Язык телодвижений. Секреты невербальной коммуникации

Во всем мире основные коммуникационные жесты не отличаются друг от друга. Когда люди счастливы, они улыбаются, когда им грустно — они хмурятся, когда злятся — у них сердитый взгляд. Почти повсюду в мире кивание головой означает «да» или подтверждение. Похоже, что это врожденный жест, поскольку он также используется глухими и слепыми людьми. Покачивание головой, чтобы показать отрицание или несогласие, также универсально и может быть одним из жестов, изобретенных в детстве. Когда маленький ребенок сыт, он вертит головой из стороны в сторону, чтобы увернуться от ложки, которой его кормят родители. Таким образом, очень быстро он учится использовать качание головой, чтобы выразить свое несогласие и отрицательное отношение. Происхождение некоторых жестов можно проследить на примере нашего первобытнообщинного прошлого. Оскаленные зубы до сих пор используются современными людьми, когда кто-то злобно ухмыляется или проявляет свою враждебность каким-либо иным образом. Изначально улыбка была символом угрозы, но сегодня в сочетании с дружескими жестами она обозначает удовольствие или доброжелательность. Жест «пожимание плечами» — хороший пример универсального жеста, который указывает на то, что человек не знает или не понимает, о чем говорится. Это сложный жест, состоящий из трех компонентов: развернутые ладони, приподнятые плечи, приподнятые брови. Подобно тому, как вербальные языки отличаются друг от друга в зависимости от типа культуры, невербальный язык одного народа отличается от невербального языка другого. В то время как определенный жест может быть общепризнанным и иметь четкую интерпретацию в одной нации, в другой стране он может не иметь никакого обозначения или иметь совершенно противоположное значение. Например, рассмотрим разницу в интерпретации разными народами трех типичных жестов — безымянного пальца, поднятого большого пальца и V-образного жеста. Жест «о'кей» или кружок, образуемый пальцами руки. Этот жест был популяризирован в Америке в начале XIX века в основном прессой, которая в то время начала кампанию по сокращению слов и общеупотребительных фраз до их начальных букв. Относительно того, что означают буквы «ОК», мнения расходятся. Некоторые считают, что имели в виду «all correct» — все правильно, но потом в результате орфографической ошибки это превратилось в «oll-korrect». Существует еще одна теория, согласно которой это аббревиатура от «all Kinderhoor», места рождения американского президента Ван Бюрена, который использовал эти буквы (O.K.) в качестве лозунга кампании. Мы никогда не узнаем, какая теория верна, но кажется, что сам круг представляет собой букву «О» в слове «ок». Во Франции он означает «ноль» или «ничего», в Японии — «деньги», а в некоторых странах Средиземноморского бассейна этот жест используется для обозначения гомосексуальности мужчины. Поднятый вверх большой палец. В Америке, Англии, Австралии и Новой Зеландии большой палец вверх имеет три значения. Обычно его используют при «голосовании» на дороге, при попытках поймать проезжающую машину. Второе значение — «все в порядке», и когда большой палец резко поднят вверх, это становится оскорбительным знаком, означающим непристойное проклятие. В некоторых странах, например, в Греции, этот жест означает «заткнись», поэтому вы можете представить себе положение американца, пытающегося поймать этим жестом проезжающую машину на греческой дороге. Когда итальянцы считают от одного до пяти, этот жест обозначает цифру 1, а указательный палец обозначает 2. Когда считают американцы и британцы, указательный палец означает 1, а средний палец — 2, и в этом случае большой палец означает цифру 5. V-образный знак пальцами. Этот знак очень популярен в Великобритании и Австралии. Во время Второй мировой войны Уинстон Черчилль популяризировал знак «V» для обозначения победы, но для этого обозначения рука повернута тыльной стороной к говорящему. Если же при этом жесте рука повернута ладонью к говорящему, то жест приобретает оскорбительное значение — «заткнись». Во многих странах этот жест также означает цифру 2. Эти примеры говорят о том, к каким недоразумениям могут привести неправильные толкования жестов, не учитывающие национальные особенности говорящего. Часто можно наблюдать, как политик, плотно скрестив руки на груди (защитная поза), с опущенным подбородком (критическая или враждебная поза), рассказывает аудитории, насколько он восприимчив и дружелюбен к идеям молодежи. Он может попытаться убедить публику в своем гуманном отношении, нанося быстрые и резкие удары по трибуне. Зигмунд Фрейд однажды заметил, что, когда пациентка на словах убеждала его в том, что она счастлива в браке, она бессознательно снимала с пальца и надевала обручальное кольцо. Фрейд понимал значение этого непроизвольного жеста и не удивился, когда у пациента стали возникать семейные проблемы. Кроме учета совокупности жестов и соответствия между словами и телодвижениями, для правильной интерпретации жестов необходимо учитывать контекст, в котором живут эти жесты. Если вы, например, увидите в холодный зимний день на автобусной остановке человека, сидящего со скрещенными ногами и руками, с опущенной головой, то, скорее всего, это будет означать, что он просто замерз. Если при заключении сделки напротив вас за столом переговоров сидит человек в такой же позе, то в сложившейся ситуации жесты следует интерпретировать как негативное или защитное отношение. Вот еще несколько примеров телодвижений человека. • Если знакомый горбится, это свидетельствует о том, что ему нанесли сильнейшую обиду или он пережил мощный стресс. Непомерная «тяжесть проблем» не дает ему расправить плечи. Он испытывает дискомфорт от того, что не может справиться с ситуацией, и таким образом закрывается. • Если собеседник наклоняется в сторону оратора — он заинтересован темой беседы. • Наклоняя голову и одновременно опуская веки, собеседник высказывает полное одобрение. Если человек часто трогает руками лицо, касаясь глаз или уголков рта, он вам не доверяет. • При волнении и раздражении человеку свойственно поглаживать себя, поправлять волосы или катать первое, что попалось под руку. Иногда он засовывает пальцы в рот. В этом случае ему необходимы поддержка и одобрение оппонента. • Доверие, открытость, готовность к сотрудничеству демонстрируют раскрытые ладони. Если он не скрещивает локти и ноги, то импонирует вам. А если он отвел руки за спину и высоко поднял подбородок, то тем самым демонстрирует свое превосходство. • Чтобы убедить партнера в ответственном подходе к дальнейшему сотрудничеству, следует использовать следующий метод. В ходе деловых переговоров необходимо мысленно нарисовать потенциальному партнеру треугольник между глазами выше переносицы и смотреть в эту зону. Скорость некоторых жестов и их очевидность для глаза зависит от возраста человека. Например, если пятилетний ребенок солгал своим родителям, он тут же прикрывает рот одной или двумя руками. Этот жест закрывания рта покажет родителям, что ребенок солгал. Когда подросток лжет, рука почти так же прикрывает рот, но только пальцы слегка обводят линию губ. Когда взрослый лжет, его мозг посылает ему импульс прикрыть рот, пытаясь задержать слова обмана, но в последний момент рука уклоняется от его рта, и рождается другой жест — прикосновение к носу. Несколько признаков языка тела по Максу Эггерту: • поглаживание подбородка — обдумывание решения, оценка; • искренняя улыбка — приветствие, стремление к сближению, одобрение; • потирание глаз — смущение, усталость; • рука покоится на голове — заинтересованная оценка; • поглаживание шеи сзади — ощущение угрозы или гнев; • стиснутые кулаки — фрустрация (чем сильнее фрустрация, тем выше кулаки); • потирание ладоней — надежда на успех; • руки сцеплены — уверенность, расслабленность, самонадеянность; • рукопожатие с обхватом локтя — попытка демонстрации тесной дружбы; • протягивание руки ладонью вниз — попытка оказать давление; • протягивание руки ладонью вверх — признак подчинения; • рукопожатие, другая рука на плече — попытка демонстрации близости; • рукопожатие с вертикальными ладонями и примерно одинаковой силой — проявление уважения, признание равенства; • рукопожатие с обхватом запястья — проявление радости при встрече; • покусывание губ — тревога, нежелание высказываться; • облизывание губ — тревога, привлечение внимания; • поглядывание на часы — желание уйти, скука, безразличие. Самый частый вопрос: «Можно ли контролировать собственный язык тела?» Скорее всего, нет, потому что вас выдаст отсутствие согласованности между жестами, микросигналами тела и произнесенными словами. Например, открытые ладони ассоциируются с честностью, но когда мошенник открывает вам руки и улыбается, говоря неправду, микросигналы его тела выдадут его потайные мысли. Это может быть сужение зрачков, приподнятая бровь или искривление уголков рта. Существуют, однако, случаи, когда языку тела специально обучают для достижения благоприятного впечатления. Например, конкурсы красоты «Мисс мира», в которых каждую участницу тренируют движениям тела, излучающим тепло и искренность. Многие политики умеют копировать язык тела и используют его, чтобы привлечь на свою сторону избирателей. Говорят, что такие политики имеют «божий дар». Мы улыбаемся, киваем головой и подмигиваем, пытаясь скрыть свою ложь. К сожалению для нас, наше тело говорит правду своими знаками, и есть несоответствие между сигналами, считываемыми с лица и тела, и словами. Попробуйте провести простой эксперимент. Сознательно скажите неправду своему знакомому и сделайте осознанную попытку подавить любые телодвижения. Даже если вы намеренно подавляете яркие, запоминающиеся жесты, ваше тело будет передавать множество крошечных микросигналов. Это может быть искривление мимических мышц, расширенные или суженные зрачки, пот на лбу, румянец на щеках, быстрое моргание и многие другие жесты, сигнализирующие об обмане. Очевидно, что для того, чтобы не выдать себя в момент произнесения неправды, вам нужно сделать так, чтобы не было полного обзора вашей позы. Поэтому в полиции при допросе подозреваемого помещают на стул в хорошо видимом или хорошо освещенном месте комнаты. Естественно, ваша ложь будет менее заметна, если в этот момент вы будете сидеть за столом, или стоять за забором или закрытой дверью, так как ваше тело будет частично скрыто. Но самый простой способ вранья — по телефону. Собеседник не видит ни вашего лица, ни вашего тела. В заключение я хочу сказать, что сложно имитировать и подделывать язык тела в течение длительного периода времени, но полезно научиться использовать позитивные открытые жесты для успешного общения с другими людьми и избавиться от жестов, несущих негативный оттенок. Это позволит вам чувствовать себя комфортнее в обществе людей и сделает вас более привлекательным для них.

