первые фермеры стали расчищать земли под посевы, и, когда они прорубали и прожигали путь через леса, выделялся углекислый газ. Выделялось его довольно мало, но, по мнению сторонников этой теории, известной как «гипотеза раннего антропоцена», эффект был неожиданно благоприятным. Из-за природных циклов уровень CO2 в то время должен был снижаться. А из-за вмешательства человека он оставался более или менее постоянным. «Переход от эпохи, когда климатом управляла природа, к эпохе, когда на климат начал влиять человек, состоялся несколько тысяч лет назад», — писал Уильям Раддиман, почетный профессор Университета Вирджинии и самый известный сторонник теории «раннего антропоцена». Согласно второму, более распространенному мнению, этот переход в действительности начался только в конце XVIII в., когда шотландский инженер Джеймс Уатт разработал новый тип парового двигателя. Двигатель Уатта, как часто говорят, «запустил» промышленную революцию. По мере того как энергия воды уступала место энергии пара, начали расти и выбросы CO2, сначала медленно, потом с головокружительной скоростью. В 1776 г., когда Уатт представил свое изобретение на рынке, люди выделили в атмосферу около 15 млн т CO2 2. К 1800 г. цифра возросла до 30 млн т. К 1850 г. она увеличилась до 200 млн т в год, а к 1900 г. — почти до 2 млрд т. Сейчас эта цифра приближается к 40 млрд т в год. Мы изменили атмосферу так сильно, что каждая третья молекула CO2 в атмосфере на сегодняшний день была выброшена в результате человеческой деятельности. Из-за этого вмешательства средняя мировая температура со времен Уатта повысилась на 1,1 °C. Это привело и продолжает приводить к целому ряду все более печальных последствий. Засухи длятся дольше, штормы бушуют сильнее, жара усиливается до смертоносных значений. Сезон лесных пожаров становится длиннее, а сами пожары — интенсивнее. Уровень моря поднимается все быстрее. Недавнее исследование, результаты которого были опубликованы в журнале Nature, показало, что с 1990-х гг. таяние льдов Антарктиды ускорилось втрое. В другом недавнем исследовании было предсказано, что в ближайшие несколько десятилетий большинство атоллов станут непригодными для жизни, то есть под воду уйдут целые страны, например Мальдивы и Маршалловы острова. Если перефразировать слова Дж. Р. Макнила, в свою очередь перефразировавшего цитату Маркса, можно сказать, что «люди сами делают свой климат, но они его делают не так, как им вздумается». Никто не может точно сказать, насколько должна подняться температура на планете, чтобы гарантированно произошло полновесное стихийное бедствие — скажем, затопление густонаселенной страны, например Бангладеш, или коллапс важнейшей экосистемы вроде коралловых рифов. Официально порогом катастрофы называют повышение средней глобальной температуры на 2 °C. Представители почти всех стран подписались под этой цифрой на конференции ООН по изменению климата, которая состоялась в Канкуне в 2010 г. На встрече в Париже в 2015 г. мировые лидеры изменили свое мнение. Они решили, что повышение на два градуса — это слишком много. Те, кто подписал Парижское соглашение, взяли на себя обязательства по «ограничению повышения глобальной средней температуры до 2 °C при одновременном поиске средств для еще большего ограничения этого повышения до 1,5 °C». Но цифры в любом случае беспощадные. Чтобы температура не поднялась выше 2 °C, глобальные выбросы углекислого газа должны упасть почти до нуля за следующие несколько десятилетий. Чтобы она осталась в пределах 1,5 °C, они должны упасть почти до нуля за одно десятилетие. А для этого требуются модернизация сельского хозяйства, преобразование производства, отказ от автомобилей с бензиновыми и дизельными двигателями и замена большинства электростанций в мире. Технология связывания углекислого газа способна изменить ситуацию в лучшую сторону. Извлечение CO2 из атмосферы с использованием технологий «отрицательных выбросов», вероятно, могло бы компенсировать выбросы «положительные». В таком случае можно было бы даже допустить увеличение общих выбросов СО2 выше порогового значения, за которым следует катастрофа, а потом извлечь излишки углерода из воздуха и избежать беды — сценарий, который стал известен под названием «превышение». Если и можно сказать, что у технологии «отрицательных выбросов» есть изобретатель, то это физик немецкого происхождения Клаус Лакнер. Лакнеру сейчас около 60 лет, это подтянутый мужчина с темными глазами и высоким лбом. Он работает в Университете штата Аризона, в городе Темпе, и однажды я встретилась с ним в его офисе. Офис был почти пуст, если не считать нескольких карикатур из журнала New Yorker на тему занудства ученых, которые, по словам Лакнера, жена вырезала специально для него. На одной из карикатур пара ученых стоит перед огромной доской, исписанной уравнениями. «Вычисления-то верные, — говорит один. — Просто не слишком элегантные». Лакнер прожил в Соединенных Штатах большую часть взрослой жизни. В конце 1970-х гг. он приехал в Пасадену учиться у Джорджа Цвейга, одного из первооткрывателей кварков, а несколько лет спустя перешел на работу в Лос-Аламосскую национальную лабораторию ради исследований в области ядерного синтеза. «Какие-то разработки были секретными, — сказал он мне, — какие-то нет». Термоядерный синтез — процесс, который дает энергию звездам, а у нас на Земле — термоядерным бомбам. Когда Лакнер работал в Лос-Аламосе, термоядерный синтез называли источником энергии будущего. Термоядерный реактор мог бы генерировать практически неограниченное количество безуглеродной энергии из изотопов водорода. Лакнер пришел к убеждению, что до создания термоядерного реактора остается как минимум еще несколько десятилетий. Теперь, несколько десятилетий спустя, все по-прежнему считают, что действующий реактор появится не раньше, чем через несколько десятилетий. — Я понял, наверное, раньше многих, что заявления об ограниченности запасов ископаемого топлива сильно преувеличены, — сказал Лакнер. Как-то вечером в начале 1990-х гг. Лакнер пил пиво со своим другом Кристофером Вендтом, тоже физиком. Они задумались, почему, как выразился Лакнер, «никто больше не делает по-настоящему больших безумных проектов». Эта мысль породила новые вопросы и новые разговоры (не исключено, что снова под пиво). И они придумали собственный «большой безумный» проект, который, по их мнению, в действительности был не таким уж безумным. Через несколько лет после того самого первого разговора они опубликовали статью с огромным количеством уравнений, в которой утверждали, что самовоспроизводящиеся машины смогут удовлетворить мировые потребности в энергии, а заодно справиться с проблемами, возникшими от сжигания ископаемого топлива. Они назвали машины «аксонами», от греческого αυξάνω, что означает «расти». Аксоны будут получать энергию от солнечных панелей, затем самовоспроизводиться — создавать еще больше солнечных панелей, которые они будут собирать, используя кремний и алюминий, извлеченные из обычной грязи. Все увеличивающееся число панелей будет производить все больше энергии, и ее количество будет расти экспоненциально. Массив, занимающий территорию площадью около 220 км2 — размером примерно с Нигерию, но, как заметили Лакнер и Вендт, все же «меньше