Почему вам не всегда нужно помогать тем, кому плохо

Представьте картину: лежите вы на диване, смотрите в телефоне видео про котов, а тут звонок. «Извините, а вы в курсе, что в приюте собаки умирают от голода? А в засушливых частях Африки не хватает чистой воды для питья? И если вы в курсе, то чего это вы так спокойно лежите?» Что за бред, — подумаете вы. И будете не полностью правы. Похожим образом работает механизм токсичного или хронического чувства вины. Человек, подвластный этому ощущению, будет считать себя «дежурным по миру», обязанным что-то сделать, когда кому-то где-то плохо. Тяжелая ноша! Особенно, учитывая, что в мире всегда найдется тот, кому в данную минуту крайне не везет. Разумеется, нет ничего плохого в посильной помощи. Но когда без «должного» вклада вам становится плохо, это уже звоночек. Почему так происходит? Здоровое чувство вины возникает тогда, когда человек действительно был причиной чужой боли. Допустим, вы наступили кому-то на ногу, почувствовали себя виноватым и попросили прощения, вина ушла. Вы были причиной чужой боли, ответственным за страдания другого, взяли на себя вину и поступили с ней так, как и стоило. Корень системы хронического чувства вины, конечно же, находится в детстве. Причин может быть очень много. От банальных, но очень печальных культурных установок (женщина обязана помогать, терпеть, думать о семье и других) до иллюзии контроля (если я виноват, значит, я контролирую ситуацию). Выученная вина также формируется в отношениях, где любовь нужно заслужить. А основным ответом на поступки ребенка будет «ты меня расстроил». Родитель расстроен, ребенок чувствует вину. Закрепляется схема: «чужое плохое состояние — это моя вина». Еще одна причина — путаница между возможностью и обязанностью. Если я мог что-то сделать, но не сделал — значит, виновен. Хотя по факту это подмена вины ответственностью. Даже если ребенок не был субъектом действия, но был рядом или видел, то он автоматически получает столько же вины, сколько и инициатор действия. Люди, побывавшие в ситуациях, описанных выше, часто приобретают высокий уровень эмпатии и чувствительности, привыкли «быть хорошими» и замечать чужую боль. Однако эмпатия без границ превращается в саморазрушение. Почему не всегда нужно помогать? Во-первых, чужая боль не равна вашей ответственности. Жестко, но нужно признать, в мире очень много боли и страданий. И вообще, боль — это тоже часть жизни. Но ведь вы не создавали ситуаций, где кому-то плохо. А главное — вы не контролируете выборы другого человека. Невозможно кому-то «причинить добро». Вам не обязательно быть системой жизнеобеспечения других взрослых людей. Поверьте, они знают, что они делают. Во-вторых, но близко к первому — помощь везде и всюду лишает страждущего возможности вырасти над собой. Если постоянно носить ребенка на руках, он не научится ходить. Так же происходит и с вечной помощью, утешениями и ответственностью за решения. «Я не верю, что ты справишься» — так иногда можно ретранслировать помощь. В-третьих, помощь из чувства вины почти всегда вредна. Если внутреннего ресурса и желания помогать на самом деле нет, а толкает на этот шаг только выученное угрызение совести, то помощь будет через сжатые зубы и «не хочу». А значит, с истощением для вас и привычкой опираться для другого. Отношения постепенно станут обменом — ресурс на пустоту и усталость. И под конец, токсичная вина стирает границы. Есть ли у вас возможность помогать, не нужна ли помощь вам самому, есть ли ресурс, безопасно ли это, хотите ли вы — эти и многие другие вопросы даже не задаются. Ведь если не помог — значит, плохой. Также стоит подчеркнуть разницу между чувством сожаления и чувством вины. Нам может быть жаль загрязненной природы, детей за чертой бедности, амурских тигров, бабушек в переходе метро и так до бесконечности примеров. Но возможности исправить все это у нас попросту нет. И здесь тоже может произойти коварная подмена: «уж лучше быть виноватым, чем бессильным». Что делать с токсичным чувством вины? Перво-наперво необходимо определить жгучую мысль, поймать ее и перевести на человеческий язык. Назвать вещи своими именами. Не «я виноват в крике соседей на собственных детей», а «мне жаль, что им приходится так расти». Без четкого определения гнетущее чувство внутри будет копиться, а затем искать выход в виде приступа горьких слез от грустного видео про чье-то детство. А потом копиться заново. Проверьте, можете ли вы реально как-то повлиять на ситуацию без вреда для себя? Допустим, вы встретили на улице человека, нуждающегося в еде. А у вас в кошельке последняя купюра. И вот пройдете вы мимо, а главный критик начнет прямую трансляцию из головы самого жадного и бесчеловечного эгоиста на всем белом свете. Даже короткий ролик об умирающем от голода незнакомце смонтирует и будет показывать весь вечер. Вместо тактики «отдать последнюю рубашку» найдите более экологичный способ помощи. Ведь вы не обязаны занимать место голодающего, так в мире меньше страданий не будет! Примеры полезных действий: • записаться в волонтерские программы; • помочь в уборке леса от мусора; • внести пожертвование в благотворительный фонд; • воспитывать будущее поколение в атмосфере поддержки и любви; • попросить помочь в добрых делах кого-то еще; • уделить время дружескому разговору/поддержке; • создать или принять участие в общественной инициативе. Еще один вариант, как избавиться от хронического чувства вины — вернуть его владельцу. Быть свидетелем негативных сторон жизни тяжело, но напомните себе, кто виноват по-настоящему. Если это безопасно, то можете даже донести это до конкретного человека. Но и сказать правду себе или другу вслух тоже полезно. Вы не станете плохим или жестоким человеком. Вы начнете ценить свои ресурсы, чтобы в нужный момент действительно суметь помочь. Сначала всегда стоит надевать кислородную маску на себя, а уже потом помогать другим. Автор: Алёна Миронова

