Жизнь
 8.9K
 4 мин.

Чтобы наладить отношения, попробуйте спать раздельно

Иногда после длительного непрерывного совместного быта люди в парах начинают осознавать, что несмотря на все теплые чувства они просто не могут больше спать вместе. Тому могут быть разные причины. Один из партнеров может работать допоздна и, укладываясь поздно ночью в кровать, будить другого. Также бывают нарушения сна, из-за которых спать вместе не просто неприятно, но иногда и небезопасно. Наиболее распространенной причиной является храп. Исследований на эту тему пока не проводилось, но в этой статье вы найдете доказательство того, что такая ситуация абсолютно нормальна. Сон — время, когда мы отдыхаем и запасаемся жизненно важной энергией, поэтому следить за его качеством необходимо. В обзоре научных исследований, опубликованном в 2016 г. в журнале Chronobiology International, были обнаружены некоторые доказательства того, что сон с храпящим человеком может отрицательно сказаться на качестве вашего сна. Если вкратце, то исследований недостаточно и предстоит проделать еще много исследовательской работы, но каждый из нас должен делать все возможное для сохранения покоя во сне. Да и без научных исследований очевидно, что далеко не многие способны мириться с храпом партнера. Здоровый сон является залогом общего благополучия. По данным Национального института неврологических расстройств и инсульта (NINDS), сон обеспечивает формирование воспоминаний и процесс восстановления мышц, и это далеко не все. С другой стороны, недостаток сна увеличивает вероятность высокого давления, депрессии и диабета. Тем не менее, иногда непросто объяснить любимому человеку, что вы хотите спать отдельно. Эксперт по отношениям подготовил несколько советов по поводу того, как расставаться каждую ночь, при этом оставаясь вместе. То, что вы спите отдельно, не означает, что у вас плохие отношения Если вам понравилось спать отдельно и вам хочется продолжать в том же духе — это вовсе не значит, что ваши отношения плохие или какие-то неправильные. Конечно, совместный сон — одна из тех вещей, которые наше общество считает неотъемлемой частью серьезных романтических отношений. В вышеупомянутом обзоре исследователи говорят о том, что для многих пар сон рядом друг с другом является обязательным ритуалом. Однако вы сами можете наделять смыслом те или иные аспекты ваших отношений. Нет ничего страшного в желании поспать отдельно, если вы понимаете, что это реально позволит вам гораздо лучше отдохнуть. Подойдите к вопросу мягко Если вы уже готовы начать спать отдельно, то ваш партнер наверняка осведомлен о ваших проблемах со сном. Но даже в таком случае может быть трудно сказать любимому человеку, что вы хотите оставить его спать одного, это может быть морально тяжело, но физически необходимо. Скорее всего, неприятно будет вам обоим, но это абсолютно нормально, поэтому не нужно придавать этим чувствам большого значения. Лучше обсуждать вопрос откровенно, рассказывая о своих чувствах, это поможет пережить изменения с меньшими потерями. Рассмотрите компромиссные варианты Если ситуация не решается здесь и сейчас, то подумайте над возможностью найти компромисс, например, по будням спать раздельно, а на выходных вместе. Посвятите время перед сном объятиям Возможно, на данный момент спать с партнером уже не представляется возможным, однако везде можно найти неочевидные преимущества. Если вы обычно болтаете перед сном или обнимаетесь утром, вам следует постараться сохранить эти ритуалы. Интимный момент очень важен для любых отношений, постарайтесь уделить время нежности, прежде чем расстаться на ночь. Ну а если вы не из тех, кто любит обниматься, то можно найти и другие ритуалы, например, посмотреть вместе телевизор. Будьте внимательны к другим проявлениям нежности друг к другу Если вы собрались спать раздельно, необходимо компенсировать время разлуки в течение дня. Речь не обязательно идет о сексе, это может быть любая совместная деятельность: прогулки, сериалы, поваляться на диване или принять вместе ванну. Так вы сохраните физическую близость. Если вас беспокоит, что раздельный сон может помешать вашей сексуальной жизни, вам также следует об этом поговорить. Вы можете запланировать секс заранее или найти какие-нибудь более креативные варианты. И наконец, иногда жилищные условия просто не позволяют спать раздельно, стоит серьезно проанализировать ваше желание расстаться на ночь и его причины, чтобы подобрать альтернативные решения. Например, шумовая машина поможет заглушить храп, а два одеяла вместо одного решат проблему перетягивания одеяла. Если же у вас не получается решить проблему самостоятельно, то не стыдно обратиться к специалисту по сну. По материалам статьи «How a Sleep Divorce Could Make Your Relationship Stronger» Self

Читайте также

 22.1K
Психология

Газлайтинг — тонкое искусство манипуляций

В 1944 году вышел фильм «Газовый свет», в основу сюжета которого положена одноименная пьеса. Оригинальное название картины «Gaslight», именно отсюда произошел термин «газлайтинг». В фильме муж пытается запутать жену, чтобы скрыть от нее некоторые свои поступки. В доме периодически меркнет свет, а на чердаке раздаются шаги. Когда женщина говорит, что происходят странные вещи, муж все отрицает, убеждая супругу, будто этого не происходит. Со временем ему удается добиться своего, его жене начинает казаться, что она сходит с ума. Газлайтинг представляет собой особенный способ манипуляций, значительно отличающийся от других видов. Заключается он в отрицании того, о чем говорит «жертва». Проще разобрать это на примере. Допустим, Максим поругался с мамой, она сказала сыну что-то очень неприятное. Когда через время парень напомнил матери об этом инциденте, она сказала, что такого не было, обидных слов сыну она не говорила. Когда это происходит систематически, человек зачастую начинает сомневаться в правдивости собственных ощущений. Отрицание может производиться специально с целью запутать человека. Бывают случаи, когда обидчику просто не хочется подтверждать свою вину. Газлайтинг — это не только про отрицание ситуаций, слов, но и про отрицание чувств. Например, вам могут говорить, что вы не чувствуете обиду, а просто злитесь на себя. Хотя вы до этого объясняли человеку, что обижены на него. К примеру, вам говорят: «У тебя не депрессия, тебе это кажется». Откуда кому-то знать, что вы чувствуете? Такие фразы являются тревожным звоночком. Манипуляции могут возникать между партнерами, родителями и детьми, друзьями, коллегами и т.д. Часто родители, не зная, как правильно вести себя с детьми, становятся на тонкий лед манипуляций. Например, ребенок ударился, и чтобы его успокоить, мама говорит: «Тебе сейчас не больно». Таким образом происходит отрицание чувств другого человека. Тяжело, когда на протяжении нескольких лет, а то и десятилетий, приходится бок о бок жить с человеком, практикующим газлайтинг. Распознать его бывает сложно, а уж выйти из этого сценария еще сложнее. Обычно манипуляторы опытны, поэтому вывести их на чистую воду трудно. Связано это с тем, что большинству жертв не удается внятно описать свои проблемы. Они понимают, что есть какие-то трудности в отношениях, но что конкретно происходит, понять не могут, ведь они уже сомневаются в себе, а не в манипуляторе. Но бороться с газлайтингом все же можно. Давайте сначала разберемся, как распознать газлайтинг. Главной его целью является искажение представлений другого человека о реальности. Таким образом жертва сомневается в собственных эмоциях и воспоминаниях, а затем и в своей адекватности. Обнаружить газлайтеров можно по следующим признакам: • Искусная ложь. Врать манипуляторы умеют, справляются с этим они мастерски, но и поймать их на вранье можно, если начать обращать внимание на самые мелкие детали. • Отрицание. Газлайтеры могут говорить, что вы испытываете вовсе не те чувства, что так вам только кажется, а еще они часто отрицают свои поступки и слова. • Постепенные действия. Они не спешат, а медленно и уверенно добиваются цели. • Наличие сообщников. Мастера своего дела могут подключать помощников. Например, договориться с кем-то еще, чтобы вам напомнили о словах, которых вы, естественно, не говорили. • Убеждение в вашей неадекватности окружающих. Газлайтерам нужно доказать другим, что вы не в себе, поэтому они постепенно начнут обрабатывать окружающих. • Смена тактики. В тот момент, когда вы окончательно решили раз и навсегда завязать с этим грубым манипулятором, он превращается в милейшего человека, чтобы добиться вашего расположения. В этот момент легче всего потерять бдительность. Несмотря на все хитрые приемы, с газлайтингом можно и нужно бороться. Но делать это следует очень осторожно, иначе опытный манипулятор переиграет вас. Как тогда действовать? Существует несколько вариантов. В первую очередь необходимо развивать умение доверять себе больше, чем другим. Прислушивайтесь к собственным ощущениям и чувствам, учитесь отстаивать свою точку зрения. Если не получается, то лучше обратиться за помощью к психологу или начать работать над своей самооценкой. Когда у человека есть уверенность в себе, он может не дать себя втягивать в манипуляции. Другим вариантом является помощь союзника, которому можно доверять. Например, пусть свое мнение о ситуации расскажет адекватный друг. Но при этом важно записать на диктофон разговор с газлайтером, чтобы советчик мог правильно оценить ситуацию. Заодно расспросите знакомых, замечают ли они то, в чем вас обвиняет манипулятор. Если он еще не успел обработать окружение, то это поможет вам оценить адекватность ваших действий и мыслей. Такой же разговор с манипулятором можно записать и дать послушать психологу, это также поможет прояснить ситуацию. Нужно выяснить, специально ли человек манипулирует вами или делает это с целью самозащиты. В таком случае полезно понаблюдать: он отрицает слова, действия в процессе ссор или может позволить себе в любое время сказать: «Ты неадекватно себя ведешь, не то говоришь, чувствуешь». В первом случае, скорее всего, срабатывает факт нежелания признавать собственную неправоту, а во втором легко распознать газлайтинг.

