CICADA 3301: нераскрытая и самая элегантная загадка интернета

Хронология квеста В январе 2012 года на имиджборде (разновидность веб-форума с возможностью прикреплять к сообщениям изображения) 4chan появилось загадочное изображение. Текст на нем гласил: «Здравствуйте. Мы ищем высокоинтеллектуальных людей. Чтобы найти их, мы разработали тест. В этом изображении скрыто сообщение. Найдите его, и оно приведет вас на путь, ведущий к нам. Мы с нетерпением ждем встречи с теми немногими, кто пройдет весь этот путь до конца. Удачи. 3301». Выглядело это все как начало очередного детектива или как очередной пранк в интернете — и именно поэтому многие не восприняли это серьезно либо решили, что это просто рекламная акция. Но те, кто все-таки решил попробовать, обнаружили нечто совершенно новое. Открыв файл изображения не как картинку, а как текстовый документ (через WordPad), искатели нашли набор символов. Ответ был спрятан с помощью стеганографии, то есть внутри самой картинки, а именно в ее цифровом коде. И чтобы его увидеть, нужно было открыть JPEG-файл в текстовом редакторе. Внутри цифрового кода обнаружилось послание: «Тиберий Клавдий Цезарь говорит 1xxt>33m2mgkyv2gsq3q=w]02ntk». Что это может значить? Кто это? Клавдий Цезарь — это римский император, живший две тысячи лет назад. Цифры после его имени — это очевидно какой-то код. А имя Клавдия — это намек. Намек на древнеримский шифр Цезаря — один из самых простых и древних методов прятать переписку от чужих глаз. Именно так полководец Гай Юлий Цезарь общался со своими генералами во время войны. Принцип шифра очень простой. Суть заключается в сдвиге букв. При шифровании каждый символ заменяется другим, стоящим слева или справа от него в алфавите на фиксированное число позиций. Но как можно было догадаться, с каким сдвигом шифр на картинке 3301? Клавдий Цезарь был четвертым римским императором. Самые пытливые умы, сдвинув шифр на 4 позиции, получили ссылку, на которой обнаружилось… изображение утки. Помимо того на картинке был следующий текст: «WOOPS. Just decoys this way. Looks like you can't guess how to get the message out». ( УПС. Это просто отвлекающий маневр. Похоже, вы не можете угадать, как разгадать сообщение) Ключевым словом было «OUT» — а точнее, OutGuess. Это программа для стеганографии, позволяющая прятать сообщения в избыточных битах графических файлов. Прогнав картинку с уткой через OutGuess, дешифраторы получили настоящую зацепку: 75 пар цифр в формате книжного шифра и следующую ссылку для продолжения игры. Эта цепочка тянулась долго. Чтобы разгадывать следующие шаги, необходимо было обращаться к языку мезоамериканского народа майя, к методу полиалфавитного шифра Виженьера, к литературе XIX века и так далее. Но в конце концов те, кто остался до конца, наткнулись на телефонный номер, зарегистрированный в Техасе, в Далласе. Позвонив на него, они услышали грубый мужской голос, записанный заранее. Он произнес: «Очень хорошо. Вы хорошо поработали. Есть три простых числа, связанных с оригинальным изображением. 3301 — одно из них. Вам придется найти два других. Перемножьте все три числа и добавьте .com, чтобы найти следующий шаг». Этими двумя числами оказались размеры исходной картинки: 509 на 503 пикселя. Произведение 509 × 503 × 3301 дало число 845145127. Сайт открыл изображение цикады и таймер, отсчитывающий время до 17:00 по UTC в понедельник, 9 января 2012 года. Кто же разгадывал это все? Немного отвлечемся от этапов расследования и поговорим о том, кто занимался решением этих ребусов. Естественно, за сложными криптографическими терминами и шифрами, за программистскими задачами стояли живые люди. Самый известный из них — Маркус Уоннер, 15-летний подросток из штата Вирджиния. Он был пятым ребенком в семье консервативных католиков. Мальчик обычно распределял свое время между школой, церковью и лагерем бойскаутов. Его родители строго контролировали все, даже то, что он делал в интернете: никакой самостоятельной регистрации, только компьютер в гостиной, где каждый шаг напоказ. Но в январе 2012 года Маркус впервые в жизни осмелился нарушить запрет. Он вступил в IRC-чат, где собирались энтузиасты, пытавшиеся разгадать «Цикаду». Там он встретил Текка — программиста и такого же техногика, который впоследствии стал настолько параноиком, что при встрече с журналистом Rolling Stone в пиццерии вздрагивал от звука упавшей тарелки, опасаясь слежки, и отказался рассказывать любые факты из своей биографии. О нем известно только то, что осенью 2014 года он уже был первокурсником одного из американских университетов. Самым ярким членом команды стал 26-летний саамский хакер Джон Хенрик Гутторм из глухой норвежской деревни за полярным кругом. Его мотивация была простой: «Мы тут на северах в основном ловим рыбу, а зимой рыбы нет». От скуки он взялся за взлом кодов «Цикады» — и поплатился глазами после нескольких бессонных суток перед монитором. Вместе они создали закрытый канал #decipher — сообщество самых упорных ребят, готовых изучать историю шифров от древности до современности. Итак, вернемся к 9 января 2012 года и тому самому звонку. Маркус тогда вновь нарушил все правила дома: например, не отправился на собрание бойскаутов, чего раньше никогда не делал. Да и в целом его состояние резко ухудшилось из-за бешеного темпа поисков и тяжелой умственной работы, что не осталось без внимания родителей. В какой-то момент он не спал около 30 часов подряд, отказывался от еды и терял нормальную координацию. Но подросток дождался долгожданного часа, и в назначенное время на сайте появились координаты 14 точек по всему миру: восемь в разных городах США, две в Париже, две в Сеуле, одна в Варшаве и одна в пригороде Сиднея. В каждой точке висел плакат с QR-кодом и изображением цикады. Для Маркуса и его команды это стало полной неожиданностью. Абстрактная интернет-загадка вторглась в физическую реальность, да еще и в таком масштабе. И, будучи молодыми ребятами без денег на билеты, они попросту не могли добраться до этих мест. Им пришлось выложить координаты в общий чат и просить добровольцев помочь. Плакаты вели к двум фрагментам указаний. Один отсылал к шестому тому 11-го издания Британской энциклопедии — там была статья с названием «Цикада». А второй — к стихотворению Уильяма Гибсона «Книга мертвых», которое распространялось на дискете и самоуничтожалось после прочтения. И финальное сообщение: «До сего момента вы делились слишком многим. Нам нужны лучшие, а не последователи. Лишь первые получат награду». Книжный код вел в даркнет — на сайт sq6wmgv2zcsrix6t.onion. Там требовалось оставить адрес электронной почты. И только те, кто успел первыми, получили личные коды для дальнейших действий. А что было дальше? Все, что нам известно, исходит от небольшого количества людей: Маркуса, Текка и еще нескольких. Насколько всему этому можно верить — это, конечно, большой вопрос. Потому что докопаться до истины, к сожалению, так ни у кого и не вышло. Главный вопрос: кто стоял за Cicada 3301? В интернете родилось несколько версий. Первая — вербовка спецслужб. У этой гипотезы есть исторические прецеденты. Алан Тьюринг, взламывающий немецкие шифры во время Второй мировой войны, отбирал криптографов через сложные кроссворды в газетах. У штаб-квартиры ЦРУ в Лэнгли до сих пор стоит монумент «Криптос» с зашифрованным посланием, которое полностью никто так и не смог разгадать. Не исключено, что «Цикада» — это современный аналог и поиск новых талантов. Вторая версия заключается в том, что это арт-проект или альтернативная реальность (ARG) — жанр, в котором загадка перетекает из сети в реальный мир. К примеру, рекламные кампании фильмов и музыкальных альбомов или даже поиск сотрудников в Google (первое простое число из 10 цифр в константе e). И самая романтичная, но наименее доказуемая версия — это тайное сообщество. Некие «цифровые иллюминаты», отбирающие избранных для личной, корыстной и неизвестной нам цели. Сторонники этой версии любят цитировать фрагмент из расшифрованного текста, отсылающий к рыцарям Круглого стола — поиску Грааля. Заимствование имени: вымогатели 2024 года Темная сторона «Цикады»? Вовсе нет. В июне 2024 года имя Cicada 3301 неожиданно всплыло вновь, но уже в отчетах кибербезопасности. Группировка с таким же именем начала атаки на корпоративные сети с использованием модели Ransomware-as-a-Service. Их шифровальщик, написанный на языке Rust, демонстрировал поразительное сходство с кодом печально известной группировки, специализирующейся на разработке и распространении программ-вымогателей, — BlackCat/ALPHV, исчезнувшей за несколько месяцев до этого. Аналитики шведской компании по кибербезопасности «Truesec» предположили, что это либо ребрендинг, либо группа, купившая исходный код. Однако важно подчеркнуть: эти вымогатели не имеют никакого отношения к загадке 2012 года, кроме украденного имени. Как прямо отмечается в отчете «Truesec»: «Нет ничего, что связывало бы эту группу вымогателей с тем феноменом». Cicada 3301 для них — это просто громкий заголовок, привлекающий внимание на форумах и добавляющий ореола таинственности. Автор: Софья Левина

