Как устроено наше мышление, как мы принимаем решения и какую информацию мы считаем правдивой? О базовых законах работы мозга, основах логического мышления, а также о самых распространенных когнитивных искажениях рассказывает Никита Непряхин в книге «Анатомия заблуждений, или Большая книга критического мышления». Публикуем главу из книги. * * * Эвристика доступности Я задам несколько странных вопросов. От чего погибает больше людей: от убийств или самоубийств? Вы удивитесь, но самоубийств совершается чуть ли не в два раза больше. Как вы считаете, что опаснее для жизни: кокосовый орех или акула? Не торопитесь отвечать, подумайте. На самом деле, как ни странно, опаснее кокосовые орехи: от их падения с дерева умирает больше людей, чем от зубов страшной акулы. Автомобиль или самолет? Мало припомню людей, которые боятся ездить на машине, а вот знатных аэрофобов у меня среди знакомых полным-полно. Однако даже велосипед — более опасный вид транспорта, чем современный самолет. Кого вы больше боитесь: собаки или террориста? Удивительно, но шансы умереть от укусов собаки намного превышают шансы стать жертвой террористической атаки. Почему же мы боимся совсем не того, чего в действительности стоит опасаться? Ответ на этот вопрос мы получим, рассмотрев следующее когнитивное искажение. Эвристика доступности — когнитивное искажение, основанное на легкости вспоминания и представления тех или иных событий. Это склонность человека судить о вероятности чего-либо, опираясь на легкость нахождения примеров-подтверждений. Человек считает более вероятным и распространенным именно то, что ему легче и проще вспомнить или представить. Думаю, никто не станет спорить с тем, что часто случающиеся события вспоминаются нами гораздо быстрее и проще, чем те, которые случаются редко. Логично, что это приводит к необъективности, ведь на ум всегда приходят либо наиболее яркие, эмоциональные и необычные события, либо те, в которых мы участвовали лично, либо те, что произошли не так давно. Это приводит к систематическим ошибкам. Мы принимаем решения с помощью эвристики доступности, когда ищем подходящие примеры и иллюстрации в своей памяти. Вы же понимаете, что если какое-то событие легко представить, это вовсе не означает, что оно более вероятно. Если же подходящих примеров в памяти человека нет, он начинает подключать воображение, опять же ориентируясь на свой опыт. Эвристика доступности приводит к некорректной оценке вероятности события. Мы считаем наиболее вероятным именно то событие, которое легче вспомнить, или то, которое произошло недавно и еще свежо в памяти. Это когнитивное искажение также приводит к неправильной оценке частоты события. Мы уверены, что наиболее вероятным будет именно то, что недавно произошло с вами или с вашими друзьями, или то, о чем сообщали пару дней назад в новостях. Например, люди будут судить о вероятности онкологического заболевания или сердечного приступа на основании того, сколько таких случаев произошло в их окружении. Эвристика доступности также приводит к некорректной оценки связанности событий. Большинство из нас будет считать наиболее связанными между собой те события, которые легче представить вместе, или упоминать те связки событий, которые несколько раз встречали в своей жизни. Термин «эвристика доступности» был введен в оборот в 1973 г. Даниэлем Канеманом и Амосом Тверски в работе «Принятие решений в неопределенности: правила и предубеждения». Чтобы подтвердить свою гипотезу, Канеман и Тверски провели серию любопытных экспериментов. Например, испытуемым зачитывали список мужских и женских имен. В нем были неизвестные имена, а также имена знаменитостей. Далее испытуемых просили ответить, людей какого пола было больше в списке. В каждом случае респонденты ошибались, потому что всегда называли тот пол, который был представлен наиболее известными людьми. То есть если в списке было больше мужчин-звезд, испытуемые давали ответ, что в списке доминируют мужские имена, хотя на самом деле женщин было больше. Испытуемые делали выводы, диаметрально противоположные действительности. Люди склонны ошибаться в своих оценках, потому что одно событие легче приходит им на ум, чем другое. Как влияет эвристика доступности на нашу жизнь? Мы даем завышенную оценку вероятности тех событий, которые легко представить. На наш взгляд, то, что мы легко себе представляем, на самом деле существует, а то, что не можем представить, не существует. Например, мы судим о вероятности заболевания той или иной болезнью на основании того, сколько подобных случаев произошло вокруг нас, с нашими знакомыми и близкими. Если среди наших знакомых нет людей, умерших от рака легких, мы продолжаем курить, считая, что никакого риска нет. Если на работе уволили несколько человек, нам, конечно, начинает казаться, что уволят и нас, но мало того — мы предполагаем, что вокруг происходит настоящая катастрофа: во всех фирмах всех повально увольняют. Увидев несколько выпусков новостей об авиакатастрофах, мы ошибочно начинаем считать, что самолет — это самый опасный вид транспорта, и каждый полет превращается в кошмар. Мы слышим историю о том, что кто-то бросил нелюбимую работу, воплотил детскую мечту, стал артистом и добился больших успехов на этом поприще, — и вот эвристика доступности вновь будоражит воображение: нам начинает казаться, что мы сможем так же легко сделать что-то подобное. Если в новостях выходит репортаж о счастливчике, который выиграл джекпот в лотерею и мгновенно стал мультимиллионером, многие бросаются покупать лотерейные билеты. Неужели они думают, что если кто-то выиграл, то обязательно следом выиграют и они? Узнав, что Билл Гейтс и Стив Джобс сделали блестящую карьеру и изменили мир, не имея высшего образования, многие рассуждают так: чтобы стать миллиардером, учиться не нужно, успех и так придет. Но много ли в реальности таких «необразованных» миллиардеров? Эвристикой доступности блестяще пользуются маркетологи, пиарщики и рекламщики на благо крупных корпораций. Вы теперь понимаете, зачем они стремятся создать наиболее яркую рекламу с вирусным эффектом? Зачем разрабатывают простые и запоминающиеся логотипы? Зачем играют на близких и стереотипных ассоциациях? Зачем известные бренды тратят баснословные деньги на постоянную рекламу, хотя их и так все прекрасно знают? Этим эффектом пользуются пропагандисты и политтехнологи. Чем чаще какие-то события оказываются на слуху, чем более сенсационными и эмоциональными они будут выглядеть, тем более вероятными и правдивыми они представляются людям. Группа исследователей задались вопросом: какие причины смерти люди признают наиболее вероятными? Оказалось, именно те, которые чаще упоминались в СМИ. Про реальную статистику, конечно же, никто в большинстве своем не вспоминает. Эта ментальная ловушка приводит к систематическим заблуждениям и, конечно, мешает нам в жизни. С другой стороны, эвристика доступности — это очень удобный механизм принятия решений в знакомых и простых ситуациях, когда можно обойтись без лишних усилий и долгих раздумий. Например, учуяв запах гари, мы понимаем, что может быть пожар, и предпринимаем необходимые действия. Или, увидев страшную аварию, начинаем быть осторожнее. При столкновении с выбором в условиях неопределенности или нехватки времени эвристика доступности позволяет людям быстро прийти к определенному выводу. К сожалению, не всегда правильному. Эффект иллюзии правды Удивительно, но мы считаем более правдивой ту информацию, которую слышали много раз. Именно это обстоятельство и лежит в основе следующего когнитивного искажения под названием «эффект иллюзии правды». Мы больше доверяем той информации, которая нам знакома. Чем больше раз мы о чем-то слышали, тем более правдивой кажется эта информация. Вот почему эту когнитивную ошибку часто называют «эффект повторения». Эффект иллюзии правды был выявлен в 1977 г. в Университете Вилланова и Темпльском университете. В ходе исследования участникам сообщали 60 фактов, которые выглядели вполне вероятными, например: «Первая военная авиабаза была создана в Нью-Мексико» или «Баскетбол стал олимпийским видом спорта в 1925 г.». Испытуемым предлагалось оценить по шкале от 1 до 7, насколько правдивыми им кажутся данные суждения. Через какое-то время участников вновь собирали и повторяли им эти факты наряду с другими, новыми. Чем больше раз людей собирали и чем чаще они слышали те же факты, тем сильнее повышалась оценка их правдивости у тех же участников. Испытуемые чаще всего не помнили, что эти факты им уже назывались в ходе эксперимента, но почему-то были точно уверены, что где-то о них слышали. А если где-то слышали — значит, это похоже на правду. Когда наш мозг сталкивается с уже знакомой информацией, он начинает быстрее реагировать на нее и неправильно воспринимает это как признак ее истинности. Мы склонны использовать кратчайшие пути для оценки правдоподобности. Позже эффект иллюзии правды был подтвержден и другими исследованиями и экспериментами. Вы можете сказать: «Наверняка этот эффект действует, когда люди не уверены в истинности того или иного утверждения». Но недавние исследования (2015 г.) показали, что эффект иллюзии правды срабатывает и в случае абсолютной лжи. Например, испытуемые неоднократно сталкивались с утверждениями типа «Сари — это короткая клетчатая юбка, которую носят шотландцы» или «Атлантический океан — самый большой океан на планете». Даже если участники изначально знали, что высказывание ложное, при многократном повторении они начинали сомневаться в этом. То есть работает модель с определенной последовательностью: «Это однозначно ложно», «Это, скорее, ложно», «Я сомневаюсь», «Это может быть верно», «Это верно». То же самое происходит с ложными новостями и абсурдными заголовками. В 2016 г. психолог Гордон Пенникук провел исследование, взяв за основу поддельные новости, якобы позаимствованные из президентской кампании Дональда Трампа. В первой части исследования 2000 участникам было предложено прочитать шесть реальных и шесть поддельных заголовков новостей. Через некоторое время испытуемые познакомились со списком уже из 24 заголовков, который включал все поддельные заголовки, показанные им ранее. Гордон Пенникук повторил классический вывод: если участники ранее сталкивались с фальшивыми (иногда даже абсурдными) новостями, они гораздо выше оценивали их достоверность (10% по сравнению с 5% в первой итерации). Это когнитивное искажение было открыто и описано с научной точки зрения относительно недавно, но глупо говорить, что о нем не знали ранее и уже тем более что его не использовали. Вспомните хотя бы знаменитую фразу «Карфаген должен быть разрушен» (Ceterum censeo Carthaginem delendam esse). Римский сенатор Катон Старший завершал каждое из своих выступлений этим призывом, прекрасно понимания, что повторения приведут в конечном итоге к согласию. Эффект иллюзии правды лежит в основе работы постоянной, навязчивой рекламы. Чем чаще я слышу рекламный слоган, тем больше он кажется мне аксиоматичным. Тот же эффект используется и в политике во время избирательных кампаний, и в пропаганде. Кстати, это был один из излюбленных приемов Йозефа Геббельса, министра народного просвещения и пропаганды Третьего рейха.
