Короткие сериалы, от которых вы не сможете оторваться

Патрик Мелроуз Патрик Мелроуз — аристократ с большим состоянием и увесистым чемоданом комплексов и проблем. В детстве с Патриком жестоко обращался отец, но психологические проблемы не помешали ему выбиться в высший свет. Однако кроме успеха к Патрику приходит и жажда саморазрушения, в которой ему помогают беспорядочные связи и алкоголь. Короткая и динамичная история заставляет залипнуть у экрана. Мозаика Этот мини-сериал интригует с первых минут: он начинается с конца — с убийства главной героини, автора и иллюстратора детской литературы. Главного подозреваемого зрителю сразу подносят на блюдечке, но все оказывается совсем не так просто. История дает обратный ход, чтобы мы узнали, что привело писательницу к роковому финалу. Этот нестандартный триллер заставит вас поломать голову над вопросом, кто же убийца, а кусочки мозаики сложатся в конце сериала в красивую и шокирующую картину. Красота внутри У Алекса есть необычная особенность: каждый день он просыпается в теле другого человека. С таким диагнозом найти любовь своей жизни становится намного сложнее. Или нет? Ведь для настоящих чувств важна только красота, которая сокрыта внутри. Именно эту мысль пытаются донести до нас создатели легкого и неординарного мини-сериала. После просмотра у вас останется много пищи для размышлений, а еще тут хватает непошлой романтики и ненавязчивой философии. Вознесение В 1963 году правительство США запустило тайный проект по отправке 100 мужчин и женщин в 100-летнее путешествие на другую планету, которую они должны были заселить. Однако после 50 лет в пути при весьма мистических обстоятельствах было совершено убийство девушки, которое поставило миссию под угрозу. Сериал с неожиданными сюжетными поворотами и интересной идеей. Грешница Молодая женщина по имени Кора смертельно ранит ножом незнакомого мужчину. Все это она проделывает на глазах у десятка свидетелей, собственного мужа и ребенка. О причинах поступка гадают как следователи и родные, так и сама Кора. Детективная история смотрится на одном дыхании и подкупает задумкой, согласно которой самое важное — не поймать преступника, а раскрыть его истинный мотив. Орвилл Исследовательский корабль «Орвилл» с самым разношерстным составом на борту отправляется покорять бескрайний космос. Экипаж ждет немало опасностей, веселых приключений и неожиданных открытий. «Орвилл» — это пародия на культовый сериал «Звездный путь». Тут хватает как искрометного юмора, так и серьезного сюжета, за развитием которого действительно интересно наблюдать. В сериале засветились Сет МакФарлейн и Шарлиз Терон. Видоизмененный углерод На дворе XXVII век, и теперь человеческое сознание можно перемещать из одного тела в другое, что дает возможность одной личности проживать множество жизней. В этой реальности, однако, много проблем. Одна из них встала перед бывшим спецназовцем, которого нанял миллиардер для расследования гибели одного из своих тел. Все улики указывают на самоубийство, но, как водится в подобных фильмах, все оказывается не так просто. Закрученный сюжет в футуристических декорациях киберпанка, который понравится всем любителям небанальных и зрелищных сериалов.

Подборка блиц-фактов №91. Впечатляющие музыкальные факты

Музыка активирует часть мозга, которая отвечает за удовольствие. Группа «Metallica» после нашумевшего выступления в Антарктиде занесена в Книгу рекордов Гиннеса как первая и единственная группа, выступившая за год на всех шести континентах Земли. 72% людей до сих пор слушают то, что слушали подростками. И на то есть свое логическое объяснение: у большинства людей, согласно результатам исследования, музыкальный вкус перестает меняться еще до 30 лет. Под воздействием музыки цветы растут быстрее. Слушая громкую музыку, человек может выпить больше алкоголя за короткий промежуток времени. 98% мужчин считают, что прослушивание музыки помогает им оставаться в здравом рассудке. И это не фигура речи: по заверениям психологов, музыка действительно поддерживает психическое здоровье и помогает справляться с рядом расстройств, включая шизофрению. Существует даже такое явление, как музыкальная терапия, и ее широко применяют при лечении психозов, эпилепсии и даже ожирения. Треть мужчин выходят с концерта со звоном в ушах. И как бы ты ни был доволен, это — плохой знак. Звон в ушах — прямой признак вреда, нанесенного нервным окончаниям в твоем внутреннем ухе. В следующий раз подумай о берушах, а пока включи вентилятор или заведи радио в соседней комнате – «белый шум» поможет мозгу избавиться от фантомного звука. Как правило, любимая песня у человека ассоциируется с каким-то эмоциональным моментом в жизни. 3 из 5 слушают музыку каждый день. Ключевое слово «слушают» — слышим мы музыку, сами того не желая, постоянно: телевизор, радио, мерзостная попса от соседей… Музыка едва ли останавливается в течение всего дня. 22% мужчин отказывались от свидания с женщиной, предпочитающей принципиально иную музыку. 14% людей все еще покупают пластинки (американская статистика). И они правильно делают: качество звука на виниле (на хорошей аппаратуре) значительно превосходит любое mp3 на сколь угодно хорошей акустической системе. 1% все еще слушают кассеты. Тоже в Штатах — у нас, судя по обилию отечественных машин со старыми магнитолами, этот процент куда выше. 2 из 11 говорят, что прослушивание музыки на работе не повышает их продуктивности и удовольствия от работы. Вот из-за этих двух и страдают остальные 9 — а как быть? 2 часа 58 минут — среднее время прослушивания музыки в день у среднестатистического человека.

Скрытая мудрость

Можно с уверенностью сказать, что большинство людей знает больше, чем они сами признают или эффективно используют это в своей жизни. Об этой скрытой мудрости частично идет речь, когда мы говорим об «интуиции». Она также проявляется в те моменты, когда мы просто автоматически реагируем на какую-то ситуацию правильным образом, а потом спрашиваем себя: «Как я это сделал?» Дело в том, что мы часто прячем свою скрытую мудрость от самих себя. Мы не используем в полной мере свои ресурсы, навыки, таланты и здравый смысл, приобретенные в течение жизни. Мы игнорируем свою скрытую мудрость. Например, если кто-то чувствует, что ему не хватает уверенности в себе, то он, скорее всего, не станет более продуктивно использовать знания, которые уже лежат внутри. Большинство людей начнет заниматься тем, в чем они чувствуют себя уверенно, независимо от того признают они это сами или нет. В этом случае скрытая мудрость может быть спрятана за вашим опытом. Первым делом нужно вспомнить те моменты, когда вы вели себя уверенно, определенно и решительно (пусть даже это длилось недолго). Большинство людей с низким уровнем уверенности в себе может найти такие примеры, и эти примеры должны быть признаны, как факты того, что это имело место быть. Наша скрытая мудрость может быть не видна из-за многих вещей. Иногда мы ориентируемся на контр-примеры, т.е. на те случаи, когда мы вели себя неуверенно. То, как мы думаем о себе, имеет решающее значение в этом случае. Даже самые уверенные в себе люди не всегда ведут себя уверенно. Иногда то, как мы определяем или классифицируем свое поведение, может омрачать опыт, который мы получаем из того, что делаем, думаем или чувствуем. Мы остаемся с самомнением, таким как: «Я неуверенный в себе человек», и забываем подробности того, кем мы являемся на самом деле. Часто встречаются уроки, которые можно извлечь, вспоминая детали и другие интерпретации событий. Часто те выводы, которые мы делаем о себе, давно уже недействительны. Пересмотрите свои предположения, и ваша скрытая мудрость может заявить о себе. Также люди не замечают скрытую мудрость, потому что не доверят себе, своему восприятию и чувствам. Они могут что-то знать, но активно пытаются подавить это чувство. Зачастую это можно встретить у тех людей, которые находятся в плохих отношениях с окружающими. Неспособность увидеть очевидное, игнорирование знаков, а также неспособность заметить «надпись на стене» часто приводит к неприятным отношениям. Цепко держась за то, что мы «хотим», может исказить реальность и похоронить мудрость, лежащую внутри. Ложь, которую мы намеренно навязываем себе, заглушает голос разума и здравого смысла. Взгляните поверх всего этого, услышьте свой разум и почувствуйте то, что вы знаете. Скрытая мудрость имеет много форм. Обычно она выражается в ощущениях и ясности мысли. Поищите ее внутри себя. Рассмотрите тот факт, что она находится внутри вас, когда вы размышляете или обсуждаете вещи со своими близкими людьми. Проверьте себя с разных точек зрения. Проверьте, правильно ли ваши убеждения о себе служат вам. Проверьте, что говорят ваши чувства, и какие мысли могут быть достойны вашего внимания. Встряхните свой фундамент, и не удивляйтесь тому, что ваша скрытая мудрость может внезапно появиться.