Что такое настоящий абьюз?

Такой термин, как «абьюз», можно услышать где угодно. Его употребляют даже тогда, когда не полностью понимают значение данного слова. Абьюз — модель поведения, при которой происходит насилие со стороны одного человека (абьюзера) по отношению к другому (жертве). Абьюз встречается в семьях, парах, просто в межличностных отношениях. У большинства людей абьюз ассоциируется именно с физическим насилием. Но в современном мире проявляются следующие виды абьюза: физический, сексуальный, психологический, финансовый. • Физический абьюз — это физическое насилие в любой его форме. Подзатыльники, пинки, пощечины, избиения, удары рукой, ногой или какими-то предметами быта. Абьюзер может жалеть о содеянном и говорить, что он не хотел этого делать. Но он все равно будет так поступать со своей жертвой. • Сексуальный. Принуждение к сексуальной близости без учета желания партнера, в том числе в состоянии алкогольного или наркотического опьянения и даже нежелательные заигрывания. По статистике, около 75% женщин исполняют «супружеский долг» без своего желания. По большей части это культивируется в обществе и основано на стереотипах о том, что именно так все и должно быть в семейной жизни. Так что большинство жертв сексуального абьюза даже не подозревают, что являются ими. • Психологический. Манипуляции, угрозы, издевательства, шантаж, критика, обесценивание, оскорбление, унижение, запугивание, газлайтинг, пренебрежение, игнорирование, изоляция, беспочвенная ревность, насмешки. Для такого абьюза характерны эмоциональные качели. Сначала абьюзер говорит, что жить не может без партнера, а потом старается всячески унизить и обесценить его. Этот вид абьюза может быть как открытым, так и скрытым. Цель абьюзера — растоптать жертву морально, понизить самооценку до отрицательного значения в максимальном проявлении: довести до истерики, нервного срыва, психоза и даже до самоубийства. «Вечно ты…», «У тебя ничего не выйдет…», «Это твоя вина!», «Я все для тебя делаю, а ты ничего» — несколько фраз, которыми пользуется абьюзер при психологическом насилии. • Экономический. Манипуляции при помощи финансовой зависимости. Контроль и использование финансов как рычага влияния. Умышленное оформление кредита на партнера. Тотальный контроль домашних расходов. В этом случае обычно жертва испытывает вину и стыд, если пытается использовать собственные средства на себя. В том случае, если используются средства партнера, абьюзер формирует и поддерживает все то же чувство вины в комплекте с чувством долга. В итоге жертва находится в постоянном стрессе и тревоге. Абьюзер старается всячески отрезать жертву от самостоятельных источников дохода. Не стоит путать рядовой конфликт или ссору с абьюзом. Абьюзом можно называть те моменты, когда конфликты, оскорбления, ущемления и насилие проявляются на систематической основе. Абьюзер не спешит добивать свою жертву, чтобы снова подпитываться от нее. И каждый раз абьюзер будет давать надежду, что все изменится, так он манипулирует жертвой. «Я так выражаю свою любовь», «Я очень люблю тебя», «Я просто так реагирую, потому что эмоциональный человек» — это примеры манипулятивных фраз абьюзера. Абьюз как процесс развивается в четыре этапа, которые цикличны. • Спокойствие. В начале жертва становится идеалом для абьюзера. Он уверяет, что чувства искренни, чтобы жертва поверила. Абьюзер старается выстроить идеальные отношения, чтобы жертва чувствовала себя, как в сказке. • Напряжение. Абьюзер начинает впадать в стресс от любой бытовой ситуации, даже если она не связана с жертвой. Он начинает упрекать и обвинять партнера во всем. • Насилие. Когда злость и стресс достигают пика, абьюзеру срочно нужно сбросить негативные эмоции на кого-то. Именно в этот момент наступают ссоры, скандалы, оскорбления, психологическое и физическое насилие. Это будет продолжаться до тех пор, пока жертву не охватят паника и истерика. • Примирение. Абьюзер старается сделать все, чтобы снова вернуть себе жертву. Он будет клясться в любви, что такого больше не повторится. Но это будет длиться недолго — как только жертва почувствует, что все хорошо, все снова пойдет по кругу. Практически всегда абьюзеры в начале общения вежливы и учтивы, стремятся не вызывать подозрений, а токсичность начинают аккуратно проявлять только после достаточного сближения. Даже зная наверняка о том, кто такой абьюзер, вычислить его сходу крайне непросто. Но определенные особенности поведения они проявляют всегда, благодаря чему их можно распознать на ранних этапах знакомства. Обычно заранее можно заметить признаки того, что человек — абьюзер. У него абсолютно разные требования к себе и к партнеру. Он многое не позволяет жертве из того, что сам может делать ежедневно. Он постоянно будет в чем-то обвинять партнера и контролировать его встречи, звонки и даже режим дня. Все это подкрепляется огромной ревностью ко всем. Любой разговор жертвы с абьюзером всегда будет переходить в агрессию с его стороны. Как и в большинстве вопросов, в абьюзе ответственность тоже не на 100% лежит на агрессоре. Жертва, хоть и пострадавшая сторона, но все же несет свою ответственность за то, что находится в таких отношениях, позволяет так с собой обращаться. При этом чаще всего люди даже не осознают, что они являются жертвами абьюза. Также стоит учитывать, что в роли жертвы далеко не всегда оказываются слабые, чувствительные, склонные к созависимости люди. Часто под влияние абьюзера попадают яркие и сильные личности. Люди, которые чаще всего подвергаются абьюзивным отношениям, имеют следующие личностные черты. • Низкая самооценка. Агрессору легко заманить в свои сети людей с низкой самооценкой. В начале отношений жертва будет видеть в нем идеал, за которым можно идти. Людьми с низкой самооценкой легко манипулировать. Впоследствии абьюзер поспособствует тому, чтобы самооценка упала еще ниже. Такая жертва не сможет выйти из этих отношений. • Несчастные люди. Такими жертвами тоже легко манипулировать. В начале отношений они видят в абьюзере защитника. Но эти иллюзии быстро развеиваются. • Сильные и уверенные. У абьюзера просыпается интерес в том, чтобы завоевать именно такую личность. Для него они словно самая высокая вершина, которую нужно покорить. Как только сильная личность поддается на уловки абьюзера, тот с двойной силой начинает издеваться над жертвой. Таким способом он празднует свою победу и демонстрирует превосходство. • Успешные личности. Такие люди вызывают зависть у абьюзера. Он стремится уничтожить весь успех таких людей вместе с предметом зависти. Как же человек становится абьюзером? Такой вид поведения формируется с самого детства. Абьюзер — это всегда человек, у которого есть какие-то психологические проблемы в прошлом или настоящем. Для него характерно пережить в детстве некую психологическую травму. Также он мог не получать любовь и внимание от близких в достаточном количестве и качестве. Он мог расти в неблагополучной семье и пример близких воспринимать как должные нормы поведения. Впоследствии изменить свое отношение к жизни для него окажется делом непростым, тем более что детский опыт перешел в область подсознания. Из абьюзивных отношений очень сложно выйти. Их можно сравнить с концлагерем, в котором исключена даже мысль о побеге. Дело в том, что в начале отношений зарождается очень сильная эмоциональная связь, которую трудно разорвать. К этому добавляется еще и то, что насилие всегда непредсказуемо может смениться на благосклонность. Жертва остается, она ждет тот миг счастья, который наступает после агрессивных проявлений, и терпит, чтобы получить вознаграждение — положительные эмоции. Жертва привязывается к агрессору, потому что он становится источником самых сильных эмоций для нее. Если такие отношения закончатся, то для жертвы это будет настоящей катастрофой, она будет впадать в апатичное и депрессивное состояние на очень долгий промежуток времени. Невозможно победить абьюзера агрессией. Если он уже захватил инициативу, любая эмоциональная реакция для него в радость. В первую очередь необходимо избавиться от страха. Контроль над собственными эмоциями создаст практически непробиваемый защитный барьер. Дальше можно провести контратаку, перехватив инициативу и постаравшись вывести его из эмоционального равновесия. Обычно после такого абьюзеры предпринимают еще одну-две попытки, и, если атаки отражены их собственным оружием, они отступают. Абьюз — это одна из самых актуальных и больших психологических проблем современности. Проблема эта далеко не всегда приводит к летальному исходу, о ней не трубят в СМИ и в обществе. На фоне более острых и пугающих событий, особенно в последние пару лет, тема абьюза остается в тени. Тем не менее, вес ее такой же, как у алкоголизма и никотиновой зависимости. Вроде не так уж все и страшно, и жить можно, но это повально в разной степени отравляет как жизни конкретных отдельно взятых людей, так и человечества в целом. Далеко не всегда абьюз представлен в крайней острой, садистической форме, хотя и в такой — полно случаев. Но это не отменяет того факта, что можно жить по-другому. Каждый человек достоин быть счастливым. Будь то жертва абьюза, которая платит за свое стремление к близости страданием, психологическими или даже физическими увечьями, или обреченный на внутреннее одиночество и отсутствие покоя абьюзер, который прибегает к насилию в бесконечной череде своих отношений. Все могут научиться строить отношения иначе, разобравшись в себе и в причинах, почему они попали в такой токсичный водоворот.