 12.8K
Психология

В кино смеёмся, в жизни избегаем: что такое синдром Туретта

Во многих комедийных фильмах синдром Туретта нередко выставляют в юмористическом ключе. Герои, имеющие это заболевание, в кино предстают перед зрителем преимущественно забавными персонажами, непроизвольно выкрикивающими различные фразы. В основном нецензурные. Однако в реальности расстройство проявляется куда глубже, и людям с диагностированным заболеванием далеко не до смеха. По данным медицинского факультета Йельского университета, синдром, названный в честь французского невролога Жиля де ла Туретта, в мире насчитывается у десяти детей из тысячи. Несмотря на эти цифры, обыватели мало что знают о недуге. Из-за слабой осведомлённости общества люди с особенностями поведения испытывают трудности в социализации: окружающие часто сторонятся их или даже осуждают. Данный материал призван рассказать об этом неврологическом заболевании со всех сторон. Стоит ли опасаться людей с синдромом Туретта и как проявляются симптомы заболевания? Симптоматика В обществе принято считать, что синдром (или же расстройство) Туретта выражается в выкрикивании оскорбительных или неуместных выражений. Однако копролалия (название такого проявления болезни) является лишь эпизодической характеристикой заболевания. Более того: у пациентов, страдающих от расстройства Туретта, этот симптом выражен крайне редко. По данным медицинского журнала The Lancet, выкрикивание фраз присутствует только у 10% «больных Туреттом». Чуть реже встречается эхолалия (потребность в повторении слов других) и палилалия (неконтролируемое повторение одного и того же слова). Характер сказанного в большей части случаев не выражает мыслей или взглядов человека (т.е. больной не может контролировать содержимое того, что он выкрикивает — это происходит бессознательно). Так что процент комичности в данном проявлении болезни крайне мал, разве что в индивидуальных случаях (когда пациент не испытывает неприятных ощущений от выкриков и окружающая обстановка достаточно комфортна для того, чтобы воспринимать ситуацию с юмором). Чаще всего люди с расстройством Туретта страдают от тиков. Их частота проявления, тяжесть и анатомическая локализация варьируются индивидуально (в зависимости от физиологических особенностей пациента и других факторов). Определённое влияние на проявление признаков недуга оказывает стресс: он может увеличивать или уменьшать выраженность симптомов. Как рассказывают сами пациенты, перед тиками они испытывают эмоциональное побуждение. Это состояние можно сравнить с сильным позывом к чиху или желанием почесать зудящую кожу. Этиология Происхождение синдрома Туретта до сих пор точно не определено медициной. На данное время установлена только связь с генетическими и экологическими факторами. Исследования головного мозга М.М. Робертсона (Robertson M.M.) показали, что превалирующее число случаев заболевания передавалось по наследству. Однако симптомы проявляются не в каждом случае унаследования. Даже среди близких родственников последствия повреждения гена могут как выражаться с различной степенью тяжести, так и не выражаться вовсе. Инфекционные или психосоциальные факторы не вызывают синдром Туретта, однако могут влиять на степень его тяжести. Аутоиммунные процессы способны провоцировать учащение тиков. Лечение Своё название синдром Туретта получил в XIX веке, несмотря на то, что болезнь была известна ещё в древности. В статье «Неврологическая тайна из истории: дело Клавдия Цезаря» в журнале «История нейронаук» говорится, что император Клавдий проявлял симптомы описанного заболевания. Первое описание болезни появилось в 1486 году: в трактате демонологии «Молот ведьм» был описан случай проявлений моторных и вокальных тиков у священнослужителя. Раньше «Туретт» считался проявлением бесноватости. Можете представить, с какой реакцией социума и лечением приходилось сталкиваться людям с особенностями поведения, которые жили в то время. Современные инновационные методы способны частично подавить проявление патологического синдрома. Терапия подбирается в зависимости от сложности протекания заболевания. Пациенту требуется психологическая коррекция, а в определённых случаях и медикаментозный курс. Лекарства направлены против сопутствующих симптомов, таких как тревожный синдром, депрессия, повышенная агрессивность. Также для снятия тревожности и уменьшения тиков некоторые больные прибегают к дыхательным практикам или занятиям спортом. Шансов на полное исцеление практически нет, цель лечения — научить больного справляться с недугом и вернуть его к полноценной жизни. Социализация Особенности поведения людей, страдающих синдромом Туретта, мешают их нормальной социализации. Начальные симптомы проявляются в детстве, приблизительно к 4-5 годам. Это именно тот возраст, когда у человека начинается активное формирование личности. Из-за неконтролируемых движений Дети «с Туреттом» нередко подвергаются насмешкам не только от сверстников, но и от взрослых. На деле же нет смысла бояться или опасаться «больных Туреттом». Люди с данным патологическим недугом не стремятся причинить кому-либо вред и не предоставляют опасности для общества. Зато себе они вполне могут нанести урон в порыве участившегося тика. Несмотря на это, людям, контактирующим с такими больными, не рекомендуется навязывать свою помощь: это вряд ли принесёт реальную практическую пользу, но может поставить их в неловкое положение. Будет достаточно толерантного отношения к чужим особенностям поведения. Известные люди «с Туреттом» Несмотря на определённое социальное непринятие, среди людей с синдромом Туретта немало талантливых и известных личностей. Певица Билли Айлиш, видеоблогер Каспар Ли, писатель Сэмюэл Джонсон, комик Дэн Эйкройд. В спорте также немало людей с данной патологией: футбольный вратарь Тим Ховард, нападающий Дэвид Бекхэм и даже гонщик Стив Уоллес имеют описанный недуг. Тем не менее, особенности поведения не помешали развиться их талантам. Для многих пациентов с этим расстройством оно не просто не помешало нормальной жизни, а даже в какой-то степени оказало положительное влияние: заболевание стало для них некой мотивацией изменить жизнь к лучшему. Однако в основном пациенты с этим диагнозом отмечают, что им крайне важно не только личное положительное принятие своих особенностей, но и помощь социума. Одна женщина «с Туреттом» в интервью британскому изданию The Independent заявила: «Намного легче общаться с людьми, если они понимают это, если они принимают это. Вы не чувствуете, что вам нужно что-то сдерживать, не чувствуете, что вам нужно что-то подавлять». Автор: Лилия Левицкая

