Психология
 150.4K
 2 мин.

Есть 2 волшебных слова, которые меняют жизнь до неузнаваемости

И это не «спасибо» и «пожалуйста», как учили нас в детстве. Это слова «достаточно» и «достойна (-ин)». 1. Достаточно Начнем с «достаточно»… Почему мы страдаем в жизни? Нам постоянно чего-то не хватает. Не хватает денег, не хватает любви, не хватает внимания, не хватает уверенности в себе и т.д. А что, если вместо того, чтобы зацикливаться на недостатке — начать думать о достатке? Ведь Вселенная, Бог или Жизнь, как вам больше нравится, дает нам то, о чем мы думаем больше всего в течение дня. Попробуйте сказать себе: — У меня достаточно любви! — У меня достаточно денег! — У меня достаточно здоровья! У меня достаточно любви! — У меня достаточно счастья! — У меня достаточно радости! Можете играть с этим как угодно: — У меня достаточно свободного места на дороге! (для водителей), — У меня достаточно красоты, чтобы быть уверенной в себе! — У меня достаточно творческой энергии! — У меня достаточно самообладания и уверенности в своей исключительности! Будьте детьми и чувствуйте, что на самом деле у вас всего в избытке. Как только вы пригорюнитесь о чем-то — сразу вспоминайте это слово и применяйте его по ситуации. Придумайте с этим словом своё выражение и повторяйте его регулярно или повесьте на видное место. Недостаток — это не для вас! У вас всего в избытке! Эту идею подала книга Дональда Уолша «Беседы с Богом», где обсуждается идея об иллюзорности нашего мира и о такой иллюзии, как недостаток. 2. Достойна (–ин) Возьмем второе слово. Если у нас нет чего-то, значит нам это не нужно, или мы считаем себя недостойными этого (чаще всего). Многие могли бы жить гораздо счастливее, успешнее и радостнее, если бы только начали развивать уверенность в себе и говорить: «Да, я достойна (-ин), я достойна (-ин) всего того, о чём мечтаю». — Я достойна (-ин) любви! — Я достойна (-ин) денег! — Я достойна удовольствия, нежности и ласки! — Я достойна (-ин) иметь машину…! — Я достойна (-ин) любящего меня человека! — Я достойна (-ин) всего самого лучшего в жизни! Повторяйте, пока не поверите в это, и тогда начнутся чудеса!

Читайте также

 43.1K
Психология

Ошибки мышления трудоголика

Тем, кто зациклен на работе, но хочет освободиться от зависимости, часто мешают ложные схемы мышления. Клинический психолог Элис Бойс выделяет самые типичные мыслительные паттерны, которые свойственны трудоголикам, и подсказывает альтернативные установки, которые помогут изменить вредные привычки. 1. Вы ждете «подходящего момента», чтобы сбавить темп Ошибка мышления: Вы постоянно ждете удобного времени, чтобы снизить наконец нагрузку и расслабиться. Но это время никогда не наступает: всегда возникает другой проект или обстоятельства, которые заставляют вас продолжать вкладывать все силы и время в работу. Когнитивный сдвиг: Постарайтесь понять, почему вы выбрали такую стратегию. Некоторым снизить темп мешает страх пропустить что-то важное — так называемый синдром упущенных возможностей. Если ваша проблема именно в этом, признайте, что это нормально — иногда что-то пропускать. Старайтесь придерживаться не «мышления дефицита», а «мышления изобилия»: у вас всегда будет много возможностей и много проектов. Чаще говорите себе: «мое меня найдет». Когда вы возьмете паузу и отступите назад, то окажетесь в лучшей позиции, — на расстоянии легче увидеть общую картину и сосредоточиться на действительно важном. Если же вы не успеваете решать проблемы, которые наваливаются в связи с большими объемами работы, выясните, что нужно предпринять, чтобы ваша нагрузка и ожидания от себя были разумными. Осознайте, что если вы не решите все задачи сегодня же, это вряд ли приведет к катастрофе. 2. Вы боитесь, что если не будете напряженно работать, вас сочтут самозванцем Ошибка мышления: Люди с таким самоощущением часто воспринимают добровольную переработку как своего рода защиту от карьерных неудач. Для них само собой разумеется, что человек честный и порядочный просто не может себе позволить расслабиться ни на минуту. Когнитивный сдвиг: Признайте: вера в то, что сверхурочная работа защищает вас от карьерной катастрофы, — это ошибка мышления. Скажите себе: «Слушай, это просто синдром самозванца. Он вводит тебя в заблуждение». Подумайте о том, что ваша переработка может быть воспринята начальством и коллегами как признак некомпетентности. Они могут решить, что у вас проблемы с навыком самоорганизации, что вы не можете отличить важное от второстепенного, и вам требуется гораздо больше времени, чем другим, чтобы сделать необходимое. 3. Вы уверены, что можете «вкалывать», не теряя продуктивности, даже если другие не могут Ошибка мышления: Когда люди делают что-то вредное или опасное, они часто (неявно или явно) считают себя исключением из правила. Например, те, кто отправляют сообщения во время управления автомобилем, думают: «Я отличный, опытный водитель. Я могу писать СМС, не отвлекаясь от дороги, ничего страшного не случится». В том же духе люди, которые работают много и напряженно, думают, что уж им-то проблема выгорания не грозит: они способны трудиться без отдыха, не снижая производительности. Когнитивный сдвиг: Признайте, что вы с высокой степенью вероятности похожи на других людей. И если вы подолгу работаете, не позволяя себе восстановиться, ваша производительность упадет настолько, что дальнейшие усилия не принесут должного результата. Есть исследования, которые показывают, что эффективная работа в среднем может длиться около 40-50 часов в неделю. 4. Вы думаете: «сделаю-ка я, пожалуй, кое-что еще» Ошибка мышления: Вроде бы это совсем безобидная привычка — говорить себе в конце рабочего дня: «Я просто сделаю еще вот это». Но и на выполнение простых вещей требуется дополнительное время — и вот уже ваша регулярная нагрузка превышает 40-50 часов в неделю. Когнитивный сдвиг: Научитесь распознавать вредные мысли в самый момент их зарождения и заранее продумайте план, как будете на них реагировать. Например, не забудьте в эту минуту сказать себе: «Сейчас нет никакой необходимости заставлять себя делать дополнительную работу. Это не в моих интересах. Я решил(а) поэкспериментировать: буду завершать дела, не дожидаясь полного утомления. Хочу посмотреть, что из этого выйдет». 5. Вы получаете от перегрузок вторичную выгоду, но не осознаете этого Ошибка мышления: Иногда люди готовы «умирать» на работе, потому что это избавляет их от вещей, эмоционально более затратных. Или потому что это позволяет им чувствовать себя более добродетельными, трудолюбивыми и ответственными, чем другие. Например, вы поступаете так, чтобы показать мужу: вы перегружены работой, и пусть он не требует от вас того, на что рассчитывал. Когнитивный сдвиг: Проанализируйте все плюсы и минусы своего трудоголизма, чтобы понимать причины, которые подталкивают вас к такому поведению. 6. Вы недооцениваете то, что упускаете из-за сверхурочной работы Ошибка мышления: Вы думаете: «Для детей (книг, велопрогулки и т.п.) у меня всегда найдется время, но только не сейчас, а потом». Когнитивный сдвиг: Люди часто не затрудняются как следует подсчитать свою «упущенную выгоду» — то есть, те преимущества варианта А, которые они теряют, предпочитая вариант B. Дайте себе, наконец, отчет в том, чего вы лишаете себя и свою семью, посвящая большую часть жизни работе. Подумайте об этом в режиме реального времени. Например, «я могу сейчас провести еще один час на работе, а могу пойти домой и погонять с ребенком футбольный мяч». 7. Вы испытываете тревогу, если перестаете работать Ошибка мышления: Если вы постоянно работаете на пределе сил, в режиме перегрузки, то вы, скорее всего, почувствуете сильное беспокойство, пытаясь отойти от привычной модели поведения. Люди обычно неверно истолковывают этот страх как сигнал, что им срочно нужно возобновить интенсивную работу. Когнитивный сдвиг: Признайте, что временный всплеск тревоги — это нормальная часть изменения поведения, а не признак того, что вы делаете неправильный выбор. Придерживайтесь своего плана и позвольте эмоциям успокоиться самостоятельно, без вашего вмешательства.

