Перечитываем эссе «Человек одинок», в котором Эрих Фромм размышляет об одиночестве человека в мире всеобъемлющего потребления, о рассогласовании между двумя полюсами человеческого существования — «быть и обладать», а также о неиссякаемом стремлении человека к преодолению рутины и осмыслению важнейших явлений бытия, которое раньше находило свое выражение в искусстве и религии, а сегодня принимает формы интереса к преступным хроникам, любви к спорту и увлечения примитивными любовными историями. Работы немецкого социолога, философа и психолога Эриха Фромма стали своеобразной классикой исследования феномена одиночества в XX веке. Кажется, он рассмотрел это явление со всех возможных точек зрения: Фромм анализировал одиночество человека, утратившего связь с другими людьми; он выделил отдельный тип — моральное одиночество человека, не способного соотнестись с ценностями и идеалами общества; философ также указал на то, что одиночество — в некотором смысле, «природная» и «метафизическая» характеристика человеческого бытия, это условие существования человека, одновременно являющегося частью природы и находящегося вне её, существа, способного осмыслить не только это противоречие, но и свою конечность. Однако, кроме этих экзистенциальных условий человеческого существования, Эрих Фромм также увидел причину одиночества современного человека в том образе жизни, который ему диктует общество, ориентирующее человека исключительно на потребление как главное жизненное устремление. В этом смысле статья «Человек одинок» — очень краткое, но предельно ёмкое описание консьюмеристского общества, в котором сосредоточенный на производстве, продаже и потреблении товаров человек сам превращается в товар и становится одинокой, отчужденной от своей сущности личностью. Анализируя, как в обществе потребления человек становится чужим самому себе, превращается в слугу мира, который сам же создал, Фромм отмечает, что во все времена существовало противоречие между двумя основными способами существования человека — обладанием и бытием, между обыденностью и стремлением вновь вернуться к подлинным основам человеческого бытия. Однако, с горечью отмечает он, если раньше одиночество человека и другие извечные вопросы бытия осмыслялись через такие высокие формы как греческая трагедия, ритуальные действа и обряды, то сегодня наше стремление к драматизации важнейших явлений бытия — жизни и смерти, преступления и наказания, борьбы человека с природой — изрядно измельчало и приняло форму увлечения спортивными состязаниями, преступлениями, о которых нам каждый час вещает телевидение, и мелодрамами с примитивными любовными страстями. В этом контексте Эрих Фромм говорит о «безмерном убожестве всех наших поисков и решений». Предлагаем прочитать его эссе, чтобы по-новому взглянуть на ту реальность, к которой мы привыкли, и, возможно, попробовать что-то изменить в ней. Человек одинок Отчуждение — вот участь отдельного человека при капитализме. Под отчуждением я понимаю такой тип жизненного опыта, когда человек становится чужим самому себе. Он как бы «остраняется», отделяется от себя. Он перестает быть центром собственного мира, хозяином своих поступков; наоборот — эти поступки и их последствия подчиняют его себе, им он повинуется и порой даже превращает их в некий культ. В современном обществе это отчуждение становится почти всеобъемлющим. Оно пронизывает отношение человека к его труду, к предметам, которыми он пользуется, распространяется на государство, на окружающих людей, на него самого. Современный человек своими руками создал целый мир доселе не виданных вещей. Чтобы управлять механизмом созданной им техники, он построил сложнейший социальный механизм. Но вышло так, что это его творение стоит теперь над ним и подавляет его. Он чувствует себя уже не творцом и господином, а лишь слугою вылепленного им голема. И чем более могущественны и грандиозны развязанные им силы, тем более слабым созданием ощущает себя он — человек. Ему противостоят его же собственные силы, воплощенные в созданных им вещах, силы, отныне отчужденные от него. Он попал под власть своего создания и больше не властен над самим собой. Он сотворил себе кумира — золотого тельца — и говорит: «Вот ваши боги, что вывели вас из Египта»... А какова же судьба рабочего? Вот что отвечает на это вдумчивый и точный наблюдатель, занимающийся вопросами промышленности: В промышленности человек превращается в экономический атом, который пляшет под дудку столь же атомистического управления. Вот твое место; вот так ты будешь сидеть; твои руки будут двигаться на х дюймов в радиусе у; время движения — столько-то долей минуты. По мере того, как плановики, хронометристы, ученые-экономисты все больше лишают рабочих права свободно мыслить и действовать, труд становится все более однообразным и бездумным. Рабочему отказывают в самой жизни: всякая попытка анализа, творчества, всякое проявление любознательности, всякая независимая мысль тщательно изгоняются — и