Откуда берутся катышки в пупке?

Оказывается, катышки в пупке представляют собой смесь ворсинок ткани, грязи, отмерших клеток кожи и бактерий. Мерзко, не так ли? Мы знаем об этом, потому что некоторые ученые взяли на себя не очень приятную работу по разбору этого мусора, который скапливается в пупке человека. В процессе работы они обнаружили ряд интересных фактов. Во-первых, пупочные катышки встречаются в основном у мужчин. Это связано с тем, что волосы на животе, которых у мужчин гораздо больше, имеют тенденцию цепляться за волокна одежды. А поскольку волосы обычно растут вокруг пупка, движения тела и трение приводят к тому, что ворсинки от одежды продвигаются к пупку, как вода по кругу в канализации, и оседают там. Взяв образцы катышков у 200 человек, австрийские ученые обнаружили, что волосатые мужчины среднего возраста наиболее активно накапливают катышки в пупке. У мужчин с меньшим количеством волос на животе вероятность появления катышков была ниже, как и у тех, кто брил живот. Интересно, что мужчины с количеством волос на животе, сильно превышающим норму, также менее активно накапливали катышки в пупке. Похоже, что умеренная волосатость живота или чуть выше средней создает идеальную среду для накопления катышков. Кстати, ученые также обнаружили, что больше всего катышков образуется во время носки новых хлопчатобумажных рубашек и футболок, в то время как ношеные вещи производят меньше катышков. И, по очевидным причинам, у людей с «впалым» пупком больше катышков, чем у тех, у кого он «выпуклый». Независимо от того, большие катышки у вас в пупке или маленькие, вы можете быть уверены, что они в целом безвредны. И это несмотря на 2368 штаммов бактерий, которые живут в пупке. Более того, исследователи из Университета штата Северная Каролина обнаружили, что 1458 штаммов бактерий в пупке человека являются неопределенными, потенциально новыми видами. Возможно, одна из причин того, что в пупке обитает так много микробов, а также ворсинок, заключается в том, что люди обычно не обращают на него внимания во время принятия душа. Поэтому, если вы не хотите, чтобы на вашем теле вырос научный эксперимент, время от времени протирайте пупок мочалкой. Как избавиться от катышков? Если вы боитесь, что один только душ не поможет, не расстраивайтесь, ведь есть и другие способы избавиться от катышков. В зависимости от того, какие ткани вы любите носить, у вас есть несколько вариантов. Если вы предпочитаете хлопок, не забудьте несколько раз постирать новые вещи перед ноской. Если вы не хотите заниматься этим, то рекомендуется сделать выбор в пользу синтетической одежды или хотя бы той, что содержит синтетику (т.е. нейлон и полиэстер), так как они меньше линяют. Помимо одежды вы можете заняться удалением волос, чтобы устранить корень проблемы. Бритье и эпиляция воском области живота могут помочь, но только до тех пор, пока волосы не начнут отрастать снова. Однако всегда остается вариант лазерной эпиляции, если вы серьезно настроены радикально решить проблему.

Как кетамин помогает бороться с депрессией?

Какие факторы определяют то, во что мы верим относительно нашего мира, нас самих, нашего прошлого и нашего будущего? Когнитивная нейронаука предполагает, что наши убеждения зависят от активности мозга, в частности от того, как наш мозг обрабатывает сенсорную информацию, чтобы придать смысл окружающей среде. Эти убеждения (определяемые как оценки вероятности) играют центральную роль в прогностической функции нашего мозга, которая позволяет ему предсказывать вероятностную структуру окружающего нас мира. Эти предсказания могут даже быть фундаментальными строительными блоками психических состояний, таких как восприятие и эмоции. Многие психические расстройства, такие как депрессия и шизофрения, характеризуются неправильными убеждениями, происхождение которых мы до сих пор не до конца понимаем. Но если мы сможем определить мозговые системы, управляющие ими, мы сможем воздействовать именно на эти области в попытке облегчить боль, связанную с этими заболеваниями. Расшифровка механизмов убеждения в психиатрии Это один из выводов исследования, недавно опубликованного в журнале JAMA Psychiatry. В этом исследовании команда ученых рассматривала, как диссоциативный психотроп кетамин влияет на механизмы обновления убеждений (т.е. на то, как мы меняем наши убеждения после получения информации) у пациентов с устойчивой к лечению депрессией. В то время как традиционным антидепрессантам требуются недели, чтобы показать какие-либо результаты, кетамин — молекула-антагонист, воздействующая на рецепторы NMDA (N-метил-D-аспартат) — оказывает антидепрессивное действие в течение нескольких часов. При введении он также вызывает диссоциативный опыт деперсонализации, обычно связанный с ощущением выхода из тела (известный как «аутоскопия»). Учитывая, что быстрое действие кетамина и неожиданные диссоциативные эффекты делают его потенциально выгодным вариантом лечения психических расстройств, нам предстоит распутать эту загадку на стыке фармакологии и нейронауки. Когнитивно-аффективные предубеждения при депрессии По данным ВОЗ, депрессией страдают около 280 миллионов человек в мире, а 700000 человек ежегодно умирают от самоубийства. Одним из наиболее специфических симптомов депрессии являются депрессивные убеждения (например, пессимизм, самоуничижение, отвержение и чувство неудачи), которые описываются как «конгруэнтные настроению» убеждения, когда их содержание соответствует аффективному состоянию субъекта. Влияя на восприятие и действия пациента, эти убеждения играют важную роль в возникновении феномена негативного аутоподкрепления. Например, убеждение, что нас отвергли сверстники, постепенно делает нас более замкнутыми, что, в свою очередь, усиливает чувство собственной никчемности. Как только эта петля обратной связи замыкается, становится трудно не скатиться вниз по спирали. Начиная с новаторских исследований психиатра Аарона Бека, многие ученые предполагали, что способы кодирования информации в сетях убеждений в зависимости от их валентности (т.е. позитивного или негативного характера) могут быть связаны с возникновением депрессивных убеждений. Это инновационное исследование показало, что наш мозг охотнее кодирует позитивную информацию. Известное как «аффективная предвзятость», это явление отвечает за формирование убеждений, которые более позитивны, чем реальность. Например, мы склонны считать себя более умными, более привлекательными, лучшими водителями или лучшими любовниками по сравнению с тем, что показывает статистическая реальность. Однако при депрессии это предубеждение исчезает или меняется на противоположное: пациенты воспринимают больше информации с негативной оценкой, что постепенно порождает более мрачные убеждения о мире, себе или будущем. Этот феномен перевернутого аффективного предубеждения вполне может стать ключом к пониманию истоков депрессивных убеждений. Как кетамин действует на системы убеждений В ходе исследования, получая кетамин в качестве антидепрессанта, пациенты с устойчивой к лечению депрессией сообщали о странном ощущении, когда их взгляды на мир изменились, почти как будто изменилась сама точка зрения. Негативные убеждения, которые они вынашивали в течение нескольких месяцев, казалось, исчезли. Некоторые пациенты даже выражали ощущение чужеродности, как будто их мысли принадлежали кому-то другому. Что еще более интригующе — эти изменения, по-видимому, были результатом антидепрессивного действия препарата, хотя причинно-следственная связь до сих пор не ясна. В свете рассказов пациентов напрашивается вывод, что кетамин повлиял на механизмы обновления убеждений в мозге. Пытаясь понять этот феномен, ученые провели эксперимент, целью которого было оценить влияние кетамина на то, как мы генерируем убеждения, используя экспериментальную задачу до и после лечения и вычислительное моделирование. Перед введением кетамина пациентов и здоровых людей попросили оценить вероятность того, что в будущем они испытают 40 различных негативных событий (например, их укусит собака или они попадут в автомобильную аварию). После информирования о фактических рисках возникновения этих событий в общей популяции обе группы снова попросили оценить вероятность того, что эти события произойдут в их жизни. Результаты показали, что здоровые испытуемые приняли во внимание новые позитивные факты, чтобы обновить свои убеждения, в то время как депрессивные испытуемые этого не сделали. Однако ситуация изменилась уже через четыре часа после приема первой дозы кетамина: пациенты стали гораздо менее чувствительны к негативной информации и восстановили способность обновлять свои убеждения. Это означало, что у пациентов с устойчивой к лечению депрессией восстановилась позитивная аффективная предвзятость. Тем более удивительно, что этот эффект был напрямую связан с уменьшением симптомов депрессии через неделю, что говорит о том, что эти когнитивные изменения могут происходить даже до клинического улучшения. Направления будущих исследований Молекулы кетамина присоединяются к нейронным рецепторам NMDA, которые играют важную роль в пластичности мозга и предиктивной обработке информации. Для понимания процессов в мозге, связанных с этими изменениями, необходимы дальнейшие исследования, но многие факты указывают на участие NMDA-рецепторов. Эти рецепторы нейронов способствуют балансу возбуждения и торможения в мозге и, по-видимому, играют важную роль в предиктивной обработке информации и пластичности мозга. Прямое действие кетамина на активность этих рецепторов может представлять собой прямой фармакологический путь, регулирующий механизмы прогнозирования, что объясняет быстро наступающий антидепрессивный эффект препарата и его диссоциативные свойства. Контролируя то, как мозг использует сенсорные блоки для создания убеждений, кетамин может помочь изменить механизмы, лежащие в основе депрессивных симптомов. Эти гипотезы открывают множество перспектив для разработки методов лечения, направленных на обработку информации в мозге, или для сочетания этих молекул с расширенной психотерапией — протоколами, направленными именно на системы убеждений. Эта цель лежит в основе дебатов в так называемой психоделической медицине, особенно в лечении с использованием псилоцибина, галлюциногенной молекулы, которая также оказывает быстрый антидепрессивный эффект. Могут ли эти исследования помочь объединить фармакологические и психотерапевтические подходы в психиатрии? По материалам статьи «How does ketamine help fight depressive beliefs?» The Conversation