 39.6K
Наука

Физическая активность и мозг

Зачем мы занимаемся бегом, аэробикой, плаванием? Чтобы лучше выглядеть, сбросить лишний вес, чтобы сосуды и сердце были в порядке… И вряд ли кто-то ходит в фитнес-клуб, чтобы улучшить память или внимание. А ведь давно известно: физические упражнения благотворно влияют не только на тело, но и на психику. Казалось бы, всё очевидно: если человек не злоупотребляет сидячим образом жизни, он меньше болеет, и мозгу от этого только польза. Но связь между физическими упражнениями и психическими функциями, как показали исследования последних лет, может быть более тесной и непосредственной. Исследований тут масса. Например, в обзорной работе, опубликованной в «British Journal of Sports Medicine» несколько месяцев назад, утверждается, что возрастные ухудшения в когнитивных функциях у людей старше пятидесяти лет можно затормозить с помощью систематической физической активности. Пожилые люди, занимающиеся аэробикой в сочетании с упражнениями на сопротивление, лучше справляются с психологическими тестами, в которых нужно быстро переключаться с одной задачи на другую, тактически мыслить, сосредоточиваться и активно использовать рабочую память (так называют отдел памяти, работающий с актуальной информацией). Людей старшего возраста привлекают к таким исследованиям по вполне понятным причинам: с возрастом мозг естественным образом слабеет, и потому становится проще оценивать факторы, которые тормозят этот процесс. Однако похожие данные есть и для молодых людей, и даже для детей. Так, в статье в журнале «Medicine & Science in Sports & Exercise» (апрель 2017 года) говорится, что у детей в возрасте от 9 до 11 лет физическая подготовка и хорошая рабочая память идут рука об руку: если у ребёнка развиты мышцы, то и тесты на память он будет выполнять хорошо и, что немаловажно, демонстрировать успехи в учёбе. (Всё это, конечно, сильно расходится с привычным представлением о глуповатом школьном силаче и умном, но хилом «ботанике».) В статье в журнале «Neurology» за 2016 год отмечалось, что разница в биологическом возрасте мозга между теми, кто регулярно занимается физическими упражнениями, фитнесом, спортом, и теми, кто физически не активен, может составлять целых десять лет. В то же время важно, что именно человек делает. Несколько лет назад исследователи из университета Питтсбурга (США) сравнили, как в течение года изменялось состояние мозга у пожилых людей, которые либо ходили три раза в неделю на пешую прогулку быстрым шагом (довольно продолжительную — от 30 до 45 минут), либо выполняли упражнения на растяжку. Оказалось, что у тех, кто гулял, некоторые области префронтальной коры и гиппокампа, отвечающие за планирование и память, увеличились в размерах. Увеличение было небольшое, всего 2—3%, и всё же его хватило, чтобы перекрыть возрастное «съёживание» мозга. Гулявшие участники эксперимента показали хорошие результаты и в тестах на пространственную память. У тех же, кто в течение года делал растяжки, гиппокамп продолжил уменьшаться, как это обычно и происходит в пожилом возрасте. Есть сведения, что физическая активность помогает уменьшить когнитивные нарушения при шизофрении и при болезни Паркинсона; в частности, у больных шизофренией за несколько месяцев вполне умеренных упражнений на 12% увеличивался гиппокамп. Наконец, те, кто занимается спортом, прекрасно знают, что физические упражнения снимают стресс и дают ощущение лёгкой эйфории. Но почему всё это происходит? Почему благодаря физической активности исчезает стресс, улучшается память, увеличиваются какие-то области мозга? Здесь есть несколько объяснений. Начнём с эмоций и стресса. Считается, что чувство эйфории, возникающее после длительной физической нагрузки, появляется благодаря эндоканнабиноидам — нейромедиаторным молекулам, которые синтезируются в мозге и действуют на нейроны различных нервных центров. У эндоканнабиноидов много функций: они участвуют в регуляции аппетита, влияют на память, обучение и эмоции и, кроме того, служат своеобразным внутренним обезболивающим, к которому мозг прибегает в самых разных случаях. Физические упражнения стимулируют выброс нейромедиаторов, снижающих тревожность и вызывающих лёгкое чувство радости. Но есть и другие антистрессовые механизмы, которые включаются при занятиях спортом. Известно, что стресс и депрессия вызывают атрофию нейронов и синапсов: связи между нервными клетками слабеют и рвутся, а новые не образуются. Нервная клетка становится «неконтактной» и ненужной, общее разнообразие нервных цепочек уменьшается, а уменьшение числа нервных контуров в свою очередь сказывается на когнитивных способностях и на умении находить выход из трудных ситуаций. Два года назад исследователи из университета Джорджии (США) показали, что у крыс, которые ведут активный образ жизни, нейроны успешно сопротивляются стрессовому эффекту, сохраняя способность формировать всё новые и новые клеточные контакты. И происходит это благодаря нейропептиду галанину, уровень которого заметно увеличивается после физических упражнений и увеличивается как раз в зонах мозга, отвечающих за борьбу со стрессом. Антистрессовый эффект «фитнеса», обеспеченный галанином, проявлялся и в поведении крыс: животные, несмотря на неприятные обстоятельства, которые им устраивали в эксперименте, были активны и любопытны — иными словами, не очень переживали из-за неприятностей и не тонули в стрессе. Если говорить о когнитивных функциях и об увеличении некоторых зон мозга, то одно объяснение напрашивается само собой: упражнения ведь заставляют сердце чаще биться, следовательно, в мозге улучшается кровоснабжение и он начинает работать лучше. В пользу такой гипотезы говорят результаты исследователей из Техасского университета в Далласе (США): в 2013 году они опубликовали в журнале «Frontiers in Aging Neuroscience» работу, в которой утверждали, что физические упражнения стимулируют кровоснабжение задней поясной коры и гиппокампа. И там и там усиливался обмен веществ и повышалась активность нейронов. Участники эксперимента, регулярно упражнявшиеся в спортзале, лучше проходили тесты на память, причём изменения происходили именно в такой последовательности: сначала улучшился кровоток, потом — «когнитивка». Но кровь — это ещё не все. Клетки в нашем теле сами по себе не растут, им нужны молекулярные сигналы — специальные белки, которые действуют на клеточные рецепторы, подталкивая клетки к тем или иным действиям. Белки, стимулирующие рост и развитие нейронов, называются нейротрофинами, и самый активный среди них — BDNF (brain-derived neurotrophic factor, нейротрофический, или нейротропный, фактор мозга). BDNF включает гены, контролирующие рост нервных клеток и формирование новых синапсов, а значит, и нервных цепочек, и он особенно активен в гиппокампе и коре, то есть в областях, отвечающих за обучение и память. Было замечено, что и у животных и у человека уровень BDNF резко возрастает при физических упражнениях, что со скачком BDNF происходит прирост гиппокампа и улучшение когнитивных функций. Эксперименты на мышах показали: уровень сигнального белка остаётся высоким ещё в течение нескольких дней после «фитнеса». В 2013 году в журнале «Cell Metabolism» вышла статья, авторы которой описывали цепочку сигналов от мышц к мозгу. Исследователям удалось определить белок, выделяющийся из работающих мышц, который, действуя через несколько посредников, даёт сигнал специальным клеткам мозга синтезировать этот самый BDNF. То есть мышцы сами по себе дают мозгу стимулирующий сигнал. Любопытно, что по одной из гипотез человеческий мозг эволюционировал по мере того, как человек становился физически более выносливым. Известно, что у более выносливых животных мозг больше, чем у менее выносливых (разумеется, если мы сравниваем животных примерно одинакового размера). С другой стороны, есть эксперименты по размножению грызунов-«атлетов». Особей, которые неутомимее прочих бегали в беличьем колесе, неоднократно скрещивали между собой, и в результате у потомков появлялись любопытные молекулярные особенности — у них повышался уровень разнообразных ростовых факторов, включая BDNF. В 2012 году в журнале «Proceedings of the Royal Society Biology B» появилась статья с описанием следующего варианта развития событий. Когда наши предки стали охотиться, наиболее удачливыми оказывались те, кто мог долго и упорно бежать, преследуя раненую добычу. Очевидно, самые выносливые особи получали эволюционное преимущество: они лучше питались, приносили добычу группе, пользовались популярностью у противоположного пола и т. д. Их гены переходили из поколения в поколение, в том числе и ген, обеспечивающий высокий уровень BDNF. Белок поначалу работал в мышцах, помогая расти нервам в них (вслед за усилением мышечной ткани должна была усилиться и её иннервация). Однако потом избыток BDNF добрался до мозга, и он резко «пошёл в рост». Конечно, были и другие важные эволюционные факторы, сделавшие человека «мозговитым», но связь мышц и мозга через BDNF вполне могла сыграть свою роль. Со временем у гена, кодирующего BDNF, стали появляться новые варианты, и сейчас эффект от нейротропного фактора, скорее всего, будет зависеть от того, в каком именно виде ген BDNF достался индивидууму. У этого гена есть особый вариант, который можно найти примерно у 30% людей, — у его носителей некоторые зоны мозга меньше, чем у других, а сам человек более предрасположен к психоневрологическим и нейродегенеративным болезням. Исследователи из Миланского университета обнаружили, что если в геноме есть такой особый ген BDNF, то физические упражнения не действуют против стресса и тревожности. (Учитывая роль белка BDNF в мозге, неудивительно, что от него зависит и стрессовая реакция.) Впрочем, физические упражнения влияют на активность целого ряда генов в мозге, многие из которых не имеют прямого отношения к синапсам и передаче нейронных импульсов. Так что придётся подождать, пока исследователи получат полную картину того, как мышцы действуют на мозг, хотя начать заниматься спортом можно уже прямо сейчас. Словарик: Синапс — соединение между двумя нейронами или между нейроном и какой-то другой клеткой, где происходит передача нервного импульса с помощью веществ-нейромедиаторов разной природы. Гиппокамп — область мозга, отвечающая за кратковременную память и превращение её в память долговременную. Кроме того, гиппокамп обеспечивает ориентацию в пространстве и участвует в формировании эмоций. Префронтальная кора — отдел коры больших полушарий головного мозга, представляющий собой переднюю часть лобных долей. Префронтальная кора чрезвычайно тесно связана с большинством структур мозга, а её основная функция — управление мышлением в целом и регуляция поведения в соответствии с внутренними мотивами и планами. Источник: Журнал «Наука и жизнь»

