Разговор с разницей в 57 лет

Мальчику 7 лет, мужчине — 64 года, и у них очень интересный разговор!

Вновь и вновь проживать одну и ту же жизнь

Ирвин Ялом — психотерапевт, один из создателей экзистенциальной психотерапии, профессор Стенфордского университета (США). Он автор автобиографических бестселлеров «Лечение от любви», «Когда Ницше плакал» и других. Предлагаем вашему вниманию отрывок из книги «Вглядываясь в солнце. Жизнь без страха смерти». В книге «Так говорил Заратустра», написанной в 1883 году, Ницше создал образ мудрого старого пророка, который решает спуститься с вершины горы и поделиться с людьми тем, что он узнал. Из всех идей, которые он проповедовал, наиболее могущественной Заратустра считал идею вечного повторения. Заратустра испытывает человека: что, если бы тебе пришлось вновь и вновь проживать одну и ту же жизнь, — как это изменило бы тебя? Вот эти страшные строки — первое описание опыта Вечного Возвращения. Я не раз вслух зачитывал своим пациентам этот отрывок. Попробуйте и вы прочесть его вслух. Что, если бы днем или ночью подкрался к тебе в твое уединеннейшее одиночество некий демон и сказал бы тебе: «Эту жизнь, как ты ее теперь живешь и жил, должен будешь ты прожить еще раз и еще бесчисленное количество раз; и ничего в ней не будет нового, но каждая боль и каждое удовольствие, каждая мысль и каждый вздох и все несказанно малое и великое в твоей жизни должно будет наново вернуться к тебе, и все в том же порядке и в той же последовательности, — и этот паук, и этот лунный свет между деревьями, и это вот мгновение, и я сам. Вечные песочные часы бытия переворачиваются все снова и снова — и ты вместе с ними, песчинка из песка!» — Разве ты не бросился бы навзничь, скрежеща зубами и проклиная говорящего так демона? Или тебе довелось однажды пережить чудовищное мгновение, когда ты ответил бы ему: «Ты — бог, и никогда не слышал я ничего более божественного!» Овладей тобою эта мысль, она бы преобразила тебя и, возможно, стерла бы в порошок». Идея вечного повторения одной и той же жизни может привести в содрогание. Это разновидность легкой экзистенциальной шоковой терапии. Часто такая мысль выступает в роли отрезвляющего умственного эксперимента и заставляет человека серьезно задуматься над тем, как он живет. Подобно Призраку Рождества, эта мысль обостряет осознание, что нашу единственную жизнь мы должны прожить хорошо и в полную силу, стараясь не копить поводов для сожаления. Таким образом, Ницше уводит нас от беспокойства по пустякам к истинной цели: жить в полную силу. Пока вы думаете, что причина жизненных проблем лежит вне вас, в вашей жизни не произойдет благоприятных изменений. Пока вы будете перекладывать ответственность на других, которые якобы плохо с вами обходятся, — это может быть и муж-грубиян, и требовательный начальник, не желающий войти в ваше положение, и дурная наследственность, и непреодолимое давление, — вы так и останетесь в тупике. Вы и только вы сами ответственны за ключевые стороны жизненной ситуации, и только вы в силах их изменить. Даже испытывая сильнейшие внешние ограничения, вы все же вольны выбрать, как именно их воспринимать. Одно из любимых выражений Ницше — любовь к судьбе (amor fati). Иными словами, создай себе судьбу, которую полюбишь. Вначале Ницше предлагал рассматривать идею Вечного Возвращения всерьез. Если время бесконечно, рассуждал он, а вещество конечно, тогда разные комбинации вещества волей случая будут возникать снова и снова. Это сродни известному парадоксу про обезьяну-машинистку. Считается, что если обезьяну посадить за пишущую машинку, то через миллиард лет случайных комбинаций клавиш может быть создан текст, точно повторяющий шекспировского «Гамлета». Много лет назад, когда я был в Пфорте (Пфорта — школа, где Ницше учился с 14 до 20 лет), мне разрешили просмотреть его табели. Из них явствовало, что он получал высокие оценки по греческому, латыни и гуманитарным дисциплинам (хотя, не преминул отметить пожилой архивариус, который вызвался быть моим гидом, он не был первым учеником по этим предметам) и очень плохо успевал по математике. Идея Вечного Возращения как математическая вероятность встретила такую критику со стороны математиков и логиков, что Ницше вскоре (возможно, он сознавал свою слабость в точных науках) перевел ее на уровень ментального эксперимента. Если вы попробуете провести этот эксперимент и найдете его болезненным или даже непереносимым, объяснение напрашивается само собой: вы уверены, что прожили свою жизнь плохо. Дальше я обычно задаю такие вопросы: в чем заключается это «плохо»? О чем вы сожалеете? Я далек от цели погрузить человека в море сожалений о прошлом. Наоборот, я хочу обратить его взгляд в будущее, поэтому задаю следующий вопрос, способный изменить всю жизнь: «Что вы сейчас можете изменить в своей жизни, чтобы, оглянувшись назад через год или через пять лет, не испытать подобной муки от новых сожалений?» Иными словами, можете ли вы начать жить, не накапливая поводов для сожаления?