Анализ сновидений: от древних греков до Зигмунда Фрейда

Развитие представлений о сновидениях Для ответа на поставленные вопросы будет полезно начать с краткого исторического обзора. Развитие взглядов на сновидения можно сравнить с тем, как, двигаясь сквозь века, человек оказывается все более способен осознавать себя как индивидуальность, как существо отдельное и ответственное. Люди примитивных культур идентифицируют себя как часть племени, но не как автономную личность. Быть личностью – привилегия всего лишь двух фигур: вождя, который заботится о физическом благополучии членов племени, и шамана, который отвечает за их психическое состояние. Шаман играет важную роль, так как болезни и сильные душевные волнения считаются происками злых духов, а не чем-то, связанным с самим человеком. Со временем общество усложняется, предлагая всё новые и новые социальные роли. Отождествление с ними помогает человеку осознавать себя отдельным от группы и обладающим своей волей и желаниями. С отступлением традиционной культуры на задний план сами эти роли уже перестают быть обязательными, а общество снижает степень контроля за поведением его членов. Раньше человек шел по тропинке, протоптанной отцами и дедами, и учил детей ходить так же, но многие старые пути оказались непригодными, а как и куда идти теперь – неизвестно. Эта неизвестность дает свободу выбора, но и накладывает ответственность за него. Мы видим, как от растворенности в коллективе человек добрался до радостей и тревог индивидуального пути. Теперь он стоит перед зеркалом и усиленно всматривается в него в надежде разглядеть, кто же предстал перед ним. За свою долгую историю отношение к сновидениям успело проделать похожий путь. Древние греки считали, что Гипнос (сон) и его брат-близнец Танатос (смерть) были рождены от союза Ночи и Кроноса. Эта же пара произвела на свет Эриду (раздор), Апату (обман) и Немезиду (отмщение). Неудивительно, что при такой родословной сновидения вызывали тревогу и ассоциировались с чем-то опасным. Считалось, что они посылаются Геей и связаны с силами подземного мира. Спустя несколько столетий, в V в. до н. э., Еврипид реабилитировал часть сновидений, указав на то, что помимо ужасных сновидений, посылаемых Геей, существуют и светлые аполлонические сновидения. Позднее Платон (428 до н. э. – 348 до н. э.) сделал следующий шаг: по его мнению, не все сновидения связаны с богами, многие из них рождаются в противоборстве трёх частей человеческой души. Если разумная часть души не сумеет совладать с вожделеющей и яростной частями, то человек будет видеть во сне исполнение своих предосудительных желаний [1]. Существенным вкладом в развитие представлений о сновидениях стал пятитомный труд об искусстве толкования сновидений «Онейрокритика». Он был написан Артемидором Далдианским, жившим во второй половине II в. н. э. Одним из первых он заговорил о важности знания личности сновидца и его эмоционального состояния во время сна для правильного толкования. И видевшему сон и толкующему было бы полезно, и не только полезно, но необходимо, чтобы снотолкователь знал, кто таков сновидец, чем он занимается, как родился, чем владеет, каков здоровьем и сколько ему лет [2]. Столетия спустя Фрейд объяснил, в чем заключается отличие его техники толкования сновидений от принятой в античности. Если раньше снотолкователь мог работать с некоторой долей произвола, потому что ему могут прийти на ум совершенно иные ассоциации, чем самому сновидцу, то теперь существенная часть работы поручалась видевшему сон. Лежа на кушетке, он должен был рассказывать то, что приходит в голову по поводу отдельных символов сновидения. Начиная с этого времени, стали учитываться не только особенности личности сновидца, но и его внутренний мир, его собственные ассоциативные цепочки и смыслы, которые они могут обнаружить. Увидеть возможные связи и подготовить точную и доступную для понимания интерпретацию – стало обязанностью психоаналитика. Если уделить немного времени и подробнее рассмотреть идеи Фрейда относительно сновидений, можно увидеть, насколько мир ночных грез оказывается близок к самой сердцевине личности человека. Сновидение как исполнение желания В 1900 г. выходит в свет первое издание «Толкования сновидений». В нем Фрейд утверждает, что при должном внимании в каждом сновидении можно обнаружить удовлетворение вытесненного желания. Как это можно понять? Фрейд приводит множество сновидений детей, в которых они видели исполнение того, чего не смогли получить днём. Например, его полуторалетняя дочь Анна после отравления была вынуждена голодать целый день, а ночью во сне она возбужденно говорила: «земляника, клубника, яичница, каша». Взрослые люди реже детей видят сновидения, в которых в явном виде исполняется желание. Это можно объяснить следующей особенностью развития психики. Ребенку требуется длительное время, чтобы «впитать» требования родителей, сделать себя таким, каким бы они хотели видеть его. Только к 5-6 годам он сформировывает внутри себя психическую структуру, которая оценивает его. Родительское влияние теперь требуется в меньшей степени, так как есть внутренний цензор. Следование его предписаниям вызывает в ребенке чувство гордости за соответствие нормам, а отклонение от них может обернуться болезненным переживанием стыда или вины. Не все человеческие желания так же безобидны, как у маленькой Анны Фрейд. Многие из них связаны с нашей агрессивностью и сексуальностью, которые мы обязаны обуздывать, чтобы не терять самоуважения и не вступать в конфликт со своей совестью. Осознание неприемлемых желаний способно ранить самооценку, и поэтому, по мнению Фрейда, они вытесняются в бессознательное и ищут косвенных путей удовлетворения из глубин психики. Один из косвенных способов удовлетворения предоставляет сновидение, скрывая от внутреннего цензора истинное желание сновидца. Фрейд рассказывает о сновидении пациентки, которое, казалось бы, не может быть исполнением желания, так как содержит в себе разочарование от несбывшихся ожиданий. Мне приснилось следующее: я хочу устроить для гостей ужин, но у меня ничего не заготовлено, кроме копченой лососины. Я думаю о том, чтобы пойти что-нибудь купить, но вспоминаю, что сегодня воскресенье и все магазины закрыты. Я хочу позвонить по телефону поставщикам, но телефон не работает. В результате от желания устроить ужин мне приходится отказаться. В процессе анализа пациентка вспоминает о том, что одна из подруг спрашивала, когда они с мужем пригласят ее на ужин, ведь у них дома всегда так хорошо кормят. Далее выясняется, что эта подруга хочет немного поправиться, а муж пациентки любитель пышных форм. Это невольно вызывает в сновидице чувство ревности. Фрейд резюмирует: «Теперь смысл сновидения ясен. Я могу сказать пациентке: «Это все равно, как если бы вы подумали при ее словах: «Ну уж конечно, буду я тебя приглашать, – чтобы ты у меня наелась, поправилась и смогла еще больше понравиться моему мужу! Лучше я вообще не буду больше устраивать ужинов!». После этой интерпретации пациентка вспоминает, что копченая лососина, которая была в ее сновидении, любимое блюдо этой подруги [3]. Может оказаться неприятным осознавать свои ревнивые или мстительные импульсы. В сновидении о званом ужине нет ни мужа, ни подруги, но ревностные чувства оказались удовлетворены: всё препятствует тому, чтобы организовать ужин, на котором подруга могла бы получить свое любимое блюдо, поправиться и ещё больше привлекать мужа пациентки. Если согласиться с идеями Фрейда, то сновидения становятся не только собственными творениями психики человека, которые отражают его личностные особенности. Проявляется их связь с областью желаний. Душевной областью, возможно, наиболее близкой к сущности человека, к тому, что побуждает его останавливать свой выбор на чем-либо и стремиться к этому. Функции сновидения Сейчас так же, как и во времена Фрейда, можно столкнуться с представлениями о том, что сновидения служат лишь автоматической утилизации впечатлений прошедшего дня. В «Толковании сновидений» сновидения провозглашаются исполнителями желаний, а за год до смерти Фрейд приходит к пониманию того, что они также могут служить поиску разрешения конфликта, устранению сомнения или формированию намерения [4]. На мой взгляд, во время сна могут и перерабатываться последние впечатления, и в символическом виде изображаться физиологические процессы, но – что, возможно, более важно – зачастую сновидение и его символика содержит смысловую нагрузку. Пытаясь разглядеть завуалированные внутренней цензурой смыслы, можно лучше понять самого себя, свои актуальные конфликты и желания, а также намечающиеся пути разрешения трудностей. Принципы толкования Что может помочь приблизиться к скрытому смыслу сновидений? Чтобы разобраться, как строится анализ сновидений, нужно вкратце рассказать о правилах толкования Артемидора, а также о психических механизмах сновидения, описанных Фрейдом. Например, Артемидор говорил о том, что важно не только охватить взглядом всё сновидение целиком, но и найти значение отдельных символов. К примеру, во сне один человек лишился головы и впоследствии умер его отец, который был главой семьи [5]. По мнению Артемидора, толкование символов может основываться на их схожести с чем-либо, а также может показывать целое через его часть («например, одному человеку приснилось, что ему принадлежит одежда сестры и он ее надевает. Он унаследовал имущество сестры»). Исследуя свои собственные сновидения и сновидения своих пациентов, Фрейд выделил два механизма, с помощью которых истинное содержание сновидения перерабатывается в то, которое увидит сновидец – сгущение и смещение. Сгущение видно в том, что один и тот же образ оказывается связан с самыми различными мыслями. Результат работы этого психического механизма можно легко увидеть, если на некоторое время представить один из образов сновидения и понаблюдать за возникающими мыслями. Размышления о каждом образе будут вызывать несколько ассоциативных цепочек, когда одна мысль плавно перетекает в другую. В каждом символе сновидения обязательно окажутся сгущены разные смыслы. Второй механизм – смещение – проявляет себя в том, что вместо образа, связанного с чем-то значительным, но тревожным для человека, появляется другой образ, отдалённо связанный с ним. Психическая энергия сместилась со значимого образа, на эмоционально индифферентный. Нечто важное и тревожное можно обнаружить точно так же наблюдая за течением мыслей, оттолкнувшихся от символа сновидения. Чем более мы терпимы к возникающим в голове мыслям, тем с большей вероятностью ассоциативная цепочка выведет к изначальному образу, с которого произошло смещение. В процессе «создания» сновидения психика пользуется еще одним важным инструментом – превращением образов в их противоположность. В бессознательном нет противоречий и одновременно могут сосуществовать абсолютные противоположные представления. Фрейд упоминает о том, как узнал из работы К. Абеля 1884 г. «Противоположный смысл первых слов» о том, что в древних языках для обозначения противоположных действий или качеств использовалось одно слово («сильнослабый, староюный, далекоблизкий, связывать-разделять») [6]. На этом месте может возникнуть вопрос: «Хорошо, если всё вышесказанное верно, то нужно ли пытаться докопаться до скрытого смысла сна, если он был заботливо скрыт психикой, защищающей нас от неприятных переживаний?». Зачем размышлять о своих сновидениях? Если в сновидении в символической форме могут выражаться желания и конфликты, если оно может «подталкивать» к принятию решения или действию, то, поняв это скрытое содержание, можно больше узнать о своей внутренней реальности. Какая в этом польза? Расширение знаний о собственной личности способствует принятию черт характера, кажущихся неприемлемыми, что, в свою очередь, помогает примириться с самим собой и стать терпимее к другим людям. Вспомним «Анну Каренину» Льва Толстого: уважение сослуживцев к Степану Аркадьевичу основывалось на его «чрезвычайной снисходительности к людям, основанной в нем на сознании своих недостатков» [7]. Удивительно, но отвергаться могут и собственные достоинства, черты, реализация которых может обеспечивать чувством гордости. Лучше зная себя, мы начинаем лучше понимать мотивы поступков других людей и становимся более склонными к эмпатии – способности поставить себя на место другого человека. Можно выделить три особенности работы со сновидениями как способа познания самого себя. Во-первых, можно выбрать свой собственный темп и, разбирая сновидение, остановиться там, где душевный дискомфорт пересилит потребность к познанию. Во-вторых, к размышлениям над сновидением можно приступить в любой момент; с течением времени оно не утратит своих скрытых значений, а ассоциативные цепочки всё равно будут вести в верном направлении. В-третьих, легко полностью переложить ответственность за происходящее с собой другой стороне – людям, жизненным обстоятельствам, заболеваниям, но со сновидением это сделать сложнее, потому что оно в гораздо большей степени ощущается как свое собственное, как что-то порожденное в глубинах психики. Форматы работы со сновидениями могут быть разными. Фрейд занимался анализом собственных сновидений и помогал своим пациентам связать их сновидческий опыт с трудностями в повседневной жизни. Можно заручиться поддержкой другого человека или группы людей, а можно воспользоваться дневниковыми практиками работы со снами. Интуиция это наш внутренний камертон, позволяющий оценить правильность интерпретации. Когда слова другого человека (или собственные предположения) оказываются созвучными происходящему внутри нас, это откликается ощущением появляющегося смысла, связывающего ранее непонятные фрагменты сновидения. Практика помогает развивать интуицию, прокладывая для нее новые тропинки к сознанию. Как сказал итальянский психоаналитик Антонино Ферро, «…ночные сновидения, это некий вид визуальной поэтики ума, коммуникация, которую следует постигать интуитивно, а не расшифровывать» [8]. Автор: Илья Никифоров