Утомленные собственным разумом

Существует особый вид переутомления, который не связан с внешними стрессовыми факторами или перегрузками на работе. Оно появляется в результате внутренних конфликтов, когда наше сознание интерпретирует наши действия и чувства в негативном ключе. Вы, вероятно, знаете, как утомительно постоянно анализировать, осуждать и допрашивать себя. Это тяжелая умственная работа, требующая переосмысления каждого чувства, реакции, желания и решения. И за все это приходится платить высокую цену. Люди, склонные к постоянному внутреннему анализу, вдумчивы, умны, психологически грамотны и обладают большим опытом. Они читают книги, посещают психотерапию и могут объяснить свои модели поведения, часто в мельчайших деталях. Но, несмотря на это, они продолжают чувствовать себя в ловушке. Зачастую не только работа, но и мысли о том, кто они такие, какими должны быть и почему им всегда чего-то не хватает, становятся причиной их внутреннего истощения. В их сознании возникают крайне негативные и разрушительные интерпретации их действий, решений, чувств и ценностей. Если бы кто-то другой придумал о них такие вещи, мы бы назвали их жестокими. Этот вид внутреннего истощения охватывает множество переживаний, которые мы обычно считаем отдельными: эмоциональное выгорание, синдром самозванца, хроническую неуверенность в себе, стыд, мыслительную руминацию, прокрастинацию. Часто это характерно для людей, которые внешне выглядят хорошо и добиваются успеха, но внутри чувствуют глубокое истощение. Именно поэтому отдых может не приносить удовлетворения: внутренний критик всегда готов испортить все. Когда инсайт не приносит свободы Мы живем в обществе, которое высоко ценит самопонимание. Инсайт рассматривается как ключ к свободе. Многие верят, что если они смогут понять, почему они такие, какие есть — их детство, стиль привязанности, пережитые травмы или особенности нервной системы — то это, безусловно, поможет им изменить свою жизнь к лучшему. Однако многие люди сталкиваются с более тревожной реальностью. Они осознают причины своих действий, но все равно чувствуют себя застрявшими. Они понимают, почему они слишком много думают, откладывают дела на потом, стараются угодить другим, быстро устают или чувствуют себя хронически неспособными. Они могут найти объяснения в семейной динамике, школьном опыте, социальных условиях или особенностях своей нервной системы. Их внутренний критик не просто критикует; он изощрен, красноречив и безжалостен. Он приводит убедительные аргументы и собирает доказательства. И поскольку это звучит разумно, люди склонны верить ему. Это то, что называется «нарративной ловушкой». Нарративная ловушка возникает, когда мы оказываемся в плену жесткой, устаревшей или несправедливой истории о себе, которая кажется нам правдой. Мы оказываемся в рамках дисфункциональной и неадаптивной интерпретации, за пределы которых уже не можем выйти. Мы словно сами себе и обвинитель, и ответчик в бесконечном внутреннем судебном процессе. Симптомы, такие как беспокойство, истощение, низкая самооценка, самосаботаж и даже ненависть к себе, — это лишь внешние проявления. Истинная причина кроется в токсичной истории, которая скрывается за ними. Мы — существа, рассказывающие истории, и в этом одновременно кроется и проблема, и решение Люди — это существа, которые постоянно рассказывают истории о своем опыте. Мы отбираем определенные факты, связываем их в причинно-следственные цепочки и оцениваем, какое значение эти связи имеют для нас и нашего места в мире. Эта удивительная способность позволяет нам извлекать уроки из прошлого, находить смысл в настоящем и мечтать о будущем. Однако за это приходится платить. Как только история становится знакомой и привычной, она перестает быть историей и начинает казаться реальностью. Наше сознание, которое создает истории, постоянно фильтрует факты из нашей жизни. Чтобы избежать когнитивного диссонанса, мы учитываем только те факты, которые не противоречат нашей текущей истории. Именно так наши истории превращаются в основные убеждения, формируя наш жизненный опыт. Многие из нас испытывают истощение не из-за недостатка мотивации, стойкости или дисциплины, а потому, что мы живем в условиях постоянной интерпретации. Каждая ошибка кажется нам проявлением нашей внутренней неправильности или несостоятельности как людей. Каждое сомнение усиливает наши сомнения, а каждый успех кажется незначительным или находит оправдания. Это приводит к тому, что мы постоянно находимся под внутренним наблюдением. Мы не просто действуем, но и оцениваем свои действия, постоянно критикуя себя. Мы не просто испытываем чувства, но и осуждаем их, подвергая сомнению. Неудивительно, что наша нервная система не может нормально функционировать в таких условиях. Истинное желание: эпистемическое облегчение Часто мы не совсем правильно понимаем, чего хотим и в чем нуждаемся. Мы не стремимся к тому, чтобы стать более уверенными в себе в том смысле, который обычно вкладывают в это понятие — в глянцевом, мотивирующем смысле. Мы не ищем позитивного мышления или утверждений, которые кажутся нам не соответствующими действительности. Мы не хотим, чтобы нас «исправляли», оптимизировали или превращали в кого-то другого. На самом деле мы хотим лишь одного — облегчения. Более конкретно, эпистемического облегчения — избавления от постоянного самоосуждения и самокритики, которые отнимают у нас силы. Мы стремимся освободиться от враждебных интерпретаций и искаженных взглядов. Мы хотим перестать верить всему, что говорит нам наш разум. Мы стремимся к внутренней гармонии, а не к внутренней войне. Мы желаем действовать без постоянной неуверенности в себе и самообвинения. Мы жаждем чувствовать себя абсолютно законными, несмотря на всю нашу сложность и великолепные противоречия. Нам необходимо развить в себе авторитет повествователя. Это не значит, что мы должны постоянно контролировать свои мысли или пытаться навсегда подавить голос внутреннего критика (что невозможно). Авторитет повествователя подразумевает, что мы перестанем попадать в ловушку своей разрушительной истории. Мы научимся воспринимать ее как историю, а не как ужасную правду о себе. Это позволит нам обратить внимание на свою историю, наблюдать за ней, понимать ее происхождение, закономерности и функции. Мы сможем отбросить те ее части, которые нам больше не нужны, и начать создавать более полезные и добрые истории о себе. От обвинения себя к авторству себя Проблема не в том, что мы рассказываем истории себе, а в том, что мы принимаем их за реальность и действуем в соответствии с ними. Работа с автобиографическим нарративом направлена на то, чтобы изменить наши отношения с собственным разумом, вечно сочиняющим истории. Мы учимся использовать метакогнитивные инструменты, которые помогают нам наблюдать за собой, задавать вопросы, редактировать и переосмысливать наши истории, а не просто следовать им. Этот подход не связан с управлением симптомами или мотивацией. Он представляет собой форму переосмысления повествования для людей, которые устали анализировать себя, но не могут изменить свои чувства или образ жизни. Когда мы начинаем освобождаться от оков повествования, происходит нечто удивительное. Возвращается энергия. Принимать решения становится легче. Чувства обретают чистоту; мы чувствуем то, что чувствуем, без осуждения. Действие кажется менее рискованным. Появляется больше возможностей для игры, любопытства и экспериментов, потому что каждое движение больше не связано с экзистенциальным самоосуждением. Работа над автобиографическим нарративом не стремится «исправить» наши внутренние и внешние ландшафты, а скорее меняет точку зрения, с которой мы их воспринимаем. Это помогает нам сформировать более справедливые, доброжелательные и гибкие рамки для интерпретации и осмысления, которые открывают новые горизонты для восприятия себя и окружающих. По материалам статьи «Exhausted by Your Own Mind?» Psychology Today