«Селфи с котом» поднимет вам настроение!

В этом веселом мультфильме девочка, увидев кучу лайков на фото своей подружки с котом пытается сделать такое же селфи с своим любимцем. Хотите узнать, что из этого получилось?

Почему играть в детстве гораздо важнее, чем ходить в школу

Психолог Питер Грей приводит неопровержимые доказательства того, что играть в детстве гораздо важнее, чем ходить в школу. Я рос в пятидесятые. В те времена дети получали образование двух видов: во‑первых, школьное, а во-вторых, как я говорю, охотничье-собирательское. Каждый день после школы мы выходили на улицу поиграть с соседскими детьми и возвращались обычно затемно. Мы играли все выходные и лето напролет. Мы успевали что-нибудь поисследовать, поскучать, самостоятельно найти себе занятие, попасть в истории и из них выпутаться, повитать в облаках, найти новые увлечения, а также прочитать комиксы и прочие книги, которые нам хотелось, а не только те, что нам задали. Вот уже больше 50 лет взрослые шаг за шагом лишают детей возможности играть. В своей книге «Дети за игрой: американская история» Говард Чудакофф назвал первую половину XX века золотым веком детских игр: к 1900 году исчезла острая необходимость в детском труде, и у детей появилось много свободного времени. Но начиная с 1960-х взрослые принялись урезать эту свободу, постепенно увеличивая время, которое дети вынуждены проводить за школьными занятиями, и, что еще важнее, все меньше и меньше позволяя им играть самим по себе, даже когда они не в школе и не делают уроки. Место дворовых игр стали занимать спортивные занятия, место хобби — внешкольные кружки, которые ведут взрослые. Страх заставляет родителей все реже и реже выпускать детей на улицу одних. По времени закат детских игр совпадает с началом роста числа детских психических расстройств. И это нельзя объяснить тем, что мы стали диагностировать больше заболеваний. Скажем, на протяжении всего этого времени американским школьникам регулярно раздают клинические опросники, выявляющие тревожные состояния и депрессию, и они не меняются. Из этих опросников следует, что доля детей, страдающих тем, что теперь называют тревожным расстройством и глубокой депрессией, сегодня в 5−8 раз выше, чем в 1950-е. За тот же период процент самоубийств среди молодых людей от 15 до 24 лет увеличился больше чем в два раза, а среди детей до 15 лет — учетверился. Нормативные опросники, которые студентам колледжей раздают с конца 1970-х, показывают, что молодежь становится все меньше склонна к эмпатии и все больше — к нарциссизму. Дети всех млекопитающих играют. Почему? Зачем они тратят энергию, рискуют жизнью и здоровьем, вместо того чтобы набираться сил, спрятавшись в какой-нибудь норе? Впервые с эволюционной точки зрения на этот вопрос попытался ответить немецкий философ и натуралист Карл Гроос. В 1898 году в книге «Игра животных» он предположил, что игра возникла в результате естественного отбора — как способ научиться навыкам, необходимым для выживания и размножения. Теория игры Грооса объясняет, почему молодые животные играют больше, чем взрослые (им еще надо многому научиться), и почему чем меньше выживание животного зависит от инстинктов и чем больше — от навыков, тем чаще оно играет. В значительной степени предсказать, во что животное будет играть в детстве, можно исходя из того, какие умения ему понадобятся для выживания и размножения: львята бегают друг за другом или крадутся за партнером, чтобы потом неожиданно на него наброситься, а жеребята зебры учатся убегать и обманывать ожидания противника. Следующей книгой Грооса стала «Игра человека» (1901 год), в которой его гипотеза распространялась на людей. Люди играют больше всех остальных животных. Человеческие дети, в отличие от детенышей других видов, должны выучиться множеству вещей, связанных с культурой, в которой им предстоит жить. Поэтому, благодаря естественному отбору, дети играют не только в то, что нужно уметь вообще всем людям (скажем, ходить на двух ногах или бегать), но и навыкам, необходимым представителям именно их культуры (например, стрелять, пускать стрелы или пасти скот). Основываясь на работах Грооса, я опросил десять антропологов, которые в общей сложности изучили семь различных охотничье-собирательских культур на трех континентах. Выяснилось, что у охотников и собирателей нет ничего похожего на школу — они считают, что дети учатся, наблюдая, исследуя и играя. Отвечая на мой вопрос «Сколько времени в изученном