многих пустынь», мог бы многократно перекрыть все потребности земного шара в электроэнергии. И эти же установки можно было бы использовать для извлечения углерода из атмосферы. По расчетам ученых, солнечная ферма такого размера сможет удалить весь углекислый газ, который люди выбросили в атмосферу до сегодняшнего дня. В идеале CO2 будет преобразован в твердую породу, примерно так же, как «мои» выбросы в Исландии. Только вместо небольших вкраплений карбоната кальция появятся огромные объемы — достаточное количество, чтобы покрыть площадь размером с Венесуэлу слоем примерно 170 см глубиной. (Куда девать всю эту массу камней, ученые не уточнили.) Прошло еще несколько лет. Лакнер отложил идею аксонов в долгий ящик. Зато понял, что его все больше и больше интересуют «отрицательные выбросы». — Если мысленно попытаться выйти за пределы возможного, то можно многое понять, — сказал он мне. Он начал выступать с докладами и писать статьи на эту тему. По его словам, человечеству просто придется научиться извлекать углерод из воздуха. Одни коллегиученые решили, что он спятил, другие — что он провидец. «В ообще-то, Клаус гений», — как-то сказал мне Джулио Фридман, бывший заместитель министра энергетики, который сейчас работает в Колумбийском университете. В середине 2000-х гг. Лакнер представил план разработки технологии поглощения углерода Гэри Комеру, основателю компании Lands’ End. Комер привел на встречу советника по инвестициям, который язвительно заметил, что Лакнер искал не столько венчурный капитал, сколько «капитал для авантюр». И все же Комер решился вложить $5 млн. Компании удалось создать небольшой опытный образец установки, но как раз на этапе поиска новых инвесторов разразился финансовый кризис 2008 г. «Удачное мы выбрали времечко», — прокомментировал это Лакнер. Он не сумел собрать дополнительных средств и свернул деятельность компании. Тем временем потребление ископаемого топлива продолжало расти, а вместе с ним и уровень CO2. Лакнер пришел к убеждению, что человечество, не желая того, уже поставило себя в такую ситуацию, когда просто обязано начать извлекать углекислый газ из воздуха. — Мы сейчас в весьма неприятном положении, — сказал он. — Я считаю, что если технологии по извлечению CO2 не оправдают надежд, то нам не избежать серьезных проблем. В 2014 г. Лакнер основал Центр по отрицательным выбросам углерода в Университете Аризоны. Оборудование, которое он придумывает, собирают в мастерской в нескольких кварталах от его офиса. Туда мы и отправились после короткой беседы. В мастерской инженер возился с чем-то похожим на внутренности раскладного дивана. Там, где в обычном диване был бы матрас, находилось переплетение пластиковых лент. Каждая лента содержала порошок, состоящий из тысяч и тысяч крошечных бусин янтарного цвета. По словам Лакнера, бусины изготавливались из смолы, которую обычно используют для очистки воды, и их можно покупать вагонами. В сухом состоянии порошок будет поглощать углекислый газ. Во влажном — выделять. Идея состояла в том, чтобы подвергнуть эти ленты воздействию крайне сухого воздуха Аризоны, а потом сложить «диван» в герметичный контейнер, наполненный водой. CO2, захваченный в сухой фазе, будет высвобожден во влажной; после этого его можно будет откачать из контейнера и повторить все сначала, многократно складывая и разворачивая «диван». Лакнер сказал мне, что, по его подсчетам, один аппарат размером с полуприцеп может извлекать тонну углекислого газа в день, или 365 т в год. Так как глобальные выбросы сегодня составляют около 40 млрд т в год, он прикинул: «Если построить сто миллионов таких установок», то можно более или менее угнаться за темпами выброса. Он признал, что эта цифра звучит устрашающе. Но тут же заметил, что айфоны существуют всего лишь с 2007 г., а сейчас ими пользуется почти миллиард людей. «Мы еще в самом начале пути», — сказал он. С точки зрения Лакнера, ключ к тому, чтобы избежать «серьезных проблем», — это начать думать по-новому. «Нужно изменить мировоззрение», — сказал он мне. По его мнению, углекислый газ следует воспринимать так же, как сточные воды. Мы не ожидаем, что люди перестанут производить отходы. «Поощрять людей меньше ходить в туалет — это бред», — сказал Лакнер. При этом мы не позволяем им гадить на тротуар. По его утверждению, нам так сложно было разработать решение углеродной проблемы в том числе и потому, что вопрос перешел в моральноэтическую плоскость. Если считать, что выбросы — это плохо, то те, кто выделяет CO2 в атмосферу, становятся виноватыми. «Такие моральные установки делают грешниками практически всех, а тех, кто обеспокоен изменением климата, но продолжает пользоваться благами современной цивилизации, — еще и лицемерами», — писал он. По его мнению, для продолжения дискуссии нужно сменить парадигму. Да, люди коренным образом повлияли на атмосферу. И это, вероятно, приведет ко всевозможным ужасным последствиям. Но люди изобретательны. Они придумывают безумные масштабные проекты, которые иногда и правда работают. В первые несколько месяцев 2020 г. был проведен масштабный неконтролируемый эксперимент. Пока бушевал коронавирус, миллиарды людей были вынуждены сидеть дома. На пике локдауна, в апреле, глобальные выбросы CO2 снизились, по оценкам, на 17% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. За этим снижением — самым большим из когда-либо зарегистрированных — сразу же последовал новый максимум. В мае 2020 г. содержание углекислого газа в атмосфере достигло рекордного уровня — 417,1 части на миллион. Снижение выбросов и повышение концентрации CO2 в атмосфере указывают на упрямый факт, касающийся углекислого газа: если уж он попал в воздух, он там и остается. Сколько именно времени он там пробудет, вопрос сложный; но, как бы то ни было, выбросы CO2 накапливаются. Часто приводят пример с ванной. Пока из крана течет вода, закупоренная ванна будет наполняться. Чуть прикрутите кран, и ванна все равно будет наполняться, разве что помедленнее. Продолжая аналогию, можно сказать, что ванна с превышением температуры на 2 °C наполнена почти до краев, а ванна с превышением на 1,5 °C практически переполнена. Вот почему математические расчеты, связанные с углеродными выбросами, так сложны. Сокращение выбросов абсолютно необходимо, но в то же время совершенно недостаточно. Даже если сократить выбросы вдвое — для чего пришлось бы перестроить большую часть мировой инфраструктуры, — уровень CO2 не упадет; он просто будет медленнее расти. К тому же встает проблема справедливости. Поскольку выбросы углекислого газа накапливаются, то в изменении климата больше всего виноваты те, кто выделил в атмосферу наибольшее количество СО2. В США живет всего 4% мирового населения, но Штаты несут ответственность почти за 30% совокупных выбросов. Страны Европейского союза, в которых проживает около 7% населения земного шара, произвели около 22% совокупных выбросов. Для Китая, где проживает примерно 18% населения земного шара, эта цифра составляет 13%. Индия, которая, как ожидается, вскоре обгонит Китай как первую по численности населения страну в мире, несет ответственность примерно за 3%. На долю всех стран Африки и всех стран Южной Америки, вместе взятых, приходится менее чем 6% выбросов. Чтобы снизить выбросы