Почему мы рисуем сердце именно так?

Этот символ можно встретить на валентинках, украшениях, игральных картах, в геральдике, интерфейсах мобильных приложений, отслеживающих здоровье, в уличном искусстве, а также в виде смайликов в переписке и сообщениях в соцсетях. Дети рисуют сердечки на открытках, адресованных родителям. А влюбленные вырезают символ сердца на коре дерева, чтобы увековечить свои чувства. Парадоксально, что в этом общепринятом изображении сердца сложно усмотреть явное соответствие его действительному анатомическому строению. Откуда же взялась эта широко известная форма сердца, столь отличная от реальной? В Древней Греции сердце почиталось как жизненно важный орган, вместилище дыхания жизни — пневмы. С развитием науки и обнаружением роли легких в насыщении крови кислородом прежние представления о сердце претерпели изменения. Современные ученые изучают античные корни символа сердца, находя сходные геометрические мотивы в орнаментах на древних вазах. Однако, вероятно, эти узоры изображали не сердце, а листья плюща, имеющие схожую форму. Самые ранние известные иллюстрации сердца, символизирующего любовь, датируются серединой XIII века. Их можно обнаружить в аллегорическом произведении под названием «Роман о груше», созданном приблизительно в 1250 году священником по имени Тибо. Название произведения происходит от эпизода, где девушка предлагает грушу, аналогичную райскому яблоку Евы, своему возлюбленному. Груша выступает здесь в роли символа любовного чувства, аналогично розе в известной французской аллегорической поэме XIII столетия «Роман о розе». Но произведения литературы — не единственное историческое свидетельство зарождения символа сердца. В лондонском Музее Виктории и Альберта хранится артефакт из слоновой кости, на котором запечатлено прославленное изображение влюбленного человека в виде сердца. Это сердце, отчасти похожее на сосновую шишку, было создано приблизительно в 1305 году Джотто ди Бондоне (1267–1337), одним из основоположников итальянского Проторенессанса. Фрагмент фрески Джотто показывает пышнотелую женщину, протягивающую свое сердце сияющей бородатой фигуре в верхнем правом углу, символизирующей Христа или Бога. Идея передачи сердца Богу уже затрагивалась в теологических текстах, но именно в изобразительном искусстве она впервые обрела религиозный символ любви. Эти символы, предназначенные для возлюбленных в светских манускриптах или для Бога в христианском искусстве, выражали идею сердца как воплощения любви, но еще не имели привычной нам формы. Они эволюционировали в первые десятилетия XIV века, начиная с изображений в работах другого итальянца, Франческо да Барберино (1264–1348), поэта, ученого и самобытного иллюстратора. Именно в XIV веке появилось известное нам стилизованное изображение сердца: зубчатое, с двумя лепестками. Тосканский поэт Франческо да Барберино (1264–1348) использовал его в своей работе под названием «Предписания любви», дающей наставления мужчинам от лица Любви и сочетающей итальянские стихи с латинской прозой. Другая иллюстрация, показывающая стилизованную форму сердца в том виде, в каком мы ее знаем, появляется во французской рукописи под названием «Роман об Александре» (около 1340 г.), рыцарский роман, написанный на рифмованном Александрийском языке. Такие изображения подношений сердца позже были воспроизведены художниками из Северной Италии, особенно из Флоренции. В позднем средневековье, примерно с XIV века, изображение сердца претерпело изменения и стало чаще ориентироваться заостренным концом вниз, а широким основанием вверх. Примером является пылающее сердце, которое держит в руках Каритас на картине, созданной итальянским живописцем Джованни дель Бьондо приблизительно в 1360 году. Детальное анатомическое описание сердца стало доступно благодаря работам Леонардо да Винчи и позднее Андреаса Везалия (1514–1564), знаменитого фламандского анатома, которому в Падуанском университете было разрешено проводить вскрытия тел казненных преступников. Именно его исследования позволили глубже изучить внешнее строение сердца и его внутреннюю структуру. Однако, несмотря на прогресс в анатомии, традиционное изображение сердца в виде двух долей в верхней части и заостренного низа продолжало существовать. Этот символ оказался невероятно полюбившимся. В качестве примера можно привести гобелен «Подношение сердца» (1400–1410), экспонируемый в Лувре, где изображен мужчина, предлагающий маленькое красное сердце даме, сидящей с ястребом на руке. Этот жест символизирует признание в любви, открывающее путь к приключениям и подвигам. Данный образ стал широко распространенным представлением куртуазной любви — кодекса поведения, регулирующего любовные отношения в европейских аристократических кругах, нашедшего отражение в литературе и поэзии. Цвет сердца может варьироваться в зависимости от обстоятельств. Наиболее часто оно представляется насыщенным алым цветом, но иногда может быть изображено в темных, синих или коричневых оттенках. Предметы, имеющие форму сердца, встречаются редко. Исключением является «Песенник Жана де Моншену» — сборник из 43 любовных песен итальянского и французского происхождения. Книга имеет форму сердца в закрытом виде и двух соединенных сердец в открытом. Эта необычная форма почти не встречается в других материальных источниках, если не считать часослов, использовавшийся в Амьене в XV веке, и два итальянских поэтических сборника XVI века из Пезаро, которые можно найти на сайте Национальной библиотеки Франции (BNF). Лионский гуманист Пьер Сала в XVI веке популяризировал эмблему влюбленного сердца, которая занимает важное место в его небольшой книге о любви, созданной приблизительно в 1500–1505 годах и адресованной его возлюбленной Маргарите Буллю. В более позднее время, в 1977 году, культовая форма сердца была использована в рекламной кампании «I love New York», направленной на привлечение туристов. Дизайн стал общественным достоянием и породил множество вариаций. Существует несколько объяснений устойчивости этого изображения. Некоторые романтики считают, что форма идеально символизирует две симметричные половины, сливающиеся в единое целое. Другие, с юмором, видят в ней намек на декольте, грудь и ягодицы.

История происхождения аплодисментов

Аплодисменты — настолько естественная реакция на что-то впечатляющее или радостное, что людям, пожалуй, и в голову не приходило задаваться вопросом о ее причинах. Если бессловесное хлопанье в ладоши, чтобы создать как можно больше шума, кажется вам примитивным занятием — так и есть. Считается, что аплодисменты уходят корнями глубоко в эволюционную историю человека. Предки современных людей задолго до изобретения сложного языка, скорее всего, использовали громкие хлопки, чтобы привлечь внимание, оказаться в центре группы, выразить тревогу или даже отпугнуть потенциального соперника или хищника. Но почему выражать признательность, одобрение или счастье принято через аплодисменты и шумные овации? Типы хлопков в ладоши Психологи выделяют несколько различных типов хлопков, и, вероятно, в разных культурах они используются по-разному и несут разный смысл. Так, мотивационные аплодисменты служат для того, чтобы подбодрить человека или побудить его к каким-либо достижениям. Игровые аплодисменты — ритмичные, синхронные хлопки, которые являются частью какого-то действия или процесса. Протокольные аплодисменты сопровождают официальные мероприятия, например политические выступления. Это те хлопки, которые оратор может намеренно вызвать у аудитории и с помощью которых слушатели демонстрируют согласие со сказанным. Однако, пожалуй, самым распространенным и привычным типом аплодисментов в современной культуре считаются аплодисменты, выражающие признательность, изумление, восхищение или удовольствие от впечатляющего зрелища. Доисторические предки людей вряд ли устраивали друг для друга масштабные шоу. Так откуда же взялся этот обычай — аплодировать выступлению? Первые свидетельства Тип аплодисментов, выражающий признательность, действительно тоже может иметь доисторические корни. Наряду с другими телесными способами производить шум — криками, топаньем — одобрительные хлопки, вероятно, возникли у древних людей в то время, когда начали формироваться первые социальные группы и стали зарождаться коллективные творческие занятия, такие как музыка и повествование историй. Вполне возможно, что после особенно захватывающего рассказа или впечатляющего музыкального номера следовал восторженный взрыв аплодисментов. Однако нет никаких твердых доказательств в поддержку этой гипотезы. Невозможно с уверенностью сказать, действительно ли этот конкретный тип аплодисментов имеет настолько древнее происхождение. Самые ранние достоверные свидетельства об аплодисментах встречаются в некоторых книгах Библии. Хлопанье в ладоши описано как акт торжества по случаю коронования царя Иоаса в Четвертой книге Царств (11:12), написанной более 2500 лет назад, в VI веке до нашей эры. Известно, что древние греки после представлений предпочитали топать ногами, а не хлопать, но учитывая, насколько бурно греческая публика реагировала, вполне вероятно, что аплодисменты тоже были. А вот римляне, без сомнения, использовали хлопки в ладоши для выражения признательности, хотя и не всегда одинаково. Толпа также могла щелкать пальцами, демонстрируя более сдержанное одобрение, а будучи сильно впечатленной, размахивать тогами или белыми платками в воздухе. Однако возникшая у древних людей традиция использовать аплодисменты в контексте одобрения претерпела изменения. Например, в XVIII и XIX веках зрители нередко начинали аплодировать прямо посреди выступлений, если происходящее на сцене особенно впечатляло. Моцарт в письме рассказал отцу о случившемся во время концерта в 1778 году: «Прямо в середине первого аллегро вся публика пришла в восторг — раздались громкие аплодисменты; а ведь я, сочиняя этот пассаж, знал, какой сильный эффект он произведет». Но если вы попробуете сегодня зааплодировать посреди фортепианного концерта, вас, скорее всего, попросят покинуть зал. Как показало исследование 2003 года, представленное на 25-й ежегодной конференции Общества когнитивных наук, на протяжении тысячелетий желание выразить одобрение через культурно обусловленную демонстрацию оставалось неизменным — менялись лишь проявления: от взмахов веера викторианских дам до энергичных хлопков над головой и выкриков менее «изысканной» публики. Из-за такой долгой истории аплодисменты прочно вошли в современную жизнь и считаются стабильным и универсальным элементом человеческой культуры. По материалам статьи «Why Do We Clap? The Fascinating Origins of Applause» Mental Floss

