Перечитываем эссе «Человек одинок», в котором Эрих Фромм размышляет об одиночестве человека в мире всеобъемлющего потребления, о рассогласовании между двумя полюсами человеческого существования — «быть и обладать», а также о неиссякаемом стремлении человека к преодолению рутины и осмыслению важнейших явлений бытия, которое раньше находило свое выражение в искусстве и религии, а сегодня принимает формы интереса к преступным хроникам, любви к спорту и увлечения примитивными любовными историями. Работы немецкого социолога, философа и психолога Эриха Фромма стали своеобразной классикой исследования феномена одиночества в XX веке. Кажется, он рассмотрел это явление со всех возможных точек зрения: Фромм анализировал одиночество человека, утратившего связь с другими людьми; он выделил отдельный тип — моральное одиночество человека, не способного соотнестись с ценностями и идеалами общества; философ также указал на то, что одиночество — в некотором смысле, «природная» и «метафизическая» характеристика человеческого бытия, это условие существования человека, одновременно являющегося частью природы и находящегося вне её, существа, способного осмыслить не только это противоречие, но и свою конечность. Однако, кроме этих экзистенциальных условий человеческого существования, Эрих Фромм также увидел причину одиночества современного человека в том образе жизни, который ему диктует общество, ориентирующее человека исключительно на потребление как главное жизненное устремление. В этом смысле статья «Человек одинок» — очень краткое, но предельно ёмкое описание консьюмеристского общества, в котором сосредоточенный на производстве, продаже и потреблении товаров человек сам превращается в товар и становится одинокой, отчужденной от своей сущности личностью. Анализируя, как в обществе потребления человек становится чужим самому себе, превращается в слугу мира, который сам же создал, Фромм отмечает, что во все времена существовало противоречие между двумя основными способами существования человека — обладанием и бытием, между обыденностью и стремлением вновь вернуться к подлинным основам человеческого бытия. Однако, с горечью отмечает он, если раньше одиночество человека и другие извечные вопросы бытия осмыслялись через такие высокие формы как греческая трагедия, ритуальные действа и обряды, то сегодня наше стремление к драматизации важнейших явлений бытия — жизни и смерти, преступления и наказания, борьбы человека с природой — изрядно измельчало и приняло форму увлечения спортивными состязаниями, преступлениями, о которых нам каждый час вещает телевидение, и мелодрамами с примитивными любовными страстями. В этом контексте Эрих Фромм говорит о «безмерном убожестве всех наших поисков и решений». Предлагаем прочитать его эссе, чтобы по-новому взглянуть на ту реальность, к которой мы привыкли, и, возможно, попробовать что-то изменить в ней. Человек одинок Отчуждение — вот участь отдельного человека при капитализме. Под отчуждением я понимаю такой тип жизненного опыта, когда человек становится чужим самому себе. Он как бы «остраняется», отделяется от себя. Он перестает быть центром собственного мира, хозяином своих поступков; наоборот — эти поступки и их последствия подчиняют его себе, им он повинуется и порой даже превращает их в некий культ. В современном обществе это отчуждение становится почти всеобъемлющим. Оно пронизывает отношение человека к его труду, к предметам, которыми он пользуется, распространяется на государство, на окружающих людей, на него самого. Современный человек своими руками создал целый мир доселе не виданных вещей. Чтобы управлять механизмом созданной им техники, он построил сложнейший социальный механизм. Но вышло так, что это его творение стоит теперь над ним и подавляет его. Он чувствует себя уже не творцом и господином, а лишь слугою вылепленного им голема. И чем более могущественны и грандиозны развязанные им силы, тем более слабым созданием ощущает себя он — человек. Ему противостоят его же собственные силы, воплощенные в созданных им вещах, силы, отныне отчужденные от него. Он попал под власть своего создания и больше не властен над самим собой. Он сотворил себе кумира — золотого тельца — и говорит: «Вот ваши боги, что вывели вас из Египта»... А какова же судьба рабочего? Вот что отвечает на это вдумчивый и точный наблюдатель, занимающийся вопросами промышленности: В промышленности человек превращается в экономический атом, который пляшет под дудку столь же атомистического управления. Вот твое место; вот так ты будешь сидеть; твои руки будут двигаться на х дюймов в радиусе у; время движения — столько-то долей минуты. По мере того, как плановики, хронометристы, ученые-экономисты все больше лишают рабочих права свободно мыслить и действовать, труд становится все более однообразным и бездумным. Рабочему отказывают в самой жизни: всякая попытка анализа, творчества, всякое проявление любознательности, всякая независимая мысль тщательно изгоняются — и вот неизбежно рабочему остается либо бегство, либо борьба; его удел — безразличие или жажда разрушения, психическая деградация (Дж. Джиллиспай). Но и участь руководителя производства — тоже отчуждение. Правда, он управляет всем предприятием, а не только одной его частью, но и он точно так же отчужден от плодов своей деятельности, не ощущает их как нечто конкретное и полезное. Его задача — лишь с прибылью употребить капитал, вложенный другими. Руководитель, как и рабочий, как