11 ежедневных действий, чтобы побороть депрессию

Депрессия – это ваша личная битва с собственной психикой на невидимом поле боя. Это сражение может быть весьма ожесточенным, но вам однозначно нужно одержать верх. Кроме того, а что если ваша депрессия – это просто приглашение к самопознанию? Начинайте меняться изнутри! Ваш разум является основным инструментом вашего исцеления, вашим лучшим союзником, и он хочет, чтобы вы выздоравливали. Какие 11 незначительных, но эффективных действий вы можете делать ежедневно, чтобы пойти на поправку? 1. Примите решение жить Депрессия «отключает» от жизни, и это неестественное состояние, поэтому примите решение о том, что вы хотите быть живым и чувствовать себя хорошо. Напоминайте себе об этом каждый день. Когда у вас есть пункт назначения, ваш разум рассчитает все возможные маршруты, чтобы доставить вас в нужное место. 2. Каждое утро, только открыв глаза, скажите себе следующее: «Чем темнее прошлое, тем ярче будущее, и это то, куда я направляюсь». Повернитесь спиной к своему темному прошлому и окажитесь перед вашим светлым будущим. Эта простая аффирмация задаст вам настроение на целый день. Затем выпейте стакан воды для очистки организма. 3. Сделайте за день хотя бы одну вещь, которая дает вам ощущение счастья Создайте новую поведенческую модель, сосредотачиваясь на чем-то, что заставляет вас чувствовать себя хорошо. Поиграйте с собакой, побалуйте себя вкусным кофе, посадите цветочный куст или примите ванну. Просто получите удовольствие. 4. Съешьте что-то полезное Поддерживайте тело, пока вы лечите свой мозг, поэтому наслаждайтесь продуктами, богатыми жирными кислотами: миндаль и тыквенные семечки. Ваш организм (и мозг) это оценит. 5. Вытащите себя на улицу, хотя бы ненадолго Свежий воздух, солнце и глубокое дыхание действуют исцеляюще. Ежедневно двигайте своим телом: гуляйте, танцуйте, плавайте, занимайтесь спортом или садоводством – все, что вам нравится. 6. Держитесь подальше от негативных новостей из СМИ Современные новости или политика могут еще глубже погружать вас в депрессивное состояние. Смотрите что-то позитивное, юмористическое и смешное. В конце концов, когда вы смеетесь, вам становится легче и светлее на душе. 7. Позвольте себе разозлиться Это, конечно, не смех и юмор, но гнев «размораживает» вас, поэтому позвольте себе выразить эмоции. Покричите, поплачьте, побейте подушку или попинайте шкаф. Когда вы почувствуете облегчение, тогда вы сможете устанавливать здоровые границы с людьми в своей жизни. Вы заслуживаете того, чтобы вас ценили и относились к вам правильно. 8. Запишите пять вещей, за которые вы благодарны в своей жизни Тренируйте свой мозг на том, чтобы концентрироваться на позитивных аспектах жизни. Чем больше вы сосредотачиваетесь на хороших вещах, тем больше жизнь их вам принесёт. 9. Раз в день посмотрите в зеркало и скажите себе что-нибудь приятное Заставляйте себя. Скажите: «Мне нравится твоя улыбка», «Мне нравится твоя доброта и отзывчивость» или «У тебя изумительно получается яблочный пирог!» Просто будьте добры к себе. Помните, что вы хороший человек, и вы заслуживаете счастья. 10. В душе представьте себе поток целительных вод, смывающих с вас все дурное Ваше подсознание не знает разницы между тем, что реально, а что нет. Поэтому, стоя под водой в душе, повторяйте себе: «Я исцелен и очищен». 11. Займитесь осознанной медитацией Когда разум расслаблен, вы начинаете осознавать себя и свое место в жизни. Вещи, которые вас беспокоят, как будто исчезают, а на замену им приходят новые, позитивные и полезные жизненные перспективы. Вы сильнее депрессии, и вы её одолеете.

