6 документальных фильмов о мозге и сознании

Лучшие научно-популярные фильмы и сериалы о том, как нейронауки переопределяют понятие человека. Исследования мозга остаются одним из самых многообещающих направлений научного поиска и привлекают к себе всё больше внимания. Всем вдруг стало интересно, чем занимается амигдала и что можно увидеть при помощи магнитно-резонансного томографа. Если поверить названию известной книги Дика Сааба «Мы — это наш мозг», в таком всплеске интереса нет ничего удивительного: мы просто хотим узнать больше о самих себе. Публикуем подборку фильмов и сериалов, которые расскажут о том, как мозг делает нас теми, кто мы есть, о том, как его изучают и лечат, и какое значение всё это имеет с точки зрения жизненно важных вопросов, которые сегодня стоят перед каждым человеком. Мозг (The Brain with Dr. David Eagleman, 2015) Эта шестисерийная эпопея — детище американского нейробиолога Дэвида Иглмана, известного исследователя синестезии, нейропластичности и скрытой жизни нашего ума. Каждая серия идёт всего час, за который создатели пытаются ответить на один из «больших» вопросов о человеческом сознании.Что такое реальность? Что делает меня мной? Кто принимает решения? Кем мы будем в будущем? Сериал Иглмана максимально нескучным образом освещает последние научные разработки и эксперименты, посвящённые этим проблемам. На сегодняшний день это, пожалуй, наиболее убедительная попытка популяризировать исследовательские нейронаучные исследования при помощи кинокамеры. Встреча на вершине (2014) Цикл телепередач, снятый для канала «Культура», посвящённый проблемам человеческого мозга, мышления и сознания. В качестве ведущей здесь выступает Татьяна Черниговская, которая рассказывает о последних на тот момент исследованиях в сфере нейронаук, биологии, физиологии и других дисциплин. Но авторы полагают, что на сознание нужно смотреть не только через научные очки, но и через призму культуры и искусства. Сериал затрагивает многие важные вопросы. Сколько «человеческого» в человеке? Должны ли мы наделить правами других живых существ? Обладают ли они сознанием? В чём основа нашего «Я» и замкнуто ли оно в пределах нашей психики? На эти темы в фильме рассуждают не только ведущие учёные, но и знаменитые произведения искусства. Игры разума (Brain Games, 2011-2016) Документальный сериал National Geographic посвящён тому множеству способов, с помощью которых мозг обманывает ваше сознание. От визуального восприятия, чувств и эмоций до моральных вопросов, языка, религии, старения и зависимости — в область компетенции мозга входит буквально вся наша жизнь. Помимо прочего, сериал научит отличать истину от лжи, подвергать сомнению свою интуицию и быть внимательнее к тому, что нас окружает. Каждая 20-минутная серия раскроет часть секретов человеческого сознания и бессознательного, а также подскажет некоторые забавные мысленные эксперименты, которыми можно поделиться в компании. Мозг, меняющий сам себя (The Brain that Changes Itself, 2008) Фильм, основанный на известной книге доктора медицины Нормана Дойджа «Пластичность мозга». В нём рассказывается об удивительном свойстве человеческого мозга, которое получило название «нейропластичность». Долгое время считалось, что мозг взрослого человека не меняется — теперь мы знаем, что это не так. Какие механизмы стоят за изменчивостью мозга и как мы можем использовать это его свойство? Master/Mind (2015) Это не полнометражный фильм, а небольшое 10-минутное видеоэссе о текущем состоянии и будущем нейронаучных исследований. Создатели остановились на технологиях нейровизуализации и проблемах этики и не поленились снабдить короткие комментарии экспертов симпатичным визуальным сопровождением. My Beautiful Broken Brain (2014) Этот документальный фильм, спродюсированный Дэвидом Линчем, рассказывает о том, что происходит с сознанием человека после инсульта. Это история 34-летней девушки, которая в результате операции потеряла способность читать, писать и говорить. Героиня в то же время является и создательницей картины — по её словам, идея о создании фильма была первой чёткой мыслью, посетившей её после травмы. Фильм не только рассказывает, но и показывает изменения в сознании и восприятии, через которые ей пришлось пройти. Съёмки начались с того, что героиня стала снимать на свой iPhone небольшие видеозаметки. Персональный стиль отличает эту работу от большинства других фильмов о работе сознания — именно это и делает его особенно интересным.

50 оттенков абьюза. Нездоровые модели отношений в фильмах

Мы очень часто впитываем из фильмов модели поведения главных героев. Бывает, в них делятся «вредными советами», как не надо вести себя в отношениях. Мы романтизируем главных героев, влюбляемся в них, но в реальной жизни от таких людей надо бежать сломя голову. В этой статье собрали для вас плохие примеры отношений в фильмах. Так делать не надо. А в конце добавили список фильмов, в которых показаны экологичные отношения — чтобы было с чем сравнивать. Обман в фильме «Москва слезам не верит» Психологи отмечают, что у картины есть один большой плюс: она подарила советскому обществу понимание того, что после 40 жизнь только начинается. Но есть у фильма и негативный посыл. Если проанализировать отношения главных героев, их сложно назвать здоровыми, потому что в них много лжи. Возьмем, например, главную героиню. С одним мужчиной Катерина прикидывается дочерью профессора, ложь приводит к последствиям: девушку бросают. Но Катерина не делает выводов и не рассказывает Гоше, кем она работает. Это снова приводит к ряду неприятностей в жизни героини. В реальности люди тоже обманывают друг друга. Посмотрите фильм, чтобы понять: надо быть честным с самим собой и любимым человеком. Это уменьшит количество жизненных проблем. Цитата из фильма: «Знаешь, насколько я разбираюсь в жизни, мужчины предпочитают женщин интеллигентных профессий». Жертвенность в «Золушке» Да, мы посмели затронуть еще одно всеми любимое произведение. Сказка, а заодно и фильмы, снятые по ней, вкладывают в головы девушек мысль: если стараться и терпеть, быть «хорошей девочкой», то тебя найдет принц на белом коне и увезет в счастливую жизнь. Но в жизни так не работает, в реальности при таком поведении мужчины, да и все окружающие, сядут Золушке на шею. Вывод: не надо ждать принца, надо брать ответственность за свою жизнь и не давать на себе ездить. Ни злым мачехам, ни сестрам, ни принцам. Отношения — не спасательный круг, не учитесь у Золушки. Не ждите, что придет добрая фея и спасет. Наша жизнь в наших руках. Цитата из фильма: «Очень вредно не ездить на бал, когда ты этого заслуживаешь» Абьюз в картине «50 оттенков серого» А теперь пример пожестче. В фильме «50 оттенков серого» Анастейша влюбляется в парня, который любит причинять боль. И физическую, и моральную. Девушка сначала соглашается на условия Кристиана, потом пытается его исправить. У нее вроде бы получается, но только на первый взгляд. Все же парень любит власть и старается проявить ее если не в постели, то хотя бы в повседневной жизни, в мелочах. Например, он запрещает Анастейше встречаться с подругами в баре. Думаю, здесь можно сделать вывод: не стоит пытаться исправить партнера. Да, люди меняются, но только если сами работают над этим. А переделывать человека — сизифов труд. Цитата из фильма: «Он вежливый, сильный, умный... опасный». Манипуляции в «Дневнике памяти» Ной и Элли можно назвать прекрасной парой, если не учитывать несколько деталей. Ной добивается своего манипуляциями. Например, он приглашает Элли на свидание, угрожая упасть с колеса обозрения. Еще и говорит при этом, что ему не нужно ее одолжение. Доводит Элли до того, что она чуть ли не выпрашивает у него свидание. В фильме этот жест может казаться милым, но это явный признак манипуляций. Ной не может жить без Элли, такая всеобъемлющая страсть не приносит ничего хорошего. Это уже не любовь, а созависимость. Элли не отстает от возлюбленного: периодически она его толкает, бьет, как бы в шутку. Но даже такие «шутливые» пинки не нормальны. Влюбленные часто ссорятся, их склоки не помогают решить проблемы в отношениях. Это ссоры ради ссор. Цитата из фильма: «Они без конца спорили и редко соглашались… И вечно ссорились. Они терзали друг друга каждый день. Но их объединяло одно — они с ума сходили друг по другу», Безусловно, наблюдать за такими историями в фильмах интересно. Главное — делать правильные выводы и не переносить драму в свою жизнь. Ну а если хочется посмотреть фильмы со здоровыми сценариями отношений, вот они: • «Когда Гарри встретил Салли»: посмотрите, как герои переходят от ненависти к дружбе, а затем — к любви. • «Отпуск по обмену»: две пары влюбленных, каждый герой совершает свои ошибки. Но в конце они приходят к пониманию нормальных человеческих отношений. • «50 первых поцелуев»: у Люси амнезия, а Генри старается каждый день напоминать ей о своей любви. Это так трогательно и так по-взрослому. • «Блондинка в законе»: хороший пример — Эль и Эммет, плохой — Эль и Уорнер.