до нуля, прекратить выбрасывать в воздух СО2 должны все — не только американцы, европейцы и китайцы, но и индийцы, африканцы и жители Южной Америки. Но крайне несправедливо просить страны, которые почти не имели отношения к созданию этой проблемы, отказаться от использования углеводородного топлива, потому что другие страны уже произвели слишком много углеродных выбросов. Это также неразумно с геополитической точки зрения. Поэтому международные соглашения по климату всегда основывались на принципе «общей, но дифференцированной ответственности». В соответствии с Парижским соглашением развитые страны должны «выполнять ведущую роль путем установления целевых показателей абсолютного сокращения выбросов в масштабах всей экономики», в то время как в отношении развивающихся стран используется более расплывчатая формулировка, их призывают «активизировать усилия по предотвращению изменения климата». Все это делает идею достижения отрицательных выбросов очень заманчивой. О том, в какой степени человечество уже рассчитывает на эти технологии, свидетельствует последний доклад Межправительственной группы экспертов по изменению климата (МГЭИК), который был опубликован накануне Конференции по климату в Париже. Чтобы заглянуть в будущее, МГЭИК опирается на компьютерные модели, которые представляют мировые экономические и энергетические системы в виде сложного хитросплетения уравнений. Результаты расчетов этих моделей представляют в численной форме, при помощи них климатологи могут прогнозировать, насколько повысится температура. В своем докладе МГЭИК рассмотрела более тысячи сценариев. Большинство из них приводили к повышению температуры более чем на 2 °C (официальный порог бедствия), а некоторые — к потеплению даже более чем на 5 °C. Только 116 сценариев подразумевали потепление меньше чем на 2 °C, и из них 101 включал отрицательные выбросы. После Парижской конференции МГЭИК подготовила другой доклад, основанный на пороге 1,5 °C. Все сценарии, позволяющие достичь этой цели, основывались на отрицательных выбросах. — Я думаю, — сказал мне Клаус Лакнер, — что на самом деле МГЭИК хочет сказать вот что: «Мы испробовали множество сценариев, и по сути каждый более или менее безопасный из них нуждается в магии отрицательных выбросов. Без них мы в тупике».
Читайте также
Почему мы так не хотим, чтобы лето заканчивалось?
Еще немножко, и наступит август. Скорее всего, он будет теплым и довольно солнечным, однако, как и у любого августа, у него есть своя горчинка: это не что иное, как привкус приближающейся осени. Желтые листья падают с деревьев на все еще по-июльски зеленую траву, предательски навевая мысли о неизбежном. Ну, а если не драматизировать — все равно грустно, что лето заканчивается. Это все-таки мое любимое время года. Каждый год я, как и многие из вас, проживаю август в тревожном ожидании конца «каникул». И, хотя я уже давно не школьник, лето все еще прочно ассоциируется у меня с отдыхом и свободой. И чем старше я становлюсь — тем быстрее оно пролетает. И сейчас, сидя на качелях посреди той самой по-июльски зеленой лужайки, но уже покрытой опавшими желтыми листьями, я задался вопросом: «Почему нам так не хочется, чтобы лето заканчивалось?» А ведь действительно — ни одно из времен года мы не провожаем с такой грустью, как лето. Осень — красивая, яркая и желтая — под конец становится серой и грязной, и нам хочется, чтобы скорее выпал снег и вокруг стало чисто и светло. Зима, в свою очередь, быстро надоедает: многослойная одежда, колючие свитера, пуховики и сугробы однозначно не прибавляют обывателю оптимизма. Лично у меня «бонусом» после зимы остается привычка ходить «по-пингвиньи»: это когда прежде, чем поставить ногу, ты проверяешь — не поедет ли она. Иногда до апреля так и хожу. Весну — тут даже спрашивать нечего — ждут все. Я помню, как еще в школе, забыв про урок, класс радовался появившемуся в окне солнышку — и учительница вместе с нами. После затяжного мрака и холода каждый раз кажется чудом то, как расцветает и по-новому оживает мир вокруг. Ну а лето (и снова, сделав круг, мы вернулись к нему), по крайней мере, для меня, — это квинтэссенция радости и счастья. Итак, почему же нам так не хочется прощаться с летом? Первая причина банальна — нам не хочется, чтобы заканчивались тепло и солнышко. Да, начало осени нет-нет да и балует нас «бабьим летом», но все равно, согласитесь, это уже совсем «не то». Ближе к осени ветра становятся холоднее, и о купании в естественных водоемах, к сожалению, можно забыть (если это не южные моря, конечно же). Погода портится, деревья оголяются, день становится короче, а небо — ниже. Да и в целом как-то грустнее, что ли. Вторая причина — это конец сезона отпусков и каникул. Бесспорно, взять брейк посреди рабочего года можно плюс-минус в любой момент (тут уже от начальства зависит и вашей загруженности), но лето — время, буквально созданное для этого. Отдыхая в эту прекрасную пору, можно завидовать только одной группе людей — школьникам, беспечность которых не знает границ. Еще бы — три месяца свободы! А третья причина — наиболее интересная и сложная — та, из-за которой, собственно, я и решил написать эту статью. Она уже вовсе не такая простая и предсказуемая. Именно здесь мы ближе всего подбираемся к заглавному вопросу: так почему же мы так не хотим отпускать уходящее лето? У меня, как, уверен, и у многих из вас, есть ощущение некоего «рубежа» между летом и осенью. И дело тут не в смене сезона, а в нашем сознании. Дело в том, что в этот момент наша жизнь возвращается к рутине. Мы снова идем в школу/на работу/в институт, и наш быт возвращается на круги своя. Но многих из нас это почему-то совсем не радует. Почему? Да потому, что зачастую конец лета и начало нового учебного или трудового года заставляют нас возвращаться к нелюбимой работе, в тесную квартиру, в ненавистные каменно-бетонные джунгли. Мы снова должны стоять в пробках, очередях, ходить за покупками и ездить в метро — и осознание одного этого факта безумно утомляет. Осенью мы как будто возвращаемся в мир усталости и рутины, дня сурка и бесконечного «надо». «Хочу» и «можно» мы оставляем в лете, и, зажмуриваясь и зажимая нос, погружаемся с головой в безрадостное существование. Разумеется, так происходит не у всех. Об этом важно упомянуть, прежде чем «ехать дальше». Кому-то город не доставляет решительно никакого дискомфорта, а возвращение на работу становится долгожданным праздником. Без тени иронии могу вас поздравить, если вы принадлежите к числу этих счастливчиков. Вы можете спокойно закрывать эту статью и идти дальше жить свою счастливую жизнь. Если же вы к ним, увы, не относитесь — во-первых, это поправимо, а во-вторых — как говорят по телевизору, «не переключайтесь». Итак, почему же так происходит? Почему нам так не хочется возвращаться в привычный мир? Не потому ли, что мы делаем в нашей жизни совсем не то, что нам нравится? Летом были отдых, природа, новые впечатления — словом, все, что приносит нам удовольствие. А в новом году кого-то из нас ждет нелюбимая работа, кого-то — маленькая квартира, которая нас не устраивает, кого-то — шумный и раздражающий город. Мы возвращаемся в города. Они пыльные, людные — и очень загруженные, во всех смыслах. Кто-то в них чувствует себя как рыба