Язык телодвижений. Секреты невербальной коммуникации

Во всем мире основные коммуникационные жесты не отличаются друг от друга. Когда люди счастливы, они улыбаются, когда им грустно — они хмурятся, когда злятся — у них сердитый взгляд. Почти повсюду в мире кивание головой означает «да» или подтверждение. Похоже, что это врожденный жест, поскольку он также используется глухими и слепыми людьми. Покачивание головой, чтобы показать отрицание или несогласие, также универсально и может быть одним из жестов, изобретенных в детстве. Когда маленький ребенок сыт, он вертит головой из стороны в сторону, чтобы увернуться от ложки, которой его кормят родители. Таким образом, очень быстро он учится использовать качание головой, чтобы выразить свое несогласие и отрицательное отношение. Происхождение некоторых жестов можно проследить на примере нашего первобытнообщинного прошлого. Оскаленные зубы до сих пор используются современными людьми, когда кто-то злобно ухмыляется или проявляет свою враждебность каким-либо иным образом. Изначально улыбка была символом угрозы, но сегодня в сочетании с дружескими жестами она обозначает удовольствие или доброжелательность. Жест «пожимание плечами» — хороший пример универсального жеста, который указывает на то, что человек не знает или не понимает, о чем говорится. Это сложный жест, состоящий из трех компонентов: развернутые ладони, приподнятые плечи, приподнятые брови. Подобно тому, как вербальные языки отличаются друг от друга в зависимости от типа культуры, невербальный язык одного народа отличается от невербального языка другого. В то время как определенный жест может быть общепризнанным и иметь четкую интерпретацию в одной нации, в другой стране он может не иметь никакого обозначения или иметь совершенно противоположное значение. Например, рассмотрим разницу в интерпретации разными народами трех типичных жестов — безымянного пальца, поднятого большого пальца и V-образного жеста. Жест «о'кей» или кружок, образуемый пальцами руки. Этот жест был популяризирован в Америке в начале XIX века в основном прессой, которая в то время начала кампанию по сокращению слов и общеупотребительных фраз до их начальных букв. Относительно того, что означают буквы «ОК», мнения расходятся. Некоторые считают, что имели в виду «all correct» — все правильно, но потом в результате орфографической ошибки это превратилось в «oll-korrect». Существует еще одна теория, согласно которой это аббревиатура от «all Kinderhoor», места рождения американского президента Ван Бюрена, который использовал эти буквы (O.K.) в качестве лозунга кампании. Мы никогда не узнаем, какая теория верна, но кажется, что сам круг представляет собой букву «О» в слове «ок». Во Франции он означает «ноль» или «ничего», в Японии — «деньги», а в некоторых странах Средиземноморского бассейна этот жест используется для обозначения гомосексуальности мужчины. Поднятый вверх большой палец. В Америке, Англии, Австралии и Новой Зеландии большой палец вверх имеет три значения. Обычно его используют при «голосовании» на дороге, при попытках поймать проезжающую машину. Второе значение — «все в порядке», и когда большой палец резко поднят вверх, это становится оскорбительным знаком, означающим непристойное проклятие. В некоторых странах, например, в Греции, этот жест означает «заткнись», поэтому вы можете представить себе положение американца, пытающегося поймать этим жестом проезжающую машину на греческой дороге. Когда итальянцы считают от одного до пяти, этот жест обозначает цифру 1, а указательный палец обозначает 2. Когда считают американцы и британцы, указательный палец означает 1, а средний палец — 2, и в этом случае большой палец означает цифру 5. V-образный знак пальцами. Этот знак очень популярен в Великобритании и Австралии. Во время Второй мировой войны Уинстон Черчилль популяризировал знак «V» для обозначения победы, но для этого обозначения рука повернута тыльной стороной к говорящему. Если же при этом жесте рука повернута ладонью к говорящему, то жест приобретает оскорбительное значение — «заткнись». Во многих странах этот жест также означает цифру 2. Эти примеры говорят о том, к каким недоразумениям могут привести неправильные толкования жестов, не учитывающие национальные особенности говорящего. Часто можно наблюдать, как политик, плотно скрестив руки на груди (защитная поза), с опущенным подбородком (критическая или враждебная поза), рассказывает аудитории, насколько он восприимчив и дружелюбен к идеям молодежи. Он может попытаться убедить публику в своем гуманном отношении, нанося быстрые и резкие удары по трибуне. Зигмунд Фрейд однажды заметил, что, когда пациентка на словах убеждала его в том, что она счастлива в браке, она бессознательно снимала с пальца и надевала обручальное кольцо. Фрейд понимал значение этого непроизвольного жеста и не удивился, когда у пациента стали возникать семейные проблемы. Кроме учета совокупности жестов и соответствия между словами и телодвижениями, для правильной интерпретации жестов необходимо учитывать контекст, в котором живут эти жесты. Если вы, например, увидите в холодный зимний день на автобусной остановке человека, сидящего со скрещенными ногами и руками, с опущенной головой, то, скорее всего, это будет означать, что он просто замерз. Если при заключении сделки напротив вас за столом переговоров сидит человек в такой же позе, то в сложившейся ситуации жесты следует интерпретировать как негативное или защитное отношение. Вот еще несколько примеров телодвижений человека. • Если знакомый горбится, это свидетельствует о том, что ему нанесли сильнейшую обиду или он пережил мощный стресс. Непомерная «тяжесть проблем» не дает ему расправить плечи. Он испытывает дискомфорт от того, что не может справиться с ситуацией, и таким образом закрывается. • Если собеседник наклоняется в сторону оратора — он заинтересован темой беседы. • Наклоняя голову и одновременно опуская веки, собеседник высказывает полное одобрение. Если человек часто трогает руками лицо, касаясь глаз или уголков рта, он вам не доверяет. • При волнении и раздражении человеку свойственно поглаживать себя, поправлять волосы или катать первое, что попалось под руку. Иногда он засовывает пальцы в рот. В этом случае ему необходимы поддержка и одобрение оппонента. • Доверие, открытость, готовность к сотрудничеству демонстрируют раскрытые ладони. Если он не скрещивает локти и ноги, то импонирует вам. А если он отвел руки за спину и высоко поднял подбородок, то тем самым демонстрирует свое превосходство. • Чтобы убедить партнера в ответственном подходе к дальнейшему сотрудничеству, следует использовать следующий метод. В ходе деловых переговоров необходимо мысленно нарисовать потенциальному партнеру треугольник между глазами выше переносицы и смотреть в эту зону. Скорость некоторых жестов и их очевидность для глаза зависит от возраста человека. Например, если пятилетний ребенок солгал своим родителям, он тут же прикрывает рот одной или двумя руками. Этот жест закрывания рта покажет родителям, что ребенок солгал. Когда подросток лжет, рука почти так же прикрывает рот, но только пальцы слегка обводят линию губ. Когда взрослый лжет, его мозг посылает ему импульс прикрыть рот, пытаясь задержать слова обмана, но в последний момент рука уклоняется от его рта, и рождается другой жест — прикосновение к носу. Несколько признаков языка тела по Максу Эггерту: • поглаживание подбородка — обдумывание решения, оценка; • искренняя улыбка — приветствие, стремление к сближению, одобрение; • потирание глаз — смущение, усталость; • рука покоится на голове — заинтересованная оценка; • поглаживание шеи сзади — ощущение угрозы или гнев; • стиснутые кулаки — фрустрация (чем сильнее фрустрация, тем выше кулаки); • потирание ладоней — надежда на успех; • руки сцеплены — уверенность, расслабленность, самонадеянность; • рукопожатие с обхватом локтя — попытка демонстрации тесной дружбы; • протягивание руки ладонью вниз — попытка оказать давление; • протягивание руки ладонью вверх — признак подчинения; • рукопожатие, другая рука на плече — попытка демонстрации близости; • рукопожатие с вертикальными ладонями и примерно одинаковой силой — проявление уважения, признание равенства; • рукопожатие с обхватом запястья — проявление радости при встрече; • покусывание губ — тревога, нежелание высказываться; • облизывание губ — тревога, привлечение внимания; • поглядывание на часы — желание уйти, скука, безразличие. Самый частый вопрос: «Можно ли контролировать собственный язык тела?» Скорее всего, нет, потому что вас выдаст отсутствие согласованности между жестами, микросигналами тела и произнесенными словами. Например, открытые ладони ассоциируются с честностью, но когда мошенник открывает вам руки и улыбается, говоря неправду, микросигналы его тела выдадут его потайные мысли. Это может быть сужение зрачков, приподнятая бровь или искривление уголков рта. Существуют, однако, случаи, когда языку тела специально обучают для достижения благоприятного впечатления. Например, конкурсы красоты «Мисс мира», в которых каждую участницу тренируют движениям тела, излучающим тепло и искренность. Многие политики умеют копировать язык тела и используют его, чтобы привлечь на свою сторону избирателей. Говорят, что такие политики имеют «божий дар». Мы улыбаемся, киваем головой и подмигиваем, пытаясь скрыть свою ложь. К сожалению для нас, наше тело говорит правду своими знаками, и есть несоответствие между сигналами, считываемыми с лица и тела, и словами. Попробуйте провести простой эксперимент. Сознательно скажите неправду своему знакомому и сделайте осознанную попытку подавить любые телодвижения. Даже если вы намеренно подавляете яркие, запоминающиеся жесты, ваше тело будет передавать множество крошечных микросигналов. Это может быть искривление мимических мышц, расширенные или суженные зрачки, пот на лбу, румянец на щеках, быстрое моргание и многие другие жесты, сигнализирующие об обмане. Очевидно, что для того, чтобы не выдать себя в момент произнесения неправды, вам нужно сделать так, чтобы не было полного обзора вашей позы. Поэтому в полиции при допросе подозреваемого помещают на стул в хорошо видимом или хорошо освещенном месте комнаты. Естественно, ваша ложь будет менее заметна, если в этот момент вы будете сидеть за столом, или стоять за забором или закрытой дверью, так как ваше тело будет частично скрыто. Но самый простой способ вранья — по телефону. Собеседник не видит ни вашего лица, ни вашего тела. В заключение я хочу сказать, что сложно имитировать и подделывать язык тела в течение длительного периода времени, но полезно научиться использовать позитивные открытые жесты для успешного общения с другими людьми и избавиться от жестов, несущих негативный оттенок. Это позволит вам чувствовать себя комфортнее в обществе людей и сделает вас более привлекательным для них.

