6 киногероев, которые страдали от психологических заболеваний

Некоторые фильмы и сериалы становятся нашими любимыми не только из-за замечательного сюжета, который находит отклик в душе, но также благодаря обаятельным персонажам. Глядя на них, мы вряд ли анализируем их поведение с точки зрения психологии. Однако иногда это нужно делать, ведь за невероятной харизмой киногероев часто скрываются психологические диагнозы. Росс Геллер и Рэйчел Грин Иногда не верится, что сериал «Друзья» вышел на экраны в далеком 1994 году, ведь его полюбили даже те люди, которые на момент съемок первого сезона еще не родились. Он стал настоящей классикой жанра, и за это нужно сказать спасибо главным героям ситкома и их историям. Несмотря на то, что зрителям полюбились все персонажи, особое внимание всегда привлекали отношения Росса и Рэйчел. Их союз называли романтичным и трогательным, а некоторые фразы, которые они говорили друг другу в фильме, фанаты активно применяли в реальной жизни. Но если взглянуть на эти отношения с другой стороны, то можно понять, насколько нездоровыми они были. На протяжении всех сезонов Росс и Рэйчел переживают эмоциональные качели, демонстрируя незрелость и эгоизм. В некоторых моментах они сами прекрасно осознают, что их союз мало похож на настоящую любовь, но при этом не дают построить друг другу счастливые отношения на стороне. Как только у одного появляется возможность закрутить роман, который в будущем может перерасти во что-то большее, другой закатывает сцену ревности и все портит. Росс — типичный абьюзер. Он систематически критикует Рэйчел, игнорирует ее интересы, ревнует, не доверяет, манипулирует, обесценивает чувства и достижения, контролирует каждый шаг. Рэйчел также не идеальна: она инфантильна и эгоцентрична. У девушки истероидный тип личности, который характеризуется неуемным и бесконтрольным желанием постоянно быть в центре внимания. Эти отношения заранее были обречены на провал, так как оба партнера не могли поддерживать интерес друг к другу без драматического развития событий. В результате их пара строилась на череде побед и поражений, и последних было гораздо больше. Джек Воробей Капитан «Черной Жемчужины» Джек Воробей, главный герой серии фильмов «Пираты Карибского моря» — харизматичный авантюрист и настоящий мастер слагать легенды. В его рассказах всегда лишь доля правды, а все остальное — заметное преувеличение. Джек старается избегать опасных ситуаций и вступает в бой, лишь когда он неизбежен. Ради своего спасения персонаж Джонни Деппа готов пожертвовать чем угодно, даже жизнью другого человека. Однако остроумие пирата, необычный внешний вид, обаяние и харизма заставляют забыть о его скверном характере и сомнительной репутации. Если попытаться составить психологический портрет Джека Воробья, то можно сказать, что у него гипертимный тип личности, который характеризуется безудержным оптимизмом и неумением доводить начатое до конца. Он шумный, активно жестикулирует, говорит без остановки, а потому иногда его «слишком много». Также Джек страдает инфантилизмом. На протяжении всех пяти частей капитан Джек Воробей вел себя как ребенок: участвовал в сомнительных авантюрах, не задумываясь о последствиях, совершал опрометчивые поступки, рискуя чужими жизнями, и шел на неоправданный риск, пытаясь произвести впечатление. Кроме того, Джек боится ответственности — ему проще сбежать от проблемы и броситься с головой в новые приключения, чем разбираться, что он, например, чувствует к Элизабет. Шерлок Холмс Этот персонаж детективных произведений сэра Артура Конан Дойла попал в Книгу мировых рекордов Гиннесса как «самый играемый киногерой» за всю историю кино. Его роль сыграли 75 актеров в более чем 211 фильмах. Однако с именем Холмса связаны не только рекорды. Также оно упоминается в связи с мягкой формой аутизма, известной как синдром Аспергера. Заболевание подразумевает серьезные проблемы с социальным взаимодействием и повторяющийся «репертуар поведения». Ами Клин, директор программы по аутизму в Центре изучения детей в Йельском университете, говорит, что одной из характерных особенностей болезни является «душевная слепота». Она предполагает трудности с пониманием того, что думают и чувствуют другие, сложности с построением дружеских и любовных отношений. Не осознавая, как они выглядят в глазах окружающих, люди с таким синдромом часто ведут себя странно: их прямота порой доходит до грубости, а комплименты больше похожи на упреки. Также некоторые отмечали у Шерлока шизоидное расстройство личности, которое характеризуется неоправданной замкнутостью, оторванностью от внешнего мира, избеганием эмоционально насыщенных взаимоотношений. Однако и это еще не все. У Холмса часто случались перепады настроения, его посещали навязчивые идеи. Он был зациклен на некоторых вопросах и постоянно стремился к неоправданному риску. Из-за этого детективу приписывали еще и биполярное расстройство личности. Шелдон Купер Блестящий физик-теоретик из популярного ситкома «Теория большого взрыва» вопреки своему сложному характеру и странному поведению стал кумиром миллионов. Шелдона называют гением и пророчат Нобелевскую премию, он обладает эйдетической памятью, а его IQ составляет 187 баллов. Вот только человек он достаточно своеобразный: иногда ведет себя как пятилетний ребенок, испытывает проблемы с коммуникацией, боится перемен. И хотя сценаристы сериала никак не комментировали предположения, что у Шелдона есть какие-то психологические расстройства, аутистическое сообщество официально включило его в список персонажей с РАС. И вот почему. Купер с раннего возраста придерживается определенных ритуалов, а изменение привычного порядка вызывает у него сильную тревогу. Ему сложно разобраться в эмоциях окружающих, понять их тон, мимику и подтекст в словах. Шелдон может часами говорить о своих увлечениях, даже если его собеседника эта тема абсолютно не интересует. Когда у Купера случалась сенсорная перезагрузка, происходил нервный срыв. Яркий пример — ситуация со сменой имиджа Эми и лифтом, который вновь начал работать. Все эти симптомы характерны для синдрома Аспергера. В своем блоге актриса и доктор нейробиологии Маим Бялик, которая сыграла роль Эми Фаулер, отметила, что у ее возлюбленного по фильму также было обсессивно-компульсивное расстройство. Он трижды стучал в дверь, испытывал крайнее отвращение к микробам, а также имел много необычных увлечений: например, флаги и поезда. Кроме того, у Шелдона много фобий. Рон Уизли Серия фильмов о юных волшебниках, созданная по книгам Джоан Роулинг, нашла отклик в сердцах миллионов зрителей по всему миру и стала культовой. Фанаты искренне переживали за главных героев и мечтали о такой же дружбе и преданности, как у Гарри, Рона и Гермионы. Однако если в первых частях особенности характеров персонажей проявлялись не так сильно, то в фильме «Гарри Поттер и Кубок Огня», в котором волшебники были подростками, многое вышло наружу. Особенно зрителей раздражало поведение Рона. Он не поддержал лучшего друга в сложной ситуации и вместо того, чтобы понять его, примкнул к ученикам, которые насмехались над Гарри. В той же части Уизли выместил свою злость и ревность на Падме Патил, которую пригласил на бал, и испортил вечер Гермионе. В последующих фильмах Рон часто поддавался сиюминутным эмоциям, вел себя нетактично, оскорблял близких и использовал других людей ради собственной выгоды. Возможно, все дело в заниженной самооценке, виновником появления которой непроизвольно стал Гарри Поттер. Из-за нее возникают зависть, агрессия и стремление к манипуляции.