Две причины, по которым родители жалеют о рождении детей

Автор статьи — Гейл Корнуэлл, автор в Washington Post и The New York Times. Некоторые родители жалеют о рождении своих детей, в результате страдает вся семья. Кэрри жалеет, что у нее появились дети. Сначала она считала себя счастливой матерью, но со временем обнаружила что не видит ничего, кроме кухонной плиты. Теперь она задается такими вопросами, как «Кто я?» и «Что я здесь делаю?». Она не может устроиться на работу, потому что ей приходится регулярно водить своих двух детей-инвалидов в школу и на приемы к врачу. Кэрри живет в Великобритании и часто мечтает уехать в гости к своей подруге на Гавайи и больше никогда не вернуться. Ее слова могут прозвучать для многих просто ужасно, поэтому она попросила не упоминать ее фамилию, чтобы сохранить анонимность. К сожалению, в нашем обществе историй, похожих на эту, гораздо больше, чем может показаться на первый взгляд. В 2013 г. в ходе опроса родителей в возрасте старше 45 лет им был задан вопрос: «Сколько бы детей вы завели, если бы могли начать все сначала?», и около 7% ответили «ноль». В Германии в ходе опроса 2016 г. 8% матерей и отцов «полностью» согласились с утверждением, что они не стали бы заводить детей, если бы могли начать все сначала (еще 11% ответили «скорее согласны»). В ходе еще одного опроса, проведенного в Великобритании, 8% родителей заявили, что жалеют о том, что у них есть дети. Также в двух своих последних исследованиях доцент кафедры психологии Университета SWPS Конрад Пиотровски определил, что в Польше от 11% до 14% родителей жалеют о рождении своих детей, без существенной разницы между мужчинами и женщинами. В совокупности эти цифры говорят о том, что многие миллионы людей жалеют о том, что когда-то завели детей. Такое амбивалентное отношение родителей не всегда негативно влияет на детей, иногда они о нем даже не догадываются. Однако когда это проникает в динамику отношений между родителем и детьми, может пострадать вся семья. Хотя исследования этого феномена только набирают популярность, Пиотровски сообщил о наличии некоторых данных, говорящих о корреляции между сожалением родителя и его суровым и грубым отношением к ребенку. Кара Хоппе, семейный психотерапевт и соавтор книги «Baby Bomb: A Relationship Survival Guide for New Parents», рассказала мне, что ее работа с пациентами показывает, что дети могут чувствовать пренебрежение в свою сторону. Дети настолько сосредоточены на себе в процессе развития, что могут воспринимать отсутствие интереса со стороны матери или отца как личную неудачу, сказала она. Хотя ни в исследованиях Пиотровски, ни в опросах родителей напрямую не спрашивали, чем вызваны эти чувства, эксперты считают, что есть два основных варианта. Один из них — это выгорание. Родители могут очень любить своих детей, но при этом выматываться, не получая достаточной поддержки. Как и Кэрри, чьи дети страдают аутизмом, некоторые родители считали, что хорошо справляются, но в итоге сталкивались с неожиданными трудностями и говорили себе: «Я не создана для того, чтобы быть мамой» и «Я люблю своих детей, но не могу дать им того, что нужно». Изабель Роскам, выдающийся исследователь родительского выгорания в бельгийском Католическом университете Лувена, сказала мне, что при таком сценарии «у них не получается быть идеальными родителями, поэтому у них отпадает желание быть родителями в принципе». В одном из исследований, проведенных Пиотровски, перфекционисты чаще испытывали проблемы с видением себя в роли родителя, чаще выгорали и начинали жалеть о том, что завели детей. Он также обнаружил, что серьезные финансовые трудности, одиночество, недополучение любви и внимания или жестокое обращения в детстве могут способствовать развитию негативных чувств по отношению к собственному ребенку. Выгорание может быть временным и не иметь отношения к сожалению. Однако Пиотровски пришел к выводу, что по мере увеличения разрыва между имеющимися у родителей ресурсами и требованиями по уходу за ребенком вероятность сожаления возрастает. Неудивительно, что во время пандемии возросло количество случаев родительского выгорания, говорит Роскам. Еще не опубликованные данные исследования, проведенного группой под руководством Хедвиг ван Бакель, профессора поведенческих наук из Тилбургского университета в Нидерландах, оценивают глобальную распространенность родительского выгорания в 2020 г. в 4,9% (по сравнению с 2,7% по данным, собранным в 2018 и 2019 гг.); особенно страдают родители, которые проводят больше дней в изоляции и вынуждены уделять больше внимания своим детям. Лаура ван Дернут Липски, основатель и директор Института управления травмой, рассказала мне, что она наблюдала рост числа случаев сожаления родителей, связанных со свалившимся на них давлением в прошлом году. Многие начинают говорить себе «Со мной что-то не так» или «С меня хватит». Они ставить под сомнение свою воспитательную родительскую идентичность. Некоторые исследования показывают, что «выгоревшие» родители могут быть более склонны к пренебрежительному или жестокому отношению к своим детям, а дети таких родителей чаще испытывают депрессию и тревогу. Вторая причина заключается в том, что некоторые люди действительно никогда и не хотели иметь детей. Мэри — мать двоих детей из Южной Дакоты (она также попросила называть ее только по имени, чтобы не впутывать в обсуждение личностный аспект). В 2014 г. она случайно забеременела, но ребенок родился мертвым. Примерно в то же время ее ментор покончил жизнь самоубийством. Она захотела доказать, что может забеременеть и нормально выносить ребенка, и сделала это. «Я позволила гормонам, чувствам и психологическим травмам обмануть меня и заставить иметь детей», — сказала она. Когда ее первому сыну было девять месяцев, она случайно забеременела снова. «Я не люблю детей. Мне просто не нравится ими заниматься», — говорит Мэри. Она читает своим детям вслух, готовит для них и в целом придерживается хрестоматийных родительских ценностей, чтобы вырастить нормальных членов общества. Однако она часто думает о том, чем она могла бы заниматься, не будь у нее детей. Она часто отсчитывает дни до наступления их полной самостоятельности. Когда ее подруги жалуются, что дети скоро вырастут и оставят их в одиночестве, Мэри осознает, что просто мечтает, чтобы этот день поскорее настал. Однако психотерапевт Мэри исключил выгорание и послеродовую депрессию, таким образом, она абсолютно здорова психологически, а дети, видимо, просто не входили в ее планы. Орна Донат, израильский социолог, также занимается второй причиной возникновения сожалений. В своем исследовании она опросила 10 отцов, которые сожалели о том, что стали родителями. Восемь из них сообщили, что не хотели детей, но завели их, чтобы успокоить своего партнера. Некоторые из испытуемых женщин имели заботливых мужей и финансовые ресурсы для воспитания детей, но все равно чувствовали «постоянно присутствующее» бремя, пишет она. Пиотровски пришел к выводу, что выбор — быть или не быть родителем — является предиктором адаптации к родительству. Он заметил, что уровень сожаления в Польше по сравнению с Германией, очевидно, выше, что связано с запретом на аборт без медицинских показаний или особых случаев в Польше. Исследования, проведенные в Калифорнийском университете в Сан-Франциско, подтверждают эту идею: в одном из исследований матери, у которых ребенок родился в результате отказа от аборта, чаще сообщали о том, что испытывают трудности в установлении контакта с ребенком, а также чувство обремененности или обиды, чем те матери, которые сделали аборт, а впоследствии родили желанного ребенка. Кара Хоппе наблюдала это на примере своих взрослых пациентов. Одна женщина сказала ей: «Я не думаю, что моя мама когда-либо действительно хотела быть мамой». Она объясняла пренебрежение и жестокое обращение со стороны матери, которое она испытала в детстве, тем, что тогда еще не были доступны противозачаточные средства. Однако в детстве она часто думала, что с ней что-то не так. Некоторые люди просто не приспособлены к воспитанию детей, и в результате их дети страдают от этого. Но, возможно, меньше родителей испытывали бы проблемы, если бы общество не делало воспитание детей таким трудным. Можно уменьшить количество нежеланных детей благодаря целому ряду структурных изменений: доступ к репродуктивному выбору, индивидуальное лечение родительского выгорания и изменение политики в отношении ухода за детьми, семейного отпуска, графика работы, гендерного разрыва в оплате труда и продвижения по службе. Люди также могли бы испытывать меньше стыда за свое нежелание растить детей и получать больше мотивации для преодоления ситуации, если бы общество транслировало более реалистичные ожидания по отношению к родителям. Женщинам, в частности, говорят, что первые годы родительства тяжелы, но что они естественным образом адаптируются к материнству со временем. Когда этого не происходит, женщины встречаются с критикой и обвинениями в эгоизме. Это исследование говорит еще и о другом: о родительстве сожалеют меньшинство мам и пап. Обсуждение этой темы поможет снизить давление на родителей, которые по каким-то причинам не готовы или не хотят иметь детей. После того, как я поговорила с Мэри, она прислала мне письмо. «Я проплакала около часа после того, как поговорила с вами, — написала она. — Я и не подозревала, как сильно мне нужно было услышать, что есть и другие мамы, которые чувствуют себя так же». По материалам статьи «The Two Reasons Parents Regret Having Kids» The Atlantic