вами обществе дети проводят за игрой?», антропологи в один голос ответили: практически все время, когда не спят, начиная примерно с четырех лет (с этого возраста их считают достаточно ответственными, чтобы оставаться без взрослых) и заканчивая 15−19 годами (когда они по собственной воле начинают брать на себя какие-то взрослые обязанности). Мальчики играют в выслеживание и охоту. Вместе с девочками они играют в поиск и выкапывание съедобных корешков, в лазанье по деревьям, приготовление еды, строительство хижин, долбленных каноэ и прочих вещей, значимых для их культур. Играя, они спорят и обсуждают проблемы — в том числе те, о которых услышали от взрослых. Они делают музыкальные инструменты и играют на них, танцуют традиционные танцы и поют традиционные песни — а иногда, отталкиваясь от традиции, придумывают что-то свое. Маленькие дети играют с опасными вещами, например с ножом или огнем, потому что «как же они иначе научатся ими пользоваться?». Все это и многое другое они делают не потому, что кто-то из взрослых их к этому подталкивает, им просто весело в это играть. Параллельно я исследовал учеников очень необычной массачусетской школы, Школы Садбери Вэлли. Там ученики, которым может быть от четырех лет до девятнадцати, целыми днями делают все, что захотят — запрещено только нарушать некоторые школьные правила, не имеющие, впрочем, никакого отношения к образованию, задача этих правил — исключительно поддерживать мир и порядок. Большинству людей это кажется безумием. Но школа существует уже 45 лет, и за это время выпустила несколько сот человек, у которых все в порядке. Выясняется, что в нашей культуре дети, предоставленные самим себе, стремятся научиться ровно тому, что имеет ценность в нашей культуре и дает им впоследствии возможность найти хорошую работу и получать от жизни удовольствие. Играя, ученики этой школы учатся читать, считать и пользоваться компьютерами — и делают это с той же страстью, с которой дети охотников и собирателей учатся охотиться и заниматься собирательством. Школу Садбери Вэлли объединяет с группами охотников и собирателей (совершенно верная) установка на то, что образование должно находиться в зоне ответственности детей, а не взрослых. И там, и там взрослые являются заботливыми и знающими помощниками, а не судьями, как в обычных школах. Кроме того, они обеспечивают детям возрастное разнообразие, потому что игра в смешанной возрастной группе лучше способствует образованию, чем игра сверстников. Уже больше двадцати лет люди, формирующие образовательную повестку на Западе, побуждают нас следовать примеру азиатских школ — в первую очередь японских, китайских и южнокорейских. Там дети больше времени уделяют учебе и в результате получают более высокие баллы на стандартизированных международных тестах. Но в самих этих странах все больше людей называют свою образовательную систему провальной. В статье, вышедшей не так давно в The Wall Street Journal, известный китайский педагог и методист Цзян Сюэцинь писал: «Недостатки системы, требующей зубрежки, хорошо известны: нехватка социальных и практических навыков, отсутствие самодисциплины и воображения, потеря любопытства и стремления к образованию… Мы поймем, что китайские школы меняются к лучшему, когда оценки начнут падать». Несколько десятилетий американские дети разных возрастов — с детского сада и до конца школы — проходят так называемые «Тесты творческого мышления Торренса», комплексные измерения креативности. Проанализировав результаты этих исследований, психолог Кюнхи Ким пришел к выводу, что с 1984 до 2008 года средний результат теста для каждого класса упал на показатель, превышающий допустимое отклонение. Это значит, что больше 85% детей в 2008 году показали худший результат, чем среднестатистический ребенок в 1984-м. Другое исследование, которое психолог Марк Рунко провел со своими коллегами из Университета Джорджии, показало, что тесты Торренса предсказывают будущие достижения детей лучше, чем тест на IQ, успеваемость в старшей школе, оценки одноклассников и все прочие способы, известные на сегодняшний день. Мы спрашивали выпускников Садбери Вэлли, во что они играли в школе и в каких областях работали после ее окончания. Во многих случаях ответы на эти вопросы оказались взаимосвязанными. Среди выпускников были профессиональные музыканты, которые в детстве много занимались музыкой, и программисты, которые большую часть времени играли в компьютеры. Одна женщина, капитан