 34.1K
Наука

Возможно, время существует лишь в наших головах

Прошлое. Настоящее. Будущее. Для физики это все одно и то же. Однако для вас, меня и всех остальных время движется только в одном направлении: от ожиданий к опыту и воспоминаниям. Эта линейность носит название оси времени (иногда называют стрелой времени), и некоторые физики считают, что движется она в одном направлении только для человека и других видов, способных воспринимать ее движение только таким образом. Вопрос оси времени разбирается учеными уже довольно давно. И основной его аспект заключен не в том, существует ли время вообще, а в том, в каком направлении это время движется на самом деле. Многие физики считают, что время проявляется тогда, когда достаточное количество крошечных элементарных частиц, индивидуально управляемых довольно странными законами квантовой механики, начинают между собой взаимодействовать и проявлять поведение, которое можно объяснить уже с помощью классических законов физики. Однако на страницах свежего номера немецкого журнала Annalen der physic (тот самый журнал, на страницах которого была опубликована серия статей Эйнштейна об общей и специальной теориях относительности) два ученых заявляют, что гравитация не обладает достаточной силой для того, чтобы абсолютно все объекты Вселенной следовали принципу направления оси времени прошлое — настоящее — будущее. Вместо этого ученые считают, что саму ось времени создают сторонние наблюдатели. Одна из основных современных проблем физики заключается в подстроении квантовой механики к классической. В квантовой механике частицы могут обладать суперпозициями. Например, один электрон может существовать сразу в двух местах одновременно и выяснить, где какой, нельзя до тех пор, пока не проведешь наблюдение. Здесь основным аспектом является вероятность. Выяснить расположение можно только экспериментальным путем. Однако правила резко меняются, если электроны начинают взаимодействовать с другими объектами, например, с атомами воздуха, или в составе частиц пыли и вообще всех видов вещества. Здесь в силу вступают правила классической механики, а важнейшим фактором взаимодействия этих частиц становится гравитация. «Позиция электрона, каждого атома управляется вероятностью», — говорит Ясунори Номура, физик Калифорнийского университета в Беркли. Но как только они начинают взаимодействовать с более крупными частицами или становятся частью объекта, например, бейсбольного мяча, то все эти индивидуальные вероятности их позиции смешиваются, а шансы нахождения всех этих электронов в суперпозиции уменьшаются. Поэтому вы никогда не увидите, как один и тот же бейсбольный мяч сможет находиться в двух местах сразу – в перчатке кэтчера и вылетающим за пределы игрового поля. Момент, когда физика элементарных частиц сталкивается (сливается) с классической механикой, называется декогеренцией. С точки зрения физики это происходит тогда, когда направление течения времени становится математически значимым. Многие физики считают, что ось времени как раз и происходит из декогеренции. Наиболее известной теорией, объясняющей принцип декогеренции является уравнение Уиллера — Девитта. Теория появилась в 1965 году, когда физику Джону Уиллеру пришлось надолго задержаться в аэропорту Северной Каролины (США). Чтобы «убить время», он попросил своего коллегу Брюса Девитта его встретить. Двое ученых встретились и, как это обычно и бывает, начали вести разговор о различных теориях и «играться с цифрами». В какой-то момент оба пришли к уравнению, которое, по мнению Уиллера (так как Девитт был более скептичен в этом вопросе), является швом между квантовой и классической механиками. Теория получилась неидеальной. Однако она оказалась очень важной для физики. Многие ученые согласились с тем, что она является важным инструментом в понимании всех странностей процесса декогеренции и так называемой квантовой гравитации. Несмотря на то, что в уравнение не включена переменная времени (в физике время измеряется переходом одного объекта из одного места в другое или сменой его состояния), оно создает основу для связывания всего во Вселенной. Тем не менее в новой научной статье двое ученых говорят о том, что в уравнении Уиллера — Девитта гравитация влияет на время слишком медленно, чтобы ее можно было принять в качестве универсальной оси времени. «Если посмотреть на примеры и провести расчеты, то окажется, что уравнение не объясняет, как появляется направленность времени», — говорит Роберт Ланза, биолог, эрудит и соавтор статьи. (Ланза является сторонником биоцентризма – теории, согласно которой биологическая жизнь создаёт окружающую нас реальность, время и вселенную — то есть жизнь создаёт вселенную, а не наоборот). Ученый объясняет это тем, что квантовые частицы должны сохранять свойства своих суперпозиций до того момента, пока их не захватит гравитация. Если гравитация окажется слишком слабой для поддержания взаимодействия между частицами при их декогеренции в нечто более крупное, то и заставить частицы двигаться в одном и том же направлении она будет неспособна при любых раскладах. Если математика не может решить этого вопроса, то ответ может заключаться в наблюдателе. То есть в нас самих. Время движется именно так, как оно движется, потому что мы, люди, изначально биологически, неврологически и философски «запрограммированы» на восприятие времени именно таким образом. Это как кот Шредингера на макроуровне. Вполне возможно, что дальний край Вселенной движется из будущего в прошлое, а не наоборот. Вполне возможно, что при взгляде в телескопы время переходит из этого состояния и приобретает более понятное для нас направление «прошлого — будущего». «В своих работах по теории относительности Эйнштейн показал, что время относительно наблюдателя», — говорит Ланза. «Наша работа развивает эту мысль и говорит о том, что на самом деле время создает сам наблюдатель». Назвать эту теорию новой, конечно же, нельзя. Итальянский физик Карло Ровелли еще в прошлом году опубликовал статью об этом. Противоречий в ней тоже хватает. Например, Номура говорит, что пока непонятно, как выяснить — является ли понятие «время наблюдателя» реальным. «Ответ будет зависеть от того, может ли концепт (понятие) времени быть определен математическим методом без включения наблюдателей в систему», — говорит ученый. Авторы статьи утверждают, что нет никакой возможности исключить наблюдателя из любого уравнения, так как эти уравнения по умолчанию выводятся и анализируются людьми. Номура также замечает, что авторы теорий не учитывали тот факт, что вся Вселенная существует в так называемом переходном состоянии «пространства-времени». «Когда мы говорим о пространстве-времени, мы говорим об уже декогерированной системе». Конечно же, Намура не стал говорить о том, что другие ученые совершенно неправы и что физика по-прежнему остается неполноценной, незавершенной и неполной наукой (и, что интересно, поспорить с этим сложно), но он отметил, что совершенно не согласен с выводами, которые были сделаны этими учеными. По его мнению, как и само время, все интерпретации в физике относительны. Источник: Hi-News

 33.4K
Наука

Жертва, обожествляющая палача. Чем так пленительны тираны?