Неумолимая и беспощадная

Тридцать пять примерно лет тому назад в аудиторию одного весьма престижного вуза вошёл преподаватель, высокий, смуглый и без портфеля. Аудитория была большая, примерно на полтораста человек. Поточная аудитория, как говорили тогда, и в ней должна была состояться поточная лекция — для половины курса. Его неохотно, но вежливо приветствовали студенты, встав со своих мест. Тогда не сейчас — тогда требование приходить на лекцию в костюме или хотя бы в пуловере поверх сорочки с галстуком (для студентов) и в платье или в блузке под пиджаком делового стиля (для студенток) ещё не считалось измывательством и травмой. Короче говоря, студенты встали, потом сели, преподаватель подошёл к доске, взял кусок мела, написал «Социальная статистика» и обернулся к аудитории. — Друзья! — сказал он. — Меня зовут доцент Архангельский. К сожалению, профессор Вера Кузьминична Мальцева немного захворала и поручила мне провести первую лекцию этого чрезвычайно интересного и полезного курса. Я решил вместо введения ознакомить вас с главным, базовым принципом социальной статистики. Но для начала — давайте слегка взбодримся. Слегка, я бы сказал, повеселимся. Вы не против? — За! Мы — за! Конечно, давайте! — ответили студенты. Им понравился этот человек. Одна девушка, сидевшая в первом ряду, даже спросила: — Извините, пожалуйста, а как вас зовут? — Доцент Архангельский, я же сказал. — А имя-отчество? — не отставала студентка. — Гавриил Светозарович, — ответил он, опустив глаза. — Ой, а вы, наверное, серб? Или болгарин? — спросил кто-то ещё. — Такое отчество редкое. — Нет, — ответил доцент Архангельский. — Вы, наверное, хотите спросить, кто я по национальности. Честно скажу: не знаю. Или ещё честнее: никто. Сначала я думал, что я еврей. Потом спросил отца. Он сказал, что это неважно... Но хватит о личном. Давайте к делу? — К делу! — нестройно ответила аудитория. — Смотрите, — сказал он. — Вас на потоке, я вижу, примерно сто человек. Староста курса тут? Сколько вас? Ага, сто десять, я не ошибся. Девушек поменьше, чем молодых людей. Вижу, что примерно вдвое меньше, то есть в целом на двух парней одна девушка, что совершенно не соответствует распределению полов в населении страны, в возрастной когорте и так далее — но полностью соответствует специфике данного вуза. Сейчас вам чуть-чуть за двадцать. Пройдёт тридцать или немногим более лет — и вам станет около пятидесяти. Плюс-минус. Время подведения итогов. Давайте представим себе, кем вы будете к пятидесяти годам. У вас будут семьи? Дети? Какая у вас будет работа, зарплата, вообще социальный статус? Давайте пока остановимся на этих характеристиках. Ну, диктуйте. Только не все сразу. Скоро доска заполнилась таблицами желаемого будущего. У всех были крепкие счастливые семьи, от одного до троих детей, и дети уже успели подрасти и поступить в вуз — причём у многих в этот же самый. Все занимали серьёзные начальственные должности (это не было пустыми фантазиями, потому что именно данный вуз традиционно был кузницей руководящих кадров); правда, кое-кто собирался пойти в науку, но там дорасти самое малое до профессора в вузе или руководителя подразделения в каком-нибудь НИИ. Несколько девушек, как бы в противовес общей тенденции, собирались стать «просто женой хорошего, надёжного человека». Точнее говоря, не собирались — а были согласны на такой поворот событий. Разумеется, под «хорошим, надёжным человеком» предполагался мужчина из предыдущего пункта — то есть большой начальник или крупный учёный. — Отлично! — сказал доцент Архангельский. — А теперь давайте попробуем посмотреть, как будет на самом деле. Согласно законам социальной статистики, которая — такая же беспощадная и неумолимая дама, как физика или, к примеру, физиология. «Отчего люди не летают?» — спрашивала Катерина из «Грозы». Летают, ещё как! Но — вниз. Ускорение свободного падения, и привет. Как ни кидай яблоко вверх, оно все равно упадёт на землю. Как ни питайся, как ни лечись — ты не молодеешь, а стареешь... — он обвёл глазами аудиторию. — Да, у нас не совсем обычный институт, в него трудно поступить, это кузница кадров, наш диплом открывает многие двери. Поэтому, конечно, хочется надеяться на всё самое хорошее. И в самом деле, судьба вашего курса, без сомнений, будет гораздо благополучнее, чем судьба ваших ровесников из какого-нибудь заштатного вуза. Но всё равно... — и он развёл руками. — Что вы имеете в виду? — спросила давешняя девушка из первого ряда; в этом «всё равно» она услышала угрозу. — И всё равно, — повторил он, — статистика неумолима. Из ста десяти человек на вашем курсе только десять или пятнадцать достигнут тех или иных высот. Утешайтесь: это очень много! В провинциальном вузе таких будет один человек, а может, и полчеловека на выпуск. Большинство будет на хорошем среднем уровне. Примерно четверть — на очень среднем. Голодать-бедовать не придётся, но — от аванса до получки. С хлеба на квас. Увы, человек пять, а может, и семь из вас вообще сойдут с круга. Говоря грубо — обнищают и сопьются, превратятся в полные ничтожества не только в социальном, но и в человеческом смысле. Да, и в человеческом тоже, не морщите носы! А что вы хотите от алкашей-бездельников или от весёлых пьющих дамочек? Извините. Я не имею в виду никого конкретно, особенно сейчас, когда вы все такие светлые, радостные, чистые и бодрые. Но социальную статистику не обманешь. Эти люди сидят вот здесь, в этой аудитории. Только не надо вглядываться в своих друзей! — усмехнулся он. — Всё равно не угадаете. Он прошёлся по залу и продолжал: — Но не всё так страшно! Теперь посмотрим на правый хвост распределения, где собрались самые лучшие. Только что принят закон о кооперации. Люди получат возможность зарабатывать очень большие деньги, заниматься бизнесом, не опасаясь уголовных статей. Так вот, один из вас будет богат, причём не по-нашему, по-советски, где 700 рублей в месяц считается заоблачным доходом, а на мировом уровне! Он станет мультимиллионером или даже миллиардером. Старые друзья просто физически не смогут с ним встретиться — он будет жить где-нибудь в Альпах, за многослойными кордонами секретарей и референтов. Так что попросить у него до получки — не получится. И ещё среди вас как минимум два миллионера. Девушки! — засмеялся доцент. — Не вертите головами! Не найдёте! А если вдруг вам покажется, что вы угадали, — не стремитесь выйти за них замуж вот прямо сейчас. Потому что они лет в сорок с вами разведутся и найдут себе юных красавиц. Мой совет — ну их к чёрту. Я не запрашивал в кадрах ваши личные дела, но я почти уверен — среди вас есть дети руководящих работников, в том числе и высокого уровня. Больше двух? Трое? Отлично. Мне совершенно не важно, кто это. Важно другое — никто из них не достигнет уровня своего папы или дедушки. Один будет так-сяк, средний класс. Второй — вроде богатый, но тоже не очень. А вот один из них попадет «на левый хвост». То есть сойдёт с круга, обнищает, сопьётся. Грустно? Мне тоже. Наверное, среди вас есть влюблённые парочки. Может быть, кто-то уже успел пожениться, а кто-то только собирается. Что ж! Не менее пяти пар счастливо доживут до серебряной свадьбы и будут жить дальше, в любви и верности, в окружении детей и внуков. Но будут и разводы — и простые, и ужасные. — Ужасные — это как? — спросил кто-то. — Ужасные в смысле подлости, злобы, обмана и алчности. С делёжкой имущества, с требованиями отдать назад свадебные подарки, с внезапным увозом детей и вообще с использованием детей в ссорах. Как это у Льва Толстого: «Она дралась Лидой, нашей младшей дочкой, а я дрался Васей, старшим сыном». Но беды с детьми тут только начинаются. У кого-то сын свяжется с криминалом и сядет, у кого-то дочь выйдет замуж в очень надменную семью, которая не захочет знать её маму с папой. Сколько горя, сколько слёз! Но этим покинутым родителям или родителям детей-уголовников будут завидовать другие. — Кто? Почему? — Те, у которых родятся дети-инвалиды. — Такие у нас тоже будут? — Две семьи, — сказал доцент. — И это будут две разные судьбы. Одна семья посвятит жизнь своему ребёнку. А другая — отдаст его, как бы это выразиться, в специализированное учреждение. В обоих семьях родители в итоге разведутся. В первой — кончатся силы, во второй — замучит совесть и взаимные упрёки. Но и это ещё не всё. Кому-то будет суждено похоронить своего ребёнка подростком. А кому-то — уже почти совсем взрослым человеком, студентом. — Грустно-то как... — А ещё грустнее, — покивал доцент, — что некоторые из вас не доживут до пятидесяти лет. — Ну и что нам теперь делать? — Вообще-то делать тут нечего. Но я смогу вам немного помочь. У нас осталось время до конца лекции. Я уйду, а вы разберёте себе эти роли. Кто на что согласен. Возможны компенсации: например, богатство в обмен на измену и грабительский развод. Или любовь в обмен на бедность. Ну и так далее. Напишете на листочках и сдадите мне. Имена-фамилии не обязательно. Я разберусь. Он быстро вышел из аудитории. Студенты зашумели. Кто-то легкомысленный сказал, что это просто шутка. Кто-то умный — что сто десять человек — это слишком маленькая группа, чтобы на ней всё отразилось. А один парень вдруг сказал, что клянётся взять себе больных детей и гнусный развод — но при условии, что он станет миллиардером. «Хитренький какой!» — засмеялись все. Миллиардером он, кстати говоря, стал; дети у него были здоровые и жена верная. Но, помня этот разговор и свою клятву, он отдавал огромные суммы на детские больницы и школы-интернаты. А его однокурсник, внук министра и на короткое время даже компаньон, разорился дотла и помаленьку спивался. Сидел в рюмочной на Пятницкой и рассказывал своему закадычному дружку — тоже бывшему однокурснику — как его обокрала жена при разводе. То ли смеялся, то ли плакал: «А ведь какая любовь была! И главное — наша девочка, генеральская внучка!». Вывезла из квартиры всё, включая электрические розетки и карнизы для штор. И сами шторы тоже. И детей. Ещё он рассказывал, что недавно обзванивал старых приятелей — и всё вышло, как этот Гаврила говорил: «Пашка спился, Санька умер, Лидка тоже тю-тю, у Верки и Вовки сын сидит, Боб без работы, а вот Аверьян — ого! Вице-губер. Но он один такой. Ну и так дальше. Всё верно мужик сказал. Статистика!». — А знаешь, кто был этот доцент Архангельский? — вдруг спросил дружок. Приблизил лицо и прошептал: — Архангел Гавриил! — Ну? — изумился внук министра. — Вот оно что, значит... — потом подумал и покачал головой. — Не! Не-не-не! Ерунда. Архангелы такие не бывают. Это она, вот эта... беспощадная социальная статистика. — Неумолимая и беспощадная! — кивнул дружок и пошёл к прилавку за следующей рюмкой. Денис Драгунский