Почему постоянно извиняться — это плохо

Нам кажется, что извинения — это проявление вежливости, тактичности и хорошего воспитания. Однако если просить прощения на каждом шагу, когда нужно и не нужно, у окружающих возникнет впечатление, что вы не наделяете слово «извини» никакой ценностью. По каким еще причинам извиняться — плохая идея? Что такое чрезмерное извинение? Представьте, что вы с друзьями собираетесь в ресторане, чтобы пообщаться, поделиться новостями, рассказать о своих успехах и неудачах. Однако разговор не клеится по причине того, что одна из присутствующих девушек постоянно извиняется: • Я по ошибке взяла твое меню, прости пожалуйста. • Я не заметила твою новую прическу. Извини, я такая невнимательная! В результате, чтобы как-то сгладить ситуацию, вам постоянно придется повторять: «Да все нормально, не переживай». Как результат — все испытывают дискомфорт. Возможно, кто-то, наоборот, посчитает такое поведение тактичным и любезным, однако уже после третьего извинения за пять минут начнет тихо раздражаться. Чрезмерное извинение проявляется, когда вы просите прощения без повода. То есть, вы не сделали ничего плохого или взяли на себя ответственность за чей-то поступок. Например, если в ресторане вам принесли недожаренный картофель фри, мы говорим официанту: «Извините, но это блюдо плохо приготовлено», хотя в этом нет вашей вины. Просить прощения за такую еду должен повар. Или другой пример: вы знакомите своего парня с друзьями, и он выдает неуместную шутку. Вам становится неловко, и вы сразу пытаетесь оправдать его в глазах окружающих, говоря что-то вроде «Простите, вообще-то он не такой». Почему не стоит извиняться без повода? Если постоянно просить прощения, вы обесцените ваши извинения в случаях, когда они действительно необходимы. Кроме того, это проявление неуверенности в себе и в своих силах — если вы наглядно продемонстрируете окружающим, что у вас низкая самооценка и ваше эмоциональное состояние легко расшатать, они смогут воспользоваться этим. Неуместное «прости» становится некой формой самокритики, ведь за этим словом скрывается «я не прав», «я виноват». Это разрушает самоуважение. Извинения без повода — частая проблема людей, склонных к созависимости. Это признак низкой самооценки, чрезмерного внимания к чужим потребностям и чувствам, страха перед конфликтами. Вы оправдываете поведение друзей, родственников и коллег так, как будто сами совершили этот поступок. Вы чувствуете себя ответственным за решение чужих проблем. Вы принимаете вину за то, что не могли контролировать. Вам кажется, что вы являетесь проблемой для окружающих. Вы боитесь критики, поэтому стараетесь быть «удобным» для всех. Почему вы постоянно извиняетесь? • Вас так воспитали. Многих девушек с детства воспитывают так, чтобы они ощущали свою вину, если по какой-то причине не смогли выполнить функцию своеобразной станции эмоционального техобслуживания. Итогом такого воспитания является то, что женщины чувствуют ответственность за все происходящее, хотя зачастую и не имеют к событиям никакого отношения. • Для вас слишком важно чужое мнение. Иногда извинения — это шанс казаться лучше. Все любят милых, добрых, вежливых людей, поэтому вы не хотите разочаровывать окружающих и стремитесь выглядеть в их глазах именно таким человеком. • У вас низкая самооценка. Вы постоянно переживаете, что сделали что-то не так, доставили кому-то неудобства, создали проблемы или попросили слишком многого. Даже когда вы звоните другу, первая фраза, которую вы произносите: «Прости, я, наверное, тебя отвлекаю?» • Вы испытываете дискомфорт. Иногда вы просите прощения просто потому, что чувствуете себя не в своей тарелке, не знаете, что сказать или сделать. В такие моменты вам кажется, что вы не соответствуете другим, и вы извиняетесь за это. • Вы привыкли. Иногда стремление постоянно извиняться — это некое проявление скромности, которое возникло давным-давно, а со временем превратилось в привычку. Вы можете даже не осознавать, что просите прощения уже пятый раз, или осознавать, но быть не в силах что-то изменить. Как бороться с «прости-извини» лихорадкой? Есть хорошая новость. Чтобы избавиться от этой вредной привычки, не обязательно осознавать причину, по которой она появилась. Если вы заметили, что извинения льются рекой, постарайтесь реже это делать. В этом помогут следующие советы: • перед тем, как сказать «прости», сделайте паузу и спросите себя, действительно ли вы виноваты в сложившейся ситуации. Если ответ «нет», не нужно извиняться; • выражайте сострадание другим способом — если через «извини» вы пытаетесь выразить свое сожаление или сострадание, придется найти другой способ. Например, можно сказать: «Я знаю, слышать такое тяжело» или «Я всегда готова выслушать, если ты из-за чего-то расстроен»; • изучите свои триггеры — проанализируйте ситуации, в которых вы чаще всего просите прощения, и запишите десять вещей, провоцирующих такую реакцию. Подумайте, чем можно заменить слово «извини», а затем потренируйтесь с одной из таких ситуаций, стараясь не говорить «прости»; • осторожно формулируйте вопросы — не стоит извиняться, если вы просто не поняли смысл фразы собеседника и хотите прояснить для себя некоторые моменты. Вместо «Извините, но я понял» спросите: «Не могли бы вы подробнее рассказать об этом, приводя примеры?» За что извиняться не нужно? У вас есть полное право не стыдиться, не брать на себя ответственность и не просить прощения за: • внешность — да, вы поправились, не накрасились и не замаскировали темные круги под глазами, появившиеся из-за недосыпа. Да, вы надели платье с глубоким декольте, покрасили волосы в розовый и сделали пирсинг. Как говорится, ваше тело — ваше дело, и извинения здесь неуместны; • эмоции — злость, волнение, страх, радость и другие — естественны для каждого человека. Извиняться за них — все равно что оправдываться за то, что вы замерзли или хотите есть. Нет ничего плохого в том, чтобы выражать свои эмоции в адекватной форме. Не срывать злость на детях и не хамить клиентам, а признавать эмоции, чтобы понимать потребности; • мнения и убеждения — это именно то, что делает вас индивидуальным. Если вы хотите быть «удобным», то, конечно, вам проще принять чужую позицию. Но если вы стремитесь быть личностью, не бойтесь высказывать свое мнение и не просить за него прощения. Вы так считаете и точка; • воспитание детей — вы не должны извиняться за то, что соседка кормит своих детей сырниками, обжаренными на кокосовом масле, а вы — жареной картошкой. Или за то, что ваш ребенок в год еще не ходит. Сидеть с малышом три года в декрете или выйти на работу спустя несколько месяцев после родов — это тоже только ваше решение; • заботу о себе — вы можете вместо уборки пойти на массаж или отказать подруге в помощи с ремонтом в ваш единственный за последний месяц выходной. Стоит понять, что заботиться о себе — не значит быть эгоистом.