в воде — их не смущает ни бешеный ритм, ни плохая экология. А есть люди, которые прямо-таки не созданы для жизни в городе. Им там тесно, душно, грязно, шумно. Там они быстрее устают, чаще болеют и находятся в плохом настроении. Такие люди устают от поездок в метро, от пробок, от городских улиц. Я сам, как мне кажется, из таких. Когда я возвращаюсь в бешеную Москву с любимой дачи, где круглосуточно тишь, гладь да птички — чувствую себя крайне неуютно. Сразу активизируются все психологические защитные механизмы; накапливаются усталость и недовольство. Зато стоит мне оказаться на природе — у меня улучшается сон, нормализуются всевозможные жизненные ритмы и показатели, я замечательно себя чувствую, и моя продуктивность взмывает до небес вместе с настроением. Я далеко не один такой — множество людей из моего круга сталкиваются со «схожими симптомами» и ощущениями из года в год. Возможно, и вам это знакомо? Понятно, почему человек, которого я описал, не захочет переезжать обратно из природы в каменные джунгли. Это просто-напросто не его стихия. То же самое, что держать тигра в зоопарке — теоретически можно, но ничего хорошего из этого не выйдет. В первую очередь для тигра, конечно, но и, в случае чего, для окружающих. Точно так же и у людей. Если человеку плохо в той или иной среде, будет страдать не только он сам (его здоровье, сон, настроение, продуктивность), но и люди вокруг (коллеги, друзья, близкие). Все потому, что даже самый осознанный индивид, находящийся не в своей среде, становится раздражительным и даже агрессивным. Что касается возвращения на работу — тут тоже все не так безоблачно. Если по утрам вы просыпаетесь с мыслью «боже, опять», то велика вероятность, что и после летнего перерыва желания вернуться на «любимую работу» не прибавится. И тут обмануть себя не удастся никаким образом — сколько бы вам ни платили, какое бы престижное место вы бы ни занимали, нелюбимая работа от этого любимой не станет. И год за годом, обманывая себя, мы — как бы это драматично ни звучало — буквально сокращаем свою жизнь (причем не только количество прожитых лет, но и их качество). В прямом смысле. Ухудшается сон, настроение, продуктивность; человек начинает срываться на близких, становится раздражительным и вечно уставшим. Где-то мы это уже слышали, верно? Безусловно, можно всю жизнь притворяться, что вам нравится заниматься нелюбимым делом и гордиться, что вы, например, покорили столицу и живете в мегаполисе своей мечты. Но какой в этом толк, если другим нет до этого ни малейшего дела (ведь, по большому счету, всем плевать, насколько статусная у вас должность и где вы живете), а хуже от этого становится вам? Подумайте, хотите ли вы вы прожить жизнь тигра, который сам себя заточил в клетку и делает вид, что ему нравится? Тигра, который прыгает в цирке на потеху публике и искренне ненавидит то, что делает, но терпит это за огромные куски мяса, которые ему дают? К сожалению, метафора совсем недалека от истины, и если вас затронула моя статья — воспримите ее как знак от вселенной, как повод задуматься и переосмыслить вашу жизнь. Конечно, просто взять и сказать «уйдите с нелюбимой работы, занимайтесь тем, что вам нравится», «уезжайте из тесной городской квартиры в просторный загородный дом», я не спорю. Действительно, говорить — гораздо проще, чем делать (но ведь это можно обернуть и против вас самих, не так ли?). Прежде чем решить для себя, что «это все конечно хорошо и правильно, но, увы, нереально», остановитесь и подумайте, не откладываете ли вы свою жизнь на потом из-за страха перемен? Не проживаете ли вы чью-то, а не свою, жизнь в этот момент? Отмахиваться от собственных проблем, закрывать на них глаза — увы, укоренившиеся установки в нашем менталитете. Но это не значит, что с ними нельзя бороться ради собственного счастья. Безусловно, изменения к лучшему — это всегда риск. Но, как говорят гедонисты-итальянцы (вот уж у кого можно поучиться жить в удовольствие), кто не рискует — тот не пьет шампанского! Автор: Кирилл Есаулов
Как читать книги. Метод Набокова
Правила чтения Владимира Набокова, которые он изложил в своих лекциях о русской и зарубежной литературе. 1. Литературу, настоящую литературу, не стоит глотать залпом, как снадобье, полезное для сердца или ума, этого «желудка» души. Литературу надо принимать мелкими дозами. 2. Чехов писал печальные книги для веселых людей; я хочу сказать, что только читатель с чувством юмора сумеет по-настоящему ощутить их печаль. 3. Писателя можно оценивать с трех точек зрения: как рассказчика, как учителя, как волшебника. 4. Пусть это покажется странным, но книгу вообще нельзя читать — ее можно только перечитывать. Хороший читатель, читатель отборный, соучаствующий и созидающий, — это перечитыватель. 5. Есть плохая музыка и слабые исполнители, как есть слабая литература и бездарные читатели. 6. Чуткий, заслуживающий восхищения читатель отождествляет себя не с девушкой или юношей в книге, а с тем, кто задумал и сочинил ее. 7. Я злюсь на тех, кто любит, чтобы их литература была познавательной, национальной, воспитательной или питательной, как кленовый сироп и оливковое масло. 8. Писатель погиб, когда его начинают занимать такие вопросы, как «что такое искусство?» и «в чем долг писателя?». 9. Явная дешевка, как ни странно, иногда содержит нечто здоровое, что с удовольствием потребляют дети и простодушные. 10. Читая Тургенева, вы знаете, что это — Тургенев. Толстого вы читаете потому, что просто не можете остановиться. 11. Воистину лучший герой, которого создает великий художник — это его читатель. 12. Хороший читатель сыздетства учится остерегаться переводчиков, урезанных шедевров, идиотских фильмов о братьях Карениных, всяческого потворства лентяям и четвертования гениев. 13. Проза Пушкина трехмерна; проза Гоголя по меньшей мере четырехмерна. Его можно сравнить с его современником математиком Лобачевским, который взорвал Евклидов мир и открыл сто лет назад многие теории, позднее разработанные Эйнштейном. 14. Хороший читатель — тот, кто располагает воображением, памятью, словарем и некоторым художественным вкусом. 15. Если мир Горького состоит из молекул, то у Чехова перед нами мир волн, а не частиц материи, что, кстати, гораздо ближе к современному научному представлению о строении вселенной. 16. Настоящий читатель не интересуется большими идеями: его интересуют частности. 17. Если вам не нравится книга, вы все-таки можете получить от нее удовольствие, воображая себе иной, более правильный взгляд на вещи или, что то же самое, выражая свое отношение к ним иначе, чем ненавистный автор. Посредственное, фальшивое, пошлое (запомните это слово) может по крайней мере принести злорадное, но крайне полезное удовольствие, пока вы чертыхаетесь над второсортной книгой, удостоенной премии. 18. Ибо в мире пошлости не книга становится триумфом ее создателя, а триумф устраивает читающая публика, проглатывая книгу вместе с рекламой на обложке. 19. Вся история художественной литературы в ее развитии есть исследование все более глубоких пластов жизни. Совершенно невозможно представить, что Гомер в IX в. до н.э. или Сервантес в XVII в. описывали бы в таких невероятных подробностях рождение ребенка. 20. Высшая мечта писателя — превратить читателя в зрителя.