Разбить, сломать, испортить: почему дети это так любят?

Только вы отходите на пять минут на кухню, как вся стена уже изрисована краской, кот покрашен в зелёный цвет, а ваш любимый горшок разбит! Знакомо? В этой статье расскажем, почему дети все это устраивают и что делать родителям. Вопрос. Хотелось бы знать, почему (откуда) у ребёнка с 10–12 месяцев (а то и месяцев с 8) идет программа на разрушение? Желание разгромить, разломать, уничтожить, напасть с кулаками на взрослых (это уже у более старших, от полутора-двух лет). Наблюдая за ребёнком с такой патологией, я вижу, что проблема усугубляется! Почти четырёхлетний, он, прищурив глаза и глядя в глаза тебе, смело и отважно, например, выкидывает вещи из ящиков или фломастером демонстративно разрисовывает стену. Откуда берётся у детей желание ломать что-то и разрушать, пакостничать и хулиганить? Ответ. В 10–12 месяцев дети не могут действовать осознанно — действия делаются не целенаправленно, поэтому нельзя назвать это патологией в таком возрасте. Такое поведение нормально и связано в первую очередь с тем, что развитие ребёнка идёт от более размашистых движений к мелкой моторике рук. Он может случайно что-нибудь уронить или сломать, потому что ещё не научился более точным и целенаправленным движениям. Кроме того, в этот период малыш познает мир: изучает материалы на ощупь, пробует все на вкус и прочность. Поэтому поломка каких-то вещей связана не с «патологией», а с исследовательским интересом ребенка. Ситуация с четырёхлетним ребенком недостаточно понятна, тут возникают вопросы: он делает это постоянно или это был единственный раз? Как вы отреагировали на это? Что могло спровоцировать такое поведение? В возрасте четырёх лет ведущая деятельность детей — ролевая игра. Она предполагает освоение норм поведения в общении между людьми и повышенную любознательность. Возможно, в тот момент ребёнок воспринял это не как пакость, а как игру со взрослым. Также иногда взрослые видят в «непослушном» поведении бунт, баловство и капризность. Но за этим могут стоять совсем другие причины: • дети не могут полностью контролировать своё поведение. Их мозг ещё не совсем созрел, чтобы сидеть тихо, мирно и не нарушать тишину. По-хорошему, они научатся себя вести более «примерно» к 7–10 годам. И это норма. • дети могут нарушать слишком строгие правила, если они жёсткие и частые. Потому что нуждаются в свободе, а задача родителей — вовремя подстраиваться под возникшие потребности. Направьте пыл ребёнка в мирное русло: расстелите ватман и дайте карандаши. Так вероятность разрисованных обоев снизится. • помимо свободы дети нуждаются в границах, которые взрослые очерчивают в общении. Но делать это стоит не криком. Чтобы ребёнок знал, что нельзя драться, он должен: • знать, почему драться — плохо и неприятно для окружающих. Объяснить это должны вы. • видеть другие способы решать проблемы. Здесь стоит обратить внимание на поведение взрослых членов семьи. Например, если при спорах папа бьёт кулаком по столу, а мама кричит, ребёнок может перенять такую стратегию. Покажите, что решать разногласия можно мирным, уважительным разговором. Источник: МЕЛ