Эффект лобового стекла

Главные секреты исчезновения насекомых с лобового стекла — не в химии для стекол. Все оказалось куда глобальнее. В конце 1990-х — начале 2000-х водители в Европе и Северной Америке заметили, что лобовые стекла автомобилей перестали загрязняться насекомыми. Это явление, названное «эффектом лобового стекла», стало первым признаком глобального сокращения численности насекомых. В 2017 году Энтомологическое общество Крефельда (Германия) опубликовало данные 27-летнего мониторинга: биомасса летающих насекомых в 63 охраняемых природных зонах сократилась на 76%, а в летние пиковые периоды — до 82%. В 2019 году глобальный обзор под руководством Франсиско Санчес-Байо (Сиднейский университет) проанализировал 73 долгосрочных исследования и установил, что общая масса насекомых на планете сокращается на 2,5% в год. При сохранении этой динамики насекомые могут полностью исчезнуть через 100 лет. По данным ЮНЭП, под угрозой вымирания находятся более 40% видов насекомых — это в 8 раз быстрее, чем исчезновение млекопитающих, птиц и рептилий. Эксперты IPBES выделяют три основные причины кризиса: • Интенсивное сельское хозяйство: монокультуры и повсеместное использование неоникотиноидов (системных инсектицидов, проникающих в пыльцу и нектар) уничтожают популяции насекомых. • Разрушение естественной среды обитания: за последние 50 лет уничтожены луга, живые изгороди и болота. • Изменение климата: исследование в тропических лесах Пуэрто-Рико (заповедник Лукильо) показало сокращение численности насекомых в 10–60 раз за 35 лет из-за потепления. Специалисты Buglife называют насекомых «нижними кирпичами» биосферы. Их исчезновение запускает трофический каскад: за 30 лет численность птиц в сельскохозяйственных районах Европы сократилась на 55% из-за нехватки насекомых для птенцов. Аналогично страдают амфибии, мелкие млекопитающие и пресноводные рыбы. Экономические последствия: более 75% мировых продовольственных культур зависят от опыления насекомыми. Ежегодный вклад опылителей в мировую экономику оценивается в 235–577 миллиардов долларов. Без них человечество потеряет большую часть витаминов и микроэлементов (фрукты, овощи, орехи, кофе станут роскошью). Световое загрязнение — еще один скрытый фактор. Ученые Университета Эксетера установили, что искусственное освещение дезориентирует насекомых, нарушает их размножение и делает их легкой добычей. Один уличный фонарь может уничтожить тысячи особей за ночь. Профессор Дэйв Гулсон (Сассекский университет) предупреждает о «синдроме сдвига базовой линии»: новые поколения принимают опустевшую природу за норму, не осознавая масштаб потерь. Прогнозы варьируются от осторожно оптимистичных до катастрофических. ФАО настаивает на переходе к экологическому земледелию, «цветочных коридорах» на полях и ограничении химии. В ряде стран Европы введены запреты на неоникотиноиды, а в Баварии принят закон, обязывающий фермеров выделять часть земель под естественные луга. Насекомые способны быстро восстанавливаться, но пока общая стратегия человечества направлена на экспансию и стерилизацию окружающей среды, «тихий апокалипсис» будет продолжаться. Эффект лобового стекла — это свидетельство того, что мы живем в эпоху, когда жизненная сила планеты буквально выветривается из атмосферы, оставляя за собой чистые стекла и пустые горизонты. Если мы не вернем жужжание в наши сады и на наши поля, кто станет следующим звеном в этой цепи исчезновений?