Такое незаметное обесценивание

Этот «зверь» коварен тем, что его не замечают. Просто искренне не понимают, что в этом такого. Речь об обесценивании. Причем не замечают и те, кто высказывается в обесценивающем русле, и адресаты этих посланий: они просто чувствуют, что разговор им неприятен, а в чем дело, не поймут. «Ты что, вправду собираешься это носить?» «У тебя не получится, ты что, вспомни, как было в прошлый раз!» «Молодец, но мог бы и лучше!» «Опять ерундой занимаешься!» Обесценивание может выглядеть куда безобиднее и маскироваться даже под… заботу: «Ну не переживай, у тебя еще сто таких Сашек будет!» — и так обесценивается вся гамма первых чувств девушки, от горечи потери до самой трепетной влюбленности. Вы и сами наверняка можете припомнить множество фраз в том же духе, которые вроде бы «ничего такого», но на самом деле душат. Останавливают. Подрезают крылья. Есть люди, для которых обесценивающая модель поведения — норма жизни. Да что там поведение, у них и мировоззрение в том же ключе. Это те люди, которым зимой слишком холодно, летом слишком жарко, а весной цветы недостаточно яркие. Откуда это в нас? От низкой психологической культуры (да, все еще, хотя психпросвет таки делает свое дело). И от большого неуважения, в первую очередь к самим себе. Потому что если мы что-то делаем и замечаем свой вклад, замечаем собственные шаги, признаем трудности, радуемся победам, то мы более трепетно относимся и к чужому пути. А если для нас собственные достижения проходят незаметно, то и достижения других нам проще обесценить. Да и вообще, обесценить всегда проще, чем испытать сложные чувства: растерянность, смущение, зависть и т.д. Проще сказать «это все ерунда», чем вчувствоваться. Вот только цена у такого бесчувствия высоковата. Обесценивая собственные психологические переживания, мы однажды дойдем до той точки, где нет никаких эмоций — ни плохих, ни хороших: закономерный результат, когда мы не откликаемся на внутренние импульсы и подавляем любые переживания. Для чего люди обесценивают? • Чтобы не завидовать. Обесценивание дает возможность сохранить собственную позитивную самооценку и пригождается людям, чья самооценка шаткая и не имеет внутренней опоры, поэтому сильно зависит от других людей. И тогда можно идти по конструктивному пути сохранения позитивной самооценки, достигая и строя что-то, а можно по деструктивному, критикуя и унижая других людей, чтобы возвыситься на их фоне. • Чтобы не сталкиваться с собственными неприятными чувствами. Когда внутри от соприкосновения с чужой красивой картинкой возникает не вдохновение, а тяжелые чувства вроде зависти или мыслей о собственном ничтожестве, сложно пойти разбираться с собой. Сложно, больно, а если с терапией, то еще и дорого. Проще всего принизить то прекрасное, что всколыхнуло такие чувства. А вы знали, что в XVII в. трапезная, на стене которой была роспись «Тайная вечеря» Да Винчи, использовалась как оружейный склад, и солдаты упражнялись в меткости, швыряя в фигуры апостолов камни? Теперь немного понятнее, что побуждало их к этому, правда? • Чтобы избежать разочарований. Неожиданно, но есть и такой механизм: бывают люди, которые легко очаровываются и легко разочаровываются. Они катаются на таких качелях постоянно и, пару раз обжегшись в точке разочарования, стараются снизить градус своего восторга с помощью обесценивания: на смену «ой, девочки, он такой..!» приходит циничное «да все они одинаковые». • Чтобы ничего не менять. Можно сказать, из страха. Например, не хочется поверить в то, что можно прилично зарабатывать, переведя свой бизнес из офлайна в онлайн, ведь это будет означать, что нужно что-то делать. Изучать новую сферу, сталкиваться с новыми специалистами, преодолевать барьеры. Проще обесценить: «Да ну вас, ерунда ваши интернет-магазины». Откуда берется обесценивание? Конечно, из детства. Люди, которые постоянно обесценивают, вероятно, росли в атмосфере критики и отсутствия принятия: они вечно были для родителей «не такими». Например, когда у родителей всегда наготове есть положительный пример — пресловутый «сын маминой подруги». Как справляться с обесцениванием? Если вы замечали его за собой, то помогут осознанность и тренировка. В общении с людьми: не говорить подруге, что ей не идет новое пальто, а сделать комплимент ее стрижке. В действиях: прежде чем написать под фото медийной личности что-то уничижительное, остановиться и подумать, для чего этот комментарий вам. И даже в мыслях: каждый раз, когда ловите себя на обесценивании других людей, отслеживать, почему вы включились. Позавидовали? Хорошо, а чему конкретно? А вам это тоже надо? А что для этого можно сделать? Есть такая прекрасная практика. Сейчас расскажу вам о ней. Представьте себе человека, которому вы завидуете, на кого хотите быть похожим и т.д. А теперь ответьте на вопрос: готовы ли вы обменяться с ним жизнью? Не по кусочкам («Дайте мне ее успеха, внешности и денег, а мужа-тирана не давайте»), а всё на всё. Часто это отрезвляет. И становится понятно, что мы хотим восхищения мужчин, как у медийной дивы, но не хотим ради этого ложиться под нож или каждый день идти в спортзал. Или нам нравится автомобиль как у нашего топ-менеджера, но мы не готовы работать допоздна, да еще и в нерабочее время быть всегда на связи. С собой более-менее разобрались, а как быть с другими? Если обесценивают вас, то знайте, что это — вид психологического насилия. Вы всегда можете отстоять свои границы и сказать: «Мне неприятно это слышать», «Не говори со мной так». В конце концов, вы можете просто перестать общаться. Но если такой возможности нет, а на ваши личные границы человек чихал, то вы можете отслеживать, в какой момент вас начинают обесценивать, и перестать реагировать на это, включаться. К слову, когда мы говорим о нежелательном поведении, всегда нужно предложить альтернативу. Например, если нам не нравится, что ребенок залипает в гаджетах, мало их запретить — нужно предложить что-то взамен. Что может быть альтернативой обесцениванию? Какую модель поведения вы можете взять для себя, чтобы не превратиться в вечную «а-баба-яга-против»? Уважение к себе, а потом и к другим. К своему опыту, своим действиям и даже своим ошибкам. Когда вы поймете, что каждый в этом мире идет своим путем и в своем темпе, что у каждого разная точка старта и разные ресурсы, станет понятнее, что каждый опыт ценен.