 12.7K
Психология

Синдром Питера Пэна: почему некоторым людям сложно повзрослеть

На первый взгляд может показаться, что обладатели синдрома Питера Пэна раскрыли секрет вечной молодости, поэтому ведут себя так беззаботно. Однако это не так. Единственное, что связывает таких людей с героем шотландских сказок — банальное нежелание взрослеть. Рассказываем, что лежит в основе этого синдрома, чем он отличается от инфантилизма и какая категория людей наиболее подвержена этому явлению психологии. Что такое синдром Питера Пэна и чем он отличается от инфантилизма? Помните, как в детстве мы мечтали быть взрослыми? Не слушать родителей, самостоятельно распоряжаться своим временем, делать, что хочется и когда хочется? Однако чем старше мы становились, тем сильнее осознавали, что свобода влечет за собой ответственность и обязанности. Главной особенностью обладателей синдрома Питера Пэна является то, что они хотят быть свободными, но при этом не нести ответственность за свои поступки. Вследствие этого они постоянно бегут от обязательств — как в работе, так и в личной жизни, избегают серьезных отношений, отличаются отсутствием терпения и выдержки. Также люди с таким синдромом импульсивны, эгоистичны и, если нужно сделать выбор между «хочу» и «надо», они всегда выберут первое. В отличие от маленьких детей, они могут сами о себе позаботиться, не испытывают проблем при принятии решений. Вот что кардинально отличает Питеров Пэнов от инфантильных людей, которые плохо справляются с проблемами, долго выбирают между одним и другим действием, нуждаясь в помощи со стороны. Люди с синдромом Питера Пэна не будут долго колебаться — они сразу определят, что им делать, но с одним нюансом — эти решения вряд ли будут отличаться рациональностью и мудростью. Такие люди предпочитают просто игнорировать проблемы, а не искать выход из ситуации. Они ненавидят контроль во всех его проявлениях, а потому стараются быстрее отделиться от родителей, чтобы быть предоставленными самим себе (в отличие от инфантильных личностей). Особенности поведения людей с синдромом Питера Пэна 1. Наличие детских вещей — такие люди часто покупают одежду с изображением мультипликационных персонажей, компьютерные игры, радиоуправляемые вертолеты и пр. Так у них проявляется нежелание взрослеть. 2. Отсутствие карьерного роста — в большинстве случаев Питеры Пэны либо отказываются искать работу, либо ходят в офис без заинтересованности в карьерном росте. Они воспринимают работу как тяжелую обязанность и превалирование «надо» над «хочу». Однако нередкими являются ситуации, когда человек с таким синдромом входит в категорию активных сотрудников, но только пока ему нравится то, чем он занимается. Что касается скучных, рутинных дел, то их он выполняет спустя рукава, не задумываясь о последствиях. 3. Креативность — за счет того, что Питеры Пэны ненавидят рутину, они обладают очень живым, острым и креативным умом. Все дело в том, что они живут новыми впечатлениями, у них хорошо развита фантазия, и при удачном стечении обстоятельств воображение позволяет им добиваться серьезных успехов на работе. Если запереть такого человека в душном офисе и снабдить кипой отчетов, то можно не ждать от него продуктивности. А вот на творческой должности он обязательно проявит себя с лучшей стороны. 4. Избегание ответственности — наши герои предпочитают избегать ответственности, а потому вину за неудачу всегда перекладывают на родителей/друзей/начальство/правительство и пр. Если же вы попробуете раскритиковать их, то в полной мере ощутите смысл фразы «Лучшая защита — это нападение». Питер Пэн не будет терпеть критику в свой адрес и не станет признавать у себя наличие каких-либо проблем. 5. Эгоистичность — большинство людей с синдромом Питера Пэна являются эгоистами. Они думают исключительно о своих желаниях и собственном комфорте, никогда не жертвуют собой ради друзей или родственников. Им легко дается вранье. 6. Отказ от серьезных отношений — если Питер Пэн вступает в отношения, то заранее знает, что они продлятся недолго. Как правило, разрыв происходит потому, что вторые половинки ждут от нашего героя перехода на другую стадию, а он не готов к соответствующим обязательствам. Даже если Питер Пэн свяжет себя узами брака, то скорее всего будет изменять и давать пустые обещания. 7. Нежелание выходить из зоны комфорта — даже если у Питера Пэна будет возможность снять собственное жилье, найти работу и начать самостоятельную жизнь, вероятнее всего, он отдаст предпочтение более простым вариантам: жить с родителями, чтобы о нем заботились и приносили все на блюдечке, оставаться на малооплачиваемой, но несложной работе. Выход из зоны комфорта в первую очередь предполагает самосовершенствование, достижение целей, преодоление препятствий, а Питер Пэн думает, что прекрасно может обойтись и без этого. Причина появления синдрома — токсичное воспитание В основе этого психологического явления лежат: 1. Нежелание взрослеть. 2. Страх ответственности. 3. Отсутствие самостоятельности. 4. Боязнь ограничения свободы. Синдрому Питера Пэна больше подвержены мужчины. Как правило, этих мальчиков подавляют в семье. Их мнение редко берут во внимание, родители решают все за ребенка, начиная от того, во что ему одеваться, и заканчивая увлечениями. Постепенно сын понимает, что его позиция никого не интересует, и перестает проявлять инициативу. Гиперопека и тотальный контроль также могут запустить развитие синдрома. Когда мама с папой выполняют все прихоти ребенка, отказываются воспитывать в нем ответственность и самостоятельность, боятся отпускать от себя даже на шаг, не дают проявлять свои силы, происходит атрофия воли. Мальчик становится податливым, не может сам принять решение, ни к чему не стремится, вследствие чего не развивается и не совершенствуется. Иногда родители идеализируют ребенка, прощая ему все шалости и закрывая глаза на плохое поведение. Подобный подход приводит к формированию у мальчика завышенной самооценки, которая позже может перерасти в нарциссизм. У таких детей сильно страдает эмоциональный интеллект, им сложно найти общий язык со сверстниками, а коммуникации любого рода становятся острыми и мучительными. В некоторых случаях мужчины с синдромом Питера Пэна оказывались домашними детьми. Они не посещали детский сад, избегали секций и кружков, предпочитали домашнее обучение. «Оторванность» от внешнего мира, отсутствие коммуникативных навыков, незнание элементарных правил поведения приводили к тому, что таким детям было очень сложно заводить друзей, знакомиться с новыми людьми, открываться посторонним. Как итог — Питер Пэн не ценит дружбу и не нуждается в ней. Нередко родители убеждают своих детей, что их желания превыше всего, что они должны всегда преследовать исключительно свои интересы, забыть о таком понятии как «альтруизм» и жить в свое удовольствие. Со временем такое токсичное воспитание деформирует черты характера ребенка, взращивая в нем синдром Питера Пэна. Автор: Полина Тарасенко

 11.8K
Психология

Почему подростковая депрессия быстрее развивается у девочек, чем у мальчиков

Человечество находится в середине подросткового кризиса психического здоровья, а девочки — в его эпицентре. С 2010 года среди подростков увеличились показатели депрессии, самоповреждений и самоубийств. Однако показатели глубокой депрессии среди девочек в США возросли с 12% в 2011 году до 20% в 2017 году. В три раза больше девочек-подростков в возрасте от 10 до 14 лет поступили в отделения неотложной помощи после умышленного нанесения вреда самим себе. Самоубийства тоже выросли в показателях — удвоились, начиная с 2007 года. Как ни странно, уровень депрессии начал расти, как только смартфоны получили популярность, поэтому цифровые медиа могли сыграть свою роль. Все люди, родившиеся после 1995 года (поколение Z), были первыми, кто провел свою юность с гаджетами. Также они являются первой группой подростков, которые воспринимают социальные сети как неотъемлемую часть жизни. Конечно, и мальчики, и девочки начали пользоваться цифровой техникой одновременно. Тогда почему у девочек больше проблем с психическим здоровьем? Чтобы ответить на этот вопрос, ученые из Государственного университета Сан-Диего Джин Твенге и Габриель Мартин провели свое исследование в 2019 году. Все этим пользуются Ученым удалось обнаружить, что дети разного пола проводят свое цифровое время по-разному: мальчики обычно играют, а девочки предпочитают переписываться с кем-то и просматривать ленту в социальных сетях. Онлайн-игры включают в себя различные формы общения. Геймеры часто общаются друг с другом в режиме реального времени через гарнитуру. А переписка в социальных сетях включает в себя обмен текстом и картинками. Однако даже такая простая вещь, как короткая пауза перед получением ответа, может вызвать беспокойство. Плюс ко всему, конечно, есть способ, которым социальные медиа создают иерархию среди пользователей: на это влияют количество лайков, просмотров, комментариев и подписчиков. Фотографии обрабатываются, тексты удаляются и переписываются. Все это может вызвать стресс. И исследование показало, что простое сравнение себя с другими людьми в социальных сетях повышает вероятность депрессии. И, в отличие от многих игровых систем, смартфоны портативны. Они мешают нормальному общению лицом к лицу, а также подростки часто засыпают с ними. Именно это, как было выявлено, подрывает психическое здоровье и здоровый сон. Девочки более восприимчивы, чем мальчики Действительно, использование социальных сетей оказывает влияние больше на девочек, чем на мальчиков. Они более склонны к депрессивным состояниям и часто чувствуют себя несчастными. 15% девушек, которые проводили всего около 30 минут в день в сетях, говорили о своем подавленном состоянии. Однако девочки, находящиеся в депрессии, которые тратили на просмотр ленты и общение в социальных сетях по шесть часов и больше, составили 26% от общего количества опрошенных. У мальчиков разница была менее заметна: в первом случае (30 минут в день на социальные сети) — 11%, а во втором (шесть часов и более) — 18%. Популярность и позитивные взаимодействия внутри сети, как правило, оказывают более выраженное влияние на состояние девочек-подростков. Соцсети могут стать площадкой для издевательств, позора и споров. Девочки по-прежнему сталкиваются с давлением в связи с их внешностью и телосложением, что представляет собой угрозу для психического здоровья. Заглядывая вперед Что можно с этим сделать? Родители могут прийти на помощь своим детям, а подростки — минимизировать использование социальных сетей. На самом деле по законам США люди не могут иметь и вести учетную запись или профиль от своего имени в интернете, пока им не исполнится 13 лет. Этот закон редко применяется и о нем практически никто не помнит, но родители могут настаивать на том, чтобы их дети оставались вне социальных сетей минимум до 13 лет. В России на различных сайтах тоже существуют ограничения по возрасту. Но, к сожалению, дети их легко обходят. Полностью препятствовать своему ребенку не получится, поэтому лучше объяснить, что если он хочет где-то зарегистрироваться, то вы должны сделать это вместе. И, конечно, можно настроить детский доступ ко многим ресурсам, чтобы знать, на каких сайтах ваш ребенок проводит время в интернете. Чем раньше вы к этому придете, тем будет лучше для всех. По материалам статьи «Why teen depression rates are rising faster for girls than boys» The Conversation