вот неизбежно рабочему остается либо бегство, либо борьба; его удел — безразличие или жажда разрушения, психическая деградация (Дж. Джиллиспай). Но и участь руководителя производства — тоже отчуждение. Правда, он управляет всем предприятием, а не только одной его частью, но и он точно так же отчужден от плодов своей деятельности, не ощущает их как нечто конкретное и полезное. Его задача — лишь с прибылью употребить капитал, вложенный другими. Руководитель, как и рабочий, как и все остальные, имеет дело с безликими гигантами: с гигантским конкурирующим предприятием, с гигантским национальным и мировым рынком, с гигантом-потребителем, которого надо прельщать и ловко обрабатывать, с гигантами-профсоюзами и гигантом-правительством. Все эти гиганты словно бы существуют сами по себе. Они предопределяют действия руководителя, они же направляют действия рабочего и служащего. Вопрос о руководителе подводит нас к одной из важнейших особенностей мира отчужденности — к бюрократизации. Бюрократия заправляет как большим бизнесом, так и правительственными учреждениями. Чиновники — вот специалисты в управлении и вещами и людьми. И столь громаден аппарат, которым надо управлять, а следовательно и столь обезличен, что бюрократия оказывается начисто отчужденной от народа. Он, этот народ,— всего лишь объект управления, к которому чиновники не испытывают ни любви, ни ненависти, он им совершенно безразличен; во всей профессиональной деятельности чиновника-руководителя нет места чувствам: люди для него не более, чем цифры или неодушевленные предметы. Огромные масштабы всей общественной организации и высокая степень разделения труда мешают отдельной личности охватить целое; притом между этими личностями и группами в промышленности не возникает сама собою непосредственная внутренняя связь, а потому без руководителей-чиновников не обойтись: без них вся система тотчас бы рухнула, ибо никому иному не ведомы ее тайные движущие пружины. Чиновники так же необходимы и неизбежны, как и тонны бумаги, истребляемые при их господстве. Каждый из нас с чувством полного бессилия сознает это роковое главенство бюрократов, вот почему им и воздают чуть ли не божеские почести. Люди чувствуют, что если бы не чиновники, все развалилось бы на части и мы умерли бы с голоду. В средние века сюзерен считался носителем порядка, установленного богом; в современном капиталистическом обществе чиновник — особа едва ли менее священная, ведь без него общество в целом не может существовать. Отчуждение царит не только в сфере производства, но и в сфере потребления. Отчуждающая роль денег в процессе приобретения и потребления прекрасно описана еще Марксом... Как же мы используем приобретенное? Я исхожу из того, что потребление — это определенное человеческое действие, в котором участвуют наши чувства, чисто физические потребности и эстетические вкусы, то есть действие, в котором мы выступаем как существа ощущающие, чувствующие и мыслящие; другими словами, потребление должно быть процессом осмысленным, плодотворным, очеловеченным. Однако наша культура очень далека от этого. Потребление у нас — прежде всего удовлетворение искусственно созданных прихотей, отчужденных от истинного, реального нашего «я». Мы едим безвкусный малопитательный хлеб только потому, что он отвечает нашей мечте о богатстве и положении — ведь он такой белый и свежий. На самом деле мы питаемся одной лишь игрой воображения, очень далекой от пищи, которую мы пережевываем. Наше нёбо, наше тело выключены из процесса потребления, в котором они должны бы быть главными участниками. Мы пьем одни ярлыки. Откупорив бутылку кока-колы, мы упиваемся рекламной картинкой, на которой этим же напитком упивается смазливая парочка; мы упиваемся призывом «Остановись и освежись!», мы следуем великому американскому обычаю и меньше всего утоляем собственную жажду. Первоначально предполагалось, что если человек будет потреблять больше вещей, и притом лучшего качества, он станет счастливее, будет более удовлетворен жизнью. Потребление имело определенную цель — удовольствие. Теперь оно превратилось в самоцель. Акт покупки и потребления стал принудительным, иррациональным — он просто самоцель и утерял почти всякую связь с пользой или удовольствием от купленной вещи. Купить самую модную безделушку, самую последнюю модель — вот предел мечтаний каждого; перед этим отступает все, даже живая радость от самой покупки. Отчуждение в области потребления охватывает не только товары, которые мы покупаем и используем; оно гораздо шире и распространяется на наш досуг. А как же может быть иначе? Если в процессе работы человек отчуждается от дела рук своих, если он покупает и потребляет не только то и не только потому, что вещи эти ему действительно нужны, как может он деятельно и осмысленно использовать часы своего досуга? Он неизменно остается пассивным, отчужденным потребителем. С той же отстраненностью и безразличием, как купленные товары, «потребляет» он спортивные игры и