Читайте также
Тирания уникальности: как перестать верить в собственное величие и стать счастливее
Для решения большинства проблем человеку нужно просто осознать, что в них нет ничего особенного и миллионы живут с точно такими же, считает блогер, автор The Huffington Post Марк Мэнсон. Здесь мы приведем фрагмент перевода его книги «Тонкое искусство пофигизма: парадоксальный способ жить счастливо», где он объясняет, как перестать завидовать каждому второму во френдленте, избавиться от завышенных ожиданий и понять, что действительно важно, а что не стоит внимания. Тонкое искусство наплевать Когда большинство людей слышат про умение наплевать, они представляют себе человека, которому в его спокойной безмятежности нет дела ни до каких жизненных бурь. Они воображают субъекта, которого ничем не проймешь и не расшевелишь. Но знаете, как называется человек, который не обнаруживает эмоций и ни в чем не видит смысла? Психопат. Думаю, у вас нет ни малейшего желания становиться психопатом. Так что же значит — уметь наплевать? Рассмотрим три «тонкости», которые прояснят ситуацию. Тонкость N1: умение наплевать не означает безразличия; это умение оставаться другим Скажем без экивоков. В безразличии нет ничего восхитительного и достойного. Безразличные люди — жалкие неадекваты. Это диванные овощи и интернетные тролли. Безразличные люди часто лишь прикидываются безразличными, ибо в глубине души им далеко не наплевать. Им не наплевать, что люди думают об их волосах, поэтому они не моют их и не причесывают. Им не наплевать, что люди думают об их идеях, поэтому они прячутся за сарказмом и высокомерными подколами. Они боятся, что кто-то подойдет к ним близко, поэтому воображают себя особенными, хрупкими созданиями, чьи проблемы никому понять не под силу. Безразличные люди боятся мира и последствий собственного выбора. Вот почему они не делают мало-мальски осмысленного выбора. Они прячутся в серой и бездушной яме, которую сами себе выкопали, поглощенные собой и жалостью к себе. И вечно убегают от этой досадной вещи, которая требует времени и сил и называется жизнью. Ибо знаете, в чем подлянка? По большому счету наплевать — невозможно. У вас должно быть что-то, до чего вам есть дело. Это физиологическая потребность: всегда беспокоиться о чем-то, относиться неравнодушно. Стало быть, вопрос таков: на что нам не наплевать? Какой выбор мы сделаем? И как наплевать на то, что в конечном счете неважно? Недавно у моей матери обманом выудил деньги ее близкий друг. Будь я безразличен, я бы пожал плечами, хлебнул мокко и загрузил очередной сезон «Прослушки». Извини, мама. А я был возмущен. Я был взбешен. Я сказал: «Черта с два, мама! Мы идем к адвокату и ищем способ взять эту сволочь за горло. Почему? Да потому, что мне не наплевать. Я разрушу мерзавцу жизнь, если потребуется». Итак, тонкость номер один. Когда мы говорим «Марк Мэнсон умеет наплевать и забить», мы не имеем в виду, что «Марку Мэнсону все до лампочки». Мы имеем в виду другое: ему до лампочки, что на пути к целям его ждут неприятности, или что кого-то раздражают поступки, которые он считает правильными, важными и достойными. Мы имеем в виду: Марк Мэнсон — из тех людей, которые напишут о себе в третьем лице лишь потому, что сочтут это правильным. И плевать ему на чужое мнение. Вот этим можно восхищаться. Да не мной, дубина: преодолением трудностей, готовностью быть самим собой, быть изгоем и парией во имя своих ценностей. Готовностью взглянуть в лицо неудачам и показать им средний палец. Восхищаться людьми, которые плюют на трудности и неудачи, не боятся попасть в неловкое положение, не боятся слажать несколько раз. Людьми, которые, смеясь, делают, во что верят. Делают — ибо считают это правильным. Такие люди знают: есть вещи, более важные, чем они сами, и их чувства, и их гордость, и их эго. Им плевать не на все подряд, а на все второстепенное. Они берегут свои нервы для подлинно важного. Для друзей. Семьи. Цели. Буррито. Одного-двух судебных процессов. Но, поскольку они берегут нервы лишь для больших и значимых вещей, окружающие будут плевать на них самих. И вот еще подлянка. У вас не получится играть важную и ключевую роль для одних людей, не став посмешищем и помехой для других. Просто не получится. Ибо сопротивление всегда существует. Всегда. Как говорится, куда ни пойди, конец один. Это касается и тягот, и неудач. Куда бы вы ни пошли, вас поджидает огромная куча проблем. И это — норма. И задача состоит не в том, чтобы убежать от проблем. Она состоит в том, чтобы найти проблемы, с которыми вам понравится иметь дело. Тонкость N2: чтобы не волноваться о невзгодах, нужно волноваться о вещах более важных Допустим, вы стоите в очереди в магазине. Перед вами старушка шумит на кассира, который не принял ее купон на 30 центов. И почему она так волнуется? Ведь это лишь 30 центов. Я вам объясню почему. Этой женщине больше нечем заняться, как сидеть дома и вырезать купоны. Она старая и одинокая. Ее дети — эгоисты, которые никогда ее не навещают. Она живет одна уже лет тридцать. Она не может выпустить газы, не испытывая сильной боли внизу спины. И пенсия у нее крошечная, и умрет она в памперсах, воображая себя в сказочной стране. Остается вырезать купоны. Больше ничего нет. Только она и чертовы купоны. Она ни о чем больше не волнуется, поскольку ей не о чем больше волноваться. И когда семнадцатилетний кассир отказывается взять купон и отстаивает неприкосновенность своей кассы с тем мужеством, с каким былые рыцари защищали честь дамы сердца, бабуля не может не взорваться. Восемьдесят лет нервотрепки обрушиваются на несчастного как огненный шквал: «А в мое время…», «…люди выказывали больше уважения». И далее в том же духе. Беда с людьми, которые щедры на тревоги как летний день на эскимо, состоит в том, что им нечем больше заняться. Но если вы будете волноваться из-за всякой ерунды — новой фотки экс-бойфренда в соцсетях, долговечности батареек в пульте для телевизора и покупке двух гелей для рук по цене одного, — в жизни не останется места для волнений по серьезным поводам. И это — реальная проблема. Не гель для рук. И не пульт для телевизора. Я слышал, один художник сказал, что, когда у человека нет проблем, его ум выдумывает их. По-моему, большинство — особенно образованный, холеный средний класс белых людей — считают «жизненными проблемами» обычные следствия того, что у них нет более важных вопросов для беспокойства. А значит, найти нечто важное и осмысленное в жизни и есть самый продуктивный способ использовать время и силы. Ибо, если вы не найдете такого осмысленного занятия, вы истреплете нервы по причинам пустым и легковесным. Тонкость N3: осознаете вы это или нет, от вас зависит, о чем волноваться Умение плюнуть не врожденное. Рождаемся мы с противоположным качеством. Видели, как истошно плачет ребенок, когда у него панамка не того оттенка голубого? Вот именно! Ну его, этого младенца. Когда мы молоды, все вокруг новое и волнующее и все кажется важным. Вот мы и психуем на каждом шагу. Мы на нервах из-за всего и вся: что люди о нас говорят, позвонит ли нам этот классный парень/классная девушка, удастся ли подобрать второй носок в паре и какого цвета будет воздушный шарик на день рождения. Потом мы становимся старше и опытнее. Мы замечаем, что масса времени ушла впустую, а большинство этих вещей не оказали длительного влияния на нашу судьбу. Люди, чьим мнением мы дорожили, исчезли из нашей жизни. Любовные неудачи, которые причинили боль, оказались к лучшему. Мы также осознаем, сколь мало внимания люди уделяют второстепенным деталям нашей жизни. И мы решаем не психовать по этим поводам. По сути, мы становимся избирательными в отношении того, о чем волноваться. Это именуется зрелостью. Кстати, попробуйте: полезное качество. Оно возникает, когда вы учитесь тревожиться лишь из-за вещей, которые того заслуживают. […] Когда мы становимся еще старше и достигаем среднего возраста, начинает меняться кое-что еще. Снижается запас энергии. Укрепляется наша идентичность. Мы знаем, кто мы, и принимаем себя со всеми достоинствами и недостатками. И как ни странно, это освобождает. Уже не надо волноваться из-за всего подряд. Жизнь такова, какова она есть. Мы принимаем ее со всеми ее бородавками. Мы осознаем, что никогда не вылечим рак, не полетим на Луну и не пощупаем Дженнифер Энистон. Ну и ладно. Жизнь продолжается. Зато нам не плевать на более важные части нашей жизни: семью, лучших друзей, любимое дело. И к нашему изумлению, этого хватает. Все становится проще, и это приносит стойкое удовлетворение. […] Злоключения Панды Разочарования Если бы я мог выдумать супергероя, я бы выдумал Панду Разочарования. Он бы носил смешную маску вокруг глаз и майку (с большой буквой Т), слишком маленькую для его большого брюшка. А его суперсила состояла бы в том, что он рассказывал бы людям суровую правду о них — нужную, но нежеланную. Он ходил бы от двери к двери, как распространитель Библии, звонил жильцам и говорил неприятные вещи, например: «Большая прибыль поможет вам чувствовать себя лучше, но дети вас за это не полюбят». Или: «Если вы спрашиваете себя, доверяете ли своей жене, то, наверное, не доверяете». Или: «То, что вы называете дружбой, есть лишь постоянные попытки впечатлить окружающих». Затем он желал бы жильцу доброго дня и не спеша отправлялся бы к следующему дому. Это было бы потрясающе. И тяжело. И грустно. И жизнеутверждающе. И необходимо. В конце концов выслушивать величайшие истины неприятнее всего. Никто не хочет встретить такого Панду. Но он необходим большинству из нас. Его слова были бы словно свежие овощи на фоне тех ментальных консервов, что мы употребляем. Он портил бы нам настроение, но делал жизнь лучше. Он делал бы нас сильнее, поражая в самое сердце, и освещал бы светом будущее, показывая тьму. Слушать его — как смотреть фильм, в котором герой умирает в конце: вам тяжело, но вы понимаете, насколько все реалистично, и не можете оторваться. А раз так, позвольте мне надеть маску Панды Разочарования и сообщить вам неприятное известие. […] Вы не уникальны […] Чем глубже боль, тем беззащитнее мы ощущаем себя в наших проблемах и тем больше развязываем себе руки в попытке компенсировать проблемы. Эта установка работает одним из двух способов: Я замечательный, а остальные — уроды, поэтому я заслуживаю особого обращения. Я урод, а остальные—замечательные, поэтому я заслуживаю особого обращения. С виду противоположные вещи, но эгоистическая начинка одинаковая. Люди, которые считают себя особенными, часто колеблются между обеими крайностями. То они на вершине мира, то у его дна: в зависимости от дня недели и эффективности самообмана. […] Однако уникальных проблем вообще не бывает! С такими проблемами, как у вас, миллионы людей жили в прошлом, живут сейчас и будут жить в будущем. Очень возможно, что такие люди есть и среди ваших знакомых. Это не умаляет проблем и не означает, что вам не должно быть больно. Это не означает, что в каких-то обстоятельствах вы напрасно считаете себя жертвой. Это означает одно: вы не уникальны. Зачастую осознание лишь этого факта — что в серьезности и болезненности ваших проблем нет ничего особенного — становится первым и важнейшим шагом к их решению. Почему-то все больше и больше людей, особенно молодых, забывают об этом. Многие профессора и педагоги отмечают отсутствие эмоциональной устойчивости и избыток эгоистических требований у нынешней молодежи. Нередко книги убирают из школьной программы лишь потому, что они кого-то раздражают. […] Психологи констатируют: как никогда много учеников переживают крайний эмоциональный стресс из-за самых обычных школьных проблем — ссоры с одноклассником, плохой отметки на уроке. Странно, что в эпоху всеобщей коммуникации ощущение своей неповторимости достигло максимума. Нечто в современной технологии позволяет разгуляться нашим комплексам как никогда раньше. Чем больше свободы выражения нам дают, тем больше мы хотим освободиться от нужды иметь дело с людьми, которые не согласны с нами или расстраивают нас. Чем чаще мы сталкиваемся с противоположными точками зрения, тем больше недовольны, что эти точки зрения существуют. Чем легче и свободнее от проблем становится наша жизнь, тем более уникальными мы считаем оставшиеся проблемы. Без сомнения, интернет и социальные сети — настоящее чудо. Во многих отношениях наше время — лучшее в истории. Но быть может, в социальном плане эти технологии дают и нежелательный побочный эффект. Технологии, которые принесли свободу и знания столь многим людям, внушили многим и чувство уникальности, какого не знали их предки. Тирания исключительности Большинству из нас большинство дел удаются весьма средне. Даже если мы в чем-то асы, в остальном наверняка середнячки, а то и похуже. Так устроена жизнь. Чтобы достичь мастерства в чем-либо, нужно затратить массу времени и сил. А поскольку наши время и силы ограничены, почти никто не достигает подлинного мастерства сразу в нескольких вещах (если хоть в чем-то достигает). Со статистической точки зрения немыслимо, чтобы один и тот же человек достиг удивительных успехов во всех (или даже во многих) областях жизни. Успешные бизнесмены зачастую не умеют выстраивать семейную жизнь. Знаменитые спортсмены сплошь и рядом пусты и тупы, как пробка после лоботомии. Многие знаменитости не лучше знают, как жить, чем простофили, которые смотрят на них раскрыв рот и подражают каждому чиху великого человека. Все мы в большинстве отношений — середнячки. Просто резонанс получают крайности. Для нас это не новость, но мы редко думаем и/или говорим об этом. И никогда не обсуждаем, почему это может быть проблемой. Конечно, здорово иметь интернет, соцсетки и доступ к пятистам с лишним каналам телевидения. Но наше внимание ограничено. У нас нет возможности обработать лавины информации, которые постоянно накатывают на нас. Поэтому до нашего сознания всерьез доходят лишь капли информации: вещи подлинно необычные, крайне редкие. Однако изо дня в день на нас обрушиваются тонны известий о вещах необычных. О лучшем из лучшего. О худшем из худшего. О величайших спортивных рекордах. О самых смешных шутках. О самых страшных катастрофах. О самых жутких угрозах. И так без конца. Ларчик открывается просто. Вокруг полно информации от пиков и минимумов кривой человеческого опыта, поскольку именно они привлекают