Вещи и события, которым стукнуло 20 лет в 2026 году

Знаковые фильмы, вирусные хиты, рождение соцсети и игровая революция — все, что делает этот год легендарным спустя два десятилетия. Фильмы 2006 год был богат на релизы как на зарубежном, так и на отечественном рынке. В то время выходило много знаковых фильмов, а также продолжений нашумевших кинолент. Абсолютным лидером мирового проката стала вторая часть «Пиратов Карибского моря», которая застолбила за собой звание самой кассовой в 2006 году. Студия Disney с громким успехом презентовала новый мультфильм «Тачки», Мел Гибсон снял «Апокалипсис», а кинокомпания MGM перезапустила франшизу о Джеймсе Бонде, выпустив фильм «Казино «Рояль». Среди подростковых и молодежных картин прокат взорвал «Классный мюзикл», который моментально сделал звездами Зака Эфрона и Ванессу Хадженс. В российском кинематографе также были свои успехи. Например, ромком Оксаны Бычковой «Питер FM» спустя 20 лет смотрится чуть ли не как архивная хроника тех лет. Также громкими премьерами стали вторая часть «Бумера» и «Дневной дозор», переосмысление истории старика Хоттабыча в современных реалиях в одноименном фильме и нетипичная для Алексея Балабанова работа «Мне не больно». Музыка В музыкальной индустрии также не обошлось без хитов, прогремевших на весь мир, и знаковых событий. Например, зрителей и жюри «Евровидения-2006» поразила финская рок-группа Lordi, которая выступила в костюмах монстров. В сентябре Мадонна впервые приехала в Россию в рамках турне Confessions Tour и собрала полный стадион. В октябре закрылся культовый нью-йоркский клуб CBGB, который дал дорогу многим популярным рок-музыкантам. Выступление Патти Смит стало последним концертом в этом месте. В это же время вышел альбом Джастина Тимберлейка FutureSex/LoveSounds с легендарным треком «SexyBack». Также 20 лет назад весь мир слушал Шакиру с песней «Hips Don’t Lie», композицию Рианны «SOS» и хит Нелли Фуртадо «Promiscuous». Кроме того, 20 лет исполнилось песням группы «Город 312» — «Останусь» и «Вне зоны доступа», прозвучавшими в популярных фильмах «Дневной дозор» и «Питер FM». Верхние строчки русских чартов тогда занимали треки «Знаешь ли ты» певицы Максим, «Три полоски» группы «Animal ДжаZ» и «Моя игра» Басты. Телевидение 2006 год многим запомнился не только фильмами и музыкой, но и телевизионными проектами. В то время вполне успешно стартовал сериал «Декстер», который растянулся на восемь сезонов, получил приквелы, сиквелы и долгожданное продолжение. В том же году начался показ сериала «Герои», чей первый сезон надолго отложился в памяти зрителей, хотя остальные сезоны не смогли повторить успех. Отметилось и отечественное телевидение. В том году особенно популярными стали скетч-шоу, поэтому одновременно в эфире появились программы «6 кадров» и «Наша Russia». Кроме того, стартовал цикл документальных передач о преступлениях «Следствие вели…» с бессменным ведущим Леонидом Каневским и сериал «Счастливы вместе» о семье Букиных из Екатеринбурга. Наука В научной сфере год ознаменовался несколькими по-настоящему революционными прорывами и открытиями. Одно из спорных решений — лишение Плутона статуса планеты, поскольку Международный космический союз пересмотрел свои критерии определения и понизил до карликовой планеты. В то же время на весь мир стал известен российский математик Григорий Перельман. В 2002–2003 годах он доказал гипотезу Пуанкаре, над которой ученые бились больше ста лет, а в 2006 году математическое сообщество подтвердило его доказательство. За работу Перельману присудили Филдсовскую премию, но тот отказался от нее, что стало не менее громкой новостью. Развлечения Революцией игровой индустрии в 2006 году стал выпуск Nintendo Wii, который развернул на 180 градусов жизнь многих геймеров. С новой технологией любой человек мог имитировать движения игры в боулинг или теннис, не выходя из дома. Беспроводные контроллеры, реагирующие на перемещение человека, создавали эффект максимального погружения в процесс. Еще одним долгожданным устройством на рынке гейминга стала приставка PlayStation 3. Однако реакция индустрии была довольно неоднозначной, особенно на фоне выхода той же консоли Wii, все экземпляры которой мгновенно сметали с полок магазинов. Возможно, впечатление испортил тот факт, что игры, сделанные для предыдущих моделей, запускались некорректно, хотя часть критиков назвала новую приставку оправдывающей возложенные ожидания, пусть и не в полной мере. X (Twitter) Соцсеть, которую сейчас многие знают как X после переименования Илоном Маском, тоже была создана в 2006 году. Джек Дорси, Ноа Гласс, Биз Стоун и Эван Уильямс купили компанию Odeo, которая позволяла пользователям создавать и публиковать подкасты, и превратили ее в сервис текстовых микроблогов. Изначально в одном посте можно было набирать не более 140 символов, что было в новинку пользователям интернета, уже освоившим другие площадки. В последующие годы соцсеть активно увеличила приток участников, а также сменила руководство и название. На 2026 год ее ежемесячная активная аудитория — около 550 миллионов человек.