кинофильмы, газеты, журналы, книги, лекции, картины природы, общество других людей. Он не деятельный участник бытия, он хочет лишь «ухватить» все, что только можно,— присвоить побольше развлечений, культуры и всего прочего. И мерилом оказывается вовсе не истинная ценность этих удовольствий для человека, но их рыночная цена. Человек отчужден не только от своего труда, не только от вещей и удовольствия, но и от тех социальных сил, которые движут общество и предопределяют судьбу всех его членов. Мы беспомощны перед силами, которые нами управляют, и это сказывается всего пагубней в эпохи социальных катастроф — войн и экономических кризисов. Эти катастрофы кажутся некими стихийными бедствиями, тогда как на самом деле их навлекает на себя сам человек, правда, бессознательно и непреднамеренно. Безликость и безымянность сил, движущих обществом, органически присуща капиталистической системе производства. Мы сами создаем свои общественные и экономические институты, но в то же время горячо и совершенно сознательно отклоняем всякую ответственность за это и с надеждой или с тревогой ждем, что принесет нам «будущее». В законах, которые правят нами, воплощены наши же собственные действия, но эти законы стали выше нас, и мы — их рабы. Гигантское государство, сложная экономическая система больше не подвластны людям. Они не знают удержу, и их руководители подобны всаднику на лошади, закусившей удила: он горд тем, что усидел в седле, но бессилен направить ее бег. Каковы же взаимоотношения современного человека с его собратьями? Это отношения двух абстракций, двух живых машин, использующих друг друга. Работодатель использует тех, кого нанимает на работу, торговец использует покупателей. В наши дни в человеческих отношениях редко сыщешь любовь или ненависть. Пожалуй, в них преобладает чисто внешнее дружелюбие и еще более внешняя порядочность, но под этой видимостью скрывается отчужденность и равнодушие. И немало тут и скрытого недоверия. Такое отчуждение человека от человека приводит к потере всеобщих и социальных связей, которые существовали в средние века и во все другие докапиталистические общественные формации. А как же человек относится к самому себе? Он ощущает себя товаром, который надо повыгоднее продать на рынке. И вовсе не ощущает, что он активный деятель, носитель человеческих сил и способностей. Он отчужден от этих своих способностей. Цель его — продать себя подороже. Отчужденная личность, предназначенная для продажи, неизбежно теряет в значительной мере чувство собственного достоинства, свойственного людям даже на самой ранней ступени исторического развития. Он неизбежно теряет ощущение собственного «я», всякое представление о себе как о существе единственном и неповторимом. Вещи не имеют своего «я», и человек, ставший вещью, также не может его иметь. Нельзя полностью постичь природу отчуждения, если не учитывать одну особенность современной жизни — ее все усиливающуюся обесцвеченность, подавление интереса к важнейшим сторонам человеческого существования. Речь идет о проблемах общечеловеческих. Человек должен добывать хлеб насущный. Но только в том случае может он утвердить себя, если не оторвется от основ своего существования, если не утратит способности радоваться любви и дружбе, сознавать свое трагическое одиночество и кратковременность бытия. Если же он погряз в повседневности, если он видит только то, что создано им самим, только искусственную оболочку обыденного мира, он утратит связь с самим собой и со всем окружающим, перестанет понимать себя и мир. Во все времена существовало это противоречие между обыденностью и стремлением вновь вернуться к подлинным основам человеческого бытия. И одной из задач искусства и религии всегда было помочь людям утолить эту жажду, хотя и сама религия в конце концов стала новой формой той же обыденности. Даже первобытный человек не довольствовался чисто практическим назначением своих орудий и оружия, он старался украсить их, вывести за пределы просто полезного. А каково было назначение античной трагедии? Здесь в художественной, драматической форме представлены важнейшие проблемы человеческого существования; и зритель (впрочем, он не был зрителем в нашем, современном смысле слова, то есть потребителем) приобщался к действию, переносился из сферы повседневного в область общечеловеческого, ощущал свою человеческую сущность, соприкасался с основой основ своего бытия. И говорим ли мы о греческой трагедии, о средневековом религиозном действе или об индийском танце, идет ли речь об обрядах индуистской, иудейской или христианской религии — мы всегда имеем дело с различными формами драматизации главнейших сторон человеческого бытия, с воплощением в образах тех самых извечных вопросов, которые осмысляет философия или теология. Что же сохранилось в современной культуре от этой драматизации человеческого бытия? Да почти ничего. Человек почти не выходит за пределы мира сработанных им вещей и выдуманных понятий; он почти всегда остается в