Почему так сложно простить себя

«Если бы твой друг говорит с тобой точно так же, как твой внутренний голос, стал бы ты общаться с этим человеком?» (с) Мы не проводили соцопрос, но что-то подсказывает мне, что большая часть людей ответит: точно нет. Потому что мы сами для себя самые строгие критики и самые придирчивые оценщики. Мы готовы простить кому угодно его несовершенства, но к себе предъявим самые высокие требования. Думаете, это — пережитки прошлого? Тогда взгляните на мотиваторов и достигаторов, которые готовы втоптать себя в грязь за малейшую оплошность: пропущенную тренировку, упущенную вакансию, неудачное решение. «Человеку легче простить то, что делали с ним, чем то, что делал он сам». Почему так? В этой теме много о принятии и непринятии. Мы готовы принимать себя только хорошими. «Полюбить себя беленькими». Такими, которые могут, умеют, делают, достигают, идут, справляются. И не готовы видеть и признавать себя в моменты провалов. Хочется сказать: «Это не я». Не я сдаюсь, не я не справляюсь, не я ошибаюсь. Это не я сказала в ЗАГСе «да» человеку, которого никогда не любила, чтобы сделать больнее тому, кого действительно люблю. По-моему, он даже не заметил. Это не я молчал, когда травили и увольняли коллегу не за непрофессионализм, а просто за отказ подстраиваться под корпоративную политику. Не я закрывал глаза на несправедливость. Это не я выбрал профессию, которая перестала существовать еще до того, как мне выдали диплом. Это не я… Мы же не такие. Мы же все знаем и понимаем, просчитываем наперед, у нас все под контролем. А факапы случаются у каких-нибудь других людей, глупых и непредусмотрительных. Но отвергая себя ошибающегося и слабого, мы будто отрезаем от себя этот опыт. Негативный, тяжелый, такой, которого лучше бы не было вовсе — но все же опыт. Мы не берем в расчет обстоятельства, тем более смягчающие. «Я потеряла такую классную работу! От меня тогда муж ушел, и мне было вообще не до работы, но я, конечно, должна была…» Что отравляет нам жизнь тогда, когда мы не можем себя простить? • Сверхожидания. Наверное, это один из оттенков гордыни: когда мы считаем себя такими сильными/предусмотрительными/смелыми, что должны быть несгибаемыми. А когда выясняется, что мы просто люди, нам стыдно, что мы не соответствуем образу каких-то супергероев. • Стыд. Дремучий, иррациональный: стыдно быть слабым, беззащитным, стыдно плакать. • Вина. Если она рациональна (вам есть за что винить себя), то можно попробовать компенсировать нанесенный вами ущерб, насколько это возможно. А с иррациональной виной сложнее: договориться с ней нельзя, вы виноваты «просто так». Страх и вина — два самых токсичных чувства. Стоит нам приблизиться к тому месту, где мы виним себя и стыдимся, как нас «отбрасывает» в эту бездну, и тогда проще вообще отрезать тот свой опыт. Но это прорабатывается. Лучше всего с терапевтом. Если вы долгие годы жили с картинкой, что в чем-то виноваты, то вам нужен взгляд со стороны. А действительно ли вы так виноваты? Что конкретно вы сделали, какие действия? Какие последствия у них были? («После» не значит «вследствие». Возможно, какие-то события произошли после ваших действий, но не из-за них?). В книге «Земляничный вор» Джоан Харрис показывает душевные муки кюре, который считал себя виновным в пожаре, и как эта вина заставляла его сторониться людей и отравляла жизнь. Очень наглядно. Такая невозможность простить себя приводит к застреванию в прошлом. В отказе идти дальше. В самонаказании. Это даже может казаться справедливым, пока мы все еще берем на себя слишком много: переоцениваем свою роль в чьей-то судьбе или считаем себя какими-то особо могущественными. И самое сложное — найти в себе силы идти дальше. Не отказываясь от своего прошлого опыта, любого. Не питая иллюзий на свой счет и освобождаясь от необходимости быть идеалом. Какое облегчение.