Последствия испытаний ядерного оружия: история помнит

В ХХ веке за 47 лет в США было проведено более тысячи испытаний ядерного оружия — власти потратили на это порядка 100 миллиардов долларов и нанесли своими действиями непоправимый вред экологии и здоровью граждан. Ужасные последствия этих действий сохраняются до сих пор, несмотря на то, что проведение ядерных взрывов запрещено более 30 лет. Во многом это обусловлено близостью полигонов для испытаний к населенным пунктам — например, полигон в Неваде располагается в 100 километрах от Лас-Вегаса. Там в свое время взрывали оружие, превосходящее во много раз по мощности бомбу, сброшенную на Хиросиму. Если взглянуть на более точные данные, то радиус поражения ядерной бомбы составляет один километр при мощности в 20 кт, а взрыв мощностью в 100 Мт способен стереть с лица земли целый город. При этом люди получат ожоги, находясь на расстоянии 80 километров от места инцидента. Последствия для организма самые разные — от выпадения волос и покраснения кожи до острого лучевого синдрома и более долгоиграющих последствий. Какими были первые ядерные испытания Ночью 16 июля 1945 года команда американских физиков взорвала на испытательном полигоне Аламогордо, расположенном в 200 километрах от Альбукерке, атомную бомбу под названием «Тринити» мощностью в 21 кт. Мощность взрыва была эквивалентна примерно 21 тысяче тонн тротила. Увидев облако, поднявшееся на высоту более 20 километров от взрыва, создатель атомной бомбы Оппенгеймер произнес фразу, ставшую потом крылатой: «Теперь я стал смертью, разрушителем миров». По данным местных СМИ, вспышка была такой яркой, что ее увидела слепая девушка, находившаяся за сотни километров от взрыва. Примечательно, что местных жителей не предупредили о готовящихся испытаниях, и тем более, не провели эвакуацию. По данным переписи населения в 40-е, на тот момент в пределах 240 километров от места взрыва проживали около полумиллиона человек. Власти сообщили, что это был взрыв склада боеприпасов — простые американцы узнали правду лишь спустя годы. Еще одним громким событием тех времен стала операция «Рейнджер» в 1951-м примерно в 100 километрах от Лос-Анджелеса. Это была целая серия ядерных испытаний — 27 января вспышка ярче солнца озарила пустыню Нахава. Последствия радиоактивного загрязнения медики находят и по сей день — так, например, в еще не прорезавшихся молочных зубах новорожденных иногда находят не существующий в природе радиоактивный стронций-90. Ядерные испытания проводились во всех природных средах: над землей, под землей и под водой. Последствия не заставили себя ждать К концу 50-х весь этот «атомный энтузиазм» пошел на убыль, как только начали проявляться более масштабные последствия подобных испытаний. Так, например, на фермах рождались мертвые выводки скота, а выжившие имели ряд мутаций — иногда ягнята появлялись на свет без ног или двуглавыми. Клаудия Петерсон, которая жила неподалеку от полигона, где проходили ядерные испытания, рассказала, что ее одноклассники страдали серьезными заболеваниями. В шестом классе один мальчик умер от лейкемии, а другой заболел раком костей, и ему пришлось ампутировать ногу, но этого оказалось недостаточно для того, чтобы остановить распространение заболевания. Большая часть окружавших женщину людей погибали от онкологических заболеваний: ее отец умер после операции по удалению опухоли мозга, сестра скончалась от меланомы, не дожив до 40 лет. Дочь умерла от острого монобластного лейкоза. Подобные истории повторялись во всех населенных пунктах, которые располагались в непосредственной близости от полигонов. Более того, согласно данным исследования 2005 года, все жители США, которые находились в стране с 1951 года, подвергались воздействию радиоактивных осадков. К слову, их выпадение на поля и пастбища спровоцировало загрязнение запасов молока. Чаще всего от этого страдали дети — в 1990 году ученые в рамках исследования обнаружили прирост случаев лейкемии среди детей, проживающих на юго-западе штата Юта, в восемь раз в сравнении с более ранними показателями. Еще одно исследование от Национального института рака показало, что испытания в Неваде, о которых упоминалось выше, могли спровоцировать 212 тысяч случаев рака щитовидной железы. При этом ряд ученых указывает на гораздо большие показатели с учетом того, что доля радиации за последние 30 лет сократилась, но не исчезла совсем. Что следует знать о последствиях в момент происшествия? Канадские исследователи рассчитали влияние последствий ядерных испытаний на человеческий организм с учетом воздействия ряда факторов, среди которых — метеоусловия, время проведения взрыва и место. Согласно расчетам исследователей, порядка 35% энергии от ядерного взрыва высвобождается в виде теплового излучения, которое поражает зрение человека. Очевидец при взрыве бомбы мощностью в 1 мт на расстоянии до 21 километра при ясной погоде временно ослепнет. Для достижения такого эффекта в безоблачную ночь ему необходимо будет находиться в 85 километрах от места проведения испытаний. При этом чем ближе человек будет находиться ко взрыву, тем больше у него шансов попросту сгореть за счет действия светового излучения, которое поражает ткани ультрафиолетовыми, видимыми и инфракрасными лучами. Так, например, будучи на расстоянии до 11 километров, свидетель испытаний получит легкие ожоги первой степени. Более тяжелые ожоги, в результате которых будут разрушены даже костные ткани, получат очевидцы происходящего, находящиеся на расстоянии до восьми километров. По словам ученых, на последствия может повлиять даже цвет одежды. Так, например, светлая одежда может отразить часть энергии взрыва, в то время как темная, напротив, поглотит ее. Но едва ли это будет существенным аргументом с учетом того, что температура эпицентра взрыва в Хиросиме составила около 300 тысяч градусов по Цельсию. Даже если человеку посчастливилось оказаться вдали от эпицентра взрыва, угроза жизни еще сохраняется как минимум из-за ударной волны: в радиусе шести километров она создает силу, равную 180 тоннам, а скорость ветра увеличивается до 255 км/ч. При этом в радиусе километра от взрыва давление еще больше, а ветер может развить скорость до 756 км/ч. И даже если человек выдержит такое давление, опасность будет таиться в разрушении зданий вокруг. Первый километр ударная волна проходит за 2 секунды, второй — за 5 секунд, три километра она пройдет за 8 секунд. Наконец, радиоактивные частицы после испытаний способны перемещаться на огромные расстояния. Согласно недавним исследованиям, остатками радиоактивного углерода от испытаний во времена холодной войны усеяна вся Марианская впадина, а это самая глубокая точка мирового океана. При этом основной источник радиоактивного заражения — это радиоактивные продукты ядерной реакции, осколки деления ядер урана или плутония. После оседания на поверхность они излучают гамма-лучи, бета и альфа-частицы. В зависимости от степени зараженности местность делят на четыре сектора, ориентируясь на облачный след после взрыва. Так, для зоны умеренного заражения характерны показатели от 40 до 400 рад, в зоне сильного заражения — от 400 до 1200 рад, опасного — 1200-4000 рад, и в зоне чрезвычайно опасного заражения показатели достигают 4000-7000 рад. В 1990-м в СССР предложили запретить проведение ядерных испытаний — мораторий согласовали с Великобританией и США, что дало толчок для всестороннего запрета на проведение всех подобных испытаний. Так, в Советском Союзе последнее состоялось в октябре 1990 года, в ноябре 1991-го — в Великобритании, и в сентябре 1992 года — в США. Всего в Договоре о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний указаны 44 государства.