Пойду, схожу за счастьем на базар

Пойду, схожу за счастьем на базар, А после в супермаркет, за удачей… И что с того, что это не товар… Я попрошу ещё любви — на сдачу… И взвесьте мне, пожалуйста, грамм сто, Той совести, что с краю, полкой ниже… Просрочена? Ну, ладно я потом, Куплю в другом ларьке… А вижу-вижу: По акции есть скидка для меня. Давайте доброты, насколько хватит… А есть у вас от злых людей броня? Что-что? На это деньги жалко тратить? А средство есть от жалости у вас? Микстура от тоски, сироп от скуки? Продайте мне ещё вот этот шанс… И крепкую настойку от разлуки… Уюта мне семейного — мешок, Чтоб высший сорт, другого, мне не надо… И красоты вон той, с пометкой «ШОК», Таблетки от неискреннего взгляда… А дружбу как, поштучно иль навес, Сегодня вы, любезно, продаёте? Нет, не куплю, а просто – интерес, Зачем так жить, и есть ли смысл в расчёте? Ещё здоровья близким прикуплю И буду им дарить на Дни Рожденья… В продаже – зависть? Зависть не люблю. Продайте лучше пол кило терпенья… Доверия не нужно… В прошлый раз Купила оптом, мне надолго хватит… Продайте все запасы слёз из глаз, Моя судьба вам, с радостью, заплатит… Зачем? А чтоб не плакала душа У тех людей, в которых много света… Ведь жизнь тогда, добра и хороша, Когда у вас в продаже боли нету… Нет, счастья на базаре не купить… Но если мы научимся делиться Тем самым счастьем и любовь дарить, То всё плохое просто испарится… Ирина Самарина-Лабиринт