 11K
Наука

Полиция головного мозга

Философ-когнитивист Томас Метцингер не исключает, что в будущем настраивать химию своего мозга будет так же просто, как сейчас лечить головную боль: лекарства, улучшающие память и совершенствующие мышление, появятся в каждой аптечке. Но как в такой ситуации регулировать рынок психотропных веществ и кто вправе оценивать их пользу или вред? Нужно ли принудительно делать людей умнее или в обязательном порядке прописывать таблетки от плохого настроения? Какие состояния сознания станут нормой, а какие окажутся вне закона? Публикуем отрывок из книги «Наука о мозге и миф о своем Я. Тоннель эго» издательства «АСТ», где Метцингер формулирует вопросы, с которыми неизбежно столкнется нейроэтика будущего. Сознательное замалчивание фактов нежелательно с этической точки зрения, поскольку часто косвенным образом вредит другим людям. Человечество еще столкнется с серией проблем, история возникновения которых похожа: во-первых, известные факты сознательно замалчивались в разных местах. Затем они неожиданно всплывали в новой, более широкой форме. Теперь информацию невозможно контролировать государственным законодательством или политическими мерами отдельных стран. Это выглядит так, словно все знание, которое было подавлено, из человеческого подсознания вдруг прорвалось наружу в виде новых демонов и понемногу принялось захватывать наше жизненное пространство. Типичные примеры тому — организованная преступность, спущенная с цепи и теперь глобально действующая финансовая индустрия и изменения климата. Отношение к новым психоактивным веществам относится к тому же ряду. В настоящее время областью нейротехнических исследований, которая, скорее всего, приведет к коммерческой эксплуатации технологий сознания и быстро изменит общество, является область психотропных веществ. В целом, от них можно ожидать немало благ: мы сможем лечить психические и неврологические расстройства с помощью новых комбинаций методов визуализации, хирургии, глубокой стимуляции мозга и психофармакологии. В большинстве стран от одного до пяти процентов населения страдают серьезными психическими расстройствами. Тяжелые психические болезни часто ведут к тому, что пациенты теряют чувство собственного достоинства, и это также те болезни, в лечении которых мы меньше всего продвинулись за века (это ясно указывает на то, что наша теория сознания была неправильной). Теперь появляется реальная надежда, что новое поколение антидепрессантов и антипсихотических средств облегчит страдания больных этими старинными немочами. Но мы на этом не остановимся. В важной новой дисциплине — нейроэтике — новым ключевым словом является «когнитивное совершенствование». Речь идет о новых медикаментах, которые должны улучшать психическую производительность, то есть, по существу, лекарства, «делающие умными» и «делающие бодрыми». Мы скоро научимся совершенствовать мышление и настроение здоровых людей. В самом деле, на сцену западной культуры уже вышла «косметическая психофармакология». Если мы справимся со старческой деменцией и потерей памяти, если разработаем препараты, обостряющие внимание и удаляющие застенчивость, а то и обычную повседневную грусть, почему бы их не использовать? И к чему оставлять врачам решение, какую роль в нашем личном эскизе жизни должны играть такие медикаменты? Как сегодня можно выбрать операцию по увеличению груди, пластическую хирургию, пирсинг и другие способы изменить свое тело, так вскоре мы сможем тонко и точно настраивать химию своего мозга. Кому же решать, какие перемены обогатят нашу жизнь, а о каких придется пожалеть? Сознательное замалчивание фактов нежелательно с этической точки зрения, поскольку часто косвенным образом вредит другим людям. Человечество еще столкнется с серией проблем, история возникновения которых похожа: во-первых, известные факты сознательно замалчивались в разных местах. Затем они неожиданно всплывали в новой, более широкой форме. Теперь информацию невозможно контролировать государственным законодательством или политическими мерами отдельных стран. Это выглядит так, словно все знание, которое было подавлено, из человеческого подсознания вдруг прорвалось наружу в виде новых демонов и понемногу принялось захватывать наше жизненное пространство. Типичные примеры тому — организованная преступность, спущенная с цепи и теперь глобально действующая финансовая индустрия и изменения климата. Отношение к новым психоактивным веществам относится к тому же ряду. В настоящее время областью нейротехнических исследований, которая, скорее всего, приведет к коммерческой эксплуатации технологий сознания и быстро изменит общество, является область психотропных веществ. В целом, от них можно ожидать немало благ: мы сможем лечить психические и неврологические расстройства с помощью новых комбинаций методов визуализации, хирургии, глубокой стимуляции мозга и психофармакологии. В большинстве стран от одного до пяти процентов населения страдают серьезными психическими расстройствами. Тяжелые психические болезни часто ведут к тому, что пациенты теряют чувство собственного достоинства, и это также те болезни, в лечении которых мы меньше всего продвинулись за века (это ясно указывает на то, что наша теория сознания была неправильной). Теперь появляется реальная надежда, что новое поколение антидепрессантов и антипсихотических средств облегчит страдания больных этими старинными немочами. Но мы на этом не остановимся. В важной новой дисциплине — нейроэтике — новым ключевым словом является «когнитивное совершенствование». Речь идет о новых медикаментах, которые должны улучшать психическую производительность, то есть, по существу, лекарства, «делающие умными» и «делающие бодрыми». Мы скоро научимся совершенствовать мышление и настроение здоровых людей. В самом деле, на сцену западной культуры уже вышла «косметическая психофармакология». Если мы справимся со старческой деменцией и потерей памяти, если разработаем препараты, обостряющие внимание и удаляющие застенчивость, а то и обычную повседневную грусть, почему бы их не использовать? И к чему оставлять врачам решение, какую роль в нашем личном эскизе жизни должны играть такие медикаменты? Как сегодня можно выбрать операцию по увеличению груди, пластическую хирургию, пирсинг и другие способы изменить свое тело, так вскоре мы сможем тонко и точно настраивать химию своего мозга. Кому же решать, какие перемены обогатят нашу жизнь, а о каких придется пожалеть? Можно с уверенностью предположить, что фармакологические нейротехнологии для улучшения психической производительности здоровых людей будут совершенствоваться и что от этических проблем не удастся просто отвести взгляд, как мы поступали в прошлом с классическими галлюциногенами. Самая важная разница заключается в том, что усовершенствовать свой ум захотят намного больше людей, чем желали духовных переживаний. Как писала когнитивный нейроученый Марта Фара с соавторами еще некоторое время назад: «Вопрос уже не в том, нуждаемся ли мы в руководстве по пользованию нейрокогнитивным совершенствованием, а в том, какого рода руководство нам требуется». «Нам придется решать, какие состояния сознания следует объявить вне закона в свободном обществе» Придется ли с приходом нового поколения когнитивных стимуляторов брать предэкзаменационный анализ мочи в школах и университетах? Станут ли с появлением в широком доступе надежных оптимизаторов настроения ворчливость и ПМС на рабочем месте рассматриваться как неряшливость и запущенность, как ныне — сильный запах пота? Вопрос, который мне как философу особенно интересен, заключается в следующем: что мы будем делать, когда «препараты морального совершенствования» позволят людям вести себя более просоциально и альтруистично? Следует ли тогда принудительно оптимизировать этику каждого? Кто-то скажет, что такую динамическую систему, как совершенствовавшийся миллионами лет человеческий мозг, невозможно усовершенствовать дополнительно, не поступившись долей устойчивости. Другие возразят, что мы можем запустить процесс оптимизации в новом направлении, которое отличается от того, что пошагово смастерила в нашей осознаваемой я-модели эволюция. Стоит ли нам записываться в нейрофеноменологические луддиты? Проблема фенотехнологии имеет и этическую, и политическую сторону. В конечном счете это нам придется решать, какие состояния сознания следует объявить вне закона в свободном обществе. Законно ли, например, чтобы дети воспринимали своих родителей в состоянии опьянения? Станете ли вы возражать, если пожилые граждане или ваши коллеги по работе будут взбадривать и заводить себя новым поколением препаратов, улучшающих мышление? Как насчет поправки либидо в старческом возрасте? Приемлемо ли, чтобы солдаты, сражающиеся, возможно, за этически сомнительные цели, дрались и убивали под влиянием психостимуляторов и антидепрессантов, избавляющих их от посттравматического стрессового расстройства? Что, если новая фирма предложит каждому религиозные переживания, достигаемые электростимуляцией мозга? В вопросе психоактивных веществ нам настоятельно требуется разумная и дифференцированная наркополитика — соответствующая вызову, брошенному нейрофармакологией двадцать первого века. На сегодняшний день существует легальный и нелегальный рынок: а значит, существуют легальные и нелегальные состояния сознания. Если нам удастся провести разумную наркополитику, ее целью станет сведение к минимуму ущерба потребителям и обществу при максимальном потенциальном выигрыше. В идеале важность различия между легальными и нелегальными состояниями сознания будет постепенно уменьшаться, потому что желаемое поведение потребителя будет контролироваться культурным консенсусом и самими гражданами — как бы снизу вверх, а не сверху вниз, со стороны государства. Тем не менее, чем лучше мы станем понимать нейрохимические механизмы, тем больше — по ассортименту и по количеству — нелегальных препаратов появится на черном рынке. Я предсказываю, что к 2050 году «старые добрые времена», когда нам приходилось иметь дело всего с дюжиной-другой молекул на черном рынке, покажутся праздником. Не стоит обманываться: запреты не работали в прошлом и, как подсказывает опыт, на каждое незаконное человеческое желание на черном рынке находится товар. Если есть спрос, будет и промышленность, его обслуживающая. Мы можем увидеть в будущем, как расцветают все новые психоактивные вещества, и врачи скорой помощи будут сталкиваться с ребятишками, сидящими на наркотиках, которые врачам не знакомы даже по названию. Незаконные психоактивные вещества, применяемые в основном для расслабления на вечеринках, показывают, насколько быстро может идти такое развитие. В первом немецком издании этой книги (вышедшем в 2009-м) я осторожно предсказывал, что скоро число запрещенных веществ на рынке резко возрастет. За три года после этого предсказания только в Европе было обнаружено сперва 41, затем 49, а в 2012 уже 73 вида синтетических наркотиков, совершенно неизвестных прежде. Сейчас уже видно, что общая тенденция, выраженная в этом предсказании, не прерывается: в следующем году было обнаружено впервые 81 психоактивное вещество, в 2014 их насчитывалось 101. Просматривая годовые отчеты Европола и Европейского центра мониторинга наркотиков и наркомании, можно оправданно заключить, что ситуация полностью вышла из-под контроля. Однако то же относится и к «подстегиванию мозгов» рецептурными препаратами. Как только появится по-настоящему действенный препарат, улучшающий работу мозга, не сработают самые строгие формы контроля по его применению. Сейчас уже существуют сотни нелегальных лабораторий, которые немедля скопируют соответствующую молекулу и выбросят ее на нелегальный рынок. Глобализация, Интернет и современная нейрофармакология вместе взятые представляют собой вызов наркополитике. Например, легальная фармоиндустрия прекрасно знает, что с пришествием интернет-аптек государственные силовые ведомства уже не в силах контролировать неврачебное использование таких психостимуляторов, как риталин и модафинил. Настанет день, когда мы не сможем отделаться от этого вызова отрицанием, дезинформацией и пиар-кампаниями, так же как законодательными мерами и драконовскими санкциями. Мы уже дорого платим за статус-кво в злоупотреблениях лекарственными средствами и алкоголем. Между тем возникают новые вызовы, а мы не выполнили нашего домашнего задания. […] Мы еще не смогли убедительно оценить внутреннюю ценность искусственно вызванных состояний сознания, а также рисков и благ, которые они несут не только отдельным гражданам, но и обществу в целом. Мы просто не смотрели в эту