На лицо ужасные, добрые внутри: история семейки Аддамс

23 ноября состоялась премьера сериала «Уэнсдэй». Он стал третьим проектом стриминговой платформы Netflix, преодолевшим отметку в миллиард часов просмотра в течение месяца. Почему всех так заинтересовала история девочки из знаменитой семейки Аддамс, и как вообще появился этот клан чудаков, который стал пародией на идеальную американскую семью? Создатель семейки Аддамс Впервые семейка Аддамс заявила о себе 85 лет назад. Именно тогда на страницах журнала The New Yorker появилась иллюстрация художника-карикатуриста Чарльза Аддамса, на которой были изображены женщина в длинном готическом платье и неуклюжий, мрачный великан, напоминающий Франкенштейна. На тот момент у этих двоих еще не было имен, но позже они стали известны как Мортиша и Ларч. Прототипом для Мортиши стала Барбара Джин Дей, первая супруга Аддамса, с которой он прожил восемь лет. В 1940 году Чарльза пригласили на постоянную работу в The New Yorker, где он трудился до конца своих дней. Художник нарисовал более 1300 комиксов, но самыми востребованными были истории о странной семейке, проживающей в заброшенном особняке. Так как читатели требовали развития повествования, Чарльз решил добавить новых персонажей: • супруга Мортиши Гомеса — доброго пухленького мужчину с усиками-карандашами и поросячьим носом; • их сына Пагсли — озорного мальчугана в полосатой майке; • их дочь Уэнсдэй — суровую девочку с косичками, которая никогда не улыбается и любит издеваться над братом; • Маман — ведьму с соломенными волосами; • Дядю Фостера — мужчину с лысой головой и выпученными глазами в объемном пальто с меховым воротником; • Вещь — живую руку. Учитывая тот факт, что Чарльза Аддамса в Америке считают отцом черного юмора, совсем не удивительно, что персонажи его комиксов были очень далеки от образа идеальной семьи из рекламы зубной пасты. Они богатые, эксцентричные, странные, любят все темное, зловещее и мрачное, откровенно насмехаются над стандартами, принятыми в обществе. Соседи только делают вид, что их не пугают привычки и образ жизни семейства, но на самом деле стараются держаться подальше от этого клана чудаков. Первая киноадаптация В 1962 году Чарльзу поступило предложение о съемках сериала, основанного на его карикатурах. Он с радостью согласился и принял активное участие в подготовительном процессе. Первая проблема, с которой столкнулись создатели сериала, — отсутствие имен у персонажей. Имя Мортиши произошло от английского слова «mortician», что в переводе означает гробовщик. Ее супруга изначально хотели назвать Репелли, но актер, исполнявший его роль, предложил имя Гомес. Пагсли мог быть Пьюбертом. Что касается Уэнсдэй, то она обязана своим именем строчке из детского стишка: «Тот, кто в среду был рожден, горьким горем будет полн». Фамилию странной семейке художник решил дать свою, но не потому, что был обделен фантазией — просто он чувствовал с ними некое родство. Вся обстановка особняка, в котором жили Аддамсы, была скопирована с манхэттенской квартиры их создателя. Вот что пишет Чарльз Аддамс о своих персонажах: «Гомес и Пагсли полны энтузиазма. Мортиша более спокойная, остроумная и иногда смертельно опасная. Бабуля Фрамп добродушна до глупости. Уэнсдэй похожа на мать. Каждый из членов семьи независим (за исключением бабули Фрамп, у нее ведомый характер), но это сплоченная семья, руководит которой на самом деле Мортиша». Сериал транслировали на телеканале АВС на протяжении двух лет. Всего вышло два сезона, 64 эпизода. Съемочная группа была настроена продолжать работу, тем более, что комиксы были очень популярны. Однако этому не суждено было случиться по двум причинам. Первой стала Эстель Барб, бывшая супруга Чарльза Аддамса, с которой он развелся в 1956 году. Будучи юристом, она завладела правами на кино- и телеадаптации самых знаменитых комиксов мужа и отказывалась идти на какие-либо уступки. Вторая причина заключалась в цветном вещании, на которое постепенно переходило американское телевидение. Нужно было полностью менять декорации, костюмы, подстраиваться под новые правила, а это требовало большого количества времени и средств, которых у создателей сериала не было. Поэтому проект решили закрыть. Новый взгляд на странную семейку В 1973 году на телеканале NBC стали показывать мультсериал про семейку Аддамс — серии выходили по субботам до 1975 года. Полюбившиеся всем герои перебрались из старого особняка в дом на колесах, чтобы путешествовать по Америке. Следующей попыткой вернуть странное семейство на большой экран стал полнометражный фильм, который выпустили в 1977 году. Он назывался «Хэллоуин с новой семейкой Аддамс» и по сюжету продолжал оригинальный сериал. Увы, ни один, ни второй проект особой любви телезрителей не завоевали. Настоящим спасением для детища Чарльза Аддамса стал фильм 1991 года, главные роли в котором исполнили Анжелика Хьюстон, Рауль Хулия и Кристофер Ллойд. Сюжет картины строится вокруг Гомеса и его потерянного брата Фостера. Раз в год семья устраивает спиритический сеанс в надежде выйти с ним на связь и узнать его местоположение. Во время одного из таких сеансов дверь особняка открывается и на пороге появляется Фостер. Правда, он ничего не помнит… В отличие от мультфильма, который не получил большой популярности, фильм стал культовым. Но мало кто знает, что он вообще мог не выйти на большие экраны, ведь у съемочной группы постоянно случались какие-то проблемы. И главной из них был… режиссер! Да-да, бывший оператор Барри Зонненфельд так переживал из-за своего дебюта, что только в первые недели съемок потерял шесть килограммов. Он практически не спал, а еду заменял капучино. Это привело к тому, что однажды режиссер потерял сознание прямо на съемочной площадке и попал в больницу. После этого продюсер картины Скотт Рудин предложил закрыть проект, но Зонненфельд отказался — он был решительно настроен снять фильм. Следующим испытанием для ленты стали финансовые трудности студии Orion Pictures. Она вынуждена была продать права на экранизацию Paramount Pictures. Съемочная группа переживала по этому поводу, но, как оказалось, зря — сделка обеспечила картину финансовой стабильностью, поэтому премьера состоялась четко по графику. Казалось бы, все хорошо: зрители в восторге от новой «Семейки Аддамс», фильм заработал в прокате 191 миллион долларов при бюджете в 30 миллионов долларов. Единственным, кто был против успеха, стал Дэвид Леви — режиссер самого первого сериала. Он утверждал, что фильм слишком похож на его детище, так как Зонненфельд полностью скопировал характер и повадки персонажей. К счастью, Paramount Pictures уладила все без судебного разбирательства. Шумиха вокруг популярного фильма, особенно перед выходом его сиквела «Ценности семейки Аддамс», была не нужна. Было еще несколько попыток экранизировать комиксы, но все они провалились. Зрителей не впечатлили ни «Воссоединение семейки Аддамс» 1998 года, ни канадский ремейк оригинального сериала «Новая семейка Аддамс», ни полнометражный мультфильм 2019 года, который критики назвали поверхностным. Уэнсдэй в главной роли Фанаты Тима Бертона давно мечтали о том, чтобы он снял адаптацию «Семейки Аддамс», ведь эта история как нельзя лучше подходит ему по сюжету и атмосфере. Бертон должен был занять режиссерское кресло еще в 1991 году, однако тогда он отказался от предложения, ведь с головой ушел в съемки «Бэтмена». Первые слухи о том, что знаменитый режиссер все-таки берется за комиксы известного художника-карикатуриста, появились в 2020 году. А позже Бертон заявил, что не собирается делать очередной ремейк на полюбившийся проект. Его интересовал один конкретный персонаж — Уэнсдэй. Режиссер признался, что чувствует связь с этой девочкой, так как у них одинаковое мировоззрение. Работая над ее образом, Бертон вспоминал, как чувствовал себя в школе, какие у него были отношения с родителями и с самим собой. Такой подход позволил сделать из «Семейки Аддамс» что-то новое, непохожее на предыдущие воплощения персонажей. В основе сюжета обучение Уэнсдэй, дочери Мортиши и Гомеса, в специализированной академии для изгоев Nevermore. Сначала девочка планирует сбежать из школы, но потом ее начинают посещать странные видения, связанные с этим местом. Последним доводом, чтобы остаться в академии и разгадать все ее мрачные секреты, стала смерть одного из учеников, который… оказался жив. Главная роль в сериале досталась актрисе Дженне Ортега, известной зрителям благодаря фильму «Крик». В одном интервью 20-летняя знаменитость рассказала, что ее всегда сравнивали с Уэнсдэй. В детстве она была странным ребенком — редко проявляла эмоции, а окружающие никогда не могли понять, шутит девочка или говорит серьезно. Во время съемок Бертон постоянно повторял, что Дженна не должна пытаться сделать новую версию Уэнсдэй с опорой на ее предыдущие воплощения на экране. Главная цель — быть собой и заходить в этом так далеко, как только сможет. «Иногда Тим подробно рассказывал, что нужно сделать, а иногда давал мне порулить. После этого опыта я чувствовала себя освобожденной», — делилась своими впечатлениями Ортега. В свою очередь Бертон остался очень доволен работой Дженны, утверждая, что ей удалось передать мельчайшие тонкости героини. Кстати, вторым по популярности персонажем сериала стал… Вещь. Специфическую роль исполнил 25-летний румынский фокусник Виктор Доробант. На съемках ему приходилось носить синий костюм, полностью закрывающий тело, чтобы его можно было без проблем «вырезать» при монтаже. Съемочная группа признавалась, что в сериале гораздо легче было реализовать спецэффекты, чем спрятать Виктора от камер. Фокуснику приходилось ложиться в различные углубления, прятаться за дверьми. А иногда ради Доробанта даже приподнимали всю площадку, чтобы он мог удобно расположиться.