Коротко о развитии мозга: биология добра и зла

Как говорит знаменитый приматолог и нейробиолог Роберт Сапольски, если вы хотите понять поведение человека и природу хорошего или плохого поступка, вам придется разобраться буквально во всем — и в том, что происходило за секунду до него, и в том, что было миллионы лет назад. Публикуем отрывок из его книги, где автор очень подробно рассматривает огромное количество факторов, влияющих на наше поведение, и пытаемся понять, как стадии развития мозга делают нас «плохими» или «хорошими». Завершив путешествие на Планету подростков, вернемся к нашему повествованию. Поведенческий акт — хороший ли, плохой ли, сомнительный — произошел. Почему? Все эти нейроны и гормоны оставим в стороне, ведь обычно первым делом мы обращаем взгляд в детство. Путь усложнения Детство — это тот период, когда все аспекты и мыслей, и поведения, и эмоций постепенно усложняются. При этом важно, что усложнение происходит поэтапно, минуя последовательно стандартные единообразные стадии. Почти все исследования детского развития так или иначе ориентированы на эти стадии; их тематика касается: а) последовательности стадий; б) влияния опыта на скорость и гармоничность путешествия по дороге взросления; в) влияния особенностей прохождения этих стадий на личность будущего взрослого. Давайте начнем с рассмотрения вопроса, как нейробиология определяет природу постадийного развития. Коротко о развитии мозга Идея стадий развития мозга человека совершенно обоснована. Через несколько недель после зачатия волной формируются нейроны и мигрируют на положенные им места. Примерно через 20 недель обвально образуются синапсы — нейроны принимаются «разговаривать» друг с другом. Затем аксоны начинают заворачиваться в миелин, производное глиальных клеток (т.е. идет формирование «белого вещества»). Формирование нейронов, миграция, образование синапсов происходят в основном в материнской утробe. А миелинизация запаздывает: к моменту рождения вокруг нейронов миелина еще очень мало, особенно в эволюционно молодых участках мозга; как мы видели, миелинизация продолжается целых четверть века. Ее стадии и становление соответствующих функций стандартны. Например, тот участок коры, который отвечает за восприятие речи, проходит миелинизацию несколькими месяцами ранее, чем ответственный за воспроизводство речи, — дети понимают речь раньше, чем начинают говорить. Особенно важна последовательность миелинизации, когда дело касается самых длинных аксонов у нейронов, передающих информацию на большие расстояния. Таким образом, миелинизация способствует коммуникации разных участков мозга. Ни один участок не является изолированным «анклавом», и формирование соединительных линий передач — задача наипервейшей важности: как еще чердаку мозга — лобной коре, используя несколько миелинизированных нейронов, договориться с подвалами мозга, что пора научиться ходить на горшок? Мы уже знаем, что у зародышей млекопитающих происходит перепроизводство нейронов и синапсов; нерезультативные и ненужные в результате отмирают и получаются более экономичные, практичные и эффективные контуры. При этом не будем забывать и одну из тем прошлой главы: чем позже взрослеет определенный участок мозга, тем меньше в его формировании участвуют гены и тем больше — среда. Стадии Каковы же эти стадии детского развития и как они помогают объяснить хорошее-плохое-среднее поведение взрослых, с разговора о котором началась глава и вся книга? Прародителем всех теорий детского развития стал Жан Пиаже: в 1923 г. он сформулировал — после проведения хитроумных, красивых экспериментов — четыре стадии развития интеллекта у ребенка: Сенсомоторная стадия (от рождения до ~ 24 месяцев) Малыши приобретают знания только посредством чувственного опыта. В течение этого периода, обычно к месяцам, у них появляется понятие об объекте и «постоянстве объекта», т. е. осознание факта, что если предмет исчезает из их поля зрения, то он все равно существует — у ребенка сохраняется ментальный образ того, чего у него перед глазами уже нет. Дооперациональная стадия (от ~ 2 до 7 лет) У детей формируются устойчивые идеи об устройстве мира вне зависимости от того, есть ли сейчас перед их глазами непосредственный пример. Все больше развивается символическое мышление; все больше они играют в «давай, как будто». Их рассуждения в данный период интуитивны: нет пока логики, нет причин и следствий. Это та стадия, на которой дети еще не доходят до понимания «постоянства объема». Одинаковые пробирки А и Б одинаково наполняют водой. Потом из пробирки Б воду выливают в пробирку В, которая тоньше и длиннее. «В какой пробирке теперь больше воды?» — и ребенок на дооперациональной стадии, руководствуясь безыскусной логикой, скажет, что в В: ведь линия воды в пробирке В выше, значит, и воды больше. Стадия конкретных операций (7–12 лет) Дети думают логично, их уже не поймать на ерунде с разными пробирками. Тем не менее способность к обобщению у них еще сомнительная, еще не устоялась. Так же дела обстоят и с абстрактным мышлением — услышав, например, поговорку «Видно птицу по полету», они подумают, что нужно посмотреть, как птица летит, и тогда будет понятно, какая это птица. То есть пословицы они понимают буквально. Стадия формальных операций (подростковый период) На этой стадии происходит формирование взрослой степени абстракций, рассудительности, осознания и контроля собственной мыслительной и психической деятельности. Другие аспекты интеллектуального развития тоже распределены по стадиям. На ранней стадии малыши учатся осознавать себя отдельной личностью, формируют границы собственного «Я»: «Это Я, а не кто-то другой». И вот что, например, случается, когда эти границы недостаточно прочные и ребенок не понимает, где «кончается» он и «начинается» мама: мама порезала палец, а он заявляет, будто пальчик болит у него. Потом приходит время, когда дети начинают догадываться, что другие обладают отличной от их информацией. Девятимесячные детки смотрят туда, куда им указывает палец взрослого (обезьянки и собаки делают то же самое), т.е. следуют той информации, которая есть у взрослого, а у них нет. За этим действием будто бы стоит вопрос: «Где же та игрушка? На что мне показывают?» Те, кто постарше, используют подобные концепции в более общем плане, т.е. понимают, что у других людей и мысли другие, и убеждения, и знания, а это уже поворотный пункт в построении т.н. внутренней модели психического состояния другого человека. Вот как звучат рассуждения ребенка, еще не имеющего этой модели. Взрослый и двухлетка наблюдают, как в коробку А кладут печенье. Взрослый уходит, а экспериментатор перекладывает печенье в коробку Б и затем спрашивает ребенка: «Где он (взрослый) будет искать печенье, когда вернется?» В коробке Б, скажет ребенок — он-то знает, где печенье, а что он знает, то знают и все остальные. Примерно в 3–4 года дети уже рассудят: «Он подумает — печенье в А, даже если я знаю, что оно не там, а в Б». Оп-ля! Вот вам и модель психического состояния. Такова задача на «ложное знание», и способность с ней справиться отмежевывает важнейший этап развития. Модель психического состояния теперь может позволить себе такие изощренные вещи, как понимание иронии, виды на будущее или даже вторичную модель психического состояния (предположения о том, как человек А воспринимает человека Б). В координации этой модели задействованы разнообразные участки коры: части медиальной ПФК (никто не удивился, да?) и некоторые новые игроки, включая предклинье в теменной доле, верхнюю височную борозду, височнотеменной узел. Знаем мы это по результатам нейросканирования тех пациентов, у которых нарушено функционирование модели психического состояния (у аутистов с сокращенной моделью психического состояния уменьшено количество серого вещества и снижена активность в верхней височной борозде). Еще мы знаем, что если временно дезактивировать височно-теменной узел, то испытуемые перестают понимать намерения других, когда выносят моральную оценку. Таким образом, сначала идет стадия «отслеживания взглядом», затем стадия построения первичной внутренней модели психического состояния с последующим построением вторичной модели, потом развивается видение ситуации с точки зрения другого, причем скорость перехода от одной стадии к следующей зависит от среды и опыта (например, младшие дети в семье обретают эту модель раньше, чем более старшие или единственные дети в семье). Конечно, идея постадийного развития интеллекта не единожды подвергалась критике. Один из пунктов этой критики имеет самое