Коротко о развитии мозга: биология добра и зла

Как говорит знаменитый приматолог и нейробиолог Роберт Сапольски, если вы хотите понять поведение человека и природу хорошего или плохого поступка, вам придется разобраться буквально во всем — и в том, что происходило за секунду до него, и в том, что было миллионы лет назад. Публикуем отрывок из его книги, где автор очень подробно рассматривает огромное количество факторов, влияющих на наше поведение, и пытаемся понять, как стадии развития мозга делают нас «плохими» или «хорошими». Завершив путешествие на Планету подростков, вернемся к нашему повествованию. Поведенческий акт — хороший ли, плохой ли, сомнительный — произошел. Почему? Все эти нейроны и гормоны оставим в стороне, ведь обычно первым делом мы обращаем взгляд в детство. Путь усложнения Детство — это тот период, когда все аспекты и мыслей, и поведения, и эмоций постепенно усложняются. При этом важно, что усложнение происходит поэтапно, минуя последовательно стандартные единообразные стадии. Почти все исследования детского развития так или иначе ориентированы на эти стадии; их тематика касается: а) последовательности стадий; б) влияния опыта на скорость и гармоничность путешествия по дороге взросления; в) влияния особенностей прохождения этих стадий на личность будущего взрослого. Давайте начнем с рассмотрения вопроса, как нейробиология определяет природу постадийного развития. Коротко о развитии мозга Идея стадий развития мозга человека совершенно обоснована. Через несколько недель после зачатия волной формируются нейроны и мигрируют на положенные им места. Примерно через 20 недель обвально образуются синапсы — нейроны принимаются «разговаривать» друг с другом. Затем аксоны начинают заворачиваться в миелин, производное глиальных клеток (т.е. идет формирование «белого вещества»). Формирование нейронов, миграция, образование синапсов происходят в основном в материнской утробe. А миелинизация запаздывает: к моменту рождения вокруг нейронов миелина еще очень мало, особенно в эволюционно молодых участках мозга; как мы видели, миелинизация продолжается целых четверть века. Ее стадии и становление соответствующих функций стандартны. Например, тот участок коры, который отвечает за восприятие речи, проходит миелинизацию несколькими месяцами ранее, чем ответственный за воспроизводство речи, — дети понимают речь раньше, чем начинают говорить. Особенно важна последовательность миелинизации, когда дело касается самых длинных аксонов у нейронов, передающих информацию на большие расстояния. Таким образом, миелинизация способствует коммуникации разных участков мозга. Ни один участок не является изолированным «анклавом», и формирование соединительных линий передач — задача наипервейшей важности: как еще чердаку мозга — лобной коре, используя несколько миелинизированных нейронов, договориться с подвалами мозга, что пора научиться ходить на горшок? Мы уже знаем, что у зародышей млекопитающих происходит перепроизводство нейронов и синапсов; нерезультативные и ненужные в результате отмирают и получаются более экономичные, практичные и эффективные контуры. При этом не будем забывать и одну из тем прошлой главы: чем позже взрослеет определенный участок мозга, тем меньше в его формировании участвуют гены и тем больше — среда. Стадии Каковы же эти стадии детского развития и как они помогают объяснить хорошее-плохое-среднее поведение взрослых, с разговора о котором началась глава и вся книга? Прародителем всех теорий детского развития стал Жан Пиаже: в 1923 г. он сформулировал — после проведения хитроумных, красивых экспериментов — четыре стадии развития интеллекта у ребенка: Сенсомоторная стадия (от рождения до ~ 24 месяцев) Малыши приобретают знания только посредством чувственного опыта. В течение этого периода, обычно к месяцам, у них появляется понятие об объекте и «постоянстве объекта», т. е. осознание факта, что если предмет исчезает из их поля зрения, то он все равно существует — у ребенка сохраняется ментальный образ того, чего у него перед глазами уже нет. Дооперациональная стадия (от ~ 2 до 7 лет) У детей формируются устойчивые идеи об устройстве мира вне зависимости от того, есть ли сейчас перед их глазами непосредственный пример. Все больше развивается символическое мышление; все больше они играют в «давай, как будто». Их рассуждения в данный период интуитивны: нет пока логики, нет причин и следствий. Это та стадия, на которой дети еще не доходят до понимания «постоянства объема». Одинаковые пробирки А и Б одинаково наполняют водой. Потом из пробирки Б воду выливают в пробирку В, которая тоньше и длиннее. «В какой пробирке теперь больше воды?» — и ребенок на дооперациональной стадии, руководствуясь безыскусной логикой, скажет, что в В: ведь линия воды в пробирке В выше, значит, и воды больше. Стадия конкретных операций (7–12 лет) Дети думают логично, их уже не поймать на ерунде с разными пробирками. Тем не менее способность к обобщению у них еще сомнительная, еще не устоялась. Так же дела обстоят и с абстрактным мышлением — услышав, например, поговорку «Видно птицу по полету», они подумают, что нужно посмотреть, как птица летит, и тогда будет понятно, какая это птица. То есть пословицы они понимают буквально. Стадия формальных операций (подростковый период) На этой стадии происходит формирование взрослой степени абстракций, рассудительности, осознания и контроля собственной мыслительной и психической деятельности. Другие аспекты интеллектуального развития тоже распределены по стадиям. На ранней стадии малыши учатся осознавать себя отдельной личностью, формируют границы собственного «Я»: «Это Я, а не кто-то другой». И вот что, например, случается, когда эти границы недостаточно прочные и ребенок не понимает, где «кончается» он и «начинается» мама: мама порезала палец, а он заявляет, будто пальчик болит у него. Потом приходит время, когда дети начинают догадываться, что другие обладают отличной от их информацией. Девятимесячные детки смотрят туда, куда им указывает палец взрослого (обезьянки и собаки делают то же самое), т.е. следуют той информации, которая есть у взрослого, а у них нет. За этим действием будто бы стоит вопрос: «Где же та игрушка? На что мне показывают?» Те, кто постарше, используют подобные концепции в более общем плане, т.е. понимают, что у других людей и мысли другие, и убеждения, и знания, а это уже поворотный пункт в построении т.н. внутренней модели психического состояния другого человека. Вот как звучат рассуждения ребенка, еще не имеющего этой модели. Взрослый и двухлетка наблюдают, как в коробку А кладут печенье. Взрослый уходит, а экспериментатор перекладывает печенье в коробку Б и затем спрашивает ребенка: «Где он (взрослый) будет искать печенье, когда вернется?» В коробке Б, скажет ребенок — он-то знает, где печенье, а что он знает, то знают и все остальные. Примерно в 3–4 года дети уже рассудят: «Он подумает — печенье в А, даже если я знаю, что оно не там, а в Б». Оп-ля! Вот вам и модель психического состояния. Такова задача на «ложное знание», и способность с ней справиться отмежевывает важнейший этап развития. Модель психического состояния теперь может позволить себе такие изощренные вещи, как понимание иронии, виды на будущее или даже вторичную модель психического состояния (предположения о том, как человек А воспринимает человека Б). В координации этой модели задействованы разнообразные участки коры: части медиальной ПФК (никто не удивился, да?) и некоторые новые игроки, включая предклинье в теменной доле, верхнюю височную борозду, височнотеменной узел. Знаем мы это по результатам нейросканирования тех пациентов, у которых нарушено функционирование модели психического состояния (у аутистов с сокращенной моделью психического состояния уменьшено количество серого вещества и снижена активность в верхней височной борозде). Еще мы знаем, что если временно дезактивировать височно-теменной узел, то испытуемые перестают понимать намерения других, когда выносят моральную оценку. Таким образом, сначала идет стадия «отслеживания взглядом», затем стадия построения первичной внутренней модели психического состояния с последующим построением вторичной модели, потом развивается видение ситуации с точки зрения другого, причем скорость перехода от одной стадии к следующей зависит от среды и опыта (например, младшие дети в семье обретают эту модель раньше, чем более старшие или единственные дети в семье). Конечно, идея постадийного развития интеллекта не единожды подвергалась критике. Один из пунктов этой критики имеет самое непосредственное отношение к теме нашей книги: модель Пиаже учитывает только интеллект, но игнорирует влияние социальных и эмоциональных факторов. Один пример, который мы еще будем обсуждать в главе 12, касается детей на довербальной стадии развития, еще не имеющих представления о принципе транзитивности (если А>Б и Б>В, то А>В). Покажите картинку с нарушенной, «неправильной» транзитивностью между предметами на экране (предмет А должен бы в соответствии с размерами свалить предмет В, а происходит все наоборот), и ребенок не выкажет никакого недоумения, взгляд не задержится на картинке надолго. А теперь оживите предметы — пририсуйте им глазки и ротик, — и у малыша ускорится сердечный ритм, он займется разглядыванием картинки, будто бы говоря: «Существо В должно было бы отойти в сторонку, а не то существо А его свалит, а не наоборот». Дети осознают логические связи между людьми раньше, чем между предметами. Конкретная социальная ситуация и интенсивность мотивации тоже могут сдвигать границы интеллектуальных стадий. Зачатки модели психического состояния хорошо прослеживаются в экспериментах с шимпанзе, которые общаются с другими шимпанзе (не человеком) или которых мотивируют тем или иным образом, например едой. Чувства и эмоции также подстраивают интеллектуальное развитие под конкретные ситуации Я наблюдал, как моя дочка поразительным образом продемонстрировала и модель психического состояния, и ее отсутствие одномоментно. Она перешла из одной начальной школы в другую и однажды отправилась навестить своих товарищей в прежней школе. Вот она стоит и вдохновенно рассказывает друзьям: «…А на перемене мы качаемся на качелях, там у нас такие качели есть. А потом мы идем обратно в школу, и Кэрол нам читает книжку». Модель психического состояния: «качаемся на качелях» — в старой школе не знают про качели, надо для них уточнить. Отсутствие модели психического состояния: «Кэрол нам читает книжку». Кэрол — учительница в новой школе; по идее, должна бы проявиться та же логика: нужно рассказать бывшим соученикам, кто такая Кэрол. Но поскольку Кэрол — это самая чудесная, самая замечательная на свете учительница, то модель психического состояния буксует. После этого я спросил дочку, почему она не сказала своим, кто такая Кэрол. «Все ее знают», — был ответ. Ну да, как же они могут ее не знать? Чувствуя боль другого Модель психического состояния подводит нас к следующей ступени: люди чувствуют не так, как я, включая и болезненные ощущения. Этого еще недостаточно для рождения эмпатии и сочувствия. В конце концов, социопаты, у которых патологически отсутствует эмпатия, великолепно используют эту модель и способны самым бессовестным образом манипулировать и прогнозировать чужие действия на три шага вперед. Строго говоря, для существования эмпатии необязательно понимать, что у других людей чувства отличаются от моих. Совсем еще маленькие детки на «домодельной» стадии развития демонстрируют зачатки ощущения чужого горя: малыш предлагает свою соску экспериментатору, старается успокоить его, когда тот изображает плач (это только самое зарождение эмпатии, ведь малыш еще не может себе представить, что кого-то можно утешить не соской, а другим, пока незнакомым малышу способом). Да, это самое-самое начало эмпатии. Может, кроха и вправду глубоко сочувствует. А может, ему просто не нравится, что взрослый плачет, и тогда попытки его утихомирить будут небескорыстными. Детская способность к эмпатии (со-чувствию) проходит от этапа ощущения боли другого как своей, потому что другой — это и есть я, к этапу со-переживания боли другого, потому что он — как я. Нейробиология детской эмпатии все это хорошо объясняет. В главе 2 мы разобрали, что если взрослый человек видит боль другого, то у него в мозге активируется передняя поясная кора. То же самое происходит и в миндалине, и в зоне островка, особенно в случае с намеренным причинением боли — отсюда ярость и отвращение. В работу включились разные участки префронтальной коры, в том числе и «эмоциональная» вентромедиальная ПФК. Когда мы видим, что другому больно (например, если ему укололи иголкой палец), у нас в ответ включается совершенно определенная, «заместительная», реакция: активируются центральное серое вещество (ЦСВ — отдел, отвечающий за восприятие нашей собственной