Почему ничегонеделание страшнее изменения

Изменение — это нечто простое, но решиться на это нелегко Дело в том, что личностное развитие и личностное изменение — это довольно простые вещи по своей сути. Здесь нет никакого волшебного лекарства. Есть несколько советов и трюков, несколько вещей, которые помогают сделать это легче и конкретнее, но основная идея проста: обращайте внимание на правильные вещи, принимайте последовательные действия, и вы сможете достичь практически всего. С другой стороны, личностное изменение может оказаться тяжелой задачей. Это не сложно в плане понимания процесса, но может быть напряженным делом. Это занимает много энергии, вы должны четко знать, что делать, и уделять этому внимание. И вы можете обнаружить, что многие люди не придерживаются тех вещей, которые требуют от них приложения каких-то усилий. В такие дни чаще, чем когда-либо, можно заметить множество веселых и отвлекающих вещей вокруг. Мы можем получить краткосрочное вознаграждение так легко, так зачем прилагать дополнительные усилия, чтобы достичь долгосрочной цели? Хорошо, существует, по крайней мере, две причины, по которым следует совершить изменение. Одна из них заключается в том, что награда за то, что вы это сделаете, намного больше, чем та краткосрочная награда, которую вы можете получить в результате ничегонеделания. И вторая заключается в том, что стоимость ничегонеделания намного больше стоимости изменения. Если вы будете постоянно оставаться на одном месте, вы будете несчастны, вам будет скучно, и вы не будете уважать себя. Как сформировать приверженность Вероятно, если вы впервые фантазируете о том будущем, которого хотите достичь, то задумываетесь о негативных моментах текущей ситуации и сознательно противопоставляете фантазию с реальностью, вы, скорее всего, составляете планы и беспокоитесь о достижении цели вместо того, чтобы сделать то или другое (или организовать это в правильном порядке). Вам нужно по-настоящему браться за дело, работать больше и исполнять лучше. Вам необходимо как тянуть, так и толкать. Притягивать фантазии о будущем, но отталкивать неприятные моменты настоящего. Ничего по-настоящему приятного не будет происходить, если вы не будете меняться. Ни того, ни другого, впрочем, недостаточно для необходимой мотивации. Хотя есть еще одна вещь — вы должны верить в то, что можете достичь цели, иначе вы не захотите брать на себя обязательство действовать. Техника получения мотивации для достижения цели Вот, собственно говоря, сама техника получения мотивации, в которой нет ничего пугающего: Найдите основную зону своей цели. Что заставляет плыть вашу лодку? В чем вы чувствуете себя более уверенно? Что вызывает вашу страсть? Если вы не размахиваете руками и не задыхаетесь во время разговора об этом, то, скорее всего, это не ваша цель — попробуйте еще раз. Найдите что-нибудь, что вы предположительно могли бы делать в этой зоне. Для этого нужно выйти далеко за пределы того, где вы находитесь сейчас, но не до такой напыщенной и изумительной степени, когда вы тайно поверите в то, что это невозможно для вас. Закройте глаза и представьте, как можно ярче, всеми пятью органами чувств, что эти вещи происходят на самом деле. Прокрутите небольшой фильм об этом в своей голове. Сделайте это настолько реальным, насколько сможете. Наслаждайтесь этим. Теперь вернитесь к настоящему и взгляните на пробелы, громадные недостающие фрагменты, которые находятся в том месте, где должны быть ваши мечты. Начните ненавидеть ничегонеделание. Сознательно сопоставьте фантазии будущего и пустоты настоящего, сравните их. Мысленно взвесьте их в своих руках. Поэкспериментируйте с диссонансом. Встаньте и сделайте одну вещь, которая начнет продвигать вас к своей цели и позволит выразить свою приверженность. Закрепите свой взгляд на этом. Повторяйте до тех пор, пока цель не будет достигнута. Затем установите новую цель. Ничегонеделание страшнее изменения. Не просто уходите, убегайте от ничегонеделания.

Ловушка рекламы

Праздник к нам приходит Осенью 2016 года жители Лондона в который раз заметили, как рано в город пришло Рождество. Нет, сам праздник по-прежнему наступает в ночь на 25 декабря, но вот рождественские украшения появляются в витринах магазинов уже в ноябре. Журналист Джейсон Караян изучил график, которому следуют магазины на Оксфорд-стрит, одной из самых оживленных улиц британской столицы. С каждым годом там все раньше зажигаются светящиеся гирлянды. Если в 2000 году это произошло в двадцатых числах ноября, то сегодня праздничные огоньки загораются в самом начале месяца. В 2015 году иллюминация стартовала 1 ноября. Караян пришел к выводу, что, если динамика сохранится, через столетие Рождество на Оксфорд-стрит начнут отмечать уже в июле. «Вот она, голубая мечта торговцев», — комментирует журналист. Возможно, предсказание Караяна сбудется еще быстрее. Например, в некоторых магазинах Австралии сезон рождественских покупок открывается в сентябре, поскольку Хэллоуин там популярен не так сильно, как в Северном полушарии. Это явление в англоговорящих странах называют Christmas creep — «расплывающееся Рождество». Новогоднее настроение ранней осенью — абсурд, но почему же магазины продолжают это делать? Рождественское оформление — это классический маркетинговый ход. Особая праздничная атмосфера всегда окупается. В 2013 году праздничный сезон принес американской торговой индустрии 19,2% доходов. На одних только рождественских елках магазины США заработали более миллиарда долларов, и это без учета искусственных деревьев. Чтобы справиться с наплывом покупателей, магазины по всей стране дополнительно наняли 768000 работников и все равно остались в значительном плюсе. Может быть, все это связано с особым отношением англичан и американцев к Рождеству, с их локальными традициями? Нет, праздники и магазины связывает нечто большее — вспомним, что российский Новый год не отстает от западных «коллег». Кто из нас, заглянув за покупками в ноябре, не видел блестящей мишуры и россыпи мандаринов? Разум и чувства Праздничный сезон отлично демонстрирует, как маркетологи работают со всеми пятью чувствами. Яркие витрины — для глаз, Jingle Bells — для слуха, аромат пряной выпечки — для обоняния. Вкус и осязание тоже не остались в стороне, для них создаются «сезонные» блюда и целые инсталляции из приятных на ощупь мелочей в торговых залах. Этот тип продвижения товаров называют сенсорным маркетингом. Он напрямую воздействует на ощущения и, как следствие, на эмоциональное состояние. Стимулы вызывают чувства и образы в нашем сознании мгновенно, еще до того, как мы успеваем рационально осмыслить, что за предмет перед нами. Первое впечатление о любом товаре, как и о любом предмете вообще, устроено комплексно. Поначалу мы воспринимаем объект в целом, не разделяя визуальный образ, звук и тактильные ощущения. Такое восприятие называется кросс-модальным. Мгновение спустя станет ясно: вот цвет упаковки, вот шуршит обертка, а вот структура материала вещи. Но в первый миг мы воспринимаем единый образ, и это качество легко поставить на службу коммерции. Профессор Оксфорда Чарлз Спенс изучает подобные связи наших чувств уже несколько десятков лет. Он руководит Лабораторией кросс-модальных исследований. Спенс и его коллеги постоянно ставят странные на первый взгляд эксперименты: ищут идеальный хруст чипсов, прислушиваются к шипению газировки, раздают «подопытным» один и тот же кофе в кружках разного цвета. За работу, посвященную чипсам, Спенс даже получил знаменитую Шнобелевскую премию (Ig Nobel Prize). Ее вручают за «достижения, которые заставляют сначала засмеяться, а потом — задуматься». Так и вышло — при помощи своих необычных опытов Спенс обнаружил множество работающих закономерностей. Он установил, что цвет упаковки влияет на восприятие вкуса. В первых экспериментах он использовал клубничный мусс. Десерт казался опрошенным в среднем на 10% слаще, если подавался в белой посуде, а не в черной. Затем Спенс нашел яркое подтверждение тому факту, что наше зрение всюду ищет знакомые структуры. Покупатели магазина в два раза чаще выбирали