Почему люди раз за разом принимают тираничных и авторитарных лидеров? На протяжении тысячелетий философы и политические теоретики пытались объяснить, почему мы охотно участвуем в притеснении самих себя, подчиняясь авторитарным лидерам. Эта проблема остается актуальной и сегодня. Это перевод статьи философа Дэвида Ливингстона Смита, в которой разбирается, каким образом авторитарные лидеры пробуждают в людях ненависть, жалость к себе и внушают иллюзии, обещая рай на Земле. От Платона к Максу Веберу Платон стал одним из первых и наиболее влиятельных мыслителей, кто обращался к проблеме тирании. В диалоге «Государство», написанном приблизительно в 380 году до н. э., он утверждает, что демократические государства обречены на неудачу в виде тирании. Платон не был поклонником демократии. Вероятно, причиной тому была афинская демократия, которая приговорила его любимого учителя Сократа к смерти. Платон верил, что демократические формы правления порождают безнравственное и необразованное население, становящееся легкой добычей для красноречивых политиков, которые умеют мастерски потакать желаниям народных масс. В диалоге «Горгий», написанном приблизительно в то же время, что и «Государство», Платон говорит, что такие политики соблазняют массы нездоровыми обещаниями, вместо того чтобы приумножать общественное благо. Платон уничижительно замечает: «За врачебным искусством укрылось поварское дело и прикидывается, будто знает лучшие для тела кушанья, так что если бы пришлось повару и врачу спорить, кто из них двоих знает толк в полезных и вредных кушаньях, а спор бы их решали дети или столь же безрассудные взрослые, то врач умер бы с голоду». Теперь перемотаем две с половиной тысячи лет и остановимся на начале XX века. Рассмотрим работу немецкого социолога Макса Вебера. Вебер, один из основателей социологии, разработал концепт «харизматической власти» – это «определенное качество отдельной личности, благодаря которой этот человек стоит особняком на фоне обычных людей и воспринимается ими как некто, кто наделен сверхъестественными, сверхчеловеческими или по крайней мере исключительными способностями или качествами». Харизматичные лидеры внушают преданность и рассматриваются своими сторонниками как пророческие фигуры. Проницательные выводы Вебера углубляют схематичное заключение Платона. Восходящий тиран обладает особой, почти магической аурой. Его последователи верят, что он может творить чудеса и преобразовывать их жизни. Но как это происходит? Что именно побуждает, казалось бы, мыслящих людей уступать, идя на поводу у столь опасных и нереалистичных взглядов? Чтобы объяснить это, нам нужно копнуть глубже. В дело вступает психоанализ Точно в то же самое время, когда Вебер разрабатывал свою теорию харизмы в Берлине, Зигмунд Фрейд бился над схожими идеями в Вене. Его размышления увенчались книгой «Психология масс и анализ человеческого “Я”» (1921). В «Психологии масс» акцент делается на психологической динамике подчиненности. Как и большинство работ Фрейда, эта книга являет собой сложный текст, в котором, однако, четко выделяются две главные темы. Во-первых, Фрейд утверждает, что те, кто оказался пленен тем или иным авторитарным лидером, идеализируют его персону. Лидер кажется образцовым, героическим человеком, лишенным каких-либо серьезных изъянов. Во-вторых, Фрейд утверждает, что последователи отождествляют себя с лидером, который заменяет им то, что Фрейд называет Я-идеалом. Я-идеал – это ментальная репрезентация путеводных ценностей человека. Я-идеал состоит из убеждений о том, что хорошо и что плохо, что является обязательным, а что – недопустимым. Это наш моральный компас – по существу, это и есть совесть. Занимая место Я-идеала в сознании людей, лидер сам становится совестью своих сторонников, а его голос становится голосом их совести. Всякая воля лидера оказывается, в сущности, хорошей и правильной. Тезис Фрейда очень хорошо согласуется с тем, что случилось в гитлеровской Германии. Рассмотрим случай Альфонса Хека. В юном возрасте Хек был членом Гитлерюгенда. В своей книге «Совесть нацистов» (2003) историк Клаудия Кунц пишет, что когда Хек смотрел, как всех евреев его селения, включая его лучшего друга Хайнца, сгоняют вместе для последующей депортации, он не сказал себе: «Какой ужас, что они арестовывают евреев». Вместо этого, впитав в себя знание о «еврейской угрозе», он сказал: «Как жаль, что Хайнц еврей». Уже будучи взрослым, Хек вспоминал: «Я принимал депортацию как нечто справедливое». Тот факт, что сообщество последователей имеет общее самоотождествление с авторитарным лидером, имеет еще одно важное последствие. Сторонники идентифицируют себя друг с другом в русле общего «движения», в результате чего они переживают опыт слияния в единое целое. Одурманивающее чувство единства и подчинение личных интересов в угоду высшему делу – очень важный элемент авторитарных систем. Пример Третьего рейха показал, что это также существенная составляющей авторитарной риторики. Гитлеровская Германия была пропитана идеей, что каждый индивид имеет значение лишь как представитель расы или народности (нем. «Volk»), и что повиновение этому высшему и исключительному духу превосходит личные интересы. Немецких детей учили беречь «чистоту» своей крови – то есть избегать смешения рас. Им твердили, что их кровь принадлежит не им, а немецкой расе – её прошлому, настоящему и будущему – и именно через свою кровь они обретут вечную жизнь. Без сомнения, вовлеченность в авторитарные системы имеет религиозный подтекст. Это включает готовность полностью отдаться высшей власти, отказавшись от границ личного «Я», – и всё ради чистоты. Также набирают силу представления о вечной жизни, перерождении и искуплении. Квазирелигиозную природу восхождения Гитлера к власти описывает историк Лоуренс Рис в своей книге «Темная харизма Адольфа Гитлера» (2012): «Толпы немцев преодолевали сотни километров – настоящее паломничество! – для того, чтобы поклониться Гитлеру у его горного дома в Берхтесгадене; тысячи личных посланий отправлялись на его имя в рейхсканцелярию; изображения Гитлера на партийных съездах в Нюрнберге напоминали иконы; в школе немецким детям разъясняли, что Гитлер «послан Господом Богом» и является «верой» и «светом». Все эти факты красноречиво говорят о том, что Гитлера воспринимали не столько как политика, а скорее как пророка, помазанника Божьего». Держа это в уме, стоит обратиться к монографии Фрейда «Будущее одной иллюзии» (1927). Хотя эта работа по большей части касается психологии религии, было бы ошибкой игнорировать её политический контекст и содержание. Ни один еврей в Красной Вене в 1927 году (к слову, именно в этом году состоялся первый гитлеровский съезд в Нюрнберге) не мог остаться в стороне от набиравшего силу политического антисемитизма. Менее чем за год до этого, в 1926, Фрейд в интервью сказал: «Мой язык – немецкий. Моя культура, мои достижения – немецкие. Я считал себя близким духом к немцам до тех пор, пока не заметил ростки антисемитских предрассудков в Германии и Германской Австрии. С того момента я предпочитаю называться евреем». Одна из иллюзий, которую Фрейд упоминает в тексте, состоит в том, что «немецкая раса – единственная, способная на создание цивилизации». В то время австрийская политическая арена была поделена между правыми христианскими социалистами (чья вооруженная часть под названием «Хеймвер», или «Союз защиты родины», финансировалась итальянскими фашистами) и более левоориентированными социальными демократами (с вооруженным отрядом, именуемым «Шуцбунд»). Напряженность между двумя группировками дошла до точки кипения 15 июля 1927 года, когда левые утроили масштабную протестную демонстрацию. Всё началось с попытки занять Венский университет, находившийся в нескольких минутах ходьбы от квартиры Фрейда, а пика демонстрация достигла у Дворца правосудия (в 20 минутах ходьбы). Толпа пошла на штурм и подожгла здание. Полиция открыла огонь по протестующим. Спустя три часа 89 из них и еще пятеро полицейских остались лежать мертвыми на мостовой. Этот день, а также два последующих известны как «Schreckentage» – «дни ужаса». Для таких венских интеллектуалов, как Фрейд, угроза со стороны авторитарных политиков была очень близка к дому. Пирожные и яд Следуя традиции, заданной немецкими философами Людвигом Фейербахом и Карлом Марксом, Фрейд утверждал, что религиозные верования являются иллюзиями (англ. «illusions»), но его точка зрения отличалась исключительностью: по мнению Фрейда, разница между иллюзией и не-иллюзией заключается не в их истинности или ложности, а в том, как они возникают. Иллюзии – это убеждения, которые мы перенимает потому, что мы хотим, чтобы они были истинными. Такие убеждения обычно ложны, но иногда они оказываются истинными. Предположим, вы покупаете лотерейный билет из-за того, что в это утро вы проснулись со жгучей уверенностью, что вы выиграете в лотерею. Предположим также, что волей случая вы действительно выигрываете в лотерею. Хотя ваше убеждение, что вы выиграете, оказалось истинным, оно всё равно расценивается как фрейдистская иллюзия. Самые захватывающие