Как работает тест Роршаха и кем был его автор

Герман Роршах родился 8 ноября 1884 года в Цюрихе (Швейцария). Он был старшим сыном неудачливого художника, вынужденного зарабатывать на жизнь уроками рисования в школе. Германа с детства восхищали цветовые пятна (по всей вероятности, результат творческих усилий его отца и собственной любви мальчика к живописи), а школьные друзья прозвали его Кляксой. Когда Герману было двенадцать, умерла его мать, а когда юноше исполнилось восемнадцать, скончался и отец. С отличием окончив среднюю школу, Роршах решил изучать медицину. В 1912 году он получил диплом доктора медицины Цюрихского университета, после чего работал в ряде психиатрических лечебниц. В 1911 году, еще во время учебы в университете, Роршах провел ряд любопытных экспериментов с целью проверить, отличаются ли одаренные художественными талантами школьники более развитым воображением при интерпретации обычных чернильных пятен. Это исследование оказало огромное влияние не только на дальнейшую карьеру ученого, но и на развитие психологии как науки в целом. Надо сказать, Роршах не был первым, кто использовал в своих исследованиях цветовые пятна, но в его эксперименте они впервые применялись в рамках аналитического подхода. Результаты первого эксперимента ученого со временем были утрачены, но на протяжении следующих десяти лет Роршах проводил масштабное исследование и разработал системную методику, позволяющую психологам определять типы личности людей с помощью обычных чернильных пятен. Благодаря работе в психиатрической клинике исследователь имел свободный доступ к ее пациентам. Таким образом, Роршах проводил изучение как психически больных людей, так и эмоционально здоровых, что позволило ему разработать систематический тест с применением чернильных пятен, с помощью которого можно анализировать личностные характеристики человека, определять тип его личности и в случае необходимости корректировать его. В 1921 году Роршах представил итоги своего масштабного труда миру, опубликовав книгу под названием «Психодиагностика». В ней автор изложил свою теорию о личностных характеристиках людей. Одно из главных положений состоит в том, что в личности каждого человека представлены такие качества, как интроверсия и экстраверсия — иными словами, что нас мотивируют как внешние, так и внутренние факторы. По мнению ученого, тест с чернильными пятнами позволяет оценить относительное соотношение этих свойств и выявить любое психическое отклонение либо, напротив, сильные стороны личности. Психологическое научное сообщество практически не обратило внимания на первое издание книги Роршаха, поскольку в те времена господствовало мнение, что невозможно ни измерить, ни протестировать, из чего состоит личность человека. Однако со временем коллеги начали понимать пользу теста Роршаха, и в 1922 году психиатр обсудил возможности усовершенствования своей методики на собрании Психоаналитического общества. К несчастью, 1 апреля 1922 года, промучившись неделю сильнейшими болями в животе, Герман Роршах попал в больницу с подозрением на аппендицит, а 2 апреля умер от перитонита. Ему было всего тридцать семь лет, и он так и не увидел огромного успеха изобретенного им психологического инструмента. В тесте Роршаха используется десять чернильных пятен: пять черно-белых, два черно-красных и три цветных. Психолог показывает карточки в строгой очередности, задавая пациенту один и тот же вопрос: «На что это похоже?». После того как пациент увидел все картинки и дал ответы, психолог показывает карточки снова, опять в строгой очередности. Пациента просят назвать все, что он на них видит, в каком именно месте картинки он видит тот или иной образ и что в ней заставляет его дать именно такой ответ. Карточки можно переворачивать, наклонять, манипулировать любыми другими способами. Психолог должен точно зафиксировать все, что пациент говорит и делает в ходе теста, а также время каждого ответа. Далее ответы анализируются и подсчитываются баллы. Затем путем математических расчетов выводится итог по данным теста, который интерпретируется специалистом. Если какое-нибудь чернильное пятно не вызывает у человека никаких ассоциаций или он не может описать, что на ней видит, это может означать, что изображенный на карточке объект в его сознании заблокирован, либо что изображение на ней связано в его подсознании с темой, которую в настоящий момент он не хотел бы обсуждать.

10 безумных теорий, переворачивающих смысл фильмов с ног на голову

10. Джокер — ветеран войны Именно во время военных действий Джокер из фильма «Темный рыцарь» (2008) узнал так много о взрывчатых веществах и огнестрельном оружии. На войне он получил шрамы на лице и расстройство психики. В одном из диалогов герой рассуждает о безразличии людей к тому, что «грузовик солдат взлетит на воздух». Возможно, он лишь жертва посттравматического синдрома. 9. Джеймс Бонд — это не конкретный человек, а кодовое имя для разных агентов Если в бондиане есть персонажи под кодовыми именами «Q» и «M», которые стареют, погибают и сменяют друг друга, то почему нельзя применить ту же логику и к знаменитому агенту 007? Такая вот у человека должность — «Джеймс Бонд». А то, что все Бонды во всех сериях пьют мартини и просят «взболтать, но не смешивать», — это просто корпоративная этика, которой приходится следовать. 8. Гендальф с самого начала хотел отправить орлов в Мордор Фанаты и критики трилогии «Властелин колец» не перестают задаваться вопросом: почему Гендальф не отправил орлов в Мордор, чтобы уничтожить кольцо? Согласно одной из теорий, он так и хотел сделать, но не мог поделиться планами с членами братства, пока они не оказались по другую сторону горы, где бы их не увидело Око Саурона. Но перед тем как упасть в бездонные шахты Мории, Гендальф вспомнил об этом и прокричал остальным: «Fly, you fools», — что в дословном переводе означает: «Летите, глупцы». Жаль, что его никто так и не понял. 7. Все события мюзикла «Бриолин» — это предсмертные видения Сэнди В песне «Summer nights» в самом начале фильма «Бриолин» (1978) герой Джона Траволты Дэнни поет о том, что Сэнди чуть не утонула во время их первой встречи. Популярная в интернете теория гласит, что на протяжении всего фильма девушка находится в коме, а то, что мы наблюдаем, — это ее видения. В конце фильма мы наблюдаем за летящим по небу красным кабриолетом с Сэнди и ее парнем. Это означает, что девушка умирает и отправляется на небеса. Такой, оказывается, позитивный фильм. 6. Джа-Джа Бинкс на самом деле был ситхом Некоторые считают, что неуклюжесть и идиотские выходки гунгана Джа-Джа Бинкса — это очень умелое прикрытие. Ведь на самом деле он хитроумный ситх, давно принявший темную сторону силы. Не зря его неловкость приносила столько проблем друзьям, а в фильме «Звездные войны. Эпизод 3: Месть ситхов» (2005) он вошел в состав Галактического сената! Кто-то даже пишет, что Джа-Джа помог Палпатину прийти к власти и уничтожить всех джедаев. «А-ха-ха!» — демонический смех за кадром. 5. Нео — машина, а Зион — еще один уровень виртуальной реальности В смыслах трилогии «Матрица» (1999–2003) легко запутаться и без выдумывания дополнительных теорий. Но киноманов это не останавливает. На этот раз они решили, что Нео на самом деле машина, а подземный город Зион, последний оплот человечества, — всего лишь еще один уровень виртуальной симуляции, придуманной (внимание!) людьми, чтобы держать под контролем столь сложные технологии. Фух, у нас все. 4. Джек — путешественник во времени, он прибыл на «Титаник», чтобы предотвратить самоубийство Розы Героя Леонардо ДиКаприо Джека прислали на «Титаник» (1997) из будущего, чтобы он спас Розу. Если бы она прыгнула в воду, то корабль пришлось бы остановить, а из-за задержки в расписании столкновения с айсбергом бы не произошло. Ход истории изменился бы раз и навсегда. Почему было важно спасти именно Розу, а не всех остальных пассажиров корабля, остается загадкой. 3. Безумный Макс — один из 4 всадников апокалипсиса В постапокалиптическом мире фильма «Безумный Макс: Дорога ярости» (2015) можно отыскать много символов и метафор. Так, например, фанаты картины нашли сходство между некоторыми героями и всадниками апокалипсиса: Несмертный Джо — завоеватель или чума, Свинцовый Барон — война, Людоед — голод, а Безумный Макс — смерть. 2. В чемоданчике Марселаса Уоллиса находится его душа Одна легенда гласит, что дьявол достает душу человека из задней стороны его шеи, именно на этом месте у Марселласа Уоллеса в «Криминальном чтиве» (1994) можно заметить пластырь. Код к странному чемодану — 666, а его содержимое источает нереальный свет. К тому же Марселлас печется о своем чемодане. Хм... все сходится. 1. Хогвартса не существует, магический мир — плод воображения сироты Гарри Поттера Некоторые фанаты фильмов о Гарри Поттере считают, что одинокий, никем не любимый мальчик, запертый в чулане, просто выдумал весь этот магический мир, Хогвартс, друзей и многочисленные приключения, чтобы убежать от суровой реальности. К тому же в выдуманном мире он сделал себя чуть ли не самым важным человеком — мальчиком, который выжил... из ума?