Жизнь ради одного праздника

Мне осталось потерпеть совсем немного… Было холодно, платье уже совсем не грело, возле мусорных баков, где меня бросили, отвратительно пахло сгнившей едой и бегали крысы. Одна из них вцепилась в меня и стала грызть… От холода и тоски я почти не чувствовала боли… Мимо проезжали машины, шли люди, но никто не обращал на мои страдания никакого внимания… Не так я себе представляла окончание главного праздника в своей жизни, жаль, что нам никогда не рассказывали, что у важной и почетной миссии всегда один и тот же грустный финал — наступает момент, когда ты становишься никому не нужна и тебя вышвыривают на улицу. Столько лет упорного труда и ожидания ради пары недель перед смертью…. …тремя неделями ранее. Я поправила свое вечернее платье — в ближайшие дни будет проходить череда главных кастингов, и наверняка меня выберут для участия в конкурсе. Высокая, статная, с пышными формами, я приятно выделялась на фоне своих ровесниц. В нашей среде всегда в почете были дорогие наряды, объемы и ровный стан. Мода на тонких изящных леди в полупрозрачных платьях вряд ли когда-нибудь доберется до моего общества. Вдалеке показалась группа уставших мужчин. Они шли по рядам, где мы стояли, вытянувшись в полный рост. Подружки улыбались, пытались расправить свои юбки, гордо тянулись макушкой к небу, чтобы казаться ярче и эффектней соседок. Несколько лет на одном месте в заботе о своей красоте и свежести — все, чтобы наконец-то отправиться в почетное путешествие. Каждая из нас мечтала попасть на конкурс красоты, стать первой, лучшей, любимицей… — Сегодня берем сотню вот из этого ряда, — сказал приземистый паренек, отсчитывая наличные. Одет он был странно — объемный пуховик грязно-серого цвета, темно-синяя шапка и валенки, в которые были заправлены потертые джинсы — явно неподходящий образ для бала. Нас посадили в машину и куда-то долго везли. К сожалению, было слишком темно и из-за соседок мне ничего не было видно. Добравшись до какого-то города, мы остановились. Хлопнула водительская дверь, и нам наконец-то разрешили выйти. Вокруг все сияло так ярко, что я даже зажмурилась. Пока мы с подружками поправляли наряды, разминали затекшие в дороге плечи, я даже не заметила, как ко мне подбежал маленький мальчик. — Папа, папа, смотри, какая она красивая! Давай заберем ее домой. Ну, пожаааалуйста! — мальчишка лет пяти дергал отца за рукав куртки и подпрыгивал от нетерпения, выбивая чечетку на снегу площади своими маленькими сапожками. — Подожди, давай еще посмотрим. Не торопись. Он взял малыша за руку, и они отправились догонять маму — та остановилась возле моей коллеги, которая явно ей приглянулась больше меня. Время шло, становилось холодно и скучно, попытки кому-то понравиться выматывали и заставляли сомневаться в правильности всей этой затеи, но выбора у меня уже не было. Когда совсем стемнело, на улице зажглись фонари, и снежинки весело кружились в их желтых световых конусах, а я уже потеряла всякую надежду. В этот самый момент глухого отчаяния, когда глаза застилали слезы, ко мне подошел высокий решительный мужчина. Он молча протянул моему начальнику купюру, аккуратно приобнял меня, и мы отправились к его машине. Теперь мне все было прекрасно видно в окно — красивый город, множество новогодних огоньков и гирлянд, ребятишки с ватрушками и ледянками в руках бежали по направлению к горке, помпоны на их шапочках забавно подпрыгивали на каждом шагу, а щеки были румяные, как небо на закате. Женщины несли полные сумки, из которых торчали колбаса, шампанское и багеты, молодежь толпилась возле автоматов с горячим кофе и заливисто смеялась. Мы проехали огромный торговый центр, возле которого возвышалась гордая искусственная ель, светящаяся всеми цветами радуги. Она бросила на меня сочувствующий взгляд и продолжила свою важную неподвижную миссию. Все было пронизано атмосферой ожидания праздника, волшебством, воздух был плотный и колючий не только от мороза, но и от предвкушения сказки. Минут через сорок мы добрались до красивой многоэтажки и поднялись на седьмой этаж. Дверь открылась и в меня сразу вцепилась малышка лет четырех. — Папа, папа, как здорово! Ты купил настоящую живую елку!!! Она такая пушистая и вкусно пахнет. Потом меня заботливо украшали сверкающими стеклянными шарами и детскими поделками, разноцветными гирляндами и записками с пожеланиями, пели возле меня песни, кричали: «Раз, два, три. Елочка, гори!», прятали под моими ветками подарки, фотографировались, пили рядом шампанское и веселились. Дни пролетали незаметно быстро. Казалось, это были лучшие две недели моей жизни, где я была центром маленькой семейной вселенной, царицей праздника и главным украшением. А потом я начала таять… Колючие зеленые иголки, как снежинки, осыпались на пол, я чувствовала себя все слабее и беззащитнее… И наступил день, когда с меня сняли все сверкающие богатства и спрятали их в коробки для следующей принцессы праздника, а все, что от меня осталось, вынесли вон… …Ураган смешанных чувств кружился в моей голове, когда к контейнерам подъехал мусоровоз. Как хорошо, что у меня было такое яркое и незабываемое приключение, наполненное смехом и радостью… Как ужасно, что моя жизнь была столь короткой… Жаль, что я не смогу рассказать обо всем своим подружкам, которые остались ждать в лесу свой конкурс красоты до следующего года… Меня любили или только недолго любовались? Люди были мне благодарны или даже не заметили, что я пожертвовала своей жизнью ради их праздника, создала атмосферу и наполнила их дом ароматами леса? А что, если… Бездушный мусоровоз захлопнул пресс и как ни в чем не бывало покатил по своим обыденным делам дальше. Люди, счастливые и отдохнувшие, спешили кто куда, они продолжали поздравлять друг друга, играть в снежки и мечтать о чем-то светлом и добром, не зная, что еще одна короткая зеленая история закончилась в этот самый момент…