Странные и нелепые штрафы разных стран мира

Как говорил великий Федор Тютчев: «Умом Россию не понять…» По всей видимости, поэт был не в курсе странных законов других стран мира, которые русскому человеку тоже кажутся непонятными и нелепыми. Про них мы сегодня и поговорим, а точнее — про штрафы, которые выписывают за неисполнение этих законов. США «Тук-тук-тук! А не бордель ли у вас здесь часом?» Такой вопрос, а вместе с ним и штраф, вы можете получить от полицейского, если в вашем доме проживает более шестнадцати женщин. Речь о штате Пенсильвания. А в Сент-Луисе нельзя на улице пить пиво из ведра. Раньше пенное в этом штате продавалось в ведрах, и многие успевали употребить напиток, не доходя до дома, что приводило к публичному пьянству. Бельгия Бедные бельгийские дети! Их страна отняла у них детство, т.к. в ней действует закон, запрещающий кидаться снегом. В один прекрасный момент (если быть точнее, то случилось это в 2013 году) власти Бельгии сели, посовещались и пришли к выводу, что игра в снежки травмоопасна. Если вы так не считаете и запустите снегом в другого человека, то получите штраф 100 евро от бдительного полицейского. Италия В этой прекрасной жаркой туристической стране нельзя кормить… Как думаете, кого? Голубей! Как думаете, почему? Догадаться несложно, хотя закон от этого не выглядит менее нелепым. Голуби «метят» памятники архитектуры, что портит их красоту. Желающих все же покормить голубей ждет штраф 500 евро. А желающим искупаться в римских фонтанах придется заплатить штраф 450 евро. Турция В Турции нельзя портить местные деньги, т.к. это считается оскорблением национальных символов и руководства. Если вам нужно будет что-то записать или высморкаться, а рядом ничего не окажется, кроме турецких купюр, то наш вам совет: тренируйте память и сморкайтесь в руки, потом помоете. Иначе за нарушение закона о порче денег вам грозит штраф, депортация или даже арест. Кстати, насчет высморкаться мы не выдумали — прецедент уже был. Объединенные Арабские Эмираты В Эмиратах нужно быть поаккуратнее с метро, потому что там все не так просто, как у нас. В дубайской подземке, куда не спускалась нога шейхов, разъезжают три типа вагонов: обычный, женский и «золотой». В первом может спокойно ездить кто угодно. Во втором — женщины и дети до 12 лет. А в третьем — те, кто готовы раскошелиться за огромные кожаные сиденья и отсутствие толпы людей. Билет в «золотой» вагон стоит вдвое дороже обычного. Если же вы мужчина и решили поехать в женском вагоне или прокатиться бесплатно в золотом (неважно, мужчина или женщина), то платите штраф 100 дирхамов. Столько же придется отдать, если в метро вы будете есть, пить, жевать жвачку или сидеть на местах для инвалидов и беременных женщин. Вот еще несколько штрафов из дубайского метро: • «сладкий младенческий» сон на станциях — 300 дирхамов; • провоз алкоголя (даже если бутылка закрыта и спрятана в недрах вашего рюкзака или сумки) — 500 дирхамов; • баловство с аварийными кнопками (даже если случайно) — 2000 дирхамов. Испания Удивительная страна, в которой вас могут оштрафовать на 80 евро за медленную езду! Чтобы такого не произошло, внимательно изучайте скоростные ограничения. А еще не вздумайте свешивать руку из окна автомобиля — за это тоже полагается штраф в размере 80 евро. Египет Любите кормить рыбок в Красном море? Любите и штраф платить! Нельзя кормить красноморских обитателей, т.к. это вредно для рыб и кораллов, а кроме того может приманить на пляж хищников. Если турист все же покормил рыбок, то на отель, на чьем пляже совершили правонарушение, наложат штраф в солидном размере — 50000 долларов. Отель в свою очередь взыщет часть этой суммы с провинившегося туриста. Кроме этого причудливого закона в Египте есть еще один: запрещается повреждать и вывозить морских ежей, раковины и кораллы. За любое из перечисленных злодеяний получите штраф 1000 долларов. Таиланд Во-первых, не ешьте дуриан в отеле. У этого фрукта отвратительный запах, поэтому его запрещают приносить на территорию гостиниц. Штраф — около 120 долларов. Во-вторых, если вдруг захочется увезти домой землицы таиландской, то знайте — это запрещено законом. Земля принадлежит королю, а желание увезти даже ее горсточку расценивается как воровство. В-третьих, не кормите мартышек на острове Ко Чанг. Они из-за этого начинают сильно наглеть — не получая лакомство от туристов, нервничают. А нервная мартышка — это агрессивное и воинственное животное, которое нападает на ближайшие продуктовые магазинчики, что не нравится их владельцам. Сингапур В Сингапуре приветствуют воспитанных людей, а вот невоспитанных — наказывают штрафами. Если вы не соблюдаете очередь, например, в музей, магазин, больницу или на общественный транспорт, то будьте готовы заплатить штраф 500 долларов. Кроме того, в Сингапур нельзя ввозить жвачку! За это вас могут посадить в тюрьму на пять лет, особенно, если резинка окажется фруктовой. Шутка. Посадить вас, конечно, не посадят, но оштрафовать на 10000 долларов могут (вкус жвачки не имеет значения). Также вас оштрафуют, если купленную в местном супермаркете, а затем пожеванную жвачку вы выплюнете или приклеите к какой-нибудь приглянувшейся поверхности. Вы тоже сейчас вспомнили парты в своей школе? Забудьте как страшный сон и отправляйтесь в Сингапур за новыми впечатлениями!

Люди сильнее привязываются к девайсам с приписанным гендером

Когда разработчики наделяют технологии гендерными характеристиками, например, дают женские или мужские имена продуктам, люди склонны больше их очеловечивать. Это выяснили американские ученые, опросив людей об их восприятии девайсов и отношении к ним. А очеловечивание влечет за собой привязанность — и люди сильнее привязываются к таким девайсам, чем к их гендерно-нейтральным аналогам. Результаты исследования опубликованы в Journal of Experimental Social Psychology. Производители технологий часто используют гендер в своих продуктах. Так, скоро число установленных голосовых помощников сравняется с населением Земли. При этом более 90% из них имеют женоподобные голоса. Это может быть связано с тем, что люди ассоциируют с женщинами такие гендерные стереотипы, как услужливость или почтительность. А когда создатели присваивают объекту гендер, в глазах пользователей продукт приобретает некоторые черты и роли, которые пользователь связывает с определенным полом. Антропоморфный продукт вызывает больший отклик у потребителей, ему охотнее доверяют и лучше покупают. Однако до сих пор неизвестно, насколько пользователи привязываются к технологии в зависимости от ее гендера. Это решили проверить Эшли Мартин из Стэнфордского университета и Малия Мэйсон из Колумбийского университета. Для начала они изучили отзывы о роботах-пылесосах на Amazon и проверили, какой язык люди используют для описания гаджетов. Оказалось, что владельцы пылесосов, которые приписывали гендер своим устройствам и называли их «он/она», чаще использовали язык, указывающий на привязанность. После этого ученые провели четыре исследования, где выясняли, влияет ли гендер технологии на ее очеловечивание и привязанность хозяина к ней. Всего они изучили данные 1013 участников, средний возраст которых был 36 лет, а почти половину из них составляли женщины. Первые два исследования включали действующих и потенциальных владельцев роботов-пылесосов. Сначала их просили оценить, насколько для них верны такие утверждения, как, например, «Мне нравится мой пылесос» или «Я чувствую связь с этим продуктом». На основании этого ученые рассчитывали силу привязанности к пылесосу. Кроме того, участников испытания просили оценить уровень человечности своего гаджета — по шкале от 0 до 100. Оказалось, что те владельцы, которые приписывали гендер своему пылесосу, оценивали его как более человечный и испытывали к нему большую привязанность (p < 0,001). Потенциальных владельцев исследователи попросили описать, с какими человеческими качествами у них ассоциируется пылесос на картинке, описать его характеристики, а потом рассказать, насколько они готовы его купить и как сильно могли бы к нему привязаться. Ученые нашли значительную связь между гендером технологии и тем, как люди оценивали его антропоморфность, свою к нему привязанность и намерение купить аппарат. В третьем исследовании ученые оценивали силу привязанности людей к голосовому помощнику. Сначала испытуемые должны были несколькими предложениями описать помощника с женским, мужским или гендерно-нейтральным голосом и представить, каким будет продукт и как он будет себя вести. В итоге «женские» и «мужские» помощники набрали больше баллов по шкале очеловечивания, чем гендерно-нейтральные (в среднем 63,2, 64,8 и 42,2 балла из 100 соответственно, p < 0,001). А оценивая свою привязанность от 1 до 7, участники отмечали меньшую связь с гендерно-нейтральным голосовым ассистентом по сравнению с «мужским» или «женским» (в среднем 3,9, 4,5 и 4,6 балла соответственно). Также испытуемые значительно реже были готовы купить гендерно-нейтрального ассистента. В заключительном исследовании участникам представили разные варианты описания беспилотного автомобиля «Miuu» с использованием местоимений «он», «она» или без указания на гендер. Участникам предложили поразмышлять о том, каково было бы владеть этим автомобилем, а затем оценить его человечность, узнаваемость и стереотипные гендерные черты (например, уверенный в себе или женственный) и свою привязанность к нему. В другой версии этого исследования ученые использовали имена «Miuu», «Jasper» и «Iris» для обозначения гендерной принадлежности. Как и в предыдущих исследованиях, участники сочли «женский» и «мужской» автомобили более человечными по сравнению с гендерно-нейтральным. Кроме того, ученые отметили влияние пола на проявление гендерных стереотипов. Мужские черты участники чаще приписывали автомобилям-«мужчинам», а женские — машинам-«женщинам». Правда, участники отдали «мужским» машинам немного больше «женских» черт, чем гендерно-нейтральным. Кроме того, к последним участники вновь были менее привязаны. Исследователи заключили (и проверили это статистически), что приписанный гендер усиливает очеловечивание продукта — а это помогает к нему привязаться, поскольку к человеку привязываться проще, чем к машине. В то же время, приписывание гендера подкрепляет гендерные стереотипы. Но этот эффект может не распространяться на другие культуры — авторы работы отмечают, что в исследовании принимали участие только американцы. Кроме того, не очень понятно, влияет ли гендер девайса на другие характеристики поведения хозяев — например, доверие к технологии и готовность за нее платить. Исследователи пишут, что в их работе эти параметры меньше зависели от приписанного гендера — а значит, их нужно будет изучить отдельно. Ранее ученые выяснили, что гендер робота не влияет на готовность людей доверить ему какую-то задачу, даже если в обществе эта работа ассоциируется с определенным гендером.