наше внимание. И они приносят доллары медийному бизнесу. Но подавляющее большинство людей живут в однообразной середине. Подавляющая часть жизни не экстраординарна, а вполне заурядна. Поток крайностей заставляет нас верить, что исключительность — это норма. А поскольку обычно с нами ничего особенного не происходит, лавина сообщений об исключительном наводит тоску, отчаяние: что же мы-то сидим в болоте? Отсюда возникает все большая потребность в компенсации, которую сулит нам чувство собственной исключительности или какое-то пристрастие. Мы пытаемся справиться доступными способами: путем возвеличивания себя или других. Одни выдумают схемы быстрого обогащения. Другие отправляются на противоположный конец планеты спасать голодающих младенцев. Третьи лезут из кожи вон в учебе и добывают каждую мыслимую награду. Четвертые обстреливают школу. Пятые пытаются заняться сексом со всем, что говорит и дышит. Это связано все с той же культурой уникальности, о которой я говорил. В этом культурном сдвиге часто винят людей, родившихся в конце ХХ в. Но это поколение просто самое заметное и находится в центре внимания. А тяга чувствовать себя уникальными ощущается у людей всех поколений. […] Постоянный поток медийной ахинеи подпитывает наше чувство неуверенности: вот видите, насколько вы не соответствуете стандартам? Мало того, что мы ощущаем себя в гуще нерешаемых проблем: мы оказались еще и лузерами, поскольку элементарный поиск в Google сообщает о тысячах людей, которые вообще не имеют этих проблем. Технология решила старые экономические проблемы, принеся нам новые психологические проблемы. В интернете мы находим не только легкий доступ к информации, но и легкий доступ к неуверенности, стыду и сомнениям в себе. «Но если я не буду особенным и удивительным, в чем же смысл?» В нашей культуре принято считать, что мы все призваны к чему-то подлинно необычному. Так говорят знаменитости. Так говорят олигархи. Так говорят политики. […] Абсолютно каждый может быть выдающимся. Мы все заслуживаем величия. Однако большинство людей упускают из виду, что в этом тезисе есть внутреннее противоречие: если все будут выдающимися, то по определению никто не будет выдающимся. Вместо того чтобы задуматься, чего мы на самом деле заслуживаем или не заслуживаем, мы послушно съедаем это вранье и просим еще. «Середнячок» — классическое определение неудачника. Нет ничего хуже, чем оказаться в середине, в средней части кривой. Когда успех измеряется «необычностью», уж лучше быть в самом низу, чем в середине: во всяком случае ты необычен и заслуживаешь внимания. Многие люди так и поступают: доказывают всем, что они самые несчастные, или самые угнетенные, или самые виктимизированные. Многие боятся оказаться середнячками: ведь если они смирятся с таким положением, они никогда ничего не достигнут, не выбьются в люди. Их жизнь не будет ничего значить. Такой менталитет опасен. Как только вы согласитесь, что стоящей можно назвать лишь подлинно великую и выдающуюся жизнь, вы объявите жизнь большинства людей на Земле (включая свою) бездарной и бесполезной. А это ничего хорошего не сулит ни окружающим, ни вам самому. Те редкие люди, которые добиваются больших успехов в чем-либо, обязаны своими успехами не вере в свою исключительность. Корни их побед лежат в другом: у них был пунктик насчет совершенствования. Но вдумаемся: почему они хотели сделать лучше? Да потому, что отдавали себе отчет: пока у них не очень получается. Этот настрой диаметрально противоположен вере в собственное величие. Успех может прийти лишь тогда, когда человек поймет: до величия ему далеко, результаты — скромные и посредственные. И есть куда расти. А треп насчет того, что «каждый человек может стать исключительным и достичь величия», лишь дразнит эго. Звучит хорошо, но в реальности это лишь пустые калории, пресловутый бигмак для души и мозгов: от него только толстеешь и заплываешь жиром. Для эмоционального здоровья, как и для здоровья физического, нужно есть овощи и фрукты: иными словами, принять простые и незатейливые правды жизни. Например: «Твои поступки играют не такую уж большую роль в общем ходе вещей». Или: «Большая часть твоей жизни будет скучна и непримечательна. И это нормально». Поначалу такая растительная пища покажется грубоватой. А то и невкусной. Вас снова потянет к бигмаку. Но как только вы переварите правду, ваше тело наполнится жизнью и силами. В конце концов, у вас камень упадет с плеч: исчезает постоянная необходимость быть удивительным и выдающимся. Рассеиваются стресс и тревога, вызванные закомплексованностью и нуждой что-то из себя изображать. Знание и приятие вашего скромного существования освободит вас для совершения дел, которые вы действительно хотите сделать — без лишней опаски и завышенных ожиданий. Вам откроются простые жизненные радости: дружба, творчество, помощь нуждающемуся, чтение хорошей книги, возможность посмеяться с симпатичным человеком. Скажете, звучит скучно? Да, эти вещи — самые обычные. Но быть может, они не случайно самые обычные, а потому, что они подлинно важные. […] Как стать менее уверенным в себе Научиться задавать себе критические вопросы, сомневаться в своих мыслях и убеждениях чрезвычайно сложно. Однако это реально. Вот вопросы, которые помогут вам культивировать в себе неуверенность. Вопрос N1: «Что, если я ошибаюсь?» Одна моя знакомая собралась замуж. Ей сделал предложение серьезный человек. Он не пьет. Не бьет и не обижает ее. Он дружелюбный, и у него хорошая работа. Однако после помолвки ее брат прожужжал ей все уши про незрелый жизненный выбор: мол, наплачется она с этим человеком, и делает большую ошибку, и вообще ведет себя безответственно. Она спрашивала брата: «А тебе-то что? Почему это так тебя волнует?» Он неизменно отвечает: «Да ничего, и уж точно ничего личного. Просто пытаюсь быть полезным, забочусь о младшей сестре». А ведь что-то его беспокоит. Может, вылезли комплексы насчет брака. Может, ощущает в ее женихе соперника. Может, ревнует. А может, настолько привык считать себя жертвой, что неспособен заботиться о счастье ближнего, не пытаясь сделать его несчастливым. Как правило, мы не видим себя со стороны. Зачастую мы последними замечаем, что мы гневаемся, ревнуем или расстраиваемся. И есть только один способ снять шоры с глаз: избавиться от железных доспехов уверенности, постоянно сомневаться в собственных мотивах. «А не ревную ли я? И если да, то почему?» «А не разозлился ли я?» «А что, если она права, а я лишь защищаю свое самолюбие?» Подобные вопросы должны войти в умственную привычку. Во многих случаях само их возникновение делает нас более смиренными и сострадательными, что необходимо для решения множества проблем. Сделаем оговорку: сам факт, что вы сомневаетесь в своей правоте, не обязательно означает вашу неправоту. Если вас поколотил муж за то, что на плите жаркое подгорело, а вы спрашиваете себя, не зря ли вы обижаетесь на него, — весьма возможно, что он и впрямь дурно обошелся с вами. Ведь смысл состоит не в том, чтобы возненавидеть себя, а в том, чтобы задать вопрос и взглянуть на ситуацию критически. Следует помнить: чтобы в вашей жизни произошли перемены, вы должны найти у себя ошибки. Если вы целыми днями чувствуете себя несчастным, это означает, что вы уже в чем-то серьезно напутали. И доколе вы не разберетесь, где вышла ошибка, ничего не изменится. Вопрос N2: «Что означала бы моя неправота?» Многие способны спросить себя, не ошибаются ли они. Значительно меньшее число людей способны сделать следующий шаг и осмыслить, что означает их неправота. Ведь потенциальный смысл может оказаться весьма болезненным. Не только наши ценности оказываются под угрозой: еще и надо думать, как выглядит и ощущается кардинально иная ценность. Аристотель писал: «Образованный ум умеет рассматривать мысль, не соглашаясь с ней». Изучать и оценивать ценности, необязательно принимая их, — вот, пожалуй, главное умение, которое необходимо для позитивного изменения собственной жизни. Вспомним случай с братом моей знакомой. Ему бы следовало спросить себя: «Допустим, я не прав насчет замужества сестры. Что это означает?» Часто ответ на подобные вопросы очевиден: «Я эгоистичная/закомплексованная/нарциссическая задница». Если он ошибается и его сестре повезет — и у нее будет здоровый и счастливый брак, то объяснить его поведение остается лишь через комплексы и кретинские ценности. Он полагает, что лучше сестры знает, как ей жить, а она не способна принимать важные жизненные решения. Он полагает, что у него есть право и ответственность решать за нее. Он уверен, что прав, а остальные ошибаются. Но даже разоблачив такое поведение — в брате моей подруги или в себе — его трудно признать. Это болезненно. А кому же хочется задавать себе сложные вопросы. Однако без подобных «зондирующих» вопросов не добраться до проблем, которыми мотивируются его/наши безумные поступки. Вопрос N3: Признание неправоты создаст для меня и других людей большие или меньшие проблемы, чем сейчас? Это — лакмусовая бумажка. Так можно выяснить, есть ли у нас прочные ценности или мы полные невротики без царя в голове, которых кидает то в одну сторону, то в другую. Надо выяснить, какая проблема лучше. Ведь как сказал Панда Разочарования, жизненные проблемы неисчерпаемы. Взять хотя бы брата моей подруги. Какие возможности у него есть? А. По-прежнему нагнетать обстановку в семье, отравлять людям жизнь, подрывать доверие и уважение к себе сестры — из-за одной лишь смутной догадки (кто-то назовет ее интуицией), что выбранный спутник жизни ей не подходит. Б. Усомниться в собственной способности думать за сестру, вести себя поскромнее и довериться ее умению принимать решения и в любом случае жить с последствиями своей любви и уважения к ней. Большинство людей выберут А. Оно и понятно: так легче всего. Думать не надо, ни во что вникать не надо, терпимо относиться к чужим и неприятным решениям не надо. Но в итоге несчастливы все участники ситуации. Здоровые и счастливые отношения, основанные на доверии и уважении, создает вариант Б. Он склоняет к скромности и признанию своего невежества. Он позволяет людям преодолеть свои комплексы и увидеть, где они ведут себя импульсивно, несправедливо и эгоистично. Однако вариант Б труден и болезнен. Поэтому выбирают его немногие. Возмущаясь помолвкой сестры, брат начал воображаемую битву с самим собой. Разумеется, он считал себя рыцарем. Но все это чистой воды придурь: в основе лежат сумасбродные ценности и критерии. Ибо горькая правда состоит в том, что он предпочтет разрушить отношения с сестрой, чем допустить собственную неправоту (хотя такое признание еще и помогло бы преодолеть комплексы, ставшие причиной ошибки). Одно из немногих правил, которые я установил для себя с годами, звучит так: «Если я считаю одно, а все остальные — другое, то намного вероятнее, что ошибаюсь я». Это показал опыт. Бессчетное число раз я вел себя как полный и закомплексованный идиот, глубоко убежденный в абсолютной ерунде. Я не хочу сказать, что большинство всегда право. Да, бывают случаи, когда вы правы, а остальные — нет. Но такова жизнь: если вам кажется, что вы — против всего мира, скорее всего, вы идете против самого себя и только. Источник: Журнал «Теории и практики»
Умным быть модно: 5 отличных научно-популярных книг
Это подборка из пяти отличных научно-популярных книг, прочитав которые вы почувствуете себя ходячей энциклопедией. 1. Краткая история времени - Стивен Хокинг Если Вы подзабыли школьный курс физики, но всё так же интересуетесь загадочным миром элементарных частиц; если Вы хотите узнать, почему мы сначала видим причину события, а затем следствие, но ни в коем случае не наоборот; если Вас по каким-то причинам ещё пугают чёрные дыры, – добро пожаловать в простую и изящную Вселенную Хокинга, описанную доступным и приятным языком. «Мне сказали, что каждая формула в книге вдвое уменьшит число покупателей. Тогда я вообще решил обойтись без формул», – пишет известнейший астрофизик и популяризатор науки, человек пытливейшего ума и недюжинной силы воли. Мечтаете о плаще-невидимке? Краем уха что-то слышали о попытках обогнать скорость света? Может, надеетесь когда-нибудь заглянуть в собственное будущее? Мичио Каку способен разбить Ваши мечты или, наоборот, вселить надежду на то, что когда-нибудь человечеству станут доступны высочайшие технологии: скажем, уничтожение целых планет или телепортация. Возможности современной физики писатель щедро разбавляет разными историями и анекдотами. Книга – отнюдь не только для фантазёров и любителей фантастики. 3. Эгоистичный ген - Ричард Докинз Один из авторитетнейших биологов, острый на язык воинствующий атеист Ричард Докинз вообще-то считает своей лучшей книгой другую – «Расширенный фенотип». Но уверяем Вас, «Эгоистичный ген» по способности захватить читателя ничуть ни хуже! Автор берёт за основу теории эволюции... ген. Малюсенький кирпичик живых организмов, уверяет Докинз, вполне способен контролировать наше поведение, вплоть до выбора партнёра! Теория учёного, впрочем, поражает универсальностью: Докинз доказывает, что и идеи способны распространяться в человеческой среде подобным образом. Смело беритесь за «Эгоистичный ген», если хотите почитать что-то захватывающее по теории эволюции и естественного отбора. 4. Голая обезьяна - Десмонд Моррис Наука этология ставит своей целью выяснить: насколько далеко ушёл человек от обезьяны? Десмонд Моррис иногда со всей серьёзностью, а иногда с изрядной долей юмора подходит к описанию человеческого поведения с различных точек зрения, объясняя читателю, например, использование макияжа, языка поз и жестов. Не обходит учёный стороной и вопрос происхождения Homo sapiens. Всю информацию зоолог иллюстрирует многочисленными примерами из жизни животных. Хотите лучше понять себя? Не обойдите вниманием данную книгу. 5. Почему языки такие разные - Владимир Плунгян Лингвистика – наука обширная, ставящая перед собой миллион разнообразных задач. Плунгян выделяет из них одну-единственную и довольно развёрнуто и понятно рассматривает ее. В мире больше 5 тысяч языков, и все они отличаются друг от друга настолько же, насколько и их носители. Книга не только заставит Вас взглянуть по-новому на собственный язык, но и вызовет у читателя желание выучить ещё один. А затем ещё. Ведь лингвистика – это так интересно.