Нобелевская премия: кто чаще всего становится лауреатом

Эксперты обычно рекомендуют людям специализироваться в одной области работы или исследований, чтобы максимизировать свои шансы на успех. Тем не менее, недавно опубликованное исследование Роберта и Мишель Рут-Бернштейн из Мичиганского университета показывает, что успешные новаторы выбирают более широкий путь. Ученые рассмотрели карьеры лауреатов Нобелевской премии, которые, возможно, являются одними из самых новаторских людей в мире. Стало известно, что они с высокой вероятностью могут быть теми, кого называют «творческими эрудитами». То есть эти люди намеренно объединяют формальный и неформальный опыт из самых разных дисциплин, чтобы генерировать новые и полезные идеи и практики. На самом деле свидетельства лауреатов науки, которые были учениками предыдущих лауреатов, говорят о том, что творческая полиматия (многостороннее развитие) — это навык, которому можно научиться. Многие из лауреатов находят проблемы, рассматривая темы по-новому, или решают их, перенося навыки, методы и материалы из одной области в другую. Они часто используют концептуальные инструменты, такие как проведение аналогий, распознавание образов, телесное мышление, игра и моделирование. Одним из примеров является Алексис Каррель. Он получил Нобелевскую премию по медицине в 1912 году, адаптировав технику кружевоплетения и вышивки к трансплантационной хирургии. Психолог, изобретатель и экономист Герберт Саймон получил Нобелевскую премию по экономике в 1978 году за «новаторское исследование процесса принятия решений в экономических организациях». Он был профессором нескольких факультетов университета Карнеги-Меллона. Коллеги часто называли его «человеком эпохи Возрождения» из-за его широкого круга интересов и любопытства. Он внес большой вклад в изучение информатики, искусственного интеллекта, психологии и философии, а также экономики. Помимо научной работы, в дополнительные интересы Саймона входили игра на фортепиано, сочинение музыкальных композиций, рисунок, живопись и шахматы. Он часто говорил об интеллектуальном возбуждении, эмоциональном удовольствии и новых открытиях, которые получал, объединив свои многочисленные увлечения с работой. «Я могу рационализировать любую деятельность, которой занимаюсь, просто как еще одну форму исследования познания. Я всегда могу рассматривать свои увлечения как часть исследования», — заявил Саймон в автобиографии 1996 года. Генетик, иллюстратор и автор кулинарных книг Христиана Нюслайн-Фольхард объединила столь же разнообразные навыки, чтобы получить Нобелевскую премию 1995 года по физиологии и медицине, которая была присуждена ей за «открытия, касающиеся генетического контроля над ранним эмбриональным развитием». «Мне все очень любопытно, и мне нравится разбираться во всем, — сказала она в интервью 2003 года, — и не только в науке… Я также занималась музыкой, изучала языки, литературу и много чего еще». Например, она также являлась иллюстратором, дизайнером головоломок и автором популярной поваренной книги. Нюслайн-Фольхард изучала физику, физическую химию и биохимию, прежде чем остановилась на эмбриологии. Ее многочисленные профессиональные и личные интересы оказались полезными для поиска новых вопросов и методов, а также для получения новых результатов. Она советует ученым быть уникальными и интересоваться разными вещами. В интервью 2017 года лауреат Нобелевской премии сказала: «Вы должны, насколько это возможно, избегать конкретных областей и менять их после получения докторской степени, чтобы иметь возможность разработать свой независимый профайл и работать над оригинальной, самостоятельно выбранной темой». Важность творческой полиматии Роберт и Мишель Рут-Бернштейны из Мичиганского университета обнаружили, что Каррель, Нюслайн-Фольхард и Саймон типичны для лауреатов Нобелевской премии, но совсем не стандартны для большинства профессионалов. В рамках их исследования творчества за последние 20 лет ученые собрали информацию о работе, увлечениях и интересах 773 лауреатов в области экономики, литературы, мира, физики, химии, физиологии и медицины в период с 1901 по 2008 годы. Оказалось, что подавляющее большинство лауреатов имеют или имели формальное, а часто и неформальное образование более чем в одной дисциплине, развили интенсивные и экстенсивные увлечения и меняли области деятельности. Самое главное — они намеренно искали полезные связи между своими разнообразными увлечениями. И делали это в качестве формальной стратегии стимулирования творчества. Данные показали, что ученые, получившие Нобелевскую премию, примерно в девять раз чаще, чем другие типичные ученые, умеют обрабатывать дерево и металл, а также занимаются изобразительным искусством. И, в отличие от большинства социологов или других гуманитариев, лауреаты Нобелевской премии по экономике почти всегда имеют образование в области математики, физики или астрономии. Лауреаты Нобелевской премии по литературе примерно в три раза чаще, чем остальные, становятся прекрасными художниками и в 20 раз чаще — актерами. Нобелевские лауреаты воспринимают свои разнообразные интересы и увлечения как важные стимуляторы. В интервью 1997 года лауреат Нобелевской премии по литературе, драматург, актер и художник Дарио Фо сказал, что он иногда рисовал свои пьесы, прежде чем писать их. Но когда у него возникали трудности с пьесой, он переставал писать, чтобы нарисовать действие в картинках для решения проблемы. И большинство нобелевских лауреатов сделали аналогичные заявления. Воспитание творческой полиматии Способствовать плодотворному взаимодействию самых разных интересов вполне реально. Исследование 2012 года социолога Ричарда Питта из Калифорнийского университета показало, что люди, получившие двойное образование, с большей вероятностью проявят творческое поведение или станут предпринимателями, чем люди, изучающие что-то одно. Наличие постоянного и интеллектуально сложного хобби (например, сочинение музыки, актерство, написание картин) закладывает карьерный успех в любой области. А специалисты в области науки, имеющие постоянные разнообразные увлечения, значительно чаще оформляют патенты и создают новые компании, чем те, у кого нет хобби. По материалам статьи «Nobel prizes most often go to researchers who defy specialization – winners are creative thinkers who synthesize innovations from varied fields and even hobbies» The Conversation