CICADA 3301: нераскрытая и самая элегантная загадка интернета

Хронология квеста В январе 2012 года на имиджборде (разновидность веб-форума с возможностью прикреплять к сообщениям изображения) 4chan появилось загадочное изображение. Текст на нем гласил: «Здравствуйте. Мы ищем высокоинтеллектуальных людей. Чтобы найти их, мы разработали тест. В этом изображении скрыто сообщение. Найдите его, и оно приведет вас на путь, ведущий к нам. Мы с нетерпением ждем встречи с теми немногими, кто пройдет весь этот путь до конца. Удачи. 3301». Выглядело это все как начало очередного детектива или как очередной пранк в интернете — и именно поэтому многие не восприняли это серьезно либо решили, что это просто рекламная акция. Но те, кто все-таки решил попробовать, обнаружили нечто совершенно новое. Открыв файл изображения не как картинку, а как текстовый документ (через WordPad), искатели нашли набор символов. Ответ был спрятан с помощью стеганографии, то есть внутри самой картинки, а именно в ее цифровом коде. И чтобы его увидеть, нужно было открыть JPEG-файл в текстовом редакторе. Внутри цифрового кода обнаружилось послание: «Тиберий Клавдий Цезарь говорит 1xxt>33m2mgkyv2gsq3q=w]02ntk». Что это может значить? Кто это? Клавдий Цезарь — это римский император, живший две тысячи лет назад. Цифры после его имени — это очевидно какой-то код. А имя Клавдия — это намек. Намек на древнеримский шифр Цезаря — один из самых простых и древних методов прятать переписку от чужих глаз. Именно так полководец Гай Юлий Цезарь общался со своими генералами во время войны. Принцип шифра очень простой. Суть заключается в сдвиге букв. При шифровании каждый символ заменяется другим, стоящим слева или справа от него в алфавите на фиксированное число позиций. Но как можно было догадаться, с каким сдвигом шифр на картинке 3301? Клавдий Цезарь был четвертым римским императором. Самые пытливые умы, сдвинув шифр на 4 позиции, получили ссылку, на которой обнаружилось… изображение утки. Помимо того на картинке был следующий текст: «WOOPS. Just decoys this way. Looks like you can't guess how to get the message out». ( УПС. Это просто отвлекающий маневр. Похоже, вы не можете угадать, как разгадать сообщение) Ключевым словом было «OUT» — а точнее, OutGuess. Это программа для стеганографии, позволяющая прятать сообщения в избыточных битах графических файлов. Прогнав картинку с уткой через OutGuess, дешифраторы получили настоящую зацепку: 75 пар цифр в формате книжного шифра и следующую ссылку для продолжения игры. Эта цепочка тянулась долго. Чтобы разгадывать следующие шаги, необходимо было обращаться к языку мезоамериканского народа майя, к методу полиалфавитного шифра Виженьера, к литературе XIX века и так далее. Но в конце концов те, кто остался до конца, наткнулись на телефонный номер, зарегистрированный в Техасе, в Далласе. Позвонив на него, они услышали грубый мужской голос, записанный заранее. Он произнес: «Очень хорошо. Вы хорошо поработали. Есть три простых числа, связанных с оригинальным изображением. 3301 — одно из них. Вам придется найти два других. Перемножьте все три числа и добавьте .com, чтобы найти следующий шаг». Этими двумя числами оказались размеры исходной картинки: 509 на 503 пикселя. Произведение 509 × 503 × 3301 дало число 845145127. Сайт открыл изображение цикады и таймер, отсчитывающий время до 17:00 по UTC в понедельник, 9 января 2012 года. Кто же разгадывал это все? Немного отвлечемся от этапов расследования и поговорим о том, кто занимался решением этих ребусов. Естественно, за сложными криптографическими терминами и шифрами, за программистскими задачами стояли живые люди. Самый известный из них — Маркус Уоннер, 15-летний подросток из штата Вирджиния. Он был пятым ребенком в семье консервативных католиков. Мальчик обычно распределял свое время между школой, церковью и лагерем бойскаутов. Его родители строго контролировали все, даже то, что он делал в интернете: никакой самостоятельной регистрации, только компьютер в гостиной, где каждый шаг напоказ. Но в январе 2012 года Маркус впервые в жизни осмелился нарушить запрет. Он вступил в IRC-чат, где собирались энтузиасты, пытавшиеся разгадать «Цикаду». Там он встретил Текка — программиста и такого же техногика, который впоследствии стал настолько параноиком, что при встрече с журналистом Rolling Stone в пиццерии вздрагивал от звука упавшей тарелки, опасаясь слежки, и отказался рассказывать любые факты из своей биографии. О нем известно только то, что осенью 2014 года он уже был первокурсником одного из американских университетов. Самым ярким членом команды стал 26-летний саамский хакер Джон Хенрик Гутторм из глухой норвежской деревни за полярным кругом. Его мотивация была простой: «Мы тут на северах в основном ловим рыбу, а зимой рыбы нет». От скуки он взялся за взлом кодов «Цикады» — и поплатился глазами после нескольких бессонных суток перед монитором. Вместе они создали закрытый канал #decipher — сообщество самых упорных ребят, готовых изучать историю шифров от древности до современности. Итак, вернемся к 9 января 2012 года и тому самому звонку. Маркус тогда вновь нарушил все правила дома: например, не отправился на собрание бойскаутов, чего раньше никогда не делал. Да и в целом его состояние резко ухудшилось из-за бешеного темпа поисков и тяжелой умственной работы, что не осталось без внимания родителей. В какой-то момент он не спал около 30 часов подряд, отказывался от еды и терял нормальную координацию. Но подросток дождался долгожданного часа, и в назначенное время на сайте появились координаты 14 точек по всему миру: восемь в разных городах США, две в Париже, две в Сеуле, одна в Варшаве и одна в пригороде Сиднея. В каждой точке висел плакат с QR-кодом и изображением цикады. Для Маркуса и его команды это стало полной неожиданностью. Абстрактная интернет-загадка вторглась в физическую реальность, да еще и в таком масштабе. И, будучи молодыми ребятами без денег на билеты, они попросту не могли добраться до этих мест. Им пришлось выложить координаты в общий чат и просить добровольцев помочь. Плакаты вели к двум фрагментам указаний. Один отсылал к шестому тому 11-го издания Британской энциклопедии — там была статья с названием «Цикада». А второй — к стихотворению Уильяма Гибсона «Книга мертвых», которое распространялось на дискете и самоуничтожалось после прочтения. И финальное сообщение: «До сего момента вы делились слишком многим. Нам нужны лучшие, а не последователи. Лишь первые получат награду». Книжный код вел в даркнет — на сайт sq6wmgv2zcsrix6t.onion. Там требовалось оставить адрес электронной почты. И только те, кто успел первыми, получили личные коды для дальнейших действий. А что было дальше? Все, что нам известно, исходит от небольшого количества людей: Маркуса, Текка и еще нескольких. Насколько всему этому можно верить — это, конечно, большой вопрос. Потому что докопаться до истины, к сожалению, так ни у кого и не вышло. Главный вопрос: кто стоял за Cicada 3301? В интернете родилось несколько версий. Первая — вербовка спецслужб. У этой гипотезы есть исторические прецеденты. Алан Тьюринг, взламывающий немецкие шифры во время Второй мировой войны, отбирал криптографов через сложные кроссворды в газетах. У штаб-квартиры ЦРУ в Лэнгли до сих пор стоит монумент «Криптос» с зашифрованным посланием, которое полностью никто так и не смог разгадать. Не исключено, что «Цикада» — это современный аналог и поиск новых талантов. Вторая версия заключается в том, что это арт-проект или альтернативная реальность (ARG) — жанр, в котором загадка перетекает из сети в реальный мир. К примеру, рекламные кампании фильмов и музыкальных альбомов или даже поиск сотрудников в Google (первое простое число из 10 цифр в константе e). И самая романтичная, но наименее доказуемая версия — это тайное сообщество. Некие «цифровые иллюминаты», отбирающие избранных для личной, корыстной и неизвестной нам цели. Сторонники этой версии любят цитировать фрагмент из расшифрованного текста, отсылающий к рыцарям Круглого стола — поиску Грааля. Заимствование имени: вымогатели 2024 года Темная сторона «Цикады»? Вовсе нет. В июне 2024 года имя Cicada 3301 неожиданно всплыло вновь, но уже в отчетах кибербезопасности. Группировка с таким же именем начала атаки на корпоративные сети с использованием модели Ransomware-as-a-Service. Их шифровальщик, написанный на языке Rust, демонстрировал поразительное сходство с кодом печально известной группировки, специализирующейся на разработке и распространении программ-вымогателей, — BlackCat/ALPHV, исчезнувшей за несколько месяцев до этого. Аналитики шведской компании по кибербезопасности «Truesec» предположили, что это либо ребрендинг, либо группа, купившая исходный код. Однако важно подчеркнуть: эти вымогатели не имеют никакого отношения к загадке 2012 года, кроме украденного имени. Как прямо отмечается в отчете «Truesec»: «Нет ничего, что связывало бы эту группу вымогателей с тем феноменом». Cicada 3301 для них — это просто громкий заголовок, привлекающий внимание на форумах и добавляющий ореола таинственности. Автор: Софья Левина