7 советов для тех, кто хочет стать оптимистом
Люди с высоким уровнем стрессоустойчивости превращают неприятные ситуации в возможность научиться чему-то новому. Только вот не все мы оптимисты. Однако наш мозг устроен таким образом, что его можно перепрограммировать и намного легче переживать жизненные неурядицы. Вот несколько советов от Джона Ардена, опытного нейрофизиолога и автора книги «Укрощение амигдалы». Оптимизм и стрессоустойчивость: где их искать Эмоционально устойчивые люди адаптируются к обстоятельствам, концентрируясь на скрытых возможностях. Например, из-за нехватки финансов вы устраиваетесь на новую работу и обнаруживаете, что она намного труднее, времени и энергии уходит уйма, приходится работать сверхурочно. Вам тяжело выйти из зоны комфорта, потому и копится недовольство. Но, вероятно, спустя время вы обнаружите, что новая сфера деятельности интереснее и лучше прежней. Возможно, вам повезло и произошло что-то весьма близкое к вашим ожиданиям, но действительно ли это принесло вам удовольствие? Вполне вероятно, что вы оказались слишком занятым ожиданием следующего конкретного результата. Если вы привязаны к ожиданию конкретного результата, а получается что-то другое, вы испытываете разочарование. Как правило, все получается не совсем так, как вы того горячо желаете, и у вас есть два варианта действий: смириться с тем, что получилось, или сожалеть о том, что желаемый результат не достигнут. В любом случае вы лишаете себя возможности жить настоящим и получать удовольствие здесь и сейчас. Душевная стойкость заключается в том, чтобы сохранять надежду перед лицом сложностей и делать то, что нужно, чтобы ситуация изменилась к лучшему. Такого рода оптимизм — часть эмоционального интеллекта. Вредный для здоровья пессимизм Пессимистичный настрой плохо влияет не только на душевное, но и на физическое здоровье. Мартин Селигман из Пенсильванского университета выдвинул предположение, что пессимизм негативно влияет на здоровье по следующим причинам: • вы не верите, что ваши действия могут изменить ситуацию; • в вашей жизни случается больше плохого, потому что вы отрицательно реагируете на нейтральные ситуации, а также потому что напрасно или неправильно прикладываете усилия; • пессимизм подавляет иммунную систему. Пессимисты сами себя загоняют в депрессию. Их негативное восприятие мира не оставляет им возможности положительно оценить хоть какое-то событие. Нейронауки и радость жизни Оптимизм — это не просто уверенность в том, что стакан наполовину полон. Стресс дает вам шанс попытаться сделать что-то по-другому, по-новому — так, как никогда раньше. И если вы сфокусируетесь на этой возможности, то кто знает, к чему она приведет? Не зря говорят, что нет худа без добра. И что самое интересное, эта поговорка все чаще подтверждается наукой. Способность к восстановлению после негативного эмоционального состояния — важная характеристика стрессоустойчивости. Межполушарная асимметрия — она подразумевает, что в разных процессах (творчество, восприятие, речь) полушария участвуют по-разному, — связана и с эмоциями человека. Ученые выяснили, что люди, у которых доминирует левая область лобной доли, как правило, отличаются оптимизмом, активно действуют и верят в то, что их усилия принесут результат. А вот те, у кого «главнее» правая лобная доля, склонны к негативному эмоциональному стилю в поведении. Они больше подвержены тревожности, грусти, беспокойству, пассивности и отказу от активных действий. Хорошая новость в том, что существуют способы «перепрошить» мозг. Люди, у которых доминирует левая лобная доля («позитивная»), умеют нейтрализовывать негатив. Получается, что стрессоустойчивость человека зависит от способности подавлять негативные эмоции, включая эмоцию страха, за проявление которой отвечает миндалевидное тело (или амигдала). Ричард Дэвидсон из Университета Висконсина одним из первых начал исследовать явление межполушарной асимметрии и ее влияние на эмоциональное состояние человека. Он выдвинул предположение, что люди, практикующие позитивный эмоциональный настрой и отношение к жизни, например, с помощью медитации осознанности, становятся более стрессоустойчивыми. Как изменить отношение к жизни Подход к жизни и отношение к событиям, которые с вами происходят, сильно влияют на уровень стресса и на способность менять свою эмоциональную установку. Вот несколько советов, которые помогут перенастроить мозг на позитивную волну. 1. Не надевайте «футболку жертвы» У людей, которые позитивно смотрят на мир и легче справляются с проблемами, есть реалистичное осознание, что то, что они делают, находится в области их контроля. Они считают себя активными участниками процесса, а не беспомощными жертвами сложившихся обстоятельств. Они не демонстрируют выученную беспомощность и умеют вовремя снимать «футболку жертвы». 2. Ставьте cебе амбициозные цели В соответствии с тем принципом, что умеренный уровень стресса помогает перенастроить мозг и обеспечивает «прививку» от более серьезного стресса, ставьте перед собой цели, требующие от вас дополнительных усилий 3. Относитесь к переменам как к шансу на лучшую жизнь Старайтесь расценивать изменения, пусть даже плохие (хотя это вероятнее всего так кажется на первый взгляд) как возможность действовать по-новому, а не как кризис, от которого нужно защищаться. 4. Не забывайте о социальной медицине Поддержка друзей и семьи намного важнее, чем вы думаете. Люди с высоким уровнем стрессоустойчивости активно используют социальную поддержку, что смягчает для них последствия стрессовых ситуаций. При этом она должна быть направлена на заботу и поощрение, а не вызывать в человеке жалость к себе и зависимость. 5. Занимайтесь тем, что вам по душе Ученые выяснили, что стрессоустойчивые люди вкладывают свои усилия и время в то, чем занимаются. Они полны энергии и интереса к своей работе. 6. Не давайте себе скучать Умеренный уровень стресса не позволит вам заскучать от повседневной рутины. Профессор психологии Чикагского университета Михай Чиксентмихайи описал, как можно избежать состояния тревожности от чрезмерного стимулирования и в то же время не поддаться скуке. Нахождение баланса между двумя этими состояниями вызывает у человека состояние «потока», приносящее настоящее удовольствие. 7. Будьте любознательным Любопытство играет важную роль в том, насколько эффективно работает мозг. Если вы разовьете в себе ненасытное любопытство, любая среда, в которую вы попадаете, станет для вас источником новых впечатлений и знаний. Эмоционально и интеллектуально богатая среда стимулирует свойство нейропластичности головного мозга, тогда как лишенная этих характеристик среда ведет к деградации. Есть люди, которые после серьезных травм благодаря своей стойкости начали новую жизнь. Они не забывают, через что им пришлось пройти, но не сидят сложа руки в ожидании, когда произойдет что-то хорошее. Вместо этого они упорно работают. И надо собой в том числе. Ими стоит восхищаться и вспоминать о таких примерах, когда попадаешь в череду неудач. Перенастройку мозга можно начать с того, чтобы самому создавать у себя позитивный настрой, — и все получится. По материалам книги «Укрощение амигдалы»
Сон как бесплатное лекарство
Как избавиться от переедания, постоянных простуд и плохого настроения? Иногда для этого достаточно просто выспаться. Сон, милый сон: как приятно, когда утром тебе никуда не надо и можно лежать в тёплой кроватке, променяв бренные дела на блаженную неспешность. Однако на практике мало кто может позволить себе такую роскошь: учёные подсчитали, что среднестатистический американец спит около 7 часов в день (россиянин — примерно столько же), а японец и вовсе довольствуется 6 часами. В общем и целом, в мире до 70 миллионов человек не получают достаточное количество сна. Невролог Майкл Яффе из Университеты Флориды долгое время изучал, как черепно-мозговая травма и нехватка сна влияет на мозг. В своей статье он отмечает, что ещё в 1942 году 84% американцев получали рекомендуемые 7-9 часов; в 2013 году этим могут похвастаться только 59%. А если говорить о гендерном различии, то мужчины в среднем спят на 25 минут меньше, чем женщины, при этом большинство респондентов признают, что абсолютно не высыпаются. В то же время не совсем понятно, как устанавливаются «сомнологические» границы: кто решает, сколько часов нужно проводить в царстве Морфея? Учёные считают, что здесь важно ориентироваться именно на свои ощущения (а ещё можно проверить себя по шкале Эпворта): если вам достаточно семи часов, чтобы чувствовать себя бодро, значит, это «ваше» время. Но если даже после десятичасового сна вы чувствуете себя разбитым и уставшим, впору не уменьшать количество сна, а посетить врача. Что нам приносит здоровый сон Недостаток сна не ограничивается одной лишь усталостью: исследователям удалось обнаружить, что депривация сна может негативно воздействовать на синаптическую пластичность и кодирование памяти, приводя к невнимательности и рассеянности. А дети, которые спят меньше положенного времени, обычно могут «похвастаться» около десятью хроническими заболеваниями, включая сердечно-сосудистые, диабет, астму, депрессию, ожирение. Правда, не совсем ясно: дело ли в том, что неправильный режим приводит к проблемам со здоровьем, или же, напротив, именно эти заболевания и способствуют нарушениям сна. Например, гипертиреоз, заболевание щитовидной железы, приводит к гиперактивности ребёнка и может вызывать бессонницу. Любопытно, что у недосыпа есть прямая связь с перееданием. Так, в одной из своих лекций научный журналист Ася Казанцева отметила, что у невысыпающихся людей обычно увеличивается вес, так как чувствительность к инсулину снижается. Когда мы едим, в кровь поступает сахар, и если мы спим столько, сколько требуется, клетки получают «инсулиновые сигналы» и начинают использовать сахар, если же нет, клетки теряют чувствительность к инсулину, что в худшем случае через какое-то время может привести к развитию диабета второго типа. Плюс ко всему, снижается высвобождение лептина, отвечающего за регулирование энергетического обмена, а выброс грелина, «гормона голода», напротив, повышается, что лишь усиливает наш аппетит. Не лучше обстоят дела с иммунитетом: из-за недостаточного сна иммунные клетки рискуют проиграть борьбу со злокачественными опухолями, антитела к гриппу и устойчивость к инфекции также снижаются. Недосып возбуждает симпатическую нервную систему, вызывая реакцию «борьбы или бегства»: артериальное давление повышается, сердце начинает сокращаться чаще, эндокринная система выделяет больше кортизола, гормона стресса, — в общем, и ощущения не очень, и на пользу здоровью это явно не идёт. Нехватка сна, естественно, влияет и на социальную жизнь — как вы можете догадаться, также отрицательно. Помимо того, что вы вечно чувствуете упадок сил и раздражение, мешающие адекватно общаться с окружающими, вы также рискуете чаще сидеть на больничном (привет, убитый иммунитет) и даже стать участником ДТП: Яффе ссылается на исследования, в которых недосып имеет корреляцию с увеличением количества автомобильных аварий. ...а что наш мозг? То, что недосып препятствует запоминанию информации, известно уже достаточно давно. Но в новых исследованиях учёным удалось прийти к сенсационным выводам: оказывается, во время сна активизируется глимфатическая система (кстати, она была открыта лишь в 2012 году), система самоочистки мозга, удаляющая «белковые отходы». В противном случае, накопление «вредного» белка бета-амилоида приводит к уничтожению нейронных связей и развитию болезни Альцгеймера. Даже одна ночь, которую вы провели не за просмотром красочных снов, а, скажем, развлекаясь на отвязной вечеринке с друзьями, значительно повышает количество бета-амилоида. Наш цикл сна и бодрствования регулируется циркадными (циркадианными) ритмами: именно они позволяют нам подстроиться под 24-часовой мир, и главным помощником в этом является свет, непосредственно влияющий на сон и высвобождение мелатонина. В сетчатке нашего глаза есть клетки, которые взаимодействуют с «регуляторами» часов мозга, базирующимися в гипоталамусе, и такое взаимодействие зависит именно от света. Так, было установлено, что эти нейроны подвержены воздействию синих световых волн. И для нас это большая проблема: именно синий — «любимый» атрибут компьютеров и смартфонов, и именно синий повышает уровень нашего беспокойства, подавляет выработку мелатонина и, соответственно, обманывает наш мозг, убеждая, что за окном день, а не ночь. Потому-то имеет смысл уменьшить яркость экрана и за 2 часа до сна променять ленту новостей на книгу. Конечно, говорить о том, что сон — это решение всех проблем, вероятно, было бы излишним, однако переоценить его влияние невозможно, ведь нередко он является для нас бесплатным лекарством и профилактикой разнообразных заболевай. Да и не стоит сбрасывать со счетов то, что феномен «физиологического состояния покоя» пока изучен не так хорошо, так что будущие исследования могут нас ещё немало удивить. Отказывайтесь от ночных смен на работе, меняйте вечернее обновление страницы соцсетей на чтение шуршащих страницами книг, не стесняйтесь, если вам требуется не 8, а все 10 часов для сна — и приятных сновидений! Источник: Newtonew Анастасия Коврижкина
