Во время войны, как множество других советских детей, я, конечно же, ненавидел немцев, однако моя не совсем благозвучная фамилия Гангнус порождала не только шутки, но и немало недобрых подозрений — не немец ли я сам. Эту фамилию я считал латышской, поскольку дедушка родился в Латвии. После того как учительница физкультуры на станции Зима посоветовала другим детям не дружить со мной, потому что я немец, моя бабушка Мария Иосифовна переменила мне отцовскую фамилию на материнскую, заодно изменив мне год рождения с 1932 на 1933, чтобы в сорок четвертом я мог вернуться из эвакуации в Москву без пропуска. Ни за границей, ни в СССР я ни разу не встречал фамилии Гангнус. Кроме отца, ее носили только мои братья по отцу — Саша и Володя. Однако в 1985 году в Дюссельдорфе после моего поэтического вечера ко мне подошел человек с рулоном плотной бумаги и, ошарашив меня, с улыбкой сказал: — Я прочел вашу поэму «Мама и нейтронная бомба»... Вы знаете, учительница физкультуры на станции Зима была недалека от истины. Разрешите представиться — преподаватель географии и латыни дортмундской гимназии, ваш родственник — Густав Гангнус. Затем он деловито раскатал рулон и показал мне мое генеалогическое древо по отцовской линии. Самым дальним моим найденным пращуром оказался уроженец Хагенау (около Страсбурга) Якоб Гангнус — во время Тридцатилетней войны ротмистр императорской армии, женившийся в 1640 году в Зинцхейме на крестьянке Анне из Вимпфенталя. Его дети, внуки и правнуки были пастухами, земледельцами, скитались из города в город, из страны в страну, и, судя по всему, им не очень-то везло. В 1767 году правнук Ханса Якоба — бедствовавший многодетный немецкий крестьянин Георг Гангнус, до этого безуспешно искавший счастья в Дании и разочарованно вернувшийся оттуда, решил податься на заработки в Россию вместе с семьей — авось повезет. В Германии в этот год была эпидемия какой-то странной болезни, и Георг, ожидая корабля, скончался в Любеке, оставив жену Анну Маргарету с восемью детьми — мал мала меньше. Но она была женщина сильной воли и, похоронив мужа, отплыла с детьми в Кронштадт, куда не добрался он сам, потом оказалась в лифляндском селе Хиршенхофе (ныне Ирши). Анна Маргарета не гнушалась никакой черной работы, пахала, чистила коровники, стирала, шила и порой от отчаянья и женского одиночества запивала так, что однажды ее морально осудил сельский сход. Но в конце концов она поставила на ноги всех восьмерых детей. Им удалось выбиться из нищеты, но не из бедности. Все были крестьянами, мелкими ремесленниками, — никто не получил высшего образования, никто не разбогател. Но внук Анны Маргареты — мой прадед Вильгельм — стал знаменитым стеклодувом на стекольном заводе Мордангена и женился на вдове своего старшего брата — Каролине Луизе Каннберг. В 1883 году у них родился сын Рудольф — будущий отец моего отца. Этот хрустальный шар Вильгельм сделал в подарок новорожденному сыну. Однако Рудольф не захотел стать стеклодувом, как его отец, и в девятнадцатилетнем возрасте, блистательно сдав экзамены, поступил на математический факультет Московского университета. Он сам начал зарабатывать на жизнь уроками алгебры и геометрии. С юности он был влюблен в знаменитую рижскую актрису Аспазию, которую называли латышской Комиссаржевской, и в архиве Латвийского театрального музея сохранилась их переписка. Но ему суждено было жениться не на ней. Если бы еще тогда Рудольф Гангнус внимательно вгляделся в хрустальный шар, выдутый для него его отцом, Вильгельмом, возможно, он увидел бы сани с гробом, медленно ползущие по заснеженным улицам незнакомого ему сибирского города Тобольска, идущую вслед огромную толпу со слезами, полузамерзающими на щеках, и в этой толпе осиротевшую девочку Аню Плотникову, его будущую жену и мою будущую бабушку. Она и подарила моему отцу неотразимые карие глаза и обезоруживающую мягкость. Ее отец был любимый во всем уезде врач — Василий Александрович Плотников, которому за его медицинскую работу было пожаловано дворянство. Когда он безвременно скончался, его провожал весь Тобольск. Матерью Ани и еще трех других осиротевших детей была Марья Михайловна Плотникова, в девичестве Разумовская, дочь сельского священника, закончившая Институт благородных девиц, моя будущая прабабушка, или, как я ее прозвал в детстве, бабушка Старка. По слухам, она была дальней родственницей романиста Данилевского и — через него — еще более дальней родственницей семьи лесничего из Багдади Маяковского. Марья Михайловна оказалась с четырьмя детьми на руках в таком же положении, как некогда, в другом веке, — неизвестная ей Анна Маргарета Гангнус, с которой в будущем они окажутся ветвями одного и того же генеалогического древа, нарисованного дортмундским учителем. Марья Михайловна переехала под Москву, устроилась на Кольчугинский