тот сок, у которого края этикетки «смотрели» вверх, как уголки рта в улыбке. Если же этикетка «хмурилась» и ее края были направлены вниз, продажи падали. Вам с сахаром или без? Чарлз Спенс доказал: нарушение законов кросс-модального восприятия ведет к коммерческому провалу. Ученый уже много лет собирает коллекцию «сенсорных ошибок» — товаров, потерпевших неудачу на рынке из-за неправильной упаковки или названия. Возглавляет список «Кока-кола» в необычной белой банке. Она появилась в магазинах в 2011 году. Дизайнеры планировали таким образом привлечь внимание к проблеме защиты полярных медведей и отправить процент от продаж в благотворительный фонд, но затея с треском провалилась. В адрес «Кока-колы» посыпались письма от возмущенных поклонников напитка: они утверждали, что компания изменила состав воды, никого не предупредив. «Наша любимая кола стала не такой сладкой, как прежде», — заявляли они. Конечно, компания не меняла формулу напитка — это потребовало бы огромных затрат на поиск и согласование новых пропорций. Но цвет упаковки действительно повлиял на восприятие покупателей, и Чарлз Спенс нашел простой и убедительный способ это доказать. Он предложил фокус-группе попробовать соленый попкорн из красной миски. Большинство участников исследования уверенно заявили: они ели сладкую кукурузу. Спенс не скрывает: 75% исследований его лаборатории заказывают крупные компании. Они учитывают малейшие особенности восприятия, чтобы не повторить историю «белой» «Кока-колы». Но, несмотря на коммерческую направленность, работа Лаборатории кросс-модальных исследований идет на пользу не только корпорациям. Теперь, когда известны более-менее точные закономерности зависимости вкуса еды от цвета упаковки, производители смогут добавлять в продукты меньше сахара и компенсировать это не заменителями, а деталями дизайна. Это становится особенно важным, если учесть, с какой скоростью распространяются ожирение и диабет. С 1980 года число страдающих ожирением по всему миру выросло в два раза. Еще одна благотворительная инициатива Спенса — помощь онкологическим больным. Химиотерапию иногда сопровождают тошнота и металлический привкус во рту. В лаборатории Спенса разрабатывают способы сделать эти реакции не такими интенсивными: специальные режимы освещения, звуковые стимулы и даже особая сервировка больничной еды. Мыслить как покупатель Еще раз вспомним о рождественском оформлении магазинов. Его функции очевидны: праздничный декор создает особое настроение, а настроение повышает продажи. Но как и на сколько именно повышает? Сколько процентов к выручке прибавляет Jingle Bells и можно ли заработать больше, если вместо нее включить «В лесу родилась елочка»? Специалистам по продажам всегда необходимы конкретные цифры. Традиционно маркетологи использовали методы, характерные для социологии: опросы и фокус-группы. Эти приемы уже полвека дают стабильный результат, но обладают рядом недостатков. Их эффективность напрямую зависит от квалификации модераторов — тех, кто проводит исследование. Вопросы могут не затрагивать всех важных особенностей, а ответы всегда субъективны, поэтому результаты опроса легко интерпретировать неправильно. В поисках объективных и точных данных маркетологи обратились к ученым. Так, в начале 2000-х появилось новое междисциплинарное направление исследований — нейромаркетинг. Эта сфера изучает реакции людей на маркетинговые стимулы с помощью методов нейронаук. Нейрофизиология, когнитивная нейробиология, нейролингвистика — все эти области исследований мозга оказались востребованы крупными корпорациями. Сегодня нейромаркетинг использует множество методов. Функциональная магнитно-резонансная томография (фМРТ) показывает, какие зоны мозга становятся наиболее активны, когда человек видит рекламу. Электроэнцефалография (ЭЭГ) позволяет определить, какие стимулы вызывают самую сильную реакцию. Также учитываются биомаркеры: колебания температуры тела, частота пульса и дыхания, повышение давления. Еще один важный метод — окулография (eye tracking), отслеживание траектории взгляда. Обычно несколько методов применяется одновременно. Когда нейромаркетинг делал свои первые шаги, именно таким образом удалось описать воздействие скидок на покупателей. Когда в поле зрения человека попадает ценник выгодной покупки, пульс резко ускоряется, активность переднего мозга усиливается. Показатели электрической активности кожи растут — реагирует вегетативная нервная система. Психолог Дэвид Льюис в книге «Нейромаркетинг в действии» пишет: «Для многих потребителей возможность купить вожделенный модный предмет гардероба по низкой цене рождает в мозгу такой же всплеск, как выигрыш в лотерею или даже вдыхание дорожки кокаина». Обман или перспективы? Нейромаркетинг — сравнительно молодая отрасль, поэтому нередко становится объектом критики. Чаще всего звучит вопрос: правда ли, что нейрофизиологические исследования заслуживают большего доверия, чем привычные опросы и метод фокус-групп? И если да, то насколько? Однозначного ответа на этот вопрос не существует. Иногда результаты нейромаркетинговых экспериментов и вовсе противоречат выводам традиционных исследований. Но зачастую это не ошибка, а повод взглянуть на ситуацию по-новому. Такая ситуация возникла в конце 2000‑х во время работы над рекламой Cheetos. Участникам фокус-группы предложили посмотреть ролик с таким сюжетом: в прачечной одна женщина делает довольно грубое замечание другой и уходит, оставляя за собой последнее слово. На это вторая высыпает пакетик ярко-оранжевых кукурузных палочек в сушилку с бельем, которое ее собеседница неосторожно оставила без присмотра. В ходе опроса участники исследования заявили, что осуждают и поступок женщины, и саму рекламу. Однако ЭЭГ-мониторинг их состояния показал обратное. Судя по данным об активности мозга, большинство зрителей испытывали удовольствие, видя россыпь оранжевой пыли в сушилке. Возможно, они почувствовали что-то очень знакомое в этой ситуации, ведь каждый сталкивался с хамством в очередях. К тому же такой поступок нарушает привычное течение жизни, оживляет скучный быт. Почему же во время опроса люди ответили строго наоборот? Исследователи предполагают, что опрошенные просто не хотели выглядеть невоспитанными перед интервьюерами и другими участниками группы. Маркетологи разглядели за этим противоречием глобальный конфликт между нормами приличия и желанием добавить в повседневность немного беспорядка. Они сделали целую серию рекламных роликов, в которых люди ведут себя, прямо скажем, по-свински: например, засовывают кукурузные палочки в нос спящему соседу. Кампания пользовалась необыкновенным успехом, в 2009 году ее создатели получили престижную награду в области рекламы — премию Огилви. Все критики нейромаркетинга сходятся в том, что его методы пока нельзя назвать совершенными. Слишком много факторов влияют на физиологические реакции, невозможно выделить те, что связаны исключительно с предполагаемой покупкой. Специалисты по нейромаркетингу часто оказываются в положении Шерлока Холмса. Однажды великий сыщик едва не обвинил в преступлении чересчур взволнованную даму, а потом выяснилось: переживала она лишь потому, что не успела вовремя напудрить нос. Впрочем, как показывает случай с рекламой кукурузных палочек, нейрофизиологические исследования действительно могут помочь в поиске нестандартных решений. Критика лишь напоминает: безоговорочно доверять этому методу нельзя. Увы, уровень технологий растет медленнее, чем количество желающих подзаработать на модном маркетинговом течении. Нейромаркетинг и сенсорный маркетинг — далеко не единственные современные технологии продвижения товаров. Маркетологи знают, как правильно повышать цены, какие слоганы «цепляют», чего ждут целевые аудитории. Научные методы помогают уточнить и систематизировать эти знания, поэтому крупные корпорации будут обращаться к ним все чаще. Что остается нам как потребителям? Наверное, все-таки следует взвешивать все «за» и «против», если речь идет о больших покупках. И, конечно, помнить, что выбор всегда остается за нами. Источник: Naked Science