Вдохновляющие истории людей, которым за 60 и они в восторге от своей жизни
В фотопроекте под названием «Снова 20» публикуются личные истории российских пенсионеров — на редкость активных «пожилых» людей. Они описывают свои достижения и увлечения и делятся тем, какие цели ставят перед собой на ближайшее будущее. Один из авторов проекта, Роман Зарипов, рассказал в Facebook: «Май 2017 года. Я сижу за покерным столом в Лас-Вегасе… Раз за разом банк забирают себе не какие-то профессиональные игроки в покер, а обычные американские пенсионеры, которые пьют виски, блефуют с двумя парами на руках и обсуждают между собой политику разных стран. Всем этим людям за 70 лет, но жизнь для них только начинается. После очередной раздачи я начинаю беседу с одной из женщин, чтобы понять, чем она живет и что ее мотивирует. Во время разговора моя собеседница заводит речь о понятии “третий возраст”, которое существует на Западе, — это период активной жизни, который начинается после выхода на пенсию. Именно в “третьем возрасте” она начала путешествовать, играть в покер и заводить новые интересы… Мне не давал покоя вопрос, где же наши граждане “третьего возраста”? Мы решили найти таких людей и рассказать о них. Так появилась идея проекта “Снова 20″. Наши герои своим примером показывают, что к жизни после 60 нельзя относиться как к периоду доживания. Давайте поддержим их и поможем исполнить мечты. Ведь в возрасте за 60 есть еще 30 лет жизни, которые нужно прожить счастливо». Владимир Говоров — 72 года «Я работал на ТВ и в нескольких газетах. Сейчас модно работать фрилансером, а я им 50 лет назад еще был. Объездил весь Союз, снимал, писал. На телевидение попал случайно. Сидел в ресторане с другом, подслушивал разговор людей. Они открыли свой телеканал, а я тогда без работы был, подхожу, говорю: “Я электрик, у вас есть работа?” Меня взяли осветителем. Это судьба. Она дается каждому человеку, и никуда ты от нее не денешься. Мне всегда нравились интересные люди. Я хотел о них рассказывать. Так я дорос до оператора и корреспондента. Я фотографировать всегда любил, поэтому есть у меня одна мечта. Хочу освоить фотошоп, снимать фотографии и вести свой блог… Тогда я зайду во все эти ваши инстаграмы и буду показывать, как фоткают с 50-летним бэкграундом. Хочу, чтобы люди научились ценить прелесть каждой секунды этой жизни. А что, как ни фотография, лучше всего отражает ценный момент?». Инна Дубровина — 65 лет «Последние 25 лет работаю психологом. До этого занималась программированием, преподавала информатику и математику. Я знала, как работают компьютеры, изучала искусственный интеллект, но мне не давал покоя вопрос, как устроен человек и его психика. Я много занималась психологией. Тренировалась на себе, пыталась стабилизировать свое расшатанное состояние. У меня было бешеное желание раскрыть секрет, докопаться до сути человеческой души. То, что я психолог, — одновременно и чудо, и результат моего сильного желания. Помню день, когда я решила оставить точные науки и найти наставника в психологии… Это был основатель системы ПЙ (психе-йога). Это такой особенный подход к описанию человека. Он будто специально для таких, как я, — системщиков. У меня такой склад ума, что я хоть и верю в чудеса, но даже их мне надо классифицировать и упорядочивать. ПЙ как раз дает такую возможность». Ипатов Владимир — 69 лет «Я реставратор-позолотчик. В этой сфере уже чуть более 20 лет. Что-то коллекционирую сам, что-то продаю. Иногда космические деньги можно заработать, говорю вам. Я еще очень люблю пробовать все новое. Я хоть и старый дед уже, но мне все неймется. Я горными лыжами увлекался с молодости, а недавно узнал про существование сноуборда. Меня внук научил. Я встал и поехал. Нормально. Езжу каждую зиму на склон, катаюсь. С гироскутером не так все хорошо вышло. Тоже у внука взял покататься, сбил пять человек в парке Культуры. Некультурно вышло. Я понял на самом деле, что все это от нереализованной мечты. Всю жизнь хотел покорить Эверест. И вот сейчас у меня наконец-то есть на это время. Да и со здоровьем все в порядке для моих лет. Но у меня пенсия меньше, чем букв в слове “Джомолунгма”, так что заменяю впечатления от восхождения всякими другими экстремальными развлечениями». Виктория Таранец — 63 года «В молодости я пела в оркестре. Однажды мы с другими музыкантами приехали на гастроли в Бурятию и остались на несколько лет в поселке, где шла стройка Северомуйского тоннеля. Это было время, когда погибла целая бригада проходчиков… Рабочим некуда было себя деть, они скорбели по погибшим родственникам и коллегам, страшно пили, поэтому регулярные музыкальные вечера были для них очень кстати, можно было отвлечься от горя и безделья. Я живу идеей открыть приют для животных и мечтаю её воплотить. У меня собака Дина из приюта и сорокалетняя попугаиха со сломанным крылом. Столько денег, чтобы открыть приют для бездомных животных, у меня уже никогда не будет. Боюсь, это так и останется мечтой, но пока я эту идею не отпускаю». Николай Ледовских — 70 лет «Пришел как-то бородатый на день рождения к хорошей знакомой. За столом справа от меня сидела дама, которая работала на Мосфильме. Я за ней поухаживал. Диалог завязался. В ходе разговора сказала, что им нужно много бородатых мужчин на съемки, и дала номер бригадира массовки… На моем счету уже 97 ролей священнослужителей. Собираюсь подать заявку в Книгу рекордов Гиннесса. Буду первым, кто сыграет сотого священника. Помимо ролей, у меня еще жены интересные были. В браках, как и в съемках, один раз попробуешь — и как-то затягивает. Все у меня в жизни было. И жены, и впечатления. Одна мечта осталась. Хочу выпустить сборник стихов. На пенсию я этого сделать не смогу, снимаюсь мало. Возможно, мечта останется только мечтой. А я бы выпустил сборник и дарил бы его налево и направо всем». Валерий Корыстин — 64 года «Я моряк. Не раз обогнул земной шар. Мы возили продукты в транспортных судах. Работа — моя главная страсть. Путешествия — смысл моей жизни. Сына вообще в море не тянет. Он пошел в науку. Изучает химию. У моряков семьи не очень-то складываются. Море для нас важнее. Только привыкнешь — и снова уезжаешь. Тяжело это. А вот с животными отношения у меня складывались хорошо. Однажды я выменял у негра в Сьерра-Леоне тапочки на обезьяну. Привез трехмесячного младенца домой, назвал Джон Мартин. Я его воспитал, он у меня 17 лет прожил. Очень умный был. Еще волнистый попугайчик у меня есть, я его научил возвращаться домой, если он далеко улетает. Брал его с собой в плавание, он улетал с корабля и возвращался. С детства мечтал побывать на Байкале, но как-то не сложилось. У меня сейчас возраст такой, когда я уже все посмотрел, а себя недостаточно увидел и услышал. Байкальская природа лично мне подходит для покоя, единения с собой. На контрасте с моей активной и разнообразной жизнью как раз самое то — замедлиться, подумать, подвести итоги». Алексей Сдобнов — 61 год «Уже 50 лет я байкер. Любовь началась с отцовского “Урала”. Папа научил, и я катался по деревне. Мне тогда было 11. Долго мечтал купить свой, подрабатывал где только можно: почтальону помогал письма разносить, отцовскому другу в гараже — чинить автомобили. После школы работал в мастерской. В 20 лет купил собственный мотоцикл. Это был лучший день в моей жизни. Много где бывал. Видел восток и запад. Я стареть не хочу, мне 61, но я до сих пор хожу в спортзал, езжу на горных лыжах и мечтаю. Самое главное, чего хочу, — проехаться на байке по Road 66 в Америке. Это подходит для моего возраста. Когда были молоды, хотелось комфорта и понтов каких-то. Теперь хочется познакомиться с собой. А это особенно удобно, когда оказываешься в бескрайних просторах природы, где чувствуешь себя песчинкой на контрасте с величием». Людмила Чуйко — 70 лет «С молодости я шью. Тридцатилетней давности что-нибудь беру и перешиваю. Получается современно… По образованию инженер. Путешествовала немного. Самой выдающейся поездкой была Америка. Мне интересно было, как там жизнь устроена. Убедилась, что совершенно по-другому… Видела, как фильмы снимают, в Голливуде была. В казино ходила… Предлагали остаться. Звали сразу на три работы. Я не согласилась. Хочу быть рядом с семьей в Москве. Я пишу стихи и мечтаю выпустить сборник. Сейчас есть возможность подумать, что-то философское написать. Приглядеться к природе, выразить, насколько она красива». Татьяна Корнета — 67 лет «В молодости я уехала в Москву и занималась черт знает чем. У меня был магазин одежды, компьютерная мастерская, турфирма и клининговая компания. Что-то хорошо шло, что-то разваливалось. Но знаете, не ошибается тот, кто ничего не делает. У меня был рак и операция, но я победила болезнь. Сейчас все хорошо. Я просто очень люблю жить и брать от жизни все возможное. Сейчас мне под 70, у меня есть небольшой бизнес — я остановилась на салоне красоты. Часто встречаю ровесниц, а они еле ползут. Кажется, что сейчас развалятся. Я зарядку делаю и правильно питаюсь. Не хочу расклеиться и сидеть на лавочке, обсуждать, какая молодежь пошла». Павел Гришинский — 65 лет «По образованию химик. Всю жизнь занимался драгоценными камнями. Следил за химическим составом сплава, чтобы получилась нужная проба золота. Если у вас есть цепочка какая-нибудь или кольцо, посмотрите, там есть проба. Если она похожа на девушку в кокошнике — это мое детище. Я сам разработал и внедрил эту пробу. Прототип этой девушки — моя первая любовь. Перерисовал её с фотографии, сделал чертеж, и вот — теперь она на золотых изделиях с 2000 года. Я видел столько богатства в жизни, столько драгоценностей, но понимаю, что ценнее всего — впечатления. Последние лет десять мечтаю поехать в Антарктиду и обойти вокруг Южного полюса. Туда непросто попасть. Очень много денег нужно и заморочек с документами. Но я не отчаиваюсь. У меня еще вся жизнь впереди».