110 книг о безумии

Заглядывать в бездну всегда было занятием опасным, тем более если это — бездна человеческого сознания. Для самых отважных ныряльщиков в глубины помешательства и пучины самопознания мы подготовили список книг о безумии всех сортов. 1. Патрик Зюскинд. Парфюмер. История одного убийцы. 2. Джон Фаулз. Коллекционер 3. Кен Кизи. Над кукушкиным гнездом 4. Томас Харрис. Молчание ягнят 5. Энтони Берджесс. Заводной апельсин 6. Стиг Ларссон. Девушка с татуировкой дракона 7. Чак Паланик . Бойцовский клуб 8. Агата Кристи. Десять негритят 9. Брет Истон Эллис. Американский психопат 10. Антон Чехов. Палата №6 11. Иэн Бэнкс. Осиная Фабрика 12. Элис Сиболд. Милые кости 13. Стивен Кинг. Мареновая Роза 14. Томас Харрис. Ганнибал: Восхождение 15. Томас Харрис. Красный дракон 16. Маркиз де Сад. 120 дней Содома 17. Джон Фаулз. Волхв 18. Деннис Лихэйн. Остров проклятых 19. Дэниел Киз. Множественные умы Билли Миллигана 20. Стивен Кинг. Сияние 21. Тесс Герритсен. Хирург 22. Джеффри Линдсей. Дремлющий демон Декстера 23. Поппи Брайт. Изысканный труп 24. Чак Паланик. Невидимки 25. Джин Брюэр. Планета Ка-Пэкс 26. Рю Мураками. Мисо-суп 27. Деннис Лихейн. Дай мне руку, тьма 28. Питер Акройд. Процесс Элизабет Кри 29. Борис Акунин. Особые поручения 30. Леонид Андреев. Рассказ о семи повешенных 31. Марк Фишер. Психиатр 32. Ф. М. Достоевский. Бесы 33. Стивен Кинг. Дети кукурузы 34. Тесс Герритсен. Ученик 35. Фред Варгас. Вечность на двоих 36. Роберт Блох. Психоз. Трилогия 37. Всеволод Гаршин. Красный цветок 38. Тьерри Жонке. Тарантул, или Кожа, в которой я живу 39. Теодор Драйзер Американская трагедия 40. Борис Виан. Сердцедер 41. Чарльз Маклин. Страж 42. Питер Джеймс. Одержимый 43. Дуглас Престон, Линкольн Чайлд. Натюрморт с воронами 44. Лайонел Шрайвер. Цена нелюбви 45. Рослунд & Хелльстрем. Изверг 46. Эйткен Д. Спящий с Джейн Остин 47. Родриго Кортес. Кукольник 48. Крэг Клевенджер. Человек-змея 49. Г.А.Зотов. Печать луны 50. Стивен Кинг. Кэрри 51. Сергей Кузнецов. Шкурка бабочки 52. Тони Дэвидсон. Культура шрамов 53. Никки Френч. Убей меня нежно 54. Рю Мураками. Пирсинг 55. Деннис Лихэйн. Святыня 56. Тургрим Эгген. Декоратор. Книга вещности 57. Родриго Кортес. Пациентка 58. Юнас Бенгтсон. Письма Амины 59. Антон Ульрих. Джек. Поиск возбуждения 60. Евгения и Антон Грановские. Клиника в роще 61. Джонатан Келлерман. Доктор Смерть 62. Николай Фробениус. Каталог Латура, или Лакей маркиза де Сада 63. Скотт Брэдфилд. Хорошая плохая девчонка 64. Родриго Кортес. Садовник 65. Умберто Эко. История уродства 66. Мишель Фуко. История безумия в классическую эпоху 67. Мишель Ловрик. Книга из человеческой кожи 68. Алексей Слаповский. Народный фронт. Феерия с результатом любви 69. Михаил Успенский. Чугунный всадник 70. Сюзанна Кейсен. Прерванная жизнь 71. Максим Малявин. Записки психиатра, или Всем галоперидолу за счет заведения 72. Михаил Чулаки. Прощай, зеленая Пряжка 73. Камерон Джейс. Безумие 74. Михил Строинк. Как если бы я спятил 75. Шатравка Александр Иванович. Побег из Рая 76. Дэн Уэллс. Необитаемый город 77. Джефф Николсон. Бедлам в огне 78. Станислав Лем. Больница Преображения 79.Фрэнк Тэллис. Комната спящих 80. Гилад Элбом. Параноики вопля Мертвого моря 81. Аркаиц Кано. Джаз в Аляске 82. Джон Харвуд. Мой загадочный двойник 84. Барбара О`Брайен. Необыкновенное путешествие в безумие и обратно 85. Арнхильд Лаувенг. Завтра я всегда бывала львом 86. Юхан Теорин. Санкта-Психо 87. Виктор Пелевин. Чапаев и Пустота 88. Елена Стефанович. Дурдом 89. Патрик Макграт. Приют 90. Себастьян Барри. Скрижали судьбы 91. Мэделин Ру. Приют 92. Елена Леонтьева, Мария Илизарова. Про психов 93. Франк Тилье. Головоломка 94. Силвия Плат. Под стеклянным колпаком 95. Эдгар Аллан По. Система доктора Смоля и профессора Перро 96. Паола Каприоло. Немой пианист 97. Поль де Крюи. Борьба с безумием 98. Т. Корагессан Бойл. После чумы 99. Александр Варго. Дом в овраге 100. Юрий Мамлеев. Шатуны 101. Соно Аяко. Синева небес 102. Эдуардо Мендоса. Тайна заколдованной крипты 103. Джорджио Фалетти. Я убиваю 104. Шарлотта Гилман. Желтые обои 105. Сабина Мюррей. Синдром плотоядного 106. Рю Мураками. Паразиты 107. Эрик Аксл Сунд. Подсказки пифии 108. Пол Боулз. Под покровом небес 109. Нэнси Джонс. Молли 110. Крейг Расселл. Брат Гримм

