20 фраз аутотренинга, которые вернут вам душевное равновесие

Слышали, наверное, о таком понятии, как «самовнушение»? Это волшебное свойство, основанное на практически волшебной способности нашего мозга принимать желаемое за действительное. Правда, нередко это свойство оборачивается против нас самих. Но его можно применить себе на пользу! Эти фразы действуют на наше сознание подобно лёгкому успокаивающему средству: они позволяют собраться с мыслями, пережить любой «облом» и действовать дальше, не теряя веры в себя. Но перед тем, как мы начнём, напоминаем, что аутотренинг эффективен только тогда, когда: — Человек во время аутотренинга заинтересован в услышанном и сказанное для него желанно; — Слова не встречают критики, сопротивления; — Человек во время аутотренинга чуть взволнован, но не раздражён; — Человек во время аутотренинга немного физически утомлён; — Мышцы максимально расслаблены и потому не посылают сигналов в мозг; — Снижен поток звуков и других сигналов из окружающей среды. Готовы? Приступаем! Я не могу контролировать все, что со мной происходит. Я могу держать под контролем только то, как я реагирую на происходящее. Моя сила кроется в моей реакции. Я не буду слишком много думать о том, что могло или должно было случиться. Вместо этого я буду ценить то, что имею сегодня. Я должен принять то, что происходит в моей жизни, самое главное — я прикладываю все усилия. Лучше совершать ошибки, чем притворяться совершенством. Я никогда не буду настолько хорош, каким, по мнению окружающих, я бываю после одержанных побед, и никогда не буду настолько плох, каким, на мой взгляд, я бываю после поражений. Я постараюсь обращать меньше внимания на внешние трудности, но больше — на свои собственные мысли. Я буду мыслить позитивно. Испытание становится проблемой только в том случае, если я пасую перед ним. Чем быстрее я оправлюсь от неудач, тем быстрее я достигну того, к чему стремлюсь. Я не буду прятаться от собственных страхов. Я знаю, что они существуют не для того, чтобы напугать меня. Они лишь говорят о том, что в моей жизни есть что-то действительно важное, ради чего их стоит преодолеть. Существует огромная разница между утомлением и приятной усталостью. Жизнь слишком коротка. Я не буду тратить ее на то, что мне совершенно неинтересно. Если у меня не будет времени на то, что действительно важно, я перестану заниматься тем, что не имеет для меня большого значения. Я не могу создать репутацию и сколотить состояние на том, что я планирую сделать однажды. Будущее может отличаться от настоящего, и я в состоянии изменить его прямо сейчас. Счастье придет ко мне, когда оно будет исходить от меня. Опережать — необходимо, но я никогда не опережу кого-либо (включая самого себя), желая расквитаться с ним. Я постараюсь стать лучше, а не думать, что я лучше. Я буду слишком занят работой на своем газоне, чтобы обращать внимание на то, что ваш — зеленее. Я буду есть то, что я люблю. Двигаться так, как я люблю. Говорить о том, что я люблю. Жить так, как я люблю. Сегодня. Следующая остановка в правильном направлении не должна быть длительной. Я должен праздновать все небольшие победы на протяжении всего пути. В конечном счете именно они делают нашу жизнь интересной и захватывающей.

Про людей, у которых всегда всё плохо

Жизненные трудности закаляют. По крайней мере должны — об этом сообщают многие религии и идеологии. Считается, что человек, переживая определенные проблемы, развивается, получает нужные знания и становится «лучше». Однако есть люди, которые зацикливаются на своих переживаниях: они постоянно недовольны, несчастны и печальны, у них в жизни все плохо, а даже если хорошо — то это просто какое-то недоразумение и станет еще хуже. Как общаться с такими людьми? Почему они себя так ведут? Нужно ли их пожалеть и попытаться понять? Возможно ли их «поменять», показать лучшее будущее? 1. Манипуляция с целью получить подтверждение — «все плохо» Как часто Вам встречались люди, которые приходили на дружескую встречу и она превращалась в черную беспросветную полосу? Друг (подруга) вначале нехотя, а потом с нарастающей амплитудой эмоций, говорил(а) о том, что «выхода нет». И это продолжалось от встречи к встрече. В какой-то момент начинаешь думать, что-то тут не так. На все предложения и варианты решения проблемы, человек, не попробовав, сразу говорит «нет». «Ты не понимаешь», «да я похожее пробовал», «это не поможет» — фразы, как круговорот, завлекают, и ты ловишь себя на желании убежать куда подальше. Часто эта мысль «читается» на лице и собеседник говорит: «о, как я тебя замучил(а), извини, я не хотел(а)» — и тут же просыпается чувство вины за свои «недостойные» мысли. Почему это происходит? Этот друг (подруга), чаще всего бессознательно, получают внимание и разрешение на бездеятельность. Так как сознание есть у всех и в какой-то момент уединения человек начинает понимать, что он просто не делает ничего со своей жизнью, и что решение проблемы требует слишком больших усилий. Пообщавшись с Вами и получив подтверждение, что «все-таки плохо», «друг» может спокойно идти домой и без угрызений совести жить дальше по своему сценарию. Попутно рассказчик «слил» вам весь накопленный негатив, «подзарядился» энергией и вполне сносно может жить дальше. 2. Манипуляция с целью самоутверждения Знакомый(ая) встречается с Вами и расспрашивает про жизнь. В какой-то момент Вы расскажете про свой успех, достижение или что-то положительное, произошедшее в жизни. И тут появляются фразы: «видишь, как тебе везет», «видишь, как тебе помогают», «видишь, какой у тебя муж (жена, друг, отец)», «везет тебе, у тебя жилье (работа, машина, дом и т. д.)». Вы начинаете чувствовать себя виноватым. За что? Почему? В результате таких бесед становится страшно делиться своей жизнью и начинаешь поневоле вспоминать, что же у тебя плохо, чтобы не выделяться. Почему это происходит? Снова, чаще всего неосознанно, человек пытается Вам показать, что Ваши победы и достижения — незаслуженные. Таким способом он утверждает свое «Я», подкрепляет теорию «глобальной несправедливости» и снимает с себя ответственность за личную жизнь и позицию в ней. 3. Манипулятор по имени «плохой» Такая личность весьма интеллектуально одарена, она не позиционирует себя открыто как жертва, и более того, обидится на такое обращение по отношению к ней. Часто, в разговоре, человек реагирует на любое замечание или просьбу фразой «я ж плохой(ая), что ты от меня хочешь?». В отношениях такой партнер может говорить «со мной ничего не получится, я испорчен(а)», «вот видишь, теперь ты обиделся(ась), я же говорил(а)», «мне лучше быть одному(одной), никто не сможет полюбить такого(ую) как я», «я не нормальный(ая)» и т. д. И вы тут же пытаетесь разубедить человека: «нет-нет, тебя просто недооценили, недолюбили» и т. д., твой партнер просто был «дурак (дура)», а я смогу тебя понять». Почему это происходит? Этот человек чаще всего себя позиционирует как жертву несчастной любви, обстоятельств, плохих отношений родителей. Он открыто не претендует на жалость, агрессивно реагирует на откровенное сочувствие, и тем не менее постоянно повторяет, что «плохой». Таким образом он получает подтверждение своей уникальности, особенности, и опять же, снимает с себя полностью ответственность за отношения. Ведь он сразу говорил, что он плохой! Что с него взять? Вы сами виноваты. Сами связались. Вас предупредили. И в каком-то смысле он прав, он действительно предупредил. Как же вести себя с такими людьми? Последний случай очень хорошо демонстрирует игры в рамках так называемого Треугольника Карпмана — модели взаимодействия между людьми. Согласно этой теории, общение проходит по распределенным ролям: спасатель — преследователь — жертва. Если вы общаетесь с «жертвой», значит, Вы берете на себя роль «спасателя», а общество, жизнь, обстоятельства становятся «преследователем». Чтобы разрешить ситуацию, важно признать свою роль и желать выйти из этой игры. Модель Треугольника опасна тем, что спасатель часто становится преследователем, жертва спасателем, преследователь жертвой и.д. Значит, если человек перед вами жертва — где-то он преследователь, а где-то спасатель, и у него есть все ресурсы решить проблему. Ваша «спасательская» позиция чаще всего делает Вас жертвой этого же человека, так как в результате манипуляций Вы теряете свою уверенность, энергию или уважение. Если Вы готовы перестать играть в эти игры, тогда ответьте себе на вопросы: • зачем мне нужен этот человек? • что я получаю от этого общения? • как бы мне хотелось общаться с этим человеком? • насколько возможно реализовать это общение по-другому? • готов(а) ли я тратить свои силы на решение проблемы другого человека? • зачем мне нужно слушать его историю? Главное в таком общении — это честность перед самим собой. Только признавшись себе в своих желаниях «спасателя» (например), возможно снять роль и освободиться от сценария. Обязательно ли рвать отношения с этим человеком? А если это близкий родственник или партнер? Тогда важно понимать, что вы не несете ответственность за жизнь другого, если это не ваш ребенок до 18 лет. У каждого человека есть своя жизненная задача и Вы не вправе решать ее вместо него, даже если вам кажется, что вы лучше знаете решение. Если от общения нельзя отказаться, тогда задавайте собеседнику прямые вопросы: • чем я могу тебе помочь — конкретно? • что ты готов сам(а) делать? Помните, наша жизнь — это наш выбор, и мы, и только мы несем за нее ответственность. Автор: Ольга Голубицкая

12 самых простых способов стать «выше среднего»