круизного лайнера, в школе все время проводила в воде — сначала с игрушечными лодочками, потом на настоящих лодках. А востребованный инженер и изобретатель, как выяснилось, все свое детство мастерил и разбирал разные предметы. Игра является лучшим способом приобретения социальных навыков. Причина — в ее добровольности. Игроки всегда могут выйти из игры — и делают это, если им не нравится играть. Поэтому целью каждого, кто хочет продолжить игру, является удовлетворение не только своих, но и чужих потребностей и желаний. Чтобы получать от социальной игры удовольствие, человек должен быть настойчивым, но не слишком авторитарным. И надо сказать, это касается и социальной жизни в целом. Понаблюдайте за любой группой играющих детей. Вы увидите, что они постоянно договариваются и ищут компромиссы. Дошкольники, играющие в «семью», большую часть времени решают, кто будет мамой, кто ребенком, кто что может взять и каким образом будет строиться драматургия. Или возьмите разновозрастную компанию, играющую во дворе в бейсбол. Правила устанавливают дети, а не внешняя власть — тренеры или арбитры. Игроки должны сами разбиться на команды, решить, что честно, а что нет, и взаимодействовать с командой противника. Всем важнее продолжить игру и получить от нее удовольствие, чем выиграть. Я не хочу чрезмерно идеализировать детей. Среди них встречаются хулиганы. Но антропологи говорят о практически полном отсутствии хулиганства и доминирующего поведения среди охотников и собирателей. У них нет вождей, нет иерархии власти. Они вынуждены всем делиться и постоянно взаимодействовать друг с другом, потому что это необходимо для выживания. Ученые, которые занимаются играми животных, утверждают, что одна из главных целей игры — научиться эмоционально и физически справляться с опасностями. Молодые млекопитающие во время игры снова и снова ставят себя в умеренно опасные и не слишком страшные ситуации. Детеныши одних видов неуклюже подпрыгивают, усложняя себе приземление, детеныши других бегают по краю обрыва, на опасной высоте перескакивают с ветки на ветку или борются друг с другом, по очереди оказываясь в уязвимой позиции. Человеческие дети, предоставленные сами себе, делают то же самое. Они постепенно, шаг за шагом, подходят к самому сильному страху, который могут выдержать. Делать это ребенок может только сам, его ни в коем случае нельзя заставлять или подстрекать — вынуждать человека переживать страх, к которому он не готов, жестоко. Но именно так поступают учителя физкультуры, когда требуют, чтобы все дети в классе забирались по канату к потолку или прыгали через козла. При такой постановке задачи единственным результатом может быть паника или чувство стыда, которые лишь уменьшают способность справляться со страхом. Кроме того, играя, дети испытывают злость. Вызвать ее может случайный или намеренный толчок, дразнилка или собственная неспособность настоять на своем. Но дети, которые хотят продолжить игру, знают, что злость можно контролировать, что ее нужно не выпускать наружу, а конструктивно использовать для защиты своих интересов. По некоторым свидетельствам, молодые животные других видов тоже учатся регулировать злость и агрессию с помощью социальной игры. В школе взрослые несут за детей ответственность, принимают за них решения и разбираются с их проблемами. В игре дети делают это сами. Для ребенка игра — это опыт взрослости: так они учатся контролировать свое поведение и нести за себя ответственность. Лишая детей игр, мы формируем зависимых и виктимных людей, живущих с ощущением, что кто-то облеченный властью должен говорить им, что делать. В одном из экспериментов крысятам и детенышам обезьян позволяли участвовать в любых социальных взаимодействиях, кроме игр. В результате они превращались в эмоционально искалеченных взрослых. Оказавшись в не очень опасной, но незнакомой среде, они в ужасе замирали, не в силах преодолеть страх, чтобы осмотреться. Столкнувшись с незнакомым животным своего вида, они либо сжимались от страха, либо нападали, либо делали и то, и другое — даже если в этом не было никакого практического смысла. В отличие от подопытных обезьян и крыс, современные дети пока что играют друг с другом, но уже меньше, чем люди, которые росли 60 лет назад, и несопоставимо меньше, чем дети в обществах охотников и собирателей. Думаю, мы уже можем видеть результаты. И они говорят о том, что этот эксперимент пора прекратить. Источник: Esquire Перевод: Ирина Калитеевская