и все остальные, имеет дело с безликими гигантами: с гигантским конкурирующим предприятием, с гигантским национальным и мировым рынком, с гигантом-потребителем, которого надо прельщать и ловко обрабатывать, с гигантами-профсоюзами и гигантом-правительством. Все эти гиганты словно бы существуют сами по себе. Они предопределяют действия руководителя, они же направляют действия рабочего и служащего. Вопрос о руководителе подводит нас к одной из важнейших особенностей мира отчужденности — к бюрократизации. Бюрократия заправляет как большим бизнесом, так и правительственными учреждениями. Чиновники — вот специалисты в управлении и вещами и людьми. И столь громаден аппарат, которым надо управлять, а следовательно и столь обезличен, что бюрократия оказывается начисто отчужденной от народа. Он, этот народ,— всего лишь объект управления, к которому чиновники не испытывают ни любви, ни ненависти, он им совершенно безразличен; во всей профессиональной деятельности чиновника-руководителя нет места чувствам: люди для него не более, чем цифры или неодушевленные предметы. Огромные масштабы всей общественной организации и высокая степень разделения труда мешают отдельной личности охватить целое; притом между этими личностями и группами в промышленности не возникает сама собою непосредственная внутренняя связь, а потому без руководителей-чиновников не обойтись: без них вся система тотчас бы рухнула, ибо никому иному не ведомы ее тайные движущие пружины. Чиновники так же необходимы и неизбежны, как и тонны бумаги, истребляемые при их господстве. Каждый из нас с чувством полного бессилия сознает это роковое главенство бюрократов, вот почему им и воздают чуть ли не божеские почести. Люди чувствуют, что если бы не чиновники, все развалилось бы на части и мы умерли бы с голоду. В средние века сюзерен считался носителем порядка, установленного богом; в современном капиталистическом обществе чиновник — особа едва ли менее священная, ведь без него общество в целом не может существовать. Отчуждение царит не только в сфере производства, но и в сфере потребления. Отчуждающая роль денег в процессе приобретения и потребления прекрасно описана еще Марксом... Как же мы используем приобретенное? Я исхожу из того, что потребление — это определенное человеческое действие, в котором участвуют наши чувства, чисто физические потребности и эстетические вкусы, то есть действие, в котором мы выступаем как существа ощущающие, чувствующие и мыслящие; другими словами, потребление должно быть процессом осмысленным, плодотворным, очеловеченным. Однако наша культура очень далека от этого. Потребление у нас — прежде всего удовлетворение искусственно созданных прихотей, отчужденных от истинного, реального нашего «я». Мы едим безвкусный малопитательный хлеб только потому, что он отвечает нашей мечте о богатстве и положении — ведь он такой белый и свежий. На самом деле мы питаемся одной лишь игрой воображения, очень далекой от пищи, которую мы пережевываем. Наше нёбо, наше тело выключены из процесса потребления, в котором они должны бы быть главными участниками. Мы пьем одни ярлыки. Откупорив бутылку кока-колы, мы упиваемся рекламной картинкой, на которой этим же напитком упивается смазливая парочка; мы упиваемся призывом «Остановись и освежись!», мы следуем великому американскому обычаю и меньше всего утоляем собственную жажду. Первоначально предполагалось, что если человек будет потреблять больше вещей, и притом лучшего качества, он станет счастливее, будет более удовлетворен жизнью. Потребление имело определенную цель — удовольствие. Теперь оно превратилось в самоцель. Акт покупки и потребления стал принудительным, иррациональным — он просто самоцель и утерял почти всякую связь с пользой или удовольствием от купленной вещи. Купить самую модную безделушку, самую последнюю модель — вот предел мечтаний каждого; перед этим отступает все, даже живая радость от самой покупки. Отчуждение в области потребления охватывает не только товары, которые мы покупаем и используем; оно гораздо шире и распространяется на наш досуг. А как же может быть иначе? Если в процессе работы человек отчуждается от дела рук своих, если он покупает и потребляет не только то и не только потому, что вещи эти ему действительно нужны, как может он деятельно и осмысленно использовать часы своего досуга? Он неизменно остается пассивным, отчужденным потребителем. С той же отстраненностью и безразличием, как купленные товары, «потребляет» он спортивные игры и кинофильмы, газеты, журналы, книги, лекции, картины природы, общество других людей. Он не деятельный участник бытия, он хочет лишь «ухватить» все, что только можно,— присвоить побольше развлечений, культуры и всего прочего. И мерилом оказывается вовсе не истинная ценность этих удовольствий для человека, но их рыночная цена. Человек отчужден не только от своего труда, не только от вещей и удовольствия, но и от тех социальных сил, которые движут общество и предопределяют судьбу всех его членов. Мы беспомощны перед силами, которые нами управляют, и это сказывается всего пагубней в эпохи социальных катастроф — войн и экономических кризисов. Эти катастрофы кажутся некими стихийными бедствиями, тогда как на самом деле их навлекает на себя сам человек, правда, бессознательно и непреднамеренно. Безликость и безымянность сил, движущих обществом, органически присуща капиталистической системе производства. Мы сами создаем свои общественные и экономические