рамках обыденности. Единственное, что по значению своему приближается сейчас к религиозному обряду,— это участие зрителя в спортивных состязаниях; здесь по крайней мере человек сталкивается с одной из основ бытия: люди борются — и он радуется заодно с победителем или переживает горечь поражения вместе с побежденным. Но как примитивно и ограниченно человеческое существование, если все богатство и многообразие страстей сведено к азарту болельщика. Если в большом городе случается пожар или автомобильная катастрофа, вокруг собирается толпа. Миллионы людей что ни день зачитываются хроникой преступлений и убийств и детективными романами. С благоговейным трепетом смотрят они фильмы, в которых главенствуют две неизменные темы — преступление и страсть. Это увлечение и интерес — не просто признак дурного вкуса, не просто погоня за сенсацией, но глубокая потребность в драматизации важнейших явлений бытия — жизни и смерти, преступления и наказания, борьбы человека с природой. Но греческая трагедия решала эти вопросы на высочайшем художественном и философском уровне, наша же современная «драма» и «ритуал» слишком грубы и нимало не очищают душу. Все это увлечение спортивными состязаниями, преступлениями и любовными страстями свидетельствует о том, что человек рвется за пределы обыденности, но то, какими способами он удовлетворяет эту свою внутреннюю потребность, свидетельствует о безмерном убожестве всех наших поисков и решений.
Читайте также
14 привычек людей, которые нравятся окружающим
Вы когда-нибудь задумывались о том, почему одни люди нравятся всем вокруг, не прилагая никаких усилий? А другим, несмотря на старания, так и не удается завоевать расположения окружающих. Наполеон Хилл, автор популярного бестселлера «Думай и богатей», в одном из своих эссе описал привычки людей, которых окружающие просто обожают: Они создают позитивный психологический настрой и заряжают им окружающих. Всегда проще быть циником и пессимистом. Но с таким отношением непросто добиться успеха и завоевать хорошую репутацию. А вот позитивный настрой, напротив, существенно способствует достижению этих целей. Они всегда разговаривают в уважительном, дружелюбном тоне Такие люди всегда уверены в том, что говорят. Поэтому их речь спокойна и осознанна, что придает ей приятное звучание. Они внимательно выслушивают своих собеседников Общение в высокомерной поучительной манере — это отличный способ удовлетворить собственное эго, но это провальный путь для тех, кто хочет понравиться своим собеседникам и установить дружеские отношения. Они умеют сохранять самообладание в любой ситуации. Чересчур эмоциональная реакция, как позитивная, так и негативная, может создать о человеке плохое впечатление. Помните, что часто молчание может гораздо эффективнее донести информацию до собеседника, нежели наполненные негативными эмоциями слова. Они спокойны. Уместность слов и поступков — это одно из важнейших качеств, которое люди любят и за которое уважают других. Они непредвзяты и открыты. Люди, закрытые для новых идей и поддерживающие отношения исключительно с единомышленниками, упускают возможность не только личностного развития, но и возможность профессионального роста. Они улыбаются, разговаривая с другими. Хилл утверждает, что самой дорогой собственностью американского президента Франклина Рузвельта была его великолепная улыбка на миллион долларов. Именно она невольно заставляла его собеседников быть более открытыми во время общения. Они знают, что вовсе не обязательно озвучивать все свои мысли. Такие люди знают, что не стоит обижать людей, выражая все свои мысли, даже если эти мысли и правдивы. Они не любят медлить. Промедление — это показатель того, что вы боитесь действовать. Что, в свою очередь, является показателем вашей недостаточной эффективности. Они совершают как минимум один добрый поступок ежедневно. Они помогают другим просто так, не ожидая ничего взамен. Они не жалуются на неудачи, они извлекают из них уроки. Люди восхищаются теми, кто умеет с достоинством принимать и переживать неудачи. Успешные люди благодарят судьбу за порцию жизненной мудрости, которая бы не пришла к ним, если бы им не пришлось столкнуться с неудачей. Они обращаются со своим собеседником так, будто это самый важный человек в мире. Наиболее любимые другими люди используют общение как способ узнать всего собеседника, поэтому они дают ему возможность высказаться. Они умеют искренне, без подхалимства похвалить других. Они не упускают возможности похвалить других, но делают это только тогда, когда похвала действительно заслуженная. У них есть человек, к чьему мнению относительно собственных недостатков они прислушиваются. Успешные люди не притворяются, чтобы понравиться окружающим. Они нравятся другим такими, какие есть на самом деле. Один из их секретов в том, что они постоянно работают над своим поведением и репутацией. А наличие человека, указывающего им на недостатки, помогает им непрерывно продолжать процесс личностного роста.