Язык женских нарядов в кино

Существует красивое выражение «голубой уголь», под которым подразумевается ветер — источник энергии; но, пожалуй, пора бы внедрить идиому «сарториальный ветер», обозначая влияние одежды на массовое создание и на тенденциозность в обществе. Но постойте. Разве дело не обстоит наоборот? Разве мода не является зерцалом мира и происходящих в нём изменений? Это вопрос о курице и яйце. Бессмысленное занятие: долго рассуждать о культурном значении текстильного производства. Изобильное количество мероприятий, связанных с «магией ткани», приучило нас к мысли, что одежда — не совокупность цвета и кроя. Она может быть социальным высказыванием, манифестом, вызовом, квинтэссенцией ролей и смыслов. Когда Марлен Дитрих в фильме «Марокко» надевает фрак, консервативное общество негодует, но «мотает на ус»: адаптация уже началась — незаметная для глаз, но неотвратимая. Процесс оформления девиантных вспышек в полноценную веху, определяющую степень раскрепощённости и ментальной гибкости, — неизбежность, с которой сталкиваются и мирятся все поколения во все времена. Диапазон наших чувств, — как диапазон голоса, — можно расширить, предлагая разуму анализировать и расшифровывать новое впечатление: отсутствие корсета в 1920-е, мини-юбка в 1960-е. Сарториальный язык — мощнейший и старейший из способов трансляции идеи. Личностный стиль в одежде — результат кропотливой работы. Есть большая разница между тем, какие качества нам свойственны, и тем, как мы преподносим себя через наряды. Многие люди тратят на это десятки лет. Кому-то это будто бы дано от природы. Поэтому субтильная женщина, одевающаяся в стиле гранж или стимпанк, не считает, что она «чем-то обязана» обществу в смысле внешнего вида. Интенсивность влияния моды на нас, увы, во многом обусловлена нашей растерянностью перед потоком информации. Мы наблюдаем, как одеваются другие. Мы примеряем на себя множество амплуа. Мы также зачастую сталкиваемся с расщеплением собственного креативного «я». О чём уж тут говорить, если наше отношение к тому или иному оттенку — результат суммирования всех способов интерпретации. Красный. Тепло. Любовь. Страсть. Агрессия. Кровь. Революция. Ассоциации вшиты в наше подсознание. Они проносятся в голове, сдобренные всеми произведениями искусства и кинолентами, где фигурировал цвет — от «Купания красного коня» до «Красотки». Остаётся то, что нам близко; то, что даёт ответ на вопрос: какие мы, как мыслим, во что верим. Наш индивидуальный «правильный вариант ответа» — ничем не хуже того, который будет у другого человека. В этом и заключается диалектика стиля и моды. Хороший кинематографист не упускает ни единой детали. Режиссёр София Коппола при создании кинокартины придаёт огромное значение аспекту стиля центрального персонажа, — для неё это способ в кратчайшие сроки передать самое главное: эмоциональное состояние, степень искренности, духовный рост или деградацию. В фильме «Мария Антуанетта» (2006 г.) наряды главной героини, во-первых, вызывают невольные ассоциации с пастельными макарунами (и это отнюдь не совпадение — костюмер Ми­лена Ка­ноне­ро вдохновлялась их оттенками), а во-вторых, раскрывают для нас психологию Марии Антуанетты, сыгранной Кирстен Данст. Одна из первых сцен в фильме демонстрирует переодевание героини: из австрийской принцессы — в невесту следующего французского короля. Мария Антуанетта расстаётся со всем, что было ей дорого; со всем, что связывало её с детством и юностью. Она по-прежнему «милая куколка» — но уже в совершенно других руках. Её «упаковывают»; меняется фасон платьев будущей королевы. Теперь он кажется более помпезным, сложным, однако, — и это крайне важно, — оттенки всё ещё намекают на инфантильность героини. Розовый, голубой, ванильно-жёлтый. Наивность и простодушие Марии, её неуёмный — но почему-то очаровательный — гедонизм лишь усиливаются от кадра к кадру. Подносы ломятся от пирожных. Драгоценности примеряют на собачек. Излишества, излишества, излишества! Подобную маниакальную тягу к роскоши хочется объяснить тем, что Мария Антуанетта долгое время не могла выполнить своё предназначение — произвести на свет наследника, — а потому, не имея возможности заполнить пустоту в душе, заполняла бездонный гардероб. Но поведение персонажа не корректируется и с появлением долгожданного ребёнка. Порхая по жизни жизнерадостным мотыльком, королева не видит, что для неё уже готовится «булавка». Когда же Мария Антуанетта наконец осознаёт, что её семья и весь класс аристократии впали в немилость — наряды темнеют. Давящая чернота заполняет некогда сияющий от позолоты и хрусталя дворец. Всё тот же фокус с намеренным «окукливанием» женского персонажа София Коппола провернула в картине «Присцилла: Элвис и я» (2023 г.). На этот раз главная героиня, Присцилла Болье, соглашается на кардинальную смену имиджа в первую очередь ради того, чтобы соответствовать статусу подружки, а затем и жены Элвиса Пресли. Милые кардиганы, юбки и чокеры, формирующие образ типичной американской школьницы 60-х, контрастируют с образами «любимой игрушки Короля»: яркие цвета, огромные банты, рюши. Под занавес истории Присцилла возвращается к естественности, смывает броский макияж и вспоминает о том, что когда-то у неё была своя собственная жизнь, — не завязанная на желаниях Элвиса. Аналогичных примеров, — не только из кино, но и из жизни, — можно привести великое множество. Одежда зачастую хранит воспоминания о событиях, давно оставшихся в прошлом. Любовь или неприязнь к определённому периоду нашей биографии рождает схожее чувство по отношению к вещам, которые мы носили в это время. Нелюбимые предметы гардероба легко выбросить, превратив это в ритуал освобождения и очищения. А те, что особенно дороги, — сохранить, чтобы никогда не забывать о пережитых радостных моментах. Выбирая одежду, мы надеемся, что она будет служить нам долгие годы; или же — всего один вечер, помогая блистать. Иногда одежда становится буквально «второй кожей» — внушает уверенность и дарит спокойствие. Это одно из основополагающих её качеств. В разном возрасте мы воспринимаем себя не одним и тем же человеком, мы взрослеем, набираемся опыта, совершаем ошибки. Наши предпочтения (в том числе в одежде) меняются, и это совершенно нормально. Стиль должен быть не маской, — но рамкой.