Эффект социальной желательности: почему мы врем, чтобы стать «своими»

Представьте себе картину: вы собрались с многочисленными родственниками за праздничным столом. Все обсуждают знакомых, друзей, делятся своими достижениями и планами на будущее. И тут, как гром среди ясного неба, вопрос от двоюродной тетушки: «А когда вы планируете детей?» Возникает неловкая тишина, после которой вы говорите, что в самое ближайшее время, хотя на самом деле мечтаете пожить еще несколько лет для себя. В такие моменты вы не хотите ругаться или отстаивать свою позицию, вам гораздо проще озвучить те мысли, с которыми согласятся все присутствующие. Почему так происходит? Понятие эффекта социальной желательности Этот термин означает тип предвзятости в ответах, когда люди предпочитают говорить не то, что думают, а то, что от них хотят услышать. Впервые понятие описал доктор философии Северо-Западного университета Аллен Л. Эдвардс. Изначально он назвал феномен «эффектом фасада», так как предполагал, что людям свойственно казаться лучше, чем они есть на самом деле, из-за стремления соответствовать идеалам, принятым в обществе. Обычно подобная тенденция прослеживается в преувеличении положительных качеств и преуменьшении отрицательных. Подобная позиция сильно осложняет исследования, основанные на опросниках и интервью, так как в ответах преобладает недостоверная информация. Если респонденту зададут вопрос «Как часто вы употребляете наркотические вещества?», он, скорее всего, ответит, что вообще их не употребляет. При этом человек будет опираться на знание о том, что наркотики, во-первых, запрещены законом, а во-вторых, опасны для здоровья. Предвзятость ответов также наблюдается в опросах, связанных с количеством сексуальных партнеров. В соответствии с тем, к какой группе населения относится респондент, он может преувеличивать или преуменьшать итоговое количество: так, мужчины с большой вероятностью скажут, что у них было много женщин, а девушки, наоборот, предпочтут утаить правдивую информацию, чтобы не сойти за барышень легкого поведения. Вот несколько других тем, которые также подвержены воздействию социальной желательности: • деньги — чтобы произвести хорошее впечатление на новых знакомых, человек вполне может сказать, что зарабатывает не 50 тысяч рублей, а 200 тысяч. В то же время люди с кругленьким счетом в банке, наоборот, буду скрывать свои истинные доходы; • религия — в большинстве случаев ее обсуждают неохотно или вообще не обсуждают; • отсутствие эмпатии, толерантности — так как в обществе принято сопереживать другим людям и отказываться от стереотипов, человек может утверждать, что он так и делает, даже если на самом деле эти качества и манера поведения ему не свойственны; • интеллектуальные способности — никому не хочется показаться недостаточно образованным, поэтому реальные знания, умения и навыки часто преувеличиваются; • незаконные действия — даже если преступления в жизни человека сводятся к тому, что в 15 лет он украл шоколадку в магазине, вряд ли он в этом признается, опасаясь осуждения. В жизни эффект социальной желательности больше всего проявляется в попытках людей подстроиться под ожидания социальной группы, к которой они хотят принадлежать. Ему подвержены люди всех возрастов, профессий и социальных статусов. Для одних утаивание собственного мнения является возможностью избежать конфликта, для других — попыткой снискать одобрение у окружающих и сойти за своего. Так, например, вы вряд ли будете обсуждать политические новости за семейным ужином, если ваши родители являются противниками таких тем, но в компании друзей обязательно проявите интерес к последним событиям в мире. Как оценивается выраженность феномена? Для этого в конструкцию многих методик включаются специальные оценочные шкалы, которые называют шкалами лжи. Например, в Миннесотском многофазном опроснике личности, разработанном Старком Р. Хэтэуэем и Дж. К. МакКинли, шкала L включает утверждения, выявляющие желание испытуемого представлять себя в более выгодном свете. Если показатель 70Т и выше, это говорит о том, что человек умышленно приукрашивает действительность и приписывает себе те качества, которых у него на самом деле нет, но которых требует общество. Он отрицает наличие у себя слабостей, присущих всем людям: страха, гнева, лени. После прочтения ответов таких людей возникает ощущение, что они идеальны во всем. Результат 60Т—69Т говорит о том, что у человека примитивный психический склад — он недостаточно хорошо себя знает и понимает, обладает низкими адаптивными возможностями. А вот у людей с высоким уровнем образования и культуры повышенные показатели по шкале L практически не встречаются. Мы врем…из-за гормонов? Так как человек — существо социальное, группа и связи с окружающими являются для него синонимом выживания и защищенности. Кроме того, к сплочению любыми методами, даже с помощью вранья, «призывают» наш мозг и гормоны, в частности, окситоцин. Он вырабатывается в гипоталамусе, отделе центральной нервной системы, и отвечает за эмоциональную привязанность, стрессоустойчивость. Выделению окситоцина способствуют эмоциональные и тактильные контакты с близкими людьми, любимая еда, физические упражнения и хорошее расположение духа. Окситоцин является одним из гормонов счастья наряду с дофамином и серотонином, а значит, воздействует на нашу мотивацию, поощряя за доверие и теплые отношения с людьми. Увы, окситоцин оказывает подобное действие только по отношению к тем людям, которых вы считаете «своими». А вот «чужаки» оказываются в немилости. Если они не вписываются в наши рамки социальной желательности, мы не будем им доверять, или даже постараемся «ликвидировать», изгнав из социальной группы. Методы борьбы Эффект социальной желательности вредит в первую очередь нам самим. Пытаясь угодить другим людям своими ответами и действиями, мы зачастую вредим себе. Все начинается с банального похода в кино с друзьями, когда вы, ненавидя фильмы ужасов, соглашаетесь купить билет только потому, что за него голосуют все остальные, а заканчивается профессиональной несостоятельностью, если вы боитесь высказывать свое мнение на планерках, думая, что все отнесутся к нему со скепсисом. Психолог Анджела Ахола в своей книге «Скрытые мотивы. Истинные причины нашего поведения» рассказывает, как не поддаваться социальному влиянию и не подстраивать свое мнение, поведение под желания большинства. • Будьте первым. Не нужно плыть по течению, лучше «задавайте тренды». Придумывайте тему беседы, озвучивайте идеи для проектов, меняйте направление дискуссии. Обычно первая озвученная позиция играет роль своеобразного «якоря», поэтому вы сможете предрешить финал разговора. • Проводите индивидуальные встречи. Если ваша цель — изменить мнение группы, поговорите с каждым ее участником до проведения мероприятия и общей встречи. Иногда этих действий может быть достаточно, чтобы в случае назревания конфликта или разделения мнений у вас была своя группа поддержки. • Делите группы на более мелкие. Особенно этот совет пригодится для проведения рабочих встреч, на которых обсуждаются улучшения и нововведения. У вас большой коллектив? Тогда имеет смысл поделить сотрудников на группы и предложить им ответить на несколько вопросов. Такой подход сможет сэкономить время и впоследствии получить конструктивные комментарии.