Воспитание счастливых и успешных детей. В чем секрет?
В родителях! Мы, сами того не замечая, сажаем в головы наших малышей семена страхов и неуверенности в себе, целеустремленности и доверия миру и своим способностям, умение мечтать и действовать или желание замкнуться и спрятаться от действительности. Психологи на протяжении последних семидесяти лет провели множество исследований и выявили основные факторы, определяющие успешность и качество жизни взрослых в зависимости от системы воспитания и обстановки в семье в детском возрасте. Добро пожаловать в магазин образцовой родительской агрономии, где вы сможете приобрести все необходимое для лучшего развития ваших цветочков. Взмах волшебной палочки — и все мамы и папы превращаются в садовников, в чьих руках самая важная задача — холить, лелеять, удобрять, поливать, подрезать непослушные стебли, направлять к свету и вовремя пересаживать в плодородную почву свои сокровища. Что нам понадобится для ухода за цветами жизни? 1. Удобная форма, позволяющая свободно двигаться — это высшее образование родителей. Ученые выяснили, что родители, окончившие высшее учебное заведение, служат прекрасным примером для своих детей. Ребята чаще стремятся учиться и получать новые навыки в семьях, где это считается важным и необходимым, а значит, открывают для себя в будущем больше возможностей для выбора высокооплачиваемой профессии. 2. Садовый инвентарь — работа. У работающих матерей дети проявляют больше самостоятельности, без проблем выполняют посильную работу по дому, присматривают за младшими братьями и сестрами, не боятся брать на себя ответственность. По результатам исследования под руководством профессора Гарвардской бизнес-школы Кэтлин Макгинн было выявлено, что дети матерей, которые вышли на работу до того, как ребенок пошел в школу, зарабатывают в среднем на 23% больше своих менее самостоятельных на тот момент сверстников. 3. Освещение и размер сада — социально-экономический статус. К сожалению, по данным, полученным Шоном Риердоном, исследователем из Стэнфордского университета, дети из богатых семей чаще получают высокие оценки, чем их малообеспеченные сверстники. Даже если не брать в расчет финансовые различия в возможностях для обучения, в богатых семьях детей подталкивают к высоким показателям окружение и образец добившихся определенного успеха родителей. Есть немало примеров детей из семей с низким доходом, показывающих высокие результаты в учебе и в жизни, но эти исключения скорее лишь подчеркивают общую статистику. 4. Поддержание нужного уровня влажности и температуры — отсутствие стрессов, конфликтов и конструктивное решение споров. Дети как губка — впитывают все, что видят. Чем сильнее и чаще родители ругаются между собой, чем деструктивней их споры и эмоциональней ссоры, тем выше вероятность, что ребята во взрослом возрасте будут проявлять больше агрессии и чаще провоцировать конфликты. Стресс, плохое настроение и психологическое перенапряжение родителей передаются детям, как вирус, считает социолог из Государственного университета Боулинг Грин Кей Наймагути. Эмоциональное заражение происходит как с положительными, так и с отрицательными чувствами. Поэтому нервозность ребенка напрямую связана с «сигналом», исходящим от родителей. 5. Выбор плодородной почвы — обучение детей социализации. Посещение детских садов — дело добровольное, но чем лучше у ребенка развиты навыки коммуникации, тем проще ему в будущем находить общий язык с разными людьми, выражать свою точку зрения, общаться и заводить друзей. Чем легче и увереннее происходит общение, тем больше возможностей открывается перед каждым из нас. Навыки социализации, привитые в детстве, значительно облегчат жизнь и достижение целей всем цветочкам. 6. Регулярное удобрение — высказывание смелых ожиданий в отношении перспективного будущего ребенка и вера в его успех. Прилагать усилия к достижению целей гораздо легче, когда кто-то регулярно твердит тебе: «Действуй, у тебя все получится! Ты справишься!» Если этот кто-то — самый близкий на свете человек, вера превращается в безусловную уверенность, которая помогает стойко преодолевать препятствия и, несмотря на неудачи, двигаться вперед. Поддержка — лучший витамин духовного и умственного роста для детей. 7. Своевременный полив — обучение математике, самостоятельности и умению принимать решения. В 2007 году ученые провели исследования среди 35000 детей. Те из них, кто в раннем возрасте занимался математикой, быстрее учились читать и показывали лучшие результаты в учебе. Навыки планирования будущего, построения долгосрочных целей, планирование их достижения и отсутствие страха неудач можно и нужно заложить в детстве. У многих садовников-родителей они не всегда присутствуют, поэтому есть прекрасная возможность осваивать их вместе со своими детьми. Личный пример обучения на неудачах и провалах, развитие через «не могу» — лучший образец для подражания. Ошибки — сломанные ветви, на месте которых вырастают несколько новых побегов. Не стоит их бояться! 8. Правильный уход за драгоценным растением — здоровое питание, умеренные физические нагрузки — залог гармоничного роста и развития в любом возрасте для каждого живого существа на нашей планете. 9. Индивидуальный подход — стиль воспитания и педагогические методики. Их следует подбирать индивидуально. Одинаковых детей не существует, у каждого свой характер, поэтому не все советы психологов и учителей не всегда полезны именно для вашего чада. Выстраивать рамки и управлять детьми также можно по-разному. Еще в 1960 г. психолог Диана Баумриде из Калифорнийского университета в Беркли выделила три стиля управления детьми: • разрешающий, когда детям можно все, что они пожелают; • авторитарный, когда все решения принимает только родитель и полностью контролирует поведение ребенка в соответствии с установленными правилами; • авторитетный — рациональный, дипломатичный, умеет выслушать мнение ребенка и найти обоюдно выгодное решение по любым вопросам. 10. Внимание и забота — построение теплых взаимоотношений. Родители, которые дарят детям свое время, любовь, играют, дурачатся, путешествуют и проявляют заинтересованность, закладывают фундамент ощущения безопасности. Именно он позволяет таким цветам крепнуть и тянуться к солнцу быстрее сверстников, которые чувствуют себя одиноко и потерянно. Сыновья и дочки — это самые драгоценные растения, которые жизнь доверила нам вырастить. Лучшее, что мы можем им дать — быть образцом для подражания, беречь и заботиться о своей второй половине, создавая гармоничную и спокойную атмосферу в доме. Удобрять их вниманием, вливать знания и согревать своим теплом, давать возможности для роста, опору и право на самостоятельность в зависимости от их потребностей. И знать во всем этом меру. Чрезмерная опека для детей, как избыточный полив для растений — ведут к их увяданию так же быстро, как и засуха и отсутствие внимания. Так что закатайте рукава и вперед — выращивать из ваших крошек успешных, достойных и счастливых взрослых, ведь инструменты и необходимые условия для этого у вас уже есть.