Тревожность порождает тревожность

Может быть, вы замечали, что боитесь не самой ситуации, а того, что вам будет страшно в ней. Боитесь паники в самолёте, растерянности на сцене, потери себя в браке или ошибки за рулём. Фразы вроде «я переживаю, что мне будет страшно и я сделаю что-то не так» звучат всё чаще. Вдумайтесь только: мы боимся, что будем бояться. Важно уметь отличать тревогу от страха. Страх — это уже надвигающийся медведь в лесу, реакция на реальную угрозу здесь и сейчас. Тревога — это когда вы идёте по лесу и думаете: «Из какого куста может выскочить медведь?», то есть мы только предвосхищаем опасность. Мы не уверены на 100%, что это произойдёт, но организм работает на полную, будто уже столкнулся с угрозой. Все гормоны стресса — адреналин, норадреналин и кортизол — выбрасываются в кровь в полную силу. Цена избегания и иллюзия контроля За такими мыслями неизбежно следует избегание. Вы не пойдёте в этот «лес», не поедете в страну мечты, не начнёте отношения, не сядете за руль и не выйдете на сцену — лишь бы не столкнуться с тревогой. Потому что «тревога о тревоге» выматывает сильнее самого события, и проще отказаться от действия совсем. Но, к сожалению, облегчение наступает ненадолго. Ему на смену приходят самобичевание, чувство упущенных возможностей и горечь от того, что вы не реализовали свои планы или потребности. Почему же рождается эта тревога о тревоге? Одна из ключевых причин — перфекционизм. Желание, чтобы всё прошло идеально, безупречно, шикарно и без помех. Или хотя бы не хуже, чем у других, или так же «счастливо», как когда-то у вас было. Ожидание того, что всё может пойти не по плану, мгновенно запускает тревогу. А переживаете вы именно потому, что не можете всё контролировать. И как только возникает это понимание, включается древний сигнал опасности. Эволюция, тело и сигнал тревоги Мы с вами не так далеко ушли эволюционно от наших предков, и для нашего мозга горящий дедлайн или птеродактиль несут примерно одинаковую угрозу. Тревога — это в первую очередь чувство, а чувство всегда является реакцией. Как любая реакция организма, она о чём-то говорит. Если вы тянетесь к чашке чая, обжигаетесь и отдёргиваете руку, боль сигнализирует об опасности. Так и неприятное ощущение внутри вас — это знак того, что есть что-то важное для вас, что вы хотите сделать или пережить, но ваша нервная система пока оценивает риски как слишком высокие. Тревога — это просто сигнал о том, что что-то требует внимания, а не приговор к бездействию. Конечно, бывает и полностью обоснованная тревога, когда риски реальны. Но даже в этом случае мы возвращаемся к тому же факту: вы можете сделать всё возможное, но проконтролировать абсолютно всё не в человеческих силах. Что говорят последние исследования К тому же тревога имеет под собой прочную биологическую основу, и последние исследования 2025–2026 годов это подтверждают. Масштабное генетическое исследование, проведённое международным консорциумом на выборке более 120 тысяч человек с диагнозами тревожных расстройств и 730 тысяч человек без них, выявило 58 участков ДНК, связанных с повышенной чувствительностью нервной системы. Многие из этих локусов влияют на работу ГАМК-системы — нашего естественного мозгового «тормоза», который отвечает за гашение возбуждения и восстановление спокойствия. Как работает ГАМК-система? Простыми словами: нейроны (клетки мозга) общаются друг с другом с помощью химических сигналов. ГАМК — это один из таких сигналов. Он говорит соседним нейронам: «Тише, не надо так активно работать, давай отдохнём». Когда ГАМК работает хорошо — вы спокойны, можете расслабиться, уснуть. Когда её мало или она работает слабо — мозг «перегревается», и появляются тревога, напряжение, бессонница. Учёные также проверили эти данные на азиатских и африканских популяциях и заметили, что связь там выражена слабее. Это не значит, что у других народов другая биология. Это говорит о том, что у каждого из нас при рождении есть своя уникальная структура нервной системы, свой врождённый потенциал чувствительности, который раскрывается или приглушается в зависимости от контекста, среды и жизненного опыта. Исследование подтверждает: тревога биологически обусловлена, но не запрограммирована навсегда. Благодаря этим данным мы понимаем, что, находясь в хроническом стрессе, вы не сможете избавиться от тревоги по щелчку пальцев. Для нормализации работы мозга и нервной системы нужно время, терпение и грамотная поддержка. Как перестроить мозг: новый взгляд на помощь Хорошая новость заключается в том, что наш мозг пластичен и готов к изменениям. Долгое время в терапии основной фокус был направлен на вопрос: «Какие негативные мысли вас посещают сегодня?». Однако новые данные показывают, что если в работе сместить акцент на другой вопрос — «Что хорошего вы сегодня заметили и пережили?», — снижение тревоги происходит быстрее и устойчивее. Нам не нужно заставлять мозг «думать позитивно». Нам нужно просто дать ему новую привычку, ведь мы часто не обращаем внимания на позитивные моменты в жизни. Почему? Потому что наш мозг эволюционно настроен замечать угрозы: если бы мы думали только о прекрасном, нас бы давно съел тот самый птеродактиль. Но когда мы осознанно фиксируемся на ресурсах, маленьких победах и моментах спокойствия, мы физически укрепляем новые нейронные связи. Представьте, что вы раньше ходили только одной тропинкой и, соответственно, на пути встречали одни и те же препятствия. А если вы начнёте идти другой дорогой — замечать положительные моменты, — то и ландшафт вашего восприятия изменится. Тревога перестаёт быть хозяином положения, когда мы учимся не бороться с ней, а принимать её как сигнал, возвращая себе право на ошибку, отказываясь от иллюзии всеконтроля и постепенно, шаг за шагом, входя в свой «лес». Мы начинаем доверять не идеальному сценарию, а своей способности чувствовать, дышать и справляться. Автор: Татьяна Трофимова

«Куриное отвращение»: почему любимая еда может внезапно разонравиться

Случалось ли с вами такое, что вы резко переставали любить еду, которую раньше обожали? Эту тему активно обсуждают пользователи соцсетей, особенно когда речь заходит о курице. Люди рассказывают, что внезапно начинают испытывать отвращение к ней, иногда даже в процессе еды, хотя раньше такой проблемы не возникало. В интернете это явление часто называют «куриное отвращение» или просто «куриное фу». Причины, вызывающие отвращение Доцент кафедры психобиологии Портсмутского университета (Великобритания) Лоренцо Стаффорд посвятил свою научную работу влиянию сенсорной системы (в основном обоняние и вкус) на поведение человека. По его словам, когда речь заходит о чувстве отвращения, важно, как люди справляются с собственной реакцией. Существует ряд причин, по которым вы можете внезапно начать странно реагировать на ранее любимую еду. Если с вами такое случалось, есть хорошая новость: существуют способы преодолеть это. Первая причина внезапного отвращения связана с изменением блюда. Возможно, вы заметили, что вкус, запах или вид курицы отличались от привычного. Это вызывает несоответствие ожиданиям, из-за чего ваше отношение к этой еде может резко перемениться. Также это может быть связано с добавлением нового ингредиента, меняющего восприятие. Еще одна вероятная причина кроется в том, чем вы занимались непосредственно перед тем, как почувствовали отвращение. Если перед началом готовки вы листали соцсети и разглядывали фотографии неаппетитной еды, это может повлиять на ваше последующее отношение к еде. Кроме того, если во время готовки рядом находился человек, выражающий брезгливость (даже просто скорчив гримасу), это тоже способно отразиться на вашей собственной реакции. Как отметил Стаффорд, причина этого явления объясняется склонностью человека подражать другим благодаря зеркальным нейронам (клеткам мозга, отвечающим за эмпатию и подражание) и связанному с ними процессу эмоционального заражения — неосознанному «подхватыванию» чужих эмоций. К тому же некоторые люди более чувствительны к брезгливости, чем другие. «Отвращение — это эмоция, защищающая нас от вещей, которые потенциально могут причинить вред, например, от испорченной или небезопасной пищи», — подчеркнул ученый. Американские исследования 2025 года показали, что люди, отличающиеся повышенным чувством отвращения, чаще проявляют неприязнь и в контексте романтических отношений. Это дает основания полагать, что те, кого отличает особая брезгливость, более подвержены феномену «куриного фу». Также важным фактором является чувство голода. Если вы не очень голодны, вы можете быть более придирчивы к неожиданным особенностям еды, например, к необычному запаху, текстуре или вкусу. Когда же вы по-настоящему проголодались, вы, что вполне объяснимо, становитесь менее чувствительны к отвращению и с меньшей вероятностью заметите то, что в другой ситуации вас бы оттолкнуло. В исследовании Стаффорда похожий эффект наблюдался и при употреблении алкоголя: чем выше был уровень алкоголя в крови участников, тем ниже была чувствительность к отвращению. Вполне возможно, что определенные состояния влияют на склонность испытывать «куриное фу». Кроме того, пол тоже может играть роль. Британское исследование, проводившееся еще в 2003 году, показало, что женщины более восприимчивы к чувству отвращения, чем мужчины. Ученые предположили, что такие различия развились в ходе эволюции: они помогали женщинам быть разборчивее при выборе партнера и защищать потомство от болезней. Отвращение также усиливается во время беременности и, видимо, связано с работой иммунной системы. Как с этим справиться Если вы уже сталкивались с внезапной неприязнью к курице, есть два основных способа, которые могут помочь справиться с этим чувством. Есть вероятность, что ваше отвращение связано с конкретным способом приготовления, поэтому попробуйте поменять его. Когда курица снова появится в вашем меню, используйте другой рецепт или приправы, либо возьмите куриную грудку вместо бедрышек или крылышек. Это может помочь избавиться от отвращения. Второй способ — попросить кого-то приготовить для вас. Если вас отталкивает текстура или запах курицы (особенно сырой), пусть кто-то из близких поможет вам. Кроме того, можете сходить поесть в кафе или купить готовое блюдо в магазине — тогда вам не придется самостоятельно возиться с приготовлением курицы. Все это касается и других продуктов. По словам Стаффорда, устранение факторов, которые изначально вызвали отвращение, должно сработать как перезагрузка, и вы снова сможете получать удовольствие от еды. Есть вероятность, что эти два способа не помогут. Это значит, что у вас сформировалась негативная ассоциация, которую необходимо «перестроить». В таком случае может потребоваться чуть больше времени. Ученый порекомендовал сочетать прием пищи с чем-то приятным: включить любимую музыку или даже просто сменить цвет тарелки. Повторив это несколько раз, вы выработаете у себя условный рефлекс на положительную реакцию и, скорее всего, преодолеете «куриное отвращение». По материалам статьи «The ‘chicken ick’: why we suddenly become disgusted by foods we used to like» The Conversation