боли), участки сенсорной коры, куда приходит информация от наших собственных пальцев, и моторные нейроны, которые командуют их движениями. И вот у нас самих непроизвольно дергаются пальцы. Исследования Жана Десети из Чикагского университета продемонстрировали, что когда семилетки наблюдают чью-нибудь боль, то у них сильнее всего активируются вполне определенные участки — это ЦСВ, сенсорная и моторная кора. При этом активация вмПФК минимальна, когда максимально возбуждение ЦСВ, т. е. две эти структуры функционально связаны. У детей постарше вмПФК функционально связана с повышенной активацией лимбических структур. А к подростковому возрасту более сильная активация вмПФК соотносится уже с теми участками мозга, которые вовлечены в работу модели психического состояния. Что же происходит? Эмпатия переходит от конкретного личного мира, где «у нее болит палец, а я неожиданно ощущаю свой собственный», к миру другого человека, где главное — его чувственный опыт, не мой. Эмпатия совсем маленьких детей не различает, нечаянно или нарочно причиняется увечье, человеку или предмету нанесен ущерб Они только со временем постигают эту разницу, как раз к тому моменту, когда снижается роль той части эмпатии, за которую отвечает ЦСВ, и в действие вступают вмПФК и участки, ответственные за модель психического состояния. Более того, целенаправленный вред теперь активирует миндалину и островок — и мы получаем гнев и отвращение к виновнику. В это же время дети учатся различать самовредительство и вред, нанесенный им кем-то другим. Система усложняется: примерно к семи годам дети уже умеют выражать сочувствие. Между 10 и 12 годами появляется эмпатия генерализованная и абстрактная — сочувствие к «беднякам», а не к какому-то конкретному бедному человеку (обратная сторона медали: тот же процесс ответственен за появление у детей негативных стереотипов). Тогда же начинает развиваться чувство справедливости. Дошкольники в массе эгалитаристы («раз у меня есть печенье, то пусть будет и у него»). Но еще до того, как детское ощущение равенства превратится в безграничную щедрость юности, формируется склонность к группированию: «Мы все равны, но с незнакомым ребенком мы равны меньше». Дети с возрастом все с большей готовностью реагируют на несправедливость, т. е. когда с кем-то поступили нечестно. Но, как обычно, пока эта способность не сформируется полностью, она проявляется с различными отклонениями. Четырех–шестилетние дети, в какой бы культурной среде они ни воспитывались, дают негативную реакцию, когда нечестно поступают с ними лично. И лишь после достижения восьмилетнего возраста (некоторые подходят к этому этапу только к десяти годам) они начинают заступаться за несправедливо обиженных других. Данная стадия может вообще не наступить, и это уже зависит от культуры, в которой воспитывается ребенок. Ощущение справедливости у маленьких детей очень сильно завязано на себя. Вскоре после того, как у детей появляется негативная реакция на несправедливое обхождение с другими, они начинают пытаться исправить этот непорядок («Ему вчера мало досталось, нужно дать побольше сейчас»). Но уже в предподростковом возрасте эгалитаризм уступает место признанию неравенства, которое теперь оправдывается теми или иными качествами, усилиями или каким-то высшим благом («Пусть она играет чаще, чем он, потому что она вообще лучше/больше тренировалась/важнее для команды»). Некоторые даже способны на самопожертвование во имя общего блага («Пусть она играет, она лучше меня»). К подростковому возрасту мальчики принимают идею неравенства с большей готовностью, чем девочки, просто с чисто утилитарных позиций. И мальчики, и девочки допускают неравенство как социальный договор: «Так уж устроено, ничего не попишешь». Моральное развитие По мере развития модели психического состояния, умения видеть точку зрения других людей, все более тонкой настройки эмпатии ребенок начинает сражаться с вопросами, что такое хорошо и что такое плохо. Пиаже специально акцентирует внимание на том, как с помощью игры дети вырабатывают правила допустимого поведения (детские правила могут отличаться от взрослых) и как придумыванием правил отражается усложнение стадий детского развития. Это наблюдение заставило одного молодого психолога приглядеться внимательнее к данной области исследований — и как оказалось, с далеко идущими последствиями. В 1950-х гг. Лоуренс Колберг, тогда еще студент старших курсов Чикагского университета, а позже профессор в Гарвардском, начал эпохальный труд по формулированию стадий морального развития. Детям предлагали обдумать морально-этические дилеммы. Вот пример. Одну женщину может спасти от смерти только определенное лекарство, причем всего одна таблетка. Но она стоит невероятно дорого. Позволительно ли женщине украсть эту таблетку? Почему? Колберг пришел к заключению, что моральное суждение — это интеллектуальный процесс, построенный на рассуждениях, которые с возрастом постепенно усложняются. Он выделил три уровня морального развития, каждый с двумя стадиями. Вам говорят, что вкусное печенье, стоящее на столе прямо перед вами, есть нельзя. Вы его съедите? Приведу донельзя упрощенные стадии рассуждений, которые формируют решение. Можно ли съесть печенье? Доконвенциональное суждение Стадия 1. Зависит от обстоятельств. Могут ли меня наказать? Накажут — это неприятно. Агрессия обычно достигает кульминации между двумя и четырьмя годами, после этого детские порывы уже обуздываются взрослыми с помощью наказаний («Отправляйся в угол!») или своими же товарищами (например, «Мы с тобой не дружим»). Стадия 2. Зависит от обстоятельств. Если я послушаюсь и не съем, меня похвалят? Похвалят — это приятно. Обе стадии эгоцентричны, основное здесь — послушание и собственные интересы («А что мне за это будет?»). Колберг обозначил возрастные рамки этого уровня примерно восьмью — десятью годами Волноваться о ребенке нужно в том случае, если агрессия, особенно с элементами измывательств, не утихает к указанному возрасту — тогда можно предположить увеличение в будущем риска взрослой социопатии (или, по-другому, формирования антисоциальной личности). Главное в поведении таких будущих социопатов — невосприимчивость к негативной реакции окружающих на их действия. Как мы уже говорили, у социопатов высокий болевой порог, чем объясняется отсутствие у них эмпатии: если не чувствуешь свою боль, то и чужую не почувствуешь. Это также помогает понять их невосприимчивость к негативной реакции окружающих: зачем же менять поведение, если наказание даже не ощущается? На рассмотренных стадиях дети начинают мириться после ссор и получать удовлетворение от того, что помирились (в частности, при этом у них снижается выработка глюкокортикоидов и уходит тревога). Подобная награда сулит личную (нейробиологическую) выгоду, поэтому определенно стоит помириться. Удовольствие от примирения можно увидеть и с другой стороны — со стороны прагматической выгоды: дети с большей готовностью улаживают конфликты с людьми, имеющими отношение лично к ним. Можно ли съесть печенье? Конвенциональное суждение Стадия 3. Зависит от обстоятельств. Если я съем, то кое-кому не достанется. А он/она мне нравится? А как бы поступили другие? Что про меня подумают, если я съем? Заботиться о других — это хорошо; приятно, когда меня считают хорошим. Стадия 4. Зависит от обстоятельств. Что говорит закон? Можно ли его нарушать? А что если все нарушают этот закон? Порядок — это хорошо. Вот у нас есть судья, и у него дело о грабительских, но законных процентах по кредиту, и он думает: «Мне жалко всех этих пострадавших… но я здесь сижу для того, чтобы решить, нарушил банк закон или нет… а банк закона не нарушал». Конвенциональное моральное суждение относительно (оно касается ваших взаимодействий с другими и их последствий). Большинство подростков и взрослых находятся на этом уровне. Можно ли съесть печенье? Постконвенциональное суждение Стадия 5. Зависит от обстоятельств. Откуда на столе появилось печенье? Кто решил, что мне нельзя его есть? Спасет ли чью-то жизнь, если я съем печенье? Хорошо, когда четкие правила можно гибко приспосабливать к обстоятельствам. Тогда бы наш судья думал так: «Да, банк законов не нарушал, но ведь законы существуют, чтобы защищать слабых от сильных, и тогда не столь важно, подписан или не подписан кредитный договор, банк постановим закрыть». Стадия 6. Зависит от обстоятельств. Что важнее — закон или мои собственные моральные принципы по данному вопросу? И если что случится, готов ли я отвечать за свои принципы? Прекрасно осознавать, что на свете есть вещи, о которых я буду петь снова и снова: «Меня не собьешь с пути, я твердо стою на своем…». Этот уровень по сути своей эгоистичен, т.к. правила его рождаются изнутри и отражают работу собственной совести; каждый проступок требует конечной стоимости — необходимости жить в мире с самим собой после этого На этом уровне приходит осознание, что быть хорошим и подчиняться закону — не одно и то же. Как пел Вуди Гатри в песне «Pretty Boy Floyd»: «Я уважаю порядочного человека по ту сторону закона и терпеть не могу негодяев, законов придерживающихся». Стадия 6 эгоистична еще и потому, что строится на самоуверенности, готовой растоптать конвенциональных законопослушных мещан и прочих педантов-крохоборов, мелких людишек, бредущих, как стадо, за пастухом, да и самого пастуха и т.д. Рассуждая о постконвенциональном уровне, часто цитируют Эмерсона: «…Всякий героический поступок измеряется своим презрением благ внешних». Суждения стадии воодушевляют. Но они же одновременно могут стать невыносимыми, поскольку подразумевают, что «быть хорошим» и «быть законопослушным» — вещи несовместимые. По словам Боба Дилана, «нужно быть честным, чтобы жить вне закона». Последователи Колберга считают, что почти никто не в состоянии постоянно существовать на стадиях 5 и 6. Колберг фактически создал научный подход к изучению морального развития у детей. Его постадийная модель настолько укоренились в рядах специалистов-человековедов, что психологи уже обиходно употребляют выражения типа «он до сих пор барахтается на первой колберговской стадии». Понятное дело, к работе Колберга есть определенные претензии. Самое очевидное. Нельзя воспринимать постадийную модель слишком буквально: существуют исключения, переходы от одной стадии к другой определены не жестко, на индивидуальном уровне стадии зависят от контекста. Опасность ограниченного видения ситуации и неправильных акцентов. Изначально Колберг использовал нерепрезентативную выборку, т.е. изучал только американцев, а мы увидим из следующих глав, что моральные суждения имеют значительные межкультурные различия. Кроме того, все испытуемые были мужского пола, и это заметила в 1980 г. Кэрол Гиллиган из Нью-Йоркского университета. Колберг и Гиллиган пришли к согласию относительно последовательности основных стадий развития. Но Гиллиган с коллегами скорректировала картину, показав, что, в отличие от мальчиков и мужчин, женщины и девочки, вынося моральное суждение, ценят заботу выше справедливости. В результате женщины более склонны к конвенциональному типу мышления и его акценту на взаимоотношениях, тогда как мужская часть населения предрасположена к постконвенциональным абстракциям. Упор на рассудочность. Что является результатом моральных суждений — интеллектуальные рассуждения или интуиция и эмоции? Колберг и его последователи считали, что интеллект. Но из главы мы узнаем, что множество организмов с ограниченными интеллектуальными возможностями, включая маленьких детей и обезьян, демонстрируют зачатки чувства справедливости. Подобные эксперименты дают основание сформулировать концепцию «социального интуитивизма» по отношению к процессу принятия морально-этических решений. Над ней работали Мартин Хоффман и Джонатан Хайдт, оба из Нью-Йоркского университета. Естественно задать следующий вопрос: как сочетаются моральные рассуждения и моральная интуиция? Нам предстоит увидеть, что: а) моральная интуиция не есть продукт эмоций, а является другим типом интеллектуального осмысления; б) напротив, моральные рассуждения часто вопиюще нелогичны. (Внимание: не отвлекаемся!) Отсутствие предсказуемости. Можно ли, опираясь на все эти выводы, предсказать, кто будет стоять на своем ради правого дела, а кто нет? Кто готов подставить голову ради обличения коррупционеров, кто кинется усмирять душегуба, кто займется устройством беженцев — неужели отличники колберговских моральных суждений? И вообще, забудем про героизм: будут ли наши отличники более честными в таких малозначимых ситуациях, как психологические эксперименты? Одним словом, могут ли моральные суждения определять моральные действия? Редко. Как мы увидим в главе 13, распрекрасная сила воли лобной коры имеет мало отношения к моральному героизму. На самом деле такое случается, когда «правое дело» не очень затратно.