Романтика VS договоренности
Серьезный камень преткновения во многих и многих парах — это романтика. Обычно ее не хватает прекрасному полу, хотя и из этого правила есть исключения. Бывает даже, девушки перечисляют, чего же им не хватает в паре для полного счастья: свиданий по определенному сценарию, каких-то конкретных подарков, каких-то конкретных цветов. «Я запостила пять фотографий с ромашками в своем профиле, а он так и не понял!» И вот тут сложность. Вроде бы хорошо, что есть четкое понимание, чего хочется. Но предъявлять партнеру виш-лист, во-первых, выглядит некорректным, а во-вторых, кажется, что это убъет всю романтику. А где же сюрпризы, приятные неожиданности, старание угодить? Обычно советуют: «Скажите прямо, чего вы хотите». Но такие договоренности кажутся совсем неромантичными — хочется, чтобы сам догадался, а когда приходится не только озвучивать свои пожелания, но и сбрасывать ссылку или вести в магазин, уже не то. Давайте попробуем разобраться, как может романтика уживаться с договоренностями. Когда отношения находятся на начальном этапе, естественно, что вы еще весьма плохо знаете друг друга, поэтому, выбирая подарок или готовя сюрприз, молодой человек идет по протоптанной дорожке и выбирает то, что нравится всем (или он думает, что это нравится всем). Отсюда и несовпадения: молодой человек дарит красные розы, потому что уверен, что их все любят — а девушка мечтает о нежной гипсофиле. Или ведет даму сердца в модный ресторан, хотя ей намного больше понравился бы поход к озеру с ночевкой в палатке. Хотя та же сама история может повторяться и спустя 10 лет ваших отношений, если вы так и не собрались рассказать своему партнеру, что же вам нравится на самом деле. Поэтому опять банальное: говорите, что вам нужно. А как же романтика? На самом деле вы можете рассказывать о том, что вам нравится, и просить то, чего хочется, без ущерба для романтической составляющей ваших отношений. Разве подарок обязательно должен быть сюрпризом? И разве свидание по запланированному вами же сценарию хуже, чем то, которое вам 100% не понравится? Поэтому — разговаривайте. Просите. Этот первый этап отношений нужно пройти с разговорами: пока еще вы только узнаете предпочтения, вкусы, пристрастия друг друга. Со временем партнер научится понимать, какой подарок/сюрприз вас обрадует, а какой нагонит тоску. Вот тогда и начнется настоящая романтика с сюрпризами, как вам хочется сейчас. А нет ли пути короче? Разве что найти экстрасенса, который уже с первого свидания будет знать, что вы любите свидания на крыше, кокосовый латте и гортензии.
Почему «уходи» — плохой совет
Бойся данайцев, дары приносящих. И точно так же бойся друзей, советы раздающих. Часто наши близкие (да и не очень близкие), желая нам помочь, советуют нам уходить — с плохой работы, из тяжелых отношений, из нелюбимого города. На первый взгляд это, может быть, и выглядит логично, но на самом деле все бросить и хлопнуть дверью — обычно далеко не лучший выход. А значит, «уходи» — не самый лучший совет. Почему? Такой уход больше похож на бегство. Когда вы просто покидаете поле боя вместо того, чтобы: • остаться и прояснить ситуацию; • отстаивать свою позицию и свои границы; • исследовать происходящее; • учиться договариваться и искать компромисс; • выстраивать отношения и связи; • оборачивать происходящее в свою пользу. Видите, сколько вариантов? Гораздо больше, чем два — уйти или остаться. Не зря говорят, что легко быть просветленным, живя высоко в горах Тибета. Гораздо сложнее оставаться просветленным на шумном базаре. То есть легко уйти и считать себя самым умным, а остальных — теми, кто так ничего и не понял. Выстраивать взрослые отношения на равных куда сложнее. Сколько раз уже нам рассказывали о том, что окружающие нас люди — это зеркала, но для многих это так и остается пустыми словами. А все дело в том, что только во взаимодействии с другими мы по-настоящему узнаем себя. Не погружаясь в свои мысли/фантазии/иллюзии, а подписывая у начальника годовой отчет, сидя с любимым в кафе, ведя детей в цирк. Это значит, что ситуации, выбивающие нас из колеи, дают нам возможность посмотреть на собственные «болевые точки». Конечно, есть и такие дикие случаи, когда уходить нужно сразу и немедленно: когда партнер применяет насилие или когда начальник предлагает участвовать в мутной схеме. Но если ничего угрожающего/противозаконного не происходит, есть смысл задержаться и разобраться. Вместо того, чтобы вздыхать «господи, ну почему мой начальник такой козел?», задайте себе более конструктивные вопросы: • Что именно меня задевает в его поведении? • Как я оказался в такой ситуации? • Что привело меня на эту работу? • Как я сам оцениваю свое поведение в конфликте с начальником? • Как я могу изменить ситуацию? • Какие отношения в моей жизни напоминает наше с начальником общение? Что-то вроде того. Согласитесь, если получится узнать ответы на эти вопросы, это будет +100 очков к пониманию сложившейся ситуации. Как понять, уйти или оставаться? О каких бы отношениях ни шла речь — партнерских, рабочих, дружеских, — сверьте курс и оставайтесь до прояснения ситуации, если: • вы считаете, что получаете от отношений больше хорошего, чем плохого; • в ваших отношениях присутствует ваша явная выгода помимо просто общения; • вы раз за разом проигрываете один и тот же сценарий — если ваш пятый молодой человек ведет себя примерно так же, как предыдущие четыре, есть смысл разбираться с собой, а не с ним; • вы можете представить себе дальнейшие отношения с этим человеком и, что важно, хотите такого будущего. А в вашей жизни случались спонтанные уходы, о которых вы потом сожалели?