сторону. Не интегрировать подобные вещества в нашу культуру, объявить их вне закона, тоже грозит ущербом: к ним не будет доступа у занимающихся духовными практиками и серьезно изучающих теологию и психиатрию; молодежь вступит в контакт с преступным миром; люди будут экспериментировать с неизвестными дозами в небезопасных условиях; особо уязвимые личности могут в таких условиях небезопасно себя повести или серьезно травмироваться при панических эпизодах или эпизодах высочайшей тревожности, а также у них могут развиться долговременные психотические реакции. Все, что бы мы ни делали, имеет последствия. Это относится как к проблемам прошлого, так и к вызовам, с которыми мы столкнемся в будущем. «В нашем конкурентном и беспощадном обществе очень немногие ищут глубоких духовных переживаний. Люди хотят остроты ума, сосредоточенности, эмоциональной устойчивости и харизмы» Рассмотрим риск психотических реакций. Выполненное в Соединенном Королевстве обзорное исследование оценило опыты с ЛСД в клинической работе, охватив около 4300 человек и около 49 500 сессий с ЛСД. Уровень самоубийств составил 0,7 на тысячу пациентов; несчастные случаи — 2,3 на тысячу; психозы, продолжавшиеся более сорока восьми часов, — 9 на тысячу (причем две трети полностью от них оправились). Еще одно исследование, проверявшее присутствие психотических реакций по анкете, разосланной проводившим контролируемые эксперименты с ЛСД ученым, показало, что 0,08% из пяти тысяч волонтеров испытывали психиатрические симптомы, длившиеся больше двух суток. В последнее время исследователи продвинулись в контроле над такими нежелательными реакциями путем тщательного наблюдения и подготовки. Тем не менее лучше держаться консервативных оценок и ожидать девять длительных психотических реакций на тысячу пациентов. Теперь предположим, что берется группа в тысячу тщательно отобранных граждан, и им предлагается законно вступить в царство феноменальных состояний, открытых псилоцибином, как в двух недавних псилоцибиновых опытах Роланда Гриффита с соавторами. Поскольку псилоцибин в этом отношении очень близок к ЛСД, эмпирические данные позволяют предположить, что у девятерых проявятся серьезные, продолжительные психотические реакции, которые у троих из них сохранятся более чем на 48 часов, возможно, с пожизненными нежелательными последствиями. 330 граждан оценят этот опыт как уникальное, наиболее духовно значимое переживание своей жизни; 670 скажут, что это было самое значимое переживание их жизни или причислят его к пяти наиболее значимым переживаниям. Кто перевесит — 9 или 670? Допустим далее, что отдельные граждане решат рискнуть и потребуют законного, максимально безопасного доступа в пространство этих феноменальных состояний. Следует ли государству вмешаться из этических соображений, возможно решив, что граждане не вправе рисковать своим психическим здоровьем и потенциальной возможностью стать обузой для общества? Тогда нам пришлось бы немедленно запретить алкоголь. А если эксперты-юристы скажут, что, как и со смертным приговором, одно неверное решение, одна стойкая психотическая реакция — уже перебор, что совершенно неэтично так рисковать? А если социальные работники и психиатры возразят, что решение вывести такие эксперименты за рамки закона увеличит общее число серьезных психиатрических осложнений среди населения и сделает их невидимыми для статистики? Если церковь официально заявит (в полном соответствии с основной теорией редуктивного материализма), что эти переживания — «не-дзен» — не настоящее, только явление, не имеющее эпистемической ценности? Вправе ли гражданин свободного общества сам искать ответа на этот вопрос? Сочтем ли мы существенным, если соотношение риска к выгоде будет гораздо выше, скажем 80 к 20? Что, если граждане, не интересующиеся духовными проблемами, решат погрузиться в чистый «пустой» гедонизм, насладиться «истигкайтом» Мейстера Эккарта просто забавы ради? Что, если впоследствии ультраконсервативные верующие вместе со стареющими хиппи, твердо держащимися за веру в «психоделическое причастие», сочтут себя глубоко оскорбленными чисто развлекательным, гедонистическим применением подобных веществ и станут протестовать против богохульства и профанации? Все это — конкретные примеры этических вопросов, на которые мы пока не нашли нормативных, общепринятых ответов. Мы еще не выработали разумного способа обращения с этими веществами — стратегии минимизации риска, дающей людям возможность насладиться потенциальными благами. Мы только и сумели, что отгородиться от соответствующей доли феноменального пространства состояний, сделав практически невозможными в большинстве стран академические исследования и разумную оценку рисков. Это демонстрирует не только слабость правовой культуры, но и, быть может, влечет за собой более низкий жизненный стандарт по отношению к собственному сознанию. Мы не выполнили домашнего задания, и потому рушатся жизни. Цена за отрицание может возрасти. Разрабатываются новые психоактивные вещества галлюциногенного типа […] — они выходят на черный рынок без клинической проверки, и число их все возрастает. Это еще старые (и «простые», потому что легко решаемые) проблемы, невыполненное домашнее задание 1960-х. Сегодня структура спроса меняется, технология становится все точнее и рынок расширяется. В нашем сверхбыстром, все более конкурентном и беспощадном современном обществе очень немногие ищут глубоких духовных переживаний. Люди хотят остроты ума, сосредоточенности, эмоциональной устойчивости и харизмы — всего, что ведет к профессиональному успеху и облегчает стресс, связанный с жизнью на скоростной полосе. Осталось немного Олдосов Хаксли, зато возник новый демографический фактор: в богатых обществах люди живут долго как никогда — и хотят не только продолжительности, но и качества жизни. Большие фармацевтические предприятия об этом знают. Все слышали про модафинил, а кое-кто и о том, что он уже применяется в Ираке, а на подходе еще, по меньшей мере, сорок молекул. Да, тут много лишней шумихи, и паникерство, несомненно, неуместно. Однако технология никуда не денется, и она совершенствуется. Крупные фармацевтические компании, пытаясь элегантно обойти границы между легальными и нелегальными средствами, втихомолку разрабатывают множество новых препаратов: они уверены, что стимуляторы мыслительных процессов в будущем принесут им большие прибыли за счет «немедицинского применения». Например «Цефалон», изготовитель модафинила, сообщил, что примерно 90% препарата выписывается для применения не по назначению. Распространившиеся в последнее время интернет-аптеки создали новый мировой рынок сбыта этой продукции и новые инструменты для неофициальных долговременных исследований с многочисленными испытуемыми. Современная нейроэтика должна будет создать новый подход к наркополитике. Ключевой вопрос состоит в том, какие состояния мозга считать легальными. Какие области пространства феноменальных состояний должны быть (если должны) объявлены вне закона? Важно не забывать, что во всех культурах тысячелетиями использовали психоактивные вещества, чтобы вызывать особые состояния сознания: не только религиозный экстаз, расслабленную веселость и повышенное внимание, но и простое, тупое опьянение. Новый фактор в том, что инструменты совершенствуются. Поэтому нам предстоит решать, какие из этих измененных состояний следует вписать в нашу культуру, а каких избегать любой ценой. В свободном обществе следует стремиться к максимальной независимости гражданина. Либеральное западное понимание демократии требует в отношении психоактивных веществ права на психическое самоопределение, которое также закреплено в конституции. Однако суть проблемы состоит в том, чтобы ограничивать этот основной либеральный принцип, приводя разумные и этически убедительные доводы. «Нейроэтика должна учитывать не только физиологическое воздействие вещества на мозг, но и взвешивать психологический и социальный риск» Я против легализации классических галлюциногенов, таких как псилоцибин, ЛСД и мескалин. Это правда, что они не вызывают пристрастия и проявляют очень небольшую токсичность. Тем не менее сохраняется риск их применения в небезопасных условиях, без необходимых знаний и компетентного наблюдения, и риск этот слишком велик. Простое требование легализации, во-первых, слишком широко и, во-вторых, слишком дешево стоит, отчего такое требование зачастую исходит от людей, которым не придется платить за последствия его исполнения. Вот в чем состоит настоящая проблема: с одной стороны, совершенно ясно, что в свободной стране каждый гражданин в принципе должен иметь доступ к описанным выше состояниям сознания, хотя бы для того, чтобы составить собственное независимое мнение. Но по зрелом размышлении приходится признать, что большинство людей, принимающих политические и законодательные решения, по этой причине (отсутствие такого мнения) вовсе не понимают, о чем идет речь. С другой стороны, мы должны быть готовы расплатиться за доступ к этим весьма необычным субъективным переживаниям и за соответствующий рост индивидуальной свободы. Новый культурный контекст не возникает сам собой. Поэтому нам придется вложить в развитие новых, разумных способов обращения с психоактивными веществами творческий подход, разум, деньги и много труда. Можно, например, разработать подобие «водительских прав», требующих для допуска к веществам особой психиатрической оценки личных рисков, теоретического экзамена и, возможно, пяти «уроков вождения» под наблюдением профессионала и в безопасных условиях. Тем, кто сдаст на такие права, можно, например, разрешить легальную покупку двух однократных доз классического галлюциногена в год для персонального использования. Эту модель можно понемногу оттачивать очень избирательно и, главное, основываясь на опыте, а впоследствии, возможно, модифицировать эту процедуру для когнитивных стимуляторов и других классов веществ. Это даст лишь начальную точку долгого развития, и, конечно, существует много других разумных стратегий. Главное, что после десятилетий застоя и перед лицом непрерывного ущерба общество начинает развиваться. С учетом сказанного мы должны принять трезвый взгляд на проблему. Нам следует свести к минимуму цену, которую мы выплачиваем смертями, пристрастиями и ущербом, возможно наносимым нашей экономике за счет, скажем, заметного падения производительности. Однако вопрос не только в том, как защитить себя; нам следует оценить также скрытые блага, которые психоактивные вещества могут дать нашей культуре. В некоторых профессиях — подумайте, например, о министре финансов, пилоте дальнего следования, стрелке, экстренном хирурге — повышение на время концентрации и психической производительности послужит всеобщим интересам. Следует ли в принципе запрещать такие духовные переживания, какие вызываются некоторыми классическими галлюциногенами? Приемлемо ли закрывать серьезным студентам теологии и психиатрии доступ к таким измененным состояниям сознания? Допустимо ли вынуждать всякого, кто ищет ценных духовных или религиозных переживаний — или просто хочет попробовать сам, — нарушать закон и рисковать, принимая неизвестные дозы неочищенных веществ в опасной обстановке? Многие аспекты текущей наркополитики произвольны и этически не продуманы. Этично ли, например, рекламировать такие опасные, вызывающие пристрастие вещества, как алкоголь и никотин? Следует ли правительству, облагая такие вещества налогами, наживаться на самоубийственном поведении граждан? Следует ли разрешать фармацевтической индустрии напрямую, без посредства врача, продавать такие вещества, как риталин и модафинил (как в Новой Зеландии и США)? Нам потребуются точные законы, охватывающие каждую молекулу и ее нейрофеноменологические свойства. Нейроэтика должна учитывать не только физиологическое воздействие вещества на мозг, но и взвешивать психологический и социальный риск в сравнении с внутренней ценностью переживаний, производимых тем или иным состоянием мозга, — а это сложная задача. Она станет проще, если мы сумеем установить основополагающее моральное согласие, поддерживаемое большей частью населения — теми гражданами, ради которых вырабатываются правила. Власти не должны лгать своей целевой аудитории; им, скорее, следует заботиться о восстановлении доверия, особенно молодого поколения. Регулировать черный рынок труднее, чем легальный, а политические решения обычно действуют на потребителя гораздо слабее, чем культурный контекст. Одни законы тут не помогут. Чтобы справиться с вызовами, представляемыми новыми психоактивными веществами, понадобится новый культурный контекст.