Плагиат и заимствование в моде. Как дизайнеры крадут культуру

В книге «Кради как художник» Остин Клеон пишет: «Всякий хороший художник знает: ничто не появляется из пустоты. Все результаты творчества опираются на созданное раньше. Нет ничего абсолютно оригинального». Мода — сфера, которая основана на заимствовании и без вдохновения искусством и культурой не существовала бы вовсе. Вдохновение другими странами и их культурой помогали открыть дизайнеру новые горизонты в творчестве. Так, Ив Сен-Лоран, который провел значительную часть своей жизни в Алжире и Марокко, часто вдохновлялся восточным костюмом. Читая книги о других культурах, он фантазировал и потом переносил свои мысли на бумагу. Именно так зарождались коллекции, посвященные Китаю, русскому балету, Испании и Африке. Но современные реалии диктуют новые условия — теперь дизайнеры должны быть аккуратны в своих действиях, если это касается культуры других стран и меньшинств. Ведь то, что для них кажется невинным заимствованием, может оказаться культурной апроприацией. «Мода» в двадцать первом веке кардинально изменилась, поскольку глобализация, технологические инновации и рост интернета стали основными факторами развития проблемы культурного заимствования. На сегодняшний день одежда все чаще стала восприниматься как средство самовыражения, а не как признак статуса или профессии. Проблема идентичности в моде меняется с разной скоростью по всему миру, поскольку регионы связаны с глобальным миром или же все еще привязаны к своим местным традициям и наследию. В современных реалиях Запад и Восток отличаются подходами в различных областях: религии, обществе и моде. Кроме того, мода не статична, поскольку опирается на идеи, изменяющиеся с течением времени, которые также породили разные традиции мышления в соответствии с точкой зрения, принятой как привилегированная. Даже несмотря на то, что «Восток» и «Запад» часто понимаются как две абстрактные категории, Восток не только соседствует с Европой (как и Европа с ним), но и является источником ее цивилизаций и языков. Притом, именно в этом регионе Восток и определил Европу как ее контрастный образ (идею, личность, опыт), а также дал понять, что она является частью континента. Более того, в исторической перспективе через смену «моды» можно уловить социальные трансформации, характерные для западного общества, которые являются признаком разделения общества на иерархии, появления новых социальных классов или эмансипации женщин. Необычное использование культуры — это тема, которая существует довольно давно и вызывает большой переполох. Это может быть определено как взятие предмета, который имеет значение для чьей-либо культуры или наследия, и по сути означает кражу его идей. В зависимости от того, как вы выглядите, это может варьироваться от ношения простого наряда с экзотическим платьем, хорошо известным в определенных культурах, до использования их в качестве костюмов. Мода берет определенные предметы из общества и лишает их этнического значения, тогда в игру вступают дебаты о присвоении культуры. В этом случае есть тонкая грань, которая отделяет культурное присвоение от вдохновения. Неоднократно обсуждался вопрос о том, как модели передают «сообщения» на подиуме и в журналах, надевая культурные символы в качестве предметов моды. Это не новое явление, однако эта тема восходит к истории колонизации, империализма и превосходства. Данная проблема имеет отношение ко временам колонизации Америки. После европейцев в эпоху Просвещения пришли американцы. Колониальные державы обменивались не только природными, но и культурными ресурсами. Известные люди в индустрии моды призывали черпать вдохновение из определенных культур и использовать их в качестве заявления о моде, не учитывая ценности этих культур для других цивилизаций. Неприятное чувство для людей, которые считали, что индустрия моды формирует стереотипы об их нации и обычаях. Дизайнеры должны быть лишены каких-либо оправданий, чтобы воровать у культур и получать прибыль от этих дизайнов. Однако мода не только демонстрирует свое восхищение культурой с помощью текстиля, но и создает его. При изучении королевского придворного платья и портретов XVIII века Марии Антуанетты можно увидеть шелка, выполненные в азиатском стиле. Одной из таких вещей была импортная индийская кашмирская (пашмина) шаль, предшественница супертренда 90-х. Переходя в XX век, инновации в развитии текстиля позволяют получить коммерческую прибыль и успех за счет художественной лицензии. Такие кутюрье, как Чарльз Фредерик Уорт, который переосмыслил стили костюмов эпохи Возрождения, чтобы создать один из самых влиятельных домов для женщин того времени, задавали тон определенной моде. В то время как новаторы, такие как Поль Пуаре и Мадлен Вионне, возродили неоклассические силуэты, подчеркнув влияние Африки, Японии, Индии и Америки, исходные культуры и ремесленники часто оставались незамеченными. Между тем, интерес к Востоку в XX веке был связан прежде всего с триумфом русского балета, когда Дягилев представил сказочную Россию, которая тогда ассоциировалась с Востоком. Иной раз случается так, что присвоение происходит путем заимствования методов текстильного дизайна. В этом случае важно преподавать историю ткани с точки зрения социальной справедливости. Не все проблемы в культуре связаны с быстрым темпом производства и безответственным подходом. С другой стороны, у дизайнеров нет времени на то, чтобы объяснить или проконсультироваться с носителями другой культуры. В первые дни торговли, когда были открыты двери для культурного обмена, увеличение продаж и выход экзотических тканей на новые рынки уступили место культурному присвоению. Поэтому компании, которые допускают оплошности на сегодняшний день, могут быть подвергнуты культурной апроприации. Культурное присвоение, с одной стороны, может быть торжеством этого культурного обмена, если оно осуществляется уважительно и со вкусом. Но оно также может брать от культуры и наследия людей, часто полностью исключая носителей из истории. Таким образом, от дани уважения до преступления всего один шаг. Вместо того, чтобы быть более распространенным и менее оспариваемым, сегодня модные дома, бренды одежды или дизайнеры наказаны за ошибки в культуре модного присвоения. Не все, по мнению тех, кто выступает против этого вопроса, черпали из других культур для собственной выгоды и прибыли. Теперь это считается оценкой модного тренда или присвоением? Эта задача, которая требует решения. К примеру, модный бренд Gucci также столкнулся с негативной реакцией на культурную принадлежность после осеннего показа 2018 года, где были представлены белые модели в тюрбанах. Последнее разочарование последовало после того, как бренд выставил тюрбан на продажу в Nordstrom за 790 долларов. После этого в социальных сетях группа сикхов, которая носит тканевые головные уборы в рамках религиозных обрядов и выступает за духовные права, заявила: «Тюрбан — это не просто аксессуар для монетизации; он является религиозным символом веры миллионов сикхов. Некоторые полагают, что это культурное присвоение неуместно». Другой скандальный случай был связан с тем, что у чернокожих людей есть озабоченность в связи с дресс-кодом на рабочем месте, который запрещает или препятствует тому, чтобы они носили естественные прически. Марк Джейкобс позволил Джиджи и Белле Хадид выйти на подиум в париках с длинными дредами, это подчеркнуло дисбаланс в мире. Представитель Джейкобса сказал, что прическа была вдохновлена американским режиссером и продюсером Ланой Ватсон, но он не признал происхождение стиля или духовный смысл растафарианства. На сегодняшний день проблема культурной апроприации стала так актуальна из-за условий труда рабочих на фабрике и расовой дискриминацией. Данная проблема уходит корнями еще ко временам колонизации. «Указание источников вдохновения имеет важное значение, и перевод, если он сделан, должен уважать и демонстрировать понимание первоначального источника вдохновения — если этого не сделать, культурное наследие будет уменьшено, — сказала Эуланда Сандерс, заведующая кафедрой одежды, мероприятий и гостиничного бизнеса в Университете штата Айова. — Мода — самое дорогое дитя капитализма. Если кто-то хочет понять капитализм и его законы, он должен понять моду. Прогресс в моде диктуется постоянно возрастающей скоростью, а капитализму свойственна погоня за прибылью. Если вы просите дизайнера производить так много коллекций в год, что само по себе является невыгодным предложением, вы не можете ожидать, что дизайнер проведет надлежащее исследование». Поскольку мода основана на цикле трендов, использование культурного символизма в качестве вдохновения может длиться какое-то время, но как только заимствование считается приемлемым, повторение на рынке неизбежно. Проблема апроприации в мире моды очень сложна. Если рассматривать ее в исторической перспективе, то можно увидеть, как и Восток заимствовал одежду и ткани у западной культуры. Таким образом, дизайнеры должны изучать культуры и отдать им должное уважение во избежание конфликтов и судебных разбирательств. Автор: Арсений Биньевский