Адель «30»: почему грустные песни заставляют нас чувствовать себя хорошо

В прошлом году вышел новый альбом Адель «30». В октябре 2021 года миллионы людей слушали первый сингл «Easy On Me». Эта песня вызывает чувства, которые трудно выразить словами. Но мы все, наверное, можем согласиться, что это все же грустная песня. И это отличный пример для нашей сегодняшней темы. Не совсем очевидно, что люди должны любить грустную музыку. Обычно многие стараются избегать печали. Но грустная музыка притягивает и воодушевляет. Почему же так приятно ее слушать? Биология грустной музыки Начнем с биологических теорий. Когда мы переживаем реальную потерю или сопереживаем боли другого человека, внутри нас выделяются гормоны: пролактин и окситоцин. Это помогает справиться с утратой и болью. Они делают это, заставляя нас чувствовать утешение и поддержку. Ощущение боли Адель или воспоминание о своей собственной может вызвать такие химические изменения внутри нас. Запуск проигрывания на телефоне песни Адель может быть похож на запуск нашей метафорической капельницы морфина. Однако все еще нет точных доказательств этой гипотезы. Ученым из США в 2019 году не удалось своим исследованием подтвердить, что грустная музыка увеличивает уровень пролактина. Тем не менее, другие исследования (одно из которых проводилось в 2021 году учеными из Великобритании и Финляндии) намекают на роль пролактина и окситоцина, которые делают грустную музыку приятной для людей. Психология грустной музыки Основная причина, по которой нам нравятся грустные песни, заключается в том, что они глубоко «трогают» нас. Это переживание иногда называют кама мута, что на санскрите означает «движимый любовью». Ощущение волнения может включать озноб, мурашки по коже, прилив эмоций (в том числе романтических), тепло в груди и восторг. Но почему мы чувствуем себя тронутыми? Американский писатель Джеймс Болдуин подметил: «Больше всего меня мучило именно то, что связывало меня со всеми людьми, которые когда-либо были живы». Точно так же чувство взволнованности может исходить от нас, когда мы внезапно чувствуем себя ближе к другим. Это может объяснить, почему грустная музыка способна тронуть людей с высоким уровнем сочувствия. Действительно, послушав «30», мы можем обратиться к видео с реакциями на альбом, чтобы узнать, что чувствуют другие. Это позволяет нам делиться эмоциональным опытом. Ощущение сопричастности усиливает трогательное чувство и вызывает комфорт. Поэтому можно предположить, что музыка Адель способна быть нам другом: грустные песни воспринимаются как воображаемый друг, оказывающий поддержку и сочувствие после потери. Ощущение волнения также может быть результатом воспоминаний о важных моментах нашей жизни. Песни вызывают сильную ностальгию. Мы наслаждаемся скорее ностальгией, чем грустью. И действительно, когда люди слушают грустную музыку, только около 25% говорят, что им действительно грустно. Остальные испытывают другие, связанные эмоции, но чаще всего ностальгию. Это чувство может помочь нам усилить ощущение социальной связанности, смягчить чувство бессмысленности и уменьшить тревогу. Совершенно другой тип психологической теории состоит в том, что песни Адель — это эмоциональные залы. Они дают безопасное, контролируемое пространство, в котором мы способны исследовать смоделированную печаль. Они являются эмоциональным эквивалентом спарринга Нео с Морфеусом в фильме «Матрица». Симулированная грусть позволяет экспериментировать и извлекать уроки из этой эмоции. Мы можем усилить наше сочувствие, научиться лучше видеть вещи с точки зрения других людей и пробовать различные способы реагирования на печаль. Это поможет нам лучше подготовиться к реальным потерям. Возможно, такой опыт познания развился, чтобы быть приятным для поощрения его использования. Придать смысл печали Песни Адель могут не доставлять удовольствия только потому, что они грустные или ностальгические. Они способны просто приносить удовольствие из-за своей красоты. Печаль может совпадать с красотой. Действительно, считается, что видение актов нравственной добродетели или красоты вызывает чувство возвышения и может быть близким нам и вдохновлять. Если мыслить на культурном уровне, то здесь песни Адель доставляют удовольствие с точки зрения того смысла, который она закладывает. Исполнительница принимает тяжелый жизненный опыт и помогает его осмыслить. Это то, что делает большая часть трагического искусства. Она принимает боль, страдание и печаль мира и придает всему смысл. Как однажды сказал немецкий философ Фридрих Ницше, тот, у кого есть «зачем жить», может вынести почти любое «как». В итоге песни Адель будут значить для каждого из нас что-то свое. Мы слушаем грустную музыку, когда хотим поразмышлять, быть частью чего-то большего или просто расслабиться. Мы слушаем, чтобы прочувствовать красоту, получить утешение или поностальгировать. Но всем нам песни Адель точно говорят: вы не одиноки в своей боли. Они позволяют чувствовать ее страдания, разделять наши и общаться с другими людьми прошлого и настоящего. А общность нашей человеческой природы — это и есть красота. По материалам статьи «Adele 30: the psychology of why sad songs make us feel good» The Conversation

Удивительные факты о медузах

Медузы — одни из самых древних животных на Земле, которые здравствуют и по сей день. Они также чрезвычайно разнообразны — большинство животных, которых мы называем медузами, относятся к типу Cnidaria, который включает более 10000 видов. Далее вы узнаете несколько интересных фактов об этих удивительных существах. Они появились на сотни миллионов лет раньше, чем динозавры У медуз нет костей, поэтому их окаменелостей никто никогда не находил, однако у ученых есть доказательства того, что они плавают в мировом океане по меньшей мере 500 миллионов лет. На самом деле род медуз, скорее всего, уходит еще дальше — на 700 миллионов лет назад. Им нравится, как мы меняем уровень кислотности в океане В отличие от большинства морских обитателей, медузы процветают в наших океанах — экосистемах, нарушенных морскими тепловыми волнами, закислением океана, чрезмерным выловом рыбы и другими антропогенными факторами, о чем говорится в докладе Межправительственной группы экспертов ООН по изменению климата за 2019 г. Деятельность человека делает жизнь медуз еще комфортнее. В то время как кораллы, устрицы и другие организмы с раковинами считаются самыми большими неудачниками в текущей ситуации, медузы, кажется, не восприимчивы к этим проблемам. Это не значит, что их вообще не касается деятельность человека, однако пока негативного влияния замечено не было. Они на 98% состоят из воды Медузы словно сливаются с окружающей средой, плавно покачиваясь в океанских течениях. Им так легко это удается, потому что они почти целиком состоят из воды. Когда медузу выбрасывает на берег, она полностью исчезает уже через несколько часов, просто испаряясь. У них есть рудиментарная нервная система — свободная сеть нервов, расположенных в эпидермисе, называемая «нервной сетью», но нет мозга. У них также нет сердца, их студенистые тела настолько тонки, что могут насыщаться кислородом исключительно за счет диффузии. У некоторых медуз есть глаза Несмотря на простое устройства тела, некоторые медузы обладают способностью видеть. Более того, у некоторых видов зрение может быть удивительно сложным. Например, у кубомедузы 24 глаза, два из которых способны различать цвета. Считается также, что благодаря сложному набору зрительных «датчиков» это животное является одним из немногих существ в мире, способных видеть окружающую среду на 360 градусов. Им достаточно одного отверстия Возможно, это звучит не очень приятно, но у медуз нет необходимости в отдельных отверстиях для еды и дефекации. Одно отверстие выполняет функции и рта, и ануса. А что, очень удобно и минималистично. Группа медуз называется… Например, группа дельфинов называется стаей, группа собак называется сворой, а как насчет медуз? Хотелось бы конечно назвать группу медуз стаей, но они не млекопитающие, и грамотно их будет назвать роем. Медузы находятся в числе самых опасных существ на планете Все медузы имеют нематоцисты, или стрекательные структуры, но сила их жала может сильно варьироваться в зависимости от вида. Самой ядовитой медузой в мире, вероятно, является кубомедуза — от одного ее укуса взрослый человек может скончаться в течение нескольких минут. Есть данные говорящие о том, что яда одной такой медузы хватит, чтобы убить 60 человек. Еще хуже то, что укусы медуз очень болезненны — говорят, что можно быстрее умереть от болевого шока, чем от самого яда. Но есть и хорошие новости — австралийские ученые уже близко подобрались к изобретению эффективного противоядия. Они бывают разных размеров Некоторые медузы настолько малы, что их с трудом можно разглядеть в воде. Самыми маленькими являются представители родов Staurocladia и Eleutheria, которые имеют купола диаметром от 0,5 миллиметра до нескольких миллиметров. Но есть также и настоящие гигантские монстры. Медуза львиная грива, Cyanea capillata, может считаться самой длинной в мире — ее щупальца могут достигать 37 метров в длину. Но, пожалуй, самой большой медузой в мире по весу и диаметру является медуза Номура, Nemopilema nomurai, за которой может спрятаться целый аквалангист. Диаметр купола этих чудовищ может достигать двух метров, а вес — 200 килограммов. Некоторые медузы съедобны Их не так просто найти в ресторанах, однако в некоторых местах, например, в Японии и Корее, их употребляют в качестве деликатеса. В Японии из медуз делают конфеты. Также студенты придумали рецепт сладкой и соленой карамели с использованием порошка из медуз. Они бывали в космосе Хоть медузы и смахивают на инопланетян, они действительно родом с планеты Земля. Более того, им даже удалось побывать в космосе. НАСА впервые начало отправлять медуз в космос на борту космического челнока «Колумбия» еще в начале 1990-х гг., чтобы проверить, как они могут чувствовать себя в условиях невесомости. Почему именно медузы? Интересно, что и люди, и медузы ориентируются на специализированные гравитационно-чувствительные кристаллы кальция. Они расположены внутри внутреннего уха у людей и по нижнему краю купола у медуз. Поэтому изучение того, как медузы ведут себя в космосе, помогало создавать более комфортные условия для человека. По материалам статьи «12 Fascinating Facts About Jellyfish» Treehugger