инструментальный завод конторщицей, брала работу на дом и тоже, как Анна Маргарета, сама поставила на ноги всех детей. Анна Васильевна поступила на курсы Лесгафта, Михаил Васильевич стал биологом. Двух детей своих Марья Михайловна, к ее глубокому горю, пережила. Александр Васильевич в двадцатилетнем возрасте застрелился от несчастной любви к цыганке. Младший — Евгений Васильевич Плотников — был сначала комиссаром Временного правительства в Новохоперске, затем перешел на сторону большевиков, стал заместителем наркома здравоохранения Каминского. Но все это было еще впереди, когда в 1909 году юная русская курсистка Аня Плотникова вышла замуж за Рудольфа Гангнуса и у них появились дети — в 1910 году мой будущий отец Александр и в 1914-м — моя будущая «тетя Ра». Рудольф Вильгельмович прекрасно говорил по-русски, по-немецки и по-латышски, но, конечно же, был немцем. Словом, учительница физкультуры со станции Зима отличалась незаурядным нюхом на немчуру. Следовательно, когда во время войны я ненавидел всех немцев, я, сам того не ведая, ненавидел и своего дедушку Рудольфа, и его отца Вильгельма, выдувшего этот волшебный хрустальный шар. Но главное потрясение было впереди. Через дортмундского Гангнуса я узнал, что есть и другие, австрийские Гангнусы — потомки родного брата моего дедушки Рудольфа, банковского служащего Зигфрида, сразу после начала войны перебравшегося из Риги на родину «Сказок Венского леса». Я шел на встречу с неизвестной мне родней в старинном венском кафе с опасениями — ведь они могли оказаться или не очень хорошими, или неплохими, но смертельно скучными людьми, с которыми не о чем разговаривать. К счастью, они мне очень понравились: это были интеллигентные люди, но не снобистского склада — фармацевт, медсестра, инженер-строитель, который, кстати, как две капли воды был похож на моего сводного брата Володю, только чуть располневшего и поседевшего. Все они читали «Маму и нейтронную бомбу», откуда и узнали о судьбе российских Гангнусов и о моем существовании. Разумеется, при встрече мы показывали друг другу наши семейные фотографии. Глава клана австрийских Гангнусов — восьмидесятилетняя Эрмина Гангнус, вдова брата моего дедушки Рудольфа, — вздохнула: — Жаль, что Зигфрид не дожил до этого дня и не познакомился с тобой — вы бы подружились. Он был очаровательным карикатуристом, прекрасным резчиком по дереву, вообще у него была такая артистичная натура... Всплакнув, она протянула мне фотографию моего двоюродного дедушки. Я остолбенел. С фотографии на меня смотрел стройный офицер гитлеровского вермахта с веткой сирени в руке и приветливо, хотя и с оттенком извинения, мне улыбался, как будто хотел сказать глазами: «Ну вот, мы наконец и познакомились... Мог ли ты представить во время войны, что у тебя есть такой родственник?» Чуть запоздало поняв мои чувства, Эрмина смущенно убрала фотографию, быстро заговорила: — Он так переживал, когда его мобилизовали... А что он мог поделать! Но, слава богу, его направили не в Россию, а в Италию... Ему там так понравилось, особенно во Флоренции... Его нельзя было вытащить из галереи Уффици. Он даже начал изучать итальянский язык... В этом венском кафе я подумал, что когда-то на земле было совсем мало людей, с которых мы все начались, и, наверно, мы все — не найденные друг другом родственники. И любая война — это война гражданская, братоубийственная. Как нырнуть внутрь хрустального шара родословной и коснуться кончиками пальцев его дна? Да и может ли быть у него дно? ...Когда харьковчане выдвинули меня в 1989 году в Совет народных депутатов СССР, моя мама сказала: — Кстати, попробуй найти в Харькове особняк своей двоюродной прабабки на бывшей Миллионной улице... Кажется, сейчас это улица Ленина... Я так и обмер: — Какой еще особняк? Какой прабабки? — Четырехэтажный. Она когда-то жила там совсем одна с двумя сотнями кошек... — Постой, мама... Ты же сама рассказывала, что твои предки в конце девятнадцатого века были сосланы из Житомирской губернии в Сибирь, на станцию Зима, за крестьянский бунт... Откуда же у простой крестьянки четырехэтажный особняк да еще и две сотни кошек? Зачем же ты мне сказки сказывала и про «красного петуха», подпущенного помещику, и про то, как до станции Зима наши предки добирались пешком в кандалах? — растерянно, оторопело бормотал я. — Все правда — и «красный петух», и кандалы... — частично успокоила меня мама. — Только прапрадед твой, Иосиф Байковский, никакой не крестьянин. Он был польский шляхтич, управляющий помещичьим имением, но возглавил крестьянский бунт. Голубая кровь ему не помогла — кандалы на всех были одинаковые. Итак, легенда о моем рабоче-крестьянском происхождении с треском разваливалась. Оказалось, что я и со стороны моего прадедушки Василия Плотникова, и со стороны прадедушки Иосифа Байковского — дворянин. Вот уж не думал не гадал... Жена Иосифа Байковского, вместе с ним отправившаяся в Сибирь, была украинка. Их дочери — Ядвига и Мария — дома говорили между собой не только по-русски, но и по-польски и по-украински. В детстве вместе со стихами Пушкина я слышал от них Шевченко и Мицкевича в оригинале. Сестры были полной противоположностью друг другу. Ядвига Иосифовна, вышедшая замуж за русского сибиряка слесаря Ивана Дубинина, была небольшого роста, с почти неслышной походкой и всегда защищала меня в детстве от справедливой, но безжалостной палки своей суровой могучей сестры, от которой я спасался, забираясь на самую верхушку столба ворот нашего дома. Высокая, прямая, неулыбчивая Мария Иосифовна — будущая мать моей матери — стала женой белоруса Ермолая Наумовича Евтушенко, сначала дважды георгиевского кавалера, затем красного командира с двумя ромбами, затем «врага народа». Так кто же я? Я русский поэт, а не русскоязычный. Я русский человек по самосознанию. Самосознание и есть национальность. Мои мать и отец любили друг друга недолго, но я их люблю всегда. Я люблю всех женщин, которых я когда-то любил. Я люблю свою жену Машу. Я люблю всех своих пятерых сыновей. Я люблю Пушкина и Володю Соколова, Шостаковича и Булата Окуджаву, Петрова-Водкина и Олега Целкова, великого сибирского шофера моего дядю Андрея Дубинина и великого футболиста Всеволода Боброва. Я люблю станцию Зима, Переделкино, Гульрипш, где сейчас от моего сожженного дома остался только пепел. Я люблю скрип саней по снегу, баню с березовыми вениками, сало с черным хлебом, малосольного омуля, моченые антоновские яблоки. Я, правда, почти не пью водки, потому что она убивает память, но водка незаменима на поминках, а мне на них приходится сиживать все чаще и чаще, как будто все они сливаются в одни Большие Поминки по той Большой Стране, в которой я родился и которой уже нет и никогда не будет. Но я люблю и другую — Самую Большую Страну — человечество. Я люблю Гранд-каньон не меньше, чем Байкал. Я люблю «Девочку на шаре» Пикассо не меньше, чем «Тройку» Перова. Я люблю Эдит Пиаф и Жака Бреля не меньше, чем Русланову и Высоцкого. Я люблю Габриеля Гарсию Маркеса не меньше, чем Андрея Платонова. Я люблю фильм «Похитители велосипедов» не меньше, чем «Летят журавли». Я люблю гениев дружбы — грузина Джумбера Беташвили, убитого во время абхазско-грузинской бойни, американца Альберта Тодда, австралийца Джеффри Даттона, шведа Пера Гедина, итальянку Евелину Паскуччи, — с которыми мы сразу начали понимать друг друга с полуслова, — люблю их не меньше, чем моего школьного кореша электромонтажника Лешу Чиненкова, чем Леню Шинкарева, с которым мы прошли семь сибирских рек, чем Евтушенковеда № 1 — подводника Юру Нехорошева. Наши отечественные блюстители чистоты крови давно пытаются поставить под сомнение мою «русскость», распространяя слухи, что я — замаскировавшийся еврей, хотя уж еврейской-то крови, к их бессильной ярости, у меня ни капли. Они радостно вцепились в довоенный учебник тригонометрии для средней школы, соавторами которого были мой дедушка Гангнус и Гурвиц, и называют меня на своих черносотенных сборищах не иначе как в плюрале: «эти гурвицы-гангнусы», приписав мне и фамилию дедушкиного соавтора... Когда в 1990 году моей маме Зинаиде Ермолаевне Евтушенко исполнилось восемьдесят лет, она продолжала работать газетным киоскером на углу проспекта Мира и площади Рижского вокзала. Ее в тот день завалили цветами и подарками те люди, которые жили или работали вокруг и столько лет покупали из ее добрых рук газеты не всегда с добрыми вестями, что уже от нее не зависело. Чуть на дольше, чем полагалось, остановился один троллейбус, и его водительница, обычно покупающая журнал «Крестьянка», подарила маме большой египетский цветок, похожий на фламинго из дельты Нила. Машинист скорого поезда преподнес бутылку ликера «Вана Таллин». Мясник из соседнего магазина передал целый мешок самых изысканных костей для маминой собаки Капы. Остановился спецавтобус, из которого высыпали будапештские туристы, знавшие адрес маминого киоска из переведенной на венгерский поэмы «Мама и нейтронная бомба», задарили маму сувенирами, просили автографы. Цветов было столько, что весь киоск благоухал, превратившись в оранжерею. Но вдруг появились четверо коротко стриженных молодых людей, в черных гимнастерках, с поскрипывающими портупеями и холодными военизированными глазами. Один из них, по возрасту годившийся маме во внуки, сказал, поигрывая казацкой витой плеткой: — Когда ты наконец уберешься в свой Израиль, старая жидовка, вместе с твоим сынком-сионистом и заодно со всеми этими вонючими гангнусами-гурвицами?! Мама, рассказывая мне эту историю, невесело вздохнула: — Отвратительно было это слышать, особенно от таких молодых людей... А если бы я была вправду еврейкой — каково бы мне было тогда! Потом она добавила: — Я тебя не идеализирую, Женя, потому что слишком хорошо тебя знаю со всеми твоими прибамбасами. Но, глядя на этих чернорубашечников, я подумала: если эти подонки так ненавидят моего сына, то, наверное, он все-таки чего-нибудь стоит... И она улыбнулась, хотя ей это далось не слишком легко. Из книги Евгения Евтушенко «Волчий паспорт»