Как развлекались зимой на Руси

Зима — самое веселое и волшебное время года. Многие нынешние зимние развлечения существуют уже не одно столетие и берут свое начало еще из Древней Руси. Как же развлекались и отдыхали зимой наши предки? Колядование Колядование — это древний славянский обряд, обычно проводившийся в Святки (праздничные дни после Рождества и до крещенского Сочельника). В Древней Руси посвящены они были языческому богу Коляде, покровителю земледелия. День Коляды приходился на зимнее солнцестояние, после которого дни становились длиннее, а ночи короче. Считалось, что пение колядок в этот день задабривает Коляду, который пошлет за это щедрый урожай и достаток в доме. После Крещения Руси Церковь пыталась запретить этот языческий обычай, но он слишком сильно укоренился в народе. К тому же, спустя какое-то время Колядки приняли более религиозный характер: иногда колядующие пели песни с Вифлеемской звездой в руках, которая считалась символом Рождества. В чем же состояла суть обряда? Колядующие наряжались в костюмы животных или нечисти и обходили дворы, пели песни хозяевам дома с пожеланием удачи и добра. Хозяева в ответ благодарили колядующих сладостями, пирогами, орехами, а иногда и деньгами. Если угощение выносили во двор, то колядовщики принимали дар и шли к другому дому. Если же хозяева приглашали колядовщиков в дом, те пели колядку каждому из домочадцев. «Воробушек летит, Хвостиком вертит, А вы, люди, знайте, Столы застилайте, Гостей принимайте, Рождество встречайте!» — пели колядующие. Иногда колядки принимали именной характер, например: «Коляда-моляда Прикатила молода! Мы нашли коляду Во Мироновом (или любом другом) двору. Эй, дядька Мирон, Выноси добро во двор. Как на улице мороз Подмораживает нос, Не велит долго стоять, Велит скоро подать Или тепленький пирог, Или маслица, творог, Или денюжку копьем (то есть, копейками), Или рубль серебром!» Приход колядующих был честью для хозяев. Они открывали двери и ворота и принимали гостей. В рождественскую ночь дверь и вовсе оставляли открытой настежь и звали к праздничному столу любого прохожего. Считалось, что в его образе может явиться сам Христос. Кулачные бои Кулачные бои были излюбленным развлечением на Руси, несмотря на то, что они могли закончиться смертью проигравшего. Церковь пыталась отговорить мужчин от драки без необходимости, ведь убийство было грехом, а погибших в таком бою даже запрещали отпевать. Но многих даже это не останавливало. Драться нужно было или до серьезного увечья, или до победы. Однако это нельзя назвать боями без правил, некоторые предписания все же существовали. Так, в драке не могли принять участие дети, а юношам нельзя было драться со взрослыми мужчинами. Также нельзя было бить упавшего на землю (отсюда и пошло выражение «лежачего не бьют»). Гадания «Раз в крещенский вечерок Девушки гадали: За ворота башмачок, Сняв с ноги, бросали; Снег пололи; под окном Слушали; кормили Счетным курицу зерном; Ярый воск топили; В чашу с чистою водой Клали перстень золотой, Серьги изумрудны…» Так описывал девичьи гадания поэт В. Жуковский в поэме «Светлана». В то время как мужчины развлекались, размахивая кулаками, главным развлечением девушек на Рождество были гадания. Гадали чаще всего на свечах: лили в чашу с водой капельки воска, и то, какой формы они получались, говорило о многом. Например, капля в виде яблока была предвестником благополучия и здоровья; в форме яйца — предупреждала об опасности и скорой беде; если было несколько маленьких капель, считалось, что это к деньгам. Часто гадали на жениха: при свечах вглядывались в зеркала, в которых должен был возникнуть образ суженого. Также популярным было гадание с помощью сапога: девушки выкидывали его через ворота своего дома. В той стороне, в которую указывал мысок сапога, и жил будущий жених. Если же сапог лежал мыском к дому девушки, считалось, что в этом году она не выйдет замуж. Катания на санях, лыжах и коньках Катания на санях были излюбленным развлечением многих людей. Сани и лошади в честь праздника украшались лентами, колокольчиками и бантами. Катание обычно сопровождалось громкими песнями под гармонь, шутками и смехом. Не менее популярным было и катание на лыжах. Лыжи были достаточно распространенным средством передвижения зимой в тех местах, где дороги не были проложены. На Рождество устраивались настоящие лыжные соревнования. Катание на коньках считалось детским развлечением. Коньки были у царя Алексея Михайловича, второго правителя из династии Романовых. Мальчику подарили их, когда ему было 9 лет. Коньки затем были и у его сына, Петра I. В каком-то смысле именно Петр I ввел моду на катание на коньках для взрослых. Уже через столетие многие петербуржцы катались по замерзшим каналам Невы. Что интересно, коньки получили свое название из-за того, что на их деревянном основании часто вырезали голову коня (символ скорости и силы). А вот слово «сани» возникло от древнеславянского «сань», что значит «змея». И действительно, след от саней напоминает змеиный. Рукоделие Долгими зимними вечерами наши предки часто занимались рукоделием и изготовлением предметов домашнего быта. Из дерева выстругивали прялки, лавки, изогнутые полозья для саней, посуду, игрушки и даже украшения. Женщины ткали и пряли. Многие изделия затем продавали на зимних ярмарках. Конечно, это не было прямым развлечением, а скорее трудом, но все-таки трудом творческим. Тем более, что он практически всегда сопровождался пением песен, различными заговорами и рассказами сказок и поверий. Пивоварение Зимой на Руси традиционно варили пиво и квас. Еще с осени по всей деревне собирали самое качественное зерно ржи. Его обмалывали, а затем до зимы проращивали. В начале декабря начинали варку пива. Занимались ей только самые опытные и ответственные, ведь термометров в те времена не было, но при этом требовалось поддерживать одинаковую температуру на открытом огне, чтобы варка проходила равномерно. Не справившегося с этой задачей даже могли побить. К празднику Николы зимнего, а иногда и к Рождеству напиток дозревал окончательно. Именно тогда его и пили. Народные игры Многие из уличных игр, в которые играют современные дети, были популярны еще тысячу лет назад. Древней игрой, например, является игра «Царь горы». Ее суть в том, чтобы как можно быстрее достигнуть пика снежной горки и при этом не дать другим участникам занять это место. Популярным было и шутливое взятие снежной крепости. Оборонялись в ней, как правило, девушки, а парни пытались захватить городок. В этом варианте игры первый пробравшийся в крепость имел право перецеловать всех ее защитниц, если, конечно, успевал их догнать. Но существовала и версия игры, максимально приближенная к настоящему бою. В такой участвовали только мужчины. Крепость строили по всем правилам фортификации, а нападали на нее всадники на лошадях. Существовала еще одна интересная забава — «Ледяной столб». На высокий и гладкий столб крепили приз, а затем столб обливали водой. На морозе она замерзала, и только самый сильный и ловкий мог взобраться по скользкому столбу до верхушки. Он и забирал приз, — часто им были сапоги, кафтан или рукавицы. Популярной у детей была игра в «клюшки» — это прародитель современного хоккея. Игра проходила на льду. Участники на коньках деревянными клюшками должны были загнать импровизированный мяч в ледяную лунку. Такими были зимние развлечения наших предков. Они находили время и для полезного труда, и для легкой песни, и для интересной игры. И, может быть, именно поэтому зима была и остается порой веселья и праздника.