Почему иногда хочется «комфортной еды»

В состоянии стресса многих тянет к определенным блюдам, которые связаны с теплыми детскими воспоминаниями. Когда же времени на приготовление по старым рецептам нет, может выручить мороженое. В этом и заключается суть понятия, которое, скорее всего, впервые ввела психолог Джойс Бразерс в газетной колонке в 1966 году: «Взрослые в состоянии сильного эмоционального стресса обращаются к тому, что можно назвать «комфортной едой» — пище, ассоциирующейся с чувством защищенности из детства, такой как мамино яйцо-пашот или знаменитый куриный суп». Во времена Бразерс большая часть такой еды (как и практически всех продуктов) была домашней или подвергалась минимальной промышленной обработке. Однако за прошедшие десятилетия производители стали использовать все более сложные технологии, чтобы создавать доступные по цене версии любимых «утешительных» блюд с высокой степенью переработки, таких как картофельное пюре, торт и мороженое. Насыщенные калориями, с избытком соли, жира и сахара, эти ультрапереработанные продукты делают сегодняшнюю «комфортную еду» располагающей к перееданию и менее полезной, чем у предыдущих поколений. Однако наука способна указать путь к такой еде, которая была бы более здоровой и менее калорийной. Исследования показали, что воздействие этих продуктов в значительной степени психологическое, поэтому перенастроить мозг вполне возможно — или же найти желаемое утешение в чем-то другом. Утрапереработанная еда Благодаря стремлению современного мира к удобству, высока вероятность того, что как минимум одно из ваших любимых «утешительных» блюд подверглось глубокой переработке. В еще неопубликованной работе психолог из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе Джанет Томияма проанализировала данные, полученные в ходе исследования пищевых привычек американцев, в рамках которого 1760 респондентов, называющих себя «любителями комфортной еды», перечислили три своих самых любимых блюда. Оказалось, почти половина продуктов из 300 перечисленных — ультрапереработанные. Они имитируют домашние аналоги, поскольку их готовят из ингредиентов, извлеченных из цельных продуктов. Например, макароны с сыром в упаковках — это переработанный продукт. Сами по себе макароны и сыр подвергаются минимальной обработке, но для создания уже готового аналога в пачке используют самые рафинированные ингредиенты. В них часто добавляют стабилизаторы, усилители вкуса и другие вещества, которые вы не стали бы использовать у себя на кухне. Их кладут, чтобы максимально продлить срок хранения и усилить ту вкусовую привлекательность, которую создают соль, жир и сахар. А поскольку продукты глубокой переработки, как правило, почти или вовсе не требуют готовки, занятые родители стали полагаться именно на них. Глубоко переработанные продукты к тому же легче переесть, потому что они требуют меньше жевания: обработка разрушает природную структуру ингредиентов, из-за чего проглатывание происходит быстрее. Исследования показали, что люди потребляют такую пищу быстрее, чем необработанные или минимально обработанные продукты, получая до двух раз больше калорий в минуту. В исследовании 2024 года одни участники съедали ультрапереработанный сэндвич на завтрак, приготовленный из покупного тостового хлеба с маргарином, ветчиной и сыром, другие — сэндвич из хлеба местной пекарни и яиц, пожаренных на соевом масле. Блюда были одинаковыми по калорийности и содержанию макронутриентов, но первый вид сэндвичей жевался меньше и проглатывался быстрее, а люди после употребления сообщали о сильном чувстве голода. Но это еще не все: у ученых есть данные, доказывающие, что глубоко переработанные продукты несут в себе риски, выходящие за рамки простого переедания. Некоторые исследования также указывают на то, что такая еда, особенно сладкая, способна захватывать систему вознаграждения мозга, вызывая эффект привыкания. Психология и культура Специалисты по питанию работают над тем, чтобы понять, как и почему определенные продукты поднимают настроение. Они выяснили, что Бразерс была права: утешительная еда и правда уходит корнями в детство. Например, в ходе исследования 2025 года социолог из Питтсбургского университета Ник Роджерс с коллегами провел серию интервью, чтобы выяснить, почему именно «комфортная еда» приносит утешение. Почти каждый из 27 участников, представлявших разные демографические группы, рассказал об эмоциональной привязанности к конкретным блюдам, которые он ел в детстве, хотя сами блюда различались в зависимости от культурной принадлежности. Пережитый опыт наполнил эту еду воспоминаниями о хороших временах, чувстве безопасности и заботы. Участники, став взрослыми, обращались к этим блюдам в минуты одиночества. Также для респондентов важную роль играли знакомый вкус, предсказуемость и удобство, поэтому неудивительно, что в ответах упоминались картофель фри из «Макдоналдса» и макароны с сыром «Крафт». Однако связь с детством сохраняется и здесь: поскольку производители продуктов питания десятилетиями целенаправленно делали глубоко переработанную еду дешевой, доступной и привлекательной, родители стали активно на нее полагаться — и теперь их дети перенимают эти ассоциации. Это можно назвать выработанным рефлексом. «В большинстве культур люди отмечают праздники едой или используют ее как повод собраться вместе с друзьями и близкими, — пояснила Томияма. — Человек учится ассоциировать такую еду с положительными эмоциями, и эта связь укрепляется на протяжении всей жизни, но особенно — в ранние годы». Как отметил специалист по вкусу из Университета Теннесси Джон Мунафо, это означает, что еда, которую воспринимают как «комфортную» или «утешительную», у каждого своя, и формируется она из сочетания психологических, культурных и физиологических факторов. Без психологической связи с конкретным продуктом желанного успокаивающего ощущения вы не получите, хотя вам по-прежнему будет вкусно. Для многих американцев «комфортная еда» является синонимом гастрономического баловства, но, как показал обзор исследований, проведенный Мунафо, ее питательная ценность варьируется в зависимости от культурных традиций. Американец предпочел бы углеводы, вьетнамец, вероятно, выбрал бы фо (бульон с рисовой лапшой, специями и зеленью), а колумбиец, возможно, вырос бы на ахиако (восстанавливающий силы суп из курицы, картофеля и кукурузы). Психологическая связь играет гораздо более важную роль, чем сам продукт питания. По словам социального психолога Челси Рид, ностальгия — ключевой элемент силы «утешительной» еды. В четырех экспериментах, результаты которых были опубликованы в 2025 году, она с коллегами изучала связь между пищевой ностальгией, социальной общностью и ощущением комфорта. Чем больше ностальгии вызывала еда, тем сильнее она дарила чувство душевного комфорта: участники вспоминали моменты единения с близкими, что улучшало им настроение. Еда служила напоминанием о тех, кого не хватает рядом. В трех экспериментах из четырех люди ничего не употребляли, а лишь представляли, как едят определенные блюда, описывали этот опыт и оценивали его по уровню ностальгии и утешения. Даже без реальных продуктов они испытывали эмоциональную пользу. «Это указывает на то, что психологическая составляющая невероятно важна, возможно, даже важнее процесса жевания или вкуса, — заявила Рид. — Движущей силой этой взаимосвязи является именно сочетание смысла, который человек вкладывает в эту еду, и воспоминаний о том, где и с кем он ее ел». Этот поднимающий настроение эффект реален, но для него не обязательно есть. Даже просто мысли о любимых блюдах способны вызвать теплые ностальгические чувства. Перепрограммирование Ученые также исследовали, можно ли переучить мозг, чтобы он связывал чувство комфорта со здоровой пищей. В одном эксперименте Томияма и ее коллеги просили людей есть фрукты, слушая запись сеанса релаксации. Добровольцы выполняли это задание в течение недели. Рефлекс Павлова сработал: по сравнению с контрольной группой у них значительно ослабли негативные эмоции, так как мозг научился связывать расслабление с фруктами. В другом исследовании Томиямы участников сначала просили выбрать «комфортные» продукты из двух списков: в один входили переработанные продукты с высоким содержанием жира или сахара, в другой — фрукты и овощи. В день проведения эксперимента каждому предстояло выступить с пятиминутной речью — задание, призванное вызвать сильный стресс. Затем участникам предлагали их самый любимый продукт из двух списков либо же ничего не предлагали. На протяжении всего процесса исследователи отслеживали физиологические и психологические показатели людей. После стресса настроение улучшилось у всех. Негативные эмоции просто утихали со временем. Здоровая «комфортная еда» не дала дополнительного стимула, как и вредная. Даже те, кто не получил продукты, чувствовали себя лучше по мере ухода стресса. Возможно, люди просто приписывают любимым блюдам тот подъем настроения, который испытали бы и без них. Оказалось, что в поглощении высококалорийной переработанной еды нет ничего утешительного. Это хорошая новость для тех, кто привык заедать стресс. «Не обязательно тянуться за мороженым, чтобы ощутить чувство комфорта», — заключила Томияма. Вы почти наверняка способны обрести душевное облегчение другим способом. По материалам статьи «Why we crave ‘comfort food’» Knowable Magazine