Читайте также
«Никогда не ложитесь спать без запроса к Вашему подсознанию»
Ваше подсознание любит работать, пока Ваше тело выполняет другие более легкие задачи. Я могу доказать это очень легко, спросив у Вас, сколько хороших идей у Вас было во время поездки в транспорте, или когда принимали душ? Когда Вы расслаблены, немного рассеяны, Ваше подсознание в этот момент часто находится в своих лучших проявлениях. Использование подсознательных запросов может улучшить Вашу мотивацию. Помочь Вам стать счастливее. Увеличить Ваше эмоциональное восприятие. Вы заметите улучшение менее, чем через месяц. 3 шага для отправления запроса подсознанию, которые займут всего пять минут Шаг 1: Перед тем, как выключить свет, закройте глаза и думайте о своем желании одну минуту. Это может быть что угодно. Я бы хотел начать с малого. Я не стал бы просить, чтобы к концу месяца я стал астронавтом. Ваше подсознание, конечно, работает эффективно, но не настолько. Шаг 2: Представляйте 2 минуты, что Вы уже достигли желаемого. Будь то желание бегать по утрам перед работой или здоровое питание, Вы должны четко себя визуализировать в конкретной ситуации. Допустим, Вы хотите начать бегать перед работой: представьте, что Вы встаете на несколько минут раньше, чем обычно, одеваете спортивную одежду, кроссовки и отправляетесь на свежий воздух. Затем Вы начинаете бег, наблюдая, как восходит солнце над зданиями, щебечут птицы, и Вы чувствуете себя хорошо. Шаг 3: Потратьте еще две минуты, чтобы представить себе ощущения и чувства, во время выполнения Вашего желания. Что Вы чувствуете, когда Вы возвращаетесь к Вашей двери после утренней пробежки? Прилив сил и бодрость? Независимо от того, чего Вы хотите достичь, представьте, что Вы уже этого достигли и переживаете внутри себя эту эмоцию. Погрузитесь в это чувство полностью, и только потом идите спать, и пусть Ваше подсознание делает остальную работу.
17 исторических мифов, в которые все верят, а пора бы перестать
1. Ева съела яблоко Яблоко — фрукт полезный, хотя и пользующийся дурной славой в качестве запретного плода с тех пор, как Ева сорвала его в Эдемском Саду с Древа Познаний и лишила нас — своих потомков — райской жизни. Однако внимательный читатель должен был заметить, что нигде в Библии плод не был назван яблоком. Конечно, это могло быть и яблоко. В той же степени, что и манго, или абрикос, или любой другой фрукт. Но клеймо получило только яблоко. 2. На голову Ньютона упало яблоко И опять яблоки — именно этот злосчастный фрукт умудрился упасть на голову сэра Исаака Ньютона и вдохновить его на изобретение закона Всемирного тяготения. Симпатичная сказка, но, скорее всего, это только сказка. Впервые ее рассказал публично Вольтер в своем эссе о Ньютоне. Единственный человек, который говорил это до публикации Вольтера, была сестра Ньютона, Кэтрин Кондуит. 3. Уолт Дисней нарисовал Микки Мауса Считается, что самого известного мультяшного персонажа — Микки Мауса — нарисовал сам Уолт Дисней. Но это не так. Микки был нарисован аниматором № 1 в диснеевской студии Юбом Айверксом (Ub Iwerks), который славился тем, что неимоверно быстро рисовал. Первый фильм про Микки (для него потребовалось нарисовать 700 рисунков в день) был создан всего за две недели. Но позже, когда появились звуковые мультфильмы Дисней реабилитировался — именно его голосом начал разговаривать Микки Маус. 4. Мария Антуанетта сказала: Пусть едят пирожные В 1766 Жан Жак Руссо написал о событии, которое произошло якобы 25 годами раньше. Когда Мария Антуанетта узнала, что во французской деревне у людей недостаточно хлеба, она предложили им есть пирожные. Проблема в том, что в те годы Марии было 11 лет, и еще жила на своей родине в Австрии. Скорее всего эти слова распространялись революционными пропагандистами, чтобы показать, как далеки друг от друга народ и те, кто им управляет. 5. Великое ограбление поезда был первым художественным фильмом Фильм был снят в 1903 году, но это не был первый художественный фильм. Его продолжительность — всего 10 минут. Первый игровым фильмом стал 100-минутный австралийский фильм «The Story of the Kelly Gang» снятый на 3 года позже. А фильмов вроде «Великого ограбления поезда» был снято немало еще в конце 1890-х. 6. Ван Гог отрезал себе ухо Полунищий великий художник Ван Гог (за всю свою жизнь продавший только одно полотно), незадолго до самоубийства в ссоре со своим приятелем Гогеном, более удачливым в продаже своих работ, отрезал себе не всё ухо, а всего лишь кусочек левой мочки. Больно, но не так ужасно, как может показаться. 