Хочешь узнать все тайны о мужских душах?
Много написано о красивой и ранимой женской Душе. Но почему никто еще ни разу не написал о мужской Душе. Да, милые Женщины! Представляете, у нас тоже есть своя Душа. И ей тоже хочется парить от любви, и она тоже сжимается в маленький комочек, когда ей говорят – Прощай… Мужской Душе непреодолимо сильно хочется тихо подойти к любимой женщине сзади и, просто ее обняв, молчаливо мерить свое счастье ее дыханием. И, конечно же, это неправда, что мужская Душа хочет тупо трахать все, что движется. Все это – дешевые стереотипы и затасканные до дыр стигмы. Мужской Душе тоже хочется просыпаться в одной постели со своей любимой Женщиной, и боясь даже дышать, чтобы не Дай Бог, не разбудить ее, просто тихо любоваться ее красивым и умиротворенным спящим лицом. Мужская Душа тоже покрывается вся мурашками, когда прикасается к Нежности, и она тоже ужасно ноет и болит от Одиночества. Мужская Душа – это все то, что ты думала, что знаешь, но, собственно, так никогда и не знала…” (Дейвид Тумаринсон) Подтверждаю, Мужская Душа тонкая и, пожалуй, даже более ранимая, чем женская. Она укрыта панцирем цинизма, безэмоциональности, согласия играть в предписанные обществом для мужчин правила. Но она любит! Так глубоко и так болезненно, что редкая женщина себе это представляет. Когда во время консультаций создаешь это спокойное, ненавязчивое, доверительное пространство, Мужская Душа начинает звучать. Она рассказывает о своей боли; о той женщине, для которой мужчина готов на все, но которой отвергнут; о той женщине, одобрительных слов которой ждет годами; о том, что ждет ласки иногда даже больше, чем секса; о том, что прыгает выше головы ради единственной и надеется, что это хотя бы заметят; о том, что готов отдать все, но очень хочет, чтобы его чувства не выбросили на помойку. Мужчины защищают свою Душу, а мы думаем, что они не умеют чувствовать. Автор: Лилия Ахремчик
«Кайдзен» — японская методика против лени или принцип одной минуты
Существует японская методика «кайдзен», в которую заложен принцип «одной минуты». Принцип этой методики состоит в том, что человек занимается определенным делом ровно одну минуту, но изо дня в день и в одно и то же время. Одна минута времени — это совсем мало, а значит легко выполнимо для любого человека. Лень не встанет на вашем пути. Те же самые действия, которые вы не хотели выполнять в течение получаса, придумывая отговорки или оправдания, вы с легкостью выполните за минуту. Попрыгать на скакалке, покачать пресс, сделать гимнастику для глаз, позаниматься йогой, почитать книжку на иностранном языке — когда время ограничено одной минутой, занятия не кажутся вам трудно выполнимыми, а наоборот, приносят радость и удовлетворение. А делая маленькие шаги, вы совершенствуетесь и достигаете больших результатов. Немаловажно то, что вы побеждаете неуверенность в своих силах, освобождаетесь от чувства вины и беспомощности, ощущаете успех и победу. Вдохновляясь чувством успеха, вы постепенно увеличиваете минутные занятия на пятиминутные и так далее. Потом незаметно подойдете и к получасовым занятиям. Прогресс налицо! Кайдзен зародился в Японии. Само слово является составным, и включает в себя два других – «кай» (перемена) и «дзен» (мудрость). Автором этой концепции менеджмента является Масааки Имаи. Он считает, что кайдзен – это настоящая философия, которая может быть одинаково успешно применима и в бизнесе, и в личной жизни. Людям западной культуры японская методика может показаться неэффективной, так как на Западе устоялось мнение, что без больших усилий хороших результатов не добиться. Но масштабные программы, отнимающие много сил, могут сломить человека и остаться безрезультатными. А принцип «кайдзен» подойдет всем и может быть применим для многих сфер жизни. Японцы, например, используют стратегию постепенного и постоянного улучшения в сфере менеджмента. Осталось только определиться с вашими потребностями и начать применение методики «кайдзен» на практике.