непосредственное отношение к теме нашей книги: модель Пиаже учитывает только интеллект, но игнорирует влияние социальных и эмоциональных факторов. Один пример, который мы еще будем обсуждать в главе 12, касается детей на довербальной стадии развития, еще не имеющих представления о принципе транзитивности (если А>Б и Б>В, то А>В). Покажите картинку с нарушенной, «неправильной» транзитивностью между предметами на экране (предмет А должен бы в соответствии с размерами свалить предмет В, а происходит все наоборот), и ребенок не выкажет никакого недоумения, взгляд не задержится на картинке надолго. А теперь оживите предметы — пририсуйте им глазки и ротик, — и у малыша ускорится сердечный ритм, он займется разглядыванием картинки, будто бы говоря: «Существо В должно было бы отойти в сторонку, а не то существо А его свалит, а не наоборот». Дети осознают логические связи между людьми раньше, чем между предметами. Конкретная социальная ситуация и интенсивность мотивации тоже могут сдвигать границы интеллектуальных стадий. Зачатки модели психического состояния хорошо прослеживаются в экспериментах с шимпанзе, которые общаются с другими шимпанзе (не человеком) или которых мотивируют тем или иным образом, например едой. Чувства и эмоции также подстраивают интеллектуальное развитие под конкретные ситуации Я наблюдал, как моя дочка поразительным образом продемонстрировала и модель психического состояния, и ее отсутствие одномоментно. Она перешла из одной начальной школы в другую и однажды отправилась навестить своих товарищей в прежней школе. Вот она стоит и вдохновенно рассказывает друзьям: «…А на перемене мы качаемся на качелях, там у нас такие качели есть. А потом мы идем обратно в школу, и Кэрол нам читает книжку». Модель психического состояния: «качаемся на качелях» — в старой школе не знают про качели, надо для них уточнить. Отсутствие модели психического состояния: «Кэрол нам читает книжку». Кэрол — учительница в новой школе; по идее, должна бы проявиться та же логика: нужно рассказать бывшим соученикам, кто такая Кэрол. Но поскольку Кэрол — это самая чудесная, самая замечательная на свете учительница, то модель психического состояния буксует. После этого я спросил дочку, почему она не сказала своим, кто такая Кэрол. «Все ее знают», — был ответ. Ну да, как же они могут ее не знать? Чувствуя боль другого Модель психического состояния подводит нас к следующей ступени: люди чувствуют не так, как я, включая и болезненные ощущения. Этого еще недостаточно для рождения эмпатии и сочувствия. В конце концов, социопаты, у которых патологически отсутствует эмпатия, великолепно используют эту модель и способны самым бессовестным образом манипулировать и прогнозировать чужие действия на три шага вперед. Строго говоря, для существования эмпатии необязательно понимать, что у других людей чувства отличаются от моих. Совсем еще маленькие детки на «домодельной» стадии развития демонстрируют зачатки ощущения чужого горя: малыш предлагает свою соску экспериментатору, старается успокоить его, когда тот изображает плач (это только самое зарождение эмпатии, ведь малыш еще не может себе представить, что кого-то можно утешить не соской, а другим, пока незнакомым малышу способом). Да, это самое-самое начало эмпатии. Может, кроха и вправду глубоко сочувствует. А может, ему просто не нравится, что взрослый плачет, и тогда попытки его утихомирить будут небескорыстными. Детская способность к эмпатии (со-чувствию) проходит от этапа ощущения боли другого как своей, потому что другой — это и есть я, к этапу со-переживания боли другого, потому что он — как я. Нейробиология детской эмпатии все это хорошо объясняет. В главе 2 мы разобрали, что если взрослый человек видит боль другого, то у него в мозге активируется передняя поясная кора. То же самое происходит и в миндалине, и в зоне островка, особенно в случае с намеренным причинением боли — отсюда ярость и отвращение. В работу включились разные участки префронтальной коры, в том числе и «эмоциональная» вентромедиальная ПФК. Когда мы видим, что другому больно (например, если ему укололи иголкой палец), у нас в ответ включается совершенно определенная, «заместительная», реакция: активируются центральное серое вещество (ЦСВ — отдел, отвечающий за восприятие нашей собственной боли), участки сенсорной коры, куда приходит информация от наших собственных пальцев, и моторные нейроны, которые командуют их движениями. И вот у нас самих непроизвольно дергаются пальцы. Исследования Жана Десети из Чикагского университета продемонстрировали, что когда семилетки наблюдают чью-нибудь боль, то у них сильнее всего активируются вполне определенные участки — это ЦСВ, сенсорная и моторная кора. При этом активация вмПФК минимальна, когда максимально возбуждение ЦСВ, т. е. две эти структуры функционально связаны. У детей постарше вмПФК функционально связана с повышенной активацией лимбических структур. А к подростковому возрасту более сильная активация вмПФК соотносится уже с теми участками мозга, которые вовлечены в работу модели психического состояния. Что же происходит? Эмпатия переходит от конкретного личного мира, где «у нее болит палец, а я неожиданно ощущаю свой собственный», к миру другого человека, где главное — его чувственный опыт, не мой. Эмпатия совсем маленьких детей не различает, нечаянно или нарочно причиняется увечье, человеку или предмету нанесен ущерб Они только со временем постигают эту разницу, как раз к тому моменту, когда снижается роль той части эмпатии, за которую отвечает ЦСВ, и в действие вступают вмПФК и участки, ответственные за модель психического состояния. Более того, целенаправленный вред теперь активирует миндалину и островок — и мы получаем гнев и отвращение к виновнику. В это же время дети учатся различать самовредительство и вред, нанесенный им кем-то другим. Система усложняется: примерно к семи годам дети уже умеют выражать сочувствие. Между 10 и 12 годами появляется эмпатия генерализованная и абстрактная — сочувствие к «беднякам», а не к какому-то конкретному бедному человеку (обратная сторона медали: тот же процесс ответственен за появление у детей негативных стереотипов). Тогда же начинает развиваться чувство справедливости. Дошкольники в массе эгалитаристы («раз у меня есть печенье, то пусть будет и у него»). Но еще до того, как детское ощущение равенства превратится в безграничную щедрость юности, формируется склонность к группированию: «Мы все равны, но с незнакомым ребенком мы равны меньше». Дети с возрастом все с большей готовностью реагируют на несправедливость, т. е. когда с кем-то поступили нечестно. Но, как обычно, пока эта способность не сформируется полностью, она проявляется с различными отклонениями. Четырех–шестилетние дети, в какой бы культурной среде они ни воспитывались, дают негативную реакцию, когда нечестно поступают с ними лично. И лишь после достижения восьмилетнего возраста (некоторые подходят к этому этапу только к десяти годам) они начинают заступаться за несправедливо обиженных других. Данная стадия может вообще не наступить, и это уже зависит от культуры, в которой воспитывается ребенок. Ощущение справедливости у маленьких детей очень сильно завязано на себя. Вскоре после того, как у детей появляется негативная реакция на несправедливое обхождение с другими, они начинают пытаться исправить этот непорядок («Ему вчера мало досталось, нужно дать побольше сейчас»). Но уже в предподростковом возрасте эгалитаризм уступает место признанию неравенства, которое теперь оправдывается теми или иными качествами, усилиями или каким-то высшим благом («Пусть она играет чаще, чем он, потому что она вообще лучше/больше тренировалась/важнее для команды»). Некоторые даже способны на самопожертвование во имя общего блага («Пусть она играет, она лучше меня»). К подростковому возрасту мальчики принимают идею неравенства с большей готовностью, чем девочки, просто с чисто утилитарных позиций. И мальчики, и девочки допускают неравенство как социальный договор: «Так уж устроено, ничего не попишешь». Моральное развитие По мере развития модели психического состояния, умения видеть точку зрения других людей, все более тонкой настройки эмпатии ребенок начинает сражаться с вопросами, что такое хорошо и что такое плохо. Пиаже специально акцентирует внимание на том, как с помощью игры дети вырабатывают правила допустимого поведения (детские правила могут отличаться от взрослых) и как придумыванием правил отражается усложнение стадий детского развития. Это наблюдение заставило одного молодого психолога приглядеться внимательнее