институты, но в то же время горячо и совершенно сознательно отклоняем всякую ответственность за это и с надеждой или с тревогой ждем, что принесет нам «будущее». В законах, которые правят нами, воплощены наши же собственные действия, но эти законы стали выше нас, и мы — их рабы. Гигантское государство, сложная экономическая система больше не подвластны людям. Они не знают удержу, и их руководители подобны всаднику на лошади, закусившей удила: он горд тем, что усидел в седле, но бессилен направить ее бег. Каковы же взаимоотношения современного человека с его собратьями? Это отношения двух абстракций, двух живых машин, использующих друг друга. Работодатель использует тех, кого нанимает на работу, торговец использует покупателей. В наши дни в человеческих отношениях редко сыщешь любовь или ненависть. Пожалуй, в них преобладает чисто внешнее дружелюбие и еще более внешняя порядочность, но под этой видимостью скрывается отчужденность и равнодушие. И немало тут и скрытого недоверия. Такое отчуждение человека от человека приводит к потере всеобщих и социальных связей, которые существовали в средние века и во все другие докапиталистические общественные формации. А как же человек относится к самому себе? Он ощущает себя товаром, который надо повыгоднее продать на рынке. И вовсе не ощущает, что он активный деятель, носитель человеческих сил и способностей. Он отчужден от этих своих способностей. Цель его — продать себя подороже. Отчужденная личность, предназначенная для продажи, неизбежно теряет в значительной мере чувство собственного достоинства, свойственного людям даже на самой ранней ступени исторического развития. Он неизбежно теряет ощущение собственного «я», всякое представление о себе как о существе единственном и неповторимом. Вещи не имеют своего «я», и человек, ставший вещью, также не может его иметь. Нельзя полностью постичь природу отчуждения, если не учитывать одну особенность современной жизни — ее все усиливающуюся обесцвеченность, подавление интереса к важнейшим сторонам человеческого существования. Речь идет о проблемах общечеловеческих. Человек должен добывать хлеб насущный. Но только в том случае может он утвердить себя, если не оторвется от основ своего существования, если не утратит способности радоваться любви и дружбе, сознавать свое трагическое одиночество и кратковременность бытия. Если же он погряз в повседневности, если он видит только то, что создано им самим, только искусственную оболочку обыденного мира, он утратит связь с самим собой и со всем окружающим, перестанет понимать себя и мир. Во все времена существовало это противоречие между обыденностью и стремлением вновь вернуться к подлинным основам человеческого бытия. И одной из задач искусства и религии всегда было помочь людям утолить эту жажду, хотя и сама религия в конце концов стала новой формой той же обыденности. Даже первобытный человек не довольствовался чисто практическим назначением своих орудий и оружия, он старался украсить их, вывести за пределы просто полезного. А каково было назначение античной трагедии? Здесь в художественной, драматической форме представлены важнейшие проблемы человеческого существования; и зритель (впрочем, он не был зрителем в нашем, современном смысле слова, то есть потребителем) приобщался к действию, переносился из сферы повседневного в область общечеловеческого, ощущал свою человеческую сущность, соприкасался с основой основ своего бытия. И говорим ли мы о греческой трагедии, о средневековом религиозном действе или об индийском танце, идет ли речь об обрядах индуистской, иудейской или христианской религии — мы всегда имеем дело с различными формами драматизации главнейших сторон человеческого бытия, с воплощением в образах тех самых извечных вопросов, которые осмысляет философия или теология. Что же сохранилось в современной культуре от этой драматизации человеческого бытия? Да почти ничего. Человек почти не выходит за пределы мира сработанных им вещей и выдуманных понятий; он почти всегда остается в рамках обыденности. Единственное, что по значению своему приближается сейчас к религиозному обряду,— это участие зрителя в спортивных состязаниях; здесь по крайней мере человек сталкивается с одной из основ бытия: люди борются — и он радуется заодно с победителем или переживает горечь поражения вместе с побежденным. Но как примитивно и ограниченно человеческое существование, если все богатство и многообразие страстей сведено к азарту болельщика. Если в большом городе случается пожар или автомобильная катастрофа, вокруг собирается толпа. Миллионы людей что ни день зачитываются хроникой преступлений и убийств и детективными романами. С благоговейным трепетом смотрят они фильмы, в которых главенствуют две неизменные темы — преступление и страсть. Это увлечение и интерес — не просто признак дурного вкуса, не просто погоня за сенсацией, но глубокая потребность в драматизации важнейших явлений бытия — жизни и смерти, преступления и наказания, борьбы человека с природой. Но греческая трагедия решала эти вопросы на высочайшем художественном и философском уровне, наша же современная «драма» и «ритуал» слишком грубы и нимало не очищают душу. Все это увлечение спортивными состязаниями, преступлениями и любовными страстями свидетельствует о том, что человек рвется за пределы обыденности, но то, какими способами он удовлетворяет эту свою внутреннюю потребность, свидетельствует о безмерном убожестве всех наших поисков и решений.