Эффект лобового стекла

Главные секреты исчезновения насекомых с лобового стекла — не в химии для стекол. Все оказалось куда глобальнее. В конце 1990-х — начале 2000-х водители в Европе и Северной Америке заметили, что лобовые стекла автомобилей перестали загрязняться насекомыми. Это явление, названное «эффектом лобового стекла», стало первым признаком глобального сокращения численности насекомых. В 2017 году Энтомологическое общество Крефельда (Германия) опубликовало данные 27-летнего мониторинга: биомасса летающих насекомых в 63 охраняемых природных зонах сократилась на 76%, а в летние пиковые периоды — до 82%. В 2019 году глобальный обзор под руководством Франсиско Санчес-Байо (Сиднейский университет) проанализировал 73 долгосрочных исследования и установил, что общая масса насекомых на планете сокращается на 2,5% в год. При сохранении этой динамики насекомые могут полностью исчезнуть через 100 лет. По данным ЮНЭП, под угрозой вымирания находятся более 40% видов насекомых — это в 8 раз быстрее, чем исчезновение млекопитающих, птиц и рептилий. Эксперты IPBES выделяют три основные причины кризиса: • Интенсивное сельское хозяйство: монокультуры и повсеместное использование неоникотиноидов (системных инсектицидов, проникающих в пыльцу и нектар) уничтожают популяции насекомых. • Разрушение естественной среды обитания: за последние 50 лет уничтожены луга, живые изгороди и болота. • Изменение климата: исследование в тропических лесах Пуэрто-Рико (заповедник Лукильо) показало сокращение численности насекомых в 10–60 раз за 35 лет из-за потепления. Специалисты Buglife называют насекомых «нижними кирпичами» биосферы. Их исчезновение запускает трофический каскад: за 30 лет численность птиц в сельскохозяйственных районах Европы сократилась на 55% из-за нехватки насекомых для птенцов. Аналогично страдают амфибии, мелкие млекопитающие и пресноводные рыбы. Экономические последствия: более 75% мировых продовольственных культур зависят от опыления насекомыми. Ежегодный вклад опылителей в мировую экономику оценивается в 235–577 миллиардов долларов. Без них человечество потеряет большую часть витаминов и микроэлементов (фрукты, овощи, орехи, кофе станут роскошью). Световое загрязнение — еще один скрытый фактор. Ученые Университета Эксетера установили, что искусственное освещение дезориентирует насекомых, нарушает их размножение и делает их легкой добычей. Один уличный фонарь может уничтожить тысячи особей за ночь. Профессор Дэйв Гулсон (Сассекский университет) предупреждает о «синдроме сдвига базовой линии»: новые поколения принимают опустевшую природу за норму, не осознавая масштаб потерь. Прогнозы варьируются от осторожно оптимистичных до катастрофических. ФАО настаивает на переходе к экологическому земледелию, «цветочных коридорах» на полях и ограничении химии. В ряде стран Европы введены запреты на неоникотиноиды, а в Баварии принят закон, обязывающий фермеров выделять часть земель под естественные луга. Насекомые способны быстро восстанавливаться, но пока общая стратегия человечества направлена на экспансию и стерилизацию окружающей среды, «тихий апокалипсис» будет продолжаться. Эффект лобового стекла — это свидетельство того, что мы живем в эпоху, когда жизненная сила планеты буквально выветривается из атмосферы, оставляя за собой чистые стекла и пустые горизонты. Если мы не вернем жужжание в наши сады и на наши поля, кто станет следующим звеном в этой цепи исчезновений?