Как когнитивная ловушка нашего мозга изменила графику в кино

Когда в последний раз вы видели в кино не настоящего актера, а смоделированного графикой человека, и какие эмоции у вас это вызвало? Цифровая модель человека, полностью копирующая строение его лица, тела, мимику, цвет кожи и волос, как правило, очень редко встречается в современных фильмах и скорее была экспериментальным явлением на заре зарождения графики. Почему же так вышло? Все дело в известном большинству эффекте «зловещей долины», который вызывают у нас все гуманизированные, но не являвшиеся человеком существа, и который давно стал наваждением и проклятием мира цифровой анимации. Почему творение, столь близкое к совершенству, вызывает у нас отторжение? И какое гениальное в своей простоте решение нашли создатели фильмов, чтобы обойти эту когнитивную ловушку? Что такое «зловещая долина» История этого открытия началась в 1970 году, когда японский инженер-робототехник Масахиро Мори опубликовал эссе «Bukimi No Tani» (впоследствии и переведенное как «Uncanny Valley» — «Зловещая долина»). Он выдвинул гипотезу: чем больше мы стараемся сделать робота похожим на человека, тем большую симпатию он вызывает, но лишь до определенного предела. Как только сходство достигает критической отметки «почти человек», наша эмпатия резко обрушивается в пропасть, вызывая чувство тревоги, отторжения и даже ужаса. Мори изобразил это в виде графика, где плавный подъем кривой привлекательности сменяется внезапным провалом — той самой «долиной». Но что именно мы чувствуем, стоя на ее краю? Это не просто дискомфорт, а глубинное, почти животное ощущение неправильности происходящего. Исследователи описывают его как смесь страха и отвращения, сравнимую с реакцией на вид мертвого тела — и сам Мори проводил эту параллель. Почему так происходит За этим психологическим феноменом стоит сложная работа нашего мозга. Ученые из Калифорнийского университета в Сан-Диего провели любопытный эксперимент. Двадцати испытуемым показывали видео с тремя «актерами»: живым человеком, высокореалистичным роботом и металлическим роботом без всякой имитации кожи. Когда участники смотрели на человека и простого робота, их мозг демонстрировал абсолютно типичную реакцию. Но при виде робота, почти неотличимого от живого существа, мозг буквально «вспыхивал». Особая активность наблюдалась в теменной коре — в зонах, связывающих визуальное восприятие движений тела с работой зеркальных нейронов, ответственных за эмпатию. Мозг словно заходил в тупик, не в силах сопоставить увиденное с имеющимися у него шаблонами и понять, человек перед ним или машина. Этот внутренний конфликт объясняется механизмом, известным как «нарушение предсказаний». Наш мозг постоянно строит модели окружающего мира, и когда реальность не совпадает с прогнозом, возникает сигнал ошибки, заставляющий нас дистанцироваться от источника дискомфорта. Однако эволюционные корни этого явления уходят еще глубже. По одной из версий, сверхчувствительность к мельчайшим отклонениям от человеческой нормы служила нашим предкам механизмом защиты: она позволяла распознавать болезнь, разложение или угрозу со стороны мертвого, но кажущегося живым существа. Так что, содрогаясь при виде неудачного персонажа из мира графики, мы, по сути, прикасаемся к древнему, как сам Homo sapiens, инстинкту выживания. «Полярный экспресс» и другие: хроника кинематографических экспериментов Кинематограф, как гигантская лаборатория визуальных экспериментов, предоставил нам целую галерею образов, наглядно иллюстрирующих опасность падения в «долину». Самым хрестоматийным примером стал «Полярный экспресс» Роберта Земекиса (2004) — фильм, задуманный как волшебная рождественская сказка, но запомнившийся зрителям совсем другим. Технология захвата движения в этой ленте столкнулась с несовершенством тогдашних алгоритмов обработки изображения, и, увы, персонажи получились какими-то безжизненными, с пустыми глазами и застывшими улыбками. За «Полярным экспрессом» последовали и другие неудачные пробы. Фильм «Тайна красной планеты» (Mars Needs Moms, 2011) с его гиперреалистичной графикой персонажей провалился в прокате во многом из-за того, что зрители просто не могли сопереживать героям. А «Беовульф» (2007), также от Земекиса, подарил нам неживые глаза Анджелины Джоли, превратившие сцену соблазнения в зрелище, приносящее дискомфорт. Зрители, сами того не осознавая, становились жертвами работы древних механизмов мозга, безжалостно отбраковывающих фальшивое подобие жизни. Почему «Аватар» не стал «Полярным экспрессом»: искусство стилизации И вот здесь мы подходим к самому интересному. В 2009 году Джеймс Кэмерон поставил перед своей командой задачу, казавшуюся невыполнимой: создать фотореалистичных персонажей, которые не оттолкнут, а, напротив, заставят зрителя сопереживать. «Преодоление зловещей долины было нашей главной целью с самого начала, — признавался впоследствии режиссер. — Эти персонажи должны быть реальными, они должны быть живыми. И то, что делают актеры, должно передаваться на 100%». Как же Кэмерону и его команде удалось то, что оказалось не по зубам «Полярному экспрессу»? Ответ кроется в том самом слове, что вынесено в заголовок: стилизация. На’ви — высокие, гибкие существа с синей кожей, большими золотистыми глазами и «кошачьими» чертами лица — были сознательно сдвинуты в сторону от фотореализма, в область художественного вымысла. С одной стороны, На’ви обладают полным спектром человеческой мимики и движений: актеры исполняли свои роли в костюмах захвата движения, а система, разработанная Weta, с беспрецедентной точностью переносила каждое движение лицевых мышц на цифровых персонажей. С другой — все эти движения были помещены в откровенно нечеловеческий контекст. Зритель не пытается подсознательно сравнивать На’ви с реальными людьми — он принимает правила игры, предложенные режиссером. Здесь работает фундаментальный принцип нашего восприятия, который нейробиологи называют «детекцией агентности». Мозг человека склонен приписывать наличие сознания и воли объектам, которые на людей не похожи вовсе, — именно поэтому мы сопереживаем роботу ВАЛЛ-И или видим характер в абстрактном треугольнике из классического эксперимента 1944 года. Но стоит объекту пересечь черту «почти человек», как включается режим придирчивой проверки: каждая несостыковка становится сигналом тревоги. Стилизация — это способ сказать мозгу: «Расслабься, это не человек, это художественный образ, не нужно его сканировать на предмет угрозы». Отечественный опыт Российская анимация и киноиндустрия также внесли свой вклад в исследование границ «зловещей долины». Взять, к примеру, «Смешариков» — один из самых успешных российских анимационных проектов. Эти круглые, нарочито упрощенные персонажи с большими глазами и минималистичной мимикой (хотя в них и есть элементы гуманизации), все же находятся на бесконечно далеком расстоянии от «долины» — и именно это делает их универсально привлекательными для зрителей любого возраста. Ребенок видит в Кроше или ежике не неудачную копию человека, а уникальное существо, живущее по законам своего сказочного мира. То же можно сказать и про персонажей других российских мультсериалов — «Фиксиков», «Барбоскиных», «Белке и Стрелке», «Сказочном патруле». Но известны в российской анимации и случаи, когда со стилизацией можно переборщить и, сделав круг, вновь вернуться к эффекту «зловещей долины». Так, например, произошло с персонажами Осла, Петуха, Пса и Кошки из фильма «Бременские музыканты» (2024). Все эти животные в фильме одного роста с человеком, несмотря на то, что в реальности они, конечно же, разной комплекции. Создатели оригинального советского мультфильма это учли — например, Кошка в нем почти вдвое меньше Осла, Петух — по пояс человеку. В современной версии при таком явном нарушении реалистичных пропорций аниматоры оставили реалистичным цвет шерсти, только усиливая тем самым диссонанс восприятия (в советском мультфильме, как мы помним, Пес был голубого цвета, а серый Осел имел яркую блондинистую шевелюру — аниматоры вписали в стилистику и картину мира, который создали, поэтому эти персонажи гармоничны в нем даже в таком виде). Помимо этого, в современной адаптации у героев черты и мимика человеческого лица смешались с животной мордой и ее строением. Такое явное наложение сыграло с мозгом странную шутку — он так и не понял, животное перед ним или человек. Как стилизация успокаивает наш мозг Так почему же упрощение, а не усложнение образа приносит нам чувство комфорта? Ответ стоит искать в самой природе нашего восприятия и в том, как мозг обрабатывает визуальную информацию. Область зрительной коры, ответственная за распознавание лиц (веретеновидная извилина), эволюционно настроена на чрезвычайно тонкий анализ человеческих черт. Мы способны уловить малейшую асимметрию, заметить неестественную задержку мимической реакции, почувствовать фальшь в движении глазных яблок — и все это происходит на досознательном уровне, за миллисекунды. Эта сверхчувствительность — эволюционный механизм выживания, позволявший нашим предкам мгновенно оценивать эмоциональное состояние соплеменников и распознавать потенциальную угрозу. Когда мы видим заведомо стилизованного персонажа — будь то На’ви из «Аватара» или Фиксик, — наш мозг автоматически переключается в иной режим восприятия. Обработка объекта происходит не через призму сравнения с живым человеком, а через категорию «художественного образа». Более того, наш мозг обладает удивительной способностью к восполнению пробелов. Экспериментально доказано, что при взгляде на простейшие геометрические фигуры, движущиеся определенным образом, мы спонтанно приписываем им намерения, эмоции и даже личностные качества — феномен, известный как «антропоморфизация». Проще говоря, зрителю не нужна фотографическая точность, чтобы проникнуться историей персонажа. Ему нужны узнаваемые эмоциональные сигналы, а остальное дорисует воображение. На мой взгляд, в этом кроется одна из самых глубоких истин о природе искусства как такового. Стремление к абсолютному, фотографическому реализму в изображении человека — это, в определенном смысле, ловушка, в которую человечество заманивает собственное эго. Мы так гордимся способностью воспроизводить реальность, что забываем, что наше восприятие реальности — не объективный процесс, а сложный танец нейронных сетей, в котором иллюзия часто оказывается убедительнее правды. И стилизация — это честный договор со зрителем, в котором создатели словно говорят: «Посмотри, это не человек, это образ, метафора, сказка. А теперь давай вместе вообразим, что этот образ — живой». И благодарный мозг, избавленный от необходимости придирчиво выискивать подвох, с радостью откликается на это приглашение. Кинематограф XXI века, проходя через болезненные уроки, в итоге постепенно приближается к мудрому компромиссу: стилизация стала не признаком технической слабости, а осознанным художественным выбором. Чтобы быть живым на экране, не обязательно быть точной копией живого человека, можно лишь правильно расставить акценты, оставив зрителю пространство для воображения — и тогда магия кино случится сама собой.