История спойлеров. Почему они не так страшны, как кажутся

Фразу «Только без спойлеров!» наверняка говорили многие из нас, ведь ситуация, когда наши друзья уже посмотрели фильм, а мы еще нет — не редкость. Большинство людей придерживаются мысли, что спойлеры убивают весь интерес к просмотру картины и лишают дальнейшее знакомство с сюжетом любого смысла. Однако ученые выяснили, что это не так. Рассказываем короткую историю спойлеров и почему иногда они даже повышают удовольствие от знакомства с фильмом. Разбор понятия Спойлер (от английского слова «to spoil» — «портить», «мешать») представляет собой информацию о важном нюансе сюжета либо неожиданном финале книги или фильма, которую зрителю/читателю раскрыли преждевременно. Главная причина, почему спойлеры никто не любит, заключается в том, что они разрушают интригу и не дают пережить все эмоции от развития сюжета самостоятельно. Интересно, что раньше, когда кинематограф еще не был объявлен «седьмым искусством», именно спойлеры служили своеобразной афишей. Публику, которая состояла из простолюдинов, завлекали без обиняков, объявляя главную сюжетную линию уже в названии. Так, купив билет на «Большое ограбление поезда» или «Убийство герцога Гиза», человек ожидал увидеть именного дерзкое преступление и расправу над герцогом, соответственно. Сарафанное радио только играло на руку создателям фильмов — люди, посмотревшие картину, часто делились впечатлениями со своими знакомыми, которые еще не успели сходить на киносеанс. В 60-х годах прошлого века никто не думал о спойлерах как о таковых. В своей книге «Spoiler Alert!» исследователь масскульта Ричард Грин пишет о том, как они с друзьями относились к спойлерам: «Мы никогда не задумывались, что раскрывать главную изюминку сюжета — это плохо. У нас даже были своеобразные соревнования — кто быстрее расскажет спойлер остальным. Видели «Путешествие на дно моря»? Там на субмарину охотился оборотень! И друзья даже не думали возмущаться, протестовать или обижаться. Это было в порядке вещей. Возможно, все дело в том, что в 60-х концепции спойлера еще не существовало». Первым, кто задумался о влиянии спойлеров, стал знаменитый британский и американский режиссер Альфред Хичкок. В 1960 году, когда вышел фильм «Психо», он запретил пускать на сеанс опоздавших людей, даже если это «президент Соединенных Штатов или королева Англии (благослови ее Бог!)», хотя американская культура того времени предполагала, что зрители могут входить и выходить из зала, когда им заблагорассудится. Также режиссер «защитил» тайну своего фильма и с других сторон. Он не устраивал для журналистов пресс-показы, запретил звездам «Психо» общаться с журналистами, выпустил трейлер, в котором показали только один кадр из картины — кричащую Веру Майлз, а все остальное время на экране был режиссер, проводящий экскурсию по дому Бейтса. И, наконец, Хичкок просил посмотревших не рассказывать о сюжетных поворотах друзьям и коллегам, чтобы не портить им просмотр. Интрига и ореол тайны, которые окружили «Психо», позволили ему стать кассовым хитом, а вовремя закрытые двери приводили к тому, что зрители выстраивались в очереди — настолько сильно был разогрет их интерес. Когда появилась концепция спойлеров? Слово «спойлер» не связывали с литературой и кинематографом до 1971 года, пока Дуглас Кенни, американский писатель-комедиант, не опубликовал в своем юмористическом журнале National Lampoon статью под названием «Спойлеры». Современные люди знают, что читать подобные материалы чревато последствиями, а вот в 70-х годах статья не вызвала никакого опасения. В результате тысячи людей узнали о развязках и сюжетных поворотах многих популярных фильмов и книг: от произведений Агаты Кристи до картин Альфреда Хичкока. Когда Кенни попытались обвинить в том, что он испортил впечатление от знакомства со многими бестселлерами, писатель ответил, что он «лишь помог людям сохранить время и деньги». Далее слово «спойлер» стали использовать фанаты научно-фантастического фильма «Звездный путь» (режиссер Роберт Уайз), который рассказывает об адмирале Джейме Кирке, возглавляющем миссию по спасению планеты от инопланетного облака под названием Ви’Джер. В сообществах, где поклонники делились своим впечатлением о картине, сообщения, содержащие спойлеры, отмечали специальным знаком. Что касается критиков и прессы, они стали использовать словосочетание «spoiler alert», которое в переводе означает «осторожно, спойлеры», только в начале 2000-х годов. «Первооткрывателем» стал американский кинокритик и телеведущий Роджер Эберт — он употребил это словосочетание в отзыве на комедию «Приключения Джо Грязнули». Через год его примеру последовала газета The New York Times в рецензии на игру Dog Eat Dog. Парадокс спойлера В 2011 году ученые Николас Кристенфельд и Джонатан Левитт из Калифорнийского университета провели исследование, в ходе которого давали участникам читать рассказы таких известных писателей, как Агата Кристи, Джон Апдайк и Роальд Даль. Главной задачей испытуемых было ознакомиться с сюжетом 12 коротких рассказов, для каждого из которых были даны две проспойлеренные версии: в начале повествования или в конце. Также исследователи создали несколько групп, которым нужно было прочитать один рассказ со спойлером в начале, второй — со спойлером в середине, и третий неизменный. Интересно, что когда участники эксперимента оценивали прочитанные рассказы, многие из них признались, что произведения, содержащие «слив» концовки, было намного интереснее читать. Больше всего испытуемым понравились рассказы со спойлером, вписанным в начало текста. Проанализировав результаты эксперимента, ученые сделали вывод, что известная концовка позволяет глубже погружаться в рассказ и оценивать его вне рамок сюжета. Подобные произведения обладают большей когнитивной легкостью, а значит, читатели в процессе ознакомления с сюжетом замечают много интересных деталей. Также исследователи предположили, что знание финала позволяет читателю полностью концентрироваться на событиях между завязкой и развязкой. Оно усиливает беспокойство и желание узнать, какие именно события привели к концовке. Почему страх перед спойлерами — ложный? Вряд ли кто-то будет спорить с тем, что люди гораздо лояльнее относятся к знакомым вещам и сюжетам. Например, если вам нужно купить телевизор, скорее всего вы отдадите предпочтение популярному и раскрученному бренду, о котором говорят на каждом углу. Или выберете модель, которой давно и успешно пользуются ваши друзья. То же самое происходит с книгами и фильмами. Крупные романы и сериалы обычно делятся на несколько больших сюжетных групп со своими вариациями. Например, если в начале сюжета вы увидите пару, которая не может быть вместе, то на подсознательном уровне будете ждать красивую историю любви. Вспомните хотя бы фильмы «Ромео и Джульетта», «Титаник». Но в то же время вы не откажете себе в удовольствии пересмотреть хорошо известный фильм, который знаете наизусть, например, «Один дома», «Иронию судьбы», «Гарри Поттера». Кстати, многие создатели произведений манипулируют этой предрасположенностью к спойлерам, в начале картины вставляя эпизод из середины сюжета. Хороший пример — мультфильм «Похождения императора». Он начинается со сцены, в которой лама сидит в темном лесу и мокнет под дождем. Голос за кадром говорит, что когда-то она была человеком, и не простым человеком, а императором, а затем предлагает откатиться в начало и узнать, какие события предшествовали этой сцене. И вот вы уже с интересом наблюдаете за развитием событий. Как видите, спойлеры не всегда являются чем-то плохим и страшным. В некоторых ситуациях они могут значительно упростить сложную историю, благодаря чему вам будет гораздо легче воспринимать сюжет. Также спойлеры помогают глубже погрузиться в рассказ/фильм и лучше понять его.