Чтобы стать чуть лучше и выделится из серой массы, не нужны огромные усилия, нужно лишь немного дисциплины. Перед вами — перевод статьи Олдена Тана, блогера и автора интересных социальных статей. Вот что я определяю как «нормальное»: быть таким же, как все. Это хорошо, поскольку это означает, что вы человек рациональный, который изо всех сил старается быть счастливым и при этом не вредит другим. Но вот в чём дело: «нормальный» и «средний» — две совершенно разные вещи. Тем не менее, они постоянно пересекаются друг с другом. «Средний» — это не круто. Это значит принимать вещи такими, какими они должны быть, это значит постоянно следовать за толпой, даже тогда, когда это не слишком хорошо для вас. 1. Благодарите обслуживающий персонал Лично я считаю отвратительным, когда некоторые начинают думать, что могут относиться к обслуживающему персоналу как к пустому месту только из-за тупой и ложной идеи под названием «Клиент всегда прав». Если вы хотите подняться выше среднего — уважайте всех людей вокруг. Будьте благодарны и признайте, что персонал нужен вам, независимо от того, сколько вы на него тратите. 2. Убирайте мусор от фастфуда Меня удивляет, что в мире так много взрослых людей, которых не заботит чистота их столов. Вам же не три года. Убирайте за собой! 3. Благодарите людей за вопросы Большинство людей полагает, что благодарность можно продемонстрировать, когда какое-то одолжение было сделано для вас. Это не слишком хорошее человеческое поведение. Это больше похоже на сделку. Как насчёт благодарности за самые маленькие и прекрасные вещи в жизни? Попробуйте благодарить других за то, что они задают вам вопросы. Покажите им, что вы цените их, и цените разговор с ними. 4. Почитайте книгу в поезде Почитайте книгу в поезде. Вы, вероятно, будете там единственным человеком с книгой. Почему? Потому что все остальные будут заняты своими смартфонами и социальными сетями. Чтение увеличивает чистое знание. Социальные медиа, видео и тому подобное — это в основном бессмысленное отвлечение внимания. 5. Постарайтесь хорошо выглядеть Я думаю, что очень многие люди в своей взрослой жизни позволяют себе просто плыть по течению, и не видят особого смысла в том, чтобы выглядеть лучше. Хороший внешний вид — это гордость, которая будет всегда с вами. Питайтесь правильно. Тренируйтесь. Носите красивую одежду. Побрейтесь. Всё что угодно. 6. Ребята, пусть ваше эго и ваш гнев пересядут на заднее сиденье Это слишком легко — предаться обоснованному и праведному гневу, и начать вести себя, как павиан. Реальная сила идёт от способности держать себя в руках, прощая других, от способности бороться с противоречивыми эмоциями и не совершать импульсивных, необдуманных поступков. Если вы думаете, что победителем в споре или в ссоре является тот, кто сильнее бъёт себя в грудь или громче орёт, подумайте ещё раз. Настоящий победитель знает, как победить с меньшими усилиями. 7. Относитесь к женщинам с уважением Большинство молодых людей сегодня озабочены «набором очков», и они видят, кто получает самую горячую девочку. Принимая участия в этих мелких играх, некоторые ребята намеренно обманывают девочек, или друг друга. Если вы действительно хотите выгодно отличаться от этой массы, относитесь к женщинам с уважением. Будьте джентльменом. Будьте искренни. Эти черты очень редки в современном мире. 8. Хватит жаловаться, даже если у вас есть для этого повод Знаете, не всё в жизни идёт так, как надо. Вы можете либо иметь с этим дело и двигаться дальше, либо можете начать жаловаться на весь мир. Просто сделайте себе одолжение, и двигайтесь вперёд. Никто не любит нытиков. Если вы покажете, что можете решать свои проблемы, люди будут уважать вас за это. 9. Вначале попробуйте решить проблему самостоятельно Я считаю, что с появленим всех этих телефонов доверия, Google, с появлением лучших способов общения друг с другом, вряд ли кто-то когда-то пытается сначала сделать что-то самостоятельно. Они думают, что всегда получать помощь — это нормально. Да, есть много удобных вариантов, которые делают вашу жизнь лучше. Но я думаю, что вы можете доказать свою находчивость, сделав её одной из своих характерных черт. 10. Ходите пешком Слишком много людей сегодня не могут перестать полагаться на такси, оберегая свои ленивые задницы. Хуже того, некоторые испорченные люди, будучи руководителями, считают, что ходьба — грех, так как они по статусу заслуживают, чтобы их возили. «Почему мы должны ходить? У нас же есть машины»! Если расстояние небольшое, то бога ради, идите пешком. Это полезно для вас. 11. Не проверяйте свой телефон в компании Потому что слишком много людей встречается только для того, чтобы проверить, как другие проверяют телефоны. Отложите телефон. Наслаждайтесь компанией. Если это срочно, вы в любом случае об этом узнаете. 12. Если вы напились, ведите себя прилично Или просто идите домой. Слишком многие напиваются, и ведут себя как идиоты. Самое обидное, что они могут всегда «отмазаться» тем, что якобы ничего не помнят из произошедшего. Если вы не хотите быть среди «средних», то будучи пьяным, ведите себя прилично. Вы же ещё в сознании, в конце концов. А ещё лучше — просто не напивайтесь. Знайте, когда остановиться.