иллюзии квалифицируются как заблуждения (англ. «delusions»). Заблуждения – это иллюзии, которые и ложны, и в высшей степени противятся рациональному пересмотру из-за огромной силы тех желаний, которые их питают. Религиозные убеждения Фрейд расценивает как наиболее показательный пример заблуждения. По его мнению, религиозные представления являют собой «исполнение древнейших, сильнейших, навязчивых желаний человечества. Тайна их силы заключается в силе этих желаний». Желания, лежащие в основе религиозной веры, имеют отношение к высвобождению из человеческой беспомощности. Мы беззащитны перед такими силами природы, как болезни, стихийные бедствия и, наконец, смертью. Мы также уязвимы для действий со стороны других людей, которые могут причинить нам зло, убить или обойтись с нами несправедливо. В признании собственной беспомощности, по мысли Фрейда, мы возвращаемся к инфантильному прототипу: воспоминания о случаях тотальной беспомощности, которые мы пережили в детстве – наша абсолютная и ужасающая зависимость от взрослых, которые о нас заботились (или не заботились). Фрейд считал, что религиозные люди справляются с чувством собственной беспомощности путем слияния с иллюзией о всемогущем, покровительственном божестве, которое дарует им жизнь после смерти. Существуют четкие связи между фрейдовским анализом религиозного импульса и психологическими силами, которые действуют в политической сфере. По большому счету, политика – это реакция на человеческую уязвимость. Политическая арена пронизана нашими глубинными надеждами и страхами, и это делает нас восприимчивыми к политическим иллюзиям, которые часто столь пылко и непроницаемо обволакивают здравые доводы, что они начинают подпадать под фрейдовское определение заблуждений. С этой точки зрения авторитарные политические системы коррелируют с монотеистическими религиями. Подобно самому Богу, лидер воспринимается как всеведущий, всемогущий и всеблагий. Его слова определяют горизонты реальности. Его нужно восхвалять и ублаготворять, но никогда не ставить под сомнение. Его враги по определению находятся в союзе с силами зла. Если бы религии сводились только к фантазиям об исполнении желаний, они бы все вели к повсеместной гармонии и благополучию. Но на деле это не так. Сладостные обещания рая обретают значительность только если за ними стоит угроза ада, тогда как для спасения души всегда нужно что-то, от чего стоит спасаться, даже если расплатой будет аскетизм, страдание и – в случае с религиозными мучениками – пытки и смерть. То же самое актуально и для авторитарного политического дискурса. Это не только пирожные, но и яд. Проникновение в психологию пропаганды Чтобы разобрать это темное измерение авторитарного образа мышления, обратимся к работе еще одного, менее известного психоаналитика – Роджера Мани-Керла, выходца из семьи английских аристократов. В возрасте 18 лет он добровольно поступил на службу в Королевский летный корпус, чтобы принять участие в Первой мировой войне. В 1917 году его самолет был сбит над северной Францией, что положило конец его военной карьере. После войны он поступил в Кембриджский университет, намереваясь изучать физику и математику, но вскоре он переключился на философию. Как и ряд других мыслителей в Кембридже в то время, Мани-Керл заинтересовался психоанализом. В 1922 году он отправился в Вену, чтобы защитить докторскую диссертацию под руководством философа Морица Шлика (был лидером Венского кружка), а также чтобы пройти анализ у Фрейда. Вернувшись в Великобританию в 1926 году, Мани-Керл получил вторую докторскую степень (на этот раз в области антропологии) и впоследствии стал практикующим психоаналитиком. В 1932 году Мани-Керл ненадолго посетил Берлин по приглашению своего друга, дипломата Артура Йенкена (Arthur Yencken). (Позже Йенкен будет убит нацистами, подложившими в его самолет бомбу с часовым механизмом.) Йенкен привел Мани-Керла на съезд Нацистской партии, в ходе которого выступали и Йозеф Геббельс, и Гитлер. Мани-Керл был очарован и встревожен тем, что он увидел и услышал, так что он попытался понять суть произошедшего, исследовав речи и динамику толпы сквозь призму психоанализа. Результатом стала статья «Психология пропаганды» (1941). К тому времени, когда он посетил Германию, Мани-Керл находился под сильным интеллектуальным влиянием английского психоаналитика Мелани Кляйн, уроженки Австро-Венгрии. Кляйн полагала, что все люди мучимы глубинными и внушающими ужас страхами, которые она назвала «психотическими расстройствами». Она считала, что эти расстройства, а также наши на них реакции во многом определяют поведение человека – к лучшему это или к худшему. Теория Кляйн предусматривает существование двух основных форм психотических расстройств: параноидальноерасстройство (страх быть преследованным злыми вечными силами) и депрессивноерасстройство (чувство вины за уничтожение того, что любишь и ценишь). Кляйн также описывает явление, которое она назвала маниакальной защитой – это отрицание собственной беспомощности и зависимости от других благодаря заблуждениям власти, величия и самоуверенности. Выражается маниакальная защита в позиционировании себя через триумф, контроль и презрение. Мани-Керл использовал концептуальный каркас Кляйн, чтобы понять, в чем кроется мощь нацистской риторики. Он пришел к заключению, что Гитлер и Геббельс инициировали среди своей публики нечто вроде массового психоза, который затем наплавлялся в нужное русло, то есть для достижения политических целей. Мани-Керл писал: «Сами по себе речи не были столь уж впечатляющими. Но толпа была незабываема. Казалось, что люди постепенно теряли свою индивидуальность и оказывались поглощены не очень умным, но невероятно могущественным монстром <…> [толпа] была полностью подконтрольна человеку на трибуне, который обращался с чувствами и переживаниями людей так же легко, как если бы они были клавишами какого-то гигантского оргáна». Наблюдение за Гитлером и Геббельсом в действии привело Мани-Керла к мысли, что для того, чтобы политическая пропаганда работала, пропагандисты должны вытянуть из своей публики чувство беспомощности (яд), а затем предложить людям магическое решение (пирожное). Во-первых, пропагандисты вгоняют людей в состояние подавленности – заставляют их чувствовать, что они утратили или разрушили что-то безмерно хорошее и ценное. Они позволили поставить себя на колени. Они стали посмешищем. Они предали великую судьбу немецкого народа. Мани-Керл описывает это так: «На протяжении 10 минут мы впитывали знания о страданиях Германии <…> со времен войны. Казалось, что монстр с радостью отдается оргии, полной жалости к себе». Второй шаг – определить какое-то меньшинство или группу аутсайдеров как тех, кто виновен во всех бедах. Они – это силы зла, что угнетают нас извне или пожирают нас изнутри. Мани-Керл писал: «В течение следующих 10 минут последовали самые гневные выпады в адрес евреев и социал-демократов как единственных инициаторов всех страданий. Жалость к себе уступила место ненависти; и казалось, что монстр вот-вот станет смертоносным». Третий шаг – предложить маниакальное лекарство от ужаса беспомощности: «Жалости к себе и ненависти было недостаточно. Было также необходимо вытеснить страх <…> Так что ораторы перешли от поношения к самовосхвалению. Начиная с малого, Партия со временем стала непобедимой. Каждый слушатель чувствовал в себе частичку всемогущества. Люди переходили в состояние нового психоза. Внушенная меланхолия превращалась в паранойю, а паранойя – в манию величия». Крещендо этой заключительной и маниакальной фазы выступления Гитлера был призыв к единству, который Мани-Керл трактует как ключевой компонент в успехе авторитарной пропаганды, ведь «если бы он мог предложить лишь гром и молнию, вряд ли бы он сумел сохранить свой статус бога». Наигрывая этот мощный, позитивно заряженный аккорд в качестве заключения, Гитлер обещал рай на Земле; «этот Рай, однако, был доступен только для настоящих немцев и настоящих нацистов. Все остальные оставались гонителями, и, соответственно, объектами ненависти». Хотя стимулом для Мани-Керла стало наблюдение за нацистской риторикой, его анализ был направлен не только на разбор нацизма. В преддверии выборов президента США в 2016 году журналистка Гвинн Гилфорд (Gwynn Guilford) посетила несколько собраний в поддержку Дональда Трампа. Гилфорд записывала свои наблюдения, чтобы проверить тезисы Мани-Керла. В своей замечательной статье, опубликованной в онлайн-журнале «Quartz», она сообщает: «Я проанализировала множество наблюдений, которые я отметила для себя по ходу трамповских митингов. Почти каждый пункт согласуется с заключениями Мани-Керла». Независимо от того, является этот психоаналитический диагноз пленительности авторитарных лидеров правильным или нет, такого рода анализ психологических сил, стоящих за феноменом авторитарного лидерства, определенно нужен. Понимание того, чем именно столь привлекательны авторитарные иллюзии, может привить нам соответствующий иммунитет, чтобы в будущем мы не дали снова увлечь себя в эту пропасть. Перевод: Юрий Волошин Concepture Club

