В ночь на 24 апреля 1935 года в Москве состоялся прием, который спустя десятилетия стал одной из самых известных историй о рождении «Мастера и Маргариты». Американский посол Уильям Буллит устроил весенний бал в Спасо-хаусе — особняке на Спасопесковской площади, который с 1933 года служил резиденцией посла США. Среди нескольких сотен гостей были Михаил Булгаков и его жена Елена. Позднее исследователи увидели в этом вечере один из главных реальных источников знаменитого Великого бала у Сатаны. Но прямого свидетельства самого Булгакова о том, что он «переписал» американский бал в роман, не сохранилось. Зато существует другое косвенное свидетельство: Елена Булгакова записала свои впечатления от вечера, а спустя годы рассказывала, что первоначально — до посещения супругами праздника — сцена бала у Воланда была совсем другой. Для Буллита дипломатический прием должен был стать не обычным официальным мероприятием, а событием, о котором будут говорить. Организацией занимались сотрудники посольства. Задача была почти абсурдной для Москвы конца апреля: создать в доме настоящую весну, хотя погода никак ей не соответствовала. В резиденцию доставили около тысячи тюльпанов из Хельсинки. Чтобы растения выглядели свежими, цветы держали в прохладном помещении до самого вечера. Несколько молодых берез пересадили в дом и создали им специальные условия, чтобы те распустились раньше срока. На полу вырастили зеленый газон из цикория, посеянного на влажной войлочной основе. Сам Буллит позднее с гордостью писал президенту Франклину Рузвельту, что в одном из помещений удалось устроить настоящую «колхозную» картину с крестьянами, гармошкой и танцами. Но цветами фантазия организаторов не ограничилась. В доме появились горные козы, белые петухи и медвежонок. В импровизированном вольере из рыбацких сетей порхали маленькие птицы: среди них были зебровые амадины и другие экзотические пернатые. Воспоминания очевидцев отличаются в деталях и количестве животных, но сама картина подтверждается несколькими независимыми описаниями. Дипломатическая гостиная на одну ночь превратилась в странное сочетание сада, фермы, театральной декорации и роскошного светского салона. Особенно впечатлял бальный зал. Свет специально меняли, на стенах и потолке создавали театральные эффекты. В дневнике Елены Булгаковой сохранилось выразительное описание: люди танцевали в зале с колоннами, с галереи били разноцветные прожекторы, а за сеткой суетилась целая стая птиц. Из Стокгольма привезли музыкантов. На верхнем этаже подавали шашлык, внизу — шампанское и сигареты. В списке гостей были люди из совершенно разных кругов: режиссеры Всеволод Мейерхольд и Александр Таиров, актеры, военные и государственные деятели. Среди приглашенных были маршалы Михаил Тухачевский и Семен Буденный, Николай Бухарин, нарком иностранных дел Максим Литвинов и другие заметные фигуры советской Москвы. Всего, по разным свидетельствам, присутствовало примерно 400–500 человек. Связь между двумя событиями становится особенно интересной, если посмотреть на детали. В «Мастере и Маргарите» Маргарита оказывается хозяйкой фантастического приема, где роскошь соединяется с хаосом, театром и потусторонним миром. Гости появляются один за другим, вокруг звучит музыка, движется толпа, и привычные правила реальности перестают работать. В Спасо-хаусе не было ни чертей, ни ведьм, ни воскресших преступников. Но сама атмосфера вечера кричала о том, что в особняке возможно все: искусственная весна в апреле, зеленые деревья прямо в залах, животные в парадных помещениях, экзотические птицы, разноцветный свет и публика, собранная из самых разных слоев московской элиты. Елена Булгакова позже вспоминала: сначала сцена бала в романе была маленькой и происходила в спальне Воланда. Уже позднее Булгаков переработал ее и превратил камерный эпизод в грандиозный бал. Исследователи связывают эту перемену именно с впечатлениями от весеннего приема у американского посла. Получается, что Спасо-хаус дал писателю зрительный и эмоциональный образ. Впечатленный реальным вечером, Булгаков написал декорации: цветы, птиц, зверей, свет, костюмы, толпу и ощущение театрального представления. А затем писатель довел светскую фантазию до абсурда и перенес ее из дипломатической Москвы в пространство нечистой силы. Гости Бала Сатаны были не менее выдающимися и заметными, чем публика Спасо-хауса. Перед Маргаритой проходят исторические фигуры, чьи биографии сами по себе звучат как готовые сюжеты. Месье Жак связан с реальным французским предпринимателем XV века Жаком Кером. В романе он появляется как алхимик и отравитель, хотя исторический Кер был прежде всего богатым торговцем и финансистом, а многие обвинения против него имели политический контекст. Под графом Робертом Булгаков подразумевал Роберта Дадли, графа Лестера — фаворита английской королевы Елизаветы I. Его жену Эми Робсарт действительно окружали слухи о загадочной смерти, но версия об отравлении не считается установленным историческим фактом. Булгаков превращает реальный скандал в короткий театральный номер на балу. Еще один знаменитый персонаж — маркиза де Бренвилье, французская отравительница XVII века. Ее история связана с настоящими убийствами членов семьи ради наследства и одним из самых известных судебных дел эпохи. Госпожа Тофана также имеет исторический прототип. Ее связывают с Джулией Тофаной — римлянкой XVII века, которой приписывали изготовление яда Aqua Tofana. Она якобы помогала женщинам избавляться от мужей. В исторической реальности подробности ее биографии окутаны легендами, а Булгаков сознательно использует уже сложившийся образ профессиональной отравительницы. Но на фоне знаменитых преступников особенно выделяется Фрида. Для ее образа существует конкретный документальный след: в архиве Булгакова сохранилась выписка из книги швейцарского психиатра Огюста Фореля о Фриде Келлер, задушившей своего ребенка платком с синей каемкой. В романе женщина снова и снова видит этот платок и просит Маргариту избавить ее от проклятия. А есть ли в романе сам Булгаков? Существует версия, что это Мастер. Он, как и писатель, создает книгу о Понтии Пилате, сталкивается с травлей, оказывается изолирован от литературной среды и в итоге попадает в психиатрическую больницу. В жизни Булгаков тоже пережил период, когда его положение стало почти безвыходным. В марте 1930 года он написал правительству письмо с просьбой либо разрешить ему выехать из СССР, либо дать возможность работать в театре. После этого даже состоялся телефонный разговор со Сталиным. В результате Булгаков получил возможность работать во МХАТе. Однако это не означало исчезновения цензурных проблем: некоторые его пьесы продолжали запрещать, также писателю не разрешали выезд за границу. Роман о дьяволе возник еще в конце 1920-х годов, был уничтожен самим автором в 1930-м, а затем Булгаков вернулся к работе над ним. После знакомства с Еленой Сергеевной в 1932 году история получила новое развитие, а образ Маргариты постепенно связался с женой писателя. Елена не просто стала одним из прототипов героини: именно она сохранила документы и воспоминания, благодаря которым сегодня можно восстанавливать историю создания романа. «Мастер и Маргарита» — это книга, написанная человеком, который, возможно, жил в реальности гораздо более абсурдной, чем фантастический мир Воланда. Писателя могли одновременно запрещать и приглашать на прием к иностранному послу. Пьесу могли закрывать, а затем возвращать на сцену. Он писал о дьяволе в эпоху, когда сама реальность ежедневно подбрасывала материал для сатиры. Биографические исследования Булгакова отдельно подчеркивают, что судьба литературы и положение писателя были одной из центральных тем его творчества 1930-х годов.