7. В городе Салем сожгли ведьм В Салеме (штат Массачусетс) в 1692 году во время процесса над ведьмами было арестовано 150 человек, 31 человеку вынесен приговор, 20 из них — смертельных. Из этих 31 человек не все были женщинами, 6 из них — мужчины. При этом их не сжигали на костре — ведьмам это не страшно, их сначала забивали камнями, потом тела повесили на веревку. 8. Наполеон был коротышкой Многие уверены, что непомерные амбиции Наполеона являются своеобразной компенсацией за его небольшой рост. На самом же деле рост Маленького капрала составлял 5 футов 7 дюймов (168 см) — выше, чем у среднего француза тех лет. Так почему его так называли? Это прозвище было дразнилкой для его незначительного военного чина. Наполеон стал императором, но прозвище осталось тем же. 9. Магеллан совершил кругосветное путешествие Все знают про Магеллана две вещи: что он совершил кругосветное путешествие, и что во время этой поездки он был убит на Филиппинах. Одно исключает второе. На самом деле Магеллан прошел ровно половину пути: закончил путешествие Хуан Себастьян Элькано, его заместитель. 10. Император Нерон играл на скрипке, пока горел подожженный им Рим Эта история известна всем: 64 год до н. э. Рим горит, а Нерон играет на скрипке. Но это невозможно. Во-первых, скрипку изобрели через 1600 лет. Но даже если бы скрипка и была, Нерон мог играть на ней только на расстоянии 30 миль от горящего Рима, так как во время пожара он был не в Вечном городе, а в своей вилле в пригороде. 11. Капитан Кук открыл Австралию Конечно же, австралийцам не хочется даже так думать. Еще задолго до 1770-го побывали тут и голландцы Авель Тасман и Дирк Хартог, и английский пират Вильям Дампир. А еще это континент был открыт 50 000 лет тому назад его коренными жителями — австралийцами. Единственно, за что Кук может быть назван «первооткрывателем» Австралии, да и то в кавычках — так это за открытие новых земель, что впоследствие стало поводом для прибытия сюда белых поселенцев. 12. Шекспир сам сочинил историю Гамлета Уильям Шекспир известен как величайший драматург в истории человечества. Однако большинство его пьес не были его собственными творениями — скорее, творческими адаптациями рассказов, историй и преданий. Пьеса «Трагедия Гамлета, принца Датского», как утверждают историки, была основана на древнем скандинавском предании. 13. Америка получила независимость 4 июля 1776 года Это не так. Да, отцы-основатели Америки подписали Декларацию Независимости в этот день. Но война за эту независимость шла еще 7 лет, и только 3 сентября 1783 года наконец был подписан мирный договор между Америкой и английским королем Георгом III. 14. Эдисон изобрел электрическую лампочку 1093 патента: Эдисон — великий изобретатель. Но большинство из его изобретений сделано неизвестными сотрудниками его лаборатории. И, кроме того, за четыре десятка лет до рождения Эдисона электрический свет открыл некто Дэйви Хэмфри. Его лампа могла гореть только 12 часов подряд, и Эдисону пришлось всего-навсего найти подходящий материал для нити, чтобы лампа могла гореть постоянно. Да, достижение, но не открытие. 15. Колумб доказал, что Земля — круглая Судя по книге американского автора Ирвинга Вашингона, так и было. Все думали — Земля плоская, но Колумб убедил всех в ином. На самом деле с 4-го столетия до н. э. никто и не думал, что Земля похожа на плоский блин. Колумб же никак не мог доказать, что Земля — круглая, так как он и сам в это не верил! Он считал, что Земля имеет грушевидную форму. Он никогда не бывал в Америке, а добрался только до Багамских островов, которые как раз и имеют грушевидную форму. 16. Ганди освободил Индию Это самый известный лидер движения за независимость Индии. Он призывал страну к отказу от насилия. Ему было 16 лет (в 1885), когда был образован Индийский Национальный Конгресс. Но, и без участия Ганди, Индия достигла бы независимости другими, более действенными методами, чем непротивление насилию, а, возможно, еще бы и раньше, если бы пошла по пути, указанному Нетахи Чандра Бозе. 18. Джордж Вашингтон был первым президентом США Все знают, что Джордж Вашингтон был первым из 43 президентов США. А вот и нет! Первым был Пейтон Рендольф — именно его выбрал революционный Конгресс. Его первым шагом на высоком посту стало создание Континентальной Армии для защиты от английских войск и назначение на пост главнокомандующего…генерала Вашингтона! Сменил Рендольфа в 1781 году Джон Хэнсон, который направил поздравительное письмо Джоржу Вашингтону после его победы в битве под Йорктауном и подписал «Я, Джон Ханкок, президент Америки». А Вашингтон стал первым всенародно избранным президентом США — но пятнадцатым по счету.