Как жизнь без работы спасет человечество

Спроси вы величайшего экономиста XX века о том, что будет самой масштабной проблемой в XXI столетии, он ответил бы не раздумывая. Досуг. Летом 1930 года, как раз когда Великая депрессия набирала обороты, британский экономист Джон Мейнард Кейнс прочитал занятную лекцию в Мадриде. Он уже обсудил кое-какие из своих новаторских идей с несколькими студентами в Кембридже и решил рассказать о них миру в коротком выступлении под заголовком «Экономические возможности наших внуков». Иными словами, для нас с вами. Мадрид тогда переживал непростые времена. Безработица вышла из-под контроля, распространялся фашизм, Советский Союз активно вербовал сторонников. Несколько лет спустя разразится опустошительная гражданская война. Как же досуг может быть самой большой проблемой? Тем летом Кейнс казался пришельцем с другой планеты. «Сегодня мы переживаем острый приступ экономического пессимизма, — писал он. — Общим местом стали разговоры о том, что эпоха поразительного экономического прогресса, присущего ХIX веку, закончилась…» И не без причин. Бедность неистовствовала, международное напряжение росло, и только машина смерти Второй мировой войны смогла вдохнуть новую жизнь в мировую промышленность. Выступая в городе, находящемся на краю пропасти, британский экономист отважился на контринтуитивное предсказание. К 2030 году, сказал Кейнс, человечеству будет брошен величайший вызов в истории: что делать с морем свободного времени. Если политики не допустят «катастрофических ошибок» (например, жесткой экономии во время экономического кризиса), он ожидал, что за столетие уровень жизни на Западе повысится по меньшей мере вчетверо по сравнению с 1930 годом. Вывод? В 2030-м мы будем работать всего лишь 15 часов в неделю. Кейнс не был ни первым, ни последним пророком, предвидевшим времена избыточного досуга. За полтора столетия до него отец-основатель США Бенджамин Франклин уже предсказал, что в конце концов четырехчасового рабочего дня окажется достаточно. Более того, жизнь будет состоять из «досуга и удовольствий». Карл Маркс тоже с нетерпением ждал того дня, когда общественное устройство предоставит каждому время «утром охотиться, после полудня ловить рыбу, вечером заниматься скотоводством, после ужина предаваться критике… — [не делая никого] в силу этого охотником, рыбаком, пастухом или критиком» (цитата дана в переводе А. Зуева. — Прим. MH). Примерно в то же время отец классического либерализма философ Джон Стюарт Милль утверждал, что растущее богатство лучше всего использовать для того, чтобы увеличить время досуга. «Культ досуга» он противопоставлял «культу труда», провозглашенному его великим противником Томасом Карлейлем (который, что примечательно, был большим сторонником рабства). Согласно Миллю, технические усовершенствования следует применять, чтобы как можно существеннее сократить рабочую неделю. «Будет столько же возможностей для всякого рода умственной культуры, морального и общественного прогресса, — писал он, — сколько будет места совершенствованию Искусства жизни». Тем не менее промышленная революция, подстегнувшая взрывной экономический рост в XIX веке, принесла то, что оказалось полной противоположностью досугу. Если английскому фермеру 1300 года, чтобы содержать себя, приходилось работать около 1500 часов в год, то во времена Милля заводской рабочий тратил вдвое больше времени, чтобы попросту выжить. В таких городах, как Манчестер, 70-часовая рабочая неделя — без отпусков и выходных — была нормой даже для детей. «Зачем беднякам выходные? — удивлялась одна британская герцогиня в конце XIX века. — Им следует работать!» Избыток свободного времени озлобляет. Начиная примерно с 1850 года богатство, созданное промышленной революцией, стало просачиваться в низшие классы. А деньги — это время. В 1855-м каменщики Мельбурна, Австралия, первыми установили восьмичасовой рабочий день. К концу столетия продолжительность рабочей недели в некоторых странах составляла менее 60 часов. В 1900 году нобелевский лауреат и драматург Джордж Бернард Шоу предсказал, что при таких темпах рабочие через 100 лет будут трудиться всего два часа в день. Работодатели, конечно же, сопротивлялись. Когда в 1926 году 32 видных американских бизнесменов спросили, что они думают об укорочении рабочей недели, лишь двое ответили, что считают эту идею благой. Согласно остальным тридцати, лишнее свободное время приведет только к росту преступности, долгам и вырождению. И все же именно Генри Форд — титан промышленности, создатель модели Т — в том же году первым ввел пятидневную рабочую неделю. Сначала все говорили, что он спятил. Затем последовали его примеру. Отъявленный капиталист и создатель конвейера, Генри Форд обнаружил, что сокращение рабочей недели на самом деле повышает производительность его работников. Время на досуг, заметил он, «объективный факт в бизнесе». Отдохнувший работник — более эффективный работник. И кроме того, рабочий, мающийся на фабрике от рассвета до заката, не имеющий свободного времени на поездки и прогулки, никогда не купит одну из его машин. Как Форд сказал одному журналисту, «пора избавиться от представления, будто досуг для рабочего — это либо потерянное время, либо классовая привилегия». После Второй мировой войны время досуга продолжало неуклонно увеличиваться. В 1956 году вице-президент Ричард Никсон пообещал, что «в не столь отдаленном будущем» американцы будут работать лишь четыре дня в неделю. Страна достигла «плато процветания», и он был убежден в том, что сокращение рабочей недели неизбежно. Что вскоре всю работу будут выполнять машины. При этом, восторгался один английский профессор, должно «в изобилии высвободиться время для отдыха, позволяющее погрузиться в творчество, искусство, театр, танцы и воспользоваться сотнями других способов снятия ограничений повседневной жизни». Смелое предсказание Кейнса стало трюизмом. В середине 1960-х комитет сената высказал в своем докладе предположение, что к 2000 году рабочая неделя сократится всего до 14 часов, с как минимум семинедельным ежегодным отпуском. Корпорация РЭНД, влиятельный экспертно-аналитический центр, пророчила будущее, в котором всего 2% населения смогут производить все необходимое обществу в целом. Вскоре все рабочие места будут предназначены только для элиты. Летом 1964 года New York Times попросила великого писателя-фантаста Айзека Азимова предсказать будущее 2014-го. Каким станет мир через 50 лет? О чем-то Азимов говорил осторожно: «В 2014 году роботы не будут ни распространены, ни очень умелы». Но в иных отношениях он ожидал многого — автомобилей, рассекающих воздух, и городов, построенных под водой. И все же одна вещь его волновала: распространение скуки. Человечество, писал он, станет «по большей части расой, обслуживающей машины», и у этого будут «серьезные ментальные, эмоциональные и социологические последствия». К 2014 году психиатрия станет самой распространенной медицинской специальностью, так как миллионы людей будут тонуть в море «вынужденного досуга». «Работа, — писал он, — станет самым прекрасным словом в словаре». Несмотря на эти опасения, мало кто сомневался в том, каков будет ход истории. Примерно к 1970 году социологи уверенно говорили о неизбежном «конце работы». Позабытая мечта В 1980-х годах сокращение рабочей недели застопорилось. Экономический рост привел к тому, что стало больше не времени для досуга, а продукции. В Австралии, Австрии, Англии, Испании и Норвегии рабочая неделя вообще перестала укорачиваться. В США она даже выросла. Через 70 лет после принятия в Америке закона о 40-часовой рабочей неделе три четверти работников трудилось здесь более 40 часов в неделю. И это не все. Даже в тех странах, где наблюдалось сокращение индивидуальной рабочей недели, свободного времени у семей становилось все меньше. Почему? Это связано с самым важным изменением за последние десятилетия — переломом, связанным с развитием феминизма. Футуристы ничего подобного не предсказывали. В конце концов, Джейн Джетсон из 2062-го все еще была послушной домохозяйкой. В 1967 году Wall Street Journal предположила, что доступность роботов позволит мужчине XXI века часами отдыхать дома на диване со своей женой. Никто не ожидал того, что к январю 2010-го, впервые после того как мужчин мобилизовали на Вторую мировую войну, основную часть рабочей силы в США будут составлять женщины.