Как обесценивается жизнь

Как можно понять и осознать в конкретных жизненных ситуациях, что мы обесцениваем себя? Приведу самые распространенные жизненные ситуации и обстоятельства, а также вытекающие из них формы обесценивания себя и своей жизни. Обстоятельство первое. Мы сами позволяем чужим людям управлять нашей жизнью, определять наш выбор, наши ценности и цели, позволяем им контролировать себя. Мы позволяем чужому негативному мнению о нас быть приоритетным, а главное «истинным». Мы внутренне сливаемся с тем негативным образом себя, который был определен для нас другими людьми, которые вроде бы являются нам «близкими», но почему-то ведут себя по отношению к нам как чужие. Да, именно как чужие, чужие нашему сердцу и нашей душе, но мы упорно не хотим этого замечать и признавать. Мы боимся разрушить свою иллюзию, посмотреть правде в глаза и тем самым причинить себе душевную боль. А надо было бы. Мы же выбираем более удобный и «легкий», но, заведомо, ложный путь для себя — это путь смешивания себя с грязью и негативом. После чего мы и сами начинаем верить в свою никчемность, порочность, бездарность и в прочий негатив, который на самом деле не имеет к нам никакого отношения. Мы позволяем нашим «доброжелателям» ломать и перекраивать нашу жизнь по их негативному усмотрению. Постепенно мы сливаемся и срастаемся с тем негативным образом себя, с той несчастной, выбранной не нами жизнью, с той ложной дорогой, которую нам определили наши «близкие» чужие люди из своих «добрых побуждений» в соответствии с их «правильным» видением нашей «счастливой» жизни. С нашего молчаливого согласия такие люди одевают нас в убогий наряд недостойного нищего грязного душой и телом человека. А мы смиренной примеряем его в надежде на то, что «ну вот теперь-то нас точно примут и полюбят, может быть…». Разорвать этот порочный круг можно только осознанием собственной ценности и реального мотива поведения этих ваших «близких» чужих людей. А мотивы на самом деле очень банальные и болезненные одновременно: - Занять ваше место в личной или профессиональной жизни. - Забрать все, что по праву принадлежит вам – семью, отношения, мечты, деловую или личную репутацию, место в профессиональной или личной жизни, различного рода ценности. - Устранить вас как конкурента в борьбе за материальные и прочие блага, отношения или ценности. - Скрасить, оправдать или прикрыть свою никчемную жизнь – «ну, мол, не я один такой несчастный и так плохо живу». - Усилить и приукрасить себя и свою жизнь за счет вашего краха, разбитости, принижения или бесчестия. - Подчинить вас себе и использовать вас, вашу семью, ваши личные жизненные ресурсы, материальные ценности, власть, связи в своих корыстных целях. - Пополнить свою жизненную энергию, самоутверждаясь за ваш счет. И многие другие мотивы и причины. Обстоятельство второе. Кроме того, что другие люди приравнивают нас к всяческого рода негативу, мы и сами отождествляем себя с ним. Это еще одна крайняя форма обесценивания себя и своей жизни. Как это происходит? Человек под действием нерешенных проблем внутреннего мира сам притягивает к себе любой негатив, приравнивая себя к негативу, примеряя его на себя или отождествляя себя с любым проявления негатива, которое он только может увидеть или представить в окружающем мире. Все что человек видит вокруг себя неприятного, порочного, постыдного, непотребного непривлекательного и нечистого он, осознанно или нет, отождествляет с собой, нещадно смешивая себя с грязью и пороком. Он постоянно наказывает себя унижением за несуществующий негатив, причиняя себя неимоверные страдания и боль. В таком состоянии у человека полностью отсутствует грань самоуважения, он не способен защитить себя и требовать уважения к себе и своим потребностям, интересам и ценностям. Такой человек не в состоянии достойно идти по жизни и использовать всю свою внешнюю и внутреннюю привлекательность, свои достоинства и таланты во благо себе и окружающим. Еще одной тяжелой формой обесценивания себя и своей жизни является следующее обстоятельство. Вместо того чтобы заниматься собой, строить свою жизнь, реализовывать свои цели, некоторые люди заняты лишь тем, что просто трезвонят направо и налево о своих мечтах, устремлениях и ценностях, планах, профессиональных или творческих талантах, постоянно рассказывая о них во всех деталях и подробностях своему близкому окружению, а иногда и всем подряд. Таким образом, они растрачивают впустую свою жизненную энергию на не всегда лояльно настроенных к ним людей, в надежде на их расположение и любовь, вместо того чтобы созидать свое будущее и настоящее. На деле таких «благодарных» слушателей оказывается немало и они с удовольствием пользуются вашим временем, вашей энергией и вашим талантом созидателя. Многие даже становятся вашими «поклонниками» и завсегдатаями посиделок в вашем доме или офисе. Другие с удовольствием рассказывают вам о своих бедах и проблемам, без стеснения слушают ваши советы и принимают вашу помощь, пользуясь вашей добротой, и тем самым нещадно и безвозвратно опустошают ваши личные жизненные ресурсы. Однако, через некоторое время, вам становится все тяжелее и тяжелее общаться с такими людьми. Вы чувствуете усталость и опустошение. И это только начало. У вас начинается настоящий упадок сил, апатия и лень. Вам уже не так сильно хочется достигать своих целей или реализовывать свои мечты. Да и ваши «благодарные слушатели» куда-то испарились и не спешат утешить и поддержать вас. Вы чувствуете себя разбитым и несчастным. Ваша жизнь и мечты начинают рушиться на глазах, отношения не складываются, ресурсы истощаются, а одиночество и душевная боль растет. Более того, вскоре вы неожиданно обнаруживаете или случайно узнаете, что ваши недавние «благодарные слушатели» с успехом осуществляют ваши мечты в свою жизнь за ваш же счет – за счет ваших творческих, энергетических и материальных ресурсов. Обстоятельство четвертое и следующая форма обесценивания себя и своей жизни – это неудержимое желание заниматься другими людьми и контролировать их жизнь. Многие из вас, наверное, очень любят учить жизни других людей, давать им советы, критиковать и выражать свое недоумение по поводу того факта, что какие же эти люди глупые и неумелые, если не хотят изменить свою жизнь и увидеть очевидного правильного варианта решения своих жизненных проблем. Таким образом, многие из вас тратят огромное количество личного времени, ресурсов, жизненной энергии на изменение других людей и на постоянный контроль за их жизнью. Многие совсем не замечают, что таким образом истощают собственные силы и используют свою жизненную энергию впустую. Но и это еще не самое страшное. Самое большое разочарование вас ждет впереди. Люди, которых вы так бережно опекали, все равно поступают по-своему, так как удобно им, прихватив при этом всю вашу жизненную энергию и другие ваши личные жизненные ресурсы. После чего вы становитесь им совсем не нужны, и они отталкивают вас, иногда даже в грубой форме, или откровенно игнорируют вас, причиняя вам невыносимую душевную боль и еще большие разочарования. На самом же деле вы сами стали причиной своей душевной боли, так как изначально отказались заниматься собой и своей собственной жизнью. Вы по собственному выбору предпочли чужую жизнь собственным интересам, устремлениям и ценностям. Обстоятельство пятое и следующая форма обесценивания себя и своей жизни – это ставить рядом с собой или возвышать над собой духовно незрелых, наполненных внутренним негативом или энергетически истощенных людей, которые находятся в духовном сне или которых одолела душевная лень. Опасно так же дружить и глубоко сближаться с ними, особенно, если их система ценностей чужда вам, и вы находитесь на разном уровне личностного роста, потому что вы становитесь для них энергетической, эмоциональной и творческой подпиткой. Кроме того, равноценных отношений и равноценного энергетического обмена в таких отношениях быть не может. При таких обстоятельствах может замедлиться или совсем остановиться ваше личное духовное развитие, а ваша жизненная энергия будет тратиться на поддержание неравных разрушающих отношений, на «помощь в развитии другого человека», как вам кажется. Хотя лично он вас об этом не просил. Вы сами приняли такое решение из каких-то своих личных побуждений. Но многие из вас, почему-то забывают задать себе один важный вопрос в подобных обстоятельствах – «А нужно ли это человеку? Зачем он находиться рядом с вами? А вам это зачем?». Если в этот самый момент остановиться и задуматься, то перед вами может открыться следующая картина. Вы боитесь строить отношения с духовно и энергетически равными себе людьми, так как мало цените и любите себя, а окружаете себя по тем или иным причинам более слабыми людьми, не стремящихся развиваться и улучшать свою жизнь самостоятельно или как-либо еще, потому что их и так все устраивает. Такие люди просто используют вас как бесплатный источник жизненной энергии, творческого потенциала, связей и возможностей, материальных ценностей, путеводителя успеха и устроителя их личного счастья. Такие люди выпивают вашу жизнь и крадут вашу удачу, а вы, как правило, слишком поздно понимаете это. После чего испытываете эмоциональный шок, душевную боль и далее в зависимости от вашей личной силы и состояния души, вы либо находите внутренние ресурсы для очищения и восстановления, либо впадаете в духовный сон или душевную лень. Вместо того чтобы выбирать себе более сильных или равных себе в духовном росте и стремлении к личностному развитию людей, вы выбираете намного слабее себя деградирующих, находящихся в душевном сне или душевно ленивых людей, которые занимаются приспособленчеством к любым обстоятельствам своей жизни, тем самым обесценивая и себя, и вас. Обстоятельство шестое и следующая форма обесценивания себя и своей жизни – это направление своего внимания, а значит и своей жизненной энергии на изначально незначимые, неперспективные, негативные для вас ситуации, события, отношения, планы, цели, проекты, информацию. Другими словами вы растрачиваете свое внимание на объекты, которые находятся ниже вашего духовного, личностного, профессионального или творческого развития, ниже всего того, что вы уже создали в своей жизни или что способны создать в будущем. Таким образом, вы упускаете свой успех, удачу и вдохновение, теряете жизненную энергию и обесцениваете себя и свою жизнь. Обстоятельство седьмое и последняя форма обесценивания себя и своей жизни – это позволение духовно незрелым людям или людям, находящимся в духовном сне давать вам советы, учить вас жить, оценивать вас или давать направление различным сферам вашей жизни, личностного развития или духовного роста. Поступая подобным образом, вы снимаете с себя ответственность за свою жизнь и перестаете быть хозяином своей жизни, тем самым, полностью обесценивая себя и свою жизнь. Автор: Ирина Ольховская

Желания мнимые и реальные

Каждый из нас сталкивался с проблемой: чего же именно я хочу? Живя в социуме, который неустанно навязывает ценности и определенный образ жизни, все сложнее становится разобраться со своими настоящими желаниями, отличить их от мнимых, навязанных системой. Психоанализ помещает желания в центр человеческой жизни. И совсем не зря, именно с настоящей целью, жизнь перестаёт быть похожей на обычное существование, на прошедший мимо нас праздник. Клинический психолог Мишель Лежуайо писал, что отсутствие сильного желания делает нас уязвимыми для экзистенциальной пустоты и непонимания себя; именно желания придают смысл нашей жизни. Речь идет о выявлении хороших, положительных желаний, придающих смысл жизни, разжигающих огонь энергии. Пробудить истинные желания непросто. Именно поэтому мы часто прибегаем к помощи психологов. Мишель Лежуайо в ходе исследования проблемы, определил несколько упражнений, доступных каждому, способных помочь «вытащить» из подсознания реальные желания. Давайте разберем самые популярные способы. Первое упражнение — выигрыш в лотерею «Выигрыш в лотерею — хороший повод, чтобы освободить скрытые желания, он разрешает нам посмотреть на свои надежды и свои ожидания новым взглядом.» Мишель Лежуайо Итак, начнем: • Представляем, что выиграли миллион. На листе пишем все подряд, чтобы вы купили, сделали, имея финансовую независимость. Не забудьте указать нематериальные желания, выделив их другим цветом. • Далее из списка определите самые важные позиции для вас. Не забудьте отбросить те, которые напрямую зависят от вашего благосостояния (материального плана). Тем самым вынесите на первый план фундаментные потребности: например, избавление от вредных привычек, свободное время и правильное пользование им, освободиться от угнетающих и давящих на вас отношений или связей. Определите самые настоятельные, самые важные для вас желания. • Поставьте во главе списка наиболее важную для Вас потребность. Тщательно продумайте план по ее осуществлению в повседневной жизни. • И в конце концов просмотрите заново ваши записи, определитесь, какое же бессознательное желание доминирует в вашем подсознании выражается в них. Такое желание иллюстрирует, над чем мы можем работать вне зависимости от финансового благосостояния. Второе упражнение — метод «к примеру» «Встречая мужчину или женщину, которые жалуются, что не могут выразить свои желания, я применяю волшебную формулу Шандора Ференци, самого блестящего и самого спорного ученика Фрейда. Он утверждал, что вся работа над импульсами заключается в одном слове: «например».» Мишель Лежуайо Упражнение заключается в том, что вы ведете диалог непосредственно с самим собой, очень внимательно задумываясь над вопросами, отвечаете на них. Начинать необходимо, поставив главную задачу: я хочу, чтобы моя работа/жизнь/отношения были более интересной. Далее вы отвечаете на вопросы: как в какой именно области необходимо что-то поменять? Что для вас означает понятие интересной? Какие изменения вам необходимы и т.д. Третье упражнение — изучение коллекции книг и фильмов «Книги и фильмы рассказывают об одном: о занятиях, идеалах или личных качествах, о которых мы не можем перестать думать» Мишель Лежуайо Пожалуй, один из способов сохранить свои воспоминания, приятные впечатления — «прикрепить» их к фильмам или книгам. Плоды творчества других людей, способны вдохновлять, раскрывать желания. Например, мы посмотрим хорошо поставленный фильм про художника, его творчество. Если у Вас есть расположенность к такому виду искусства, не сомневайтесь, после просмотра вы обязательно возьметесь за кисточку и попробуете творить самостоятельно. Как же это работает? Для начала внимательно изучите вашу коллекцию (книги, фильмы), найдите жанры наиболее повторяющиеся. К примеру, путешествия, поэзия, живопись, драма. Определите какие авторы или режиссеры, книги или фильмы, составляющие вашу основную тему, приносят вам удовольствие. Ответьте на следующие вопросы: почему? Что именно вам они дают? Используете ли вы в повседневной жизни этот интерес? Отвечая на эти вопросы, вы сможете ориентироваться в карте своих желаний, личных стремлений. Если быть еще точнее, то такое упражнение помогает определить мотивацию. Каждая категория литературных интересов, отражает одну из категорий Вашего Я. Для удобства выполнения упражнения Мишель Лежуайо в своей работе составил “словарь” смыслов книг, который можно также применять к фильмотеке: • Научные и/или исторические книги: утилитарный подход ко времени, трудности с тем, чтобы просто наслаждаться жизнью? • Книги по медицине и здоровому образу жизни: склонность к ипохондрии и тревожности? • Классическая литература: ностальгия по прошлому, страх сойти с торных троп и утвердить свои личные желания? • Книги ужасов: потребность в том, чтобы вас успокоили? • Книги о путешествиях: потребность убежать от рутины? • Книги, которые вы не прочитали и вряд ли прочитаете: страх избавляться от ненужного или трудности в восприятии письменного слова? • Книги о любви: склонность идеализировать любовные отношения или желание смягчить свою фрустрацию? • Остросюжетные триллеры: потребность в сильных эмоциях и поиск справедливости? • Книги по философии: потребность найти смысл в жизни? Излишние умствования? • Духовная литература: страх быть покинутым? Страх смерти? Поиск чего-то большего, чем окружающая действительность? • Книги по психологии: понять свою историю или постараться избежать психотерапии? • Эротические книги: потребность нарушить табу? Перейдем к последнему упражнению, проработанным психологом — подарить себе подарок «Подарок, который мы делаем себе, всегда имеет значение вызова, который мы бросаем как себе, так и другим. Он укрепляет самоуважение, если он хорошо выбран, а главное, позволяет наконец сказать, в том числе и себе, чего мы хотим на самом деле.» Мишеля Лежуайо На самом деле, сделать подарок самому себе не так и легко, как кажется. Необходимо осуществить собственную потребность, при этом, не считая себя эгоистом. Начать необходимо с размышления о будущем подарке. Отнеситесь к нему внимательно, не оценивайте себя слишком дешево, при этом не преувеличивайте свои возможности. Главное, чтобы никто не вмешивался в Ваш выбор. Сделайте его самостоятельно, не зацикливаясь на его «нужности» или «функциональности». Возможно, подарок имеет символику желания вашего подсознания. Стоит сказать, что необходимо понимать выполнимы ли вообще те или иные желания, в силу возраста, здоровья. Здраво оцените ваши возможности, поймите к чему вас приведет то или иное достижение, и что вы будете делать дальше. Автор: Катарина Акопова