Как рост человека менялся с течением времени

Генетика частично влияет на рост, но есть и другие важные факторы. Средний рост может свидетельствовать о здоровье людей в обществе, поскольку такие вещи, как детские болезни и плохое питание матери во время беременности и грудного вскармливания, могут замедлить рост человека. Сервис GigaCalculator изучил данные о тенденциях роста людей, полученные в рамках сотрудничества с онлайн-сообществом ученых NCD-RisC, чтобы выяснить, как менялся средний рост человека во всем мире с течением времени. NCD-RisC собирает данные о росте в партнерстве со ВОЗ, Имперским колледжем в Лондоне и с помощью массовых опросов населения. Высокий рост связан с продолжительностью жизни, более высоким уровнем дохода и образования, а также у высоких людей, как правило, ниже риск сердечных заболеваний и инсульта. Однако высокий рост также связан с повышенным риском возникновения определенных видов рака. В некоторых странах, таких как США и Великобритания, за последние несколько десятилетий средний рост населения выровнялся — США довольно быстро опустились в мировом рейтинге среднего роста с третьего места для мужчин и четвертого для женщин в 1914 г. до 37-го и 42-го мест сегодня. В других странах, например, в Латинской Америке и Восточной Азии, средний рост населения увеличился. В странах Африки и Ближнего Востока наблюдается снижение среднего роста. Различия в среднем росте, с учетом усугубления проблемы ожирения, поднимают очевидный вопрос по поводу общественного здоровья, согласно исследованию 2016 г., посвященному тенденциям изменения роста людей. Средний рост ранних людей составлял 1,52 метра Неандертальцы, наши ближайшие родственники, жили в Европе и Азии примерно 40000-130000 лет назад, хотя свидетельства их существования датируются более чем 400000 лет назад. Судя по тому, что археологам удалось выяснить в ходе исторических исследований, средний рост мужчин составлял 1,7 м, в то время как женщины были невысокими, в среднем 1,5 м. Рост и вес не всегда увеличивались вместе. Ранние неандертальцы, как правило, были выше поздних, но их вес оставался неизменным. Короткие, коренастые тела давали им преимущество в холодном климате. Короткие кости голеней и рук, возможно, также давали преимущество в охоте. Средний рост в мире увеличивался до 1980-х гг. Ученые проанализировали динамику роста людей в разных частях света за последнее столетие и обнаружили, что рост не увеличивался линейно. За последние 30 лет рост в западных странах с высоким уровнем дохода практически не изменился. Ученые также наблюдали эту тенденцию среди элитных спортсменов. В 1950-х и 60-х гг. рост спортсменов перестал увеличиваться, особенно в тех видах спорта, где намеренно отбираются высокие игроки, например, в баскетболе. Рост часто является показателем хорошего здоровья Когда ученые проанализировали данные исследования Cebu Longitudinal Health and Nutrition Study на Филиппинах, они обнаружили, что здоровое питание с большим разнообразием продуктов связано с увеличением роста мальчиков. Каждые дополнительные 100 калорий, потребляемые ежедневно, приводили к значительному увеличению роста у мальчиков и чуть меньшему, но все же значительному, у девочек. Однако с возрастом влияние калорийности питания уменьшалось. А каждые дополнительные 100 калорий приводили к увеличению роста у детей и подростков с низким социально-экономическим статусом, но не с высоким. Одним из наиболее влияющих на рост человека факторов является количество белка, кальция и витамина D, которые человек получает в детстве, в период активного развития. Прогнозируемый рост численности населения планеты также может привести к многократному увеличению спроса на белок животного происхождения к 2050 г. Общее потребление белка варьируется в зависимости от места проживания, что делает дефицит продовольствия фактором, влияющим на рост и вес. Рост людей в США стремительно увеличивался в первой половине XX в. Средний рост человека в таких странах, как США, Великобритания и Япония, за последние несколько десятилетий выровнялся на уровне 1,8 м. Однако в странах Латинской Америки рост все еще увеличивается. Это, вероятно, является результатом улучшения питания и здоровья матерей и повышения доступа к медицинскому обслуживанию. Полученные данные позволяют предположить, что рост человека при благоприятных условиях, возможно, достиг предела. В ряде исследований изучалась связь между ростом и индексом массы тела (ИМТ) с социально-экономическим статусом. Анализ данных из Биобанка Великобритании, опубликованный в 2016 г., показал, что более низкий социально-экономический статус коррелирует с более низким ростом и более высоким ИМТ, однако стоит отметить, что данные по мужскому и женскому полу разнятся. Низкий рост и низкий социально-экономический статус оказались сильнее связаны у мужчин, в то время как связь между высоким ИМТ и низким социально-экономическим статусом была более ярко выражена у женщин. Эти результаты свидетельствуют о том, что более высокие люди, особенно мужчины, отличаются высоким уровнем образования и дохода. Однако низкий уровень дохода тесно связан с избыточным весом — особенно это касается женщин. По материалам статьи «How Human Height Has Changed Over Time» How Stuff Works