Двойственная природа амбивертов

В мире, где существуют тесты на тип личности, астрология, дизайн человека, эннеаграмма и множество других инструментов, через которые люди пытаются понять, почему они такие, какие есть, можно вновь вернуться к классике — интроверсии и экстраверсии. Концепции, предложенные швейцарским психиатром Карлом Юнгом, основываются на идее, что интроверты, как правило, обладают богатым внутренним миром, требующим отдыха вдали от внешней среды, а экстраверты черпают энергию из динамичности и насыщенности внешнего мира. Но если вы оказались где-то между, возможно, вы амбиверт. Характерные черты Многие амбиверты обладают высокой адаптивностью. Им необходимо время для восстановления сил, но накануне они с тем же успехом могут быть душой компании. Их личность сочетает в себе множество двойственных черт. Амбиверты могут попеременно чувствовать себя то интровертами, то экстравертами, причем эти состояния не всегда зависят от ситуации. Скорее, они являются просто частью натуры. Их социальная батарейка способна заряжаться очень быстро. Даже короткого периода покоя бывает достаточно, чтобы восстановить силы для вечернего мероприятия. После насыщенного дня амбиверты предпочитают уединиться и минимизировать внешние раздражители. Приглушить свет, уютно устроиться в постели и послушать подкаст — идеальный для них сценарий. Они любят внимание окружающих, но и ценят время наедине с собой. Иногда дело даже не в острой необходимости побыть одному, а просто в том, чтобы получить от этого удовольствие. Однако после пребывания в одиночестве, вероятно, захочется с кем-то пообщаться. Для амбивертов социализация в течение всего дня может быть утомительной, поэтому важно соблюдать баланс. Но и с друзьями у них нет проблем: обычно уже сформирован круг близких, иногда случаются новые знакомства и есть много разных приятелей. Душевные встречи приносят таким людям глубокое удовлетворение. При этом у них нет навязчивого желания быть постоянно услышанными. Достаточно просто тихо слушать беседу, изредка вставляя свои реплики. Большой объем безликого обмена сообщениями в личной переписке или рабочей часто перегружает и не приносит им радости. Поэтому на какое-то время амбиверты предпочитают отключать уведомления и оставлять смс и звонки без ответа. На работе люди с таким типом личности, как правило, гибкие: способны быть командными игроками, но при необходимости возьмут на себя лидерскую роль, что очень ценится руководителями и коллегами. Преимущества амбиверсии Хотя концепция амбиверсии как типа личности существует с 1920-х годов, на протяжении XX века она практически отсутствовала в психологическом дискурсе. Большинство психотерапевтов сосредотачивались на более устоявшихся противоположных сторонах спектра — интроверсии и экстраверсии, — но этот тип личности не следует упускать из виду. Амбивертов часто очень ценят, потому что они, как правило, обладают адаптивностью, с ними легко общаться, так как они всегда готовы хорошо провести время, но при этом знают меру. Такие люди готовы взять на себя инициативу при необходимости и одновременно осторожны, чтобы не перетянуть внимание на себя. Они способны хорошо ладить как с интровертами, так и с экстравертами, поскольку в равной степени сочетают в себе черты и тех, и других. Влияние на отношения Если вы амбиверт и замечаете напряженность в отношениях, подумайте, не связано ли это с тем, как вы сообщаете о своих врожденных потребностях. То, что вы считаете простой необходимостью побыть одному и восстановить силы, вашему близкому человеку с экстраверсией может показаться избеганием общения или даже пренебрежением. Четкое и лаконичное объяснение вашего типа личности поможет избежать недопонимания. Ассоциированный клинический социальный работник и терапевт из Лос-Анджелеса Реша Алтай пояснила, что подход должен быть мягким: «Можно сначала упомянуть, как вам было приятно провести время с людьми, а потом плавно перейти к тому, что вы достигли своего предела и вам нужен отдых». Принятие своей амбиверсии также играет важную роль. Это сделает вас ценным другом, членом семьи, партнером или коллегой, но необходимо уверенно отстаивать свою позицию и объяснять состояние. То, что вы не склонны полностью уходить в себя, как интроверт, и при этом не обладаете безграничной энергией экстраверта, может создавать безопасное и комфортное пространство для многих людей. Как найти баланс Возможно, вам вполне комфортно как амбиверту, но полезно понять, как использовать эти черты себе на пользу. «Если вы уделите время тому, чтобы прислушаться к себе, это поможет прояснить, какая именно стимуляция вам сейчас нужна», — отметила Алтай. В одни дни вам хочется больше социального взаимодействия, в другие — побыть наедине с собой. Важно учитывать оба состояния, и, скорее всего, вы будете более приятным собеседником, если предварительно уделите время себе. Вот несколько советов по организации повседневной жизни для амбивертов. Планируя свои дни, обязательно оставляйте достаточный запас времени на отдых, особенно когда вам предстоит интенсивное общение. Если вас пригласили на мероприятие на целый день, рассмотрите возможность провести вечер накануне дома, чтобы накопить достаточно энергии. Коммуникация — ключ к успеху в любых отношениях. Дайте понять близким, что вам иногда нужно побыть одному. Успокойте их, объяснив, что вы можете не сразу отвечать на сообщения. И напоследок Алтай порекомендовала задействовать пять чувств для более ясного понимания, что приносит вам удовольствие, и саморегуляции — это кардинально изменит ситуацию. Примите ванну с английской солью, займитесь мягкой йогой, расслабьтесь за сбором пазла, поиграйте с питомцем или неспешно насладитесь чашкой чая. По материалам статьи «Are You an Ambivert? 10 Key Signs to Look For» Very Well Mind