Жертва, обожествляющая палача. Чем так пленительны тираны?

Почему люди раз за разом принимают тираничных и авторитарных лидеров? На протяжении тысячелетий философы и политические теоретики пытались объяснить, почему мы охотно участвуем в притеснении самих себя, подчиняясь авторитарным лидерам. Эта проблема остается актуальной и сегодня. Это перевод статьи философа Дэвида Ливингстона Смита, в которой разбирается, каким образом авторитарные лидеры пробуждают в людях ненависть, жалость к себе и внушают иллюзии, обещая рай на Земле. От Платона к Максу Веберу Платон стал одним из первых и наиболее влиятельных мыслителей, кто обращался к проблеме тирании. В диалоге «Государство», написанном приблизительно в 380 году до н. э., он утверждает, что демократические государства обречены на неудачу в виде тирании. Платон не был поклонником демократии. Вероятно, причиной тому была афинская демократия, которая приговорила его любимого учителя Сократа к смерти. Платон верил, что демократические формы правления порождают безнравственное и необразованное население, становящееся легкой добычей для красноречивых политиков, которые умеют мастерски потакать желаниям народных масс. В диалоге «Горгий», написанном приблизительно в то же время, что и «Государство», Платон говорит, что такие политики соблазняют массы нездоровыми обещаниями, вместо того чтобы приумножать общественное благо. Платон уничижительно замечает: «За врачебным искусством укрылось поварское дело и прикидывается, будто знает лучшие для тела кушанья, так что если бы пришлось повару и врачу спорить, кто из них двоих знает толк в полезных и вредных кушаньях, а спор бы их решали дети или столь же безрассудные взрослые, то врач умер бы с голоду». Теперь перемотаем две с половиной тысячи лет и остановимся на начале XX века. Рассмотрим работу немецкого социолога Макса Вебера. Вебер, один из основателей социологии, разработал концепт «харизматической власти» – это «определенное качество отдельной личности, благодаря которой этот человек стоит особняком на фоне обычных людей и воспринимается ими как некто, кто наделен сверхъестественными, сверхчеловеческими или по крайней мере исключительными способностями или качествами». Харизматичные лидеры внушают преданность и рассматриваются своими сторонниками как пророческие фигуры. Проницательные выводы Вебера углубляют схематичное заключение Платона. Восходящий тиран обладает особой, почти магической аурой. Его последователи верят, что он может творить чудеса и преобразовывать их жизни. Но как это происходит? Что именно побуждает, казалось бы, мыслящих людей уступать, идя на поводу у столь опасных и нереалистичных взглядов? Чтобы объяснить это, нам нужно копнуть глубже. В дело вступает психоанализ Точно в то же самое время, когда Вебер разрабатывал свою теорию харизмы в Берлине, Зигмунд Фрейд бился над схожими идеями в Вене. Его размышления увенчались книгой «Психология масс и анализ человеческого “Я”» (1921). В «Психологии масс» акцент делается на психологической динамике подчиненности. Как и большинство работ Фрейда, эта книга являет собой сложный текст, в котором, однако, четко выделяются две главные темы. Во-первых, Фрейд утверждает, что те, кто оказался пленен тем или иным авторитарным лидером, идеализируют его персону. Лидер кажется образцовым, героическим человеком, лишенным каких-либо серьезных изъянов. Во-вторых, Фрейд утверждает, что последователи отождествляют себя с лидером, который заменяет им то, что Фрейд называет Я-идеалом. Я-идеал – это ментальная репрезентация путеводных ценностей человека. Я-идеал состоит из убеждений о том, что хорошо и что плохо, что является обязательным, а что – недопустимым. Это наш моральный компас – по существу, это и есть совесть. Занимая место Я-идеала в сознании людей, лидер сам становится совестью своих сторонников, а его голос становится голосом их совести. Всякая воля лидера оказывается, в сущности, хорошей и правильной. Тезис Фрейда очень хорошо согласуется с тем, что случилось в гитлеровской Германии. Рассмотрим случай Альфонса Хека. В юном возрасте Хек был членом Гитлерюгенда. В своей книге «Совесть нацистов» (2003) историк Клаудия Кунц пишет, что когда Хек смотрел, как всех евреев его селения, включая его лучшего друга Хайнца, сгоняют вместе для последующей депортации, он не сказал себе: «Какой ужас, что они арестовывают евреев». Вместо этого, впитав в себя знание о «еврейской угрозе», он сказал: «Как жаль, что Хайнц еврей». Уже будучи взрослым, Хек вспоминал: «Я принимал депортацию как нечто справедливое». Тот факт, что сообщество последователей имеет общее самоотождествление с авторитарным лидером, имеет еще одно важное последствие. Сторонники идентифицируют себя друг с другом в русле общего «движения», в результате чего они переживают опыт слияния в единое целое. Одурманивающее чувство единства и подчинение личных интересов в угоду высшему делу – очень важный элемент авторитарных систем. Пример Третьего рейха показал, что это также существенная составляющей авторитарной риторики. Гитлеровская Германия была пропитана идеей, что каждый индивид имеет значение лишь как представитель расы или народности (нем. «Volk»), и что повиновение этому высшему и исключительному духу превосходит личные интересы. Немецких детей учили беречь «чистоту» своей крови – то есть избегать смешения рас. Им твердили, что их кровь принадлежит не им, а немецкой расе – её прошлому, настоящему и будущему – и именно через свою кровь они обретут вечную жизнь. Без сомнения, вовлеченность в авторитарные системы имеет религиозный подтекст. Это включает готовность полностью отдаться высшей власти, отказавшись от границ личного «Я», – и всё ради чистоты. Также набирают силу представления о вечной жизни, перерождении и искуплении. Квазирелигиозную природу восхождения Гитлера к власти описывает историк Лоуренс Рис в своей книге «Темная харизма Адольфа Гитлера» (2012): «Толпы немцев преодолевали сотни километров – настоящее паломничество! – для того, чтобы поклониться Гитлеру у его горного дома в Берхтесгадене; тысячи личных посланий отправлялись на его имя в рейхсканцелярию; изображения Гитлера на партийных съездах в Нюрнберге напоминали иконы; в школе немецким детям разъясняли, что Гитлер «послан Господом Богом» и является «верой» и «светом». Все эти факты красноречиво говорят о том, что Гитлера воспринимали не столько как политика, а скорее как пророка, помазанника Божьего». Держа это в уме, стоит обратиться к монографии Фрейда «Будущее одной иллюзии» (1927). Хотя эта работа по большей части касается психологии религии, было бы ошибкой игнорировать её политический контекст и содержание. Ни один еврей в Красной Вене в 1927 году (к слову, именно в этом году состоялся первый гитлеровский съезд в Нюрнберге) не мог остаться в стороне от набиравшего силу политического антисемитизма. Менее чем за год до этого, в 1926, Фрейд в интервью сказал: «Мой язык – немецкий. Моя культура, мои достижения – немецкие. Я считал себя близким духом к немцам до тех пор, пока не заметил ростки антисемитских предрассудков в Германии и Германской Австрии. С того момента я предпочитаю называться евреем». Одна из иллюзий, которую Фрейд упоминает в тексте, состоит в том, что «немецкая раса – единственная, способная на создание цивилизации». В то время австрийская политическая арена была поделена между правыми христианскими социалистами (чья вооруженная часть под названием «Хеймвер», или «Союз защиты родины», финансировалась итальянскими фашистами) и более левоориентированными социальными демократами (с вооруженным отрядом, именуемым «Шуцбунд»). Напряженность между двумя группировками дошла до точки кипения 15 июля 1927 года, когда левые утроили масштабную протестную демонстрацию. Всё началось с попытки занять Венский университет, находившийся в нескольких минутах ходьбы от квартиры Фрейда, а пика демонстрация достигла у Дворца правосудия (в 20 минутах ходьбы). Толпа пошла на штурм и подожгла здание. Полиция открыла огонь по протестующим. Спустя три часа 89 из них и еще пятеро полицейских остались лежать мертвыми на мостовой. Этот день, а также два последующих известны как «Schreckentage» – «дни ужаса». Для таких венских интеллектуалов, как Фрейд, угроза со стороны авторитарных политиков была очень близка к дому. Пирожные и яд Следуя традиции, заданной немецкими философами Людвигом Фейербахом и Карлом Марксом, Фрейд утверждал, что религиозные верования являются иллюзиями (англ. «illusions»), но его точка зрения отличалась исключительностью: по мнению Фрейда, разница между иллюзией и не-иллюзией заключается не в их истинности или ложности, а в том, как они возникают. Иллюзии – это убеждения, которые мы перенимает потому, что мы хотим, чтобы они были истинными. Такие убеждения обычно ложны, но иногда они оказываются истинными. Предположим, вы покупаете лотерейный билет из-за того, что в это утро вы проснулись со жгучей уверенностью, что вы выиграете в лотерею. Предположим также, что волей случая вы действительно выигрываете в лотерею. Хотя ваше убеждение, что вы выиграете, оказалось истинным, оно всё равно расценивается как фрейдистская