Нежность

Сегодня внезапно всплыла тема нежности – она очень редко, по моему личному опыту, возникает тогда, когда мужчины говорят о женщинах. Да и в целом это слово как-то редко звучит в психологическом пространстве… И это при том, что это одно из наиболее полных и ярких переживаний, которые люди могут испытывать друг к другу (не только мужчины и женщины, но и друзья, родители и дети…). Нежность – это порог любви, и, одновременно, ее очень важная составляющая. Попытавшись словами определить, что же такое нежность, я столкнулся с затруднением – определение упорно ускользало, никак не желало облекаться в слова и формулировки, все время переходя в переживания и чувства… Махнув рукой на слова, вспоминаю-погружаюсь в это состояние… Нежность – это желание обнять, способность чувствовать дыхание и биение сердца той, с которой стоишь. Смотреть в глаза прямо, и совсем не тяготясь этим долгим контактом взглядов. Это теплое, бархатное чувство тихой радости, затопляющее грудь, чуть сдавливающее дыхание и заставляющее дышать глубже. Это открытость – в нежности человек светится изнутри, в нем нет обычного оборонительно-настороженного напряжения в теле. Отсюда – чуткость к малейшему движению тела, легкое поглаживание, трепет. Нежность – это ощущение хрупкости другого, стремление обходиться с ним максимально бережно. Нежно держать что-то – значит, бережно. Нежные слова – это слова о ценности другого для меня. Кажется, возникает ясность в сознании, поймал… Нежность в первую очередь - переживание хрупкости и уязвимости другого, и бережное отношение к нему. Поэтому нежность не является переживанием высокой энергии, она гармонична и тиха, притормаживая все остальные страсти. Переживание нежности требует мягкости, но не является синонимом слабости. И здесь возникает камень преткновения для многих мужчин. Нежность отвергается ими, потому что она невозможна без уязвимости и отказа от ролевой игры, в которой мужчина – каменная стена, уверенный столп, которому нет дела до этих «телячьих нежностей». Нежность, в которой пытаешься сохранить себя как «твердого», превращается в покровительственное отношение – то, во что мужчины, как правило, нежность к женщине и трансформируют. Но в нежности невозможно быть твердой опорой, поддержка через нежность – это мягкая подушка под голову, а не жесткий настил на полу. Место отрицаемой и вытесняемой нежности к женщине заполняет сексуальное возбуждение, вожделение как единственное сильное переживание, направленное на женщину. Однако если в нежности другой человек переживается как значимый субъект, то в возбуждении происходит объективация, превращение другого в значимый объект, вещь. Вспыхивающая страсть к малознакомой женщине объективирует ее, ею хочется овладеть, и она, по сути своей, в сознании «жаждущего» мало отличается от вещи. У многих мужчин нежность и вожделение раздваиваются, и к одной женщине испытываешь нежность, а к другой – сильное и агрессивное влечение, в котором нет дела до чувств и переживаний объекта этого влечения. Зрелое, сформированное эротическое чувство соединяет нежность и страсть в единый поток, от которого и сносит крышу. Раздвоение этого потока в одном из крайних своих проявлений приводит к «комплексу мадонны-блудницы», когда одни женщины – «для любви», а другие – «для секса». Соединение возбуждения и нежности приводит к тому, от возбуждения к нежности переходит активность, а от нежности к возбуждению – забота о партнере, что формирует любовь. Нежность к женщине, если дать ей свободно развиваться и выражать, начинает сопровождаться эротическим чувством, которое, если его опять-таки не тормозить, может перетечь в возбуждение (связанное с переживанием интимности и близости), и это возбуждение основано на более прочном основании, чем вожделение к женщине, к которой не испытываешь нежности. «Мне нравится с ней общаться, но у меня почти нет сексуального желания...» - «А какое желание тогда есть?» - «Хочется бережно обнять ее»… - «А чувствуешь что, когда хочется обнять ее?» - «Какое-то чувство очень теплое… Она такая ранимая, теплая… И странно – когда я об этом вспоминаю, у меня возникает желание…»… Если нежность – это что-то недостойное настоящего мужчины, то как реакция на это ощущение возникает стыд. Нежность основана на привязанности, и если привязанность пугает и ассоциируется с потерей свободы, то реакцией на ощущение нежности может быть смутное беспокойство, корнями уходящее в страх. В обоих случаях от нежности можно «защититься» при помощи обесценивания или этого чувства, или партнера… Происходит обеднение эмоционального контакта с женщиной, и я однажды услышал от одного мужчины грустное признание: «Я не знаю, что делать с женщиной, кроме секса»… Как будто с женщиной нельзя говорить о волнующих тебя темах, нельзя быть расслабленным с ней, нельзя обращаться за поддержкой в трудные минуты, оказывать ей помощь самому (и чувствовать себя при этом сильным и нужным)… Женщина-объект, который, к тому же, может мешать своими чувствами – на них нужно как-то реагировать… (впрочем, про привязанность – это отдельная большая тема). Нежность позволяет выйти за собственные границы, являясь одним из переживаний, направленных на преодоление изначального, экзистенциального одиночества людей. В этом ее огромная сила, и, как обратная сторона, слабость. Когда нежности слишком много, другой человек снова превращается в объект, на которого изливается такое количество теплых чувств, что уже хочется отстраниться, защищаться, и возникает раздражение, переходящее в злость на то, что его уже не видят. Это уже прелюдия к полному слиянию, превращение нежности в нечто иное, когда состояние другого человека неважно, а значение имеет только свое собственное желание выражать и выражать накопленные чувства, игнорируя ответную реакцию. Одного человека в детстве просто-таки насиловали этой « другой нежностью», требуя, чтобы он целовал свою тетю, которая хватала в своих объятья племянника и долго его не выпускала, игнорируя его желание отстраниться… Нежность без слияния – это взаимное переживание, при котором я чувствую своего партнера, и отзываюсь на его движения, даже если это движение – отстранение. Там, где возникает слияние, нежность трансформируется в другие переживания. Например в умиление, для которого вообще не важна реакция того, на кого направлено это умиление: от тисканья малыша, которого это уже достало, до перепуганного животного, которого передают из рук в руки с "мимимишечными" переживаниями. "Раз мне это нравится и я чувствую такие хорошие чувства, то и ты, объект моих чувств, должен радоваться и чувствовать что-то похожее". Еще это может быть "похоже на родительскую заботу и умиление, которое тоже прекрасно в определенном возрасте, но во взрослых отношениях вызывает скорей отвращение и агрессию" (Р.Гомолицкий) Отдельная история – это нежность мужчин друг к другу. Она не окрашена сексуально, но тормозится значительно больше, чем нежность к женщине. Все эти грубоватые объятья, толчки в плечо, рукопожатия с предварительным размахом руки, постоянные «подколки» друг друга – все они могут маскировать ту самую нежность, которую невозможно выразить прямо… А сложно не только потому, что это ассоциируется с женственностью или гомосексуальностью, но и потому, что очень мало опыта нежности со стороны своих отцов. Мамы могут любить и ласкать своих ненаглядных мальчиков, а отцы часто сдерживают свои переживания по отношению к сыновьям, чтобы не «вырос мягкотелым». К чему эти «телячьи нежности»… И получается выразить свои чувства только через неуклюжие объятья или замечания-похвалы - если вообще получается. С дочками проще получается. А потребность быть нежным и в нежности – она остается. «Нерастраченная нежность» - это не что иное, как потребность в любви. В том, чтобы я был ценностью для другого, и чтобы со мной обращались как с ценностью, а значит – бережно, трепетно, нежно. И в том, чтобы у меня в жизни были люди, чье существование переживается как важное и ценное для меня, это такое удовольствие – нежно заботиться о том, что ценно для меня, и видеть, как откликается другой человек на мою заботу… В конце концов, мы вовсе не не так уж и неуязвимы и "противоударны", как кажется со стороны. Автор Илья Латыпов