От медведя до колибри: кто и как впадает в спячку

Спячка — один из самых изящных способов, которыми природа помогает животным пережить трудные времена. Запускается спячка не случайно. У животных есть своего рода внутренний «переключатель», который реагирует на сигналы окружающей среды: дни становятся короче, температура падает, а еды все меньше. Ученые называют этот механизм HIT (Hibernation Induction Trigger), и хотя он пока изучен не до конца, точно известно одно: к зиме животные начинают готовиться заранее. Осенью они усиленно едят и накапливают жировые запасы, особенно бурый жир — своеобразную «батарейку», которая помогает согреваться и дает энергию, когда приходит время просыпаться. Но происходит это у всех по-разному, и иногда настолько необычно, что кажется, будто нарушаются законы биологии. Давайте познакомимся с самыми интересными «сонями» из мира животных. Бурый медведь Медведи — самые знаменитые зимние «сони», хотя их состояние скорее похоже на глубокий сон, чем на классическую спячку. Температура тела падает не сильно, животное может шевелиться, а медведицы даже рожают детенышей прямо в берлоге. При этом организм умудряется перерабатывать отходы так, что они не накапливаются — своеобразная система внутреннего «рециклинга», помогающая выжить без еды и воды месяцами. Альпийский сурок Фраза «спит как сурок» появилась не просто так. Эти пушистые горные жители действительно проводят во сне больше полугода. Перед зимой сурки усердно едят и накапливают жир, а затем всей семьей укладываются в норе. Причем делают это с умом: молодых особей размещают в самом теплом месте, а взрослые окружают их живым «одеялом». Даже во сне сурки действуют сообща — периодически просыпаются одновременно, а при сильных морозах могут внепланово проснуться и «включить обогрев», согревая нору теплом своих тел. Сибирский углозуб Настоящий чемпион выживания. Это земноводное может переживать не только зиму, но и годы, проведенные в замерзшем состоянии. В роли защитного вещества здесь выступает глицерин, который пропитывает ткани и не дает льду разрушить клетки. Углозуб — единственная амфибия, освоившая зону вечной мерзлоты, и один из самых поразительных примеров спячки в природе. Американский лопатоног Не всякая спячка связана с холодом. Амфибии из засушливых районов Северной Америки, лопатоноги, засыпают тогда, когда вокруг становится слишком жарко и сухо. Они зарываются глубоко в грунт на дне пересыхающих водоемов и пережидают неблагоприятный период под землей. Помогают им в этом необычные твердые наросты на лапах, которые превращают этих существ в отличных землекопов. Серый мышиный лемур Кажется, что в тропиках спячке не место, но серый мышиный лемур с этим не согласен. Во время сухого и относительно прохладного сезона на Мадагаскаре эти крошечные приматы впадают в оцепенение, экономя энергию. Интересно, что зимовать вместе предпочитают только самки, а самцы выбирают уединение. Для приматов такой способ адаптации — большая редкость. Колибри У этих миниатюрных птиц жизнь идет на бешеной скорости: сердце колибри может биться до 500 раз в минуту, а есть им нужно почти постоянно. Но ночью добывать пищу невозможно, и тогда птицы переходят в экстремальный энергосберегающий режим — состояние, близкое к анабиозу. Температура тела резко падает, пульс замедляется, и крошечный организм словно ставит жизнь «на паузу» до рассвета. Американская лесная лягушка Эта лягушка основательно готовится к зиме. В ее крови повышается уровень веществ с защитным эффектом, а в печени накапливаются запасы гликогена. Когда температура падает, эти запасы превращаются в сахар, и организм лягушки словно пропитывается сладким «антифризом». Он понижает точку замерзания, поэтому лед образуется снаружи клеток, не повреждая их изнутри. Именно этот хитрый механизм помогает лягушке переживать морозы без вреда для организма. Американский белогорлый козодой Среди птиц настоящая зимняя спячка — большая редкость, но белогорлый козодой умеет и это. Часть популяций улетает на юг, а другие предпочитают переждать холод, затаившись среди камней. В таком состоянии их жизненные процессы сильно замедляются, что позволяет обойтись без перелетов. Шмели У шмелей спит не вся семья, а только молодые матки. Осенью вся колония погибает, а молодые оплодотворенные матки зарываются в землю и засыпают до весны. С первыми теплыми днями они просыпаются и начинают строить новую колонию — цикл жизни запускается заново. Лесной еж Ежи впадают в спячку не всегда и не везде — все зависит от климата. У самцов этот процесс тесно связан с гормонами и длиной светового дня, у самок — с температурой и доступностью пищи. До конца не ясно, как ежам удается «следить» за условиями на поверхности, находясь глубоко под землей, но периодические пробуждения, вероятно, помогают им держать ситуацию под контролем. Может ли человек впасть в спячку? Интересно, что с точки зрения эволюции люди вовсе не так уж далеки от способности впадать в спячку. Считается, что этот механизм появился у очень древних предков млекопитающих, а значит, где-то глубоко в нашей нервной системе могут скрываться «спящие» элементы, отвечающие за подобный режим. Существуют даже гипотезы, что древние люди могли пережидать суровые периоды в состоянии, похожем на гибернацию, хотя прямых доказательств этому пока нет. Но если посмотреть на это с практической стороны, становится ясно: современному человеку такая суперспособность вряд ли пошла бы на пользу. Наш организм плохо переносит долгую неподвижность — мышцы слабеют, кости теряют прочность, возникают проблемы с сосудами и суставами. В отличие от животных, у нас нет встроенных «защитных систем», которые автоматически предотвращают эти последствия. Поэтому прежде чем мечтать о человеческой спячке, ученым еще предстоит разобраться, как сделать ее безопасной — если это вообще возможно. Выходит, спячка — это не просто длительный сон, а сложная и тонко настроенная стратегия выживания. Каждое из рассмотренных в статье животных по-своему решает одну и ту же задачу: как пережить время, когда мир вокруг становится негостеприимным. И чем больше мы узнаем о таких механизмах, тем сильнее удивляемся изобретательности природы.

Неужели технологии сделали нас менее смелыми?

В 2025 году в социальных сетях начала наблюдаться тенденция, которая прославляет социальную изоляцию. Множество видео, постов и мемов призывают людей отказываться от приглашений, не ходить на свидания, выполнять минимальные требования на работе и даже оплакивать потерю социальной дистанции, как будто это было не печальное последствие глобальной пандемии, а настоящий луч надежды. Кажется, людям действительно надоело общаться с другими. Есть какая-то ирония в том, что мы праздновать социальную изоляцию в социальных сетях — на тех самых платформах, которые должны были бы способствовать созданию новых связей. Действительно ли люди празднуют одиночество или это проявление недовольства? Возможно, современные технологии, которые должны были нас объединять, разрушили социальные связи? Если это так, то как это произошло, и что мы можем с этим сделать? Одним из многих способов, которыми технологии изменили нашу жизнь, стало то, что теперь мы можем легко уклоняться от прямого общения, которое способствует укреплению социальных связей. Смелое общение подразумевает признание своих ошибок и незнания, ведение сложных разговоров и уважительный подход к конфликтам. Такое поведение способствует созданию доверия и усилению отношений. И именно такое поведение легко обойти в цифровой среде. Можно сказать, что технологии делают нас более трусливыми. Давайте обратимся к последним тенденциям. Возьмем, например, гостинг. Сегодня стало привычным, что люди исчезают из отношений, не оставляя объяснений. Исследование, проведенное в 2023 году, показало, что 84% молодых людей сталкивались с подобным поведением, а почти две трети из них признались, что сами обходились так с другими. Цифровые технологии позволяют нам легко уходить от контактов, не задумываясь о последствиях для окружающих. Со временем, сталкиваясь с таким поведением или даже слушая истории о нем в социальных сетях, мы начинаем верить, что эмоциональные связи могут быть опасными. Вспомните популярные мемы о людях, которые «защищают свой покой», лежа в постели с пультом дистанционного управления в руках. Раньше мы боялись одиночества, а теперь мы боимся отношений. Похожие тенденции наблюдаются и в рабочей среде. Согласно опросу, проведенному Институтом Гэллапа, 60% сотрудников относятся к категории «тихих увольняющихся», что означает, что они стараются выполнять минимальные обязанности на работе, не увольняясь. Этот подход к работе можно рассматривать как способ установить свои границы и позаботиться о себе. Однако действительно ли является проявлением смелости избегание сложных разговоров о рабочей нагрузке или неудовлетворенности? В то же время исследования данных социальных сетей показывают, что в интернете широко распространена враждебность. Социальные платформы способствуют проявлению уверенности, шокирующих высказываний и ярости. В таких условиях остается мало возможностей для конструктивного диалога, спокойного размышления или смирения. И хотя некоторые люди могут оставаться и бороться, большинство предпочитает тихо отступить. В целом, это может быть связано с более масштабным социальным явлением, когда технологии способствуют развитию вредных привычек, что заставляет людей искать безопасность в изоляции. Мемы и видеоролики преподносят социальную изоляцию как путь к самореализации, но какой ценой? Мы можем писать едкие посты, обмениваться текстовыми сообщениями, уходить с работы, отключать камеры во время совещаний и игнорировать электронные письма — все это в целях самозащиты. Однако, поскольку у такого поведения мало прямых последствий, мы рискуем сделать его привычкой. Опасность заключается в долгосрочных последствиях избегания. Оно препятствует личностному росту, разрушает отношения и способствует социальной изоляции. В некоторых ситуациях избегание может быть разумным решением. Однако проблема возникает, когда это становится нашим обычным ответом на повседневные трудности. Из-за этого близость кажется небезопасной. Тихая демотивация делает рабочее место менее социальным. Язвительность в интернете делает общение с окружающими угрожающим. Неудивительно, что люди чувствуют себя как в состоянии абстиненции. Однако изоляция от общества негативно сказывается на качестве жизни, нашем физическом и психическом здоровье и даже на продолжительности жизни. Ведь одним из самых сильных факторов, влияющих на все эти аспекты, являются наши взаимоотношения. В 2023 году главный санитарный врач США объявил об эпидемии одиночества, с которой сталкивается более трети взрослых. Почему люди чувствуют себя одинокими? Из-за недостатка возможностей для общения или из-за утраты уверенности в этих связях? Современные технологии значительно упростили процесс коммуникации, поэтому причина кроется именно в последнем факторе. Когда избегание становится привычкой, наше доверие к окружающим постепенно ослабевает. Избегание и социальная изоляция незаметно подпитывают друг друга. Каждый отдельный акт избегания может казаться оправданным, но в совокупности они лишь усиливают нашу изоляцию. Избегание защищает нас в данный момент, но оно также перекладывает ответственность на окружающих, что в конечном итоге создает атмосферу, в которой люди ожидают исчезновения и враждебности. Уход становится скорее предвосхищающим, чем реактивным, и приводит к созданию культуры, в которой люди склонны к самоизоляции. Как нам проявить смелость, когда так легко спрятаться от трудностей? Вот несколько советов, которые могут помочь: 1. Запланируйте следующий трудный разговор на ближайшее время. Хотя поначалу это может показаться пугающим, в итоге такой разговор может привести к улучшению ситуации, а не к конфликту и разобщению. 2. Определите, чего вы избегаете, и запишите, как бы это выглядело, если бы вы проявили смелость. Это может быть разговор или решение, которое вы откладываете на потом. Спросите себя, чего вы на самом деле боитесь: показаться неправым, почувствовать дискомфорт, разочаровать кого-то или столкнуться с отказом? Помните, что каждый раз, когда вы действуете вопреки своим страхам, вы не только добиваетесь лучшего результата, но и повышаете вероятность того, что будете поступать так же и в будущем. Смелость — как мышца: она становится сильнее при использовании, но без практики атрофируется. 3. Практика смирения. Начните с ситуаций, в которых риск незначителен, и постепенно переходите к более сложным. Например, можно рассказать кому-то, как вы изменили свое мнение о вере, или признаться в том, что ошибались в прошлом. 4. Переосмыслите межличностный дискомфорт как возможность помочь. Когда мы воспринимаем дискомфорт как угрозу, наша естественная реакция — уйти в себя, что, в свою очередь, сдерживает наш рост. Если вы ощущаете конфликт, попробуйте подойти к человеку и задать вопросы. Смелые поступки способствуют укреплению доверия и связи, что особенно важно в наше время, когда отчуждение стало нормой. Возможно, именно благодаря таким действиям мы сможем сделать 2026 год годом, когда мы будем праздновать социальную сплоченность. По материалам статьи «Has Technology Made Us Less Courageous?» Psychology Today