Выбирайте людей своего уровня ценностей
Раньше я думала, что человек может быть любым: хоть вором, хоть хамом, хоть обманщиком. Значит, так сложилась его жизнь в семье, так воспитали родители, или духу надо именно такие уроки пройти. Я и сейчас это понимаю, но вокруг себя хочу иметь людей другого порядка, совсем другого. Это люди, для которых честь, слово, достоинство, совесть имеют значение. Наверное, в силу той же бытовой занятости женщины редко задумываются над этими категориями. Точнее, принято считать, что к женственности они не имеют отношения, поэтому и не стоит работать над характеристиками, которые не развивают женственность, не помогают найти мужчину и выйти замуж и, похоже, только мешают в реализации во внешнем мире. Это заблуждение. Любые отношения могут быть долгосрочными и качественными только в одном случае: если ценности людей совпадают. У меня вызывает большие опасения мужчина, который не может объяснить, что значит для него честь и умение держать слово. Если совесть он определяет, как «я стараюсь не врать, максимум — просто промолчу», то как личность он представляет грустную картину. Совесть — это точно нечто большее. Если человек не может самостоятельно для себя определить нравственные категории, контролировать себя, оценивать свои поступки, то это очень печально. Психологи могут объяснить любое поведение человека. С точки зрения, как найти себе оправдание, это очень удобная наука. Человек имеет бесчисленные сексуальные контакты, манипулирует, избегает ответственности? Значит, он недолюбленный ребенок, у него нарушение привязанности в силу травматичных отношений с матерью и еще много всего. Но, если ты вырос, стал взрослым, воспитывай себя сам! Ищи свое самосознание! Всегда можно найти оправдания боли, которую ты причиняешь другим людям, но чаще всего ты видишь, что делаешь, хотя бы по ответной реакции понимаешь. Если у тебя здоровый мозг (без органических поражений из детства), ты должен уметь анализировать. Даже если неведомая сила толкает тебя украсть или воспользоваться телом другого человека на один раз, ты в состоянии понять, увидеть, почувствовать, что делаешь другому плохо. И ты видишь! Но предпочитаешь засунуть эти сомнения в дальний угол сознания и оправдать себя. Если человеком управляют ценности низкого порядка: деньги любой ценой, удовольствия любой ценой, потакание своим прихотям, он превращается в грязную, низкоуровневую тварь. Говоря психологическим языком, животное «Оно» берет верх над «Я» при полном отсутствии «Сверх-я». «Я» осознает и удовлетворяет неосознанные желания и потребности «Оно» при помощи норм и законов «Сверх-я». Наличие всех трех составляющих — «Оно», «Я» и «Сверх-я» — в психике человека делает его завершенной, законченной личностью. В противном случае получается суррогат, недоделанный человек, с таким невозможно построить ничего полноценного. Ни ум, ни интеллект, ни образование сами по себе не определяют ценности высокого порядка. Эти ценности формируются от внутренней чистоты и наполненности, от неустанной работы над собой. Они делают человека не просто живым существом, а Человеком. Только ценности высокого порядка: достоинство, уважение, самоуважение, сила воли и сила духа, совесть — задают высокие вибрации души и делают человека чистым и светлым. Таким людям нельзя жить, дружить, работать с грязными персонажами. Их никогда не смогут понять. Их неизбежно будут стремиться подавить и уничтожить. Бессознательное многократно мощнее и сильнее сверхсознания. Выбирайте людей своего уровня ценностей, и будет вам счастье!