Тревожность порождает тревожность

Может быть, вы замечали, что боитесь не самой ситуации, а того, что вам будет страшно в ней. Боитесь паники в самолёте, растерянности на сцене, потери себя в браке или ошибки за рулём. Фразы вроде «я переживаю, что мне будет страшно и я сделаю что-то не так» звучат всё чаще. Вдумайтесь только: мы боимся, что будем бояться. Важно уметь отличать тревогу от страха. Страх — это уже надвигающийся медведь в лесу, реакция на реальную угрозу здесь и сейчас. Тревога — это когда вы идёте по лесу и думаете: «Из какого куста может выскочить медведь?», то есть мы только предвосхищаем опасность. Мы не уверены на 100%, что это произойдёт, но организм работает на полную, будто уже столкнулся с угрозой. Все гормоны стресса — адреналин, норадреналин и кортизол — выбрасываются в кровь в полную силу. Цена избегания и иллюзия контроля За такими мыслями неизбежно следует избегание. Вы не пойдёте в этот «лес», не поедете в страну мечты, не начнёте отношения, не сядете за руль и не выйдете на сцену — лишь бы не столкнуться с тревогой. Потому что «тревога о тревоге» выматывает сильнее самого события, и проще отказаться от действия совсем. Но, к сожалению, облегчение наступает ненадолго. Ему на смену приходят самобичевание, чувство упущенных возможностей и горечь от того, что вы не реализовали свои планы или потребности. Почему же рождается эта тревога о тревоге? Одна из ключевых причин — перфекционизм. Желание, чтобы всё прошло идеально, безупречно, шикарно и без помех. Или хотя бы не хуже, чем у других, или так же «счастливо», как когда-то у вас было. Ожидание того, что всё может пойти не по плану, мгновенно запускает тревогу. А переживаете вы именно потому, что не можете всё контролировать. И как только возникает это понимание, включается древний сигнал опасности. Эволюция, тело и сигнал тревоги Мы с вами не так далеко ушли эволюционно от наших предков, и для нашего мозга горящий дедлайн или птеродактиль несут примерно одинаковую угрозу. Тревога — это в первую очередь чувство, а чувство всегда является реакцией. Как любая реакция организма, она о чём-то говорит. Если вы тянетесь к чашке чая, обжигаетесь и отдёргиваете руку, боль сигнализирует об опасности. Так и неприятное ощущение внутри вас — это знак того, что есть что-то важное для вас, что вы хотите сделать или пережить, но ваша нервная система пока оценивает риски как слишком высокие. Тревога — это просто сигнал о том, что что-то требует внимания, а не приговор к бездействию. Конечно, бывает и полностью обоснованная тревога, когда риски реальны. Но даже в этом случае мы возвращаемся к тому же факту: вы можете сделать всё возможное, но проконтролировать абсолютно всё не в человеческих силах. Что говорят последние исследования К тому же тревога имеет под собой прочную биологическую основу, и последние исследования 2025–2026 годов это подтверждают. Масштабное генетическое исследование, проведённое международным консорциумом на выборке более 120 тысяч человек с диагнозами тревожных расстройств и 730 тысяч человек без них, выявило 58 участков ДНК, связанных с повышенной чувствительностью нервной системы. Многие из этих локусов влияют на работу ГАМК-системы — нашего естественного мозгового «тормоза», который отвечает за гашение возбуждения и восстановление спокойствия. Как работает ГАМК-система? Простыми словами: нейроны (клетки мозга) общаются друг с другом с помощью химических сигналов. ГАМК — это один из таких сигналов. Он говорит соседним нейронам: «Тише, не надо так активно работать, давай отдохнём». Когда ГАМК работает хорошо — вы спокойны, можете расслабиться, уснуть. Когда её мало или она работает слабо — мозг «перегревается», и появляются тревога, напряжение, бессонница. Учёные также проверили эти данные на азиатских и африканских популяциях и заметили, что связь там выражена слабее. Это не значит, что у других народов другая биология. Это говорит о том, что у каждого из нас при рождении есть своя уникальная структура нервной системы, свой врождённый потенциал чувствительности, который раскрывается или приглушается в зависимости от контекста, среды и жизненного опыта. Исследование подтверждает: тревога биологически обусловлена, но не запрограммирована навсегда. Благодаря этим данным мы понимаем, что, находясь в хроническом стрессе, вы не сможете избавиться от тревоги по щелчку пальцев. Для нормализации работы мозга и нервной системы нужно время, терпение и грамотная поддержка. Как перестроить мозг: новый взгляд на помощь Хорошая новость заключается в том, что наш мозг пластичен и готов к изменениям. Долгое время в терапии основной фокус был направлен на вопрос: «Какие негативные мысли вас посещают сегодня?». Однако новые данные показывают, что если в работе сместить акцент на другой вопрос — «Что хорошего вы сегодня заметили и пережили?», — снижение тревоги происходит быстрее и устойчивее. Нам не нужно заставлять мозг «думать позитивно». Нам нужно просто дать ему новую привычку, ведь мы часто не обращаем внимания на позитивные моменты в жизни. Почему? Потому что наш мозг эволюционно настроен замечать угрозы: если бы мы думали только о прекрасном, нас бы давно съел тот самый птеродактиль. Но когда мы осознанно фиксируемся на ресурсах, маленьких победах и моментах спокойствия, мы физически укрепляем новые нейронные связи. Представьте, что вы раньше ходили только одной тропинкой и, соответственно, на пути встречали одни и те же препятствия. А если вы начнёте идти другой дорогой — замечать положительные моменты, — то и ландшафт вашего восприятия изменится. Тревога перестаёт быть хозяином положения, когда мы учимся не бороться с ней, а принимать её как сигнал, возвращая себе право на ошибку, отказываясь от иллюзии всеконтроля и постепенно, шаг за шагом, входя в свой «лес». Мы начинаем доверять не идеальному сценарию, а своей способности чувствовать, дышать и справляться. Автор: Татьяна Трофимова