9 викторианских увлечений, которые сегодня кажутся странными

У людей, живших в викторианскую эпоху, не было доступа к телевидению или интернету. Несмотря на это, они не испытывали проблем с развлечениями. Одни искали удовлетворения в сверхъестественной сфере, другие же проводили время, украшая свои задние дворы. От пикников на кладбище до таксидермии котят — вот некоторые из странных развлечений, которые люди любили в викторианскую эпоху. 1. Пикники на кладбище Из-за небольшого количества парков, садов и музеев многие американцы викторианской эпохи хорошо проводили время на кладбищах. Обширные «сельские кладбища» начали появляться в Соединенных Штатах после 1830 года. Для многих жителей США местное кладбище считалось чем-то вроде общественного парка. Люди упаковывали обеды и устраивали пикники среди надгробий. После этого они могли отправиться на охоту или развлечься гонками на повозках. Кладбища стали настолько посещаемыми местами, что в путеводителях начали указывать самые популярные: кладбище Грин-Вуд в Бруклине или Маунт-Оберн в Кембридже. 2. Папоротниковая лихорадка В XIX веке папоротниковая лихорадка захватила штурмом Англию. Она была настолько распространена, что ей даже дали официальное название — птеридомания. Это явление началось в 1829 году, когда британский ботаник по имени Натаниэль Бэгшоу Уорд начал выращивать растения в стеклянных ящиках (позже известных как ящики Уорда; сегодня мы называем их флорариумами). Достаточно скоро викторианцы по всей стране стали охотиться за папоротниками, чтобы вырастить их в своих домах. Это хобби было особенно популярно среди женщин, возможно, именно потому, что оно давало им социально приемлемый предлог оставаться на открытом воздухе без присмотра. 3. Антропоморфная таксидермия У одних животных была более достойная жизнь после смерти, чем у других, когда дело дошло до таксидермии в викторианскую эпоху. Со временем это стало считаться искусством. Популярные таксидермисты, такие как Уолтер Поттер и Герман Плокет, приложили огромные усилия, чтобы оживить свои произведения. Памятные антропоморфные шедевры той эпохи включали в себя катающихся на коньках ежей, школьный кабинет с кроликами и свадьбу, на которой присутствовали котята в детализированных нарядах. 4. Скрапбукинг из морских водорослей Можно смело добавить морские водоросли в список растений, которыми были одержимы люди викторианской эпохи. Собрав образцы, скрапбукеры наклеивали разноцветные растения на листы плотной бумаги. Дизайн был просто эстетическим и не нес в себе образовательный смысл. Иногда из водорослей составляли слова или изображения. 5. Калейдоскопы из диатомей Викторианские биологи нашли свои способы развлечься. Располагая диатомовые водоросли или одноклеточные водоросли на предметных стеклах с помощью прядей волос, они могли создавать сложные калейдоскопы естественной красоты. Некоторые микроскопические композиции, которые часто включали чешуйки бабочек и насекомых, а также водоросли, содержали тысячи отдельных компонентов на одном предметном стекле. Количество узоров ограничивалось только фантазией художника. 6. Украшения из волос Использование человеческих волос в искусстве и ювелирных изделиях восходит к Древнему Египту, но эта практика вышла на новый уровень в викторианскую эпоху. Части волос были вплетены в кольца, ожерелья, булавки, цепочки для часов и другие уникальные украшения. Локон, взятый у любимого человека, служил своеобразной версией браслета дружбы. Тем временем украшения с волосами, состриженными у умерших, часто дарили на память тем, кто пытался справиться с потерей. 7. Спиритические сеансы Сегодня типичный спиритический сеанс может выполняться с помощью пластиковой доски на пижамной вечеринке. Но в викторианскую эпоху посещение одного из них было важным событием. В то время спиритуализм — религиозная практика, направленная на установление контакта с мертвыми — был чрезвычайно популярен. Спиритуалисты устраивали тихие сеансы дома или ходили смотреть, как медиумы совершают на сцене потусторонние действия. В дополнение к перемещению досок для спиритических сеансов медиумы выполняли трюки, включающие левитацию столов и появление эктоплазмы во время общения с мертвыми. Так казалось участникам, которые купились на их уловки. 8. Секретные послания, зашифрованные в цветах Викторианцам было нетрудно передать глубокомысленное послание через букет цветов. Разным цветам придавалось разное значение. Любой человек, у которого был словарь флориографии (языка цветов), мог расшифровать тайное послание. Нарциссы, например, символизировали благородство и безответную любовь, а акониты предупреждали о потенциальной опасности. 9. Магические кристаллы и шары Люди искали счастья в отражающих поверхностях с древних времен, но эта практика возродилась в конце XIX века. Люди смотрели в стеклянные шары, зеркала или драгоценные камни, такие как аметисты, в надежде проникнуть в секреты своего подсознания. В книге 1896 года «Взгляд на кристалл и ясновидение» Джон Мелвилл изложил инструкции по использованию кристалла в духовных целях: «Кристалл или зеркало следует часто заряжать движениями, совершаемыми правой рукой». «Магнетизм, который впитывается поверхностью зеркала или кристалла, собирается там от глаз смотрящего и от вселенского эфира, поскольку мозг как бы переключается на вселенную, а кристалл является средой», — писал он. По материалам статьи «9 Victorian Hobbies That Seem Weird Today» Mental Floss