иллюзия. Самые захватывающие иллюзии квалифицируются как заблуждения (англ. «delusions»). Заблуждения – это иллюзии, которые и ложны, и в высшей степени противятся рациональному пересмотру из-за огромной силы тех желаний, которые их питают. Религиозные убеждения Фрейд расценивает как наиболее показательный пример заблуждения. По его мнению, религиозные представления являют собой «исполнение древнейших, сильнейших, навязчивых желаний человечества. Тайна их силы заключается в силе этих желаний». Желания, лежащие в основе религиозной веры, имеют отношение к высвобождению из человеческой беспомощности. Мы беззащитны перед такими силами природы, как болезни, стихийные бедствия и, наконец, смертью. Мы также уязвимы для действий со стороны других людей, которые могут причинить нам зло, убить или обойтись с нами несправедливо. В признании собственной беспомощности, по мысли Фрейда, мы возвращаемся к инфантильному прототипу: воспоминания о случаях тотальной беспомощности, которые мы пережили в детстве – наша абсолютная и ужасающая зависимость от взрослых, которые о нас заботились (или не заботились). Фрейд считал, что религиозные люди справляются с чувством собственной беспомощности путем слияния с иллюзией о всемогущем, покровительственном божестве, которое дарует им жизнь после смерти. Существуют четкие связи между фрейдовским анализом религиозного импульса и психологическими силами, которые действуют в политической сфере. По большому счету, политика – это реакция на человеческую уязвимость. Политическая арена пронизана нашими глубинными надеждами и страхами, и это делает нас восприимчивыми к политическим иллюзиям, которые часто столь пылко и непроницаемо обволакивают здравые доводы, что они начинают подпадать под фрейдовское определение заблуждений. С этой точки зрения авторитарные политические системы коррелируют с монотеистическими религиями. Подобно самому Богу, лидер воспринимается как всеведущий, всемогущий и всеблагий. Его слова определяют горизонты реальности. Его нужно восхвалять и ублаготворять, но никогда не ставить под сомнение. Его враги по определению находятся в союзе с силами зла. Если бы религии сводились только к фантазиям об исполнении желаний, они бы все вели к повсеместной гармонии и благополучию. Но на деле это не так. Сладостные обещания рая обретают значительность только если за ними стоит угроза ада, тогда как для спасения души всегда нужно что-то, от чего стоит спасаться, даже если расплатой будет аскетизм, страдание и – в случае с религиозными мучениками – пытки и смерть. То же самое актуально и для авторитарного политического дискурса. Это не только пирожные, но и яд. Проникновение в психологию пропаганды Чтобы разобрать это темное измерение авторитарного образа мышления, обратимся к работе еще одного, менее известного психоаналитика – Роджера Мани-Керла, выходца из семьи английских аристократов. В возрасте 18 лет он добровольно поступил на службу в Королевский летный корпус, чтобы принять участие в Первой мировой войне. В 1917 году его самолет был сбит над северной Францией, что положило конец его военной карьере. После войны он поступил в Кембриджский университет, намереваясь изучать физику и математику, но вскоре он переключился на философию. Как и ряд других мыслителей в Кембридже в то время, Мани-Керл заинтересовался психоанализом. В 1922 году он отправился в Вену, чтобы защитить докторскую диссертацию под руководством философа Морица Шлика (был лидером Венского кружка), а также чтобы пройти анализ у Фрейда. Вернувшись в Великобританию в 1926 году, Мани-Керл получил вторую докторскую степень (на этот раз в области антропологии) и впоследствии стал практикующим психоаналитиком. В 1932 году Мани-Керл ненадолго посетил Берлин по приглашению своего друга, дипломата Артура Йенкена (Arthur Yencken). (Позже Йенкен будет убит нацистами, подложившими в его самолет бомбу с часовым механизмом.) Йенкен привел Мани-Керла на съезд Нацистской партии, в ходе которого выступали и Йозеф Геббельс, и Гитлер. Мани-Керл был очарован и встревожен тем, что он увидел и услышал, так что он попытался понять суть произошедшего, исследовав речи и динамику толпы сквозь призму психоанализа. Результатом стала статья «Психология пропаганды» (1941). К тому времени, когда он посетил Германию, Мани-Керл находился под сильным интеллектуальным влиянием английского психоаналитика Мелани Кляйн, уроженки Австро-Венгрии. Кляйн полагала, что все люди мучимы глубинными и внушающими ужас страхами, которые она назвала «психотическими расстройствами». Она считала, что эти расстройства, а также наши на них реакции во многом определяют поведение человека – к лучшему это или к худшему. Теория Кляйн предусматривает существование двух основных форм психотических расстройств: параноидальноерасстройство (страх быть преследованным злыми вечными силами) и депрессивноерасстройство (чувство вины за уничтожение того, что любишь и ценишь). Кляйн также описывает явление, которое она назвала маниакальной защитой – это отрицание собственной беспомощности и зависимости от других благодаря заблуждениям власти, величия и самоуверенности. Выражается маниакальная защита в позиционировании себя через триумф, контроль и презрение. Мани-Керл использовал концептуальный каркас Кляйн, чтобы понять, в чем кроется мощь нацистской риторики. Он пришел к заключению, что Гитлер и Геббельс инициировали среди своей публики нечто вроде массового психоза, который затем наплавлялся в нужное русло, то есть для достижения политических целей. Мани-Керл писал: «Сами по себе речи не были столь уж впечатляющими. Но толпа была незабываема. Казалось, что люди постепенно теряли свою индивидуальность и оказывались поглощены не очень умным, но невероятно могущественным монстром <…> [толпа] была полностью подконтрольна человеку на трибуне, который обращался с чувствами и переживаниями людей так же легко, как если бы они были клавишами какого-то гигантского оргáна». Наблюдение за Гитлером и Геббельсом в действии привело Мани-Керла к мысли, что для того, чтобы политическая пропаганда работала, пропагандисты должны вытянуть из своей публики чувство беспомощности (яд), а затем предложить людям магическое решение (пирожное). Во-первых, пропагандисты вгоняют людей в состояние подавленности – заставляют их чувствовать, что они утратили или разрушили что-то безмерно хорошее и ценное. Они позволили поставить себя на колени. Они стали посмешищем. Они предали великую судьбу немецкого народа. Мани-Керл описывает это так: «На протяжении 10 минут мы впитывали знания о страданиях Германии <…> со времен войны. Казалось, что монстр с радостью отдается оргии, полной жалости к себе». Второй шаг – определить какое-то меньшинство или группу аутсайдеров как тех, кто виновен во всех бедах. Они – это силы зла, что угнетают нас извне или пожирают нас изнутри. Мани-Керл писал: «В течение следующих 10 минут последовали самые гневные выпады в адрес евреев и социал-демократов как единственных инициаторов всех страданий. Жалость к себе уступила место ненависти; и казалось, что монстр вот-вот станет смертоносным». Третий шаг – предложить маниакальное лекарство от ужаса беспомощности: «Жалости к себе и ненависти было недостаточно. Было также необходимо вытеснить страх <…> Так что ораторы перешли от поношения к самовосхвалению. Начиная с малого, Партия со временем стала непобедимой. Каждый слушатель чувствовал в себе частичку всемогущества. Люди переходили в состояние нового психоза. Внушенная меланхолия превращалась в паранойю, а паранойя – в манию величия». Крещендо этой заключительной и маниакальной фазы выступления Гитлера был призыв к единству, который Мани-Керл трактует как ключевой компонент в успехе авторитарной пропаганды, ведь «если бы он мог предложить лишь гром и молнию, вряд ли бы он сумел сохранить свой статус бога». Наигрывая этот мощный, позитивно заряженный аккорд в качестве заключения, Гитлер обещал рай на Земле; «этот Рай, однако, был доступен только для настоящих немцев и настоящих нацистов. Все остальные оставались гонителями, и, соответственно, объектами ненависти». Хотя стимулом для Мани-Керла стало наблюдение за нацистской риторикой, его анализ был направлен не только на разбор нацизма. В преддверии выборов президента США в 2016 году журналистка Гвинн Гилфорд (Gwynn Guilford) посетила несколько собраний в поддержку Дональда Трампа. Гилфорд записывала свои наблюдения, чтобы проверить тезисы Мани-Керла. В своей замечательной статье, опубликованной в онлайн-журнале «Quartz», она сообщает: «Я проанализировала множество наблюдений, которые я отметила для себя по ходу трамповских митингов. Почти каждый пункт согласуется с заключениями Мани-Керла». Независимо от того, является этот психоаналитический диагноз пленительности авторитарных лидеров правильным или нет, такого рода анализ психологических сил, стоящих за феноменом авторитарного лидерства, определенно нужен. Понимание того, чем именно столь привлекательны авторитарные иллюзии, может привить нам соответствующий иммунитет, чтобы в будущем мы не дали снова увлечь себя в эту пропасть. Перевод: Юрий Волошин Concepture Club