к данной области исследований — и как оказалось, с далеко идущими последствиями. В 1950-х гг. Лоуренс Колберг, тогда еще студент старших курсов Чикагского университета, а позже профессор в Гарвардском, начал эпохальный труд по формулированию стадий морального развития. Детям предлагали обдумать морально-этические дилеммы. Вот пример. Одну женщину может спасти от смерти только определенное лекарство, причем всего одна таблетка. Но она стоит невероятно дорого. Позволительно ли женщине украсть эту таблетку? Почему? Колберг пришел к заключению, что моральное суждение — это интеллектуальный процесс, построенный на рассуждениях, которые с возрастом постепенно усложняются. Он выделил три уровня морального развития, каждый с двумя стадиями. Вам говорят, что вкусное печенье, стоящее на столе прямо перед вами, есть нельзя. Вы его съедите? Приведу донельзя упрощенные стадии рассуждений, которые формируют решение. Можно ли съесть печенье? Доконвенциональное суждение Стадия 1. Зависит от обстоятельств. Могут ли меня наказать? Накажут — это неприятно. Агрессия обычно достигает кульминации между двумя и четырьмя годами, после этого детские порывы уже обуздываются взрослыми с помощью наказаний («Отправляйся в угол!») или своими же товарищами (например, «Мы с тобой не дружим»). Стадия 2. Зависит от обстоятельств. Если я послушаюсь и не съем, меня похвалят? Похвалят — это приятно. Обе стадии эгоцентричны, основное здесь — послушание и собственные интересы («А что мне за это будет?»). Колберг обозначил возрастные рамки этого уровня примерно восьмью — десятью годами Волноваться о ребенке нужно в том случае, если агрессия, особенно с элементами измывательств, не утихает к указанному возрасту — тогда можно предположить увеличение в будущем риска взрослой социопатии (или, по-другому, формирования антисоциальной личности). Главное в поведении таких будущих социопатов — невосприимчивость к негативной реакции окружающих на их действия. Как мы уже говорили, у социопатов высокий болевой порог, чем объясняется отсутствие у них эмпатии: если не чувствуешь свою боль, то и чужую не почувствуешь. Это также помогает понять их невосприимчивость к негативной реакции окружающих: зачем же менять поведение, если наказание даже не ощущается? На рассмотренных стадиях дети начинают мириться после ссор и получать удовлетворение от того, что помирились (в частности, при этом у них снижается выработка глюкокортикоидов и уходит тревога). Подобная награда сулит личную (нейробиологическую) выгоду, поэтому определенно стоит помириться. Удовольствие от примирения можно увидеть и с другой стороны — со стороны прагматической выгоды: дети с большей готовностью улаживают конфликты с людьми, имеющими отношение лично к ним. Можно ли съесть печенье? Конвенциональное суждение Стадия 3. Зависит от обстоятельств. Если я съем, то кое-кому не достанется. А он/она мне нравится? А как бы поступили другие? Что про меня подумают, если я съем? Заботиться о других — это хорошо; приятно, когда меня считают хорошим. Стадия 4. Зависит от обстоятельств. Что говорит закон? Можно ли его нарушать? А что если все нарушают этот закон? Порядок — это хорошо. Вот у нас есть судья, и у него дело о грабительских, но законных процентах по кредиту, и он думает: «Мне жалко всех этих пострадавших… но я здесь сижу для того, чтобы решить, нарушил банк закон или нет… а банк закона не нарушал». Конвенциональное моральное суждение относительно (оно касается ваших взаимодействий с другими и их последствий). Большинство подростков и взрослых находятся на этом уровне. Можно ли съесть печенье? Постконвенциональное суждение Стадия 5. Зависит от обстоятельств. Откуда на столе появилось печенье? Кто решил, что мне нельзя его есть? Спасет ли чью-то жизнь, если я съем печенье? Хорошо, когда четкие правила можно гибко приспосабливать к обстоятельствам. Тогда бы наш судья думал так: «Да, банк законов не нарушал, но ведь законы существуют, чтобы защищать слабых от сильных, и тогда не столь важно, подписан или не подписан кредитный договор, банк постановим закрыть». Стадия 6. Зависит от обстоятельств. Что важнее — закон или мои собственные моральные принципы по данному вопросу? И если что случится, готов ли я отвечать за свои принципы? Прекрасно осознавать, что на свете есть вещи, о которых я буду петь снова и снова: «Меня не собьешь с пути, я твердо стою на своем…». Этот уровень по сути своей эгоистичен, т.к. правила его рождаются изнутри и отражают работу собственной совести; каждый проступок требует конечной стоимости — необходимости жить в мире с самим собой после этого На этом уровне приходит осознание, что быть хорошим и подчиняться закону — не одно и то же. Как пел Вуди Гатри в песне «Pretty Boy Floyd»: «Я уважаю порядочного человека по ту сторону закона и терпеть не могу негодяев, законов придерживающихся». Стадия 6 эгоистична еще и потому, что строится на самоуверенности, готовой растоптать конвенциональных законопослушных мещан и прочих педантов-крохоборов, мелких людишек, бредущих, как стадо, за пастухом, да и самого пастуха и т.д. Рассуждая о постконвенциональном уровне, часто цитируют Эмерсона: «…Всякий героический поступок измеряется своим презрением благ внешних». Суждения стадии воодушевляют. Но они же одновременно могут стать невыносимыми, поскольку подразумевают, что «быть хорошим» и «быть законопослушным» — вещи несовместимые. По словам Боба Дилана, «нужно быть честным, чтобы жить вне закона». Последователи Колберга считают, что почти никто не в состоянии постоянно существовать на стадиях 5 и 6. Колберг фактически создал научный подход к изучению морального развития у детей. Его постадийная модель настолько укоренились в рядах специалистов-человековедов, что психологи уже обиходно употребляют выражения типа «он до сих пор барахтается на первой колберговской стадии». Понятное дело, к работе Колберга есть определенные претензии. Самое очевидное. Нельзя воспринимать постадийную модель слишком буквально: существуют исключения, переходы от одной стадии к другой определены не жестко, на индивидуальном уровне стадии зависят от контекста. Опасность ограниченного видения ситуации и неправильных акцентов. Изначально Колберг использовал нерепрезентативную выборку, т.е. изучал только американцев, а мы увидим из следующих глав, что моральные суждения имеют значительные межкультурные различия. Кроме того, все испытуемые были мужского пола, и это заметила в 1980 г. Кэрол Гиллиган из Нью-Йоркского университета. Колберг и Гиллиган пришли к согласию относительно последовательности основных стадий развития. Но Гиллиган с коллегами скорректировала картину, показав, что, в отличие от мальчиков и мужчин, женщины и девочки, вынося моральное суждение, ценят заботу выше справедливости. В результате женщины более склонны к конвенциональному типу мышления и его акценту на взаимоотношениях, тогда как мужская часть населения предрасположена к постконвенциональным абстракциям. Упор на рассудочность. Что является результатом моральных суждений — интеллектуальные рассуждения или интуиция и эмоции? Колберг и его последователи считали, что интеллект. Но из главы мы узнаем, что множество организмов с ограниченными интеллектуальными возможностями, включая маленьких детей и обезьян, демонстрируют зачатки чувства справедливости. Подобные эксперименты дают основание сформулировать концепцию «социального интуитивизма» по отношению к процессу принятия морально-этических решений. Над ней работали Мартин Хоффман и Джонатан Хайдт, оба из Нью-Йоркского университета. Естественно задать следующий вопрос: как сочетаются моральные рассуждения и моральная интуиция? Нам предстоит увидеть, что: а) моральная интуиция не есть продукт эмоций, а является другим типом интеллектуального осмысления; б) напротив, моральные рассуждения часто вопиюще нелогичны. (Внимание: не отвлекаемся!) Отсутствие предсказуемости. Можно ли, опираясь на все эти выводы, предсказать, кто будет стоять на своем ради правого дела, а кто нет? Кто готов подставить голову ради обличения коррупционеров, кто кинется усмирять душегуба, кто займется устройством беженцев — неужели отличники колберговских моральных суждений? И вообще, забудем про героизм: будут ли наши отличники более честными в таких малозначимых ситуациях, как психологические эксперименты? Одним словом, могут ли моральные суждения определять моральные действия? Редко. Как мы увидим в главе 13, распрекрасная сила воли лобной коры имеет мало отношения к моральному героизму. На самом деле такое случается, когда «правое дело» не очень затратно.