 23.3K
Наука

Категорический императив: как общаться друг с другом

О том, как общаться с другими людьми, не нарушая личных границ, может кое-что рассказать один случай из жизни Иммануила Канта. Немецкий философ, который почти не покидал стен родного Кёнигсберга, придерживался такого строгого распорядка дня, что соседи могли сверять по нему часы. Но однажды, возвратившись со своей ежедневной прогулки, Кант увидел возле своего дома экипаж некоего графа, который по случаю хорошей погоды пригласил философа проехаться с ним в кабриолете. Кант из вежливости принял приглашение, но вскоре об этом пожалел — раздосадованный, он смог вернуться домой только к 10 часам вечера (полная катастрофа!). С тех пор в его своде правил, которые он называл максимами, появилось ещё одно: никогда не ездить в коляске, не им самим нанятой и не находящейся в его распоряжении, и никогда ни с кем не кататься. Когда кто-то переступает наши личные границы — к примеру, просит нас сделать то, чего мы делать не хотим — мы можем отреагировать на это тремя способами. Во-первых, можно уступить. Именно так поступил Кант, поддавшись на уговоры графа. Такая реакция часто вызывает пассивную агрессию: внешне всё может выглядеть благополучно, но на самом деле мы недовольны, что поступились собственными желаниями. Второй способ — проявить агрессию. Так поступил бы Кант, если бы стал обвинять графа в том, что тот испортил его день и разрушил все намеченные планы. Вторая реакция отличается от первой тем, что вы проявляете свои настоящие чувства, а не скрываете их. Но ничего хорошего из этого не выходит: агрессия может вызвать только ответную агрессию или уступку, что ещё больше отдалит вас от собеседника. Есть и третий способ, который называют ассертивной коммуникацией (от англ. assert — настаивать на своем, отстаивать свои права). Ассертивность — это независимость от чужих суждений, готовность отвечать за себя и свои желания и отстаивать их перед лицом окружающих. Здесь вы уже не хищник и не жертва, а самостоятельная личность, которая следует основному принципу гештальт-психологии: «Я существую не для того, чтобы соответствовать твоим ожиданиям, а ты существуешь не для того, чтобы соответствовать моим». Кант хорошо это понимал, когда формулировал свой категорический императив — правило, согласно которому к людям можно относится только как к целям, но не средству. Более популярная формулировка этого правила гласит: «Относись к другим людям так, как хочешь, чтобы они относились к тебе». В следующий раз в ответ на приглашение прокатиться в коляске он мог просто вежливо отказать. Но почему в первый раз он уступил чужой просьбе? Дело в том, что пассивная и агрессивная реакции гораздо проще и примитивнее — они всегда под рукой, даже когда мы ещё ничего не успели обдумать. Так работает система «fight or flight» (бей или беги), описанная физиологом Уолтером Б. Кенноном ещё в 1930-е годы. Это реакции, сформированные в нас миллиардами лет эволюции. Рептилия внутри нас готова отреагировать так на любую мелочь. Иногда это полезно, но чаще приводит к неоправданному стрессу и портит отношения с близкими нам людьми. Ассертивное поведение гораздо сложнее: оно требует умения слушать себя и уважать личные границы собеседника. Это не просто способность сказать «нет» — возможно, этим «нет» вы неосознанно пытаетесь уязвить другого человека. Если же это «нет» прозвучит вежливо, искренне и понимающе, то не вызовет негативной реакции. Ассертивность — это когда слышите чужую просьбу, понимаете её и даёте знать об этом собеседнику. Понимаете, но не обязательно готовы её удовлетворить. Наше повседневное общение складывается из множества микрокоммуникаций, на которые мы часто даже не обращаем внимания. Зато это делает наш организм. Косой взгляд коллеги, малейшая неловкость и невнимание с чужой стороны могут вызвать мгновенную стрессовую реакцию: учащается сердцебиение, повышается кровяное давление, руки начинают слегка потеть, теряется способность рассуждать и трезво обдумывать происходящее. Тревога коварна именно тем, что мы часто предпочитаем её не замечать. Французский клинический психиатр Давид Серван-Шрейбер в книге«Антистресс. Как победить стресс, тревогу и депрессию без лекарств и психоанализа» описывает свой разговор с оператором авиакомпании, в которую он позвонил, чтобы подтвердить бронирование билета. Когда спустя 20 минут ожидания девушка сообщила ему, что не может найти билет, он нервно воскликнул: «Что значит — не можете? С ума сойти! Зачем вы вообще нужны, если не можете ничего найти?» Уже спустя несколько секунд он пожалел о сказанном, но извиняться, как ему показалось, было поздно. К счастью, девушка ответила как настоящий специалист по ассертивному общению: «Месье, когда вы повышаете голос, мне трудно сосредоточиться, чтобы помочь вам». Она представила собеседнику прекрасную возможность извиниться, не потеряв лица. Если бы она ответила агрессией на агрессию, настроение обоих надолго было бы испорчено. Четыре всадника коммуникативного Апокалипсиса Профессор психологии Джон Готтман, известный своими работами о семейных отношениях, выделяет четыре типа поведения, которые гарантированно ведут к конфликту и разрывают даже самые прочные связи. Он назвал их «четырьмя всадниками Апокалипсиса». Когда вы идёте по одному из этих четырёх путей, вашему партнёру будет очень сложно не ответить на это агрессией. Но для каждого из этих путей есть и своя альтернатива. Первый всадник — это критика. Мы начинаем обвинять собеседника и указывать на его негативные черты: например, когда ваш друг опаздывает на встречу, упрекаете его в эгоизме. Вместо критики лучше выразить сожаление, что ситуация сложилась именно таким образом, и попросить его больше не опаздывать. Сожаление говорит о ваших чувствах, которые очень сложно оспорить, в то время как с критикой всегда можно не согласиться. Второй всадник — это пренебрежение. Саркастическая, снисходительная или насмешливая реакция заставляет нас чувствовать себя никчёмными и бессильными. В качестве примера можно привести диалог между супругами, состоявшийся в лаборатории Готтмана «The Love Lab»: Фред: Ты забрала мои вещи из химчистки? Ингрид: «Ты забрала мои вещи!» А сам не хочешь забрать? Я тебе что, домработница? Фред: Конечно, нет. Если бы ты была домработницей, в доме было бы чисто… Согласно исследованиям Готтмана, пренебрежение — важнейший фактор, ведущий к разводу. Оно не только разрушает здоровые отношения, но и ослабляет иммунную систему: супруги, в которые относятся друг к другу с пренебрежением, на порядок чаще страдают от заболеваний, которые передаются инфекционным путём. Третий всадник — это оборона. Мы все склонны защищать себя от упрёков, которые кажутся нам несправедливыми. Но такая реакция заставляет парнёра считать, что его чувства не принимают всерьёз. Собеседнику может показаться, что вину за случившееся сваливают на него. Вместо того, чтобы сразу обороняться, дайте партнёру понять, что его чувства вам небезразличны — даже если вины или сожаления вы при этом не чувствуете. Если вам кажется, что собеседник делает из мухи слона, подумайте о том, почему он это делает. Четвёртый всадник — это игнорирование. Вы пытаетесь показать, что конфликт высосан из пальца и не обращать на него внимание — спокойно попивать кофе или читать газету, пока вам предъявляют претензии. Но проблема от этого никуда уйдёт: скорее всего, партнёр попытается донести до вас свои чувства, перейдя на крик или прибегая к открытой агрессии. Даже если причина конфликта действительно незначительна, лучше дать партнёру понять, что вы его выслушали, а не просто отмахнуться. Игнорирование не сделает его чувства менее реальными и болезненными — скорее всего, они только усилятся. То же самое верно и по отношению к вашим собственным чувствам. Лучше не проглатывать обиду, а высказать её открыто. Если вы сделаете это достаточно деликатно, то проблема может разрешиться. Если же вы промолчите, всё так и останется на своих местах. Принципы полноценного общения чрезвычайно просты и интуитивно понятны. Все мы знаем, какое отношение к себе вызывает у нас симпатию и признательность. Но нам очень сложно соблюдать категорический императив Канта и обращаться с другими так, как бы мы хотели, чтобы другие обращались с нами. Часто мы ведём себя пассивно, теряя самостоятельность, или пытаемся манипулировать окружающими ради собственной выгоды. Согласно учению Канта, моральность любого поступка — это его качество, а не результат. Наше поведение морально, когда мы умеем отстаивать свои личные границы и уважаем границы других. Авторы, пишущие о популярной психологии, часто сводят умение общаться к умению манипулировать окружающими — к примеру, «завоёвывать друзей и оказывать влияние на людей», производя на них правильное впечатление. Но полноценное общение не сводится к умению нравиться. Чтобы действительно понимать друг друга, нужно научиться распознавать собственные чувства и доносить их до другого человека. Верно и обратное: мы должны бережно относиться к чувствам окружающих и признавать их важность, даже если мы с ними не согласны. Всё это — умения, которыми обладает наш эмоциональный интеллект, и они гораздо важнее чисто интеллектуальных навыков. Ведь наше повседневное благополучие гораздо сильнее зависит от умения обращаться со своими эмоциями и желаниями, чем от умения правильно решать логические задачи. Источник: Newtonew

 18.8K
Жизнь

Факты о математике Григории Перельмане, таинственном гении современности

А помните, как Перельману давали миллионную премию за доказательство теоремы Пуанкаре, а он взял — и не взял! Вся страна тогда обалдела… Награды никогда не интересовали Григория: по окончании средней школы Перельман не получил золотую медаль только лишь потому, что не сдал нормы ГТО. Но что такое золотая медаль, по сравнению с премией Европейского математического общества молодых математиков? Или предложение стать академиком РАН? Григорию это было так же безразлично, как многое другое, что не касалось самой науки. После очередного визита Перельмана в США, Гарвардский университет прислал просьбу выслать им его резюме. Григорий отказался высылать что-либо и заявил, что раз от него нужно резюме, то университет не знаком с работами, с которыми ему приходилось сталкиваться. Все интервью, когда-либо данные Григорием Перельманом, вызывают некоторые сомнения в подлинности. Эксперты приводят ссылки на ошибки, в том числе математические, которые настоящий Перельман никогда не мог бы допустить во многих интервью, которые можно найти в прессе. Впрочем, опровержений самого математика на них не поступало. Основной причиной, почему Перельман отказался от миллиона долларов за решение одной из семи «проблем тысячелетия», стало несоблюдение формата подачи доказательства в качестве заявки на саму премию. Тут стоит отметить, что премии за решение «проблем тысячелетия» выплачивает частная некоммерческая организация из США под названием Институт Клея. В то же время, Григорий, выкладывая своё доказательство в сеть в 2002-ом году, в доказательстве гипотезы ограничился лишь общим математическим рассуждением в виде формул на трёх страницах, без подробных вычислений. Не стал «разжевывать» своё доказательство Перельман и после предложения награды несколькими годами позже. Он даже промолчал, когда его китайские коллеги во главе с китайско-американским математиком Яу Шинтуном «разжевали» его доказательство подробно, забыв при этом упомянуть Перельмана в качестве автора самого доказательства.