Кто такой Сэмюэл Джонсон и почему Google посвятил ему дудл

Едва ли многие слышали о нем, тем не менее, Google посвятил ему праздничный дудл. Мы решили рассказать немного об этом незаурядном человеке. Доктор Джонсон, как его часто называют, был в XVIII веке одним из самых влиятельных людей в области культуры и просвещения. Его «Словарь английского языка» (1755) считается «одним из величайших достижений науки» того времени, оказавшим огромное влияние на развитие английского языка. Сэмюэл Джонсон потратил на этот труд девять лет жизни и результат стоил усилий — книга оставалась главным английским словарем вплоть до публикации знаменитого Оксфордского словаря через 150 лет. Ещё один важнейший труд писателя — «Жизни выдающихся английских поэтов» — биография английских поэтов XVII и XVIII веков. Сэмюэл Джонсон родился 18 сентября 1709 года в городе Личфилд, графство Стаффордшир. В колледже он проучился всего год, но не смог продолжить обучение из-за нехватки средств. Он переехал в Лондон, где стал работать преподавателем и писать для «Журнала Джентльмена» (The Gentleman’s Magazine). Среди его ранних работ — биография Ричарда Сэвиджа, «Тщетность желаний» (The Vanity of Human Wishes) и стихи. По своему влиянию на умы современников-англичан Джонсона можно сравнить разве что с Вольтером. Вот несколько интересных фактов из его биографии: 1. Джонсону принадлежит множество цитат, которые мы используем, не задумываясь об их авторстве. Вот только некоторые: Благими намерениями дорога в ад вымощена. Если ваш знакомый полагает, что между добродетелью и пороком нет никакой разницы, после его ухода нелишне пересчитать чайные ложки. Если хочешь любить долго, люби рассудком, а не сердцем. Лучшая проверка нации на цивилизованность — то, как нация заботится о своих неимущих. Некоторые хитрецы выбирают себе жен поглупее, надеясь командовать ими, и всегда ошибаются. От человека, которого невозможно рассмешить, добрых дел ждать не приходится. Патриотизм — последнее прибежище негодяев. Хранить свой секрет — мудро, ждать, что его будут хранить другие, — глупо. Если вы бездельничаете, избегайте одиночества, если одиноки — не бездельничайте. Тот, кто ждет удобного момента, чтобы совершить доброе дело, никогда не сделает ничего хорошего. 2. Современные специалисты полагают, что Сэмюэл страдал синдромом Туретта. Известно, что он стеснялся преподавать из-за странного выражения лица. Сын мелкого торговца, связанный постоянной нехваткой средств с одной стороны и недугом, мешающим нормальному общению и преподавательской деятельности — с другой, он нашёл решение: в 1735 году, 25-летним юношей, он вступил в брак с состоятельной сорокашестилетней вдовой и открыл на её средства собственную школу. Одним из его учеников стал будущий актер Дэвид Гаррик, английский драматург и актер — будущая звезда сцены и знаменитость. Свой брак он называл «полным взаимной любви» и всегда с нежностью вспоминал супругу... особенно в годовщину её смерти. Свою жену Джонсон пережил на 32 года. 3. Сэмюэль Джонсон был алкоголиком, осознавшим зависимость и отказавшимся от спиртного в пользу чая. Фраза Джонсона: «Я могу воздержаться, но не могу соблюдать умеренность» говорит о многом тем, кому знаком подобный феномен. Считая пьянство аморальным, он сделал выбор в пользу чая — и ему случалось выпивать по 40 чашек в день. 4. Он сделал вид, что присвоил авторство чужих стихов, чтобы добиться скандальной известности. На самом деле стихи были его. «Автору выгодно, чтобы его книгу не только хвалили, но и ругали, — ведь слава подобна мячу, который перебрасывают через сетку; чтобы мяч не упал на землю, необходимо бить по нему с обеих сторон» Джонсон знал, о чём говорит — он и сам использовал гнев толпы для «раскрутки личного бренда». Когда в Лондоне поползли слухи о появлении нового талантливого поэта и писателя, он приложил особые усилия, чтобы создать впечатление, что одно из его стихотворений скопировано. Гениальный пиар ход принёс свои плоды — его хвалили, ругали, защищали и осуждали, но главное — о нём говорил весь город. 5. Он делал ставку на остроумие даже в академических трудах. Одна из его самых значительных работ — «Словарь английского языка» (1755) содержит ряд фактических ошибок, но стала революционной в том числе по способу подачи информации. Его стиль можно можно определить как информативный, при этом эксцентричный и даже веселый. Чувство юмора, являющееся отличительной чертой Сэмюэла Джонсона, проявилось и в его лексике. 6. Он встречался с королём. В феврале 1767 года Сэмюэл Джонсон получил личную аудиторию с королем Георгом III. Встреча произошла в личной библиотеке королевы. Отклики от встречи позитивны с обеих сторон. Следует отметить, что в то время возможность лично встретиться с королем была привилегией, доступной лишь избранным. Примечательно, что инициатором выступил сам король. 7. Он всю жизнь боролся с невероятным количеством болезней. Здесь стоит начать рассказ с самого детства писателя. Джонсон болел золотухой и туберкулезом, от чего почти потерял слух и зрение. Мы уже упоминали синдром Туретта и проблемы с алкоголем. В возрасте 75 лет доктор Джонсон болел подагрой, астмой, водянкой и раком. Он понимал, что скоро умрет, но, по свидетельствам современников, до конца дней не утратил остроумия и всегда принимал свою долю с мужеством, присущим сильным личностям. 13 декабря Сэмюэл Джонсон умер в возрасте 75 лет. Он похоронен в Вестминстерском аббатстве.

Уинстон Черчилль и «сухой закон»

В период действия Восемнадцатой поправки к конституции США, которая запрещала производство и продажу любых опьяняющих напитков, алкоголь был под запретом для реализации обычным образом, но по-прежнему рассматривался как лекарство в определенных жизненных условиях по предписанию доктора. Во время визита сэра Уинстона Черчилля в США в 1931-1932 годах британский политик попал под автомобиль и нуждался в лекарствах. Поэтому ему был выписан вот такой «рецепт»: «Этим свидетельствую, что для выздоровления от последствий несчастного случая сэру Уинстону Черчиллю необходимо потреблять крепкий алкоголь, особенно с едой. Количество естественно нефиксировано, но минимальная доза — 250 мл».

13 фактов о сериале «Декстер»