Читайте также
10 мифов о кофе, в которые все верят и совершенно напрасно
Давайте смотреть правде в глаза: все любят кофе. Миллионы людей начинают свое утро с чашечки бодрящего и ароматного напитка. Но мало что вызывает такие же бурные споры, как кофе, его вредные и полезные свойства. До сих пор вокруг этого напитка витает столько мифов и заблуждений, что пора бы развеять некоторые из них. Кофе отрезвляет Кофе не поможет вам быстро отрезветь. Как показывают исследования, смешивать кофеин и алкоголь опасно. Чашечка кофе после спиртного нарушает рассудительность пьющего, ему начинает казаться, что он уже отрезвел. На самом деле, кофеин просто тормозит ощущение опьянения, держит в бодром состоянии, поэтому человек продолжает пить. Поэтому происходит еще большая интоксикация организма. Кофеин обезвоживает организм Все мы слышали этот миф. Да, напитки с кофеином оказывают мочегонный эффект, но незначительный. Ни чай, ни кофе не приводят к потере большого объема жидкости. Наоборот, чашечка этого напитка способствует здоровому насыщению организма водой. В эспрессо больше кофеина, чем в обычной чашке кофе Совсем не так. В обычной чашке кофе содержится больше кофеина, чем в эспрессо. Одна порция эспрессо содержит 30–50 мг кофеина, а в средней чашке кофе его в несколько раз больше. Кофе останавливает рост Почему-то многие родители боятся давать своим детям кофе, но разрешают пить колу. Нет никакой взаимосвязи между потреблением кофе и ростом, плотностью костной ткани. Напитки с кофеином действительно уменьшают всасываемость кальция, но одной столовой ложки молока достаточно, чтобы компенсировать 240 мл кофе. Кофе вызывает зависимость К кофеину действительно легко привыкнуть, но эту «привязанность» нельзя квалифицировать как зависимость. В отличие от наркотиков кофеин не угрожает физическому и психологическому здоровью человека. Если вы резко откажетесь от кофе, то первые несколько дней вас могут мучить головные боли, но уж точно не ломка. Кофе вызывает бессонницу Период полувыведения кофе довольно быстрый — 3–5 часов. Этот напиток точно не помешает вам заснуть, если вы выпьете его не позже 6 часов до сна. Бессонница может появиться лишь у людей с повышенной чувствительностью к кофеину. Сильно обжаренный кофе содержит больше кофеина Сильно обжаренный кофе имеет более насыщенный вкус, но сама обжарка способствует разрушению кофеина в зернах. Поэтому более темный кофе содержит меньше кофеина. Беременным нельзя пить кофе Исследования показали, что кофе не оказывает негативное влияние ни на беременную женщину, ни на плод. Но максимальное ежедневное потребление кофеина не должно превышать 200 мг. Кофе не может стать причиной патологий развития ребенка или даже выкидыша. Кофе провоцирует развитие рака и других заболеваний По данным многих исследований, кофеин даже защищает организм человека от целого ряда заболеваний. Он снижает риски возникновения меланомы, рака груди, болезней Альцгеймера и Паркинсона, деменции и многих других недугов. Кофе ускоряет метаболизм/помогает похудеть Кофеин является наиболее часто употребляемым психоактивным веществом в мире, и кофе на самом деле дарит нам прилив энергии и может ускорить обмен веществ. Но если вы часто употребляете этот напиток, то ваш организм уже адаптировался к нему, и кофе не оказывает влияния на ваш метаболизм.
Веселая короткометражка "Отражение"
Возможно по этой причине девушки так долго собираются?
10 игр для компаний, с которыми не соскучишься
Впереди у нас с вами длинные праздники, многие будут отдыхать или путешествовать в компании друзей. Чтобы сделать отдых веселее и увлекательнее, мы собрали для вас несколько крутых игр, которые помогут вдоволь насмеяться, лишний раз потренировать извилины и узнать друг о друге много нового. Специального реквизита они не требуют, поэтому дерзайте. Шляпа Все участники придумывают по десять слов, пишут их на бумажках и кладут в шляпу. А дальше начинается самое интересное: игроки за ограниченное количество времени по очереди пытаются объяснить, показать или нарисовать попавшиеся им слова, а все остальные стараются их угадать. Самые успешные получают победные очки, почет, славу и медаль на шею. Ассоциации Все садятся в круг, и кто-нибудь говорит на ухо своему соседу любое слово, тот должен моментально сказать на ухо следующему свою первую ассоциацию к этому слову, второй говорит третьему, — и так, по цепочке, пока слово не вернется к первому. Если из «слона» у вас получилась «стриптизерша» — считайте, что игра удалась. Узнай меня Несколько человек садятся в ряд. Ведущий должен с завязанными глазами на ощупь узнать в сидящих загаданного человека. Причем отгадывать можно по разным частям тела, — например, по руке, ногам, по волосам, в зависимости от того, насколько далеко все готовы зайти. Дженга Из ровных деревянных брусочков строится башня, причем на каждом уровне чередуется направление укладки. Затем игроки по очереди аккуратно вытаскивают по одному бруску и устанавливают его на вершине башни. Проделывать все это нужно очень аккуратно, иначе башня рухнет. Тот игрок, в результате действий которого обрушение произошло, считается проигравшим. Крокодил Это популярная игра, в которой с помощью жестов, движений и мимики участники показывают загаданное слово, а другие игроки пытаются