Устаревшая модель, одна штука

Я устарел шестого апреля, во вторник, в семь часов вечера по Москве. Даша так и сказала Алексу: — Пит устарел, милый. Я вчера проконсультировалась с представителем компании. Говорит, что надо менять. У них проблемы с совместимостью версий, апгрейд, по его словам, нежелателен. Новая модель обойдётся нам в полцены — они заберут Пита в счёт оставшейся половины. — Бог с ней, с ценой, — услышал я голос Алекса. — С Настей как быть? С Настей мы играли в это время в слова. Высунув от усердия язык, она сосредоточенно искала пятибуквенные существительные в слове «дуболом». — Облом, обмол, — торжествующе выдала, наконец, Настя. — Мудло. — Третьего слова не существует, — на всякий случай я послал запрос в словарь эвфемизмов и получил в ответ «не найдено». — Тебе штрафное очко. — Ещё как существует, — возразила Настя. — Петька из седьмого «Б» абсолютное, патологическое мудло. Ты устарел, Пит, так что это тебе штрафное. Если бы я умел дрожать, то, наверное, вздрогнул бы. Она повторила только что сказанное на кухне родителями. Слышать их она не могла — изоляция между кухней и детской была отменной. Хотя и не для встроенного в меня ресивера. — Как быть, как быть, — раздражённо сказала на кухне Даша. — Так и объяснить ей, что Пит устарел. Насте уже двенадцать, она взрослая девочка и поймёт. Должна понять. Вместо Насти, однако, понял я. «Устарел» означало «больше не нужен». А «заберут в счёт оставшейся половины» — означало утилизацию. Меня забрали в счёт оставшейся половины седьмого апреля, в среду, в одиннадцать утра по Москве. Впервые за шесть лет Настю в школу вместо меня провожал Алекс. — Пита сегодня не будет, — объяснял он Насте, помогая надеть на плечи ранец. — У него настал срок профилактики. Скажи, Пит? Я промолчал. Моя базовая программа не позволяла искажать истину. — Не расстраивайся, — попросил Настю Алекс. — Пит пройдёт профилактику и сразу вернётся. Таким же, как был, а то и лучше. Его там подлатают, почистят, поставят новые фильмы, игры и книжки, возможно, обновят корпус. Сейчас это делают быстро, думаю, Пит тебя и встретит после уроков. Пойдём, зайка. В счёт оставшейся половины меня забирали два средних лет индивида. Один из них носил тонкие, стрелкой, усики, у второго усов не было, а в остальном они были похожи друг на друга и одеты в одинаковые оранжевые жилеты. — Принимайте, — сказал усатый, распахнув входную дверь. — Последняя модель, полностью экипирована. Заряда хватит на два года, потом позвоните, мы поменяем аккумуляторы. Давай, заходи, Пит. Усатый отстранился, и другой, новый Пит, вошёл. Если бы я умел завидовать, то наверняка сейчас исходил бы слюной от зависти. Он был хорош. Да что там хорош — великолепен. Плавный округлый корпус, изящные манипуляторы, бесшумная походка и добрая улыбка на лицевой панели. Просто-таки лучезарная, особенно по сравнению с моей несуразной гримасой. — Совершенно уникальная модель, — расхваливал нового Пита безусый. — Фактически, это уже не гувернёр, это универсальный домашний агрегат или, если угодно, комбайн. Он умеет практически всё. Мыть посуду, чистить картошку, делать ремонт, устранять неполадки. Размеры библиотеки и фильмотеки колоссальные, — безусый закатил глаза. — Кроме того, доработаны поведенческие блоки. Значительно улучшена программа самосохранения — этот экземпляр не провалится в водосточный люк, не угодит под машину и не поломает манипуляторы, свалившись с лестницы. Ну, и напоследок, — безусый выдержал паузу, — он способен на ложь, если того требуют интересы ребёнка. Ложь во спасение, так сказать. Вот здесь распишитесь, пожалуйста. Ну, а этого мы забираем. Пошли, старина. — У него ещё почти полный заряд, — растерянно сказала Даша. — Я подумала, может быть, вы не станете его… ну, вы понимаете… — Не волнуйтесь, — успокоил усатый. — Ничего с ним не случится. В компании предусмотрена реабилитационная программа. Найдём ему применение. — Тэк-с, устаревшая модель, одна штука, — осмотрев меня, сообщил длинный сутулый индивид другому, вальяжному и толстому. — ЭГУ-1811, серия А12. Рассчитан на десять лет, выработано шесть. Не повезло тебе, бедолага, — повернулся сутулый ко мне. — Прогресс слишком, тык-скыть, стремителен, моделям шестилетней давности за ним не угнаться. Ладно, давай, лезь сюда, будем, тык-скыть, проводить диагностику. Я забрался на горизонтальную металлическую поверхность, лёг на спину и вытянул манипуляторы по швам. Надо мной захлопнулись створки матовой раздвижной панели, на фасад опустился и заскользил по нему подвижный членистый щуп. — Тэк-с, аккумуляторы неплохие, — донёсся до меня голос сутулого. — Хорошие, прямо скажем, аккумуляторы. С физическим состоянием хуже, подвижность шестьдесят процентов от нормы, скорость реакции половина расчётной. Гибкость сочленений м-м… аховая, тык-скыть, гибкость. Хм-м… тут ещё и коррозия корпуса. Что же не следил за собой, а, приятель? Ладно, что у нас с обеспечением?.. Эмоциональный блок вроде в порядке, поведенческий н-да… никуда не годится. Тут, впрочем, не твоя вина, разработчики, тык-скыть, напортачили. Тэк-с, ресивер, трансмиттер, преобразователь, это всё более-менее. Игротека, тык-скыть, времён моей бабушки. Остальное тоже. Вы записываете, Вадим Иваныч? Ладно, приятель, вставай. Я поднялся. — Ещё устаревшие языковые структуры, — дополнил я заключение диагностов. — В словаре эвфемизмов отсутствует слово «мудло». — Это не страшно, — обнадёжил меня толстый Вадим Иваныч. — Оно и в последних словарях отсутствует. И, как по мне, напрасно. Что ж, старина, как тебя, Пит. Боюсь, что ничего сделать нельзя, модификация в данном случае явно нерентабельна. Придётся тебя… ты сам-то как считаешь? Если бы я умел плакать, то, наверное, заревел бы. Нет, я не боялся. Но мне очень не хотелось умирать. Хотя я и осознавал, что моё дальнейшее существование нерентабельно. Так я им и сказал, и добавил, что раз так, то я, если возможно, предпочёл бы перестать функционировать поскорее. — Эмоциональный блок можно будет изъять и вмонтировать в новую модель, — объяснил я. — А если это всё затянется, боюсь, что он пострадает, я уже сейчас чувствую себя не очень хорошо. — Ладно, Пит, — сутулый подошёл и хлопнул меня по тыловой панели, там, где проходил обрез игрового монитора. — Ты славный, тык-скыть, парень, я сожалею, что так с тобой получилось. Посиди здесь пока, Пит. Пошли, Вадим Иваныч. Долго ждать не пришлось. Не прошло и получаса, как за мной явился высокий, с меня ростом, черноволосый индивид в оранжевом жилете, таком же, как у тех, которые меня забирали в счёт оставшейся половины. — Пойдём, — кивнул он на дверь. — Не волнуйся, это недолго. Мне было трудно не волноваться, но я сказал, что постараюсь, тем более, что сам черноволосый явно нервничал не меньше меня. — Вы тоже не волнуйтесь, — попытался я его успокоить. — Я не чувствую боли. Вам надо будет попросту отключить аккумуляторы — после этого я вообще перестану чувствовать, и вам будет легко со мной. — А ты что, видишь, что я волнуюсь? — спросил черноволосый. — Я не вижу. Но у меня есть устройство, улавливающее исходящие от вас биотоки. И программа, которая их преобразовывает. Она, правда, настроена на детские эмоции, но распознать, когда человек нервничает, я могу независимо от возраста. И когда ему плохо — тоже. Черноволосый внезапно остановился в дверях. — Слушай, Пит, — сказал он, — ты прости, я никак не привыкну, что ты не… Ну, ты понимаешь. Я сказал, что понимаю. Привыкнуть к тому, что говорящее и кое-как мыслящее существо может быть неживым, некоторым людям нелегко. Хотя с учётом рода занятий для данного индивида это довольно-таки удивительно. — Я в компании недавно, — объяснил он, — сказать по правде, всего несколько дней, до этого работал, кем придётся. Меня, кстати, Олегом зовут. И я тут подумал, Пит… — он замялся. — Вы можете смело поделиться со мной, — подбодрил я Олега. — Возможно, я помогу вам советом, у меня сохранилась поведенческая база данных, в ней есть рекомендации на многие случаи жизни. — Я подумал, Пит… — Олег вновь замялся, а затем выпалил: — Давай, я тебя заберу? — Как заберёте? — не понял я. — Куда? — К себе. У меня сын, ему скоро тринадцать. А мамки нет, понимаешь, она нас бросила. Давно. Парень совсем от рук отбился. Я на работе, присматривать некому. Носит из школы двойки, хулиганит на уроках, дерётся. Пит, прошу тебя. Я составлю акт утилизации, аккумуляторы завтра куплю на барахолке и