1. Сериал снят по мотивам книги Джеффри Линдсей — «Дремлющий демон Декстера». Он рассказывает о судмедэксперте полиции Майами и по совместительству маньяке Декстере Моргане. Но все его убийства объясняются неким кодексом Гарри, в котором, в частности, говорится, что незаслуженно человека убивать нельзя. Так что Декстер убивает только тех, кто ушел от правосудия. Именно поэтому сериал иногда называют «Правосудие Декстера». 2. Большинство натурных съемок в сериале сделаны в Лонг-Бич. Лонг-Бич — это город в Калифорнии. Как мы знаем Калифорния находится на Западе США, а в фильме действие происходит в Майами, а Майами на Юго-Востоке. Все дело в том, что первые пять серий сняли действительно в Майами, а потом режиссеры из соображений экономии решили, что пойдет и Лонг-Бич и перенесли съемку туда. Русские зрители не замечают разницы, а вот для американцев разница бросается в глаза. 3. Жители домов, рядом с которыми снимали сериал, сейчас себя с гордостью называют «соседями Декстера». 4. В 2008 году Декстер по сути только разгонялся (снимали третий сезон), а Майкл Холл (в сериале Декстер Морган) и Дженифер Карпентер (в сериале Дебра Морган) под Новый год втихаря от всех уехали и поженились. Брат и сестра в фильме стали мужем и женой в реальности. 5. Майкл Холл заболел раком и продолжение съемок сериала оказалось под большим вопросом, но рак был побежден. 6. В начале каждой серии показывают подборку обычных событий в жизни обычного человека, но из-за эффекта макросъемки выглядит это зловеще. Один известный критик даже заявил: «Это единственное, что зрителю надо увидеть, чтобы понять характер Декстера». 7. В интервью создатели одну из серий называют «Худшим днем благодарения, показанным на телевидении». Юмор этой фразы поймут все те, кто регулярно смотрит американские сериалы. 8. Противостояние Декстера и Доакса — одно из самых впечатляющих моментов в первых двух сезонах. Однако в жизни актеры — лучшие друзья. 9. Майкл Холл читал лишь первые две книги о Декстере. Затем в интервью он рассказал о том, что сериал перестали снимать по книгам и решил «самостоятельно раскрывать образ своего героя». Начиная со второго сезона сходство между сериалом и романами цикла «Декстер» практически отсутствует. 10. Для рекламы третьего сезона сериала рекламисты, вместо воды, налили в местные фонтаны бутафорской крови. В промо-кампании были задействованы фонтаны в 14 крупнейших городах США. Особенно эффектно смотрелась кровавая струя фонтана-гейзера в филадельфийском «Парке любви». 11. «Декстер» получил одобрение критиков, выиграл две премии «Эмми» в технических номинациях и послужил причиной для споров из-за своего содержания. Сериал подвергался критике со стороны родительских организаций как излишне жестокий и аморальный. Когда в декабре 2007 представители CBS сообщили, что собираются транслировать «Декстера» на общественном канале, родительская организация «Родительский телевизионный совет» публично выступила с протестом: «Мы официально просим CBS отменить показ первого сезона „Декстера“ на их канале. Этот сериал не подходит для вещания на общественном канале и должен оставаться на платных кабельных каналах. Главной проблемой этого сериала является то, что не исправить монтажом: сериал вынуждает зрителей сопереживать серийному убийце, желать его победы, надеяться, что его не раскроют». 12. В январе 2010 года Майкл Холл, наконец, получил награду Гильдии киноактеров США, а также премию «Золотой глобус» в номинации «лучший актёр в драматическом сериале» за роль Декстера Моргана. Кроме этого, за роль серийного убийцы Троицы (Trinity) в этом же сериале награду «Золотой глобус» как актёр второго плана получил Джон Литгоу. 13. В общей сложности последний эпизод 4-го сезона посмотрело 2,6 миллиона человек. Большей популярности, чем «Декстер», удостаивался только Майк Тайсон в 1999 году.