История Синди Шерман

В Нью-Джерси, в городке Глен-Ридж жила маленькая девочка Синди. Она была самой младшей из детей, росла в семье со строгим отцом и доброй матерью. Каждый раз, оставшись наедине со своими мыслями и фантазиями, маленькая Синди переодевалась и придумывала себе самые невероятные образы. Девочка любила смотреть телевизор, пересматривать знакомые фильмы, а когда была возможность, малышка переодевалась в одежду бабушки, примеряла костюмы и платья, воображая себя кем-то другим. Именно эта маленькая девочка внесёт свой вклад в искусство конца XX и начала XI веков. Синди подросла и поступила в государственный колледж в Буффало, где изучала изобразительное искусство. Но ей очень скоро надоело воплощать образы на холсте, и тогда девушка занялась фотографией. Образы она рисовала теперь, используя инструменты реальности, которые были под рукой. Однажды Синди пришла в голову идея, позволявшая сочетать весь её жизненный опыт. Художница наряжалась в образы разных девушек и делала постановочные фотографии. В то время, в 1997 году она ещё не знала, что спустя 34 года её фотографию продадут на аукционе за 3,8 млн долларов. Девушка создавала серию «Untitled Film Stills». Синди использовала клише поп-культуры, известные ей с детства. Три года она создавала серию, раз за разом переодеваясь в новых героинь. Она успела побыть домохозяйкой, подростком, проституткой, роковой красоткой, школьницей и кем-то другим. В 1980 году Синди закончила серию, потому что исчерпала все клише. Девушка продала несколько работ за небольшие деньги, но получила десятки отзывов. Шерман начали обсуждать в прессе. Образы с её фотографий завораживали, пугали и привлекали очень много внимания, хотя первое время она не получала с продажи фотографии больших денег. Девушка не остановилась. Кроме нашумевшей серии она продолжила работать с фотографией, используя всё ту же модель — саму себя. Художница продолжила делать фотографии, но уже работала с цветом и увеличила формат изображений. Искусство Синди стали не только замечать, но и приобретать коллекционеры и музеи. Синди Шерман стала знаменитой. Её имя узнали, её фотографии захотели смотреть. Синди продолжала творить, не изменяя своему стилю. Дальше она создала такие нашумевшие серии, как «History Portraits» и «Sex Pictures». И всегда была в центре своих фотографий. Синди не заметила, как из девочки, которая просто любила наряжаться, превратилась в икону, внёсшую вклад в современное искусство. Шерман показала всем, как важно для создания нового преобразовывать то, что мы знаем, через себя. Не только она могла делать автопортреты, переодеваясь в разные образы, но именно Синди удавалось совместить свой опыт художницы, фотографа, деятельницы искусства, а ещё все знания о клише и современной популярной культуры. Из года в год Шерман создавала и создаёт автопортреты, непохожие на неё саму, а на некоторых женщину невозможно узнать. И все её работы показывают, как много можно изобразить на фотохолсте с одной моделью. Современные работы Синди Шерман можно посмотреть в её Инстаграме. От классических и понятных нам автопортретов на чёрно-белую плёнку она перешла на использование различных эффектов, масок и обработку. От этого её работы не кажутся менее привлекательными, а наоборот, можно проследить, как менялся взгляд художницы от серии к серии и как она изображает себя сейчас в своих фотоработах. История Синди Шерман показывает на своём примере, как можно творить искусство через себя. Как девушка, просто вспоминая клише из фильмов, создала серию фотографий, которая сейчас считается культовой. И не предавая свои идеалы, она смогла воплотить так много смыслов через автопортреты. Не зря Синди называют матерью современных селфи. Раз за разом каждый человек пытается воссоздать себя, но никогда не может сделать это объективно. Шерман, наоборот, всегда показывала на фотографиях какие-то образы, что приходили ей в голову. И Синди, и каждый современный автопортретист одновременно улавливают одно — себя на фотографиях, но ни разу не смогли показать истинную и объективную картинку «себя», хотя использовали противоположные подходы.

Возможно, нам угрожает интернет-апокалипсис

Подводные интернет-кабели, соединяющие страны, могут выйти из строя на долгие месяцы, предупреждает новое исследование. Солнце постоянно осыпает Землю намагниченными частицами, известными как солнечный ветер. По большей части магнитный щит нашей планеты не позволяет этому ветру нанести реальный ущерб Земле или ее жителям, частицы просто скапливаются у полюсов и оставляют после себя красивое сияние. Но иногда, раз в сто лет или около того, этот ветер перерастает в полноценную солнечную бурю. Новое исследование, представленное на конференции по передаче данных SIGCOMM 2021, говорит, что результатом воздействия такой солнечной бури может быть разрушение нашего привычного образа жизни. Сильная солнечная буря может ввергнуть мир в «интернет-апокалипсис», в результате которого значительная часть населения Земли не сможет работать в течение нескольких недель или месяцев, резюмировала в своей новой научной работе Сангета Абду Джйоти, доцент Калифорнийского университета в Ирвайне. «Серьезно задуматься об этой проблеме меня заставила ситуация с пандемией, которая продемонстрировала, что человечество абсолютно не готово к глобальным вызовам. Не было никакого протокола для эффективного решения этой проблемы, и то же самое может произойти в случае нарушения работы интернета, — сказала Абду Джйоти в интервью WIRED. — Наша инфраструктура не готова к крупномасштабной солнечной буре». Отчасти проблема заключается в том, что интенсивные солнечные бури (также известные как выбросы корональной массы) происходят относительно редко. По оценкам ученых, вероятность того, что экстремальная космическая погода непосредственно повлияет на Землю, составляет от 1,6% до 12% в десятилетие, говорится в статье Абду Джйоти. В новейшей истории было зарегистрировано только два таких шторма — один в 1859 г., а другой в 1921 г. Более ранний случай, известный как событие Каррингтона, вызвал на Земле настолько сильное геомагнитное возмущение, что телеграфные провода вспыхнули, а в экваториальной Колумбии было замечено северное сияние, которое обычно видно только вблизи полюсов планеты. Небольшие штормы также могут принести немало неприятностей: один из них, произошедший в марте 1989 г., на девять часов лишил света всю канадскую провинцию Квебек. С тех пор человеческая цивилизация стала гораздо более зависима от интернета, а потенциальный вред для всей этой новой инфраструктуры от геомагнитных бурь остается практически неизученным. Однако есть и хорошие новости: местные интернет-сети, скорее всего, не подвержены риску, поскольку оптоволоконные кабели не восприимчивы к влиянию геомагнитных токов, говорится в статье. Однако длинные подводные интернет-кабели, соединяющие континенты, — это совсем другая история. Они оснащены ретрансляторами для усиления оптического сигнала, расположенными с интервалом примерно 50-150 км. Эти ретрансляторы уязвимы к геомагнитным токам, и целые кабели могут прийти в негодность, если хотя бы один ретранслятор выйдет из строя, согласно статье. Если на какой-нибудь территории выйдет из строя определенное количество кабелей, то целые континенты могут оказаться отрезанными друг от друга, пишет Джйоти. Более того, страны, расположенные в высоких широтах, такие как США и Великобритания, гораздо более подвержены воздействию солнечных выбросов, чем страны, расположенные в более низких широтах. В случае катастрофической геомагнитной бури именно эти страны будут отрезаны от сети первыми. Трудно предсказать, сколько времени потребуется на восстановление подводной инфраструктуры, но Джйоти предполагает, что возможны серьезные перебои в работе интернета на протяжении нескольких недель или даже месяцев. Миллионы людей могут потерять средства к существованию. «Экономические последствия перебоев в работе интернета в течение одного дня в США оцениваются более чем в 7 миллиардов долларов, — пишет Джйоти в своей статье. — А что, если сеть не будет функционировать в течение нескольких дней или даже месяцев?» Если мы не хотим этого узнать, операторы сетей должны начать серьезно относиться к угрозе экстремальной солнечной погоды по мере неизбежного расширения глобальной интернет-инфраструктуры. Прокладка большего количества кабелей в более низких широтах будет хорошим началом, говорит Джйоти, равно как и разработка тестов на устойчивость, ориентированных на последствия крупномасштабных сбоев в сети. Когда следующая большая солнечная буря вырвется с поверхности нашей звезды, у людей на Земле будет около 13 часов на подготовку. Будем надеяться, что мы окажемся готовы потратить это время с умом, ведь катаклизм безусловно наступит, вопрос только в том, когда это случится. По материалам статьи «An 'Internet apocalypse' could ride to Earth with the next solar storm, new research warns» LiveScience