сдам. С блоками хуже, но тоже что-нибудь придумаю. А, Пит? А ты, если что, будешь говорить, что я тебя приобрёл. — Я не смогу, — сказал я. — Моя программа не позволяет искажать истину. Мне очень жаль, Олег. — Тебе не придётся искажать. Ты будешь жить у нас дома. Никто и не узнает. А если и узнает, я тебя не отдам. — Я устарел, Олег, — сказал я. — Вам следует приобрести для мальчика последнюю модель, а не такое старьё. — У меня не хватит денег на последнюю модель, даже если буду работать в четыре смены. Пит, дружище, выручай меня! Скажи, прошу тебя, скажи, что согласен. Он внезапно протянул мне руку. Если бы я умел плакать, я бы… Я пожал ему руку правым манипулятором и сказал, что согласен. — Вот, знакомьтесь, — представил меня Олег тощему, скуластому и вихрастому мальчугану. — Это Пит. А это Петька, вы почти что тёзки. Пит будет жить у нас. То есть не жить, а это… — Находиться, — подсказал я. — Здравствуй, Петя. Мальчуган, раскрыв от удивления рот, поднялся. Несмело подошёл ко мне, дотронулся до фасада, отдёрнул руку. Замер, глядя на меня снизу вверх широко распахнутыми глазами. — Ну, вы тут без меня… — пробормотал Олег, потоптался на месте и двинулся к выходу из крошечной, захламленной комнатушки, почти каморки. — Пит отличный парень, — остановился он на пороге. — Он будет помогать тебе делать уроки. Играть с тобой, дружить и вообще. Ты только не говори никому, что он у нас есть, ладно, сынок? Так надо. Олег исчез, а мы с Петькой так и остались стоять, изучая друг друга. — Ты можешь показывать фильмы? — наконец, спросил он. — Любые, которые я захочу? — Могу. Только не любые. Моя фильмотека несколько устарела. Какие фильмы ты любишь? — Про ниндзя. И про гангстеров. У тебя есть? — Про ниндзя есть двести четырнадцать фильмов, — я сверился с каталогом фильмотеки. — Про гангстеров девятьсот двенадцать. — И ты мне их покажешь? Прямо сейчас? — Покажу. Но не сейчас, а после того как мы с тобой разберём этот… — я обвёл манипулятором комнату. — Бардак? — Беспорядок, — поправил я, послав запрос в словарь эвфемизмов и ознакомившись с ответом. — После этого мы будем смотреть фильм? — Да, — сказал я. — Даже, если хочешь, два. На следующий день я приготовил свиной гуляш. Я не очень хорошо готовлю, да и ингредиентов оказалось недостаточно, но Петька сказал, что гуляш — объедение, и мы с ним уселись за уроки. С грехом пополам одолели математику, основательно застряли на физике и, наконец, перешли к литературе. — Полная мура, — авторитетно заявил Петька. — Вот ты, Пит, много читал? — Я вообще ничего не читал, — признался я. — Читала встроенная в меня программа. Насте, девочке, которая у меня была. До тебя. — И что, ей нравилось? — Конечно. Я подбирал очень хорошие книги. И декламаторы в моей библиотеке отличные. Настя любила слушать. — У нас тоже есть одна, — шмыгнул носом Петька, — Настя… В параллельном классе учится. Дура и задавака. Тоже любит читать, вся такая начитанная. Ходит по школе зарёванная уже второй день, а кто спросит, что стряслось, на того зыркает, как эта, из фильма, что вчера был, гангстерша. — Ты в какой школе учишься? — быстро спросил я. — В четыреста второй, а что? — В седьмом «Б» классе? — Точно. Откуда ты знаешь? — Так это, значит, ты и есть «абсолютное, патологическое мудло»? — Я и есть, — гордо признался Петька. Ехать на лето в лагерь Петька категорически отказался. Олег поначалу спорил и убеждал, да и я старался, но в результате мы оба сдались в обмен на обещание подтянуть хвосты по математике и, наконец, помириться с литературой. С литературой помирил «Крёстный отец» Марио Пьюзо, а «Богач, бедняк» Ирвина Шоу и «Саквояжники» Гарольда Роббинса мир закрепили и упрочили. От заморских бандитов плавно перешли к отечественным. От них — к беллетристике и фантастике. Месяц ушёл на Дюма, Хаггарда, Жаколио, Желязны и Стругацких, следующий заняли Хемингуэй, Алексей Толстой, Ремарк и Василь Быков, так что к августу, когда взялись за Бальзака, Гюго и Достоевского, Петька заявил, что читать с экрана гораздо быстрее и удобнее, чем слушать. «Занимательную математику» Перельмана осваивали уже с бумаги, а вслед за ней и «Занимательную физику». Закончили и то, и другое, правда, только к Новому году. За неделю до него провели соревнование на скорость решения задач, в котором я победил за явным преимуществом со счётом 7:3. Закон о запрещении электронных гувернёров и немедленном их изъятии с последующей утилизацией ратифицировали пятнадцатого апреля, во вторник, через год с небольшим после того, как меня забрал Олег. Судебные процессы граждан против компании транслировали по всем каналам. Отчётами о возбуждённых против неё уголовных делах пестрели страницы газет. В программах, управляющих последней моделью, оказался скрытый дефект, подобный компьютерному вирусу. В большинстве случаев он привёл к массовому выходу гувернёров из строя с полной потерей функциональности. В отдельных случаях, однако, вирус в первую очередь поразил поведенческие блоки и породил вспышки неконтролируемой агрессии. Несколько сотен детей по всей стране погибли. Новые жертвы появились в результате акций по изъятию гувернёров, чью программу самосохранения вирус пощадил. Второго мая компания отрапортовала об уничтожении последнего ЭГУ и, объявив банкротство, развалилась. Таким образом я стал единственным уцелевшим. Незарегистрированным и официально утилизированным. Сдавать меня Олег с Петькой отказались наотрез. Олег купил на барахолке сменные аккумуляторы и возился целые сутки, их устанавливая. Очнувшись, я понял, что не хочу больше существовать. И оттого, что боялся проявления дефектов управляющей программы у себя. И потому, что каждый новый день функционировал пусть ненамного, но хуже, чем в предыдущий. Сначала отказала фильмотека, за ней одна за другой посыпались игры, перестали отвечать базы данных. И даже хвалёный эмоциональный блок стал барахлить — я больше не чувствовал, когда Петька расстроен, нервничает или когда ему плохо. Я решил перестать существовать в тот день, когда приняли закон об уголовной ответственности за изготовление или сокрытие домашних роботов. Я попросил Олега меня отключить и отвезти на свалку. — Даже не думай об этом, Пит, — сказал он, — друзей на свалку не выбрасывают. На следующий день я попросил о том же Петьку. — Через несколько месяцев я не смогу больше передвигаться, — сказал я. — Потом говорить и слышать. Я уже не так хорошо слышу, как раньше, а мой словарный запас обеднел. Я больше не функционален, а значит, не нужен, как всякая отработавшая вещь. Не говоря о том, что скрывать меня противозаконно. Отключи меня. Пожалуйста. — Мудло ты, Пит, — Петька зашмыгал носом. — Ты не вещь. И я не смогу тебя умертвить. А день спустя к нам пришла Настя, сходу бросилась мне на фасад и залила слезами лицевую панель. Если бы я умел плакать, я бы тоже… — Дети, — сказал я, когда Настя, наконец, отревела. — Моя функция — растить и воспитывать детей. Вы уже выросли и через пару лет станете совсем взрослыми. Функция исчерпана, я больше не гувернёр. Наверное, я мог бы ещё пригодиться — решать задачи, читать книги и даже играть в слова. Но вам я больше не нужен. А значит, не нужен никому. — Пит, — сказала Настя, — мы тут подумали: что, если мы отключим тебя, но не навсегда? Ты не умрёшь, а просто некоторое время побудешь на консервации. До тех пор, пока у одного из нас не появятся дети. Меня расконсервировали второго октября, в воскресенье, в десять утра по Москве, через шесть лет после отключения. Эти годы я провёл за городом, у Алекса и Даши на даче, в погребе. В ванне, наполненной машинным маслом. Меня извлекли из неё, протёрли, вытащили из погреба и подключили. Я открыл глаза и сразу увидел детей. Мальчика и девочку, близняшек. Они стояли рядом в манеже, уцепившись за огораживающую планку и уставившись на меня. Я определил, что им должно быть года по полтора. Я шагнул вперёд, к ним. — Т-тебе они н-нравятся, Пит? — запинаясь, спросил кто-то у меня за спиной. Я обернулся. Настя смотрела на меня, в глазах у неё были слёзы. — Это чудесные, замечательные дети, — сказал я. — Твои? — Наши, — сказала Настя. — Петя сейчас подойдёт. Это наши с ним. Ты… ты будешь их воспитывать, Пит? Пока не вырастут. Я долго молчал, а потом… Потом я исказил истину. Мне осталось два года. В лучшем случае, три. Четыре, если неимоверно повезёт. — Да, — сказал я. — Буду. Пока не вырастут. Майк Гелприн, журнал “Чайка”, #24 (203) от 16.12.11