Неизлечимо ипохондричная болезнь
Если у вас есть знакомые, чрезмерно озабоченные физическим здоровьем, боящиеся заболеть и этим терроризирующие всех вокруг, то они, скорее всего, ипохондрики. Чем ипохондрик отличается от симулянта? И почему ипохондрию нужно лечить? Попробуем разобраться в этом прямо сейчас. Ипохондрия, дочь Гиппократа Болезненную одержимость некоторых людей здоровьем, как и многие другие явления окружающего мира, впервые заметили и изучили древние греки. Врач Гиппократ считал, что эта одержимость вызвана болезнью специального внутреннего органа, который он называл ипохондрией (область тела под ребрами). Отсюда и возник современный термин «ипохондрия». По действующей Международной классификации болезней 10-го пересмотра, ипохондрия относится к классу психических (соматоформных) расстройств. Она имеет соматические (телесные) проявления при отсутствии грубых морфологических изменений (физических повреждений органов, тканей) в организме, которые могли бы объяснить происхождение соматических жалоб. Этим соматоформные расстройства отличаются в лучшую сторону от психосоматических расстройств, при которых выявляется патология тех или иных органов. Обычно ипохондрики уверены в том, что у них есть серьезное, смертельно опасное заболевание! И поэтому даже обыкновенные состояния организма – к примеру, учащенное дыхание после бега, неприятные ощущения в желудке – интерпретируют как болезненные. То есть ипохондрия есть не просто сосредоточенность на каком-то своем действительном заболевании, а сосредоточенность мыслями и переживаниями на том, что объективно заболеванием не является. Нередко такой больной предполагает, что кроме основного заболевания существуют и дополнительные. В 90% случаев жалобы ипохондриков касаются болезней сердечно-сосудистой системы, желудочно-кишечного тракта или мочеполовой системы, т. е. тех органов, патология которых может угрожать жизни. Уверенность в неминуемой смерти из-за болезни сопровождается озабоченностью и страхом, а все попытки разубедить человека тщетны и не снимают тревоги. Излишняя озабоченность также иногда вызывает сердцебиение, потоотделение, ежеминутную проверку дыхания, а любое небольшое отклонение от нормы заболевание «подтверждает». Ипохондрики очень активны. Они не только испытывают страх перед недиагностированными заболеваниями, но и ищут их: ходят по врачам, собирают обширную документацию с результатами обследований, вырезки из популярных газет и журналов, информацию о новейших альтернативных методах лечения. При этом пациенты с ипохондрическим расстройством отрицают эмоциональные причины своей обеспокоенности и воспринимают ее как реакцию на тяжелую болезнь. Отрицательные результаты анализов (КТ, МРТ, исследования гормональной системы, анализы крови и т. д.) не успокаивают ипохондриков. Проницательные ипохондрики догадываются, что неквалифицированный персонал больницы допускает ошибки в анализах, и настаивают на более специализированных исследованиях. Не стоит думать, что ипохондрики – симулянты и сами выдумывают проблемы, привлекая внимание к своей персоне. Ипохондрия – это расстройство, и ипохондрики нуждаются в помощи, чаще всего в психотерапевтической. Общество анонимных ипохондриков В медицинской практике ипохондрия встречается у 3–13 % пациентов больниц, причем в равной степени у мужчин и женщин. Чаще ею страдают люди в возрасте 40–50 лет, пожилые люди и подростки. У последних происходит гормональная перестройка организма, и состояние ипохондрии связано с соматосенсорной амплификацией – тенденцией к сильному переживанию соматического опыта, при котором человек обращает внимание на новые явления (хотя и совершенно обычные для любого человека), происходящие в организме. Ощущения усиливаются, и «небольшие покалывания» превращаются в болевой синдром. Состоянию ипохондрии часто подвержены студенты мединститутов. Впрочем, как только обучение заканчивается, ипохондрия отступает. Зачастую ипохондрия присуща эмоциональным и легковнушаемым личностям, поддающимся влиянию СМИ. К факторам, развивающим ипохондрию, можно отнести общедоступность медицинской информации, сенсационные передачи о новых заболеваниях и навязчивую рекламу медицинских препаратов. Сегодня большая часть опасений ипохондриков связана с заболеваниями, о которых в настоящее время публично говорится: онкологией, инфарктом миокарда, СПИДом. Тотальная тревога О причинах возникновения ипохондрического расстройства до сих пор дискутируют. Существуют разные гипотезы. В начале XX века французские психиатры Дюпре и Камю выдвинули предположение, что развитие полноценной ипохондрии невозможно без нарушения так называемого «общего чувства организма». Рецепторы, расположенные по всему телу постоянно ведут контроль за деятельностью наших органов, стоит какому-то из них дать сбой, это тут же начинает отражаться на общем чувстве спокойствия. Другая гипотеза постулирует, что ипохондрические мысли свидетельствуют об искаженном восприятии корой головного мозга импульсов, идущих от внутренних органов. Некоторые ипохондрики имеют очень низкий болевой порог, что объясняет их бурное реагирование на незначительные боли. Согласно другой гипотезе, ипохондрия имеет психодинамический характер. Наконец, есть и та, что утверждает: природа ипохондрии имеет социокультурное происхождение. Часто ипохондрия развивается на фоне тревожных расстройств. Тревожные расстройства – бич XXI века. По итогам исследования ВОЗ, охватившего 18 стран, тревожные расстройства стали самыми распространенными в мире психическими заболеваниями. По разным данным, в течение жизни от того или иного тревожного расстройства страдают от 15 до 20% населения. Генерализированное тревожное расстройство (ГТР) – это психическое расстройство, которое характеризуется общей тревогой, не связанной с определенными объектами или ситуациями. То есть человек «тревожится вообще», для него состояние тревоги перманентно. На психологическом уровне тревожность проявляется в беспокойстве, напряжении, нервозности, на физиологическом уровне – как дрожь, мышечное напряжение, потливость, учащенное сердцебиение, головокружение и дискомфорт, боли в груди. В сентябре 2016 года ученые Кембриджского университета выяснили, что мужчины, страдающие тревожным расстройством, имеют в два раза больше шансов заболеть раком, чем те, кто не сталкивается с этим психологическим недугом, так как генерализованное расстройство ведет к ослаблению организма в целом и иммунной системы в частности. Исследование затронуло около 16 тысяч мужчин в возрасте старше 15 лет. Во время исследования также учитывались и другие факторы, увеличивающие риск рака, среди которых курение, употребление алкоголя и низкая физическая активность. Интересно, что связь между ГТР и раковыми заболеваниями у женщин ученые не нашли. Некоторые специалисты считают, что ипохондрия является одной из форм ГТР. Как правило, все ипохондрики – тревожные люди, но не все тревожные люди – ипохондрики. Впервые тревожность как личностный конструкт начала изучать психолог Джанет Тейлор в середине XX века. Она создала инструмент для измерения тревожности – клиническую шкалу измерения хронической тревожности с отметками от 0 до 50. У ипохондриков уровень личностной тревожности обычно находится на шкале выше 25. Помимо общей тревожности развитию ипохондрии могут способствовать генетическая и конституционная предрасположенности, внутриличностные психические свойства и микросоциальное окружение. Когда ипохондрия опасна Ипохондрия может быть самостоятельным расстройством, а может быть симптомом, «фабулой» различных синдромов в составе психического заболевания. Ипохондрия не становится причиной болезней внутренних органов, она имеет психическую природу и выражается в соматической форме. Поэтому ипохондрикам не за что переживать: из-за расстройства не возникнут рак, ВИЧ-инфекция или инфаркт миокарда. Ипохондрик думает, что слишком часто дышит, концентрирует на этом внимание, и у него начинает повышаться давление и действительно учащается сердцебиение. Если при этом у него существуют проблемы со здоровьем независимо от ипохондрии, излишняя эмоциональность может привести к утяжелению болезненного состояния. В другом случае ипохондрия может являться симптомом в составе разнообразных синдромов «большой» и «малой» психиатрии. Большой психиатрией называют раздел психиатрии, изучающий такие психические заболевания, при которых имеются тяжелые психические нарушения, например бред или галлюцинации, нарушения сознания. Так, ипохондрия может быть отдельным проявлением паранойяльного синдрома или синдрома Кандинского-Клерамбо. Малая же психиатрия касается психических нарушений, находящихся как бы на границе психической нормы и патологии. Здесь ипохондрия, например, может быть патохарактерологическим проявлением в составе личностного расстройстве (параноидное расстройство личности, невротическая ипохондрия и т. д.). Это расстройства, в основе этиопатогенеза которых лежит конституционная предрасположенность на уровне расстройства личности. Также ипохондрия характеризуется высоким уровнем коморбидности (сопутствием) с другими расстройствами аффективного спектра, например с депрессией или тревожными расстройствами. Лекарства нет, а болезнь есть Специальных психофармакологических средств от ипохондрии нет. Некоторые препараты могут помочь снизить напряженность и тревогу, поднять настроение, но принимать их можно только по назначению врача, если, например, ипохондрия коморбидна с другими расстройствами – депрессией или ГТР. Чтобы избавиться от депрессии, пациентам назначают антидепрессанты, а при тревожном расстройстве – анксиолитики. Эти лекарства вызывают привыкание, поэтому должны использоваться только под наблюдением врача. Наиболее действенный метод лечения ипохондрии – психотерапия, в частности, когнитивно-бихевиоральная терапия, цель которой – изменить когнитивные установки ипохондрика. Для успешного лечения психотерапевт должен признать существование проблемы и реальность физических симптомов у пациента и объяснить доступным способом, что расстройство носит психическую природу и не влияет на здоровье жизненно важных органов. Возможно, лечение от ипохондрии вовсе не требуется. Чарльз Дарвин, Эдгар По, Шарлотта Бронте, Марсель Пруст, Ганс Христиан Андерсен, Энди Уорхол и многие другие известные личности страдали ипохондрией, что не мешало им творить. Приглядитесь к своим знакомым-ипохондрикам – может, у них есть задатки гениального писателя или художника? Консультант: клинический психолог Наталья Осипова Источник: Naked science
Сломанный телефон: как изменялось значение афоризмов
Филолог Владимир Файер о том, как значение латинских пословиц трансформировалось в русском языке. Афоризмы — это выражения, которые, на первый взгляд, имеют строго определенное значение и этим ценны. Однако, как известно, на смысл высказывания во многом влияет контекст; важно также, кто и почему его произносит. Поэтому, когда крылатое изречение отрывается от своего контекста, забывается его автор, то нередко меняется и его значение. Рассмотрим это превращение на примере латинских пословиц. «Жизнь коротка — искусство вечно» Некоторые наши современники носят татуировки с афоризмом Ars longa, vita brevis. Этой фразой, которую переводят как «Жизнь коротка — искусство вечно», они, видимо, намекают на свою причастность к культурной элите, творения которой должны пережить своих создателей. Между тем полностью эта фраза звучит и понимается иначе. Ее оригинал греческий, но бытует она обычно в латинском варианте: Vita brevis, ars vero longa, occasio autem praeceps, experientia fallax, judicium difficile. «Жизнь коротка, наука обширна, (удобный) случай шаток, опыт обманчив, суждение затруднительно». Оказывается, это сказал Гиппократ о медицине. По-гречески и по-латыни «науку», «ремесло» и «искусство» можно обозначить одинаково: τέχνη и ars (это неудивительно, потому что и скульптору, и врачу, и механику нужно владеть как практическими умениями, так и теоретическими знаниями). Итак, исходно в этом изречении шла речь не о радующей нас долговечности произведений искусства, а о печальном факте: медицинская наука столь объемна, что одной жизни не хватает на ее полноценное изучение. И это еще не все трудности, о которых сожалеет Гиппократ! Однако, хотя в полном виде эту фразу легко найти в интернете, многие продолжают говорить о долговечности искусства, опираясь на буквальное значение слова ars и забывая об авторе и контексте афоризма. «В здоровом теле — здоровый дух» Неужели древние считали, что если