Что почитать: советует Владимир Набоков

Владимир Набоков был не только известным писателем и поэтом, но и литературоведом. Сначала он давал уроки английского, французского языка и стихосложения в Берлине, затем читал лекции по русской и мировой литературе в США. Писатель не стеснялся резко высказывать свое мнение, хвалить и ругать произведения мировой классики и в собственных лекциях, и в интервью. Набоков говорил, что книги нужно любить не за идеи, а за мастерство их авторов: «Настоящий читатель не интересуется большими идеями: его интересуют частности. Ему нравится книга не потому, что она помогает ему обрести «связь с обществом» (если прибегнуть к чудовищному штампу критиков прогрессивной школы), а потому, что он впитывает и воспринимает каждую деталь текста, восхищается тем, чем хотел поразить его автор, сияет от изумительных образов, созданных сочинителем, магом, кудесником, художником. Воистину лучший герой, которого создает великий художник, — это его читатель». Джеймс Джойс. «Улисс» «Улисс» — превосходное, долговременное сооружение, но он слегка переоценен теми критиками, что больше заняты идеями, обобщениями и биографической стороной дела, чем самим произведением искусства. Я должен особо предостеречь вас от соблазна видеть в беспорядочных блужданиях и мелких приключениях Леопольда Блума летним дублинским днем прямую пародию на «Одиссею»… <…> Все искусство до некоторой степени символично, но мы кричим: «Держи вора!» — критику, который сознательно превращает тонкий символ художника в сухую аллегорию педанта, тысячу и одну ночь в собрание храмовников». Франц Кафка. «Превращение» «Франц Кафка… …величайший немецкий писатель нашего времени. В сравнении с ним такие поэты, как Рильке, и такие романисты, как Томас Манн, — карлики или гипсовые святые. <…> Его самый замечательный рассказ «Превращение» — по-немецки «Die Verwandlung» — написан был осенью 1912 года и опубликован в октябре 1915-го в Лейпциге. <…> Обратите внимание на стиль Кафки. Ясность его речи, точная и строгая интонация разительно контрастируют с кошмарным содержанием рассказа. Его резкое, черно-белое письмо не украшено никакими поэтическими метафорами. Прозрачность его языка подчеркивает сумрачное богатство его фантазии. Контраст и единство, стиль и содержание, манера и материал слиты в нерасторжимое целое». Сэмюэл Беккет. Трилогия «Моллой», «Мэлон умирает», «Неназываемый» «Беккет — автор прекрасных новелл и ужасных пьес в традиции Метерлинка. Его трилогию, особенно «Моллоя», я люблю больше всего. Там есть удивительная сцена, в которой герой старается выбраться из леса, лежа ничком, костыли ему служили абордажными крючьями, он метал их в подлесок, а потом, зацепившись, подтягивался на кистях. На нем три пальто, а под ними он обернут газетой. И эти камешки, которые он постоянно перекладывает из кармана в карман… Все бесконечно уныло, постоянно мучает мочевой пузырь, так чувствуют себя старики во сне. Жалкое существование его персонажей — без сомнения, перекличка с немощными, мрачными персонажами Кафки. Именно эта немощь так притягательна в творчестве Беккета». Лев Толстой. «Анна Каренина», «Смерть Ивана Ильича» «Я руководствуюсь в своих оценках книгами, а не писателями. Я считаю «Анну Каренину» высшим шедевром литературы девятнадцатого века, почти рядом стоит «Смерть Ивана Ильича». Мне совершенно не нравятся «Воскресение» и «Крейцерова соната». Публицистические атаки Толстого невыносимы. Роман «Война и мир» длинноват; это разухабистый исторический роман, написанный для того аморфного и безвольного существа, который называется «рядовым читателем», но в основном он адресован юному читателю. Он совершенно не удовлетворяет меня как художественное произведение. Я не получаю никакого удовольствия от его громоздких идей, от дидактических отступлений, от искусственных совпадений, когда невозмутимый князь Андрей становится очевидцем какого-нибудь исторического момента или когда Толстой делает сноску, ссылаясь на источник, к которому он не счел нужным подойти осмысленно». Герберт Уэллс. «Машина времени», «Война миров», «Страна слепых» и другие произведения «Г.Дж. Уэллс, великий художник, любимый писатель в детстве. «Пылкие друзья», «Анна-Вероника», «Машина времени», «Страна слепых» — эти произведения далеко превосходят всё, что Беннет, Конрад или вообще кто-либо из современников Уэллса мог написать. На его социологические размышления можно спокойно не обращать внимания, но его выдумки и фантазии превосходны». <…> Я испытываю глубочайшую любовь к Герберту Уэллсу, особенно к его романам «Машина времени», «Человек-невидимка», «Страна слепых», «Война миров» и фантастическому роману о Луне — «Первые люди на Луне». Марсель Пруст. Цикл «В поисках утраченного времени» «Великий роман Пруста «В поисках утраченного времени» состоит из… семи частей… <…> Вся книга сводится к поискам клада, где кладом служит время, а тайником — прошлое: таков внутренний смысл заглавия «В поисках утраченного времени». Переход впечатлений в чувства, приливы и отливы памяти, волны страстей (вожделение, ревность, творческий восторг) — вот предмет огромного и при этом исключительно ясного и прозрачного произведения. <…> Пруст — призма. Его или ее единственная задача — преломлять и, преломляя, воссоздавать мир, какой видишь, обернувшись назад». Андрей Белый. «Петербург» «Мои величайшие шедевры прозы двадцатого столетия таковы, в приводимой последовательности: «Улисс» Джойса, «Превращение» Кафки, «Петербург» Белого и первая часть сказки Пруста «В поисках утраченного времени». <…> «Петербург» — дивный полет воображения… <…> Между «Петербургом» и отдельными местами в «Улиссе» есть некоторая общность в манере выражения». Произведения Алена Роб-Грийе и Хорхе Луиса Борхеса «У меня есть несколько любимых писателей, например, Роб-Грийе и Борхес. Как свободно и приятно дышится в их великолепных лабиринтах! Я люблю их ясную мысль, эту чистоту и поэзию, эти миражи в зеркалах. <…> Претензии Роб-Грийе довольно нелепы. Манифесты дадаистов умерли вместе с этими дядями. Его творчество восхитительно оригинально и поэтично, а сдвиги уровней, разбор впечатлений в их последовательности и так далее как раз относятся к области психологии в самом лучшем смысле слова. Борхес тоже человек бесконечно талантливый; его лабиринты миниатюрны, а у Роб-Грийе они не только просторны, но и построены совсем иначе, и освещение там другое». Льюис Кэрролл. «Алиса в Стране чудес» «Как и все английские дети (а я был английским ребенком), Кэрролла я всегда обожал. <…> «Алиса в Стране чудес» — особая книга особого автора со своими каламбурами, каверзами и капризами. Если внимательно ее читать, то вскоре обнаружится — как юмористическое противостояние — наличие вполне прочного и довольно сентиментального мира, скрывающегося за полуотстраненной мечтой». Осип Мандельштам. Стихотворения «Советская литература… Что ж, в первые годы после большевистской революции, в двадцатых и начале тридцатых, сквозь устрашающие штампы советской пропаганды еще можно было различить умирающий голос былой культуры. <…> Один из самых грустных примеров — история Осипа Мандельштама — удивительного поэта, величайшего из тех, кто пытался выжить в России при советском режиме, — которого хамское и слабоумное правительство преследовало и умертвило-таки в далеком концлагере. Стихи, которые он героически продолжал писать, пока безумие не затмило его ясный дар, — восхитительные образцы высот и глубин человеческого разума. Их чтение усиливает здоровое презрение к советской дикости. Тираны и мучители никогда не скроют своих комических кувырканий за космической акробатикой. Презрительный смех хорош, но недостаточен для получения морального облегчения. И когда я читаю стихотворения Мандельштама, написанные под проклятым игом этих зверей, то испытываю чувство беспомощного стыда от того, что я волен жить, и думать, и писать, и говорить в свободной части мира… Это единственные мгновения, когда свобода бывает горькой».