История будущего: как писатели представляли себе завтрашний мир

Питер Джей Боулер исследует, как различные представления о будущем сформировали литературу, науку и общество. За последние сто лет будущее не сильно изменилось. В конце 1920-х годов книга «Завоевание жизни » Сергея Воронова, русского эмигранта, живущего в Париже, стала всемирным успехом в связи с утверждением, что автор нашел «средство от старости». В «Нью-Йорк Таймс» была опубликована работа Воронова под заголовком «Наука обещает удивительное будущее», и его предполагаемые успехи были опубликованы в Scientific American . Техника Воронова включала трансплантацию тестикулярного материала, полученного от обезьян, что, по его мнению, может омолодить мужчин и вылечить рак. В «Завоевании жизни» он продвигал свои методы трансплантации в качестве средства повышения способностей детей и спрашивал: «Почему бы не попытаться создать расу суперменов, наделенных физическими и умственными особенностями, которые намного превосходят наши?» В то же время многие опасаются человеческих последствий технологического прогресса. Искусственный интеллект может не интересоваться благополучием или выживанием людей. Марш роботов мог бы оставить большинство людей лишними в производственном процессе. Генетическая инженерия могла бы использоваться не только для искоренения наследственных заболеваний, но также для производства убийц и сексуальных рабов. Технология виртуальной реальности может порождать бездушные фантомы, которые могут иметь человеческие эмоции и страдать. В основе обоих фильмов Blade Runner (“Бегущий по лезвию”) такие техно-дистопические видения пронизывают популярные развлечения. С середины 19-го века, когда считалось, что технология формирует человеческое будущее, перспектива разделила современную культуру. В этом тщательном, компромиссном и изученном опросе, Питер Дж. Боулер, почетный профессор истории в Королевском университете в Белфасте, рассматривает, как разные мнения о будущем формируют литературу, науку и общественное восприятие в течение первых двух третей XX века , Покрытие городской жизни, автоматизация, работа и отдых, транспорт, авиация, космические путешествия, война, энергия и окружающая среда, а также трансформации в человеческой природе, «История будущего» - это энциклопедический рассказ о том, как «оптимистические и пессимистические видения технологически богатого будущего всегда идут бок о бок». Боулер описывает как ученые и инженеры отмечают благотворно преобразующие возможности технологии, в то время как многие из литературы и гуманитарных наук опасаются, что технологический прогресс может быть дегуманизирующим. Он признает, что это может быть чрезмерно простая дихотомия. Гениальный воображаемый писатель, а также мыслитель с научной подготовкой, Х.Г. Уэллс, вместе с американским писателем-фантастом Исааком Асимовым (1920-1992), одним из двух футурологов, которые Боулер ставит в центре своей истории, сам затруднялся определиться в его видении будущего. Даже Азимов, чья картина научного будущего в целом была розовой, признал, что проблемы истощения ресурсов трудно преодолеть в густонаселенном мире. В своем рассказе The Land Ironclads (1903) Уэллс предвидел танки, которые появлялись на поле битвы в Первой мировой войне; с любопытством предсказал, что их будут сопровождать солдаты, катающиеся на велосипедах. Написав в Лондонском вечернем стандарте в 1927 году, Халдейн предложил зачать детей в искусственных утробах и выращивать их в государственных учреждениях в рамках «рационального плана» развития человека. “О дивный, новый мир” Олдоса Хаксли (1932) была реакцией против планов Халдейна. Некоторые в межвоенной Европе дошли до предложения об обязательной эвтаназии людей, классифицированных как социально обструктивные или бесполезные. Боулер ссылается на французского хирурга Алексиса Каррелла (1873-1944), который рекомендовал, чтобы обычные преступники «были гуманно и экономически уничтожены в некоторых учреждениях эвтаназии, снабженных надлежащими газами». Каррель был осужден за связи с нацистами, но политика такого рода не ограничивалась нацистами и их сторонниками. Взгляды Каррелла разделял Джордж Бернард Шоу, чей долговременный энтузиазм по поводу невольной эвтаназии Боулер не обсуждает. Убеждение Шоу о том, что многие люди «не пригодны для жизни», было повторяющейся темой среди прогрессивных мыслителей начала 20-го века. Как отмечает Боулер, Уэллс с нетерпением ждал будущего, в котором «Негодные были бы безболезненно устранены, психически больные, поощряемые к самоубийству, из чувства долга, а низшие расы мира столкнулись бы с исчезновением». Когда в его научной литературе исследование Ожидания, впервые опубликованная в 1901 году, он рассмотрел будущее «рой чернокожих и желтых и коричневых людей, которые не приходят в нужды эффективности» в научном заказе мирового государства, Уэллс пришел к выводу, что эти и другие «неэффективные» группы людей будут должны исчезнуть: “Мир не является благотворительным учреждением, и я считаю, что им придется уйти”. В фильме Александра Корды «Облик грядущего» (1936), сценарий которого написал Уэллс, элитная сила авиаторов, ученых и инженеров развертывает современные технологии, чтобы «очистить» мир после разрушительной войны. Фильм был триумфом кассовых сборов, но не все были убеждены в его сообщении. Наблюдая это, Хорхе Луис Борхес заметил: «Сила почти всех тиранов возникает из-за контроля над технологиями». Ускорение научного изобретения не делает людей более добродушными или разумными, а просто увеличивает их способность достигать своих целей. На практике это означает, что группы, которые являются самыми мощными, увеличит свою власть над остальными. Эта мрачная перспектива повторяется повсюду в трудах Уэллса. Остров д-р Моро (1896) необычайный не только потому, что он предвосхищает изменяющийся во всем мире потенциал биотехнологии. Более глубоко, роман ставит под сомнение веру в прогресс через науку, на которой Уэллс основал свою жизнь как общественный деятель. Созданный д-ром Моро на отдаленном острове Тихого океана, Зверь-Фолк - это животные - пумы, леопарды, гиены и другие, - которые обладали человеческими атрибутами, привитыми к ним через мерзкие приемы вивисекции. Цель Моро состоит в том, чтобы превратить этих замученных зверей в людей, но все, что ему удается сделать, это создать чудовищные гибриды, которые долго возвращаются к животным. Когда рассказчик возвращается в Лондон, он видит людей, которых он встречал там, «животных, наполовину превращенных в образ человеческих душ». Устаревшая история оптимистичных техно-прогрессивных и реакционных технофобов скрывает больше, чем она показывает. Многие оптимисты с нетерпением ждали будущего, которое многие люди сегодня найдут полностью отвратительным. «Очищенный мир», который в конце своей жизни Уэллс отчаялся достичь, был таким же отвратительным, как остров искалеченных и измученных животных, которые он себе представлял 50 лет назад. Как заметил Борхес в своем обзоре «Что будет»: «Небеса Уэллса и Александра Корды, как и у многих других эсхатологов, не сильно отличаются от ада, хотя и менее очаровательны». Утопическая мечта одного человека - это чужой деструктивный кошмар. В случае Уэллса они были одним и тем же. Великий историк будущего отправил в 21-ое столетие предупреждение, если кто-то захочет его услышать. Материал: New Statesman

История Маргарет Штайф и прародителя всех плюшевых медведей

Биография этой женщины — это история сразу о нескольких важных вещах: о преодолении, о женщинах в бизнесе и о том, как важно поддерживать своих детей. Маргарет Штайф, родившаяся в 1847 году в немецком городке Гинген-ан-дер-Бренц, перенесла в младенчестве полиомиелит, и у нее на всю жизнь остались парализованными ноги и плохо работала одна рука. Родители захотели, чтобы у дочери была настолько полноценная жизнь, насколько это возможно. Братья и сестры катали ее на тележке. Ее возили в школу и на уроки шитья и игры на цитре. Встречаются упоминания, что в городе не все жители одобряли такую заботу: например, когда маленькая Маргарет с братом тонули в реке, прохожие предпочли спасать здорового мальчика, а девочке помогло только то, что вовремя прибежал отец детей. Кроме того, на службах в церкви другие прихожане не разрешали Маргарет садиться в первых рядах. Со временем Маргарет стала настолько хорошо играть на цитре, что начала учить других детей, а вскоре на заработанные деньги она смогла купить первую в городе швейную машинку. Шить, пользуясь практически только одной рукой, довольно сложно, но у нее получались очень красивые вещи. В итоге она открыла небольшое производство и наняла других швей, вместе они изготавливали нижние юбки из фетра. В какой-то момент Маргарет начала по выкройке из журнала шить игрушечных слоников из фетра, набитых шерстью. Слоники моментально стали очень популярными у детей, и вскоре она добавила в ассортимент зайцев, мышек и прочих зверей. Со временем возникла идея укреплять каркас игрушки проволокой. Обычно Маргарет шила первый вариант игрушки сама, чтобы проверить, насколько она хороша, а потом модель запускали в производство, которое все расширялось. Предприятие было семейным, с Маргарет работали брат и племянник. Племянник — Ричард Штайф — по эскизам, сделанным в зоопарке, разработал первого плюшевого медведя, который стоял на двух лапах, и лапы у него могли двигаться. Эта разработка принесла фирме мировую славу — на выставке в Лейпциге медведь понравился американскому покупателю, и тот заказал серию в 3000 штук. Этот медведь и стал прародителем миллионов современных плюшевых мишек.