Дереализация. Жизнь сквозь пелену

Есть клиенты, чья связь с миром, другими людьми и самими собой подобна тонкой нити, котораяможет обрываться при малейшем натяжении. Себя они чувствуют не вполне живыми и/или не вполне воплотившимися в собственной телесности. Они говорят, что на месте их прошлого — при сохранности памяти о произошедшем – эмоциональная пустота. Личная история словно утекает сквозь пальцы, воспринимается как нечто узнанное со стороны, нежели прожитое на собственном опыте. Недавние события скоропостижно блекнут, теряют свои краски, угасают связанные с ними переживания, оставляя за собой лишь призрак, в отношении которого все труднее понять, а мое ли это прошлое, а происходило ли это вообще, возможно, мне это просто приснилось.Такие люди словно не могут ухватиться за то, что произошло вчера, и не могут опереться на собственный опыт. Психика не удерживает опыт жизни в едином и связном нарративе. С клинической точки зрения подобные переживания проявляются как хронические депрессивные состояния с выраженными дереализационными и деперсонализационными жалобами. Это значит, что и собственное "я" и мир вокруг ощущаются словно через мутную пленку, недостижимые и ненастоящие. Все как будто бы немного искусственное, фальшивое. Собственные же чувства словнозаморожены, анестезированы. Описанное состояние переживается как болезненно-чужеродное, тягостное. В наиболее тяжелых случаях возникает так называемое "болезненное психическое бесчувствие": мучительное субъективное ощущение равнодушия. В таких состояниях люди даже стремятся к переживанию боли, потому что субъективно она является более переносимой, чем ощущение самого себя неживым конструктом. Впрочем, настолько остро подобная психическая анестезия проявляется довольно редко; обычно же это стертые, размазанные состояния, которые облегчаются при медикаментозном лечении, но не проходят полностью. Они вроде бы позволяют жить, но не дают соприкоснуться ни с болью, ни с радостью – собственная аффективность изолируется из сферы сознательного опыта. При таких стертых дереализационно-деперсонализационных проявлениях совершенно особым образом складываются отношения со временем. В субъективном восприятии время перестает быть непрерывным потоком, словно бы оно создается не непрерывным движением часовой стрелки, а дискретными цифрами на часах. Опираясь на эту метафору, Sheldom Bach называет состояния непрерывного времени — аналоговым, а дискретное, рассыпающееся ощущение времени — цифровым. Люди, в нормальном аналоговом состоянии, с его слов, переживают непрерывность своей жизни, потому что в любой заданный момент имеют имплицитное чувственное знание, откуда они пришли и куда собираются двигаться (так же как на аналоговых часах можно увидеть тот час, от которого часовая стрелка направляется далее, и час, в сторону которого она движется, ровно как и ее местоположение в настоящий момент). Настоящее словно бы пронизывается прошлым и будущим, связано с ними как пуповиной — ощущением непрерывности собственного опыта. При дискретном, цифровом переживании времени, оно предстает как последовательность разобщенных моментов, каждый из которых словно бы не в силах связаться с последующим и предыдущим, отщеплен от них. Разрывы между этими моментами могут переживаться как брешь, вакуум, своеобразные зависания-застывания, психическая смерть самости. Внешне это может проявляться в как будто бы внезапно и беспричиннопронзающей растерянности, забывчивости и пр., когда словно бы теряется последовательность даже самых простых действий. Подобные бреши и ощущение пустоты пронизывают практически любой психический материал, о котором можно было бы рефлексировать и вербализовать. Он представляется рассыпанными отдельными бусинами опыта, которые невозможно связать в единую нить. Это распадающееся ощущение собственной жизни требует постоянного контроля и сознательных усилий для удержания связности самости. Внутренняя жизнь такого человека пропитана недоверием к собственным переживаниям, их лабильностью и трудностью фокусировки на них. Все это не позволяетопираться на собственный опыт. Порой выпадение в такую брешь переживается словно погасшая жизнь и смертеподобное состояние, анабиоз, кома, обесточенность. Это не просто разрывы в связности, которые возникают от того, что расщепление дробит целостность нарратива личности, фрагментируя его на изолированные куски. Это незаполненные пустоты, пласты аффективного опыта, который никогда не был размещен в отношениях, не был увиден, распознан и освоен и потому — остался невыразимым в принципе, и ощущается либо как враждебные, чужеродные куски "не я", прорывающиеся в виде разнообразной симптоматики наружу (тревога, панические атаки,различные психотические переживания и пр.), либо — не ощутим вовсе, вернее, ощутим лишь как дыра и пустота, и остекленевшее время, увязшее в настоящем и лишенное связи с прошлым и будущим. Стоит отметить, что подобные диссоциированные (и поэтому переживаемые как чужеродные и враждебные) фрагменты самости есть у каждого из нас. Это аффективно заряженные пласты раннего опыта, который никогда не был размещен и освоен в поле отношений с людьми (например, не был