Как птицы используют обоняние: от узнавания родни до навигации в океане

Когда речь идет о птицах, в голове возникает либо их красочное оперение (роскошный хвост павлина, ярко-синий цвет зимородка), либо их голоса (от соловьиных трелей до воркования голубя или крика сойки). Поэтому легко предположить, что зрение и слух — главные чувства, с помощью которых эти птицы исследуют окружающую среду и общаются друг с другом. Однако обоняние также жизненно важно: оно помогает им ориентироваться в пространстве, находить пищу и даже взаимодействовать с сородичами. Но это чувство часто недооценивают или вовсе игнорируют. Ошибка исследователя Частично в этом виноваты влиятельные натуралисты XIX века, такие как Джон Джеймс Одюбон. Его ранние опыты с грифами-индейками привели к выводу, что те не способны чувствовать запахи и, должно быть, полагаются на зрение в поисках добычи. Он показывал грифам изображения мертвых овец, и птицы клевали их. Но когда Одюбон прятал гниющие останки под растения, птицы их полностью игнорировали. Однако более поздние исследования выявили ошибки в работе натуралиста: грифы-индейки предпочитают более свежее мясо и находят его по запаху, даже если оно скрыто от глаз. Острое обоняние этих птиц пригодилось инженерам нефтяной компании в Калифорнии 1930-х годов. Рабочие столкнулись с утечками на 42-мильном газопроводе и заметили, что грифы часто собираются в этих местах. Сам по себе природный газ не имеет запаха, но в него добавляют химическое вещество этилмеркаптан, чтобы человек мог уловить характерный «яичный» запах на близком расстоянии. Этилмеркаптан также выделяется при разложении мяса, поэтому грифы ассоциируют его с пищей. Инженеры использовали это в своих интересах: они намеренно закачивали большие дозы этилмеркаптана и, наблюдая за скоплением грифов, точно определяли места утечек для последующего устранения. Роль обоняния в поведении птиц В последнее время ученые активно исследуют многочисленные способы использования обоняния птицами в дикой природе. Биолог Джои Бакстер из Шеффилдского университета изучает вопрос о том, используют ли длиннохвостые синицы свое обоняние для узнавания родственников. Подобно тому, как люди часто помогают с воспитанием детей своим ближайшим родственникам, длиннохвостые синицы в сезон размножения кормят птенцов, принадлежащих их братьям и сестрам, родителям и собственным детям. Как именно эти маленькие птицы определяют, кто является, а кто не является их близким, пока до конца не ясно, но ключ к разгадке может скрываться в запахе. По словам Бакстера, скворцы и лазоревки, в свою очередь, используют обоняние, чтобы находить пахучие растения, такие как тысячелистник, борщевик и бузина, и вплетать в свои гнезда. Содержащиеся в этих растениях соединения защищают птенцов от паразитов, подобно тому, как люди используют цитронеллу для отпугивания комаров. Птенцы удодов вырабатывают собственную химическую защиту. Это яркие птицы с длинным изогнутым клювом и характерным оранжевым хохолком. Из копчиковой железы, расположенной чуть выше хвоста, молодые удоды выделяют густой, темный и дурно пахнущий маслянистый секрет, в котором содержатся полезные бактерии. Они расщепляют секрет на едкие химические соединения, которые сдерживают распространение микробов. Национальный символ Новой Зеландии — нелетающая птица киви — ведет преимущественно ночной образ жизни и питается червями и насекомыми, которых добывает из-под земли, поэтому во время кормежки она не может полагаться на зрение. Вместо этого у киви на самом кончике длинного клюва расположены ноздри, чтобы буквально вынюхать подземную добычу. Большие конюги — маленькие черные морские птицы — пахнут мандаринами. Этот запах, вырабатываемый особыми перьями, участвует в социальной коммуникации. Как самцы, так и самки конюг трутся клювом о затылок другой птицы, чтобы как следует вдохнуть этот аромат, оценивая с его помощью качества потенциального партнера. Качурки и тайфунники преодолевают сотни километров над открытым океаном в поисках пищи, используя свое обоняние, чтобы уловить диметилсульфид (ДМС) — химическое вещество, вырабатываемое фитопланктоном. Этот запах, который часто сравнивают с запахом вареной капусты, указывает на те участки, где, скорее всего, много еды. Кроме того, различная интенсивность этого вещества позволяет птицам создавать в голове своего рода обонятельную карту для навигации при возвращении в свои гнезда на суше. К сожалению, эта впечатляющая обонятельная способность может доставить птицам неприятности. Океанический пластик вызывает цветение фитопланктона, который выбрасывает в воздух большое количество ДМС. Морские птицы могут быть сбиты с толку, приняв этот запах за сигнал к кормежке, и заглотить смертельно опасный пластик. Из-за своей зависимости от обоняния при поиске пищи птицы, чувствительные к ДМС, к которым также относятся альбатросы, проглатывают пластик почти в шесть раз чаще, чем другие виды. Важное чувство для всех Как и в случае с птицами, обоняние человека исторически тоже недооценивалось во многом из-за глубокомысленных рассуждений ученых XIX века. На самом деле люди способны различать огромный диапазон запахов. Давний эксперимент 2006 года сотрудников Калифорнийского университета в Беркли и Университета штата Пенсильвания показал, что участники исследования с завязанными глазами могли отследить запах шоколада через целое поле. Обоняние используется в повседневной жизни постоянно, иногда даже неосознанно: чтобы избежать опасности, выбрать еду или даже партнера (людей часто привлекает запах тех, чей набор иммунных генов отличается от их собственного). Поэтому для животных, у которых обоняние не является доминирующим чувством, запахи тоже важны при взаимодействии с окружающим миром. По материалам статьи «The brilliant and bizarre ways birds use their sense of smell – from natural cologne to pest control» The Conversation