25 странных фактов о знаменитых личностях

1. Ампер до такой степени живо чувствовал красоты природы, что едва не умер от счастья, очутившись однажды на берегу Женевского озера. 2. Шопенгауэр приходил в ярость и отказывался платить в гостиницах по счетам, если его фамилия была написана через два «п». 3. Отец русской авиации Жуковский однажды, проговорив целый вечер с друзьями в собственной гостиной, вдруг поднялся, ища свою шляпу, и начал торопливо прощаться, бормоча: «Однако я засиделся у вас, пора домой!» 4. Шуберт любимые свои произведения, прежде чем обнародовать, обязательно должен был сыграть… на гребёнке. 5. Шарлотта Бронте постоянно отрывалась от писания очередного романа и отправлялась чистить картофель. 6. Гейне писал о себе: «Моё умственное возбуждение есть скорее результат болезни, чем гениальности. Чтобы хоть немного утешить страдания, я сочинял стихи. В эти ужасные ночи, обезумев от боли, бедная голова моя мечется из стороны в сторону и заставляет звенеть с жестокой веселостью бубенчики изношенного дурацкого колпака…» А заключал он эти размышления словами: «Творчество — это болезнь души, подобно тому, как жемчужина есть болезнь моллюска». 7. Эдгар По мог сидеть часами за письменным столом и молча смотреть на лежащий перед ним лист чистой бумаги. 8. Жорж Санд ежедневно писала до 11 часов, а если заканчивала роман в 10:30, то тут же начинала новый, над которым работала полчаса. 9. Французский баснописец Лафонтен, когда находило вдохновение, часами метался по улицам, не замечая прохожих, с удивлением наблюдавших, как он жестикулирует, топает ногами, во весь голос выкрикивая рождающиеся строки. 10. Бернард Шоу, уже в преклонном возрасте, надевал резиновые ботинки, застегивал на все пуговицы подбитый байкой плащ и, обращаясь к домочадцам, говорил: «Иду писать пьесу!» И отправлялся на рынок, где было очень оживлённо. Нередко его видели в пригородных поездах с блокнотом в руках, быстро набрасывающим строку за строкой. 11. Александр Дюма-отец писал только на особых квадратных листах. Если такой бумаги не оказывалось или она кончалась, он прекращал работу. 12. Однажды Ампер, уходя из своей квартиры, написал мелом у себя на дверях: Ампер будет дома только вечером. Но вернулся домой еще днем. Прочитал надпись на своих дверях и ушел обратно, так как забыл, что он и есть Ампер. 13. Эйнштейн однажды, встретив своего друга и поглощённый мыслями, сказал: «Приходите ко мне вечером. У меня будет и профессор Стимсон». Его друг озадаченно возразил: «Но ведь я и есть Стимсон!» На что Эйнштейн спокойно ответил: «Это не имеет значения, всё равно приходите!» 14. Немецкий композитор Шуман начал страдать приступами помешательства в 24 года, а в 46 лет вовсе лишился рассудка. Его преследовали говорящие столы, он видел звуки, которые складывались в аккорды и музыкальные фразы. 15. Английский писатель Гаррингтон воображал, что мысли вылетают у него изо рта в виде пчел и птиц, и хватался за веник, чтобы разогнать их. 16. Итальянскому философу Кардано мерещилось, что за ним шпионят все правительства, а мясо, которое ему подавали, специально пропитывали воском и серой. 17. Моцарт страдал манией преследования, считая к тому же, что итальянцы хотят его отравить. 18. Ибсен, перепив, начинал комкать и рвать все, что подвёртывалось под руку, часто уничтожая только что написанное. 19. Ван Гог сутками рисовал, вёдрами пил абсент, отрезал себе левое ухо и написал автопортрет в таком виде, а в возрасте 37 лет покончил жизнь самоубийством. После его смерти, кстати, врачами были обнародованы десятки медицинских диагнозов, которые при жизни были поставлены великому живописцу. 20. Шиллер почему-то мог творить лишь тогда, когда на столе у него лежали гнилые яблоки. 21. Гайдн не работал без своего кольца с алмазом: он поминутно его рассматривал. 22. Вагнер во время сочинения очередного музыкального произведения раскладывал на стульях и другой мебели яркие куски шёлка, имел обыкновение брать их в руки и теребить. 23. Для продуктивной работы над романом Золя привязывал себя к стулу. 24. Мюссе слагал свои стихи при свечах, в полном одиночестве, за столом, где стояло два прибора для него и его милой воображаемой женщины, которая должна была вот-вот прийти и разделить с ним ужин. 25. Дюма-сын для пробуждения вдохновения любил раз пять основательно поесть.