«Можно пропустить всю жизнь»
Большинство людей пропустили всю свою жизнь, знаешь ли. Жизнь – это не когда ты стоишь на вершине горы и любуешься закатом. Это не тот момент, когда ты ждешь возлюбленного у алтаря или рождается твой ребенок или когда ты плывешь на глубине и к тебе подплывает дельфин. Это всего лишь фрагменты. Десять-двенадцать песчинок, рассыпанных в пустыне существования. Эти песчинки – не жизнь. Жизнь – это когда ты чистишь зубы, делаешь бутерброд, смотришь новости и ждешь автобуса. Или идешь куда-то. Каждый день происходят тысячи маленьких событий, и, если не видеть их, если не смотреть внимательно, не запоминать их и не считать, можно все пропустить. Можно пропустить всю жизнь. "Плюс один" Тони Джордан
Папа с сыном
Шел на электричку, и как часто водится, кто-то всегда хочет обогнать, вечно опаздывая – знакомая для многих картина. Так и в этот раз, услышав за спиной тяжелые шаги, я приготовился к тому, что сейчас кто-то грузный меня обгонит и немного принял в сторону. Но, меня никто не обгонял, хотя звуки торопливой ходьбы я продолжал слышать. Через какое-то время, все-таки, меня действительно обогнали, и оказались это папа с сыном, сыну было порядка 6 – 7 лет. Вроде все заурядно! Но, одна фраза отца этого мальчика, заставила обратить на эту пару пристальное внимание: - «Сынок, миленький, немного еще потерпи!» Он сказал это теплым, отеческим тоном, продолжая бежать с сыном к платформе, очевидно опаздывая на электричку. Мне, стороннему человеку, стало приятно, как будто и меня окутали отцовской теплотой. Папа был рядом с мальчиком и держал его за руку, не тащил за собой, не подталкивал сзади. Он был рядом и помогал ему идти! И, мальчик шел! Шел сам! Потом увидел их снова уже на платформе – они успели! Было желание на минуту оказаться на месте этого мальчика, чтобы почувствовать отцовскую теплоту и любовь. Мы хотим быть сильными, но редко в это понятие включаем помимо физической силы и способность выражать и доносить свое тепло до близкого человека. Но, именно, когда человек может открыться и выразить свою любовь и теплоту, он становится по настоящему сильным… как этот мужчина! Психолог Алексей Горбачев
Кружка пива во время экзамена
Согласно одной студенческой байке однажды в Оксфордском университете студент во время экзамена потребовал у преподавателя кружку пива, сославшись на древнюю традицию вуза. Поскольку в XVIII веке в университете такая традиция действительно существовала, требуемую кружку студенту подали. Но экзаменатор не остался в долгу: он вспомнил о еще одной давней традиции Оксфорда и оштрафовал студента за то, что он явился на экзамен без шпаги.
«Теория ведра с крабами»
Есть такая чудесная штука, называется crab bucket theory — «теория ведра с крабами». Если вкратце, она гласит, что крабы — настолько глупые животные, что по одиночке каждый из них легко бы выбрался из ведра, но когда один из них пытается из ведра выбраться, его же сородичи цепляются за него и затягивают обратно. Когда человек пытается бросить курить, а дружки говорят «всё равно не получится» и протягивают сигарету — crab bucket. Когда ты получаешь второе высшее образование, а коллеги громко удивляются, зачем тебе это надо, ведь на работе и так устаёшь — crab bucket. Когда твои собственные родители говорят тебе, что ты глуп (неудачник, бездарь, ничего путного не выйдет) — да-да, crab bucket. Это человеческая природа, и ничего с ней не поделать, кроме одного — быть сильнее ведра и лезть вперёд, даже когда тебя тянут назад сто человек.