Штрихи к портрету №6. Андрей Миронов

Андрей Миронов в представлении не нуждается. Любой без труда вспомнит какую-нибудь из его ролей, как правило, романтическую или комедийную. Однако в фильмографии актёра есть совсем иные работы, о которых мало кто знает. Другой Миронов «Бриллиатнтовая рука», «Три плюс два», «Будьте моим мужем», «Трое в лодке, не считая собаки», «Двенадцать стульев», «Невероятные приключения итальянцев в России», «Обыкновенное чудо», «Достояние республики», «Человек с бульвара Капуцинов» — вот далеко не полный список фильмов, в которых Миронов подарил нам незабываемые образы. Чего только стоит его щеголеватый проходимец Остап Бендер, или влюблённый в «синематограф» идеалист мистер Фёст, или простоватый застенчивый ветеринар Рома. Какого персонажа ни возьми, Миронов сражает наповал. Песни и монологи его героев давно живут самостоятельной жизнью, а фильмы составляют золотой фонд советского кино. И всё же жаль, что многие не знают другого Миронова-актёра. Популярность сыгранных ролей сделала его заложником образа. Между тем есть незаслуженно забытые фильмы, где он выступает в необычном амплуа. «Повторная свадьба» Романтичный, смешливый, искренний — привычный нам образ Андрея Миронова. Даже его Геша из «Бриллиантовой руки» по-своему очарователен и, в сущности, безвреден, этакая пародия на контрабандиста. Но в фильме «Повторная свадьба» вы увидите Миронова-хищника. И пусть вас не обманывают многочисленные клише, размеренность повествования и простота сюжета. Миронов исполняет роль главного героя, Ильи, который заводит молодую любовницу, уходит к ней от жены, а затем возвращается в семью. Илья — профессор, кандидат наук, привлекательный, умный и опасный мужчина, который использует всех без разбора для удовлетворения своих прихотей. Умеет быть галантным и обворожительным — а потом невероятно холодным и жестоким. Он настоящий циник и нарцисс в истинно клиническом понимании этого термина. Если в начале фильма зеваешь и думаешь «Ну, обычная история, что тут смотреть?», то к концу кровь стынет в жилах от поступков главного героя. Если б из него сделали, например, маньяка, сумасшедшего учёного или гениального сыщика (Шерлок из одноименного сериала — просто младенец рядом с Ильёй), всё выглядело бы не столь жутко. Девиз Ильи — «относиться к жизни нужно проще». Он неутомимо следует своему кредо, попутно ломая чужие судьбы. Он обесценивает других так буднично и просто, что берёт оторопь. Недаром одна из героинь, женщина пожилая и опытная, говорит ему: «Я много жила, воевала, походила по белу свету и повидала разных людей. Но вы самый страшный из всех, кого я встречала». «Мой друг Иван Лапшин» Здесь у Миронова не главная, но очень сильная роль. Его Ханин — интеллигент, театральный критик и журналист. Среди его приятелей Иван Лапшин, начальник уголовного розыска, участник Гражданской войны, человек, чуждый высокого искусства. Тем не менее мужчины много лет дружат. У Ханина трудности с жильём, и Лапшин, не подозревая ничего дурного, предлагает другу пожить с ним в съёмной комнате. Теснота и вонь коммуналки, нищенский быт, ворчливая старуха Патрикеевна, прогорклая еда, неясное будущее — Ханина ничто не заботит, ведь у Лапшина есть главное — оружие. Ханин крадёт пистолет друга, запирается в ванной и пытается застрелиться. Этот короткий эпизод сыгран Мироновым настолько тонко и психологически достоверно, что сегодня его изучают студенты театральных вузов. Роль Ханина досталась Миронову неслучайно: нужен был актёр, который сумел бы передать личную драму в очень ограниченное экранное время. Ханин из тех, кто не делится болью и улыбается и шутит, когда на душе скребут кошки. К счастью, покончить с собой ему не хватает духу, а услышав выстрел, Лапшин врывается в ванную и отнимает у друга пистолет. Им ещё придётся пережить стычку с бандой, едва не закончившуюся гибелью Ханина, разлад из-за Наташи, тайно влюблённой в журналиста, и расставание, после которого они уже вряд ли увидятся. Отношения Лапшина и Ханина — лишь одна из множества сюжетных линий, как и коммунальные будни, работа угрозыска и репетиции провинциального театра. Фильм честно показывает панораму тогдашней жизни. 30-е годы, разруха, преступные банды множатся день ото дня, никому нельзя верить, есть и носить нечего, как жить — совершенно непонятно. Атмосфера передана безупречно. «Фантазии Фарятьева» Вряд ли вас удивит тот факт, что Андрей Миронов был мечтой многих советских зрительниц. Талант, ум, обаяние — всё было при нём. Даже в самых своих небрутальных ролях он невероятно по-мужски притягателен. А хотите посмотреть на Миронова-чудака? Который совсем не привлекателен и кажется скорее странным, чем забавным? Именно таков его герой в фильме «Фантазии Фарятьева». Павлик, или Павлуша, как его все называют, — мечтатель, живущий в мире собственных теорий. Его болезненная всепоглощающая любовь к Александре больше похожа на одержимость и, возможно, тоже является плодом его воображения. Павлик абсолютно не приспособлен к жизни и отношениям, он выражается языком XIX века и вряд ли способен позаботиться даже о самом себе. У него есть красивая фантазия о происхождении людей и о чудесном будущем человечества. «Знаете, что мы такое? Мы — часть прекрасной картины, даже мистерии». На фоне семейных склок, непонимания и всеобщего несчастья это звучит как сказка. Фарятьев выглядит почти безумным, из-за чего знатоки сравнивают его с Желтковым из «Гранатового браслета». Мне он напоминает больше Акакия Акакиевича из гоголевской «Шинели». Павлуша одновременно и жалок, и смешон. Его сватовство, терзания «невесты», кривлянья её сестры, хлопоты матери — всё доведено до абсурда. Финал картины неоднозначный, под стать сюрреалистичному содержанию. Самое печальное в этой трагикомедии то, что семейные отношения чересчур похожи на правду. «Победа» Многогранный фильм, затрагивающий острые вопросы политики и истории, в которых причудливо сплетаются судьбы двух друзей. Чарльз Брайт, которого играет Миронов, — американский репортёр, прибывший на Потсдамскую конференцию 1945-го года. Встреча Сталина, Трумэна и Черчилля в Потсдаме посвящена вопросам безопасности после войны. На конференции Брайт знакомится с советским журналистом Михаилом Вороновым, и они становятся приятелями. Брайт весельчак и балагур, он любит свою невесту, друзей, работу и по-настоящему влюблён в жизнь. Узнав от Воронова, что конференцию пытаются сорвать, он помогает новому другу добыть доказательства провокации. В 1975-м году Брайт и Воронов встречаются вновь, уже на совещании по безопасности в Хельсинки. Там советский журналист случайно узнаёт, что Брайт написал книгу, в которой извратил всё, что происходило тридцать лет назад на Потсдамской конференции, и очернил действия СССР и дружественных государств. У Воронова не укладывается в голове: как его друг, который когда-то помог ему предотвратить международный скандал, мог так поступить? Однако у Брайта были на то свои причины. Думаю, сегодня этот фильм о противостоянии социализма и капитализма смотрится иначе, чем в 80-х. Нам теперешним, которые видели, а если не видели, то слышали от родителей, как рушился Советский союз, эта картина может показаться наигранной. Воронов выглядит непрошибаемой глыбой, его принципиальность не оставляет шанса на человечность. Хотя она понятна и оправданна — слишком дорогой ценой за неё заплачено. И всё же Брайт вызывает куда больше сочувствия. «Я думал: кто увидит эту чёртову книжонку в потоке вранья и грязи? Капля в море, кому она принесёт несчастье?» Убогая логика и серьёзная ошибка, но зная историю Брайта, его тоже можно понять и уж по крайней мере не осуждать. Если вам близко творчество Андрея Миронова, посмотрите эти фильмы. Вы как минимум не пожалеете о потраченном времени, а как максимум — получите море удовольствия.