Не те, кем кажутся! Четыре вопроса о героях Шекспира

Герои Шекспира умирают, сходят с ума, борются с соблазнами или растворяются в стихиях — но за каждой судьбой стоит не только сюжетная необходимость, но и глубокая символическая логика. Эти вопросы — не просто анализ персонажей, а попытка разгадать шекспировский код: как архетипы, противоречия и скрытые мотивы формируют трагедии. Вопрос 1: Почему Меркуцио должен был умереть? Меркуцио — фигура, безусловно, второстепенная, но от этого не менее колоритная. Пушкин, рецензируя пьесу, отмечал: «После Джульетты, после Ромео <…> Меркуцио, образец молодого кавалера того времени, изысканный, привязчивый, благородный Меркуцио, есть замечательнейшее лицо изо всей трагедии». Меркуцио крадёт внимание в каждой сцене, в которой появляется, даже если зрителю полагается наблюдать за страданиями «раненного любовью» Ромео. Ничего не поделаешь, — персонаж дьявольски обаятелен: он шутник, балагур и заядлый бретёр (дуэлянт). Внимание привлекает уже его архетипически обусловленное имя — от имени римского бога-трикстера Меркурия. Вот в этом весь герой, ставший жертвой то ли своей же «горячей головы», то ли вражды двух семейств. Его бессмысленная в своей трагичности участь до того не вяжется с вечно весёлым и жизнелюбивым характером персонажа, что это вызывает сильнейший дискомфорт и диссонанс у зрителя и читателя (что-то сродни этому провернула и Дж. К. Роулинг с хорошо известным рыжим персонажем). Всё-таки почему Меркуцио — это воплощение юмора и витальности — должен был умереть? Именно что «должен». Отбросив очевидную причину — сюжетную (именно месть за Меркуцио стала причиной изгнания Ромео), — сосредоточимся на символизме и архетипичности. Дело в том, что герой, несмотря на всю его лихость и романтическое плутовство, довольно-таки прозаично смотрит на многие вещи: без иллюзий и прикрас. В разгар любовного безумия своего друга и родственника Ромео Меркуцио во всеуслышание называет любовь глупостью и блажью. Ему муторно от сентиментальности Ромео. Вспомним хотя бы замечательное: Ромео: Я видел сон. Меркуцио: Представь себе, и я. Ромео: Что видел ты? Меркуцио: Что сны — галиматья. Меркуцио, конечно же, герой-трикстер, но он также был в каком-то смысле «голосом рассудка». Он иронизирует над глупостью, над чрезмерной мечтательностью, над меланхолией, над унынием — и даже над собственной смертью: когда Ромео говорит, что рана Меркуцио неглубока, тот соглашается, что «колодцы глубже». Меркуцио на правах старшего товарища упрекает Ромео, но не за его влюбчивость, а за то, что Ромео склонен из прекрасного инструмента бытия извлекать лишь безысходные и трагедийные мелодии. Меркуцио любит жизнь. И говорит людям правду. Именно поэтому он не мог не умереть; его фигура просто не могла существовать в рамках горестного абсурда случайных совпадений, развернувшегося во второй половине пьесы. Причём смерть он принимает от руки одного из самых серьёзных и неулыбчивых героев — «кривого тёмного зеркала», одновременно ему противоположного и всё-таки чуть-чуть на него похожего, — Тибальта (в некоторых версиях встречается вариант Тибальд). Тибальт тоже заядлый дуэлянт, — но не такой, как Меркуцио. Первый сеет смерть — будто пьёт кровь врагов. А второй провозглашает жизнь (для Меркуцио схватка — способ ощутить тот самый витальный импульс). Лексика Тибальта отличительна. Персонаж говорит сухо, в его речи мало образности, он часто повторяет некие догмы и никогда — то есть вообще никогда! — не шутит. Кроме того, для него вопрос чести — повод для агрессии. В своих убеждения он негибок, прямолинеен. Для него существуют лишь «правильно» и «неправильно», в то время как Меркуцио различает множество оттенков между этими крайностями. В идейном смысле они антагонисты: ригидность Тибальта конфликтует со свободолюбием Меркуцио. Впрочем, образ Тибальта исследователи тоже трактуют по-разному. Кто-то видит в нём жертву неповоротливого мышления Средневековья. Кто-то считает, что герой как бы «заражает» культом мести всех остальных героев. «Чума на оба ваших рода!» — слова именно Меркуцио. Это его предсказание. Вопрос 2: Что скрывал Банко? У Банко нет таких пышных и щедро украшенных эпитетами речей, как у Макбета, и нет хладнокровного расчёта Леди Макбет; более того, герой умирает довольно быстро, успев произнести не так уж много реплик, — и всё-таки он важен, необычайно важен, поскольку именно его личность воплощает всю сложность борьбы с соблазнами. Не все свои мысли и догадки Банко проговаривает вслух, иногда он и вовсе лишь намекает на что-то или кого-то, но не называет, словно опасается, что, дав злу имя, даст ему и силу. Банко по-своему энигматичен; в нём и в его словах есть неопределённость, эфемерность, — он будто бы участвует в событиях только наполовину, выжидает, улавливает колебания тонких нитей судеб. Некоторые исследователи считают, что образ носит исключительно светлый и благородный характер. Не могу согласиться. Само поведение Банко пестрит странностями. Вопросов копится всё больше по мере того, как читатель/зритель наблюдает за героем. Остановимся подробнее на его сюжетной линии. Банко — доблестный человек, проявивший свои лучшие качества в битвах за короля Дункана, и «друг» Макбета. «Друг» в кавычках потому, что отношениях двух героев постоянно балансируют на грани преданности и недоверия, ментального родства и подозрения. Персонажи смотрят друг на друга, но при этом как бы заглядывают в собственную душу и обнаруживают всё самое страшное и гадкое. Банко, как и Макбет, получил предсказание от трёх ведьм: он не примерит корону, но станет предком королей. Пророчество, вероятно, тяготит Банко не меньше, чем Макбета, но, в отличие от главного героя, он не стремится «срезать путь» к своей судьбе. Он наблюдает. Банко хорошо знает Макбета и видит, как его другом завладевает тьма. Так почему же Банко начинает говорить о стрижах и прочем вздоре, который никак не отражает реальной атмосферы здешних мест? Владения Макбета — метафора души. Причём не только души хозяина, но и души самого Банко. Возможно, говоря о стрижах и о «чистом воздухе», герой пытается обмануть самого себя, насильно увериться в том, что его подозрения ложны. Но это не спасает ни короля, ни Банко. Когда приближённые Дункана узнают о его смерти, реакция Банко более чем характерная; она выдаёт часть его сокрытых размышлений. Леди Макбет изображает потрясение и скорбь, но Банко ясно видит её игру — на это указывают его слова. Леди Макбет: Не может быть! Как, в нашем доме? Банко: Где б ни случилось, слишком то жестоко. Герой заключает, что реплика жены Макбета о «доме» звучала несуразно и неестественно после сообщения о смерти короля. Пастернак ещё прямолинейнее перевёл этот фрагмент: Леди Макбет: О боже! В нашем доме! Банко: При чем тут дом? У Банко есть все основания подозревать друга, ведь они оба слышали предсказание трёх ведьм, распалившее их воображение. Но Банко ничего не предпринимает. Он действует то ли по инерции, то ли по наитию. Он присягает на верность новому королю, соглашается принять от него все почести. При этом Банко становится нервным и нередко противоречит сам себе. К примеру, прибывая в замок нового правителя, Банко просил сына Флинса забрать у него меч — и тут же требует его вернуть, когда слышит шаги Макбета. Банко постоянно борется с желанием каким-либо способом повлиять на собственную судьбу и тем самым нарушить целомудрие вселенной. Незадолго до гибели Банко опять обращается к созерцанию природы и произносит, что «будет дождь». Очевидно, что «кровавый дождь» Банко предчувствует так же верно, как и обычный. Или же дождь здесь — символ очищения, спасения от зла? Банко исполняет последнее обещание, данное Макбету: появляется на пиру в виде призрака (опустим сомнение в реальности этого явления). Теперь его облик — вспышка совести главного героя. История Банко полна трагизма, но она оставляет читателя с чувством неопределённости, какого-то непонимания всего произошедшего. Каким был Банко на самом деле? О чём умалчивал до последнего? Предчувствовал ли собственную смерть? Вопрос 3: Офелия — мученица или пророк? Бывают такие герои, которые интересны как символ или сугубо внешний образ (некое изображение), но об их характере сказать можно очень немногое. Офелия, — особенно если не вглядываться в её прерафаэлитскую прелесть слишком долго, — кажется именно такой. Создаётся ошибочное впечатление, что Офелия — довольно пассивный женский персонаж. «Да, мой принц», «нет, мой принц», — повторяет она снова и снова. Таковы же и отношения с отцом Полонием: «Да, отец», «нет, отец». История отношений Гамлета и Офелии оставляет после себя жутковатый могильно-илистый аромат. Что это было? Любовь? Увлечённость? Игра? Медленное «отравление»? Гамлет писал Офелии любовные письма и уверял в подлинности своих чувств. Она верила словам принца, как позже признается, но остерегалась неблагоразумия. Но «любовь» двух героев всё равно будто бы на момент событий пьесы «вычеркнута из уравнения». Гамлет почти оскорбляет Офелию, намеренно отталкивает её, осыпает упрёками в неискренности. Кроме того, Гамлет — как это любят делать герои Шекспира — противоречит себе. Гамлет: Я вас любил когда-то. Офелия: Да, мой принц, и я была вправе этому верить. Гамлет: Напрасно вы мне верили; потому что, сколько ни прививать добродетель к нашему старому стволу, он все-таки в нас будет сказываться; я не любил вас. Офелия: Тем больше была я обманута. Разумеется, Гамлет играет сумасшедшего. Его роль требует отчуждённости и жертв. Отсекая от себя Офелию и те чувства, которые она в нём пробуждает (или пробуждала), доводя девушку до отчаяния, Гамлет будто бы квитается с собственной матерью и с самим собой. Во время спектакля, срежиссированного для обличения короля, Гамлет паясничает: просит у Офелии дозволения положить голову ей на колени. Героиня реагирует спокойно, с достоинством. Ответы её коротки, но не лишены проницательности. Например, Офелия, пристально наблюдая за выходками Гамлета, спрашивает: «Вам весело, мой принц?» Можно предположить, что Офелия давно догадывается о лицедействе принца и теперь лишь ждёт, чем всё разрешится. Она пассивна не из-за интеллектуальной или эмоциональной ограниченности, а из-за самих обстоятельств (она не хочет навредить себе или семье). Когда Гамлет по ошибке убивает Полония, Офелия теряет рассудок от горя. Но безумие словно бы высвобождает в героине всё то, что она долгое время прятала и подавляла: прозорливость, наблюдательность, чутьё и ранимость. Теперь маски сброшены, цветы сорваны. Офелия, напевая себе под нос бессмыслицу, пророчит кому-то смерть; она не называет имя, и даже можно заключить, что это скорбь об отце. Но если смотреть глубже, становится совершенно очевидно — она говорит о Гамлете и обо всём Датском королевстве. Брату она даёт розмарин «для памяти» и анютины глазки «для мыслей». Другие растения, которые она называет, — фенхель и водосбор. Фенхель — как средство от нечистой силы, так и символ лести, глупости. Водосбор — этот цветок, напоминающий колпак шута, часто дарили тем, кого хотели пристыдить. Рута, названная Офелией следующей, — цветок скорби и разлуки. Её приговор — в её букете. Вопрос 4: Просперо и Ариэль — слуга и хозяин или что-то ещё? В «Буре», относящейся к позднему периоду творчества Шекспира (1610–1611 гг.), достаточно героев с выразительными характерами и более реалистичной, по сравнению с другими произведениями автора, сюжетной траекторией. Шекспир часто заигрывает в своём творчестве с темами объединения женственности и мужественности; для него это не два мира, а скорее оттенки человеческой сущности в целом. Вероятно, именно поэтому его произведения так хорошо состарились, и созданные им персонажи до сих пор пробуждают умы ото сна для дискуссий. В советское время была постановка, в которой Анастасия Вертинская сыграла сразу две роли: Ариэля и Просперо. Благодаря такому оригинальному подходу к материалу мы открыли, что в обоих героях поровну мужского и женского. Начнём с Просперо — герцога Миланского, волшебника, хозяина острова, повелителя Ариэля и Калибана. Его характер — усыпанное звёздами небо: такой же таинственный и завораживающий, сочетающий поэзию и математику, романтику и прагматизм, тьму и свет. Герой хитёр, злопамятен, но наделён мудростью и великодушием. При этом у него есть маленькие человеческие слабости. Просперо — драматург истории в «Буре» и как бы альтер эго самого Шекспира. При этом волшебник, вопреки его умению плести тенёта сюжета, может контролировать далеко не всё: его перевоспитанию не поддаётся Калибан, да и другие персонажи не всегда ведут себя так, как задумывал Просперо. Одна из главных слабостей Просперо — его дочь Миранда. Просперо изображён очень нежным, очень ласковым, очень любящим отцом. В его родительском амплуа слились «отец» и «мать». Герой будто бы пытается возместить одним собой две фигуры, необходимые для становления дочери. Закономерно, что в современных интерпретациях Просперо часто играют женщины. А теперь обратимся ко второй слабости волшебника — Ариэлю. К нему Просперо обращается «мой Ариэль», заявляя тем самым не только неравенство их отношений, но и восторг перед сущностью слуги. Просперо спас Ариэля от заточения в ловушке Сикораксы, и дух стал подчиняться волшебнику, возвращая долг. У Ариэля нет пола; его, как и Просперо, играли как мужчины, так и женщины (но женщины чаще). Дух — глаза и уши волшебника. Дух — многоликий актёр при драматурге. Они кажутся не слугой и господином, а диадой, чем-то, что не подлежит разделению (хотя Ариэль страстно хочет свободы). В словах Просперо то и дело звучат гордость и упоение создателя. Просперо (в сторону). Мой Ариэль, чудесно ты исполнил Роль Гарпии! И в самом исступленьи Своем ты был так нежен и хорош… Вот почему, когда приходит пора отпустить духа, Просперо прощается не только с Ариэлем, но и со своим островным прошлым. Для него потеря верного слуги сопоставима с потерей безымянной супруги. Просперо снимает с себя полномочия волшебника и избавляется от жезла, даровавшего ему могущество. Если нет актёра, то нет театра, а если нет театра — нет и драматурга. В 1613 году театр «Глобус» сгорел. В 1616 году этот мир покинул Шекспир.