В 1970-х их доход составлял 2–6% от семейного; сейчас он достигает 40%. Эта революция произошла с головокружительной быстротой. Если учесть неоплачиваемый труд, то женщины в Европе и Северной Америке работают больше мужчин. «Моя бабушка не имела даже права избирать, у моей мамы не было противозачаточных таблеток, а у меня нет времени» — так описала ситуацию одна нидерландская комедийная актриса. Когда женщины пошли на штурм рынка труда, мужчины должны были начать работать меньше (и больше готовить, заниматься домом и заботиться о своей семье). Но этого на самом деле не произошло. В 1950-х годах пары работали в общей сложности пять-шесть дней в неделю, в то время как сегодня — скорее семь-восемь. При этом воспитание детей стало отнимать гораздо больше времени. Сегодня в США работающие матери проводят с детьми больше времени, чем матери-домохозяйки 1970-х. Даже граждане Нидерландов — страны с самой короткой рабочей неделей в мире — чувствуют возрастающий с 1980-х годов груз работы, переработки, работы по дому и получения образования. В 1985 году эта деятельность отнимала 43,6 часа в неделю; в 2005-м — 48,6 часа. Три четверти работников Нидерландов страдают от нехватки времени, четверть обычно работает сверхурочно, а у каждого восьмого проявляются симптомы выгорания. Более того, работу все труднее отделить от досуга. Исследование, проведенное Гарвардской бизнес-школой, показало, что благодаря современным технологиям руководители и специалисты в Европе, Азии и Северной Америке проводят от 80 до 90 часов в неделю «за работой либо «следят» за работой и остаются на связи». Согласно же корейскому исследованию, из-за смартфонов средний работник трудится дополнительные 11 часов в неделю. Можно с уверенностью сказать, что прогнозы великих не вполне сбылись. Даже близко не приблизились к реальности. Азимов, возможно, был прав в том, что в 2014 году «работа» станет самым примечательным словом в нашем словарном запасе, но совершенно не по тем причинам. Нам не скучно до смерти; мы вусмерть заработались. Армия психологов и психиатров борется не с распространяющейся скукой, а с эпидемией стресса. Пророчество Кейнса уже давным-давно сбылось. Около 2000 года такие страны, как Франция, Нидерланды и США, были впятеро богаче, чем в 1930 году. И тем не менее самым серьезным вызовом нашего времени являются не досуг и скука, а стресс и неопределенность. Утопия для релятивистов «Там деньги приносят хорошую жизнь, — воодушевленно описывал средневековый поэт мифическую страну изобилия Кокань, — и самые богатые — те, кто дольше прочих спит». В Кокани год представляет собой бесконечную череду праздников: Пасха, Троицын день, День св. Иоанна, Рождество следуют друг за другом по кругу. Всякого желающего работать запирают в погребе. Даже произнести слово «работа» — уже серьезное преступление. Как ни странно, люди Средневековья, вероятно, были ближе нас к вожделенной праздности страны изобилия. В 1300 году календарь был полон праздников и празднеств. По оценкам гарвардского экономиста и историка Джульет Шор, праздничные дни составляли не менее одной трети года: в Испании целых пять месяцев, а во Франции — почти шесть. Крестьяне в основном работали ровно столько, сколько требовалось для того, чтобы прокормиться, — и не больше. «Жизнь текла медленно, — пишет Шор. — Наши предки, может, и не были богаты, но у них было предостаточно свободного времени». Капитализм кукурузных хлопьев Так куда же подевалось все это время? На самом деле ответ простой. Время — деньги. Экономический рост позволяет либо больше отдыхать, либо больше потреблять. С 1850 по 1980 год нам удавалось получить и то и другое, но после 1980-го росло по большей части только потребление. Даже там, где реальные доходы перестали увеличиваться и усилилось неравенство, безудержное потребление продолжилось, уже в кредит. И именно это и было главным доводом против сокращения рабочей недели: «Мы не можем себе такого позволить». Больше досуга — чудесный идеал, но он попросту слишком дорог. Если мы все станем работать меньше, наш уровень жизни обрушится. Но так ли это? 1 декабря 1930 года, когда бушевала Великая депрессия, изобретатель кукурузных хлопьев магнат У.К. Келлог решил ввести на своей фабрике в Батл-Крик, штат Мичиган, шестичасовой рабочий день. Затея оказалась невероятно успешной: Келлог смог нанять еще 300 рабочих, а число несчастных случаев сократилось на 41%. Более того, производительность его работников заметно повысилась. «Это для нас не просто теория, — гордо рассказал Келлог местной газете. — Себестоимость единицы продукции понизилась настолько, что за шесть часов мы можем платить столько же, сколько раньше платили за восемь». Для Келлога, как и для Форда, укорочение рабочей недели было просто вопросом эффективного ведения бизнеса. А вот для жителей Батл-Крик оно сыграло куда более важную роль. У них, писали в местной газете, впервые появился «настоящий досуг». Родители смогли больше времени проводить с детьми. Люди начали больше читать, заниматься садоводством или спортом. Вдруг церкви и общественные центры заполонили горожане, у которых высвободилось время на частную жизнь. Почти полстолетия спустя премьер-министр Великобритании Эдвард Хит тоже обнаружил преимущества капитализма кукурузных хлопьев, хотя и не ставил перед собой такой цели. В конце 1973 года он пребывал в растерянности. Инфляция достигла рекордных высот, государственные расходы взлетели до небес, профсоюзы ни в какую не хотели идти на какой бы то ни было компромисс. Как будто этого было мало, забастовали шахтеры — и ввиду нехватки угля британцам пришлось убавить мощность отопления и напялить самые теплые свитера. Наступил декабрь, но даже рождественская елка на Трафальгарской площади не была подсвечена. Хит решился на радикальные меры. 1 января 1974 года он ввел трехдневную рабочую неделю. Наемным работникам запрещалось пользоваться электричеством больше чем три дня в неделю, пока не будут восстановлены запасы топлива. Стальные магнаты предсказывали обрушение промышленного производства на 50%. Министры страшились катастрофы. В марте 1974-го, после возвращения пятидневной рабочей недели, чиновники выяснили, насколько уменьшились объемы производства. Они не могли поверить своим глазам: общее сокращение составило 6%. Форд, Келлог и Хит обнаружили, что время работы и производительность не идут рука об руку. В 1980-х годах сотрудники Apple носили футболки с надписью: «Работаю 90 часов в неделю, и мне это нравится!» Позже эксперты по производительности подсчитали, что, если бы они работали вдвое меньше, мир получил бы передовой компьютер Macintosh годом раньше. Есть серьезные признаки того, что для современной экономики знаний даже 40-часовая рабочая неделя избыточна. Исследования показывают, что человек, который постоянно задействует свои творческие способности, в среднем может быть продуктивен не более шести часов в день. Не случайно самые короткие рабочие недели установлены в самых богатых странах с многочисленным креативным классом и высокообразованным населением. Решение (почти) всех проблем Недавно один мой друг спросил меня: «От каких проблем мы избавимся, работая меньше?» Я бы сформулировал этот вопрос наоборот: «Есть ли хотя бы одна проблема, от которой мы не избавимся, работая меньше?» 1. Стресс? Бесчисленные исследования показали, что люди, работающие меньше, более довольны своей жизнью. Недав­ний опрос работающих женщин даже позволил немецким исследователям определить, как строится «идеальный день». Самая большая часть дня (106 минут) посвящена «интимным отношениям». «Общению» (82), «расслаблению» (78) и «питанию» (75) также уделяется много времени. В конце списка находились «воспитание детей» (46), «работа» (36) и «дорога» (33). Исследователи сухо отметили, что «для того, чтобы максимизировать благополучие, вероятно, работа и потребление (повышающие ВВП) должны играть меньшую роль в повседневной деятельности человека по сравнению с нынешним положением дел». 2. Изменение климата? Всемирный переход к более короткой рабочей неделе мог бы снизить выбросы CO? в этом веке вдвое. Страны с более короткой рабочей неделей меньше вредят окружающей среде. Для того чтобы начать меньше потреблять, нужно начать меньше работать, а еще лучше — начать потреблять наше благосостояние в форме досуга. 3. Несчастные случаи? Сверхурочная работа смертельно опасна. Длинные рабочие дни приводят к росту числа ошибок: рука усталого хирурга не так тверда, а недосыпающий солдат чаще бьет мимо цели. Чернобыль, космический шаттл «Челленджер» — перегруженность менеджеров зачастую оказывается главным фактором подобных катастроф. Неслучайно финансовый сектор, ставший причиной крупнейшего бедствия прошлого десятилетия, просто завален сверхурочной работой. 4. Безработица? Очевидно, нельзя попросту разделить трудовые обязанности на несколько частей. Рынок труда не похож на игру в музыкальные стулья, в которой любой участник имеет возможность сесть на любое место; мы не можем попросту «принести побольше стульев». Тем не менее исследователи из Международной организации труда заключили, что распределение рабочих заданий — когда двое работающих неполный рабочий день выполняют работу, которую обычно делает один человек, работающий целый день, — во многом помогло выйти из последнего кризиса. Деление рабочих мест способно смягчить удар, особенно во время рецессии, на пике безработицы, когда предложение превышает спрос. 5. Эмансипация женщин? Страны с короткой рабочей неделей уверенно лидируют в рейтингах гендерного равенства. Ключевой фактор — как можно более справедливое распределение функций. Только когда мужчины начнут вносить вклад в готовку, уборку и прочую работу по дому, женщины смогут полноценно участвовать в экономике. Иными словами, эмансипация женщин — задача мужчин. Однако значение имеет не только выбор каждого отдельного мужчины: весьма существенную роль играет законодательство. Меньше всего разрыв между женщинами и мужчинами в Швеции — стране с превосходной системой заботы о детях и отпусками по уходу за ребенком для мужчин. Такой отпуск особенно важен: мужчины, находившиеся дома в течение нескольких недель после рождения ребенка, впоследствии проводят больше времени со своими женами, детьми и за кухонной плитой. Причем этот эффект сохраняется — готовы? — всю их оставшуюся жизнь. В Норвегии мужчины, уходящие в отпуск по уходу за ребенком, на 50% чаще делят обязанности по стирке со своими женами. В Канаде они проводят больше времени за работой по дому и ухаживая за детьми. Отпуск по уходу за детьми для мужчин — это троянский конь, способный решающим образом повлиять на исход борьбы за равенство полов. 