«О благе размышлений»: мудрое стихотворение английского поэта XVI века

Стихотворение английского поэта XVI века барона Томаса Во (Thomas Vaux, 2nd Baron Vaux of Harrowdon). Перевод Григория Кружкова. *** Кто что ни говори и в книгах ни пиши, Блаженство высшее из всех — спокойствие души, И краше ничего не может в мире быть, Чем думать — сладкие часы в раздумьях проводить. Боится человек Фортуны перемен, Ведь тело, как его ни тешь, всего лишь прах и тлен, Безжалостная смерть нас косит, как траву, И лишь бессмертный разум наш причастен божеству. Нет друга у тебя надежнее, чем ум, Подумай прежде, чем сказать хоть слово наобум; Доводит до беды несдержанный язык И лишь невидимая мысль — заветный наш тайник. Именье, как умрешь, к наследнику сбежит, Родные будут горевать, пока ты не зарыт. Так что же ты возьмешь с собою в мир иной? То, что надумал на земле, то и возьмешь с собой.

Неискреннее прощение вредит отношениям

Принятие извинений или прощение оскорбления принесет пользу как обидчику, так и обиженному — но только в том случае, если оба будут искренни. Автор статьи — Артур К. Брукс, профессор социологии Гарвардского университета. В книге Роберта М. Пирсига «Дзен и искусство ухода за мотоциклом» 1974 г. автор описывает устройство, которое он называет «старой южноиндийской ловушкой для обезьян». Она представляет собой вычищенный изнутри кокосовый орех, привязанный к столу. В скорлупе кокоса насыпан рис, который можно взять в горсть, просунув лапу в небольшое отверстие. Отверстие достаточно большое для того, чтобы просунуть туда кисть, но и недостаточно большое, чтобы достать оттуда кисть, сжимающую горсть риса. Голодная обезьяна сует туда лапу и вдруг оказывается в ловушке. Из-за своей ценностной несостоятельности она не желает бросить рис, чтобы сохранить свободу. Потом приходят селяне, хватают бедную обезьяну и уводят с собой. Прежде чем сказать что-то плохое о глупой обезьяне, обратите внимание на себя — не делаете ли вы примерно то же самое, когда речь идет о конфликтах в вашей жизни? Возможно, вы хотели бы иметь более теплые отношения с партнером, но вас сдерживает неразрешенный конфликт и связанный с ним гнев. Или, может быть, вы хотите помириться с другом, но не можете отпустить старый конфликт. Если это так, то вы застряли в эмоциональной обезьяньей ловушке. Вы не одиноки, все мы время от времени сталкиваемся с такой ситуацией, и не только в тех очевидных случаях, когда цепляемся за плохие чувства, категорически отказываясь прощать. Иногда мы саботируем желанную свободу даже тогда, когда говорим, что простили, потому что в глубине души все еще таим обиду, чтобы потом использовать ее против обидчика и ранить его в ответ. Чтобы обрести счастье и свободу, нам всем необходимо отказаться от такого рода «частичного» прощения. Ведь это может помочь не только в личной жизни, но и в разрешении некоторых глубоких культурных разногласий. Один из лучших способов понять человеческие конфликты — это исследовать романтические пары, поскольку в состав пары входят два не связанных друг с другом человека, отношения которых основываются на обещании сохранять единство перед лицом неприятностей. Данные о том, как разные пары справляются с конфликтами, могут помочь нам в понимании всех видов человеческих конфликтов. Люди, которым удается сохранять отношения долго, прорабатывают конфликты не так, как те, чьи отношения часто рушатся. В 2018 г. в журнале Western Journal of Communication было опубликовано исследование, в котором ученые определили четыре успешные стратегии, которые используют пары, как состоящие в браке, так и не состоящие, чтобы восстановить отношения после проступка или конфликта: обсуждение, открытое прощение, невербальное прощение (например, проявление привязанности после ссоры) и минимизация (которая предполагает классификацию проступка как несущественного и принимается совместное решение не обращать на него внимание). В исследовании 2005 г. ученые обнаружили, что все четыре стратегии могут быть эффективными, а выбор той или иной из них обычно зависит от тяжести обиды. Например, обсуждение чаще всего используется для самых серьезных конфликтов, таких как измена; минимизация и невербальное прощение чаще всего используются для наименее проблемных вопросов, таких как опоздание на ужин. Явное прощение, вероятно, лучше всего подходит для конфликтов, находящихся где-то посередине спектра. Когда речь идет о том, чтобы решить проблему или сказать кому-то «я тебя прощаю», это требует больших усилий, задевает гордость и, возможно, заставляет пойти на уступку. Поэтому иногда люди пытаются использовать простые способы, которые только выглядят подходящими, но по факту не работают. Исследователи писали об условном прощении, при котором прощение откладывается и ставятся условия («Я прощу тебя, когда ты сделаешь то-то и то-то »), и псевдопрощении, которое происходит, когда партнеры решают подавить или игнорировать проблему, не прощая друг друга на самом деле (не путать с минимизацией). Условное прощение может обеспечить то, что исследователи называют «эмоциональной защитой», то есть чувство безопасности для пострадавшего партнера, но при этом рана может оставаться открытой. Псевдопрощение может продлить несчастливые отношения,но в целом хуже сказывается на их выживаемости, потому что на самом деле прощения не происходит. Условное прощение и псевдопрощение могут выглядеть привлекательными для обиженной стороны по ряду причин. Условное прощение дает жертве власть над обидчиком, способ добиться желаемого поведения, протягивая морковку истинного прощения. Псевдопрощение ничего не решает и может породить обиду, которая в будущем будет проявляться в моменты раздражения. Частичное прощение — это ловушка для обезьяны: горсть эмоционального риса вместо свободы от гнева и горечи. Эти уроки могут быть поучительными и для конфликтов вне романтических отношений. Среди друзей и коллег условное прощение и псевдопрощение, вероятно, еще более разрушительны, учитывая, что уровень эмоциональных обязательств в целом ниже, чем в паре. Частичное прощение существует и в конфликтующих сообществах. Возможно, одна группа людей обещает, что общество никогда не увидит мира без условий, которые она устанавливает, или в ключевые моменты, например, во время выборов, вспоминает прошлые обиды, которые не были урегулированы по-настоящему. Эти стратегии могут обеспечить политическую власть тем, кто их применяет, но вряд ли смогут залечить какие-либо глубокие раны. Напротив, я видел, как люди залечивали серьезные политические разногласия путем дискуссий — не стремясь к согласию, а пытаясь понять другого и быть услышанными. И когда речь идет об исцелении целых обществ от политической поляризации, не исключайте возможность минимизации. «Америка никогда не решает свои проблемы, — сказал мне однажды коллега, изучающий американскую политическую историю. — Мы просто оставляем их позади». Чтобы избежать эмоциональной обезьяньей ловушки, вам нужно сознательно решить не попадать в нее. Чтобы отпустить рис, требуются терпение и самоконтроль. Для этого я предлагаю три принципа, следуя которым, вы будете стремиться к истинному прощению и, следовательно, к свободе. Во-первых, помните, что разрешение конфликта — это не благотворительность, а в первую очередь выгода для вас. Метафора с обезьяньей ловушкой наглядно это демонстрирует, как и другая вековая мудрость. Буддийский мудрец пятого века Буддхагхоса писал, что, потакая гневу и отказываясь прощать, «вы подобны человеку, который хочет бросить в другого горящий уголь... и обжигается сам, подбирая подходящий». Обилие современных исследований подтверждает эту идею, показывая, что прощение приносит пользу прощающему психически и физически. Во-вторых, расширьте свой репертуар разрешения конфликтов, особенно если то, что вы пробовали раньше, не работает. Возможно, вы прирожденный минимизатор, быстро прощаете других и забываете об обидах; тогда человек, с которым у вас возник конфликт, может посчитать, что серьезность ситуации слишком велика, чтобы разрешить ее таким образом. Если обидели вас, попробуйте применить открытое прощение. Если проблема обоюдная, попробуйте обсудить ее. В-третьих, не стоит слишком быстро отказываться от минимизации. Во многих случаях не начинать конфликт вовсе является идеальным решением. В своей работе по политическому примирению я обнаружил, что это относится ко многим людям с серьезными идеологическими разногласиями. Конфликты просто меркли, когда их ставили в один ряд с семейными или дружескими связями. Спросите себя, действительно ли ваш спор о политике настолько важен, чтобы, скажем, потерять связь с любимым человеком. Книга «Дзен и искусство ухода за мотоциклом» рассказывает о 17-дневном путешествии из Миннесоты в Калифорнию на старом мотоцикле. Книга полна интересных метафор, таких как ловушка для обезьян. Но на самом деле вся эта книга — одна большая метафора жизни. В нашем коротком путешествии во времени мы можем столкнуться со всевозможными проблемами. Среди них будут и технические, требующие определенных знаний об устройстве мотоцикла. Одни проблемы будут мелкими, другие и вовсе неразрешимыми, но в любом случае вы не хотите, чтобы они испортили поездку вам и вашим попутчикам. В таком случае есть простое решение простое: езжайте дальше, оставив проблемы позади. По материалам статьи «Fake Forgiveness Is Toxic for Relationships» The Atlantic

Последняя любовь Луи де Фюнеса

Когда де Фюнесу исполнилось 55, он влюбился. В 27-летнюю рыжеволосую девушку, яркую и веселую. Ее знала вся Франция — она вела радиопередачи под именем Маша Беранже, настоящее же имя ее было Мишель Рионд. Немолодой комик воспылал к Маше настоящей страстью: поистине, «седина в бороду, бес в ребро». И она его тоже полюбила: для нее он был не кинозвездой, а ранимым, нежным и беззащитным человеком, прячущим свои слабости под маской успешного комика. Все знали его как скрягу — а он снял номер люкс в дорогой гостинице на целый год, чтобы видеться там с Машей. Об этом романе знали все. Не знала только жена де Фюнеса. Так думали окружающие. На самом деле, Жанна прекрасно все понимала, но терпеливо ушла в тень, давая возможность мужу насладиться последней страстью. А Маша, в свою очередь, согласилась на условие любимого: никогда не требовать, чтобы он развелся. Он просто не мог после стольких лет брака оставить жену. Через несколько лет Луи перенес один за другим два инфаркта. Ему пришлось на какое-то время отказаться от съемок. Но он продолжал встречаться с Машей — не мог надышаться ею, был влюблен, как мальчишка. Жена продолжала «держать лицо»: она была уверена, что скоро эта страсть погаснет сама собой. Но Жанна ошибалась.13 лет, до самой своей смерти, Луи де Фюнес продолжал лавировать между двумя женщинами. А когда в 1983 году его не стало, жизнь потеряла всякий смысл и для Маши. Она несколько лет буквально отбивалась от журналистов, которые хотели услышать от нее рассказ о романе с великим комиком. Они не услышали ни слова. Потом Маша увлеклась спиритизмом: она хотела получить весточку от умершего возлюбленного. В 2009 году Маша умерла от рака легких. А Жанна де Фюнес тем временем открыла музей имени своего знаменитого мужа — в их родовом имении. Она прожила 101 год и умерла в окружении любящих сыновей и внуков в 2015 году. Похоронили ее рядом с мужем.