довести свое тело до здорового и мускулистого состояния, то и с духом все будет в порядке? Конечно, известно, что в античности был распространен идеал калокагатии, то есть гармонии внутренних достоинств и телесного совершенства, но автор изречения Mens sana in corpore sano имел в виду совсем другое. Пожалуй, можно сказать, что изначально афоризм имел противоположный смысл. Ювенал в X сатире неодобрительно высказывается о людях, которые слишком много занимаются физкультурой, и говорит, что в здоровом теле (которое у этих людей уже есть) должен быть и здравый разум — mens sana. Причем речь идет не о хорошем образовании, а о правильном мировоззрении: разум должен дать человеку храбрость перед любыми лишениями или даже самой смертью. Вот как выглядит афоризм в контексте (перевод Федора Петровского): Надо молить, чтобы ум был здравым в теле здоровом. Бодрого духа проси, что не знает страха пред смертью, Что почитает за дар природы предел своей жизни, Что в состоянии терпеть затрудненья какие угодно… Итак, настоящий мудрец ничего не боится, а только стремится соответствовать самому строгому этическому идеалу, причем он легко откажется не только от телесного здоровья, но и от самой жизни! По крайней мере, такой идеал рисует римский сатирик, и этот идеал очень далек от взглядов тех, кто в наше время повторяет «в здоровом теле — здоровый дух». «Истина в вине» Что имеют в виду люди, которые носят майки с надписью In vino veritas? Наверное, что пить вино — это хорошо. Или что познаешь истину, если выпьешь вина. Неужели древние римляне тоже считали, что «без пол-литра не разберешься»? Нет, изначально смысл фразы был иной. Если перевести слово veritas как «искренность», то окажется, что перед нами латинский эквивалент русской поговорки «Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке». Этот афоризм потрясающе обыгрывает Александр Блок в стихотворении «Незнакомка», где главный герой, находясь в сомнительном питейном заведении, познает истину. В первый раз это выражение встречается в середине стихотворения: И пьяницы с глазами кроликов “In vino veritas!” кричат. Что имеют в виду эти пьяницы? Что пить вино — это здорово. Пожалуй, никакого более глубокого смысла они в эту фразу не вкладывают. Но рядом с ними сидит лирический герой Блока, который то ли в реальности, то ли в воображении видит прекрасную незнакомку. Ее магический образ помогает его взгляду проникнуть за грань мироздания, и он прозревает недоступные другим картины: «берег очарованный», «очарованную даль», «глухие тайны». Этого прозрения герой смог достигнуть еще и потому, что «излучины» его «души... пронзило терпкое вино». Состояние измененного сознания в данном случае оказывается волшебным ключом к истинному миру. Поэтому неудивительно, что в конце стихотворения лирический герой говорит: В моей душе лежит сокровище, И ключ поручен только мне! Ты право, пьяное чудовище! Я знаю: истина в вине. Итак, в стихотворении латинский афоризм присутствует сразу в трех значениях. Во-первых, читатель, учившийся в гимназии, сразу вспоминает исходное значение пословицы, но, во-вторых, видит, что бестолковость пьяниц дает латинской фразе новый смысл: «Пить — хорошо». Затем оказывается, что в мире лирического героя Блока афоризм приобретает третье, сходное со вторым, но при этом достаточно глубокое значение: «Мир вокруг нас — обманный, нужно каким-то образом вырваться из этого морока и увидеть истинную реальность». В этом стихотворении ключом к постижению непостижимого, о котором так много писали символисты, оказывается вино. Три различных значения одного афоризма, которые появляются в небольшом стихотворении, — своего рода рекорд, который убедительно показывает нам, что крылатые слова склонны изменяться при многолетнем, многовековом употреблении. Время открывает в стандартных высказываниях новые и неожиданные смыслы. Тем читателям, кто хочет убедиться, что правильно понимает латинский афоризм, рекомендую обращаться к «Словарю латинских крылатых слов» Николая Бабичева и Якова Боровского. Яков Маркович Боровский был выдающимся знатоком латинского языка и античной культуры, так что его комментариям можно полностью доверять. Источник: ПостНаука
Как читать и обсуждать книги
Детский писатель Эйдан Чамберс делится советами о том, как научиться правильно обсуждать литературу и сделать её способом постижения себя. Известный публицист, боровшийся за права чернокожего населения в рабовладельческой Америке XIX века, однажды сказал: «Как только вы научитесь читать, вы будете вечно свободны». Это был Фредерик Дуглас, который сам родился чернокожим рабом. Ещё ребёнком он случайно услышал, как хозяин даёт жене строгий запрет: ни в коем случае нельзя учить мальчика грамоте, иначе тот перестанет подчиняться чужой воле. После этого жизнь Фредерика обрела смысл. Он во что бы то ни стало решил научиться читать и писать. Как он пишет в своей автобиографии «Повесть о жизни Фредерика Дугласа, американского раба», грамотой он овладевал, присматриваясь к буквам на судостроительных деталях. Позднее к нему попали в руки книги, и две из них он запомнил на всю жизнь: это был учебник по правописанию и пособие по ораторскому мастерству «Колумбийский оратор». В нём, среди прочего, приводились речи против рабства и в поддержку свободы и демократии. Чтение помогло подростку осознать свою участь и указало дорогу к свободе. Словам Дугласа вторит британский писатель Эйдан Чамберс в своей книге «Расскажи. Читаем, думаем, обсуждаем»: «...наша читательская история — это не просто перечень прочитанных нами книг. Она таинственным образом связана с началом самостоятельного мышления, с осознанием себя как личности. Если чтение нас не меняет, не воздействует на нашу жизнь и наши поступки, тогда это не более чем бессмысленное времяпрепровождение, и пользы от него нет.» Чамберс хорошо известен своими книгами для детей и юношества, но на русский язык они пока не переведены. Также он стал автором оригинальной методики чтения и обсуждения книг, которая так и называется — «Расскажи». В каком-то смысле мы — это книги, которые мы когда-то прочитали. Но важно не только то, какие книги мы выбираем для чтения, но и то, как мы к ним относимся, делимся ли с кем-нибудь своими мыслями и что от этого приобретаем. В книге «Расскажи», адресованной прежде всего учителям литературы, Чамберс утверждает: чтение приносит гораздо больше плодов, когда становится не просто интимным занятием наедине с собой, но коллективным делом. От обмена мыслями никто ничего не теряет, но каждый обогащается, ведь на самом деле мы не знаем, что думаем и чувствуем, пока не поделимся этим с кем-то другим. Одна и та же книга может быть прочитана тысячей разных способов. Слова десятилетнего мальчика о том, что литература — «это волшебство, которое случается в нашей голове», очень точно выражают эту мысль: нет единственного верного текста, лишь множество интерпретаций в головах читателей. Рассказ живёт, пока мы его читаем, а затем может насытиться новыми смыслами, если у нас есть с кем его обсудить. Группа учителей, в которую входил Чамберс, на своём многолетнем опыте пришла к выводу, что главный способ научить ребёнка чтению — это разговор. Обсуждение прочитанного в кругу таких же заинтересованных читателей придаёт этому занятию совершенно иной статус. Если учитель будет поощрять детей высказывать свои мысли и впечатления, то может добиться удивительного эффекта: даже ребёнок, которому чтение казалось скучным и бесполезным занятием, увидит в нём дело, которое помогает ему понять других и самого себя. Книга перестаёт быть пассивным текстом и становится совместным высказыванием, которое создаётся здесь и сейчас. Постижение себя — процесс глубоко социальный. Мы подражаем тем, на кого хотим быть похожими, сравниваем себя с другими, ищем сходства и различия. То же самое происходит во время чтения. Здесь можно поддаться соблазну и поверить в то, что верна только наша точка зрения, а остальные должны либо её принять, либо заткнуться. А если ты — умудрённый годами педагог или заботливый родитель, этот соблазн может быть особенно велик. Чтобы обсуждение книги не стало навязыванием «правильных» мнений и навешиванием ярлыков, Чамберс рекомендует придерживаться нескольких принципов и правил: Любая мысль достойна высказывания. Даже если вы считаете книгу замечательной, а ребёнку она показалась самой ужасной и нудной книгой в его жизни, это мнение нужно выслушать и принять во внимание. Почему один человек не увидел в книге то, что увидели в ней другие? Это может стать хорошей отправной точкой для обсуждения. И это будет намного лучше, чем повторять на разные лады одну-единственную «правильную» трактовку, сколь бы глубокой и верной она ни была. Не бойтесь очевидного. Почему-то мы легко забываем о том, что очевидное для кого-то одного может быть далеко не очевидным для кого-то другого. В начале обсуждения будет полезно сложить всё «очевидное» в общую копилку. Что произошло в данной главе книги? Как происходили события? Если вы обсуждаете книгу с детьми, не бойтесь вопросов, которые кажутся слишком лёгкими, ведь даже на простой вопрос можно дать несколько одинаково верных ответов. Не спрашивайте «О чём хотел сказать автор?» …и не задавайте сразу же вопросов о смысле текста или выводах, которые из него можно сделать. К этому необходимо подходить постепенно. Вряд ли ребёнок начнёт рассказ о своих впечатлениях словами ««Это роман о том напряжении, которое чувствуется во многих семьях постфеминистской эпохи». Начните с того, что в тексте понравилось/не понравилось, что было непонятным, какие герои и события привлекли внимание. Спрашивайте «Откуда ты это знаешь?» Когда дело доходит до выводов и интерпретаций, полезно задаться вопросом, на каком основании они делаются. И здесь лучше всего обратиться к тексту. В книге Мориса Сендака «Там, где живут чудовища» в комнате у мальчика вдруг вырастают деревья. Как такое могло случиться? Ответ: мальчик на минуту задремал и все события происходят во сне. Ключи к ответу можно найти в тексте произведения, хотя они не сразу бросаются в глаза. Вопрос «Откуда ты это знаешь?» учит быть внимательным к деталям — а в хорошей художественной литературе нет ничего важнее. Список рекомендаций, конечно, не сводится к этим четырём пунктам. Важен и правильный выбор книги, и комфортная обстановка чтения. Чамберс рекомендует выбирать книгу так, чтобы она требовала некоторого усилия, внутренней работы. Если читать книги одного и того же типа и уровня сложности, мир становится плоским: объём в него приносит лишь непривычное и разнообразное. Ещё важнее читать книги вслух и заниматься рассказыванием историй. Когда мы делимся друг с другом историями из жизни или из прочитанных произведений, это приближает литературу к нашему собственному опыту, заставляет задуматься над тем, как выстроить повествование, поддерживать его ритм. Как показали недавние исследования мозга, даже при чтении «про себя» активизируются зоны мозга, связанные со слуховым восприятием. Чтобы овладеть чтением, ребёнку необходима некоторая «наслушанность»: мы воспринимаем текст ушами, а уже потом превращаем его во внутренний монолог. Сам Чамберс признаётся, что до 9 лет испытывал большие трудности с чтением. В доме его семьи было всего пять книг, в том числе Библия и басни Эзопа. Зато вокруг него много и с удовольствием рассказывали истории. Это научило его слышать «каждое прочитанное слово так, как будто кто-то рассказывает». Настоящим читателем он стал лишь в 15 лет, когда случайно наткнулся на книгу «Сыновья и любовники» Д. Г. Лоуренса. Он, как и главный герой книги, был мальчиком, выросшим в шахтёрской семье в небольшом городке. В этой книге он будто бы увидел самого себя, только со стороны. После этого Чамберс решил стать писателем. «Как бы сложилась моя судьба, не будь в ней книг? Окончил бы школу, стал бы шахтером, добывал бы уголь кайлом и лопатой до конца своих дней. Вот и всё, на что мог рассчитывать неумелый и малограмотный человек в наших краях.» Это признание напоминает о бывшем рабе Фредерике Дугласе, который нашёл в чтении и письме путь к достижению свободы. Психолог Джером Брунер, которого Чамберс сочувственно цитирует в своей книге, писал: «Литература в своём первичном значении — это источник и инструмент свободы, лёгкости, полёта воображения, и да — работы ума. Литература — наша единственная надежда в долгой унылой ночи…». Если вас не устраивают такие патетические выражения, можно сказать проще: литература помогает понять себя. Нет ничего проще и одновременно нет ничего сложнее.