Подборка интересных фактов об армии к празднику
Среди указов Петра I был такой, в котором повелевалось пришивать пуговицы на лицевую сторону рукава солдатского мундира. На первый взгляд, они там бесполезны, но в то время указ имел ясную цель: отучить солдат, большинство из которых набирались из крестьянской среды, вытирать рукавом рот после еды, чтобы дольше сохранить дорогое сукно. Традиционная одежда шотландских мужчин — килт — может носиться как с нижним бельём, так и без него. Однако «настоящие» шотландцы, особенно солдаты, согласно традициям всё-таки должны надевать килт на голое тело. Раньше в полках даже устраивались специальные проверки: офицер со специальным зеркальцем заглядывал воинам «под юбку» и в случае обнаружения белья заставлял его снять. Коричневый цвет сегодня строго ассоциируется с нацизмом. Хотя выбран он был нацистами не специально, а по вполне прозаичной причине. Когда Германия утратила свои африканские колонии после Первой Мировой войны, на складах осталось большое количество униформы коричневого цвета (специально для африканских ландшафтов). Эту униформу национал-социалистическая партия и приобрела по дешёвке для своих штурмовых отрядов. В некоторых голливудских фильмах о Второй Мировой войне можно увидеть, что американские солдаты разных рас сражаются бок о бок. Это не соответствует действительности, так как расовую сегрегацию в армии США отменили только в 1948 году. Деление по расовому признаку сыграло роль и в строительстве Пентагона, происходившем в 1942 году — там были построены отдельные туалеты для белых и для чёрных, и общее количество туалетов было в два раза больше нужного. Правда, таблички «для белых» и «для чёрных» повешены так и не были благодаря вмешательству президента Рузвельта. В 1857 году англичане привезли дальнобойные винтовки «Энфилд» для вооружения индийской армии. При этом они не учли возможных проблем с животным жиром, который применялся для смазки винтовки и пропитки картонных патронов. Ведь для индуистов корова является священным животным, а для мусульман грех дотрагиваться до свиньи. В армии были и те, и другие, и каждая группа решила, что англичане не считаются именно с её религией. Индусы и мусульмане объединились и организовали восстание, в результате которого погибло много как военных, так и гражданских лиц родом из Англии. Во время войны России против Бухарского эмирата в 1868 г. пехота генерала Головачёва прямо на глазах у неприятеля по грудь в воде перешла реку Зеравшан и в штыковой атаке заняла высоту Чапан-Ата. Манёвр был стремительным, разуваться и выливать воду было некогда. Поэтому солдаты становились на руки, а товарищи при этом трясли их за ноги. Через месяц в бою при Зарабулаке передние ряды бухарцев, подойдя на ружейный выстрел, встали на руки, а задние стали добросовестно трясти их за ноги. Они были твёрдо уверены, что разгадали ритуал русских, приносящий победу. В Древней Греции, особенно в Фивах, гомосексуализм не считался зазорным. Из влюблённых друг в друга мужчин было составлено элитное войско численностью в 300 человек, получившее название Священный отряд из Фив. В 338 году до н. э. весь отряд погиб в битве при Херонее. По словам Плутарха, никто из солдат не отступил, предпочтя смерть позору перед своим возлюбленным. В древнеримской армии существовал высший вид казни под названием децимация — казнь каждого десятого. Наказываемое подразделение разделялось на десятки независимо от ранга и срока службы. Каждая десятка бросала жребий, и того, на кого он выпадал, казнили его же девять товарищей. В составе гитлеровской армии было несколько соединений, составленных из мусульман. Наиболее экзотичным был легион «Свободная Индия» (‘Freies Indien’), большинство солдат которого были выходцами из мусульманских частей Индии и территорий современного Пакистана и Бангладеша, попавшими в плен нацистам в Северной Африке. Жители Бразилии массово используют переделанные гражданские радиостанции диапазона 144-148 МГц для бесплатных телефонных переговоров через спутниковую группировку FLTSATCOM Военно-морского флота США. Стоимость оборудования, которое в основном делают путём доработки обычной рации дальнобойщиков, составляет не более 50 долларов США. Индеец по имени Джеронимо в течение второй половины 19 века с небольшим отрядом воинов был постоянной проблемой для американской и мексиканской армий и прославился своими отвагой и неуловимостью. В фильме 1939 года его герой, скрываясь от погони, прыгнул с крутого обрыва в реку со своим именем на устах. Посмотревшие фильм американские десантники решили для удачи выкрикивать «Джеронимо!» в момент прыжка из самолёта, и эта традиция сохраняется до сих пор.
© 2015 — 2024 stakanchik.media
Использование материалов сайта разрешено только с предварительного письменного согласия правообладателей. Права на картинки и тексты принадлежат авторам. Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 16 лет.