его отгадать. Водящему запрещается произносить какие-либо слова или издавать звуки, использовать или указывать на окружающие предметы, показывать буквы или части слова. Счастливчик, который догадается, о чем идет речь, в следующем раунде сам изображает слово, но уже другое. Огурец Выбирается один ведущий, а все остальные становятся в очень тесный круг — буквально плечом к плечу. Руки игроков должны находиться сзади. Суть игры в том, чтобы незаметно от ведущего передавать за спинами огурец и при каждом удобном случае откусывать от него по кусочку. А задача ведущего — отгадать, в чьих руках находится огурец. Если ведущий отгадал, то пойманный им игрок становится на его место. Игра продолжается до тех пор, пока не съеден огурец. Это очень весело! Контакт Ведущий задумывает слово и называет остальным игрокам первую букву этого слова. К примеру, задумано слово катастрофа — первая буква «К». Каждый из остальных игроков придумывает слово, начинающееся с этой буквы, и пытается объяснить другим, что именно он задумал, не называя его. Если кто-то из игроков понял, какое именно слово задумано тем, кто объяснял, то он говорит «Есть контакт!» и оба (объяснявший и откликнувшийся) начинают вслух считать до десяти, а затем говорят каждый свое слово. Если слово совпало, то ведущий называет вторую букву слова, и игра продолжается дальше, только теперь нужно придумывать и объяснять слово с уже заданными начальными буквами. Если же слово не совпало, то игроки продолжают пытаться придумать и объяснить новое слово. Данетки Старая добрая детективная забава. Данетка — это словесная головоломка, запутанная или странная история, часть которой ведущий рассказывает, а остальные должны восстановить последовательность событий. Вопросы можно задавать только такие, на которые можно ответить «Да», «Нет» или «Несущественно», отсюда и название игры. Здесь можно найти самые интересные «данетки». Я никогда не... С помощью этой игры можно ближе познакомиться с людьми. Фишками этой игры служат любые предметы, такие как монетки, зубочистки и так далее. Игра начинается так: первый участник говорит то, что не делал никогда в жизни («Я никогда не ...»). Все остальные участники игры, которые делали это, должны отдать по одной фишке этому игроку. Побеждает тот, у кого к концу игры на руках самое большое количество фишек. Хранитель тайны Очень увлекательная и крайне мозговыносящая игра. Ведущий загадывает известную всем участникам фразу, слоган или цитату. Называет количество слов в ней. Затем игроки задают «хранителю» любые вопросы. В каждом ответе должно содержаться слово из загаданной фразы. Ответ надо уместить в одном предложении. Анализируя ответы ведущего, игроки выдают свою версию «тайны». Фанты Старая добрая детская игра. У игроков собирается по одному любому предмету, которые складываются в мешок. Одному играющему завязываются глаза. Ведущий вытаскивает вещи по очереди, а игрок с завязанными глазами придумывает задание для вытащенной вещи, хозяин которой должен его выполнить. Задания могут быть самыми различными: спеть песню, станцевать или выгулять утюг.
10 полезных пищевых продуктов для нашей красоты
1. Яичный белок. Стягивание пор на коже. Маска из яичного белка освежает кожу лица и стягивает расширенные поры. 2. Овсяные хлопья. Увлажнение. Овес известен своими увлажняющими качествами. Смешайте немного меда, лимонного сока и добавьте овсяных хлопьев, получится маска для лица, которая увлажнит и успокоит кожу. А еще можно умываться, сжав в ладони щепотку овсянки. Кожа будет заметно увлажнена. 3. Пищевой уксус. Блеск. Пару раз в месяц вместо кондиционера ополаскивайте волосы уксусом и вы заметите, что волосы станут блестеть и выглядеть лучше. 4. Мед и сахар. Увлажнение и укрепление кожи. Смешайте мед и сахар, у вас получится скраб для тела, который отшелушит, увлажнит и укрепит кожу. 5. Лимон. Осветление. Если вы хотите осветлить пряди волос во время отпуска на пляже, смешайте лимонный сок и воду в бутылочке и во время отдыха на солнце наносите понемногу на волосы. Некоторые женщины используют лимонный сок для осветления пигментных пятен на коже. Для людей с чувствительной кожей нужно быть аккуратнее с лимонным соком. 6. Кофе. Целлюлит. Молотый кофе тоже может быть использован в качестве скраба для тела, особенно при профилактике целлюлита. 7. Чайные пакетики. Яркие глаза. Положите пару использованных пакетиков с черным чаем на глаза на 10 минут. Этот простой способ творит чудеса, глаза снова блестят! 8. Аспирин. Очистка кожи. Смешайте пару таблеток аспирина и чайную ложку меда, нанесите на лицо, избегая области глаз, на 10 минут, потом смойте круговыми движениями. Кожа обновится, покраснения пропадут. 9. Оливковое масло. Увлажнение. Оливковое масло - это натуральное средство, которое прекрасно увлажняет кожу. Оливковое масло можно добавлять в скраб для тела. С помощью оливкового масла можно снимать макияж с глаз, оно растворяет косметику и увлажняет кожу. 10. Пищевая сода и клубника. Отбеливание зубов. Смешайте 1 ягоду клубники и половину чайной ложки пищевой соды до состояния кашицы. Зубной щеткой нанесите смесь на зубы на 5 минут. Затем почистите зубы, как обычно, зубной пастой. Если использовать этот метод 1 раз в неделю, ваши зубы постепенно станут на пару оттенков белее.