Возможно, нам угрожает интернет-апокалипсис

Подводные интернет-кабели, соединяющие страны, могут выйти из строя на долгие месяцы, предупреждает новое исследование. Солнце постоянно осыпает Землю намагниченными частицами, известными как солнечный ветер. По большей части магнитный щит нашей планеты не позволяет этому ветру нанести реальный ущерб Земле или ее жителям, частицы просто скапливаются у полюсов и оставляют после себя красивое сияние. Но иногда, раз в сто лет или около того, этот ветер перерастает в полноценную солнечную бурю. Новое исследование, представленное на конференции по передаче данных SIGCOMM 2021, говорит, что результатом воздействия такой солнечной бури может быть разрушение нашего привычного образа жизни. Сильная солнечная буря может ввергнуть мир в «интернет-апокалипсис», в результате которого значительная часть населения Земли не сможет работать в течение нескольких недель или месяцев, резюмировала в своей новой научной работе Сангета Абду Джйоти, доцент Калифорнийского университета в Ирвайне. «Серьезно задуматься об этой проблеме меня заставила ситуация с пандемией, которая продемонстрировала, что человечество абсолютно не готово к глобальным вызовам. Не было никакого протокола для эффективного решения этой проблемы, и то же самое может произойти в случае нарушения работы интернета, — сказала Абду Джйоти в интервью WIRED. — Наша инфраструктура не готова к крупномасштабной солнечной буре». Отчасти проблема заключается в том, что интенсивные солнечные бури (также известные как выбросы корональной массы) происходят относительно редко. По оценкам ученых, вероятность того, что экстремальная космическая погода непосредственно повлияет на Землю, составляет от 1,6% до 12% в десятилетие, говорится в статье Абду Джйоти. В новейшей истории было зарегистрировано только два таких шторма — один в 1859 г., а другой в 1921 г. Более ранний случай, известный как событие Каррингтона, вызвал на Земле настолько сильное геомагнитное возмущение, что телеграфные провода вспыхнули, а в экваториальной Колумбии было замечено северное сияние, которое обычно видно только вблизи полюсов планеты. Небольшие штормы также могут принести немало неприятностей: один из них, произошедший в марте 1989 г., на девять часов лишил света всю канадскую провинцию Квебек. С тех пор человеческая цивилизация стала гораздо более зависима от интернета, а потенциальный вред для всей этой новой инфраструктуры от геомагнитных бурь остается практически неизученным. Однако есть и хорошие новости: местные интернет-сети, скорее всего, не подвержены риску, поскольку оптоволоконные кабели не восприимчивы к влиянию геомагнитных токов, говорится в статье. Однако длинные подводные интернет-кабели, соединяющие континенты, — это совсем другая история. Они оснащены ретрансляторами для усиления оптического сигнала, расположенными с интервалом примерно 50-150 км. Эти ретрансляторы уязвимы к геомагнитным токам, и целые кабели могут прийти в негодность, если хотя бы один ретранслятор выйдет из строя, согласно статье. Если на какой-нибудь территории выйдет из строя определенное количество кабелей, то целые континенты могут оказаться отрезанными друг от друга, пишет Джйоти. Более того, страны, расположенные в высоких широтах, такие как США и Великобритания, гораздо более подвержены воздействию солнечных выбросов, чем страны, расположенные в более низких широтах. В случае катастрофической геомагнитной бури именно эти страны будут отрезаны от сети первыми. Трудно предсказать, сколько времени потребуется на восстановление подводной инфраструктуры, но Джйоти предполагает, что возможны серьезные перебои в работе интернета на протяжении нескольких недель или даже месяцев. Миллионы людей могут потерять средства к существованию. «Экономические последствия перебоев в работе интернета в течение одного дня в США оцениваются более чем в 7 миллиардов долларов, — пишет Джйоти в своей статье. — А что, если сеть не будет функционировать в течение нескольких дней или даже месяцев?» Если мы не хотим этого узнать, операторы сетей должны начать серьезно относиться к угрозе экстремальной солнечной погоды по мере неизбежного расширения глобальной интернет-инфраструктуры. Прокладка большего количества кабелей в более низких широтах будет хорошим началом, говорит Джйоти, равно как и разработка тестов на устойчивость, ориентированных на последствия крупномасштабных сбоев в сети. Когда следующая большая солнечная буря вырвется с поверхности нашей звезды, у людей на Земле будет около 13 часов на подготовку. Будем надеяться, что мы окажемся готовы потратить это время с умом, ведь катаклизм безусловно наступит, вопрос только в том, когда это случится. По материалам статьи «An 'Internet apocalypse' could ride to Earth with the next solar storm, new research warns» LiveScience

Темная сторона возобновляемых источников энергии

Значительное число стран мира обязались перейти на возобновляемые источники энергии в ближайшие 10-20 лет. С другой стороны, страны, печально известные своими огромными выбросами углекислого газа, такие как Китай, также обязались резко сократить уровень выбросов парниковых газов. Это привело к ускорению строительства станций по добыче возобновляемой энергии. Хотя целью этих мер является снижение вредного воздействия выбросов углекислого газа на планету, так ли они экологичны на самом деле? По данным Международного агентства по возобновляемым источникам энергии (IRENA), суммарная установленная мощность возобновляемой энергии в 2020 г., достигла нового максимума, составив 2838 ГВт. Данные из отчета, опубликованного IRENA, показывают, что гидроэнергетика лидирует — 1170 ГВт, за ней следуют солнечная энергия — 760 ГВт ветроэнергетика — 743 ГВт,, биоэнергетика — 145 ГВт и геотермальная энергия — 14,1 ГВт. Гидроэнергетика — гигант среди возобновляемых источников энергии, приводящий к гигантским наводнениям Гидроэнергетика доминирует на мировом рынке возобновляемых источников энергии. Она не оказывает прямого воздействия на качество воздуха, однако строительство и эксплуатация гидроэлектростанций могут привести к определенным вредным воздействиям на окружающую среду. Плотины, необходимые для добычи электроэнергии, как правило, сильно изменяют течение рек, а это негативно сказывается на дикой природе и людях. Самым негативным последствием работы этого гиганта среди возобновляемых источников энергии является наведение. Когда вся вода, накопленная в плотине, одновременно сбрасывается, это приводит к резкому увеличению уровня воды в реке ниже по течению и последующему подтоплению территорий. В результате уничтожаются сельскохозяйственные угодья, леса и дикая природа. Например, подобные события на гидроэлектростанции Дхаулиганга в Индии в 2013 г. привели к беспрецедентным ливневым паводкам, вызвавшим полное затопление здания электростанции. Ветер принадлежит не только людям, а еще и птицам и летучим мышам В докладе Объединенного исследовательского центра (JRC) говорится, что в 2014 г. ветряки обеспечили 8% электроэнергии в Европе. К 2020 г. этот показатель вырос до 14%. Ветровая энергия занимает значительную долю на мировом рынке возобновляемых источников энергии, и в ближайшие несколько лет во всем мире будет построено еще больше ветропарков. Однако в последнее время ветроэнергетика находится под пристальным вниманием из-за ее негативного воздействия на жизнь птиц и других животных. Недавний обзор Национального координационного комитета по ветру (NWCC) показал, что столкновения с ветряными турбинами и изменения давления воздуха, вызванные вращением турбин, привели к гибели нескольких птиц и летучих мышей. Аналогичным образом морские ветряные турбины могут нанести вред морским птицам. Солнечная энергия является причиной эрозии почвы Солнце является огромным источником возобновляемой энергии. Тем не менее, негативные последствия использования солнечной энергии проявляются в землепользовании, водопользовании, от чего разрушается естественная среда обитания животных. Также производство солнечных панелей никак нельзя назвать экологичным. Для строительства крупных солнечных электростанций требуются большие площади земли, что может нарушить существующие стратегии землепользования. Земли, отведенные под строительство, будут расчищаться и грейдироваться, что может вызвать уплотнение почвы, эрозию и нарушение системы дренажных каналов. Кроме того, природе наносится вред в процессе добычи, поиска, производства и утилизации материалов, необходимых индустрии солнечной энергетики. Биоэнергетика не так уж экологична Биомассы, используемые для производства электроэнергии, включают сельскохозяйственные культуры, лесную продукцию, сельскохозяйственные отходы. Сырье для биоэнергетики и способы его сбора могут негативно влиять на землепользование, а также становиться причиной выбросов, способствующих глобальному потеплению. Например, отходы жизнедеятельности человека и животных, используемые для питания двигателей, могут сократить выбросы углерода, но в то же время увеличить выбросы вредного газа метана. Кроме того, использование деревьев для получения биоэнергии сопряжено с целым рядом проблем. Чтобы собрать достаточное количество пиломатериалов, необходимо расчистить большие площади лесов, что опять же приводит к изменению климата и уничтожению среды обитания животных. Геотермальная энергия — тепло, электричество и ядовитые газы Строительство геотермальных электростанций требует серьезных научно-исследовательских работ по поиску территорий, под поверхностью которых находятся высокотемпературные породы. Исследования стоят больших денег, да и чтобы пробурить достаточно глубокую скважину в земле, требуются средства. Помимо дороговизны геотермальная энергия имеет много других недостатков. Геотермальные объекты содержат ядовитые газы, которые выходят наружу в результате бурения отверстий. Кроме того, геотермальные станции в некоторых крайних случаях могут становиться причиной землетрясений. Все это говорит о том, как возобновляемые источники энергии могут негативно влиять на планету. Однако они также способны изменить наш мир к лучшему, поскольку помогают сократить количество выбросов углекислого газа. Ученые, инженеры, компании и государства, работающие над проблемой расширения энергетической мощности, должны сосредоточиться на внедрении решений, сдерживающих негативное воздействие возобновляемых источников энергии. Например, вместо того, чтобы строить солнечные электростанции, расчищая большие участки земли, можно оснащать здания индивидуальными солнечными панелями. По материалам статьи «The Dark Side of Renewable Energy: Negative Impacts of Renewables on the Environment» altenergymag