Почему пираты носят серьги в ушах?
Традиционно морякам позволялось носить серьгу в ухе после первого пересечения экватора или после того, как они обогнули мыс Горн. Многие из них верили, что серьга — это талисман, предохраняющий от морской болезни или не позволяющий её владельцу утонуть. Однако многие пираты носили это украшение и для практической пользы — в случае их смерти серьга становилась оплатой транспортировки к родным для того, чтобы их нормально похоронили. А пираты, отвечавшие за стрельбу из пушек, находили им ещё более банальное применение — серьги служили им ушными затычками во время громкого выстрела.
Квадрат Малевича
Всем известен и не дает покоя вот уже много лет "Черный квадрат" Малевича. "Чёрный квадрат" – это самое известное произведение Казимира Малевича, созданное в 1915 году. Оно представляет собой полотно размером 79,5 на 79,5 сантиметров, на котором изображён чёрный квадрат на белом фоне. Это, безусловно, было огромным шагом в новое искусство – русский авангард. На самом деле вариантов «черного квадрата» было несколько, а точнее, четыре. Все они были развитием одной темы. Естественно, они отличны друг от друга оттенком, рисунком, фактурой. Малевич как художник-авангардист был новатором и постоянно экспериментировал в живописи. Он всегда был оригинален, и его квадрат – это особое восприятие мира и необычное выражение творчества. Он мог расположить на плоскости простые геометрические фигуры, в которых любой человек мог разглядеть крестьян в поле или нечто, похожее на фигуры людей. Казалось бы, что может быть проще: черный квадрат на белом фоне. Каждый из нас может сотворить такое произведение. Но эта картина таит в себе загадку. "Черный квадрат" до сих пор притягивает к себе ученых, художников и является неким символом русского авангарда. Говорят, что картина Малевич – это результат сложной работы. Присмотревшись к черному квадрату, возможно, каждый увидит его по-своему. Но сам художник считал, что "Черный квадрат" – это вершина всего. Он написал много теоретических работ, где связывал свое произведение с космогонией. В настоящее время в России находятся четыре работы Малевича из серии «Черный квадрат», в Москве и Санкт-Петербурге. В Третьяковской галерее – два, по одному в Эрмитаже и Русском музее. И на сегодняшний день этот великое произведение искусства является загадкой для всего человечества. Даже сам автор провел много времени в раздумьях о созданной работе, и, возможно, только ему понятен истинный смысл картины. На какое восприятие и понимание был рассчитан "Черный квадрат" - не знает никто.
Ваша кошка Вас не ценит...
1. Острый психоз — Вы говорите с кошкой. 2. Острый галлюцинаторный психоз — Вы говорите с несуществующей кошкой. 3. Паранойя — Вы боитесь сболтнуть лишнего при кошке. 4. Шизофрения — Кошка говорит внутри Вас. 5. Неврастения — Вы жалуетесь кошке, кошка молчит, Вас игнорирует, и Вам это кажется совершенно невыносимым. 6. Маниакально-депрессивный психоз — ваша кошка Вас не ценит.
Почему собаки не любят кошек?
В отношениях между собакой и кошкой понятие «любит - не любит» не имеет смысла. Собака как представитель семейства псовых и хищник считает всех, кто не принадлежит к этому семейству, объектом для охоты. Да и тех, кто принадлежит, – тоже. Она охотится, преследуя, загоняя жертву. К кошке собака бросается из-за взыгравшего охотничьего инстинкта и любопытства. Она и кусать-то ее не собирается, понюхать-разузнать надо. Кошка начинает убегать, т.к. как представитель семейства кошачьих не любит контактов. А может и не убегать, а полоснуть когтями по нежному собачьему носу, тогда контакт тоже не состоится. А вот если кошка попадется на глаза собачьей стае, тогда ее могут спасти только ноги. Собака – животное стайное, охотничий инстинкт в стае принимает гипертрофированные, организованные формы. Тогда кошка – объект охоты, и таковым имеет шанс стать не только кошка.