Связь трех романов, о которой вы наверняка не знали
Многие из нас часто даже не догадываются о том, что великие произведения разных авторов могут быть похожи не случайно. Это известно только самим писателям или людям около писательского круга, а простым читателям, особенно через призму лет и веков, эта связь становится совершенно неясной и незаметной. В школе, как правило, опускают деталь, что роман Ивана Тургенева «Отцы и дети», роман Федора Достоевского «Преступление и наказание» и роман «Что делать?» Николая Чернышевского связаны между собой. Тургенев в «Отцах и детях» выносит главной идеей трагедию Базарова, который называет себя нигилистом и входит в категорию «лишних и новых людей». Нигилист всегда рационален, он скептик и не признает чужих авторитетов. И если тургеневский Базаров под конец романа отходит от своего нигилизма и его судьба заканчивается трагически, то Чернышевский раскрывает ситуацию с другой стороны. «Что делать?» Чернышевского вбирает в себя идею Тургенева с «новыми людьми» — это люди рационального мышления. Чернышевский абсолютизирует идею «нового человека», делает акценты на феминизме (женщина может иметь собственное дело вне зависимости от мужчины), о чем не могли помыслить люди в середине XIX века. Чернышевский подвергает сомнению мысль, что брак без любви нужно сохранить любой ценой, а также пропагандирует социалистическою теорию — идею классовости. Герои Чернышевского прогрессивны, они «особенные» люди, выбивающиеся из общества, при этом желающие это общество сплотить. После выхода романа Чернышевского в 1864 году писателя обвиняли в пропаганде разврата, антиэстетизме и лжи. Именно такая бурная реакция общественности и литературных кругов, литераторов и критиков заставила Федора Достоевского издать свой роман-ответ на произведение Николая Чернышевского. Достоевский публикует свое «Преступление и наказание» спустя три года после выхода романа Чернышевского. Роман Достоевского становится толчком полемики двух различных идей, так как «Преступление и наказание» — это противоречивый ответ на «Что делать?». Достоевский показывает другой исход такой жизни, какую изображает в своем романе Чернышевский. «Преступление и наказание» — обратная сторона медали «Что делать?». Федор Михайлович показывает, что бы было по-настоящему, если бы герои Чернышевского существовали в реальности, и к чему привели бы их рационализм и социализм. В этом и заключается радикальная нигилистическая теория Раскольникова: люди делятся на тех, кто является «тварями дрожащими» и тех, кто «право имеет». Герои Чернышевского живут во вседозволенности, Достоевский в своем романе показывает, к чему эта вседозволенность приводит — к нарушению заповедей, к убийству человека человеком. Достоевский не отходит от своей главной темы в творчестве — тема низших слоев общества, при этом вплетает в «Преступление и наказание» совершенно новое видение проблемы, ранее отраженной в романах Тургенева и Чернышевского. Литература часто производит цепочку идей. «Новые люди» взяли свое начало с тургеневских «Отцов и детей», развились в романе Чернышевского «Что делать?», а также продолжили свою мысль в романе Достоевского «Преступление и наказание».
Как бубонная чума изменила привычки в выпивке
Автор статьи — Джеймс Браун, научный сотрудник и руководитель проектов в университете Шеффилда. Смертность от алкоголя в Англии и Уэльсе в 2020 г. была самой высокой за последние 20 лет. Управление национальной статистики зарегистрировало 7423 случая смерти от злоупотребления алкоголем, что на 19,6% больше, чем в 2019 г. Безусловно, это отчасти связано с нарушением социального распорядка на фоне пандемии — люди начали употреблять больше алкоголя дома, что часто приводило к трагическим последствиям. Проект Intoxicating Space, в котором я принимаю участие, изучает в том числе, как пандемии влияли на употребление алкоголя в прошлом. В рамках этого исследования мы рассмотрели, как последовательные вспышки бубонной чумы, охватившие Англию, а особенно Лондон, в XVII в. (1603, 1625, 1636 и 1665 гг.) повлияли на культуру употребления алкоголя. Тогда пугающие вспышки смертоносных болезней ограничили доступ к гостиницам, тавернам, пивным и другим общественным заведениям, где подавали алкоголь, эти места были краеугольными камнями социальной жизни раннего нового времени. Хотя они никогда не подвергались массовому закрытию, их популярность снижалась благодаря решениям властей. Например, приказ о чуме в Лондоне 1665 г. гласил: «Питье в тавернах, пивных, кофейнях и подвалах — величайший повод для распространения чумы» и вводил комендантский час в 21:00. На основе сохранившейся информации трудно определить, насколько эти правила изменили отношение людей к алкоголю, однако неофициальные данные свидетельствуют о том, что употребление алкоголя дома выросло. В своем произведении 1665 г. «Подготовка к чуме» Даниель Дефо рассказывает историю лондонского бакалейщика, который добровольно поместил себя и свою семью на карантин в своем доме. Среди продуктов, которыми он запасся, было 12 бочек пива, несколько бочек с четырьмя сортами вина, 16 галлонов бренди и многие другие спиртные напитки. По словам Дефо, эти внушительные запасы действительно рассматривались как необходимые. Это связано с тем, что в те времена употребление алкоголя во время чумы приветствовалось, считалось, что он обладает целебными свойствами, и умеренное потребление рекомендовалось службами здравоохранения. Тогда врачи считали, что алкоголь борется с чумой двумя способами. Во-первых, было популярно мнение, что потребление пива, вина и других спиртных напитков укрепляет главные защитные органы — мозг, сердце и печень. Рекомендовалось принимать немного противочумного раствора прямо с утра за завтраком. В своем трактате «Medela Pestilentiae» министр и медик Ричард Кефале утверждал, что утром «хорошо выпить пинту малиго (малагского вина или портвейна) против инфекции». Он также говорил об удивительных целебных свойствах табака. Многие рецепты «профилактических» и «лечебных» растворов против чумы неизменно содержали спиртные напитки, а также фармацевтические травы. Во-вторых, что возможно играло более важную роль, считалось, что умеренное употребление алкоголя предотвращает пугающие психические состояния, которые приводили к меланхолии (раньше этот термин применялся к депрессии), которая, как считалось, делает людей более уязвимыми перед чумой. Дефо отмечал, что тот бакалейщик запасался спиртным не потому, что собирался гулять и веселиться, а скорее для того, чтобы не допустить уныния и меланхолии среди членов своей семьи. В своем трактате о чуме 1665 г. «Zenexton Ante-Pestilentiale» врач Уильям Симпсон тоже пропагандировал «употребление хорошего, здорового, крепкого спиртного напитка», чтобы «развеселить сердце» и «взбодриться», также «это поможет отогнать страх, беспокойство, печаль и другие негативные размышления, что укрепит устойчивость перед болезнями». Однако ключевым словом у всех рекомендовавших алкоголь было «умеренное употребление». Чрезмерное употребление до состояния сильного опьянения не приветствовалось и предостерегалось. Однако очевидно, что нарушение привычного распорядка жизни в пораженном чумой городе способствовало тому, что многие искали утешение на дне бутылки. В «Дневнике чумного года» — другом, более знаменитом романе Дефо о вспышке болезни в Лондоне в 1665 г. — он рассказывает историю врача, который «подбадривал себя ликером и вином, но когда болезнь оставила Лондон, он уже не смог избавиться от этой вредной привычки до конца своей жизни». По материалам статьи «How the bubonic plague changed drinking habits» The Conversation
Что есть в книге «Однажды в… Голливуде», чего не было в фильме?