 7.3K
Жизнь

Невероятные истории жизни людей, которые стали жертвами крушения Титаника

Одной из самых больших трагедий начала XX века стало крушение самого мощного на тот момент лайнера — Титаника. Всего на борту помещалось почти 3500 человек вместе с экипажем. Спасательные шлюпки были рассчитаны почти на треть из тех, кто находился на корабле. Если бы при аварии лодки были максимально заполнены, то удалось бы спасти гораздо больше пассажиров. Но, несмотря на суровые условия Атлантического океана, некоторым людям все уже удалось выжить. Титаник вышел в свой первый и единственный рейс 10 апреля 1912 года. Всего на борту было 1317 пассажиров и 908 членов экипажа. Прибытие в Нью-Йорк было запланировано на 17 апреля. Однако ночью 15 числа корабль наткнулся на ледовик, получил несколько огромных пробоин и начал постепенно идти ко дну. В шлюпки в первую очередь сажали женщин и детей, а также людей из первого класса. К сожалению, многие погибли именно из-за того, что людей делили на классы даже в такой страшной трагедии. В этом крушении Титаник унес вместе с собой под воду жизни почти 1500 человек. Всего 712 людям удалось спастись. Те, у кого получилось выжить, считаются счастливчиками. Чарльз Джуфин, главный пекарь корабля Джуфин попал на Титаник в возрасте 30 лет. За свою службу на тот момент он раз в месяц получал 12 фунтов и был одним из сотрудников, которые зарабатывали больше всего. В момент аварии Чарльз отдыхал в своем номере, но дал указания своим подчиненным отдать несколько десятков булок хлеба в спасательные лодки. После этого он вернулся к себе и выпил спиртного. Затем он пришел на палубу, чтобы помогать людям. Его отправили в шлюпку №10, но он отказался спасаться вместе с женщинами и детьми и ушел к себе в номер за выпивкой. После его второго возвращения на палубу лодок больше не было, и он стал помогать другим людям просто выбрасывать лежаки за борт, чтобы была возможность хоть за что-то ухватиться в бушующем океане. Когда лайнер раскололся на две части и стал погружаться в воду, Джуфину удалось отплыть от тонущего корабля. Существует мнение, что именно выпитый алкоголь помог ему не впасть в панику и выжить. Некоторые люди умирали после нескольких минут нахождения в ледяной атлантической воде. Чарльз же пробыл там целых два часа, затем залез на перевернутую лодку и ждал спасения. Его, как и всех остальных выживших жертв крушения, спасла команда корабля «Карпатия». Впоследствии сам пекарь говорил, что у него все было нормально, если не считать его ног, которые распухли от ледяной воды. Чарльз Герберт Лайтоллер, второй помощник капитана Лайтоллер дежурил вечером перед аварией. На момент столкновения он спал в своей каюте. Его разбудили сильный скрежещущий звук и вибрация от столкновения. Он моментально выскочил на палубу прямо в пижаме. В ходе разговора с третьим помощником они пришли к выводу, что корабль натолкнулся на что-то в воде. Он вернулся к себе в каюту, оделся и убедил капитана начинать спускать шлюпки на воду. У Чарльза Герберта был неоднократный опыт морских крушений за всю его карьеру. Он знал, как нужно себя вести и что именно делать. Второй помощник капитана помогал женщинам и детям садиться в шлюпки и даже угрожал пистолетом мужчинам, которые пытались занять лодку №2. Чарльз получил прямой приказ от первого помощника капитана покинуть корабль вместе с женщинами и детьми в шлюпке №2, но он намеренно ослушался его. Вместо это он просто выбросил за борт складную шлюпку. Когда корабль начал тонуть, его чуть не засосало в вентиляционную шахту, однако ему удалось выбраться. После этого его спасла та складная лодка, которую он предварительно выбросил за борт. Но в ней оказалось слишком много пассажиров, и она начала медленно тонуть. Из-за этого Лайтоллеру пришлось перебраться в шлюпку №12. После того, как прибыл спасательный корабль, Чарльз отказался подниматься на борт лайнера, пока все пассажиры и члены экипажа не будут в безопасности. В итоге он остался последним выжившим, которого нужно было спасать. Несмотря на свое состояние, холод и усталость он контролировал процесс спасения всех своих людей. Эдвард и Этель Бин, молодожены Молодая семейная пара решила провести свой медовый месяц на величайшем корабле того времени — Титанике. Когда они покупали билеты, рассчитывая на шикарный отдых, никто из них не знал, что всего через несколько дней им придется пережить катастрофу, которая навсегда изменит жизни тысячи людей. После того, как Титаник столкнулся с айсбергом, Эдвард, как и другие мужчины, остался на тонущем корабле. А Этель села в шлюпку с другими женщинами. Невозможно даже представить, что им пришлось пережить при прощании. Они думали, что больше никогда друг друга не увидят. Их медовый месяц превратился из приятного отдыха в настоящий кошмар. Но они — одни из тех, кому удалось вместе выжить в страшной катастрофе. Этель осталась в спасательной шлюпке, а Эдварду пришлось прыгнуть в ледяную воду, когда лайнер начал уходить под воду. Затем его подобрала другая спасательная лодка, и влюбленной паре удалось воссоединиться уже на борту корабля «Карпатия». Это одна из пугающих историй со счастливым концом. Но, к сожалению, на Титанике не всем повезло так, как молодоженам Бин. Беспризорники Титаника Когда ночью 15 апреля в панике мужчины сажали своих женщин и детей в спасательные шлюпки, никто не думал о том, чтобы спасти себя. Все старались просто дать шанс на жизнь хотя бы своим детям. Так один из мужчин посадил в складную шлюпку D двух своих маленьких сыновей. Ответственность за них взяла молодая девушка, которая находилась в спасательной лодке. Ее звали Мэри Келли. Она утешала детей песней, чтобы они не плакали. Мальчикам удалось спастись, но их имена оставались неизвестными. Их назвали «беспризорниками Титаника». По прибытии в Нью-Йорк о них начали писать в газетах, потому что думали, что дети остались сиротами, ведь их отец погиб на корабле. Но была надежда, что кто-то из семьи малышей все же откликнется и заберет их. Вскоре их нашла мать, Марсель Навратил, француженка. Оказалось, что мальчиков звали Мишель и Эдмонд Роже. Отец похитил их и пытался увезти от матери. На судне он был под выдуманным именем Луи Гофман. Мать приехала за детьми в Америку и забрала с собой во Францию. Ричард Уильямс Робертс, теннисист Молодой спортсмен был на борту корабля вместе со своим отцом, Чарльзом Дуэйном Уильямсом. Ричард был зачислен в Гарвардский университет, но прежде чем начать обучение, он собирался принять участие в теннисном турнире в США. После столкновения лайнера с айсбергом отец и сын не пытались спастись на шлюпках. Они отправились в спортзал, чтобы поговорить с тренером и другими пассажирами. После разлома лайнера на две части мужчинам пришлось прыгать в ледяную воду. К сожалению, отец молодого теннисиста не выжил, его засосало в образовавшуюся воронку на глазах у сына. Волна вытолкнула Ричарда к складной лодке, которая спасла ему жизнь. Затем ему удалось попасть в шлюпку №14, откуда он был спасен членами экипажа «Карпатии». В этом кораблекрушении молодой теннисист получил серьезные травмы ног. Но это не помешало ему в последующие годы стать чемпионом Америки в одиночном разряде, а также двукратным чемпионом Уимблдона среди мужчин. В 1924 году он стал призером Олимпийских игр. Он потерял очень многое на Титанике, но это не заставило его опустить руки, а наоборот, придало сил для новых побед.