Почему сайты знакомств убили любовь?
Мы разучились ухаживать за женщинами. Кажется, в этом сейчас нет никакого смысла... Мы всегда знали, что доступных женщин в больших городах - пруд пруди. Но никогда прежде они не были в вашем смартфоне. Сайты знакомств и социальные сети привели к тому, что максимальный романтический жест, который мы себе теперь можем позволить - это смайлик. Даже написать SMS с текстом "Доброе утро!" - это уже что-то из прошлой жизни. Мы все согласны с тем, что романтика мертва. И кажется, все уже с этим смирились. Но если вы хотите добиваться бОльших успехов в личной жизни, то вам придется что-то с этим делать. Начните с малого: смотрите во время ужина ей в глаза, а не в смартфон. Это немыслимо, правда? Все дело в том, что отношения с людьми сейчас похожи на шведский стол. У нас слишком большой выбор. Мы считаем, что это - благо, но на деле зачастую это не позволяет нам завести сколько-нибудь крепкие и нужные обоим отношения. Зарегистрироваться на новом дейтинговом сайте - это как разбавить вкусный сок водой. Вроде как напитка стало больше, но его вкус безнадежно утерян. Слишком большой выбор не позволяет нам сосредоточиться на человеке, с которым мы уже пошли на свидание, и который прямо перед нами. А что, если этот не парень - не самый лучший из всех, кто есть на сайте? А что, если завтра зарегистрируется новая девушка, которая сорвет вам крышу? Любви не существует. Ее убил интернет. Мы поменяли любовь на разнообразие. Теперь для того, чтобы получить новые впечатления, нам не нужно планировать уникальное свидание. Достаточно просто встретиться с новым человеком. Теперь ради отношений мы не готовы ничем жертвовать. Еще бы: кажется, так легко найти ту, которая будет любить нас такими, какими мы есть. Ни у одного поколения людей на планете не было тех возможностей, что есть у нас. Мы можем открыть новую вкладку в браузере и тут же посмотреть фото из Португалии. Еще пара кликов - и мы уже купили билет, оплатив его картой Visa. Мы можем это делать каждый день, но не делаем. Дело в том, что мы никогда не знаем, хватит ли нам денег, чтобы получить все, что мы хотим. То же самое - и с женщинами. Мы никогда не знаем, хватит ли у нас времени на то, чтобы "попробовать все варианты". Раньше вы могли познакомиться в баре, и тут же пригласить ее на свидание на завтра. Сегодня вы будете перебирать десятки контактов, чтобы решить, кто именно достоин вашей аудиенции. И в результате, скорее всего, вы останетесь в субботу дома. В одиночестве. Всегда есть множество соблазнительных вариантов. Мы забыли, что такое жить и встречаться с людьми. Зачем спрашивать, как поездка, если мы видели все в Instagram? Зачем делать выбор, если открыто так много дверей? Но этот выбор парализует нас. Поскольку возможностей слишком много, то куда проще растеряться и отложить выбор на потом. Мы говорим себе, что нам нужен стимул. Мы убеждаем себя, что она недостаточно хороша. А потом жалуемся на идиотскую жизнь, в которой мы никому не нужны. Раньше мы считали, что состоим в отношениях, после первого секса. А то и намного раньше. Теперь мы состоим в отношениях только после того, как сменим соответствующий статус на Facebook. А все остальные поверят нам только после того, как мы опубликуем парочку совместных фотографий. Все это превратило наши отношения в миф. Никто не постит в три утра статусы о том, почему она рыдала всю ночь. Никто не постит печальные твиты о том, как это тяжело - любить. Мы видим в соцсетях лишь счастливые статусы и впечатляющие фотографии. И делаем ложный вывод о том, будто кто-то из нас состоит в "идеальных" отношениях. Но правда в том, что чем больше мы верим в идеалы, тем менее счастливы. Реальная жизнь и жизнь в Facebook - это две разные вещи. Не существует никаких "идеальных" партнеров. Нет никакой "идеальной" семейной жизни. Но мы в это не верим. Для этого мы слишком долго сидим на сайтах знакомств. И дело ведь не только в отношениях. Нам постоянно кажется, что мы недостаточно хороши. Что наши отношения не достаточно хороши. Мы начинаем верить в то, что любовь должна быть похожа на доставку пиццы: все просто и понятно. Мы разучились любить...