Ревность
«…Боже, как я тебя ревновал, только одному Ему известно насколько сильно! Я никогда не показывал это, тая злобу в себе, а когда накапливалось все до самого «не могу», я срывался на любой мелочи. Любой пустяк служил громоотводом. Днями я молчал, когда ты сидела рядом и обнимала меня, а ночью кричал, когда ты засыпала. Так громко, что никто не слышал, как я винил себя во всем. Ты же меня лечила, а я себя губил. Боялся тебя потерять на минуту, на секунду и все то время, которого мне так не хватало. Я молчал, считая это постыдным. А чего я стыдился? Своих чувств к тебе или боли, которую причинял себе? Все это время я стыдился себя. Ведь ты такая вся нежная. И перед сном, и поутру. Даже в моей грубости ты оставляла свою нежность. Вечерами, когда мы с тобой занимались любовью, это был не секс. Я весь в тебе, и до конца, запах волос, шеи, груди. А когда ты сжимала мои ноги своими, я еще больше хотел, чтобы тебе было приятно. До конца… Во вздохах и запахах. В поцелуях и в кусании губ. Я был в тебе и чувствовал, что во мне ты еще больше. Это был не секс. Теперь я это понимаю…» Вячеслав Прах Отрывок из книги «Кофейня»
Почему я не богат?
А действительно, почему? Почему в одних и тех же условиях одни могут себе позволить дорогие машины, квартиры, дома, а другие – нет? Почему одни «гребут деньги лопатой», а другие собирают крошки? Почему у одних есть все, а у других и денег на жизнь порой не хватает. Ответ прост. Потому что это нам не надо. Мы привыкли к той жизни, которая у нас есть, пусть и не самая хорошая, но есть. Мы так сказать, нашли «зону комфорта», в которой нам спокойно и там мы себя чувствуем в безопасности. И часто этой зоной является жилье в коммунальной квартире, или в квартире с родителями, работа за 10-15 тысяч, в хорошем случае и т.д. Вот то, что мы выбираем! Вот, где мы себя чувствуем в безопасности. Заметили, что богатые и обеспеченные люди меняют многое в своей жизни, и меняют, потому что им мало того, что они имеют или просто хотят другого? Думаете, им нечего терять? Брехня! Им как раз то и есть, что терять – свои миллионы и миллиарды. А вы боитесь потерять работу за 10-15 тысяч! Все потому, что вы привыкли, смирились с тем, что у вас есть. Мы можем ныть годами и ничего не делать. А плачем, потому что и хотим большего, но для этого надо что-то делать. А как? А что? А вдруг? Вот куча вопросов, которые мы можем себе задать, только чтобы не действовать. Виним всех, кроме себя – правительство, людей, страну, мир, все как будто против вас. А мы такие белые и пушистые. И как уже было сказано выше – ответ прост. Мы не имеем того, что хотим, только потому, что нас устраивает наше сейчас. Там нам комфортно и безопасно. Надеемся...
Макс Фрай о любви, глупости и кошках
Маленькая глупая белая кошка знает, что такое любовь. Любовь — это лежать на неудобных скользких коленях неудобного скользкого, постоянно шевелящегося любимого существа, сползать с них каждые несколько минут, но не выпускать отросшие после стрижки когти, не цепляться, а шмякаться на пол, вздыхать, запрыгивать обратно на скользкие неудобные колени, сворачиваться клубком и снова сползать на пол, но не выпускать когти, не цепляться, падать, вздыхать и возвращаться — и так до бесконечности. Глупый большой неудобный и скользкий человек тоже знает, что такое любовь. Любовь — это сидеть в неудобной позе, задрав колени, едва касаясь пола кончиками пальцев ног, стараться поменьше шевелиться, чтобы маленькая глупая белая кошка падала и вздыхала как можно реже, и в этом удивительном мире, сотканном из глупости и любви, было чуть больше тишины и покоя.
Отцы и дети. Взгляд психолога.