 6.6K
Наука

Ученые выяснили, что можно жить с половиной мозга

Насколько реально жить человеку с половиной головного мозга? На этот вопрос нашла ответ группа исследователей Калифорнийского технологического института в прошлом году, проанализировав мозг шести добровольцев в возрасте от 20 до 30 лет. Все они прошли через непростое испытание гемисферэктомии — это редчайшая операция по удалению половины мозга. Вы удивитесь еще больше, узнав, что подобный опыт в медицине появился еще в конце XIX века. Показаниями для нее и по сей день, как правило, считаются экстремальные эпилептические припадки — операция помогает контролировать эти процессы. После ее проведения у пациента снижается количество судорог, либо они пропадают вовсе. Эксперимент в Калифорнии Эту информацию нужно хорошенько переварить, прежде чем она уложится в голове, но отличить человека с отсутствующей половиной мозга от того, у которого есть оба полушария, очень непросто, потому что практически все функции головного мозга после операции работают в прежнем режиме. Исследователи из технологического университета в Калифорнии провели МРТ для здоровых людей с обоими полушариями и для тех, кто подвергался гемисферэктомии. В результате выяснилось, что у так называемых «однополушарных» испытуемых практически все функции, включающие в себя речь, зрение и многое другое, работают не хуже, чем у здоровых людей. Кроме того, так удалось понять, что наш мозг не просто может адаптироваться к новым условиям, но и компенсировать утраченные органы без потери функциональности. В 2014 году мальчику с запущенной формой эпилепсии на момент проведения операции было всего семь лет — других шансов на выживание практически не было. Ему удалили часть правой затылочной и часть височной доли головного мозга. Как мы знаем, наш мозг работает «перекрестным» путем: например, левое полушарие отвечает за правую сторону визуально воспринимаемой информации, а правое — за левую. В результате орган «объединяет» полученную информацию, и мы видим «полную картину». Мозг юного пациента смог приспособиться — система зрения мальчика адаптировалась, и в результате работала по принципу панорамного снимка. Именно так юноша воспринимал изображение. Еще одним удивительным примером стали результаты сканирования мозга 29-летней девушки, исходя из которых выяснилось, что у организма недостаточно ресурсов для восприятия запахов. При этом, что примечательно, ее обоняние было лучше, чем у любого другого человека — феномен до сих пор остается загадкой, но совершенно ясно то, что мозг, выстраивая нейроцепочки, смог заместить неработающие центры. Следовательно, «обязанность» за распознавание запахов взяла на себя другая часть мозга, не «профилирующая». Как проходит операция? Полушария головного мозга разделены глубоким желобом, однако взаимодействуют через толстую «нервную полосу» — мозолистое тело. У каждого полушария есть четыре «лепестка». Во время операции хирург разрезает кожу головы, после — достает небольшой кусок черепной кости, чтобы добраться до самого мозга. Вслед за этим доктор отодвигает часть твердой оболочки головного мозга и берет части полушария, в которых начинаются судороги — чаще всего это височные доли. Наконец, он разрезает мозолистое тело, чтобы полушария не могли больше посылать друг другу сигналы — следовательно, если в больном полушарии начнется очередной припадок, он не сможет поразить другое, здоровое, которое будет развиваться и дальше без опасности повторного травмирования из-за судорог. Соответственно, после этого нейрохирург «собирает» всю эту конструкцию обратно и сшивает. Помимо стандартных рисков для любых операций, в числе которых инфекция, кровотечение или аллергия на анестезию, у гемисферэктомии есть свои, специфические. Во-первых, это может быть потеря чувствительности на одной стороне тела. Например, если операция проводилась на левой стороне вашего мозга, вы можете потерять чувствительность правой стороны тела, и наоборот. Также к рискам относят потерю зрения и образование жидкости на мозге, которая может в дальнейшем потребовать проведения шунтирования. Реабилитация после операции И тут снова время удивляться! Давайте проиграем еще раз простым языком: пациента укладывают в больницу, обследуют на протяжении длительного периода времени, после чего доктор в буквальном смысле вынимает у своего подопечного мозги. И сколько же ему нужно времени для того, чтобы восстановиться? Считаем. Сразу после операции больной находится в реанимации день-два, после чего лежит в обычной палате еще три-четыре дня. Швы или скобы снимут еще через пару недель, в которые могут проявиться головная боль, проблемы с концентрацией, забывчивость, онемение в области головы, тошнота, мышечная слабость, отек глаз и общее ощущение подавленности. Тем не менее, в среднем большинство людей возвращаются к привычному укладу жизни с походами на работу или в школу примерно через шесть-восемь недель после операции. Конечно, лекарства от судорог потребуется принимать и после выписки на протяжении еще пары лет — даже в случае, если у пациента отсутствуют жалобы или симптомы рецидива. Когда нужно прекращать прием препаратов, может сказать только врач. Зарубежное издание Vice опубликовало историю 22-летней писательницы Аманды Колдуэлл, которая пережила гемисферэктомию. Она — девушка с активной гражданской позицией и дикой жаждой жизни, работает в студенческом самоуправлении. Ее цель жизни — стать профессионалом своего дела и получить награды в области художественной литературы в старшей школе. «Люди действительно не видят мою инвалидность. Когда они видят, как я иду, и замечают что-то странное, то думают, что у меня, возможно, был инсульт. Они не знают, что мне удалили половину моего мозга», — пишет Аманда. И она такая не одна — в мире есть много людей, у которых нет части или половины головного мозга на всей территории США, и многие из них — магистранты престижных колледжей и спортсмены. Мозг показывает поразительную способность к регенерации и замещению функций. Саму операцию делают, поскольку порой приступы могут доходить до такой частоты, что ребенок не развивается должным образом, так как мозг никогда не находится в состоянии покоя — об этом рассказывает доктор Мазерн. Такая же участь постигла и Аманду Колдуэлл, которая все детство страдала от судорог, часто три-четыре раза за день. Бедняжка пережила церебральный паралич, потом эпилепсию, и в пять лет после 20-минутного приступа с пеной изо рта оказалась в больнице. Так решено было проводить операцию по гемисферэктомии. После операции приступов у Аманды уже не было, но выздоровление не далось легко. Девочке удалили левое полушарие, она должна была заново научиться контролировать правую сторону своего тела, но что интересно, речь сохранилась вопреки множеству обратных случаев пациентов с левосторонней гемисферэктомией. Конечно, послеоперационный период — это всегда непросто. На адаптацию головного мозга к новым условиям влияет огромное количество факторов, в числе которых и возраст. Сейчас исследователи из Калифорнии, о которых мы рассказывали в начале, пытаются понять, как именно проходит восстановительный процесс в голове после травм, операций и инсультов, и каким образом мозг «компенсирует» недостающие части. Но в конечном итоге одно известно точно: даже без половины мозга все мы способны вести такой же образ жизни, как и те люди, у которых мозги на месте. Буквально.