Математическая модель объяснила, почему хипстеры выглядят одинаково

Ученый построил математическую модель влияния новой информации на человеческое поведение. В результате оказалось, что во многих случаях множество людей, находящихся в оппозиции к большинству, ведет себя синхронно. В частности, это позволяет объяснить схожесть внешнего вида хипстеров и коллективное поведение играющих против рынка финансовых спекулянтов. Многие группы людей, пытаясь выделиться непохожестью, противопоставляют себя большинству. Данное явление хорошо заметно в области массовой культуры. В частности, подобный протест может быть выражен в ношении отличающейся одежды, использовании новых причесок или нестандартного макияжа. Можно предположить, что вставшие в оппозицию к доминирующему направлению люди окажутся сильно непохожими друг на друга, но во многих случаях это оказывается не так. Получается, что подобная контркультурная позиция приводит к спонтанному формированию новой значительной группы похожих людей, что полностью противоречит исходному посылу. Это явление получило название «эффекта хипстера» по названию широко распространившейся в начале XXI века субкультуры, однако не ограничивается внешним видом и предпочитаемыми брендами, а может быть обобщено на гораздо более широкий диапазон социальных феноменов. В новой работе сотрудника Университета Брендайса в Массачусетсе (США) Джонотана Тубуля описывается математическая модель социальных взаимодействий, которая воспроизводит подобную синхронизацию между нонконформистами. Модель описывает взаимодействие двух групп людей: «конформистов», которые поступают всегда так же, как и большинство, и «хипстеров», которые делают с точностью до наоборот. Важной особенностью такой симуляции является реализация задержки, которая требуется для распространения информации по обществу. Это позволяет учесть тот факт, что люди не узнают о новых веяниях немедленно, а различные группы людей значительно отличаются по оперативности доступа к новой информации. Автор попытался ответить на вопрос, при каких условиях наступает синхронное поведение хипстеров и как это зависит от таких параметров, как величина временной задержки и соотношение людей в двух группах. Оказалось, что даже такие простые правила порождают в некоторых случаях исключительно сложную динамику. Однако в большинстве случаев хипстеры изначально ведут себя случайным образом, но затем их субкультура претерпевает аналог фазового перехода, после которого их поведение оказывается согласованным. Анализ показал, что синхронизация наблюдается как в случае бинарных решений, таких как «носить бороду» и «не носить бороду», так и при наличии множества вариантов, например, различных фасонов бороды. Тем не менее, автор называет результаты предварительными и планирует посвятить этой теме дальнейшие работы. В частности, он хочет попытаться найти объяснение некоторым особым случаям, таким как случайная смена решения всем социумом при равной доле «хипстеров» и «конформистов». «Помимо выбора наилучшего костюма, который стоит носить в этом сезоне, данная работа может иметь большое значение для понимания синхронизации нервных клеток, инвестиционных стратегий в финансовой сфере и системной динамики в социальных науках», — заключает Тубуль. Источник: Индикатор

Был ли Петр I грузином?