Философ Стефен Эрик Броннер о необходимости критики
— Как сегодня философы определяют понятие критики? — Критика — это слово, которое тоталитарные лидеры хотели бы вычеркнуть из словарей. Она предполагает не только простой критицизм, но также скептическое отношение, открытый дискурс, ставит под сомнения некоторые предположения и ограничения различных методологических подходов к знанию. Критика требует, чтобы мы обосновывали наши утверждения и рефлексировали по поводу причин, почему мы делаем именно такие утверждения. Не существует более важного концепта для осмысления идеологии и борьбы с догмами. — Каковы корни этого концепта? — Понятие критики восходит к Сократу: он рассматривал аргументы политической элиты, ее утверждения. Это привело к суду над ним по обвинению в сомнениях в пантеоне богов и развращении афинской молодежи. Критика постоянно динамична: однажды запущенную, ее уже сложно остановить, разве что путем прямого подавления. Цицерон и Сенека использовали ее против деспотичной власти Римского государства. Критика также играла важную роль в отношениях между христианскими еретиками и католической церковью. Такую же важную роль она играла в отношениях между исламом и иудаизмом, для которых важными фигурами были Маймонид, Авиценна, Ибн Рушд (Аверроэс) и Аль-Фараби. Тем не менее в современный философский лексикон критика вошла благодаря Иммануилу Канту и его трем великолепным работам: «Критика чистого разума», «Критика практического разума» и «Критика способности суждения». Кант заметил, что вся философия в целом сводится к четырем вопросам: 1) что я могу знать? (наука); 2) как мне следует себя вести? (этика); 3) на что я могу рассчитывать? (вера); 4) кто такой человек? (онтология). Основные три трактата Канта — он написал их три, а четвертым должна была быть критика — пытаются ответить на три первых вопроса и предлагают различные способы ответа на них: наука, метафизика, вера и, возможно, онтология. Ни один из этих методов (или нарратив сам по себе) не способен ответить на все эти вопросы, каждый из них требует особого эпистемологического подхода. Каждый имеет свою целостность, сферу применения и практические ограничения. Научный метод не может помочь женщине решить, следует ли ей делать аборт. Ни наука, ни метафизика не могут предложить решение в случаях, когда мы имеем дело с эстетическим вкусом, опытом или с такими экзистенциальными характеристиками, как красота или душа. В итоге только онтологический аргумент может связать все вместе и дать ответ на вопрос «Что такое человек?». — Каковы оказались последствия произведений Канта в целом и того, что он не написал четвертый трактат? — Критика вызвала некоторую толерантность (и даже некоторую гуманность), так как наука, метафизика и вера сосуществовали на равных в трех классических произведениях Канта. В то же время его студенты и последователи видели необходимость в онтологическом и антропологическом основании, для того чтобы различные методологические проявления разума не терялись в абстракции. Фихте ввел понятие абсолютного эго, абсолютного «я». Гердер смотрел на историю культуры как на объединяющий человечество элемент. Шеллинг ввел метафизическое понятие природы. Гегель сделал акцент на «абсолютной идее», которая со временем проявлялась по-разному в различных институциональных формах. У Канта не было ничего из этого. Он справедливо опасался того, что любое из таких оснований приведет к философскому абсолютизму. — Каково воздействие критики на социальные практики? — Постановка тех или иных предположений под сомнение всегда была связана с желанием обнаружить скрытые интересы, разрушить идеологические утверждения, которые существуют для защиты тех, кто имеет власть, от тех, у кого ее нет. Иллюзии по этому поводу — например, о том, что Бог является объяснением всего — привели Людвига Фейербаха к обнаружению отчуждения, которое стоит за религиозными интересами. Бог является не более чем неосознанной экстраполяцией человеческой силы на несуществующий объект, которому человечество поклоняется, принимая его за всемогущего. Его аргумент послужил примером неисторической материалистической критики отчуждения, которую Маркс поставит под сомнение в своих «11 тезисах о Фейербахе». Именно этот аргумент Энгельс позже назовет «зародышем нового (исторического) материализма». Критика фейербаховского материализма привела Маркса к новой интерпретации материализма, который имел и практический, и нормативный аспекты. Идеология рассеивается перед лицом критики. Деструктивными намерениями критики движет реконструктивная цель. «Капитал» был создан не просто с намерением описать механизмы сосредоточения капитала в руках определенного класса, но скорее, как сообщает подзаголовок, как «Критика политической экономии». Маркс применял критический метод, для того чтобы наделить работающих людей властью и указать на экономические условия, при которых «свободное развитие каждого является условием свободного развития всех». Обеспокоенность поиском альтернатив капитализму повлияла не только на марксистские каноны, но и на социалистические (и даже некоторые коммунистические) практики. — Раз критика атакует идеологию, не является ли она сама по себе идеологичной? — Маркс определял методологическую радикальность как попытку добраться до корней утверждений и аргументов путем обличения их предпосылок и материальных интересов, которые они обеспечивают. Это предполагает критическое, рефлексивное и практическое взаимодействие с реальностью. Марксизм, который считают критическим методом, в обязательном порядке предполагает постоянную постановку под сомнение самого себя и своей активности. Такова была позиция Карла Корша и Дьёрдя Лукача, которые в начале 1920-х годов идентифицировали марксизм более с критическим методом, известным под названием «западный марксизм», а позже как Франкфуртская школа, чем с некой фиксированной системой. Я бы предположил, что насколько критика раскрывает скрытые интересы и мотивы, настолько она отличается от идеологии (в любом смысле этого слова). Поэтому критика никак не может быть менее идеологична, чем догма. Гегель бы сказал, что человек, поддерживающий эту позицию, живет в ночи, где все коровы черные. По моему мнению, необходимо различать знание и власть, убеждение и принуждение, правду и ложь. — Критическую теорию часто ассоциируют с Франкфуртской школой. Правильно ли связывать с ней же развитие критики? — Франкфуртская школа — это еще одно название внутреннему кругу исследователей, сложившихся в Институте социальных исследований, который был основан в 1923 году. Институт стал известным после того, как в 1930 году Макс Хоркхаймер занял пост директора. Он смог собрать блестящий набор интеллектуалов из различных областей: Теодора Адорно, Вальтера Беньямина, Эриха Фромма и Герберта Маркузе. Хоркхаймер намеревался развить междисциплинарный подход, который преодолеет разрыв между эмпирикой и нормативностью. Когда в 1937 году он впервые сформулировал термин «критическая теория», стало понятно, что ее следует рассматривать как альтернативу устоявшейся «традиционной теории», которая является философским взглядом (преднамеренным или нет), подпитывающим устоявшиеся ценности и уменьшающим возможности освобождения. Критическая теория была выкована в кузнице марксизма, но она намного меньше интересовалась экономическим базисом, а концентрировалась, скорее, на идеологической надстройке общества. Сознание было основным объектом исследования Франкфуртской школы, которая подпитывалась институциональными опасностями, угрожающими моральной автономии индивида. Таким образом, школа занималась критикой авторитарной семьи, инструментальной рациональности, форм товара, бюрократии, отчуждения, потребительства и «культурной индустрии». Позже тоталитаризм оставил глубокий шрам на истории этих исследований, а Холокост стал их основным объектом. Критика часто применялась для того, чтобы сохранить неидентичность между субъектом и объектом (более просто — напряжение между индивидуалистическими и коллективистскими устремлениями общества). Эти идеи вдохновляли постмодернистских и постструктуралистских мыслителей вроде Джудит Батлер, Жака Деррида, Мишеля Фуко, и других. — Как сегодня философы смотрят на отношения между критикой, знанием и властью? — Критика может принимать различные формы. Ницше придал ей уникальный характер, который повлиял и на Франкфуртскую школу, и на постструктуралистов. Хоркхаймер и Адорно, вероятно, являлись первыми, кто интегрировал его идеи в марксистскую традицию. А для постструктурализма, наверное, не существует более влиятельного мыслителя, чем Ницше. Ницше обращался к обоим трендам, борясь за истинную индивидуальность, презрение конвенционального и приверженность к «новому». Его чуждость условностям и порицание морализма были близки по духу как критической теории, так и постмодернизму, так же как и его отказ от идеализма и материализма. По его мнению, в основании всех теорий и практик лежит воля к власти. Знание не бывает абстрактным или нейтральным. Оно является продуктом воли, который фокусируется на экзистенциальном или материальном интересе каждого. Вопрос только в том, осознает ли человек волю, которую он осуществляет, и цели, которым служат его действия. Заинтересованность Ницше в этих вопросах была намного менее политична, чем культурна и экзистенциальна. Его девизом было: «Бог мертв, и мы его убили!» Его критика распространялась на все существующие философские системы, он опередил постмодернистов в их нападках на метанарратив, эссенциализм и фундаментализм. Критичный по отношению ко всем универсалистским доктринам — от христианства до либерализма и социализма, — он верил, что они сдерживают исключительных индивидов, воспитывают «стадную ментальность» и потворствуют культурной посредственности. Выражая «перспективистскую» позицию, понимая, что каждое означающее имеет множество значений, Ницше разрушает понятие сущности и оставляет лишь мир явлений, манипулируемых человеческой волей к власти. Адорно не уходит настолько далеко, а его поздние работы открыто защищают метафизику, но постмодернисты строят свои концепции на его точке зрения. Игнорируя ницшеанскую реакционную политику и некоторый утопизм его идей, они оставляют тот же объект для критики: не политические системы и их лидеров, а культурное мещанство (Bildungsphilister). — Как развивается концепция критики сегодня? — Критика расцвела. Даже научные методы пошатнулись под натиском идей Карла Поппера о критическом рационализме, который подчеркивает опровержимость и утверждает, что все истинные утверждения условны. Далее Томас Кун предложил рассматривать научный прогресс не просто как нелинейный, а как «смену парадигм». По его мнению, новые теории возникают тогда, когда старые больше не способны адекватно отвечать на новые проблемы. Сегодня семиотика и деконструкция преподаются в любом университете, и не существует ни одного преподавателя или студента, который не хотел бы мыслить критически. Но при этом критика и ее интерпретаторы стали предметом бесконечных текстовых толкований, бесчисленных диссертаций и так далее. Критика стала «одомашненной» своей исключительно ограниченной сферой применения. Она оказалась неспособной делать положительные суждения о реальных мировых конфликтах между сторонами с противоположными принципами и интересами. Критике необходимо критически пересмотреть собственное историческое развитие. Должна существовать причина, по которой ее одержимость «нон-идентичностью», ее отбрасывание универсальных идеалов, ее отход от суждений возникли именно в 1970–1980-е в США. С позиции более устаревшего понимания критики, возможно, это может быть связано с завершением движения за гражданские права и поражением новых левых. Возможно, причина не в этом. Но в любом случае этот вопрос стоит обсуждения. Вместо того чтобы просто противостоять несправедливости и деспотичной власти, современная критика фокусируется на абстрактных заявлениях о справедливости и авторитете. В том, что быстро становится обществом постправды, критика может установить свою радикальность, только подчеркивая свою внутреннюю связь с этическими суждениями и политическими целями. Проще говоря, критике необходимо пересмотреть свои ценности и идеалы: толерантность, секуляризм и стремление к лучшему обществу. Без переоценки своих положительных целей критика станет просто еще одним словом. И это судьба, которую, я надеюсь, мы сможем избежать. Источник: ПостНаука
© 2015 — 2024 stakanchik.media
Использование материалов сайта разрешено только с предварительного письменного согласия правообладателей. Права на картинки и тексты принадлежат авторам. Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 16 лет.