распознан и урегулирован родителями, что оставляло младенца наедине с затапливающим аффектом и необходимостью справляться с ним своими собственными ресурсами, которых у него на тот момент было недостаточно). Если эти куски непереваренного опыта незначительны, то психика справляется с тем, чтобы поддерживать переживание цельности, связности и непрерывности самости. При наличии больших разрывов в субъективном опыте, самость оказывается пронизана угрозой распада и психической смерти. Чем масштабнее эти разрывы, тем более уязвим будет человек перед внезапной актуализацией фрагментов диссоциированного аффективного опыта, и тем более мощные деперсонализационные и дереализационные защиты, направленные на снижение общей чувствительности, будут необходимы для того, чтобы обеспечить нормальное функционирование. В наиболее тяжелых случаях это приводит к полному избеганию инициативы, изменений и уничтожению собственного будущего. Человек капсулируется во внутренней крепости, которая защищает его от повторного переживания непереносимых состояний, но одновременно превращается в тюремную клетку, изолирующую его от жизни. Парадоксальным образом, работа этих защит приводит к тому самому переживанию психической смерти, от которого они и призваны защищать. Прорыв диссоциированных фрагментов самости переживается как затапливание непереносимым недифференцированным аффектом, атака неведомых призраков, у которых нет ни имени, ни формы – все это в экстремальных случаях приводит к транзиторным психотическим переживаниям. Либо же, если ресурсау психики больше и/или пласты диссоцированного травматического опыта не столь значительны, то самостьудерживается от переживания распада. Но и в этом случае подобные аффективные вторжениявыдергивают человека из тканиповседневности, из контекста событий вокруг. Динамический фильм прерываетсяувязанием в статическом, навязчиво внедряющемся кадре. Этот кадр на какое-то время подменяет собой фильм, человек застревает в переживаниях, не связанных с актуальным моментом. Такие клиенты нередко сообщают о страхе потери контроля. Перспектива ослабления системы защит вызывает животный ужас и фантазии о схождении с ума, совершении пугающих поступков, потере себя, падении в бездну, распаде на кусочки. Соответственно, такой человек оказывается заключенным между дерелизационно-деперсонализационными защитами (которые призваны через тотальное застывание всех психических процессов сохранить ощущение "я") и прорывами через эти защиты затапливающих аффектов (ставящих под угрозу само существование самости). Ранний травматический опыт бывает настолько непереносим, что не может быть удержан в рамках связного, цельного и непрерывного переживания самости. В таких случаях диссоциация является единственным средством сохранить себя в невыносимых условиях. В дальнейшем психика человека делает все возможное, чтобы не помнить этой непереносимой боли, но эта боль помнит его. Она прорывается беспокоящими сквозняками, отголосками пугающего опыта. Из-за того, что психика однажды решила "забыть" про то, о чем невозможно помнить, подобные сквозняки остаются лишь непонятными беспокоящими симптомами, не имеющими ни имени, ни истории. Это пугающее неопределенное нечто является зовом древней и позабытой, "детской", части самости, которая ищет выхода на свет, жаждет получить голос. Внутри есть что-то, что хочет быть прожитым. Но пережить это невозможно. Текущая психическая организация таких людей не способна впустить в себя этот опыт, переварить и ассимилировать его. Более того, структура их личности формировалась с целью НЕ переживать этот опыт. Человек вынужден прятать себя от себя. Делать части себя не-собой, лишать их существования, анестезировать пласты своего "я". Таким образом, внутри разворачивается тот же процесс, который когда-то происходил в ранних отношениях с родителем. То, что когда-то было не распознано значимыми другими, не может прорваться в существование во внутрипсихическом пространстве. "Внешнее" выживание в невыносимых условиях преобразуется во "внутреннюю" оккупацию психики невидимыми врагами. Травма образует замкнутый круг, в котором повторяет сама себя. Для работы с этими состояниями необходимо, чтобы терапевт сумел увидеть то, что когда-то не было увидено, что существует в заточенном и захороненном виде. В виде симптома, отрезанного от личности, лишенного связи с "я". А затем предоставить клиенту возможность интегрировать эти переживания. Это становится возможным, когда терапевту совместно с клиентом удается создать пространство, которое станет для диссоциированных аспектов самости тем отношенческим домом, которого у них никогда не было, а клиент, опираясь на это, позволит выплыть на поверхность психики невыносимым переживаниям, выпустить их из заключения. Этот путь может занять долгие годы, а порой и десятилетия. Время нужно на постепенное наращивание внутрипсихического ресурса и контейнирующих емкостей терапевтических отношений, чтобы клиент мог позволить этому раскрытию произойти и суметь его выдержать. Субъективно это может восприниматься как шаг в смерть, через которую надо пройти, чтобы суметь родиться заново. Голланд Этель, Левчук Александр