Пять мест планеты, у которых есть характер

Наша планета полна мест, в которые трудно поверить, даже когда видишь их своими глазами. Одни из них построил человек там, где это кажется невозможным. Другие создала природа — миллионы лет ветер и вода вытачивали причудливые или, наоборот, идеальные формы. А бывает, что и природа, и люди словно договорились и вместе сотворили нечто невероятное. И это все реальность, которая существует на Земле прямо сейчас. «Светящееся море» на острове Вьекес В Карибском море, у берегов Пуэрто-Рико, лежит остров Вьекес. Раньше там была военная база, но больше двадцати лет назад остров превратили в национальный заповедник. И там, вдали от суеты, находится волшебный залив Пуэрто-Москито. Здесь по ночам можно наблюдать удивительное явление: вода в заливе начинает сиять ярким голубоватым светом, напоминая звездное небо, как только прикасаешься к ее поверхности. Дело в том, что в бухте живет особый планктон — микроскопические водоросли, которые называются динофлагеллятами. Когда что-то движется по поверхности воды — рыба, лодка или рука. — планктон вспыхивает ярко-голубым светом. Вероятно, такое свечение — способ защиты одноклеточных. Представьте: вы опускаете ладонь в черную воду, проводите по ней — и тут же она превращается в звездное небо. Миллионы крошечных огоньков загораются у вас под пальцами, разбегаются волнами и тают. В мире биолюминесцентные бухты — не частое явление, Пуэрто-Москито — один из самых ярких примеров, который представляет интерес не только для туристов, но и для экологов. Планктон очень чувствителен к загрязнениям, поэтому служит неким индикатором состояния экосистемы акватории. Макино — остров без машин в США В самом сердце «автомобильной столицы мира» — американского штата Мичиган, где родились такие гиганты, как Ford, General Motors и Chrysler — нашлось место, где запрещены даже гольф-кары. Это остров Макино. Он затерялся в проливе между великими озерами Гурон и Мичиган и живет по собственным старомодным правилам. На всем острове установлен запрет на транспортные средства с мотором, за исключением машин экстренных служб, а также снегоуборочной техники. Здесь находится единственное шоссе M-185, по которому нельзя ездить на автомобиле. Площадь острова — чуть меньше десяти квадратных километров. Постоянных жителей — около 600 человек, и почти у каждого есть лошадь. Но откуда такое категоричное отношение к машинам? Местные жители отвечают так: «Конь здесь — король». Все началось с одного случая в 1898 году. Автомобиль, двигаясь задним ходом, напугал лошадь. Власти одной из деревень решили, что такого больше не повторится, и запретили транспортные средства. А через два года запрет распространился на весь остров: местные жители оказались единодушны в желании сохранить традиционный образ жизни, а также окружающую среду от шума и загрязнений. Прошло больше ста лет, а правило не отменили. Лошадей здесь используют во всех сферах: они вывозят мусор, доставляют еду, работают в такси. Конечно, есть еще велосипеды — не менее популярный способ передвижения. Для местных это уже образ жизни: пешком, на двух колесах или в конной повозке. В летний сезон на остров приезжает до миллиона туристов, жаждущих спокойствия. Они гуляют по уютным тропинкам южной деревушки, едят знаменитую местную помадку и наслаждаются тишиной, которую нарушают только цоканье копыт и гогот местных гусей. Зимой же Макино может и вовсе оказаться отрезанным от материка: из-за льдов паромное сообщение периодически прерывается. «Глаз Сахары» в пустыне Посреди бесконечных песков Сахары в Мавритании есть удивительное место — кратер Ришат, который еще называют «Око Сахары». С высоты он действительно похож на глаз или мишень: концентрические круги уходят вдаль на 50 километров. Впервые геологи описали «Глаз Сахары» еще в 1930–40-х годах, но по-настоящему знаменитым «Око» стало в 1965 году, когда его сфотографировали американские астронавты с корабля «Джемини-4». Сначала ученые решили, что это след от падения огромного метеорита. Но ударные кратеры обычно похожи на чашу или воронку, а у Ришата дно плоское, как блюдце. Сегодня геологи придерживаются версии о том, что миллионы лет слой за слоем здесь накапливались осадочные породы, а потом из-за движений земной коры все это начало медленно вспучиваться гигантским куполом, как будто под землей вырос огромный пузырь. А дальше в дело вступили ветер и время. Одни породы были твердыми (кварциты) и сопротивлялись эрозии — они превратились в кольцевые гребни, которые мы видим сейчас. Другие — мягкие сланцы и песчаники — легко выветрились и провалились, образовав канавы между гребнями. В самом центре «Ока» застыла причудливая горная порода — брекчия, похожая на сцементированные обломки. Сегодня по «Оку Сахары» астронавты ориентируются в безликой пустыне. Вот так природа создала удивительный объект, а человек нашел ему практическое применение. Монастырь Сумела в Турции На северо-востоке Турции, недалеко от Черного моря, прямо в отвесной скале на высоте 350 метров застыл монастырь Панагия Сумела. Он считается одной из старейших православных обителей в мире. История уходит в конец IV века. Двум монахам, Софронию и Варнавию, явилась Дева Мария и велела отыскать икону, написанную, по преданию, самим апостолом Лукой — учеником Христа и автором Евангелия. Богородица приказала построить монастырь в труднодоступном месте — на горе Мела — и спрятать там святыню. Монахи послушались. Так на свет появился храм, который через полторы тысячи лет будет поражать воображение путешественников. Монастырь представляет собой трехъярусный каменный лабиринт из келий, храмов, туннелей и переходов. Он словно врос в голую скалу, почти лишенную растительности. Снизу кажется, будто на карнизе над 300-метровой пропастью висит неприступный замок с гранатово-красными крышами. Стены комплекса украшены древними фресками, сохранившимися до наших времен. Здесь изображены сцены из Ветхого и Нового Завета, лики Христа, Богоматери, ангелов и мучеников. Кое-где сохранились даже надписи на греческом — «молитвы», которые оставляли паломники столетия назад. Вокруг монастыря — «море» хвойного леса. Это национальный парк «Алтындере» с водопадами, чистым горным воздухом и тишиной, которую нарушает лишь шум реки. Здесь природа и человек работали вместе, и получилось нечто великолепное. Долгие годы Сумела стоял заброшенным. Но в 2010-е годы началась масштабная реставрация: укрепили скалы, расчистили фрески, открыли скрытые проходы. Под монастырем обнаружили тайный туннель и новые росписи. Сегодня Сумела работает как музей. Раз в год, 15 августа, на праздник Успения Богородицы здесь проводят богослужение. Первая литургия после долгих лет молчания прошла в 2010 году. А икона, с которой все началось 16 столетий назад, теперь хранится в Греции — ее вывезли в 1923 году. Но само место продолжает жить. И, глядя на Сумелу, трудно понять, чего здесь больше — святыни, истории или просто восхищения перед тем, на что способны вера и упорство человека. Аул-призрак в Дагестане В Дагестане на горе Гамсутльмеэр стоит одно из древнейших поселений России — Гамсутль. Археологи нашли здесь надгробную плиту с письменами на древнеиранском языке, позволяющими сделать вывод о том, что аулу более двух тысяч лет. Веками Гамсутль оставался неприступной крепостью на высоте 1500 метров. С первого взгляда кажется, что селение — часть горы. И это почти правда. Строители возводили дома так, чтобы скала становилась одной из стен, а камни скрепляли при помощи глины. В архитектуре Гамсутля перемешались разные культуры: персидские мотивы, христианские символы, арабская вязь, а на одном из зданий даже выбита звезда Давида. В глубине села можно разглядеть очертания древней мечети. Двери во многих домах сделаны в форме арок, почти везде сохранились вывески или следы от их креплений. Здесь же до сих пор остались предметы времен СССР. Это высокогорное, оторванное от мира место до середины XX века было вполне благоустроенным — здесь жило около 300 человек. Они торговали, растили хлеб, держали скот, делали шерсть и кожу. Работала школа, был медпункт, в Гамсутль даже приезжал передвижной кинотеатр. Но в 1970-х годах жители начали уезжать в более цивилизованные места — в основном в соседний Чох. К 1980-м Гамсутль почти опустел. Последним, кто называл Гамсутль домом, был Абдулжалил Абдулжалилов. Он умер в 2015 году. При жизни мужчина встречал журналистов и путешественников, рассказывал им истории и водил экскурсии по мертвым улицам. Теперь о последнем жителе аула-призрака напоминает памятная доска у входа в его дом. Сегодня Гамсутль превратился в завораживающую достопримечательность Дагестана. Несмотря на труднодоступность, сюда ежегодно приезжают туристы, чтобы увидеть древность своими глазами. Пять мест — лишь малая крупица того, чем может удивить наш мир. Сколько еще таких уголков прячется в горах, пустынях, на островах и в морских глубинах?