 16.5K
Наука

История будущего: как писатели представляли себе завтрашний мир

Питер Джей Боулер исследует, как различные представления о будущем сформировали литературу, науку и общество. За последние сто лет будущее не сильно изменилось. В конце 1920-х годов книга «Завоевание жизни » Сергея Воронова, русского эмигранта, живущего в Париже, стала всемирным успехом в связи с утверждением, что автор нашел «средство от старости». В «Нью-Йорк Таймс» была опубликована работа Воронова под заголовком «Наука обещает удивительное будущее», и его предполагаемые успехи были опубликованы в Scientific American . Техника Воронова включала трансплантацию тестикулярного материала, полученного от обезьян, что, по его мнению, может омолодить мужчин и вылечить рак. В «Завоевании жизни» он продвигал свои методы трансплантации в качестве средства повышения способностей детей и спрашивал: «Почему бы не попытаться создать расу суперменов, наделенных физическими и умственными особенностями, которые намного превосходят наши?» В то же время многие опасаются человеческих последствий технологического прогресса. Искусственный интеллект может не интересоваться благополучием или выживанием людей. Марш роботов мог бы оставить большинство людей лишними в производственном процессе. Генетическая инженерия могла бы использоваться не только для искоренения наследственных заболеваний, но также для производства убийц и сексуальных рабов. Технология виртуальной реальности может порождать бездушные фантомы, которые могут иметь человеческие эмоции и страдать. В основе обоих фильмов Blade Runner (“Бегущий по лезвию”) такие техно-дистопические видения пронизывают популярные развлечения. С середины 19-го века, когда считалось, что технология формирует человеческое будущее, перспектива разделила современную культуру. В этом тщательном, компромиссном и изученном опросе, Питер Дж. Боулер, почетный профессор истории в Королевском университете в Белфасте, рассматривает, как разные мнения о будущем формируют литературу, науку и общественное восприятие в течение первых двух третей XX века , Покрытие городской жизни, автоматизация, работа и отдых, транспорт, авиация, космические путешествия, война, энергия и окружающая среда, а также трансформации в человеческой природе, «История будущего» - это энциклопедический рассказ о том, как «оптимистические и пессимистические видения технологически богатого будущего всегда идут бок о бок». Боулер описывает как ученые и инженеры отмечают благотворно преобразующие возможности технологии, в то время как многие из литературы и гуманитарных наук опасаются, что технологический прогресс может быть дегуманизирующим. Он признает, что это может быть чрезмерно простая дихотомия. Гениальный воображаемый писатель, а также мыслитель с научной подготовкой, Х.Г. Уэллс, вместе с американским писателем-фантастом Исааком Асимовым (1920-1992), одним из двух футурологов, которые Боулер ставит в центре своей истории, сам затруднялся определиться в его видении будущего. Даже Азимов, чья картина научного будущего в целом была розовой, признал, что проблемы истощения ресурсов трудно преодолеть в густонаселенном мире. В своем рассказе The Land Ironclads (1903) Уэллс предвидел танки, которые появлялись на поле битвы в Первой мировой войне; с любопытством предсказал, что их будут сопровождать солдаты, катающиеся на велосипедах. Написав в Лондонском вечернем стандарте в 1927 году, Халдейн предложил зачать детей в искусственных утробах и выращивать их в государственных учреждениях в рамках «рационального плана» развития человека. “О дивный, новый мир” Олдоса Хаксли (1932) была реакцией против планов Халдейна. Некоторые в межвоенной Европе дошли до предложения об обязательной эвтаназии людей, классифицированных как социально обструктивные или бесполезные. Боулер ссылается на французского хирурга Алексиса Каррелла (1873-1944), который рекомендовал, чтобы обычные преступники «были гуманно и экономически уничтожены в некоторых учреждениях эвтаназии, снабженных надлежащими газами». Каррель был осужден за связи с нацистами, но политика такого рода не ограничивалась нацистами и их сторонниками. Взгляды Каррелла разделял Джордж Бернард Шоу, чей долговременный энтузиазм по поводу невольной эвтаназии Боулер не обсуждает. Убеждение Шоу о том, что многие люди «не пригодны для жизни», было повторяющейся темой среди прогрессивных мыслителей начала 20-го века. Как отмечает Боулер, Уэллс с нетерпением ждал будущего, в котором «Негодные были бы безболезненно устранены, психически больные, поощряемые к самоубийству, из чувства долга, а низшие расы мира столкнулись бы с исчезновением». Когда в его научной литературе исследование Ожидания, впервые опубликованная в 1901 году, он рассмотрел будущее «рой чернокожих и желтых и коричневых людей, которые не приходят в нужды эффективности» в научном заказе мирового государства, Уэллс пришел к выводу, что эти и другие «неэффективные» группы людей будут должны исчезнуть: “Мир не является благотворительным учреждением, и я считаю, что им придется уйти”. В фильме Александра Корды «Облик грядущего» (1936), сценарий которого написал Уэллс, элитная сила авиаторов, ученых и инженеров развертывает современные технологии, чтобы «очистить» мир после разрушительной войны. Фильм был триумфом кассовых сборов, но не все были убеждены в его сообщении. Наблюдая это, Хорхе Луис Борхес заметил: «Сила почти всех тиранов возникает из-за контроля над технологиями». Ускорение научного изобретения не делает людей более добродушными или разумными, а просто увеличивает их способность достигать своих целей. На практике это означает, что группы, которые являются самыми мощными, увеличит свою власть над остальными. Эта мрачная перспектива повторяется повсюду в трудах Уэллса. Остров д-р Моро (1896) необычайный не только потому, что он предвосхищает изменяющийся во всем мире потенциал биотехнологии. Более глубоко, роман ставит под сомнение веру в прогресс через науку, на которой Уэллс основал свою жизнь как общественный деятель. Созданный д-ром Моро на отдаленном острове Тихого океана, Зверь-Фолк - это животные - пумы, леопарды, гиены и другие, - которые обладали человеческими атрибутами, привитыми к ним через мерзкие приемы вивисекции. Цель Моро состоит в том, чтобы превратить этих замученных зверей в людей, но все, что ему удается сделать, это создать чудовищные гибриды, которые долго возвращаются к животным. Когда рассказчик возвращается в Лондон, он видит людей, которых он встречал там, «животных, наполовину превращенных в образ человеческих душ». Устаревшая история оптимистичных техно-прогрессивных и реакционных технофобов скрывает больше, чем она показывает. Многие оптимисты с нетерпением ждали будущего, которое многие люди сегодня найдут полностью отвратительным. «Очищенный мир», который в конце своей жизни Уэллс отчаялся достичь, был таким же отвратительным, как остров искалеченных и измученных животных, которые он себе представлял 50 лет назад. Как заметил Борхес в своем обзоре «Что будет»: «Небеса Уэллса и Александра Корды, как и у многих других эсхатологов, не сильно отличаются от ада, хотя и менее очаровательны». Утопическая мечта одного человека - это чужой деструктивный кошмар. В случае Уэллса они были одним и тем же. Великий историк будущего отправил в 21-ое столетие предупреждение, если кто-то захочет его услышать. Материал: New Statesman

 15.9K
Жизнь

Почему я стал учителем...