Октябрь в председательском кресле

В председательском кресле сидел Октябрь, и вечер выдался прохладным: листья — красные и оранжевые — облетали с деревьев в роще. Их было двенадцать. Они сидели вокруг костра и жарили на огне большие сосиски, которые шипели и плевались соком, стекающим на горячие поленья. Они пили яблочный сидр, освежающий и прохладный. Апрель впилась зубами в сосиску, та лопнула, и горячий сок полился по подбородку. — Проклятие, черт ее раздери, — сказала она. Коренастый Март, сидевший рядом, рассмеялся, а потом вытащил из кармана огромный несвежий носовой платок. — Держи, — сказал он. Апрель вытерла подбородок. — Спасибо. Кажется, я обожглась из-за этого чертова мешка из-под кишок. Завтра будет волдырь. Сентябрь зевнул. — Ты такой ипохондрик, — сказал он через костер. — И такая вульгарная. — У него были тонкие усики и залысина спереди, отчего его лоб казался высоким, а он сам — мудрым не по годам. — Отстань от нее, — сказала Май. У нее были темные волосы, короткая стрижка и удобные ботинки. Она курила маленькую сигариллу, дым которой пах ароматной гвоздикой. — Она просто слишком чувствительная. — Пожалуйста, — протянул Сентябрь. — Давай вот без этого. Октябрь, который ни на секунду не забывал, что сегодня он председательствует на собрании, отхлебнул сидра, прочистил горло и сказал: — Ладно. Кто начинает? — Кресло, в котором он сидел, было вырезано из цельной дубовой колоды и отделано ясенем, вишней и кедром. Остальные сидели на пнях, равномерно расставленных вокруг небольшого костерка. За долгие годы эти пни стали гладкими и уютными. — А протокол? — спросил Январь. — Когда я сижу в председательском кресле, мы всегда ведем протокол. — Но сейчас в кресле не ты, да мой сладкий? — насмешливо осведомился Сентябрь, ироничное элегантное создание. — Надо вести протокол, — заявил Январь. — Без протокола нельзя. — Как-нибудь обойдемся, — сказала Апрель, запустив руку в свои длинные светлые волосы. — И я думаю, начать должен Сентябрь. — С большим удовольствием, — горделиво кивнул Сентябрь. — Эй, — вмешался Февраль. — Эй-эй-эй. Я не слышал, чтобы председатель это одобрил. Никто не начинает, пока Октябрь не скажет, кто именно начинает, а после этого все остальные молчат. Можем мы сохранить хотя бы какое-то подобие порядка? — Он обвел взглядом собравшихся, маленький, бледный, одетый во все голубое и серое. — Хорошо, — сказал Октябрь. Борода у него была разноцветная, словно роща по осени — темно-коричневая, оранжевая и винно-красная давно не стриженная путаница на подбородке; щеки — красные, точно яблоки. Он был похож на хорошего доброго друга, которого знаешь всю жизнь. — Пусть начинает Сентябрь. Лишь бы уже кто-то начал. Сентябрь положил в рот сосиску, элегантно прожевал, проглотил и осушил кружку с сидром. Потом встал, поклонился слушателям и начал: — Лорен де Лиль был лучшим поваром в Сиэтле, по крайней мере он сам так считал, а звезды Мишлен на двери ресторана это подтверждали. Он был замечательным поваром, это правда. Его булочки с рубленой ягнятиной выиграли несколько наград, его копченые перепела и равиоли с белыми трюфелями «Гастроном» назвал десятым чудом света. А его винные погреба... ах, его винные погреба... его гордость и страсть. И я его понимаю. Последний белый виноград собирают как раз у меня, и большую часть красного: я знаю толк в хороших винах, ценю аромат, вкус, послевкусие. Лорен де Лиль покупал свои вина на аукционах, у частных лиц, у дилеров с репутацией. Он настоятельно просил, чтобы ему выдавали генеалогический сертификат каждой бутылки вина, потому что мошенники, увы, попадаются слишком часто, и особенно если бутылка вина продается за пять, десять или сто тысяч долларов, фунтов или евро. Истинной жемчужиной его коллекции — ее бриллиантом — была бутылка «Шато Лафит» 1902 года. Редчайшее из редчайших вин. Бутылка стоила сто двадцать тысяч долларов, хотя, если по правде, это вино было бесценным, потому что в мире сохранилась всего одна бутылка. — Извините, — вежливо перебил Август — самый толстый из всех. Его тонкие волосы топорщились на голове золотистыми прядками. Сентябрь опустил глаза и посмотрел на своего соседа. — Да? — Это не та истерия, где один богач купил вино, чтобы выпить его за ужином, а повар решил, что выбор блюд недостаточно хорош для такого вина, и предложил другие блюда, вроде как более подходящие, а у парня обнаружилась какая-то редкая аллергия, и он умер прямо за ужином, а дорогое вино так никто и не попробовал? Сентябрь ничего не ответил. Он явно был недоволен. — Потому что если это та самая история, то ты уже ее рассказывал. Сколько-то там лет назад. Глупая история. И с тех пор она вряд ли стала умней. — Август улыбнулся. На его розовых щеках мелькнул отблеск костра. Сентябрь сказал: — Разумеется, тонкая чувствительность и культура не каждому по вкусу. Некоторым подавай барбекю и пиво, а некоторые... Февраль не дал ему договорить: — Мне не очень приятно заострять на этом внимание, но Август в чем-то прав. Это должна быть новая история. Сентябрь поднял бровь и сжал губы. — У меня все, — коротко сказал он и сел на свой пень. Месяцы года выжидательно смотрели друг на друга сквозь пламя костра. Июнь, стеснительная и опрятная, подняла руку: — У меня есть история про таможенницу, которая работала на рентгеновской установке в аэропорту Ла-Гуардиа, она читала людей, как открытые книги, глядя на очертания их багажа на экране, и однажды она увидела такие чудесные контуры, что влюбилась в этого человека, хозяина чемодана, и ей нужно было понять, чей это багаж, а она не смогла и долгие месяцы страдала. А когда тот человек снова прошел мимо нее на таможенном контроле, она все-таки вычислила его. Это был мужчина, старый мудрый индеец, а она была красивой негритянкой двадцати пяти лет. И она поняла, что у них ничего не получится, и отпустила его, потому что по форме его чемодана узнала, что он скоро умрет. Октябрь сказал: — Хорошая история, Июнь. Рассказывай. Июнь посмотрела на него, как испуганный зверек. — Я только что рассказала. Октябрь кивнул. — Значит, рассказала, — объявил он, прежде чем кто-то из месяцев успел вставить слово. — Тогда, может быть, перейдем к моей истории? Февраль шмыгнул носом. — Вне очереди, здоровяк. Тот, кто сидит в председательском кресле, говорит только тогда, когда выскажутся все остальные. Нельзя сразу переходить к главному блюду. Май положила с дюжину каштанов на решетку над огнем, предварительно расколов их щипцами. — Пусть рассказывает, если хочет, — сказала она. — Богом клянусь, хуже, чем про вино, все равно не будет. А у меня много дел. Цветы, между прочим, не распускаются сами по себе. Кто «за»? — Хотите устроить голосование? — удивился Февраль. — Мне даже не верится. Неужели это происходит на самом деле? — Он вытер лоб салфеткой, которую вытащил из рукава. Поднялось семь рук. Четверо воздержались: Февраль, Сентябрь, Январь и Июль. (— Ничего личного, — сказала она, как бы извиняясь. — Это всего лишь процедура, и не стоит создавать прецедентов.) — Стало быть, решено, — сказал Октябрь. — Кто-нибудь хочет что-то сказать, пока я не начал? — Э ... Да. Иногда, — сказала Июнь, — иногда мне кажется, что кто-то следит за нами из лесса, а потом я смотрю в ту сторону, и там никого нет. Но я думаю, что... — Это все потому что ты чокнутая, — сказала Апрель. — Да уж, — сказал Сентябрь, обращаясь ко всем. — Вот она, наша Апрель. Она очень чувствительная, но при этом самая жестокая из всех нас. — Ну, хватит, — решительно заявил Октябрь. Он потянулся, достал из кармана фундук, разгрыз его зубами, вынул ядрышко, а скорлупу бросил в огонь, где она зашипела и лопнула. Октябрь начал рассказ. * * * Жил-был мальчик, сказал Октябрь, которому было по-настоящему плохо в его родном доме, хотя его никто не бил. Просто он не подходил ни своей семье, ни своему городу, ни своей жизни. У него было два старших брата-близнеца, и они постоянно его обижали или просто не обращали внимания, и их все любили. Они играли в футбол: в каких-то матчах один близнец забивал больше мячей, в каких-то — другой. А их младший брат не играл в футбол. Они придумали ему прозвище. Они прозвали его Коротышкой. Они называли его Коротышкой с самого раннего детства, и родители сначала их сильно за это ругали. А близнецы отвечали: — Но он и есть Коротышка. Посмотрите на него. И посмотрите на нас. — Когда они так говорили, им было по шесть лет. Родители решили, что это мило. Но прозвища вроде Коротышки намертво прилипают к человеку, и очень скоро единственным человеком, который называл его Дональдом, не считая совсем незнакомых людей, — осталась его бабушка, которая звонила раз в год, чтобы поздравить его с днем рождения. И, наверное, из-за того, что у имен есть какая-то власть над нами, этот мальчик действительно был коротышкой: тощим, мелким и нервным. У него постоянно текло из носа, с самого рождения — и за десять лет ничего не изменилось. Когда они садились обедать, близнецы отбирали у него еду, если она им нравилась, и подбрасывали свою, если не нравилась, и тогда его ругали за то, что он не доел. Их отец не пропускал ни одного футбольного матча с участием близнецов и потом всегда покупал призовое мороженое тому, кто забил больше мячей, и утешительное — тому, кто забил меньше. Их мать говорила знакомым, что она журналист, хотя занималась всего лишь продажей подписки и рекламного места. Она вернулась на работу на полный день, когда близнецы научились сами заботиться о себе. Другим детям в классе, где учился мальчик, нравились близнецы. В первом классе первые две-три недели его называли Дональдом, пока не прошел слух, что братья зовут его Коротышкой. Учителя вообще редко называли его по имени, хотя между собой иногда говорили о том, как жаль, что младший Ковай не такой храбрый, сообразительный и резвый, как его братья. Коротышка не смог бы точно сказать, когда он в первый раз решил убежать из дома и когда его робкие мечты превратились в реальные планы. К тому времени, когда он признался себе, что уходит, в большом пластиковом чемоданчике, который он прятал за гаражом, уже лежали три батончика «Марс», два «Милки Вэя», горсть орехов, маленький пакетик лакричных конфет, фонарик, несколько комиксов, нераспечатанная упаковка вяленого мяса и тридцать семь долларов, по большей части четвертаками. Ему не нравился вкус вяленого мяса, но он где-то прочел, что путешественники по несколько недель не ели ничего, кроме этого самого мяса, и именно в тот день, когда он положил пакет с вяленым мясом в чемоданчик, он осознал, что собирается убежать. Он читал книги, газеты, журналы. Он знал. что если маленький ребенок уйдет из дома, ему могут встретиться плохие люди, которые сделают с ним что-то очень плохое, но еще он читал сказки и знал, что на свете есть добрые люди. Да, они существуют. Бок о бок с чудовищами. Коротышка был тощеньким десятилетним мальчиком, с вечно сопливым носом и отсутствующим выражением лица. Если бы вам вдруг зачем-то понадобилось выбрать его из толпы других мальчиков, вы бы наверняка ошиблись. Даже если бы он стоял совсем рядом, вы бы его не заметили. Вы бы на него и не взглянули, а если бы взглянули, то все равно прошли бы мимо. Весь сентябрь он откладывал свой побег. А потом, как-то в пятницу, когда оба брата уселись на него (уселись — в буквальном смысле, причем тот, который сел ему на голову, пукнул и громко засмеялся), он со всей ясностью осознал, что, какие бы чудовища ни поджидали его в этом мире, хуже точно уже не будет. А скорее будет лучше. В субботу за ним должны были приглядывать братья, но они почти сразу умчались в город, чтобы встретиться с девочкой, которая нравилась им обоим. Как только братья ушли, Коротышка зашел за гараж, достал из-под полиэтилена пластмассовый чемоданчик и отнес его наверх, к себе в комнату. Он вытряхнул свой школьный рюкзак на кровать, переложил в него конфеты, комиксы и вяленое мясо. Сходил в ванную и наполнил водой пустую бутылку из-под газировки. Потом Коротышка пошел в город и сел в автобус. Он поехал на запад, на расстояние в десять-долларов-четвертаками от дома, в место, которое он не знал, но которое показалось ему хорошим началом пути. Он вышел на своей остановке и просто пошел вперед. Здесь не было тротуара, и когда мимо проезжали машины, ему приходилось спускаться в канаву. Солнце стояло высоко в небе. Мальчик проголодался. Он съел один «Марс», и ему захотелось пить. Он достал воду и выпил почти половину бутылки воды, прежде чем понял, что ему очень скоро придется искать, как пополнить запасы. Ему