Остров Тюлений: заповедный уголок Охотского моря

В юго-западной части Охотского моря, всего в 12 км от Сахалина, находится островок Тюлений, который также называют «российским Галапагосом». Протяженность острова чуть более 600 метров, ширина варьируется от 40 до 110 метров. По сути, остров Тюлений — это скала, обрамленная галечным берегом. Здесь нет ни пресной воды, ни растительности, большую часть флоры составляют лишайники. Зато полно краснокнижных животных и птиц! Летом на пляжах отдыхают морские котики и сивучи (морские львы), их лежбища насчитывают до 120 тысяч взрослых животных и до 35 тысяч малышей! У животных здесь свои строгие правила. Самцы делят между собой территорию острова, а затем на берег выходят самки, чтобы родить потомство. Вскоре, в конце осени, мать покидает детенышей. Те еще какое-то время живут на острове, а потом тоже уходят в море. Уже взрослыми они возвращаются на «родину» только через два года — и зачастую на то же место, откуда ушли, с погрешностью в сто метров. В жизни морских котиков существует четкая иерархия. Они живут гаремами: секач — главный самец — собирает вокруг себя самок, которых может быть до пятидесяти «жен». А детенышей, чтобы не потерялись, пока мать охотится, собирают вместе — настоящий детский сад, ясельная группа. Здесь же обитает шумный птичий базар: на скалистых берегах гнездится около 110 видов птиц — кайры, топорики, тупики, ипатки, большие конюги, белобрюшки, глупыши, беринговы бакланы, моевки и другие. Самый массовый вид птиц — толстоклювая кайра — насчитывает более 250 тысяч представителей. Животные и птицы, обитающие на острове, чувствуют себя в безопасности, поскольку на Тюленем отсутствуют наземные хищники. Кроме того, в целях предотвращения занесения заболеваний здесь запрещено находиться с собаками: на территории Тюленьего действуют «Правила охраны и промысла морских млекопитающих». Однако в 2013 году на острове была обнаружена лиса, которая нанесла серьезный урон экосистеме. Попасть сюда хищница с «большой земли» могла либо весной с выносными льдами, либо зимой — по сплошному льду. С питанием у лисы здесь проблем не возникало: с осени на зиму на острове остаются трупы животных, весной — прилетают и обустраивают свои гнезда птицы, затем подтягиваются и другие местные обитатели. Однако хитрая гостья оказалась избирательной в выборе пищи и питалась преимущественно тупиками-носорогами. Охотилась лиса в темноте, потому что днем на острове работали научные сотрудники. Птицы же не боялись людей, соответственно, не улетали от проходящих мимо ученых и, вероятно, не реагировали и на лису. В результате из-за присутствия хищника на острове популяция тупиков-носорогов сократилась примерно в 10 раз. Что стало с лисицей дальше — неизвестно. Тюлений был открыт в 1852 году как огромное лежбище морских животных. Участь острова и его обитателей оказалась печальной: здесь стали добывать тюлений жир и мех. Убивали зверей вплоть до 2000-х, и лишь угасающий рынок, а не человечность, положил конец жестокости. К счастью, сегодня остров находится под строжайшей защитой и там кипит жизнь. Из-за хрупкой экосистемы и большого количества вымирающих видов животных доступ сюда затруднен. Туристическое направление здесь отсутствует, а для транспорта предусмотрены особые правила. Большие суда не могут подходить к острову ближе, чем на 30 миль (55 километров) и давать гудки. Самолетам и вовсе запрещено пролетать над островом. Как говорилось ранее, на остров периодически высаживаются экспедиции, цели у них разные, но всегда благие. Например, в период размножения млекопитающих и гнездования птиц ученые следят за численностью и рождаемостью. Вирусологи изучают образцы для создания вакцин и выявления новых болезней. Из-за высокой плотности и разнообразия фауны здесь активно циркулируют паразиты, поэтому остров Тюлений сыграл свою роль в развитии отечественной вирусологии. Волонтеры ежегодно прибывают на остров для спасательных операций. Сивучи и морские котики страдают от пластикового мусора, которого с каждым годом в океане становится все больше. Еще малышами звери попадают в пластиковые упаковочные ленты, запутываются в обрывках рыболовных сетей, а затем вырастают. «Удавка» все сильнее сжимает шею животного, врезаясь в мягкие ткани, и это может привести к гибели зверя. Поэтому когда у морских животных заканчивается репродуктивный период, волонтеры спешат на помощь котикам и сивучам. Добровольцы могут работать всего десять дней в году, чтобы не нарушать естественные ритмы природы, но за это время им удается спасти более сотни животных. Проблема морского мусора стоит очень остро, и волонтеры призывают людей к простым действиям, которые могут внести огромный вклад. Например, не выбрасывать закольцованные предметы в мусорный бак — они попадают в океан и становятся смертельной ловушкой для животных. Остров Тюлений — уникальный пример того, насколько хрупким может быть равновесие между жизнью и смертью: история этого места наглядно демонстрирует, как легко нарушить природный баланс. Но несмотря на угрозы с «большой земли», обитатели «российского Галапагоса» продолжают возвращаться сюда снова и снова, чтобы продолжить род. А в наших силах помочь сохранить этот и другие уникальные уголки нашей планеты, проявив заботу о природе и ответственное отношение к своим ежедневным привычкам.