Неочевидные ограниченные ресурсы

Увлекшись всякими мотивациями и обзаведясь привычкой «подбадривать» себя фразой «тряпка, соберись», мы упустили кое-что очень важное. Мы забыли, что кроме очевидных ресурсов у нас есть еще и неочевидные, и они могут истощаться как раз потому, что мы о них вообще не думаем. Да мы даже не понимаем, куда сливаем свои силы! Нам заметен только результат: вроде ничего не делали, а энергии нет совсем. Сегодня поговорим про неочевидные ресурсы, которые нам отмерены не в бесконечных количествах. Возможно, вы поймете что-то о себе. 1. Сила воли. Очень ограниченный ресурс. Нам кажется, что если мы прокачаем силу воли, то сумеем выезжать на ней сколько угодно. Если волевые усилия не срабатывают, то у вас слабая воля? Нет, это значит только, что вы эксплуатировали этот ресурс слишком долго. Что именно вы делаете на силе воли? Поищите другую мотивацию. Кто-то волевым усилием заставляет себя заниматься уборкой (тогда учитесь получать эстетический кайф от чистого дома). Кто-то с помощью воли ходит на работу (тогда самое время подумать, а там ли и тем ли вы работаете?). И каждый раз, включая силу воли, рассчитывайте на то, что когда-то это топливо закончится. 2. Интеллектуальная деятельность. Нам кажется, ну что там такого, мозгами шевелить — это не вагоны разгружать. Но наш мозг питается теми же витаминами и микроэлементами, что и тело. И когда их перестает хватать, ум начинает «выключаться». А мы начинаем ругать себя за рассеянность, глупость, невнимательность… Поэтому, если замечаете, что как будто бы поглупели, попробуйте дать себе качественный отдых. 3. Ответственность. Она утомляет, и ею тоже очень легко перегрузить себя. Если вы занимаете активную жизненную позицию и привыкли не стоять в стороне, то вы можете быть склонны взваливать на себя не свою ответственность, а потом тратить на ее обслуживание много сил. Как избавиться от лишней ответственности? Делегировать принятие решений. Потому что на самом деле это занятие требует от нас много внутреннего ресурса, вот только мы этого не замечаем. Хотя при принятии решения ведется огромная работа: анализ, синтез, сравнение… Чем выше ставки, тем сильнее нас «выжигает» эта ответственность. Ну как? Удивлены? А теперь попробуйте проанализировать: куда вы сливаете свои силы? Как вы можете их сэкономить? Как должен выглядеть ваш «энергосберегающий режим»?