представлялось, что как только он выберется из города, повсюду будут журчать родники со свежей водой, но здесь не было ни одного. Была только река, которая текла под широким мостом. Коротышка остановился на середине моста и, перегнувшись через перила, уставился на бурую воду. В школе им говорили, что все реки, в конце концов, впадают в море. Он никогда не был на море. Он спустился на берег и пошел вслед за рекой. Вдоль берега тянулась тропинка, время от времени ему попадалась банка от пива или пластиковый пакет, и он понимал, что тут до него были люди, хотя сам он не встретил ни одного человека. Он допил воду. Он думал о том, ищут его или нет. Он рисовал себе в воображении полицейские машины и вертолеты, и собак, и поисковые партии — и все они пытались его найти. Но он будет скрываться от них. Он доберется до моря. Река текла по камням, и он слышал плеск воды. Он видел синюю цаплю, расправлявшую крылья, и редких осенних стрекоз, и иногда — небольшие стайки мошек, ловящих последнее тепло бабьего лета. Синее небо превратилось в закатно-серое, и мимо него проскользнула летучая мышь, отправлявшаяся на ночную охоту. Коротышка задумался, где он будет спать ночью? Тропинка разделилась на две, и он выбрал ту, которая уводила от реки, понадеявшись, что она приведет его к дому или к ферме с пустым сараем. Сумерки все сгущались, и он уже начал отчаиваться, но тропа все-таки вывела его к дому — вернее, к старой брошенной ферме, развалившейся наполовину. Здание выглядело неприветливо. Коротышка обошел его по кругу и решил, что ничто не заставит его войти внутрь. Он перелез через забор на заброшенное пастбище и лег спать в высокой траве, положив под голову рюкзак. Он лежал на спине и смотрел в небо. Ему совсем не хотелось спать. — Наверное, сейчас они уже скучают, — сказал он себе. — И волнуются за меня. Он представил себе, как вернется домой через несколько лет. Счастье на лицах родителей, когда он подойдет к дому. Их радость. Их любовь... Он проснулся через несколько часов от яркого лунного света. Он видел весь мир — ясный, как день, словно в детском стишке, только бесцветный и бледный. Прямо над ним висела полная луна, или, может быть, почти полная, и он представил себе лицо, которое смотрит на него сверху: вполне дружелюбное лицо, проступавшее в лунных тенях и очертаниях. И тут чей-то голос спросил: — Ты откуда? Мальчик сел на траве — ему не было страшно, пока еще не было — и осмотрелся. Деревья. Высокая трава. — Где ты? Я тебя не вижу. Рядом с деревом на краю пастбища возникло что-то, что он поначалу принял за тень, а потом Коротышка увидел мальчика, примерно своего возраста. — Я убежал из дома, — сказал Коротышка. — Ух ты, — ответил мальчик. — Это надо быть очень смелым. Коротышка гордо улыбнулся. Он не знал, что сказать. — Хочешь, пойдем погуляем? — предложил мальчик. — Конечно, — сказал Коротышка. Он передвинул свой рюкзак поближе к столбу, чтобы потом его не потерять. Они пошли вниз по склону, стараясь не приближаться к старому фермерскому дому. — Там кто-нибудь живет? — спросил Коротышка. — Сейчас нет, — отозвался мальчик. У него были очень красивые волосы, в свете луны они казались почти белыми. — Какие-то люди пытались здесь поселиться, но им не понравилось, и они ушли. Потом приехали другие. Но сейчас там никто не живет. Как тебя зовут? — Дональд, — сказал Коротышка и добавил: — Но все называют меня Коротышкой. А тебя как зовут? Мальчик замялся, но все же ответил: — Безвременно. — Классное имя. — У меня было другое имя, но его больше нельзя прочитать, — сказал Безвременно. Они прошли через большие ржавые железные ворота, одна створка которых была закрыта, и оказались на маленьком лугу в самом низу склона. — Здесь классно, — сказал Коротышка. На лугу стояли сотни камней. Большие камни, выше, чем мальчики в полный рост, и маленькие камни, на которые можно было присесть. Камни, поросшие мхом. Камни в разломах трещин. Коротышка понял, что это за место, но ему не было страшно. Это было хорошее место. — А кто здесь похоронен? — спросил он. — По большей части хорошие люди, — ответил Безвременно. — Раньше тут был город. Вон за теми деревьями. Потом построили железную дорогу, а станцию сделали в следующем городе, и тогда наш город высох и разлетелся по ветру. Там, где раньше был город, теперь лишь кусты и деревья. Можно прятаться среди деревьев, забираться в старые дома и выскакивать оттуда, как будто ты кого-то пугаешь. Коротышка спросил: — Они как тот фермерский дом? Эти дома? Если все они были такими, он ни за что бы туда не пошел. — Нет, — сказал Безвременно. — Туда не ходит никто, кроме меня. Разве что звери, и то иногда. Я тут единственный ребенок. — Я понял, — сказал Коротышка. — Может, пойдем туда и поиграем? — предложил Безвременно. — Пойдем. Стояла волшебная октябрьская ночь: тепло, почти как летом, и полная луна в ясном небе. — Какая из них твоя? — спросил Коротышка. Безвременно гордо выпрямился, взял Коротышку за руку и подвел его к самой заросшей части луга. Мальчики раздвинули густую траву. Камень лежал на земле, и на нем были выбиты даты столетней давности. Большая часть букв стерлась, но под датами можно было разобрать слова: БЕЗВРЕМЕННО УШЕДШЕМУ НИКОГДА НЕ ЗА — Я думаю, «не забудем», — сказал Безвременно. — Да, я тоже так думаю, — сказал Коротышка. Они вышли из ворот и спустились по склону оврага в то место, где когда-то был город. Деревья росли прямо из домов, здания разрушались сами по себе, но тут не было страшно. Они играли в прятки. Они забирались в дома. Безвременно показал Коротышке классные места, в том числе домик из одной комнаты, который, по его словам, был самой старой постройкой в этой части города. И дом хорошо сохранился, если учесть, сколько ему было лет. — Странно, я хорошо вижу при лунном свете, — сказал Коротышка. — Даже внутри. Все-все вижу. Я и не думал, что это так просто. — Да, — ответил Безвременно. — А потом начинаешь все видеть и вообще без света. Коротышке стало завидно. — От чего ты умер? — спросил Коротышка. — Я сильно болел, — ответил Безвременно. — Мама плакала и говорила какие-то злые слова. А потом я умер. — Если бы я захотел тут остаться, с тобой, — сказал Коротышка, — мне бы тоже пришлось умереть? — Может быть, — ответил Безвременно. — Да, наверное, да. — И как это? Быть мертвым? — Да, в общем, ничего, — сказал Безвременно. — Только скучно и не с кем играть. — Но там же много людей, — сказал Коротышка. — Они что, с тобой не играют? — Нет, — вздохнул Безвременно. — Они почти все время спят. А если и выходят наружу, то не хотят никуда ходить, не хотят ни на что смотреть, не хотят ничего делать. И мной заниматься тоже не хотят. Видишь то дерево? Это был бук. Его гладкий серый ствол потрескался от времени. Он стоял там, где раньше, девяносто лет назад, располагалась главная площадь города. — Да, — сказал Коротышка. — Хочешь на него залезть? — Ну, оно такое высокое ... — Очень высокое. Но залезть на него проще простого. Я тебе покажу. И это действительно оказалось просто. Трещины на стволе образовали удобные уступы, и мальчики вскарабкались наверх, как две обезьянки, или как два пирата, или как два воина. С вершины дерева им был виден весь мир. Небо на востоке уже начинало светлеть, но пока — еле заметно. Все как будто застыло в ожидании. Ночь подходила к концу. Мир затаил дыхание, готовясь начаться вновь. — Это был лучший день в моей жизни, — сказал Коротышка. — И в моей тоже, — сказал Безвременно. — Что собираешься делать дальше? — Не знаю, — сказал Коротышка. Он представил себе, как будет путешествовать по миру, до самого моря. Он представил себе, как вырастет и повзрослеет, как добьется всего сам. Когда-нибудь он станет невероятно богатым. И тогда он вернется в свой дом, где будут жить близнецы, и подъедет к двери на своей шикарной машине или, может, пойдет на футбол (в его воображении близнецы не выросли и не повзрослели) и посмотрит на них, по-доброму. Он купит им все, что они захотят — близнецам и родителям, — и сводит их в самый лучший ресторан, и они скажут, как плохо, что они его не понимали и так дурно с ним обращались. Они извинятся и заплачут, а он будет молчать. Он позволит их извинениям захлестнуть его с головой. А потом он подарит каждому по подарку и снова уйдет из их жизни, в этот раз — навсегда. Это была хорошая мечта. Но он знал, что в реальности все будет иначе: завтра или послезавтра его найдут и вернут домой, там на него наорут, и все будет по-прежнему, как всегда, и день за днем, час за часом он будет все тем же Коротышкой, только на него будут злиться еще и за то, что он сбежал из дома. — Уже скоро мне нужно ложиться спать, — сказал Безвременно и полез вниз. Коротышка понял, что вниз спускаться сложнее. Не было видно, куда ставить ноги, и приходилось искать опору на ощупь. Несколько раз он соскальзывал, но Безвременно слезал перед ним и говорил ему, например: «Теперь чуть вправо», — так что они оба спустились нормально. Небо продолжало светлеть, луна исчезала, и все было видно не так хорошо, как ночью. Они перебрались обратно через овраг. Иногда Коротышка не понимал, есть ли рядом Безвременно — и был ли вообще, — но потом он добрался до верха и увидел, что мальчик ждет его там. Обратно по лугу, уставленному камнями, они шли молча. Когда они начали подниматься на холм, Коротышка положил руку на плечо Безвременно. — Ну, — сказал Безвременно, — спасибо, что зашел. — Я замечательно провел время, — сказал Коротышка. — Да, — кивнул Безвременно. — Я тоже. Где-то в лесу запела птица. — А если бы я захотел остаться... — начал было Коротышка, но замолчал, не закончив фразы. «У меня не будет другой возможности все изменить», — подумал Коротышка. Он никогда не попадет на море. Они его не отпустят. Безвременно долго молчал. Мир стал серым. Птицы пели все громче. — Я не могу это сделать, — наконец сказал Безвременно. — Может быть, они... — Кто «они»? — Те, кто там. — Белокурый мальчик показал на разрушенный фермерский дом, с разбитыми окнами, отражающими рассвет. В сером утреннем сумраке дом казался не менее страшным, чем ночью. Коротышка вздрогнул. — Там есть люди? Но ты говорил, что там пусто. — Там не пусто, — сказал Безвременно. — Там никто не живет. Это разные вещи. Он посмотрел на небо. — Мне надо идти. — Он сжал руку Коротышки. А потом просто исчез. Коротышка остался один. Он стоял посреди маленького кладбища и слушал пение птиц. Потом он поднялся на холм. Одному было сложнее. Он забрал свой рюкзак с того места, где оставил его вчера. Съел последний «Милки Вэй» и посмотрел на разрушенное здание. Слепые окна фермерского дома как будто наблюдали за ним. И там внутри было темнее. Темнее, чем где бы то ни было. Он прошел через двор, поросший сорняками. Дверь почти полностью рассыпалась. Он шагнул внутрь, замешкался, подумал, правильно ли он поступает. Он чувствовал запах гнили, сырой земли и чего-то еще. Ему показалось, он слышит, как в глубине дома кто-то ходит. Может быть, в подвале. Или на чердаке. Может быть, шаркает ногами. Или скачет вприпрыжку. Сложно сказать. В конце концов он вошел внутрь. * * * Никто не произнес ни слова. Октябрь наполнил свою деревянную кружку сидром, одним глотком осушил ее и налил еще. — Вот это история, — сказал Декабрь. — Вот это я понимаю. — Он потер кулаком свои голубые глаза. Костер почти догорел. — А что было дальше? — взволнованно спросила Июнь. — Когда он вошел в дом? Май, сидевшая рядом, положила руку ей на плечо. — Лучше об этом не думать, — сказала она. — Кто-нибудь еще будет рассказывать? — спросил Август. Все промолчали. — Тогда, думается, мы закончили. — Надо проголосовать, — напомнил Февраль. — Кто «за»? — спросил Октябрь. Раздалось дружное «я». — Кто «против»? — Тишина. — Тогда объявляю собрание законченным. Они поднялись на ноги, потягиваясь и зевая, и пошли в лес, поодиночке, по парам или по трое, и на поляне остались только Октябрь и его сосед. — В следующий раз председательствовать будешь ты, — сказал Октябрь, — Я знаю, — отозвался Ноябрь. У него была бледная кожа и тонкие губы. Он помог Октябрю выбраться из деревянного кресла. — Мне нравятся твои истории. Мои всегда слишком мрачные. — Они вовсе не мрачные, — сказал Октябрь. — Просто у тебя ночи длиннее. И ты не такой теплый. — Ну, если так, — усмехнулся Ноябрь, — тогда, может быть, все не так плохо. В конце концов, мы такие, какие есть, и тут уже ничего не поделаешь. — В этом и суть, — ответил его брат. Они взялись за руки и ушли от оранжевых углей костра, унося свои истории назад в темноту. Нил Ричард Гейман, 2002