Лечение выгорания по-викториански: Франция, солнце и праздность

Выгорание кажется сугубо современным понятием, порожденным эпохой глобальных цифровых коммуникаций и долгих часов в офисе. Однако представление о выгорании существовало и в викторианскую эпоху. Тогда это явление называли переутомлением (от работы). «Евангелие труда» Викторианский врач Чарльз Генри Феликс Раут опубликовал работу «О переутомлении и преждевременном умственном упадке: методы лечения», выдержавшую четыре издания в период с 1873 по 1888 год. Язык того времени отличается от современного, но суть проблемы остается прежней. Переутомление было новым явлением в эпоху империи и индустриализации: появление железных дорог и телеграфа обеспечило стремительную глобальную связь и привело к постоянному ускорению темпа жизни. Викторианцы, несомненно, были последователями того, что британский философ Томас Карлейль назвал «Евангелием труда». В то же время люди осознавали, какие проблемы со здоровьем может повлечь за собой преданность этой новой «религии». В Америке невролог Джордж Берд ввел понятие неврастении — состояния, связанного с нервным перенапряжением. Но в Британии переутомление воспринималось как нечто сугубо мужское и даже служило предметом гордости. Как и сегодня с представлениями о выгорании руководителей и должностных лиц, переутомление прочно связывали с умственной деятельностью и образованными классами. Тем самым перегруженные работой низшие сословия оставались вне поля зрения. Особое беспокойство вызывало состояние врачей. Раут приводил в пример случай доктора Голдинга Берда — успешного медика, который советовал ему сбавить темп в работе. Он рекомендовал Рауту ежегодно брать шестинедельный отпуск: «Иначе в моем возрасте вы окажетесь преуспевающим практиком, но умирающим стариком». Ирония в том, что сам Берд продолжал работать и умер в возрасте 39 лет. Оздоровительные поездки Тем, кто страдал от переутомления и других недугов, главным предписанием (особенно для представителей образованных классов) была поездка на оздоровительный курорт, предпочтительно в Европе. В 1870 году шотландский издатель Уильям Чемберс напечатал книгу «Зимовка в Ментоне», в котором рассказал о собственном упадке здоровья из-за чрезмерной нагрузки на посту лорда-мэра Эдинбурга и последующем выздоровлении. Он с изумлением описал красоту пейзажа этого уголка Французской Ривьеры, лазурное небо и мягкий климат и призвал современников переосмыслить свой образ жизни. Многие преждевременно уходили в могилу, «пав жертвой в лихорадочной и, можно даже сказать, безумной битве за существование. Слишком долго и усердно держались они своих профессиональных занятий». Ментона стал излюбленным местом, где британцы восстанавливали силы после переутомления и других форм упадка здоровья. Во многом это произошло благодаря публикации доктором Джеймсом Генри Беннетом ряда работ, в том числе «Ментона и Ривьера как зимний климат» (1861) и многочисленных изданий «Зима и весна на берегах Средиземного моря» (1865–1875). Последняя книга служила путеводителем по оздоровительным курортам Средиземноморья, но в итоге автор пришел к выводу, что именно Ментона предлагает наилучший климат и условия для выздоровления. Причину необычайного влияния работ Беннета можно найти в истории его собственного исцеления, которая предваряла все его книги: «Двадцать пять лет, посвященных напряженной профессиональной деятельности и изматывающим заботам, неизбежным для работающего на износ лондонского врача, подорвали мои жизненные силы. В 1859 году я заболел туберкулезом и тщетно пытался остановить развитие болезни». Полагая, что умирает, Беннет отправился на Ривьеру. Но, оказавшись под «благодатным небом» Ментоны и «освободившись от трудов и тревог прежней жизни», он, к своему великому удивлению, обнаружил, что здоровье его улучшается. Он решил проводить там каждую зиму и открыл врачебную практику. В результате город стал крупным оздоровительным курортом с собственным английским кварталом. Революция в медицинской климатологии Беннет был ведущей фигурой в развитии так называемой «медицинской климатологии». В основе лежало убеждение, что многие болезни, включая туберкулез, можно вылечить или хотя бы остановить, приехав на курорт с подходящим климатом. Отчасти это было ответом на удушающий смог промышленных городов. «Болезни грудной клетки» протекали легче среди чистого воздуха и голубого неба Ривьеры в зимнее время. Метод лечения, предложенный Беннетом, считался тогда почти революционным. Людям следовало покинуть свои жаркие тесные комнаты больных и выходить на прогулки на природу, впитывая солнечные лучи и чистый воздух, наслаждаясь окружающими красотами. Никаких лекарств не требовалось. То же предписание давалось пожилым и немощным. Их можно было вывозить каждый день в новое, укрытое от ветра солнечное место: «Так дальность наблюдения увеличивается без усталости, великолепные пейзажи этих мест открываются взору во всех своих бесконечно меняющихся обликах, а ум освежается переменами». Это вдохновляющее видение того, что сегодня возможно в сфере ухода за пожилыми. Тем, кто страдал от переутомления, Беннет рекомендовал провести на курорте по меньшей мере три полных зимы. Это решительно отличалось от кратких визитов на воды в XVIII веке или современных коротких оздоровительных поездок. Он предлагал концепцию «законного безделья», при которой трудолюбивый профессионал мог вести «тихую, созерцательную жизнь», греясь на солнце, «словно больная ящерица на стене». В Ментону королева Виктория привозила своего сына Леопольда, страдавшего гемофилией. Кроме того, на курорт стекались писатели и художники — от Роберта Льюиса Стивенсона и Обри Бердслей до Кэтрин Мэнсфилд. Они оставили удивительные свидетельства о радостях и тяготах своего пребывания в «медицинском изгнании». В случаях переутомления и при других недугах время играло ключевую роль: на смену городской суете, тревогам и вечной спешке викторианской эпохи приходило время, словно растянутое и неспешное, когда больные могли позволить себе расслабиться и предаться состоянию «законного безделья» в окружении целительных сил природы. По материалам статьи «Victorians called burnout ‘overwork’ – and they cured it by holidaying in France» The Conversation