Почему экранизации книг так часто разочаровывают

В конце 2025 года в прокат вышел фильм «Хамнет» режиссера Хлои Чжао. Многие поклонники одноименной книги Мэгги О'Фаррелл, возможно, ощущают знакомую смесь волнения и тревоги перед просмотром. Они могут задаваться вопросом, как кинолента воплотила на экране проникновенный образ жены Шекспира, Агнес, и потерю их сына. Есть восторг от того, что любимая история обретает зримое воплощение. Но есть и тихий страх: а вдруг фильм окажется непохожим на ту версию, которая уже есть в голове. Вразрез с образом Для многих людей книги — не просто прочитанный текст, а еще и мысленная визуализация, где воплощаются целые миры. Когда экранизация не совпадает с этими личными образами, часто наступает разочарование. Именно в этот момент зритель может подумать или сказать вслух: «А я себе это представлял совсем не так». Причина такой реакции кроется в когнитивном процессе чтения. Для большинства он включает в себя создание образов в мысленном взоре: сцены, события и персонажи — какими бы смутными или яркими ни были впечатления. Ментальная визуализация может усиливать удовольствие от чтения, глубже погружая в мир произведения. Люди редко останавливаются, чтобы изучить эти внутренние образы, понять, как они формируются. Осознание приходит, когда собственное представление рушится из-за несовпадения с изображением на экране. Именно этот разрыв между ментальными и материальными образами способен приводить к чувству неудовлетворенности, разочарованию и даже дезориентации. Экранизации могут вызывать реакцию «я представлял это иначе», однако сама эта жалоба имеет гораздо более долгую историю. Профессор английской литературы в Кардиффском университете и ведущий международный эксперт в области иллюстраторских исследований Джулия Томас, ссылаясь на свои научные работы, отметила, что такого рода претензии уходит корнями в докинематографическую эпоху XIX века. В то время иллюстрации — изображения, появлявшиеся в книгах, журналах и газетах — все чаще рассматривались как угроза для читательского воображения. Полиграфические технологии позволили добиться невиданного ранее распространения изображений, поэтому любые тексты стали украшать картинками. Это породило новые опасения относительно влияния иллюстраций на мысленные образы читателей. Критики забеспокоились, что они лишают читателей возможности самостоятельно представлять описанные сцены в произведениях. Увидев, как иллюстратор Джордж Крукшанк изобразил Феджина из романа «Приключения Оливера Твиста», читателю уже было трудно вообразить этого персонажа иначе. Особая проблема возникала с книгами, которые изначально публиковались без иллюстраций, а позднее переиздавались уже с ними. К тому моменту люди уже успевали создать собственные образы персонажей и сцен. Многие описывали чувство недовольства и дискомфорта, когда картинки не совпадали с их представлениями. Рецензенты отмечали, что читателям, уже создавшим в воображении героев, крайне трудно примириться с новыми изображениями. Даже художник Эдвард Бёрн-Джонс, иллюстрировавший несколько классических текстов, включая произведения Джефри Чосера, признавал разочарование, возникающее, когда картинки не совпадают с тем, что родилось в воображении. Афантазия Однако не все встречали иллюстрации с разочарованием. Для многих читателей тексты с картинками были источником удовольствия, особенно для тех, кто не мог формировать образы во время чтения. Термин «афантазия» для описания отсутствия мысленного взора ввели недавно. Считается, что около 4% населения планеты не способны к ментальной визуализации. Хотя само это слово не использовалось в XIX веке, в дискуссиях об иллюстрированных книгах часто признавалась ценность изображений для читателей, не представлявших себе описанное. Писатель и карикатурист Джордж дю Морье утверждал, что иллюстраторы работают в первую очередь для таких людей, которых, как он полагал, было большинство. У читателей и зрителей с афантазией визуального несоответствия нет, поскольку предварительные образы у них не формируются. В XIX веке те, кто страдал такой проблемой, могли наслаждаться книгами с картинками без того дискомфорта, о котором говорили другие. Сегодня такие люди могут смотреть экранизации без заранее сложившихся визуальных ожиданий. В этом смысле экранные адаптации могут быть не только менее раздражающими, но и в чем-то освобождающими, превращая слова со страниц в образы, которые воображение не может воспроизвести. Однако для тех, кто визуализирует во время чтения, разочарование от экранизации не обязательно означает провал фильма или мысленного представления. Напротив, это редкая возможность заглянуть в работу внутреннего взора и понять, насколько личным на самом деле является погружение в произведение. Это повод спросить у себя: «Почему я визуализировал это по-другому?». Это несоответствие также говорит о том, что люди видят и чего не замечают, когда читают. По материалам статьи «‘That’s not how I pictured it’ – why book-to-film adaptations so often disappoint» The Conversation