Чем современный феминизм обязан викторианским текстильщицам Глазго

Автор статьи — Фанетт Прадон, аспирантка кафедры Британской цивилизации Гренобльского университета. Помимо того, что Глазго является крупнейшим городом Шотландии, он долгое время был ее промышленным центром. Важнейшее место в истории города занимает река Клайд, прославившаяся как мировой центр судостроения в XX в. Эта река известна богатыми запасами угля, благодаря чему Глазго стал идеальным местом для развития текстильной промышленности. В 1820-х гг. в городе появились прядильные, ткацкие, красильные и швейные фабрики. В 1800-х гг. доступ к общественной сфере и профессиональному сообществу был прерогативой мужчин, но текстильная промышленность открыла эти возможности и для женщин. С появлением автоматических ткацких станков и швейных машин работа с оборудованием стала менее физически тяжелой, поэтому в Глазго все больше женщин отправлялись трудиться на текстильные фабрики. Мужчины по-прежнему доминировали на руководящих должностях, а женщины получали в среднем от трети до половины того, что зарабатывали мужчины. В ответ на это передовые работницы Глазго начали борьбу за радикальное изменение условий жизни и труда женщин. Потребовались десятки лет, чтобы изменить ситуацию, но в итоге женщины получили больше прав как на рабочем месте, так и в обществе в целом. В рамках своей докторской диссертации я изучала исследования и исторические документы, которые раскрывают подробности о непростой жизни тех женщин, которые первыми начали борьбу за свои права. Углубленное понимание жизни этих женщин делает их достижения еще более выдающимися для меня, поэтому я хочу донести эти знания и до вас. По мере развития текстильной промышленности Глазго в 1800-х гг. женщины увеличивали свое присутствие в рядах рабочей силы. Как свидетельствуют муниципальные архивы, в 1861 г. в городе проживало 403120 человек, 58% из которых были женщины. Из них 65% составляли работающие женщины, большинство из которых были заняты в текстильной промышленности. Они стали рассматриваться как изобилие дешевой рабочей силы и, по словам историка Джудит Уолковиц, были «символом промышленной эксплуатации». Работа на фабрике и сексуальность Отношения женщин с машинами сами по себе были противоречивыми и вызвали ожесточенные дебаты. Когда женщины перешли на фабричную работу, их заставили работать на ткацких станках и других машинах до 12 часов в день, раз за разом монотонно выполняя одни и те же движения. В глазах мужчин-надсмотрщиков и бригадиров они становились «женщинами-машинами», заколдованными и загадочными. Женственность начала ассоциироваться с этой странностью, и это вызывало страх у некоторых мужчин. Мужчины стали чувствовать себя инквизиторами, а станок превратился в столб, предназначенный для подчинения женщин. Эти женщины-автоматы все еще обладали проблеском человечности, как считали мужчины, стоявшие у власти в то время, и этим проблеском была сексуальность. Для швей это выражалось в постоянном движении стопы на педали. Тогдашние врачи считали, что такое использование педали может вызывать истерию и возбуждение у женщин. Французский депутат Шарль Бенуа в 1904 г. писал, что смешение мужчин и женщин на мельницах Франции и Великобритании в сочетании с отсутствием уединения, жаром котлов, работающих на угле, и окружающей влажностью приводит к обострению страстей. Научное сообщество того времени считало, что женщинам не хватает воображения, необходимого для выполнения творческих или требующих высокой квалификации задач. Поэтому женщины были вынуждены выполнять неквалифицированную работу с минимальной ответственностью, а их доступ к обучению был ограничен. Чтобы обеспечить дисциплину — и уберечь мужчин от соблазна, — владельцы фабрик ввели строгое разделение задач по половому признаку и поставили работниц под строгий контроль. Их ни в коем случае нельзя было отвлекать от работы. Борьба за права женщин Текстильная промышленность Глазго начала приходить в упадок с началом Гражданской войны в США в 1861-1865 гг. Соединенные Штаты были единственным поставщиком хлопка для текстильной промышленности города, и конфликт привел к приостановкам торговли и банкротству многих компаний. По мере усложнения ситуации в промышленности ухудшались условия труда для женщин. На рабочем месте была конкуренция, отсутствие гарантии занятости и финансовые трудности. Поскольку мужчины продолжали монополизировать квалифицированные должности и доминировать в структуре управления, в случае сексуальных домогательств женщины часто не хотели давать показания, опасаясь увольнения. Викторианское общество не признавало сексуальных домогательств, мужская порядочность защищалась. Если женщины все-таки рассказывали о случившемся, их обидчики чаще всего оставались безнаказанными, а вина возлагалась на работницу и ее провоцирующее поведение. В конце концов, если такие действия происходят на рабочем месте, как они могут быть сексуальным домогательством? Но уже в 1860-х гг. работницы фабрик Глазго начали давать отпор. Упадок текстильной промышленности усугубил безработицу и экономические трудности, и женщины рабочего класса объединились с феминистками из среднего класса, требуя гендерного равенства на работе. В 1883 г. была создана Кооперативная женская гильдия, а в 1902 г. — Ассоциация женщин за суфражизм Глазго и Западной Шотландии (GWSAWS). Вместе эти и другие организации добивались большей защиты прав женщин во всем обществе. После 16 лет борьбы, в 1918 г., женщины в Шотландии и остальной части Соединенного Королевства, наконец, получили право голоса на выборах. Эти новаторские организации и женщины, которые их основали, сыграли ключевую роль в изменении отношения к женщинам во всем мире. По материалам статьи «What contemporary feminism owes to Victorian textile workers in Glasgow» The Conversation