«Ты только не расстраивайся»: как преподносить плохие новости

Всем нам когда-то приходилось сообщать плохие новости. Одни рассказывали о заваленном экзамене, другие — о разбитой машине, третьи — о затопленной соседями квартире. Узнавать неприятную информацию не любит никто, но гораздо хуже быть гонцом, который принес плохую весть. Даже если вы не виноваты в произошедшем, вас все равно могут обвинить. Рассказываем, как вести себя в этой ситуации. Выберите подходящие место и время Конечно, идеального времени для сообщения плохих новостей не бывает, но постарайтесь не делать этого, стоя в очереди в магазине или в день рождения. Лучше всего для такого разговора подойдет тихое спокойное место, например, кафе или парк, где вам никто не сможет помешать. Если вы вынуждены донести неприятную информацию до коллеги, сделайте это в своем кабинете или в переговорной. Вполне возможно, что новость предполагает последующее обсуждение — в этом случае выделите для разговора больше времени, чтобы выслушать собеседника или ответить на его вопросы. Сообщайте новости при личной встрече Да, иногда сообщение новостей не терпит отлагательств, и возможности встретиться лично нет (например, если вы находитесь в другом городе). Но в любой другой ситуации постарайтесь рассказать человеку о том, что произошло, с глазу на глаз. Информировать об увольнении через эмейл и расставаться через смс — плохая идея. Так вы проявляете неуважение к человеку и его чувствам. Согласны, рассказывать печальные новости бывает невероятно тяжело, но не пытайтесь таким образом снять с себя ответственность и абстрагироваться от чужих эмоций. Подготовьтесь к разговору Если вы понимаете, что разговор предстоит трудный, запишите в блокноте основные моменты, которые нужно будет обсудить. Можно даже несколько раз отрепетировать, чтобы меньше нервничать во время беседы. Конечно, зачитывать заготовленную речь по бумажке не стоит, но план разговора точно пригодится — он поможет предусмотреть возможные трудности. Сохраняйте спокойствие, но не говорите сухим и официальным тоном. Безразличие и холодность — худшее, что вы можете предложить собеседнику. Предложите альтернативу Когда будете сообщать плохую новость, подумайте, как вы сможете продолжить разговор. Не стоит озвучивать негативную информацию, а затем оставлять человека наедине со своими мыслями. Предложите альтернативный исход беседы, в котором, возможно, будет решение проблемы. Например, вы сообщаете другу, что вас обоих выселяют из квартиры, но при этом добавляете, что у вас есть другой вариант жилья. К сожалению, не во всех ситуациях можно предложить решение, однако стоит закончить разговор на позитивной ноте. Не лейте воду Все эти фразы по типу «Ты только не нервничай», «Присядь, нам нужно поговорить», «Пожалуйста, не расстраивайся» лишь накаляют обстановку. Чем дольше вы медлите, тем сильнее накручивает себя собеседник. Сообщать плохие новости — все равно, что вправлять вывих: действовать нужно быстро и четко. Речь не о том, чтобы ошарашить человека прямо с порога и уйти, даже не дождавшись ответной реакции. Вежливо поздоровайтесь, выразите сожаление и перейдите к теме разговора. Пусть любая смягчающая информация и слова поддержки последуют потом, когда все будет озвучено и принято к размышлению. Говорите мягко, но честно Скрывать неприятную правду — плохая идея. Эми Морин, практикующий психотерапевт и клинический социальный работник, считает, что излишняя мягкость и жалость в разговоре лишь навредят. Например, если вы увольняете сотрудника, то не стоит говорить, что в этом нет его вины, что он отличный специалист и прекрасно справляется со своей работой. Тогда почему же вы его увольняете? Постарайтесь деликатно объяснить, в чем причина такого решения и где сотрудник ошибся. Он должен понимать, почему теряет работу, а не сам додумывать, какие его действия привели к такому исходу. Исследователи Алан Мэннинг из университета Бригама Янга и Николь Амар из университета Южной Алабамы утверждают, что когда дело доходит до плохих новостей, большинство людей предпочитают прямоту и откровенность. Это помогает им настроиться на серьезный лад и лучше воспринять сказанное. Чрезмерная мягкость может привести к тому, что собеседник заподозрит неладное, начнет нервничать и переживать. Зачем доводить до такого? Сопереживайте После того, как человек услышит плохую новость, ему нужна будет поддержка. Но обратите внимание, что сопереживание должно быть уместным и естественным, иначе положительного эффекта от него не будет. Например, если у человека сгорела квартира, вряд ли его успокоит фраза «Ничего, новую купишь!». Также неудачной будет попытка пошутить и развеселить собеседника. В такие моменты человек нуждается в помощи и поддержке. Возможно, вы можете ему предложить временное жилье или финансовую помощь. Но даже если у вас нет решения проблемы, неравнодушный тон и искреннее участие помогут снизить градус напряжения. Мотивируйте задавать вопросы Прояснить кризисную ситуацию получится только в том случае, если разобраться в деталях и составить план действий. Поэтому если у собеседника будут возникать вопросы по ходу беседы, не уклоняйтесь от них, а четко отвечайте. Более того, если вы хотите помочь человеку справиться с проблемой, мотивируйте его задавать вопросы, продемонстрируйте свое участие. Руководителям компаний полезно будет ввести традицию открытых дверей. Например, в KFC любой сотрудник может зайти в кабинет к непосредственному руководителю и поделиться своими мыслями и переживаниями по тому или иному поводу. Это помогает выработать эффективные решения. Контролируйте себя В журнале Journal of Experimental Psychology: General опубликовали статью, — в ней говорится, что мы с большой неприязнью относимся к людям, которые сообщают плохие новости — даже если они простые посланники, не имеющие отношения к проблеме. Особенно сильно достается «гонцу», который приносит неожиданную новость. Именно поэтому совсем не удивительно, что на нас обрушивается град критики и гнева, когда мы сообщаем плохие новости. В этой ситуации нужно постараться не воспринимать претензии на свой счет и оставаться спокойным. Поймите, что реакция собеседника скорее импульсивная, поэтому не стоит отвечать слишком грубо и резко. Мягко и деликатно укажите человеку, что он делает ошибку, обвиняя вас во всех смертных грехах, и вашей вины в произошедшем нет. После того, как градус напряжения снизится, продолжите беседу. Предоставьте факты Если собеседник излишне эмоционально реагирует на новость, позаботьтесь о том, чтобы он узнал всю информацию, которая есть в вашем распоряжении. Объясните, по какой причине это произошло, кто стал инициатором события, и так далее. Конечно, все зависит от конкретного случая и темы, но не старайтесь утаивать важные факты, если они могут изменить отношения собеседника к ситуации. Он должен увидеть картину в целом и сделать выводы, которые будут ему в будущем полезны. Если вы оказались «между двух огней», не принимайте ничью сторону, старайтесь сохранять нейтральную позицию.