Куда исчезают эмоции мужчины? Каким вы помните своего отца? Авторитетным? Сильным? Или подавляющим и пугающим? Вечно занятым на работе и расслабляющимся бутылкой пива после напряженного трудового дня? Или он покинул семью и его вообще не было рядом? Или вы были по-настоящему близки? Эмоциональная близость с отцом – это большая редкость. Это горько, печально, но это так. Жизнь мужчины полна напряжения, борьбы и ответственности. Само общество ставит перед ним задачу быть сильным и обеспечивать семью. Никого не волнует – хочет он или нет, есть у него силы или нет. Он обязан. Так жили наши отцы и наши деды. Им тоже приходилось пахать, дабы не прослыть никчемными, немужественными. О! Это один из самых сильных мужских страхов – ярлык «он не мужик». И общество это очень даже поощряет – кому нужны эмоциональные мужчины, любующиеся цветком или бабочкой? А кто будет зарабатывать деньги? Ну, уж нет – бери кувалду и вкалывай. Но, поскольку в эмоциональном плане мужчина мало отличается от женщины, т.е. он тоже обладает чувствами, ему приходится очень туго. Мальчик, так же как и девочка, хочет любви и признания, боится, плачет, горюет. Но уже с самых ранних лет он получает очень твердое родительское послание: «Этого делать нельзя». По-мужски – это быть стойким, не показывать страх и слезы. Так мальчику начинают кастрировать его эмоциональность. В крайнем случае (хоть это и неприятно), ему разрешено немного позлиться. Но только не на «священных коров» – не на родителей. Но и это не беда – есть братья-сестры, одноклассники, в конце концов, куда можно почти легально пристроить накопившееся напряжение. И вот уже усвоенные убеждения он начинает считать своими. Через некоторое время он и сам начинает презирать «телячьи нежности», уворачиваясь от материнских объятий и поцелуев. Ему уже невозможно признаться даже себе, что он испытывает страх или неуверенность. И, подавляя свою эмоциональность, он не в состоянии принять чужую – даже чувства своего ребенка. Один из самых трудных моментов во взаимодействии отца с ребенком – это эмоции последнего. Когда малыш плачет, закатывает истерики или злится, отец часто впадает в ступор или в ярость. Он не может иметь с ними дела и перекладывает всю ответственность на мать: «Сделай что-нибудь, чтоб он замолчал!». Так его заставляет поступать собственная беспомощность – ведь он не в контакте с собственными чувствами. Что мы приобретаем благодаря отцу? Психологическая задача отца – защита и признание. Если отец готов защитить малыша от крикливой тетки, больших ребят или злой собаки – это породит в нем уверенность: «Мир на моей стороне. Я защищен». Впоследствии такой человек будет сам отстаивать себя – с любыми людьми, посягающими на его границы. И речь сейчас идет не столько о физической самообороне, сколько об уважении своих прав – например, не делать того, что не хочешь. Увы, мы чаще встречаемся с тем, что отец номинально присутствует, но не выстраивает никаких эмоциональных отношений с ребенком. Отцы работают. Они очень заняты добыванием хлеба насущного. И… всячески избегают эмоционального контакта со своими детьми. Но для ребенка присутствие в его жизни отца также важно, как и матери. Как было сказано выше, без веры отца в своего ребенка он (ребенок) не сможет почувствовать свои права и мужество настаивать на них. В глубине души он остается робким и испуганным, мечтающим о том, чтобы кто-то более сильный защитил его. Признание – вторая важнейшая задача. Именно отец формирует у ребенка ощущение «Я смогу, у меня получится». Признание – это не что-то особенное. Это всего лишь решение взять детей с собой на рыбалку (своеобразное посвящение в мужскую компанию повышает их самоуважение), или согласиться ответить на их вопросы (признание их ценности), или подбодрить, когда у них что-то не получается (помогает им ощутить веру в себя). Из таких простых вещей ребенок способен сделать вывод, что он ценен, уважаем – а значит, его уважает весь мир. Проблемы начинаются, если отец конкурирует с детьми, не делая скидку на возраст; обвиняет, контролирует, обесценивает. Поле конкуренции может быть самое разное – интеллект, например. «Ну-ка, скажи, сколько будет девятью восемь»? – спрашивает он у первоклашки. Получив неверный ответ, радостно называет правильный, всем своим видом демонстрируя, что именно он в семье самый умный. Другое конкурентное поле – игра, спорт. Некоторые отцы, не скрывая злорадства, обыгрывают своих отпрысков, выражая в этой неравной борьбе свое превосходство. Случается и так, что как бы ребенок ни старался, чтобы он ни делал, он не может заслужить уважение отца. Хорошо учится – «Можешь лучше», делает успехи в спорте – «Ты еще не олимпийский чемпион», старается помогать по дому – «Мало помогаешь». Рана непризнания может потом болеть всю жизнь. Даже достигнув больших успехов на каком-либо поприще, такой человек будет продолжать слышать теперь уже «внутреннего» отца: «Ты недостаточно хорош». Ребенок может искать признания у других людей – учителей, приятелей, в последующем – коллег. Но непризнание отца всегда будет напоминать изнутри, что все это – временно. Нужно каждый день доказывать, что ты достоин – этой работы, этого положения в обществе, этого круга. И даже добившись признания, такой человек в глубине души ждет разоблачения – так говорит критикующий и обесценивающий отец внутри него. Человек, которому посчастливилось иметь признающего его ценность отца, не нуждается в каждодневном доказательстве того, что он достоин уважения. Он уважает сам себя, не лезет из кожи вон, и не заглядывает в чужие глаза, надеясь разглядеть там интерес к себе. И, увы, это огромная редкость. Особенно тяжелые последствия наступают, если