Петр I оставил после себя немало преобразований всех сторон жизни в нашей стране и породил огромное количество мистификаций по поводу своей личности. Одним из таких домыслов можно считать споры о его происхождении. Существуют догадки, подкрепленные рядом исторических свидетельств, о том, что великий государь происходил из царского грузинского рода. Бытует мнение, что Петр был незаконнорожденным сыном кахетинского царя Ираклия I Багратиони, династия которого ведет свое начало от могучих царей древности – Давида и Соломона. Так же, как и Россия в Средние века, Грузия столетиями была раздробленным государством, распавшимся на мелкие княжества в силу самых разных социальных и экономических причин. В таком положении государство находилось вплоть до 1783 года, когда между Российской империей и Восточной Грузией был заключен Георгиевский трактат, обеспечивший безопасность этой территории в обмен на русский протекторат. На тот момент Грузия находилась практически в состоянии войны с соседними мусульманскими странами – Ираном и Турцией. Россия же рассматривала Закавказский регион как одно из ключевых направлений своей внешней экспансии на Восток. С юных лет грузинский царь в изгнании Ираклий находился при русском дворе, в частности, он дружил с семьей царя Алексея Михайловича, отца Петра. С женой русского правителя, Натальей Кирилловной Нарышкиной, по слухам, у Ираклия был роман, которому поспособствовал сам царь. Дело в том, что к старости Алексея Михайловича мучили подагра и ожирение, поэтому неудивительно, что для продолжения рода и официального закрепления брака с молодой красавицей женой царю понадобилась «помощь» ближайшего друга. Эту версию подкрепляет тот факт, что Ираклий был посаженным отцом на венчании царской четы, поэтому его близость к монаршей особе несомненна. К тому же, дети от первого брака с Марией Милославской были весьма слабого здоровья, потому возможно, что было принято тайное решение допустить молодого грузинского принца к ложу царской супруги. На тот момент Ираклию было около 30 лет. Если посмотреть портреты грузинского царевича и молодого Петра, то нельзя не отметить их поразительное сходство: крупные черты лица, темные волнистые волосы, персидский разрез глаз и богатырский рост. Эти физические данные были совсем не свойственны остальным потомкам Алексея Михайловича, что косвенно подтверждает грузинское происхождение Петра. Спустя несколько лет после рождения сына Алексей Михайлович скоропостижно скончался в возрасте 47 лет. Есть еще несколько косвенных доказательств грузинских корней Петра. Наталья Нарышкина, по собственным высказываниям, не хотела допускать до трона своего сына, вероятно, памятуя о его не царском происхождении. Другим подтверждением стало письмо царевны Софьи накануне Стрелецкого мятежа, приведшего Петра к власти: «Нельзя отдавать власть басурманам». Под басурманом виделся не только человек с Ближнего Востока, но и исповедующий другую веру. Ираклий после возвращения на родину и заключения союзного договора с персидским шахом перешел в ислам. Сам же Петр, когда ему предложили жениться на грузинской царевне, сказал: «Я на однофамильцах не женюсь». Эти отрывочные сведения, конечно, не могут на сто процентов приписывать фигуру Петра I к грузинской истории. Однако, они дают повод для обсуждения и прямого исторического спора по поводу его неоднозначной и чрезвычайно яркой роли в российской истории. Автор: Мария Молчанова

Казус некролога Альфреда Нобеля

Нобелевскую премию Альфред Нобель учредил после казуса с некрологом. В 1888 году репортеры одной французской газеты по ошибке опубликовали сообщение о смерти Альфреда Нобеля (газетчики перепутали изобретателя с его старшим братом Людвигом, умершим на лечении в Каннах). Прочитав во французской газете собственный некролог под названием «Торговец смертью мёртв», Нобель задумался над тем, как его будет помнить человечество. 27 ноября 1895 года в Шведско-норвежском клубе в Париже Нобель подписал своё завещание, согласно которому большая часть его состояния — около 31 миллиона шведских марок — должна была пойти на учреждение премий за достижения в физике, химии, медицине, литературе и за деятельность по укреплению мира. Завещание гласило: «Я, нижеподписавшийся, Альфред Бернхард Нобель, обдумав и решив, настоящим объявляю моё завещание по поводу имущества, нажитого мною... Капитал мои душеприказчики должны перевести в ценные бумаги, создав фонд, проценты с которого будут выдаваться в виде премии тем, кто в течение предшествующего года принёс наибольшую пользу человечеству. Указанные проценты следует разделить на пять равных частей, которые предназначаются: первая часть тому, кто сделал наиболее важное открытие или изобретение в области физики, вторая — в области химии, третья — в области физиологии или медицины, четвёртая — создавшему наиболее значительное литературное произведение, отражающее человеческие идеалы, пятая — тому, кто внесёт весомый вклад в сплочение народов, уничтожение рабства, снижение численности существующих армий и содействие мирной договоренности. ...Мое особое желание заключается в том, чтобы на присуждение премий не влияла национальность кандидата, чтобы премию получали наиболее достойные, независимо от того, скандинавы они или нет».