В ноябре 2020 года режиссер, сценарист и продюсер Квентин Тарантино подписал контракт с издательством HarperCollins на выпуск двух книг, одной из которых стала текстовая адаптация его оскароносного фильма «Однажды в... Голливуде» (2019). Произведение увидело свет в конце июня 2021 года и за считанные дни стало бестселлером. И неспроста, ведь на 400 страницах не только описаны события, которые мы видели в ленте (вплоть до диалогов), но и раскрыты ранее неизвестные подробности жизни Клиффа Бута и Рика Далтона. Так действительно ли герой Брэда Питта убил свою жену? Будем разбираться, но — внимание! — со всеми спойлерами. По сюжету фильма, действие которого происходит в Лос-Анджелесе 1969 года, бывшая звезда телевизионных вестернов Рик Далтон и его дублер Клифф Бут пытаются найти свое место в стремительно меняющемся мире киноиндустрии. Вымышленные события в картине переплетаются с реальной историей секты Чарльза Мэнсона и убийства актрисы Шерон Тэйт. Из книги мы узнаем как то, что Клифф Бут не любит американское кино, так и то, почему он так легко убивает членов секты Мэнсона (о которых здесь сказано больше, чем в фильме). Оказывается, герою уже приходилось убивать раньше — японцев во время Второй мировой войны, мужчину, который предлагал отправить травмированного питбуля Клиффа на собачьи бои ради выгоды, и свою жену Билли. Да, Бут все-таки выстрелил в нее из гарпуна, когда та скандалила и оскорбляла его. Копье «ударило ее чуть ниже пупка, разорвав пополам», после чего «обе части тела с всплеском ударились о палубу лодки». Герой сразу же пожалел о своем поступке, так как «годы злобы и обиды испарились в одно мгновение». Он в течение семи часов боролся за жизнь жены, держа две ее половины вместе. Интересно, что все это время супруги разговаривали и обсуждали свои проблемы. Потом женщина все-таки умерла. Полиции Клифф сообщил, что произошедшее было несчастным случаем, а у тех не нашлось улик, чтобы доказать обратное. До этого момента фанаты «Однажды в... Голливуде» лишь гадали, что на самом деле стало с Билли, ведь в фильме нет момента ее смерти — лишь сцена ссоры мужа и жены на лодке, а после слухи о том, что он ее убил. Теперь же все стало на свои места. Рик Далтон, в свою очередь, мог и вовсе не стать героем фильма. В книге говорится, что он едва не сгорел на съемочной площадке. Впрочем, не случись этого, Рик и Клифф не стали бы друзьями, ведь именно Клифф спас актера. Среди второстепенных героев произведения встречается сам Квентин Тарантино. Ему Далтон оставляет автограф на салфетке и в его фильме — ремейке «Дамы в красном» — после снимается выросшая Труди Фрейзер. «Однажды в... Голливуде» имеет оценку 7.7 на КиноПоиске и 7.6 на IMDb. В прокате фильм заработал более 370 миллионов долларов США, что помогло ему стать вторым по кассовым сборам в карьере Тарантино. Будучи номинированной на 10 премий «Оскар», лента получила две статуэтки — за лучшую мужскую роль второго плана (Брэд Питт) и лучшую работу художника-постановщика. К слову, в книге режиссер рассказывает в том числе о съемках картины и актерах, принимавших в них участие. На прошлой неделе издание The Playlist сообщило, что Дэвид Финчер будет режиссировать продолжение фильма «Однажды в Голливуде» по сценарию Квентина Тарантино для Netflix.
Young Adult литература
Словосочетание Young adult или YA в буквальном смысле переводится как «молодые взрослые». Впервые это название применила в своей речи в 1802 году Сара Триммер, британский литературный критик. Такое название имеет жанр не просто так — под Young adult литературой подразумеваются такие произведения, которые подходят для людей, которые еще не считаются взрослыми, но уже и не дети, попросту говоря, — это литература для подростков. Уже тогда, в начале XIX века начинают появляться произведения, которые можно отнести к этому жанру: Жюль Верн «Пятнадцатилетний капитан», Чарльз Диккенс «Оливер Твист», Марк Твен «Приключения Гекльберри Финна». Гораздо большую популярность начинает получать жанр в ХХ веке, когда на прилавках книжных магазинов появляется непосредственно подростковая литература: Джером Сэлинджер «Над пропастью во ржи», Уильям Голдинг «Повелитель мух». Возраст, к которому можно отнести читателей такой литературы, разные литераторы классифицируют по-разному. Кто-то считает, что возрастной диапазон начинается с 12 лет и заканчивается на 18-ти, другие, что с 17 до 21 года. Сама Сара Триммер определила возраст названного ей жанра как литературу для молодых взрослых от 14 до 20 лет. Конечно, цифры в литературе всегда субъективны, так как YA книги читают не только подростки, но и взрослые. Это универсальный жанр. Несмотря на свой универсализм, young adult имеет свои отличительные черты от других жанров. Главный герой — всегда подросток. Читатель, а в случае с YA это чаще всего подросток, должен олицетворять себя с главным героем и проецировать приключения героя на свою жизнь. Это гораздо проще сделать, если герой книги будет одного возраста со своей целевой аудиторией, будет иметь те же проблемы и переживания, что и читатель. Кроме возраста герои young adult похожи своей непримечательностью, это самые непопулярные мальчики и девочки в школе, которых не понимают или даже задирают одноклассники. Но по ходу действия сюжета главный герой становится избранным в том мире, в который он попадает и который ему нужно будет спасти. Также герой всегда находит себе верных друзей и соратников и никогда не остается один. Произведения YA объединяет тема бунта. Главный герой всегда идет против системы, ломает политические устои, противопоставляет себя сложившимся условиям и, как правило, выходит из этой борьбы победителем. Этот «бунт» во имя добрых дел и спасения человечества произрастает из обычного подросткового максимализма и переходного возраста, когда подростки чувствуют, что нужно что-то менять. Поэтому тематика бунта еще сильнее соединяет читателя с главными героями, показывая, что и читатель может что-то изменить в своей или чьей-то жизни. Young adult литература затрагивает много тем, порой, даже слишком много для одного произведения: любовь, дружба, предательство, непонимание и невнимание со стороны родителей, взаимоотношения в семье, вопросы чести и справедливости, умение принимать себя таким, какой ты есть. YA существует для того, чтобы прививать подросткам только лучшие качества, учить читателей на ошибках главных героев, показывать, каким жестоким бывает мир, при этом доказать, что, если сейчас ситуация кажется безвыходной, все равно рано или поздно все образуется. Сегодня в книжных магазинах есть отдельные стеллажи с подростковой литературой. Young adult вбирает в себя как просто произведения о подростках, так и фэнтези литературу, которая также входит в категорию YA. Огромное значение в подростковой литературе отдается антиутопиям, потому что в них всегда на первый план выходит тема несправедливости и тоталитарного политического режима, который по силам разрушить только главному герою. Здесь вспоминаются одни из самых знаменитых представителей этого жанра: «Гарри Поттер» Джоан Роулинг, «Голодные игры» Сьюзен Коллинз, «Дивергент» Вероники Рот, «Бегущий в лабиринте» Джеймса Дэшнера. Young adult литература. Что почитать из неочевидного? • Кассандра Клэр «Орудия смерти»; • Холли Блэк «Жестокий принц»; • Тахира Мафи «Разрушь меня»; • Лорен Оливер «Делириум»; • Лия Арден «Мара и Морок».
© 2015 — 2024 stakanchik.media
Использование материалов сайта разрешено только с предварительного письменного согласия правообладателей. Права на картинки и тексты принадлежат авторам. Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 16 лет.