6. Старение населения? Все больше пожилых людей хотят продолжать трудовую деятельность даже после достижения пенсионного возраста. Но в то время как 30-летние и те, кто чуть постарше, стонут от работы, семейной ответственности и ипотеки, пожилые никак не могут получить работу, даже когда она им по силам. Так что следует более равномерно распределять рабочие места не только между полами, но и между поколениями. Молодые, начинающие сегодня трудовую карьеру, вполне могут проработать до 80-летнего возраста. Но для этого они могли бы работать не по 40 часов в неделю, а по 30 или даже 20. «В XX веке имело место перераспределение богатства, — отмечал один из ведущих демографов. — Полагаю, что в этом столетии произойдет великое перераспределение рабочих часов». 7. Неравенство? Самые длинные рабочие недели именно в тех странах, где блага распределены наиболее неравномерно. Если бедные работают все больше, чтобы просто прокормиться, богатые считают, что отпуск и выходные обходятся им теперь дороже, поскольку они стали больше зарабатывать за час. Растущая боль Почти столетие назад наш давний друг Джон Мейнард Кейнс сделал еще один удивительный прогноз. Кейнс понимал, что крушение рынка акций в 1929 году не уничтожило мировую экономику. Производители по-прежнему могли поставлять столько же продукции, что и за год до этого; просто спрос на многие продукты упал. «Мы страдаем не от ревматизма, поражающего людей в почтенном возрасте, — писал Кейнс, — а от болезни роста — от слишком стремительных перемен». Почти 80 лет спустя мы столкнулись точно с такой же проблемой. Дело не в том, что мы бедны, а в том, что нам не хватает оплачиваемой работы. И, вообще-то говоря, это хорошая новость. Она означает, что мы можем приготовиться к решению величайшей задачи из числа стоявших перед нами: заполнению целого моря свободного времени. Очевидно, 15-часовая рабочая неделя все еще остается далекой утопией. Кейнс предсказал, что к 2030 году экономисты будут играть лишь второстепенную роль «на одном уровне с дантистами». Но сегодня день, когда эта мечта станет реальностью, кажется как никогда далеким. Экономисты доминируют в СМИ и политике. Мечта о короткой рабочей неделе тоже растоптана. Вряд ли кто-то из политиков готов ее поддержать, даже с упором на рекордные уровни безработицы. Но Кейнс не был безумцем. В его время рабочая неделя быстро сокращалась, и ученый просто экстраполировал в будущее эту начавшуюся около 1850 года тенденцию. «Конечно, все произойдет постепенно, — уточнял он, — катастрофы не будет». Представьте себе, что революция досуга начнет набирать обороты в этом веке. Даже в условиях медленного экономического роста мы, жители страны изобилия, могли бы работать меньше 15 часов в неделю уже к 2050 году, зарабатывая столько же, сколько в 2000-м. Если мы действительно можем это осуществить, то пора начинать готовиться. Национальная стратегия Сначала мы должны спросить себя: а действительно ли мы этого хотим? Оказывается, опросы на эту тему уже проводились. Наш ответ: да, очень хотим. Ради того, чтобы иметь больше свободного времени, мы готовы даже поступиться нашей драгоценной покупательной способностью. Однако стоит отметить, что последнее время грань между работой и досугом размылась. Работа ныне зачастую воспринимается как своего рода хобби, а то и ключевой аспект нашей личности. В своей классической книге «Теория праздного класса» (1899) социолог Торстейн Веблен описывал досуг как еще пока признак элиты. Но то, что раньше относилось к досугу (искусства, спорт, наука, забота, филантропия), сегодня считается работой. Ясно, что в современной стране изобилия по-прежнему полно низкооплачиваемой, неприятной работы. А высокооплачиваемая работа зачастую рассматривается как не особенно полезная. И все же цель — не дожидаться с нетерпением конца рабочей недели. Совсем наоборот. Настало время, чтобы женщины, бедняки и пожилые получили шанс делать больше, а не меньше хорошей работы. Стабильная и осмысленная работа играет ключевую роль в любой хорошо прожитой жизни. И наоборот, вынужденный досуг — увольнение — это катастрофа. Психологи продемонстрировали, что, когда у человека нет работы, это подрывает его благополучие сильнее, чем развод или потеря близкого. Время лечит любые раны, кроме отсутствия работы. Ведь чем дольше вы находитесь на обочине, тем глубже вы сползаете в кювет. Но какую бы важную роль ни играла работа в нашей жизни, люди по всему миру, от Японии до США, жаждут сокращения рабочей недели. Когда американские ученые опросили работников с целью выяснить, чего те хотели бы больше — прибавки, эквивалентной двум неделям работы, или двухнедельного отпуска, — дополнительное время отдыха предпочли вдвое больше респондентов. Отвечая на вопрос британских исследователей, что лучше — выиграть в лотерею или поменьше работать, опять же вдвое больше участников опроса выбрали снижение рабочей нагрузки. Все данные говорят о том, что мы не можем обойтись без ежедневной внушительной порции «безработности». Если мы будем работать меньше, нам станет более доступно то, что нам также важно: семья, общественная деятельность, развлечения и отдых. Неслучайно в странах с самыми короткими рабочими неделями самое большое количество добровольцев и самый большой социальный капитал. Теперь, когда мы знаем, что хотим работать меньше, встает второй вопрос: как нам этого добиться? Мы не можем попросту взять и переключиться на 20- или 30-часовую рабочую неделю. Сначала идею сокращения количества рабочих часов следует возродить в качестве политического идеала. Затем мы можем сокращать рабочую неделю шаг за шагом, меняя деньги на время, вкладывая больше денег в образование, развивая более гибкую пенсионную систему и создавая правовые основы для отпусков по уходу за ребенком для мужчин. Все начинается с изменения системы вознаграждений. Сейчас работодателям дешевле держать одного работника, работающего сверхурочно, чем нанять двоих на полставки. Это объясняется тем, что многочисленные затраты на рабочую силу, такие как медицинское обеспечение, рассчитываются на одного работника, а не исходя из часа работы. Кроме того, мы как индивиды попросту не можем в одностороннем порядке решить работать меньше. Поступив так, мы рискуем утратить статус, упустить карьерные возможности и в конце концов вовсе потерять работу. Недаром сослуживцы следят друг за другом: кто пробыл на рабочем месте дольше всех? Кто отработал больше часов? В конце рабочего дня почти в каждом офисе можно увидеть за столами уставших сотрудников, бесцельно просматривающих в Facebook профили незнакомых им людей и дожидающихся, когда кто-нибудь из коллег встанет и первым уйдет из офиса. Для того чтобы разорвать этот порочный круг, понадобится действовать коллективно — компаниями, а еще лучше — странами. Хорошая жизнь Когда в ходе написания этой книги я говорил людям, что пытаюсь найти решение самой серьезной проблемы нынешнего столетия, это вызывало у них живейший интерес. Не о террористах ли я пишу? Не об изменениях климата? Может быть, о третьей мировой войне? Когда же я начинал говорить о досуге, их разочарование было прямо-таки осязаемым. «Мы же попросту приклеимся к телевизорам, разве нет?» Мне это напоминало о строгих священниках и купцах XIX века, которые считали, что простонародье не в состоянии правильно распорядиться ни правом голоса, ни достойной заработной платой, ни тем более досугом, и выступали за 70-часовую рабочую неделю как за действенный инструмент борьбы с алкоголизмом. Но ирония заключается в том, что именно в промышленных городах, где приходится слишком много работать, все больше и больше людей ищут спасения в бутылке. Сегодня другие времена, но кое-что не изменилось: в перегруженных работой странах, таких как Япония, Турция и, конечно, Соединенные Штаты, слишком много смотрят телевизор. В США — до пяти часов в день; за жизнь успевает набежать девять лет. Американские дети проводят перед телевизором в полтора раза больше времени, чем в школе. Однако настоящий досуг — не роскошь и не порок. Он жизненно необходим нашему мозгу — так же, как нашему телу требуется витамин C. Никто на смертном одре не думает: «Если бы я только поработал еще несколько часов в офисе и чуть больше посидел перед ящиком». Конечно, правильно использовать море свободного времени будет непросто. Образовательные учреждения XXI века должны учить не только трудиться, но и жить, что гораздо важнее. «Если люди не будут утомлены в свободное время, — писал в 1923 году философ Бертран Рассел, — им подойдут не только пассивные и пустые развлечения». Мы сможем распорядиться такой хорошей жизнью, но для этого нам понадобится время. Источник: Men’s Health

Обстановочка

Ревет сынок. Побит за двойку с плюсом, Жена на локоны взяла последний рубль, Супруг, убитый лавочкой и флюсом, Подсчитывает месячную убыль. Кряxтят на счетаx жалкие копейки: Покупка зонтика и дров пробила брешь, А розовый капот из бумазейки Бросает в пот склонившуюся плешь. Над самой головой насвистывает чижик (Xоть птичка божия не кушала с утра), На блюдце киснет одинокий рыжик, Но водка выпита до капельки вчера. Дочурка под кроватью ставит кошке клизму, В наплыве счастья полуоткрывши рот, И кошка, мрачному предавшись пессимизму, Трагичным голосом взволнованно орет. Безбровая сестра в облезлой кацавейке Насилует простуженный рояль, А за стеной жиличка-белошвейка Поет романс: «Пойми мою печаль» Как не понять? В столовой тараканы, Оставя черствый xлеб, задумались слегка, В буфете дребезжат сочувственно стаканы, И сырость капает слезами с потолка. Cаша Чёрный, 1909