Дилемма узника
В 1950 году Мелвин Дрешер и Мерил Флуд открыли дилемму узника. Вот ее суть: двое подозреваемых арестованы перед входом в банк и заключены в одиночные камеры. Для того чтобы побудить их признаться в намерении ограбить банк, полиция делает им следующее предложение: если оба будут молчать, они будут приговорены каждый к двум годам тюрьмы. Если один обвинит другого, а тот так и не заговорит, предатель будет освобожден, а хранящий молчание получит пять лет тюрьмы. Если оба подозреваемых обвинят друг друга, каждый будет осужден на четыре года тюрьмы. При этом сообщники знают о том, что такое предложение сделано им обоим. Что же происходит? Оба арестованных думают: «Я уверен в том, что другой расколется. Он обвинит меня, мне дадут пять лет, а его освободят, и это будет уже слишком несправедливо». Затем обоим в голову приходит такая мысль: «Если я на него донесу, меня освободят, зачем же страдать обоим, когда один может избежать наказания». Короче говоря, в такой ситуации большинство испытуемых доносят друг на друга. Поскольку второй сообщник рассуждает точно так же, как первый, оба получают по четыре года лишения свободы. А если бы они оба промолчали, то оказались бы в тюрьме всего на два года. И еще более странная закономерность: если проводить эксперимент, разрешая обоим подозреваемым свободно общаться между собой, результат остается таким же. Оба человека, даже выработав совместную стратегию поведения, в конце концов совершают предательство. Проблема заключается в том, что люди не способны полностью доверять друг другу.
Что будет, если черная дыра встретится с черной дырой из антивещества?
Что будет, если запустить черную дыру в черную дыру из антивещества? Обе уничтожатся? Безумный мысленный эксперимент, на первый взгляд, но что нам мешает теоретизировать? Все началось с того, что Фрейзер Кейн с UniverseToday вслух подумал о том, как можно было бы уничтожить черную дыру. Его рассуждения любопытны не в меру. Он предположил кучу безумных идей: обстрелять ее ракетами, лазером, столкнуть в нее планеты. Ничего не поможет, черная дыра станет больше и злее. Выходит, единственный способ победить черную дыру, — это сидеть сложа руки и ждать, пока она рассосется. Но это бесполезно, если она засосет вас, поэтому придется перебирать варианты дальше. Фрейзер Кейн предложил антивещество и отклонил его как еще один безнадежный и бессмысленный способ накормить галактическое чудовище. Но подожди, скажете вы, разве антивещество это не противоположность обычному веществу? Разве если сложить отрицательно число с положительным, они не компенсируют друг друга? Почему нельзя просто накачать антивещества в обычную черную дыру и не поделить ее на ноль? Антивещество — это практически то же самое, что и обычное вещество, только все в ней наоборот. Электрический заряд, направление спина, конфигурация всех субчастиц, которые ее составляют. Все наоборот, кроме массы. Антиэлектрон обладает такой же массой, что и электрон. И вот здесь нам стоит задуматься. При столкновении равных количеств вещества и антивещества, они аннигилируют. Но не исчезают. Они превращаются в чистую энергию. Как завещал нам Эйнштейн, масса и энергия — это просто разные аспекты одного и того же. Вы можете превратить массу в энергию и превратить энергию в массу. Черные дыры превращают все, как материю, так и энергию, в еще больше черной дыры. Представим, как обычная и необычная черные дыры с одинаковыми массами сталкиваются вместе. Обе они должны аннигилировать и превратиться в чистую энергию. Конечно, гравитация черной дыры настолько велика, что ничто, даже свет, не может ее покинуть. Поэтому вся энергия моментально превратится в еще большую черную дыру. Хотите еще больше черной дыры? Добавьте в нее больше всякого. Если два этих объекта объединятся, новая черная дыра будет обладать удвоенной массой. Кроме того, создание черной дыры из антивещества будет чрезвычайно дорогим. Антивещество производится в ускорителях частиц, протоны разгоняются в гигантском кольце почти до скорости света, а затем сталкиваются друг с другом. Коллективный импульс частиц превращается в массу по известной формуле Эйнштейна E = mc^2. Каждое столкновение порождает горстку крошечных частиц, которые можно собрать и удерживать в магнитном поле, не давая им аннигилировать. Согласно NASA, создание одного грамма антиводорода стоит порядка 62,5 триллиона долларов: это самый дорогой материал, который мы можем создать на Земле. Все может быть еще дороже. Возможно, Большой адронный коллайдер способен порождать крошечные черные дыры (хотя ни одной пока так и не видели). Если физикам удастся совладать с математикой, они смогут создать микроскопическую черную дыру из антивещества, сталкивая вместе частицы антиводорода. Стоимость такого процесса затмит стоимость производства самого антивещества. В общем, пока лекарства от черных дыр в этой Вселенной не придумали. Кроме времени. Времени боятся даже черные дыры.
© 2015 — 2024 stakanchik.media
Использование материалов сайта разрешено только с предварительного письменного согласия правообладателей. Права на картинки и тексты принадлежат авторам. Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 16 лет.