Дорога на Марс за 34 дня. Астероиды как экспресс-маршрут

Среднее расстояние между Землей и Марсом — 225 млн км, среднее время полета 7–10 месяцев. Почему среднее? Дело в том, что эти значения меняются в силу следующих причин: орбиты Марса и Земли наклонены по отношению друг к другу и обе планеты вращаются вокруг Солнца по эллипсоидной орбите. Кратчайшее расстояние между Марсом и Землей наступает в тот момент, когда Марс окажется в перигелии — ближайшая точка к Солнцу, а Земля в афелии — в наиболее удаленной точке. В момент этого максимального сближения дистанция между ними составит 54,6 млн км. Когда планеты находятся по разные стороны от Солнца, расстояние между ними составляет примерно 401 млн км. Бывают моменты, когда наши небесные тела выстраиваются в одну линию, происходит это каждые 26 месяцев. Именно такие периоды считаются подходящими окнами для отправления на Красную Планету и для возвращения с нее. Поскольку обе планеты не стоят на месте, лететь к Марсу напрямую не получится. Ключ к успеху вовсе не самый короткий путь, а скорее правильно рассчитанная траектория, которая и определяет лучшее время для старта. На сегодняшний день в миссиях используется эллиптическая траектория: ракета с Земли как бы догоняет Марс. Помимо нее есть еще параболическая и гиперболическая траектории. При параболической траектории космический аппарат стартует с Земли с третьей космической скоростью — 16,65 км/с¸ а при гиперболической скорость должна быть даже больше. Конечно же, скорости можно увеличить с помощью продвинутых двигателей, например ядерных. По планам NASA, ракета с такой двигательной установкой, движущаяся по эллиптической траектории, сможет доставить человека на Марс всего за 45 дней. Но к двигателям мы вернемся чуть позже, а сейчас предлагаю рассмотреть один из нетривиальных вариантов. Бразильский космолог Марсело де Оливейра Суза из Университета Северного Рио-де-Жанейро предлагает использовать астероиды для ускорения. Ученый занимался каталогизацией околоземных астероидов. Среди множества каменных глыб, вращающихся в относительной близости от нашей планеты, его внимание привлек объект 2001 CA21. Все из-за того, что этот объект следует по необычной, редко встречающейся траектории — его путь пересекает орбиты и Земли, и Марса. Если говорить метафорически, такой астероид нашел своеобразный экспресс-коридор между двумя планетами. Проанализировав геометрию этого коридора во время противостояния Земли и Марса — явление, при котором планеты находятся на минимальном расстоянии друг от друга, а Земля расположена между ними и Солнцем, — Суза обнаружил неожиданное: традиционные представления о минимальном времени перелета ошибочны. Вместо долгого дугообразного маневра вокруг Солнца космический аппарат может буквально «оседлать» поток, по которому уже летят астероиды. При этом энергетически выгодный маршрут оказывается еще и невероятно быстрым. Результаты расчетов космолога выглядят нереально. По самому быстрому из найденных им пути корабль добирается от Земли до Марса всего за 34 дня. К сожалению, у этого фантастического сценария есть подвох. Чтобы выйти на такую траекторию, аппарат должен развить начальную скорость около 32,5 км/с (117 тысяч км/ч), что почти втрое выше текущего технологического потолка. И прибудет корабль к Марсу, разогнавшись до 108 тысяч км/ч, а это слишком высокая скорость для безопасной посадки, такие условия потребуют принципиально иных технологий — возможно, активного аэродинамического торможения или даже встречного ракетного импульса, что снова возвращает нас к проблеме топлива. Но Марсело не оставил это дело просто так. Продолжая свои расчеты, Суза пришел к выводу, что расположение планет в 2031 году создает особенно благоприятные условия для экспедиции к Марсу. По его оценке, если космический аппарат стартует с Земли 20 апреля и будет двигаться со скоростью 27 км/с, то уже 23 мая достигнет Марса — путь займет всего 33 дня. Обратный вылет возможен 22 июня, а возвращение на Землю — 20 сентября. Таким образом, вся миссия туда и обратно уложится всего лишь в 153 дня. Ученый также рассмотрел более экономичную по скорости схему для того же периода. В этом случае аппарату потребуется разгон лишь до 16,5 км/с, однако продолжительность путешествия увеличится до 226 дней, или по-другому 7,5 месяца. Даже такой вариант остается заметно быстрее современных межпланетных перелетов. Теперь вернемся к разговору о двигателях. Ракеты-носители сейчас летают в основном на жидкостных двигателях, однако они достигают своего предела. Для такой задумки понадобятся ядерные тепловые или ядерные электроракетные установки. Они давно существуют в проектах, но пока что ни разу не применялись в пилотируемых миссиях. Миссия NASA «Скайфол» (2028 год) как раз планирует испытать ядерный электроракетный двигатель на корабле Space Reactor-1 Freedom, отправляя к Марсу три мини-вертолета. Но все же этот агрегат еще стоит довести до ума. Какова вообще необходимость ускорять полеты? Все довольно просто, скорость = жизнь и здоровье экипажа. В открытом космосе нет магнитного поля и атмосферы Земли. Астронавты постоянно бомбардируются разными видами радиации. При 7-месячном полете туда и 7 обратно (плюс время на поверхности без защиты) астронавт получает дозу, сравнимую с риском развития рака в 10–20% выше пожизненной нормы. Микро-гравитация действует на организм быстрее, чем кажется: мышцы атрофируются, кости теряют кальций, жидкости приливают к голове. Не стоит забывать и про психологический комфорт космонавтов. Конечно же, присутствуют технические и экономические моменты: срок службы солнечных панелей, батарей и электроники ограничен, а сама трехлетняя миссия требует примерно 10–12 тонн расходников (еда, вода, кислород) на 4 человек. Пятимесячная миссия (туда+обратно) — 1.5–2 тонны. Разница в стоимости запуска — миллиарды долларов. Публицистический вопрос: насколько серьезно нужно воспринимать работу Сузы? Сам ученый не питает иллюзий на этот счет. В интервью он подчеркивает, что его расчеты — пока чистая небесная механика, без привязки к конкретному кораблю и его массе, полезной нагрузке, типу двигателя и, главное, системе посадки. Тем не менее главное открытие в этой идее — концептуальное. Оно доказывает: ограничения на время полета к Марсу в большей степени связаны не с физикой орбит, а с нашими технологическими возможностями. Как только появятся двигатели, способные разгонять корабль до 27 км/с (а работы в этой области идут — ионные двигатели, проекты солнечных парусов, ядерные установки), короткая дорога будет открыта, что даст огромный толчок к изучению нашей планеты-соседки. Автор: Софья Левина