 6.5K
Жизнь

Ганс Христиан Андерсен — великий сказочник, навсегда оставшийся в детских сердцах

Один из известнейших детских писателей Ганс Христиан Андерсен вырос в простой семье, у него было сложное детство, не менее трудная юность, что, несомненно, отразилось на его произведениях. Рассказы и сказки Андерсена не всегда переводились дословно, зачастую это были вольные пересказы, в которых опускались самые тяжелые моменты. Откуда этому взяться в детских сказках? Начнем с того, что Ганс Христиан обижался, когда его называли детским писателем, ведь он считал себя автором для взрослых. Детей писатель то ли не любил, то ли просто стеснялся. Возможно, это было связано с его трудным детством, а может быть, он всю жизнь чувствовал себя ребенком. Бытует мнение, что сказки просто замещали автору отсутствие нормального детства. Андерсен родился 2 апреля 1805 года. Его отец работал башмачником, а мать — прачкой. Никаких предпосылок для того, чтобы мальчик стал знаменитым, не было. Бедная семья, небольшой город Оденсе на датском острове Фюн, скромная внешность, ранимая натура — все это не помогало ребенку почувствовать себя необычным, способным на что-то особенное. Правда, в некоторых источниках говорится, что как-то раз гадалка рассказала матери Ганса Христиана о его будущем успехе. Хотя о жизни Андерсена многое известно, до сих пор можно услышать о нем разнообразные слухи. Поговаривают, что Ганс Христиан был потомком короля, бастардом Кристиана VIII. Такие подозрения возникли из-за того, что в детстве писатель якобы дружил с сыном короля. По крайней мере, он указывал этот факт в своей биографии. Долговязый мальчуган рос нервным и чрезвычайно эмоциональным, нелегко давалось ему общение со сверстниками. Любовь к сказкам Андерсену привил отец, который читал ему детские рассказы. В детстве мальчик дружил в основном с куклами, которых для него изготавливал отец. Когда Гансу было 11 лет, отец умер. В 14 лет Андерсен решил отправиться в Копенгаген. На расспросы матери о цели поездки он отвечал, что хочет стать знаменитым. Правда, как этого добиться, он тогда не знал. Ганс с малых лет увлекался театром, он сам писал пьесы, разыгрывал их в своем маленьком кукольном театре. Но с этим увлечением не сложилось. Из-за внешности его брали лишь на эпизодические роли. Когда прекрасный голос парня (единственное, из-за чего ему разрешали выступать) начал меняться, он и вовсе перестал быть нужным. И вдруг Андерсену улыбнулась удача в виде знакомства с Йонасом Коллином. Йонас был государственным деятелем, в период правления короля Фредерика VI заведовал казной. Он-то и посоветовал правителю оплатить обучение Андерсена. Это произошло после того, как был опубликован один из рассказов начинающего писателя. С подачи покровителя Ганс отправился на обучение в гимназию, расположенную недалеко от Копенгагена. Но там закончить обучение не удалось. Андерсен подвергался травле, над ним издевались и ученики, и учителя. Парень ненавидел это время, долго еще с содроганием вспоминал, как его критиковал ректор. Ганс плохо учился, да и всю оставшуюся жизнь делал серьезные ошибки. Некоторые исследователи указывают на то, что писатель страдал дислексией. В конце концов Йонас забрал его из школы. После этого Андерсена перевели на домашнее обучение. Первый заметный успех ожидал начинающего писателя в 1829 году, когда был опубликован его первый приключенческий рассказ. Свои сюжеты он часто брал из личных переживаний. Сказка про гадкого утенка в целом отражает события жизни писателя. А больше всего он любил рассказ о русалочке, который считал весьма трогательным. Тем более, что он также перенес своеобразную потерю голоса. Чуть позже Андерсен получает королевский грант, после чего едет в путешествие. Впервые отправившись в путь, он больше года провел в разъездах. Из всех стран писателю больше всего приглянулась Италия. Сын башмачника и прачки большую часть жизни провел в путешествиях. Он писал сказки, рассказы и даже романы. Вскоре начали печататься целые сборники произведений ранее никому не известного датского автора. Популярность Ганса Христиана стремительно растет. Сначала он был знаменит только на родине, но вскоре его полюбили и за пределами Дании. В середине 40-х годов писатель путешествовал по Европе, где его принимали как почетного гостя. Однако публиковали сказки Андерсена в пересказе, что было связано с их особенностями — мрачные и тяжелые для детей моменты попросту пропускали. В нашей стране его произведения также были немного урезаны. Однажды Гансу посчастливилось получить автограф Пушкина. В Швейцарии он познакомился с русскими девушками, которые пообещали достать автограф великого писателя. Обещание им удалось исполнить лишь спустя несколько лет. Андерсену досталась страница из тетради русского классика, где его рукой были написаны черновики стихотворений. В окружении великого сказочника были влиятельные люди. Например, в Англии писатель познакомился с Чарльзом Диккенсом. Он дружил с Марией Федоровной, датской принцессой, ставшей матерью последнего российского императора. Ганс был одним из тех, кто провожал Марию Федоровну, когда она покидала страну и отправлялась в Россию. Говорят, что он предрекал принцессе тяжелую судьбу. Если это правда, то пророчество сбылось. Что касается личной жизни Андерсена, то здесь литературоведы затрудняются дать однозначный ответ. Известно, что писатель был увлечен Дженни Линд, а возможно, что и Риборг Войт, на что указывают обнаруженные не так давно письма. Возлюбленные не отвечали писателю взаимностью. Почему он так и не создал семью? На этот вопрос нет достоверных ответов, сплошные догадки. Ганс отличался чрезмерной тревожностью. Детские эмоциональность и нервозность постепенно переросли в нечто большее. Многие литературоведы утверждают, что у писателя было большое количество фобий, некоторые из них отличались странностью. Например, опасаясь пожара, Андерсен не уезжал в поездку без веревки, по которой он мог бы спуститься из окна в случае опасности. У Ганса Христиана было много странных страхов. Один из них — боязнь мебели. Особенно автор опасался кроватей, считая, что из-за них может погибнуть. Умер писатель от рака 4 августа 1875 года, но за три года до этого он упал с кровати, был сильно травмирован. Травмы он лечил последующие три года, до самой смерти. Первый памятник писателю поставили до его смерти. Для этого провели конкурс среди архитекторов и выбрали самый подходящий проект. Но Андерсену памятник не понравился, поскольку он изображал великого сказочника, окруженного детьми. Тогда было решено убрать детей, остался один писатель с книгой в руках. Недавно исследователи творчества Ганса Христиана Андерсена обнаружили неизвестную ранее сказку под названием «Сальная свеча». Рукопись была найдена в архиве города Оденса, где родился писатель. Принадлежность перу писателя подтверждена. Уже известно, что Андерсен написал сказку в детстве.

 5.8K
Искусство

Лимерик — английская литература

Вы когда-нибудь бывали в Ирландии? На западе страны расположен третий по численности населения город — Лимерик. Первые поселения возникли там еще три тысячи лет назад, и сегодня он интересен туристам средневековыми достопримечательностями XIII века. Но знаменитым этот город стал благодаря забавным пятистишиям, которые носят его название. История происхождения лимериков — шуточных стихотворений из пяти строк — связана с куплетами, которые пели солдаты во время прохождения службы при Людовике XIV (XVII — XVIII вв.). В те времена был обычай придумывать шуточные песенки, припевом которых всегда становилась фраза «Will you come up to Limerick?» («Вы приедете в Лимерик?»). Первым человеком, выпустившим сборник лимериков собственного сочинения в 1846 году, был английский поэт Эдвард Лир. Книга называлась «Чепуха» («Book of Nonsense»). Благодаря ему в XIX веке лимерики стали популярны среди детей и взрослых. Лир написал 212 лимериков, сюжет большинства из которых был забавно-абсурдного характера. В то время в книгах они сопровождались такими же абсурдными картинками. There was an Old Man of Peru, Who dreamt he was eating his shoe. He awoke in the night In a terrible fright And found it was perfectly true! Однажды увидел чудак Во сне, что он ест свой башмак. Он вмиг пробудился И убедился, Что это действительно так. Особенность лимериков в том, что четкая и строгая композиция наполнена комичным сюжетом и шутливой «напевностью». Стих состоит из пяти строк по схеме ААВВА: первая, вторая и пятая строки рифмуются друг с другом, третья и четвертая имеют свою рифму. Один старикашка на рынке (А — трехстопный амфибрахий) Уснул в разноцветной корзинке. (А — трехстопный) «Усну здесь навечно!» — (В — двустопный) Сказал он беспечно (В — двустопный) И снял аккуратно ботинки. (А — трехстопный) Перевод на русский язык часто неточно передает смысл оригинального стихотворения. В этом заключается главная сложность: лимерик — непереводимая игра слов или переводимая игра формы? Существуют определенные правила содержания лимерика: первая строчка — информация о главном герое и месте его проживания; вторая строчка — особенности героя, его главные черты или необычные действия; следующие строки — окончание приключений героя. There was a Young Lady of Niger, Who smiled as she rode on a tiger; They returned from the ride With the Lady inside, And the smile on the face of the tiger. Одна хохотушка-девица Любила кататься на львице. Признаться вам честно — Девица исчезла, Зато улыбается львица. Интерес к лимерикам главным образом заключается в том, что фактически их нельзя перевести — в каждом языке существуют свои нелепости, бессмыслицы, абсурдности, непереводимые особенности. Переводчики вынуждены воссоздавать каждое стихотворение на своем родном языке. Однако нельзя говорить, что оригинальные лимерики сочиняются только на английском языке. Писатель Борис Акунин в своих произведениях об английском профессоре Николасе Фандорине сочиняет лимерики от лица главного героя. Пройдоха и ловкий каналья, А также законченный враль я. Одна мне отрада Бродить до упада По диким степям Забайкалья. Летят перелетные птицы, Чтоб вовремя с Севера смыться. Но я же не гусь, Я здесь остаюсь. На кой мне нужна заграница? Жених, ошалевший от счастья, Вскричал: «Налобзаюся всласть я!» Стал он шлепать невесту По мягкому месту И сломал себе оба запястья.

Стаканчик

© 2015 — 2019 stakanchik.media

Использование материалов сайта разрешено только с предварительного письменного согласия правообладателей. Права на картинки и тексты принадлежат авторам. Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 16 лет.

Приложение Стаканчик в App Store и Google Play

google playapp store