«Многие женщины, увидев этот странный предмет, теряли сознание…»: из истории цилиндра

15 января 1797 года в Лондоне был задержан и оштрафован шляпный мастер Джон Гетерингтон, вызвавший общественные беспорядки своим появлением на оживленной улице в цилиндре собственного изготовления. «Джон Гетерингтон гулял вчера по тротуару набережной, имея на голове громадную трубу, сделанную из шелка и отличавшуюся странным блеском. Действие ее на прохожих было ужасно! Многие женщины, увидев этот странный предмет, теряли сознание, дети кричали, а одного парня, который как раз возвращался от мыловара с покупками, сбили в пробке, и он сломал себе руку. Поэтому господину Гетерингтону пришлось вчера отвечать перед лордом-председателем, к которому его привел отряд вооруженной полиции», — писала одна из газет. По одним данным, возмутителя спокойствия оштрафовали на 50 фунтов стерлингов, по другим — на 500! Цилиндр — «высокая шляпа для джентльменов, имеющих высокие цели» — квинтэссенция английского дендизма. Это одна из наиболее популярных форм шляп XIX века. Этот головной убор, считающийся в наши дни старомодным символом респектабельности и консерватизма, когда-то воспринимался как недопустимый по отношению к добропорядочной публике. Дело в том, что эту высокую шляпу в XVII столетии начали носить английские пуритане, а сто лет спустя она стала символом борьбы за независимость североамериканских колоний Британской империи. И, наконец, на начальном этапе Великой французской революции цилиндры надели буржуа, представители третьего, непривилегированного сословия. Из повседневного употребления цилиндры совершенно вышли после Первой Мировой войны. Они еще какое-то время носились в торжественных случаях (званные вечера, общественные церемонии, ритуальные похороны, свадьбы). Дипломатический этикет регламентировал ношение цилиндра вплоть до 1970-х годов.

Александр Бирштейн «О поэзии»

— Тебя выгонят с волчьим билетом из детского сада, и все станет фарфолен! — сказала бабушка. Что такое «фарфолен», я не знал. Но не это меня интересовало. — А куда волки ходят по билету? — спросил я. — В баню! — в сердцах крикнула бабушка. — Нет, этот ребенок специально придуман, чтоб довести меня до Свердловки! — Мне не нужен волчий билет, — поставил я бабушку в известность. — Я пока хожу в баню без билета. Так что, наверное, не выгонят, — успокоил я ее. Дело в том, что я отказался читать на детском утреннике общеобразовательные стихи типа «Наша Маша...» или «Бычок» и настаивал на чем-то из Есенина. В те времена стихи Сергея Есенина не очень-то издавали, но бабушка знала их великое множество. И любила декламировать. В общем, сейчас и пожинала плоды этого. Воспитательницы пошли бы и на Есенина, если бы я согласился, например, на березку, но я категорически хотел исполнить «Письмо матери». Предварительное прослушивание уложило в обморок нянечку и одну из воспитательниц. Вторая продержалась до лучших строк в моем исполнении. И когда я завыл «Не такой уж жалкий я пропойца...» — попыталась сползти вдоль стены. — Слава Богу, что нормальные дети это не слышат! — возопила она, придя в себя. Ну, тут она малость загнула. Тот случай! Я стану читать любимого поэта без публики? Дождетесь! Короче, дверь в игровую комнату я специально открыл, да и орал максимально громко. — А что такое тягловая бредь? — спросила, едва воспитательница вошла в игровую, девочка Рита. — Тягостная! — поправил я. — Марина Андреевна, почему вы плачете? — спросила на этот раз Рита. В общем, снова досталось родителям. После серьезного разговора с папой, во время которого им была выдвинута версия, что дать пару раз некоему мерзавцу по мягкому месту — мера все-таки воспитательная, как лицо, крайне заинтересованное в исходе дискуссии, я выдвинул ряд возражений, ссылаясь на такие авторитеты, как бабушка, Корчак и дядя Гриша. (У дяди Гриши были четыре дочери, поэтому меня он очень любил и баловал). — Как на это безобразие посмотрит твой старший брат? — вопросил я папу, педалируя слово «старший». Дело закончилось чем-то вроде пакта. То есть я дал обещание никакие стихи публично не декламировать! — Ни-ка-ки-е! — по слогам потребовал папа. Я обещал. Причем подозрительно охотно. — Кроме тех, которые зададут воспитательницы! — спохватился папа. Пришлось пойти и на это. Нельзя сказать, что для детсадовских воспитательниц наступило некое подобие ренессанса. Все-таки кроме меня в группе имелось еще девятнадцать «подарков». Но я им докучал минимально. А силы копились... Ох, папа... Как меня мучило данное ему слово! И вот настал какой-то большой праздник. И должны были прийти все родители и поразиться тому, как мы развились и поумнели. И от меня потребовали читать стихи. — Какие? — спросил я. — Какие хочешь! — ответила потерявшая бдительность воспитательница. — А Маршака можно? — Разумеется! — заулыбалась она. Для нее Маршак — это были мягкие и тонкие книжечки «Детгиза». Когда за мной вечером пришел папа, я все-таки подвел его к воспитательнице и попросил ее подтвердить, что я должен читать на утреннике стихотворение Самуила Маршака. Та подтвердила и даже погладила меня по голове. — Какое стихотворение? — уточнил бдительный папа. — Маршака? — удивилась она и назидательно добавила: — Стихи Маршака детям можно читать любые! Пора бы вам это знать! Сконфуженный папа увел меня домой. И вот настал утренник. И все читали стихи. А родители дружно хлопали. Пришла моя очередь. — Самуил Маршак, — объявил я. — «Королева Элинор». Не ожидая от Маршака ничего плохого, все заулыбались. Кроме папы и мамы. Мама даже хотела остановить меня, но папа посмотрел на воспитательницу и не дал. — Королева Британии тяжко больна, — начал я, — дни и ночи ее сочтены... — и народу сразу стало интересно. Ободренный вниманием, я продолжал... Когда дело дошло до пикантной ситуации с исповедниками, народ не то чтобы повеселел, но стал очень удивляться. А я продолжал: — Родила я в замужестве двух сыновей... — слабым голосом королевы проговорил я. — Старший сын и хорош и пригож... Тут мнения разделились. Одни требовали, чтоб я прекратил. А другим было интересно... И они требовали продолжения. Но мне читать что-то расхотелось. И я пошел к маме с папой. Поплакать. По дороге домой очень опасался, что мне вот-вот объявят о каких-то репрессиях. Тем более папа что-то подозрительно молчал. — Да, кстати, — наконец сказал он, — ты ж не дочитал до конца. Прочти сейчас, а то мы с мамой забыли, чем дело-то кончилось! И прохожие удивленно прислушивались к стихам, которые, идя за ручку с родителями, декламировал пятилетний мальчишка...