отец проявляет насилие – физическое, эмоциональное, сексуальное. Тогда и мир, который получает в наследство ребенок – это очень опасное место, где сильный всегда прав и может сделать с тобой все, что захочет. Насилие отца опасно еще и тем, что, несмотря ни на что, он остается важнейшей фигурой, которая, в представлении ребенка, любит его. Так любовь навсегда оказывается связанной с насилием. Впоследствии он сам может проявлять насилие в любви или, например, создавать пары с подавляющими людьми. В его понимании, или «картине мира», как говорят психологи, если нет насилия, то нет и любви. Трагедия такого наследия заключается еще и в том, что непризнанный и незащищенный ребенок не может психологически вырасти. Другими словами, под оболочкой взрослого продолжает жить маленький мальчик или девочка, которые по-прежнему ищут защиты и признания у архетипических носителей власти и авторитета – государства, начальника, президента, Бога. Что случится, если мальчикам позволят плакать? Когда мальчики плачут от обиды, досады, потери – они (так же как и девочки) учатся проживать свою боль. На психологическом уровне это означает: «Да, со мной произошла неприятность, и я имею право отгоревать свое несчастье». И тогда даже сильное и трагическое событие начинает терять свою силу. Появляется энергия для того чтобы жить дальше. Это психологический закон, и никому еще не удавалось обойти его без потерь. Если мальчик или девочка, мужчина или женщина не позволяют себе проживать свою боль и, хуже всего, продолжают отрицать ее, то придется за это дорого заплатить. На удержание боли тратится огромное количество душевной энергии. Насилие над собой рождает много злости, которую надо куда-то девать. Злость – это очень сильная энергия, которая не может рассосаться сама по себе. Все деструктивные модели, описанные выше, берут свое начало в самоподавлении. Посудите сами – откуда возьмутся у такого человека силы сочувствовать кому-либо, хотя бы и собственному ребенку? Вот и остается только – вкалывать, потому что должен, расслабляться с пивом, потому что невозможно жить в постоянном напряжении, и выплескивать эмоции только на футбольном матче. Принять мальчика с его эмоциями – значит обеспечить его душевное здоровье и более полноценную взрослую жизнь. Если его ценят, уважают – он также будет ценить и уважать. И если ему не приходилось удерживать и подавлять свои чувства, он не будет требовать этого и от своих близких. Только уважая себя, мы способны проявить уважение к другим людям. Разве не этого мы все хотим?
Астероид Apophis: человечеству осталось 17 лет
Точное время возможного Апокалипсиса известно уже до секунды. Пятница, 13 апреля 2029 года, 4.36 утра по Гринвичу. Таящий в себе энергию 65 тысяч атомных бомб астероид Apophis с массой в 50 миллионов тонн и диаметром 320 метров пересечет орбиту Луны и устремится к Земле со скоростью 45 тысяч километров в час. "Это действительно опасно для Земли, потому что если астероид упадет на ее поверхность — а падать он будет со скоростью не меньше 16 километров в секунду — то от одного его падения выделение энергии будет как от падения тысяч атомных бомб, в атмосферу поднимется огромное количество пыли", — говорит завлабораторией Государственного астрономического института МГУ Михаил Прохоров. Катастрофа случится, если космический булыжник попадет в гравитационную "замочную скважину": полоску пространства в километр шириной. Сила притяжения Земли просто развернет Apophis в опасном направлении, и планета окажется буквально на прицеле в момент следующего сближения — 13 апреля 2029 года. Ученые ищут способы остановить смертоносный путь. Главная идея — изменить орбиту. Одни предлагают установить на поверхности Apophis ракетный двигатель, другие — отшвырнуть агрессора лобовым ударом космического корабля, третьи — подорвать мощным ядерным зарядом. Ученые-катастрофисты вздыхают: все бессмысленно. "Этот астероид никто не остановит, потому что он больших размеров, – рассказывает Владимир Алексеев, заведующий лабораторией Троицкого Института инновационных и термоядерных исследований. — Это очень опасно, потому что он накроет огромную территорию, как на Тунгусске". При столкновении Apophis может натворить невиданных бед. Его падение приходится на полосу в 50 километров, пролегающую через Россию, Центральную Америку и Атлантику: сотням городов грозит полное разрушение. Но даже если Apophis упадет в океан, образуется воронка глубиной в 3 и диаметром в 8 километров, от которой во все стороны побегут волны цунами. В результате, скажем, побережье Флориды попадет под удар двадцатиметровых волн, которые в течение часа будут рушиться на материк. Впрочем, в это сближение каменная глыба, как уверяют ученые, все-таки пролетит мимо Земли на расстоянии 30 тысяч километров. А вот дальнейшие встречи могут стать роковыми. "Даже если этого столкновения не случится, на следующих оборотах он будет продолжать сближаться с Землей, и шанс, что он через 50-150 лет произойдет, останется" – сгущает краски Михаил Прохоров. Впрочем, в России уже разрабатывают свой способ уберечь планету от апокалипсиса. Потенциального врага нужно знать в лицо — для этого на Apophis планируют отправить так называемый "гравитационный трактор". Он изучит поведение этого космического тела, его состав, и попробует отклонить орбиту астероида, чтобы исключить даже малейшую вероятность столкновения. Миссия запланирована на 2020 год.
© 2015 — 2024 stakanchik.media
Использование материалов сайта разрешено только с предварительного письменного согласия правообладателей. Права на картинки и тексты принадлежат авторам. Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 16 лет.