«Антея» Франческо Пармиджанино

Антея, Антея, Антея — такая красивая, такая загадочная, такая странная. С детским личиком и женственным телом ты похожа на отражение в кривом зеркале — никакого соблюдения пропорций, причем не случайно, так ты и была задумана. Слишком маленькая голова, слишком большое тело, твое правое плечо слишком широко, а юбка твоя непонятно почему вздымается влево. Горжетка из шкуры куницы на широком правом рукаве пугает меня (этот меховой талисман приносит плодородие, согласно некоторым древним книгам, но от вида этих острых зубов мне становится дурно). Кто же ты, Антея? Невеста или возлюбленная художника, служанка или же знаменитая куртизанка? Куратор фрик коллекции Эндрю Меллона Кристина Нельсон внимательно собрала все эти теории и подробно разобрала каждую из них. Она заканчивает свой восхитительно иллюстрированный каталог предположением о том, что Антея, возможно, была не «кем-то», а «чем-то». История такова: На то, что Антея была невестой, указывают чрезвычайно замысловатые атрибуты образа, которые часто встречаются на портретах с изображением обрученных, демонстрирующих свое достойное происхождение, богатое приданое и связи. Но возможно она и не была невестой, несмотря на сходство с портретами обрученных, Кристина Нельсон говорит, что «Антея» выполнена в иконографии, схожей с портретами куртизанок тех времен. Великолепие ее наряда, драгоценности, а особенно ожерелье, которое она крутит на пальце у самого сердца и легкое декольте — все это больше похоже на эротические фантазии, а не на брачное приданое. Горжетка из куницы украшала не только плечи Антеи, но и гордую мать, окруженную тремя сыновьями на картине Пармиджанино «Портрет Камиллы». Возможно, художник попытался выразить таким образом податливость женской любви и ее потенциальную опасность. Была ли Антея служанкой? Ведь на это указывает белый фартук поверх золотого платья. Ответ отрицательный, так как фартуки пользовались популярностью в те времена. Была ли она любовницей художника? В 1671 году художник Джиокомо Барри называет натурщицу любовницей Пармиджанино и хорошо известной римской куртизанкой. Эти слова повторяются в его записках в 1680 г. Нельсон сомневается в точности этих слов, так как они не имеют достаточного подтверждения. В своем каталоге Кристина Нельсон не пытается в точности определить, кем была Антея, вместо этого плавно проводит читателя в мир концептуальной мысли ренессанса, где предпочтение отдается перфекционизму и платонической визуализации. Нельсон уверена, что с точки зрения платонического взгляда на мир Антея может и вовсе не иметь прототипа в реальности, а являть собой идею осознания сущности любви, желания и искусства, обращенную в видимую форму некой загадки. Джилорамо Франческо Мария Мацолио (Пармиджанино), также известный по мемуарам как «малый из Пармы», родился в 1503 году и ушел из жизни в возрасте 37 лет в городе Кассальмагиоре. Помимо картин занимался фресками, работая как в родной для себя Парме, так и в Болонье, Флоренции и Риме. На закате жизни серьезно увлекся алхимией, более того, некоторые источники сообщают о его помешательстве на этой паранауке, однако доподлинно это неизвестно. Но прежде всего Пармиданино является основателем и наиболее знаменитым представителем маньеризма — направления в искусстве, в рамках которого подвергается критике идеализм ренессанса посредством странных и просто необычных цветов, пропорций и композиций. В своей работе Кристина Нельсон приводит достаточно примеров, глядя на которые, не сложно осознать степень влияния, оказанного как работами, так и личностью художника Пармиджанино на потомков и современников, таких как Рафаэль (1483-152), Корреджио (1489-1534), Тициан (1485- 1576). Автопортрет Пармиджанино наверняка известен нынешним студентам, изучающим историю искусства. В изображении отражения лица автора в изогнутом зеркале элегантность в духе Рафаэля сталкивается с искажениями. Работа выполнена маслом, где яркие черты лица теряются перед огромных размеров кистью руки, которая в разы больше предплечья. Игра с восприятием на этом портрете готовит нас к созерцанию идеальной с этой точки зрения «Антеи». Таким образом, Антея не представляет собой образ определенной женщины, а является бестелесной идеей. «Образ, происхождение которого был практически известен, но в этом все равно нет никакого смысла», — сказала Кристина Нельсон.