Sex Pistols 50 лет спустя: как самые скандальные панки стали частью мейнстрима

«Вас никогда не посещало чувство, что вас обманули?» — эти слова фронтмена группы Джона Лайдона, брошенные перед тем, как он гордо удалился со сцены зала Winterland Ballroom в Сан-Франциско в январе 1978 года, завершив американское турне Sex Pistols, звучат эхом до сих пор. Они стали горьким финалом непростого периода славы. В то время с первого концерта группы прошло три года и менее двух лет с тех пор, как они ворвались в национальное сознание. Слова Лайдона ознаменовали конец. Однако начало было почти таким же взрывоопасным. Пятьдесят лет назад, 30 марта 1976 года, Sex Pistols отыграли ключевой концерт на лондонской площадке 100 Club. Фотограф П.Т. Мэдден вспоминал ту немногочисленную, но избранную публику и ощущение нарастающего напряжения: «Главное, что запечатлелось в памяти — мысль о том, что это чрезвычайно важно. Это не похоже ни на один концерт, на котором я бывал раньше. Здесь витает атмосфера ожидания, которая невероятно будоражит. Это что-то значит, и при этом здесь почти никого нет». Место и момент Подвальное заведение 100 Club на Оксфорд-стрит с историей, уходящей в 1940-е годы, к тому времени уже повидало не одно поколение музыкантов, развивавшихся в джазе и ритм-энд-блюзе. В 1976 году концертная площадка стала точкой притяжения для нового, агрессивного направления. Наряду с ключевыми концертами в манчестерском Lesser Free Trade Hall и кенсингтонском Nashville Rooms, лондонский клуб помог понять, что из себя представлял панк на самом деле. В сентябре двухдневный фестиваль 100 Club Punk Special собрал вместе зарождающиеся коллективы, такие как Siouxsie and the Banshees, The Clash и The Damned, укрепив сцену, которая формировалась вокруг эстетики нигилистической конфронтации и музыкального минимализма. Группа Sex Pistols была в этом не одинока, но стала лицом нового движения. Ее взлет был стремительным. К октябрю 1976 года участники подписали контракт со звукозаписывающей компанией EMI, но уже через несколько месяцев лейбл расторг его на фоне скандала, разгоревшегося между музыкантами и их менеджером Малкольмом Маклареном. Ключевым поводом для возмущения стала буря вокруг наполненного нецензурной лексикой телеинтервью с Биллом Гранди в эфире развлекательной программы. Дебютный сингл Anarchy in the UK, вышедший в следующем месяце, стал откровенным заявлением о намерениях. Последовала быстрая череда смены звукозаписывающих компаний, кульминацией которой стал выход альбома Never Mind the Bollocks (1977 год) с центральным треком God Save the Queen. Во время празднования Серебряного юбилея правления королевы песню запретили транслировать в эфире BBC и независимых радиостанций. Первый залп Sex Pistols вспыхнул ярко, но быстро угас — его мощь была неразрывно связана с условиями, которые его и породили. Саундтрек к недовольству Оптимизм 1960-х годов иссяк. Экономический спад, нефтяной кризис, рост инфляции и промышленные волнения привели к введению трехдневной рабочей недели в 1974 году (тогда коммерческое потребление электроэнергии ограничили тремя днями подряд в неделю), что стало предвестником «зимы недовольства» 1978-1979 годов. Валютный кризис 1976 года вынудил канцлера Дениса Хили обратиться в Международный валютный фонд за кредитом для стабилизации британской экономики. Это подчеркнуло ощущение того, что послевоенный экономический консенсус рушится. Рост безработицы среди молодежи усугублял всепроникающее чувство застоя и отверженности. Группа Sex Pistols стала символом этого общего культурного настроения по отношению к власти: язвительного, разочарованного и скептического. Известность коллектива увеличилась благодаря возмущениям в СМИ, колебавшихся между восхищением и моральной паникой. Сообщения о том, как местные власти запрещали выступления панк-групп, лишь укрепляли восприятие движения, определяемого изоляцией и сопротивлением. Корни такого подхода не были исключительно британскими. В США Ramones еще в начале 1970-х годов начали возвращать рок-музыку к ее сути. В клубах, таких как нью-йоркский CBGB, обретала форму вызывающая и нарочито неотполированная эстетика. Sex Pistols и их единомышленники переняли и усилили этот настрой в британском ландшафте. Культуролог Дик Хебдидж описывал панк как «гомологию»: различные элементы субкультуры — одежда, искусство и музыка — резонируют друг с другом. Рваная одежда, булавки и агрессивное исполнение выражали конфронтационную, сознательно хаотичную позицию. Группа не просто выражала недовольство, а придавала ему видимую и слышимую форму. От бунта к повседневности Революции часто воспроизводят то, что изначально намеревались свергнуть. Пит Таунсенд — некогда критик старого порядка, а позже мишень панков и «рок-динозавр» — описывал ситуацию, когда видимые перемены оставляют нетронутыми глубинные структуры власти: «Встречайте нового босса, он такой же, как и старый». Внутренний взрыв Sex Pistols, казалось, подтверждал эту закономерность возвращения устоявшихся порядков. Но за этим последовало не столько исчезновение, сколько превращение в культурный объект иного рода — не единое движение, а музыкальный стиль, поглощенный массовой культурой. После концерта в Winterland Ballroom то, что осталось от группы, было переосмыслено благодаря оппортунизму и мифотворчеству. Свою роль сыграла скандальная слава Сида Вишеса. Фильм «Великое рок-н-ролльное надувательство» также предлагал вымышленный, сатирический рассказ о взлете и падении группы, размывая грань между историей и перформансом. После этого траектория Sex Pistols стала напоминать путь многих рок-групп. Последовали судебные иски, воссоединения и переиздания. Юридические баталии Лайдона с Маклареном, а позже и с бывшими коллегами по группе, высветили напряжение между художественным самовыражением и коммерческим контролем. Воссоединительные туры, документальные фильмы и постоянные памятные мероприятия — все это способствовало их канонизации. То, что начиналось как разрыв в культуре популярной музыки, в итоге оказалось встроено в ее институциональные рамки. Карьера британских бунтарей бесконечно пересматривается и переупаковывается. Даже те институты, что некогда содрогались от панка, со временем включили его в собственный символический репертуар. В 2016 году флагманская новостная программа BBC Newsnight завершила выпуск песней God Save the Queen в ответ на призыв депутата-консерватора исполнять национальный гимн в честь выхода Британии из ЕС. То, что когда-то считалось культурной заразой, стало использоваться в качестве знака препинания в системе. Но это не должно затмевать силу первоначального момента. В 1976 году Sex Pistols сделали больше, чем просто стали героями газетных заголовков. Они уловили конкретный миг социального разочарования и культурного экспериментаторства, который остается символом того, как музыка, стиль и социальный контекст слились и породили нечто одновременно мимолетное и долговечное. По материалам статьи «Sex Pistols at 50: how punk’s most notorious band became part of the mainstream» The Conversation