Дорога на Марс за 34 дня. Астероиды как экспресс-маршрут

Среднее расстояние между Землей и Марсом — 225 млн км, среднее время полета 7–10 месяцев. Почему среднее? Дело в том, что эти значения меняются в силу следующих причин: орбиты Марса и Земли наклонены по отношению друг к другу и обе планеты вращаются вокруг Солнца по эллипсоидной орбите. Кратчайшее расстояние между Марсом и Землей наступает в тот момент, когда Марс окажется в перигелии — ближайшая точка к Солнцу, а Земля в афелии — в наиболее удаленной точке. В момент этого максимального сближения дистанция между ними составит 54,6 млн км. Когда планеты находятся по разные стороны от Солнца, расстояние между ними составляет примерно 401 млн км. Бывают моменты, когда наши небесные тела выстраиваются в одну линию, происходит это каждые 26 месяцев. Именно такие периоды считаются подходящими окнами для отправления на Красную Планету и для возвращения с нее. Поскольку обе планеты не стоят на месте, лететь к Марсу напрямую не получится. Ключ к успеху вовсе не самый короткий путь, а скорее правильно рассчитанная траектория, которая и определяет лучшее время для старта. На сегодняшний день в миссиях используется эллиптическая траектория: ракета с Земли как бы догоняет Марс. Помимо нее есть еще параболическая и гиперболическая траектории. При параболической траектории космический аппарат стартует с Земли с третьей космической скоростью — 16,65 км/с¸ а при гиперболической скорость должна быть даже больше. Конечно же, скорости можно увеличить с помощью продвинутых двигателей, например ядерных. По планам NASA, ракета с такой двигательной установкой, движущаяся по эллиптической траектории, сможет доставить человека на Марс всего за 45 дней. Но к двигателям мы вернемся чуть позже, а сейчас предлагаю рассмотреть один из нетривиальных вариантов. Бразильский космолог Марсело де Оливейра Суза из Университета Северного Рио-де-Жанейро предлагает использовать астероиды для ускорения. Ученый занимался каталогизацией околоземных астероидов. Среди множества каменных глыб, вращающихся в относительной близости от нашей планеты, его внимание привлек объект 2001 CA21. Все из-за того, что этот объект следует по необычной, редко встречающейся траектории — его путь пересекает орбиты и Земли, и Марса. Если говорить метафорически, такой астероид нашел своеобразный экспресс-коридор между двумя планетами. Проанализировав геометрию этого коридора во время противостояния Земли и Марса — явление, при котором планеты находятся на минимальном расстоянии друг от друга, а Земля расположена между ними и Солнцем, — Суза обнаружил неожиданное: традиционные представления о минимальном времени перелета ошибочны. Вместо долгого дугообразного маневра вокруг Солнца космический аппарат может буквально «оседлать» поток, по которому уже летят астероиды. При этом энергетически выгодный маршрут оказывается еще и невероятно быстрым. Результаты расчетов космолога выглядят нереально. По самому быстрому из найденных им пути корабль добирается от Земли до Марса всего за 34 дня. К сожалению, у этого фантастического сценария есть подвох. Чтобы выйти на такую траекторию, аппарат должен развить начальную скорость около 32,5 км/с (117 тысяч км/ч), что почти втрое выше текущего технологического потолка. И прибудет корабль к Марсу, разогнавшись до 108 тысяч км/ч, а это слишком высокая скорость для безопасной посадки, такие условия потребуют принципиально иных технологий — возможно, активного аэродинамического торможения или даже встречного ракетного импульса, что снова возвращает нас к проблеме топлива. Но Марсело не оставил это дело просто так. Продолжая свои расчеты, Суза пришел к выводу, что расположение планет в 2031 году создает особенно благоприятные условия для экспедиции к Марсу. По его оценке, если космический аппарат стартует с Земли 20 апреля и будет двигаться со скоростью 27 км/с, то уже 23 мая достигнет Марса — путь займет всего 33 дня. Обратный вылет возможен 22 июня, а возвращение на Землю — 20 сентября. Таким образом, вся миссия туда и обратно уложится всего лишь в 153 дня. Ученый также рассмотрел более экономичную по скорости схему для того же периода. В этом случае аппарату потребуется разгон лишь до 16,5 км/с, однако продолжительность путешествия увеличится до 226 дней, или по-другому 7,5 месяца. Даже такой вариант остается заметно быстрее современных межпланетных перелетов. Теперь вернемся к разговору о двигателях. Ракеты-носители сейчас летают в основном на жидкостных двигателях, однако они достигают своего предела. Для такой задумки понадобятся ядерные тепловые или ядерные электроракетные установки. Они давно существуют в проектах, но пока что ни разу не применялись в пилотируемых миссиях. Миссия NASA «Скайфол» (2028 год) как раз планирует испытать ядерный электроракетный двигатель на корабле Space Reactor-1 Freedom, отправляя к Марсу три мини-вертолета. Но все же этот агрегат еще стоит довести до ума. Какова вообще необходимость ускорять полеты? Все довольно просто, скорость = жизнь и здоровье экипажа. В открытом космосе нет магнитного поля и атмосферы Земли. Астронавты постоянно бомбардируются разными видами радиации. При 7-месячном полете туда и 7 обратно (плюс время на поверхности без защиты) астронавт получает дозу, сравнимую с риском развития рака в 10–20% выше пожизненной нормы. Микро-гравитация действует на организм быстрее, чем кажется: мышцы атрофируются, кости теряют кальций, жидкости приливают к голове. Не стоит забывать и про психологический комфорт космонавтов. Конечно же, присутствуют технические и экономические моменты: срок службы солнечных панелей, батарей и электроники ограничен, а сама трехлетняя миссия требует примерно 10–12 тонн расходников (еда, вода, кислород) на 4 человек. Пятимесячная миссия (туда+обратно) — 1.5–2 тонны. Разница в стоимости запуска — миллиарды долларов. Публицистический вопрос: насколько серьезно нужно воспринимать работу Сузы? Сам ученый не питает иллюзий на этот счет. В интервью он подчеркивает, что его расчеты — пока чистая небесная механика, без привязки к конкретному кораблю и его массе, полезной нагрузке, типу двигателя и, главное, системе посадки. Тем не менее главное открытие в этой идее — концептуальное. Оно доказывает: ограничения на время полета к Марсу в большей степени связаны не с физикой орбит, а с нашими технологическими возможностями. Как только появятся двигатели, способные разгонять корабль до 27 км/с (а работы в этой области идут — ионные двигатели, проекты солнечных парусов, ядерные установки), короткая дорога будет открыта, что даст огромный толчок к изучению нашей планеты-соседки. Автор: Софья Левина