Этот учебный год — последний. Я бы, пожалуй, ушёл, но есть нерешённые задачи. Классное руководство 9 «Б» — в первую очередь. Родители очень просили, обмануть их ожидания было бы непорядочно с моей стороны. В следующем году будет только один десятый класс, мы бы расстались в любом случае. Мне 61 год. Да, умею пользоваться глобальной сетью. Нет, информатику я не преподаю, мои дисциплины стары как мир: математика и физика. Мой рассказ предназначен для тех, кто не понимает, почему тот или иной человек стал учителем средней школы. Домыслы на этот счёт я слышал и в свой адрес, в том числе и от учеников. Когда 10–12-летний ребёнок говорит, что ты учишь потому, что сам ничего не умеешь — это след «деятельности» взрослых. В таком возрасте среднестатистический ребёнок до такого не додумается, у него учитель — ещё авторитет. Старше — возможно. Я не буду прикрываться регалиями и заслугами, просто послушайте из первых уст. Моя мать — кассир банка, отец — водитель самосвала на угольном разрезе. Как я учился в школе? Посредственно. Двоек не было, особого желания учиться — тоже. Радостно шёл на три предмета: труд, физкультура и история. Кем хотел стать? В те годы, по моде в нашем городе — шахтёром, но родители настаивали на десятилетке. В старших классах я подтягивался 22 раза. Драться не умел, но ко мне не лезли. В 16 лет у меня стремительно упало зрение по невыясненным тогда причинам. Про шахту пришлось забыть. Мой друг, почти отличник, поехал в Москву поступать в Менделеевский. Поехал я с ним скорее для компании, нежели для поступления. Не поступил, конечно. Сидеть без дела тогда было как-то не принято, и я пошёл по заводам устраиваться на работу. Начал по алфавиту, на первом же заводе меня приняли. Авторемонтный. Ничегошеньки я не умел. На первых порах доверяли мне только двигатель на блоках дёрнуть, потом втянулся. Изучал по ночам устройство двигателя по картинкам, днём пытался сопоставить это с грязной, запылённой и замасленной грудой запчастей. Напарнику я был абсолютно безразличен. «Смотри сам, там всё видно», — его любимая фраза. А вот бригадир… Тогда я впервые задумался о роли учителя. Через три месяца я сам перебрал двигатель. Я был счастлив и горд. Бригадир похвалил меня, а потом провёл жёсткую беседу насчёт качества и скорости работы, а также перспектив, с наглядной демонстрацией на примере старших товарищей. С тех пор я взял в привычку всегда учиться, а заодно не пить пиво и водку. К концу моего первого года работы я получал 250–270 рублей. Сказочные деньги для восемнадцатилетнего парня. Армия прошла мимо. Клеймо «не годен». Я ревел в голос прямо в военкомате. Мою авантюру с закапыванием атропина в глаза разоблачили, я был наивен. Я умолял окулиста, но… Я остался на заводе. На целых пять лет, как потом выяснилось. Зарабатывал уже около 300 рублей, тратить деньги мне было совершенно некуда, и я стал ездить по выходным на экскурсии в областной центр и в Москву. Музеи, театры — оказалось, что это бывает интересно. Из цеха меня перевели в опытно-исследовательскую бригаду. Уже не простой перебор двигателя, а попытка разобраться в причинах типовых неисправностей и выявление конструктивных недостатков. Поступил заочно в автодорожный институт. Нас таких было двенадцать человек на заводе. Одну сессию мы проводили в Москве, на вторую преподаватели приезжали к нам. «Мы рабочие люди, нам некогда». Так рассуждал наш старший, никто ему не перечил. На нашу местную сессию мы скидывались по четвертному. Кто-то из преподавателей был принципиален, кто-то ставил зачёты просто так, а кто-то и брал подношения. А однажды… Ей было лет 30–35. Преподавала она то ли метрологию, то ли госстандарты. Старший подошёл ко мне и сказал, что нам всё поставят, только надо ей организовать «культурную программу». Дальше старший замялся и что-то мямлил про то, что они все семейные и только я холостой. Мне выделили сто рублей денег, ЗИС-110 с путевым листом на «обкатку», модный широкий галстук, пачку известных резиновых изделий. Товарищи подготовили баню и комнату на загородном полигоне. Я справился. На «отлично». Психанул я через неделю. Бросил ненужный институт и решил, что смогу не допустить такого «образования», если лично пойду учить. Почему физмат? Потому что учителя математики больше других предметников работают с детьми. Год я готовился. Было очень тяжело, но мотивация творит чудеса. Это я запомнил. Нет, самостоятельно дойти до всего в алгебре — проблематично. Мне помогала соседка, инженер химкомбината. Я пробовал обратиться к своим школьным учителям, но в ответ было многозначительное «мы же тебе говорили». Это я тоже запомнил и никогда не злорадствую и не афиширую неудачи и прозрения своих учеников. Я поступил. Учился хорошо, на последнем курсе отказался от аспирантуры — хотел учить, а не философствовать на эту тему. Мой родной город меня не дождался: за время учёбы я познакомился с иногородней девушкой, женился. После выпуска уехал работать по месту жительства жены. К тому времени она родила ребёнка. Моя первая зарплата — 114 рублей, сравните с моими доходами на заводе. Впрочем, лично для меня оказалось, что не в деньгах счастье. В чём? Уклонюсь от ответа на этот вопрос, это глубоко личное. Нет единого счастья, единой цели в жизни и единого мерила успеха. Люди разные, и это правильно. Главное — оставаться человеком. Не пошла алгебра — да Бог с ней! Ты пытался, я видел, мы с тобой подобрали посильные тебе задачи, ты смог сделать какой-то минимум, который государство включило в стандарт. Молодец. В большинстве профессий алгебра не нужна, но ты был честным, ты боец, где-нибудь ты пробьёшься и станешь уважаемым человеком. Сколько их таких было только среди моих выпускников! Бизнесмены, чиновники, артисты и просто хорошие люди. Но есть другие. Это они покупают «решебники», просят срочной помощи на контрольной через интернет. Это они прикрывают свою лень ненужностью предмета, они ставят учителю вопрос: «А ты сам кто такой?» У них нет проблем, им папа всё купит. Они готовы жаловаться, доставать справки, врать, скандалить и провоцировать. Неприятно это видеть у десятилетнего ребёнка. К сожалению, родителей в большинстве случаев всё устраивает. Без помощи родителей учитель почти бессилен. Вот и формируется мина замедленного действия. Эти дети тоже вырастают в бизнесменов, чиновников и т.д., но есть разница. Они с детства плевали на интересы государства, они с детства привыкли обожать только себя. Пусть живут, ничего с этим не сделаешь, однако противно. Честность, исполнительность, трудолюбие — эти идеалы я старался привить на своих занятиях. Научить быть человеком. Предметы? Да, конечно, и предметы. Может быть, немного не с тем акцентом. Что такое геометрия? Это аксиоматический подход, развитие логики, умения строить доказательные выводы. Прямые, треугольники и прочие пирамиды — это шелуха. Что такое физика? Это развитие критического рационального мышления. Верить в науку, признавать свои заблуждения. Для общего развития иметь представление о природе, чтобы не вдаваться в дремучую мистику. Расчёт тангенциального ускорения — это на любителя или на будущего инженера. Что такое алгебра? Это развитие абстрактного мышления. Больше ничего, остальное — шелуха. Вот так как-то и получалось. Было здорово, но хватит. Устал, возраст, здоровье, моральная опустошённость. Зря ли я прожил жизнь? Я считаю, не зря, но каждый из вас имеет право на свою точку зрения.

 14.1K
Жизнь

История Маргарет Штайф и прародителя всех плюшевых медведей

Биография этой женщины — это история сразу о нескольких важных вещах: о преодолении, о женщинах в бизнесе и о том, как важно поддерживать своих детей. Маргарет Штайф, родившаяся в 1847 году в немецком городке Гинген-ан-дер-Бренц, перенесла в младенчестве полиомиелит, и у нее на всю жизнь остались парализованными ноги и плохо работала одна рука. Родители захотели, чтобы у дочери была настолько полноценная жизнь, насколько это возможно. Братья и сестры катали ее на тележке. Ее возили в школу и на уроки шитья и игры на цитре. Встречаются упоминания, что в городе не все жители одобряли такую заботу: например, когда маленькая Маргарет с братом тонули в реке, прохожие предпочли спасать здорового мальчика, а девочке помогло только то, что вовремя прибежал отец детей. Кроме того, на службах в церкви другие прихожане не разрешали Маргарет садиться в первых рядах. Со временем Маргарет стала настолько хорошо играть на цитре, что начала учить других детей, а вскоре на заработанные деньги она смогла купить первую в городе швейную машинку. Шить, пользуясь практически только одной рукой, довольно сложно, но у нее получались очень красивые вещи. В итоге она открыла небольшое производство и наняла других швей, вместе они изготавливали нижние юбки из фетра. В какой-то момент Маргарет начала по выкройке из журнала шить игрушечных слоников из фетра, набитых шерстью. Слоники моментально стали очень популярными у детей, и вскоре она добавила в ассортимент зайцев, мышек и прочих зверей. Со временем возникла идея укреплять каркас игрушки проволокой. Обычно Маргарет шила первый вариант игрушки сама, чтобы проверить, насколько она хороша, а потом модель запускали в производство, которое все расширялось. Предприятие было семейным, с Маргарет работали брат и племянник. Племянник — Ричард Штайф — по эскизам, сделанным в зоопарке, разработал первого плюшевого медведя, который стоял на двух лапах, и лапы у него могли двигаться. Эта разработка принесла фирме мировую славу — на выставке в Лейпциге медведь понравился американскому покупателю, и тот заказал серию в 3000 штук. Этот медведь и стал прародителем миллионов современных плюшевых мишек.

Стаканчик

© 2015 — 2024 stakanchik.media

Использование материалов сайта разрешено только с предварительного письменного согласия правообладателей. Права на картинки и тексты принадлежат авторам. Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 16 лет.

Приложение Стаканчик в App Store и Google Play

google playapp store