Психология
 13.6K
 13 мин.

«Человек одинок»: Эрих Фромм о том, как остаться собой в обществе потребления

Перечитываем эссе «Человек одинок», в котором Эрих Фромм размышляет об одиночестве человека в мире всеобъемлющего потребления, о рассогласовании между двумя полюсами человеческого существования — «быть и обладать», а также о неиссякаемом стремлении человека к преодолению рутины и осмыслению важнейших явлений бытия, которое раньше находило свое выражение в искусстве и религии, а сегодня принимает формы интереса к преступным хроникам, любви к спорту и увлечения примитивными любовными историями. Работы немецкого социолога, философа и психолога Эриха Фромма стали своеобразной классикой исследования феномена одиночества в XX веке. Кажется, он рассмотрел это явление со всех возможных точек зрения: Фромм анализировал одиночество человека, утратившего связь с другими людьми; он выделил отдельный тип — моральное одиночество человека, не способного соотнестись с ценностями и идеалами общества; философ также указал на то, что одиночество — в некотором смысле, «природная» и «метафизическая» характеристика человеческого бытия, это условие существования человека, одновременно являющегося частью природы и находящегося вне её, существа, способного осмыслить не только это противоречие, но и свою конечность. Однако, кроме этих экзистенциальных условий человеческого существования, Эрих Фромм также увидел причину одиночества современного человека в том образе жизни, который ему диктует общество, ориентирующее человека исключительно на потребление как главное жизненное устремление. В этом смысле статья «Человек одинок» — очень краткое, но предельно ёмкое описание консьюмеристского общества, в котором сосредоточенный на производстве, продаже и потреблении товаров человек сам превращается в товар и становится одинокой, отчужденной от своей сущности личностью. Анализируя, как в обществе потребления человек становится чужим самому себе, превращается в слугу мира, который сам же создал, Фромм отмечает, что во все времена существовало противоречие между двумя основными способами существования человека — обладанием и бытием, между обыденностью и стремлением вновь вернуться к подлинным основам человеческого бытия. Однако, с горечью отмечает он, если раньше одиночество человека и другие извечные вопросы бытия осмыслялись через такие высокие формы как греческая трагедия, ритуальные действа и обряды, то сегодня наше стремление к драматизации важнейших явлений бытия — жизни и смерти, преступления и наказания, борьбы человека с природой — изрядно измельчало и приняло форму увлечения спортивными состязаниями, преступлениями, о которых нам каждый час вещает телевидение, и мелодрамами с примитивными любовными страстями. В этом контексте Эрих Фромм говорит о «безмерном убожестве всех наших поисков и решений». Предлагаем прочитать его эссе, чтобы по-новому взглянуть на ту реальность, к которой мы привыкли, и, возможно, попробовать что-то изменить в ней. Человек одинок Отчуждение — вот участь отдельного человека при капитализме. Под отчуждением я понимаю такой тип жизненного опыта, когда человек становится чужим самому себе. Он как бы «остраняется», отделяется от себя. Он перестает быть центром собственного мира, хозяином своих поступков; наоборот — эти поступки и их последствия подчиняют его себе, им он повинуется и порой даже превращает их в некий культ. В современном обществе это отчуждение становится почти всеобъемлющим. Оно пронизывает отношение человека к его труду, к предметам, которыми он пользуется, распространяется на государство, на окружающих людей, на него самого. Современный человек своими руками создал целый мир доселе не виданных вещей. Чтобы управлять механизмом созданной им техники, он построил сложнейший социальный механизм. Но вышло так, что это его творение стоит теперь над ним и подавляет его. Он чувствует себя уже не творцом и господином, а лишь слугою вылепленного им голема. И чем более могущественны и грандиозны развязанные им силы, тем более слабым созданием ощущает себя он — человек. Ему противостоят его же собственные силы, воплощенные в созданных им вещах, силы, отныне отчужденные от него. Он попал под власть своего создания и больше не властен над самим собой. Он сотворил себе кумира — золотого тельца — и говорит: «Вот ваши боги, что вывели вас из Египта»... А какова же судьба рабочего? Вот что отвечает на это вдумчивый и точный наблюдатель, занимающийся вопросами промышленности: В промышленности человек превращается в экономический атом, который пляшет под дудку столь же атомистического управления. Вот твое место; вот так ты будешь сидеть; твои руки будут двигаться на х дюймов в радиусе у; время движения — столько-то долей минуты. По мере того, как плановики, хронометристы, ученые-экономисты все больше лишают рабочих права свободно мыслить и действовать, труд становится все более однообразным и бездумным. Рабочему отказывают в самой жизни: всякая попытка анализа, творчества, всякое проявление любознательности, всякая независимая мысль тщательно изгоняются — и вот неизбежно рабочему остается либо бегство, либо борьба; его удел — безразличие или жажда разрушения, психическая деградация (Дж. Джиллиспай). Но и участь руководителя производства — тоже отчуждение. Правда, он управляет всем предприятием, а не только одной его частью, но и он точно так же отчужден от плодов своей деятельности, не ощущает их как нечто конкретное и полезное. Его задача — лишь с прибылью употребить капитал, вложенный другими. Руководитель, как и рабочий, как и все остальные, имеет дело с безликими гигантами: с гигантским конкурирующим предприятием, с гигантским национальным и мировым рынком, с гигантом-потребителем, которого надо прельщать и ловко обрабатывать, с гигантами-профсоюзами и гигантом-правительством. Все эти гиганты словно бы существуют сами по себе. Они предопределяют действия руководителя, они же направляют действия рабочего и служащего. Вопрос о руководителе подводит нас к одной из важнейших особенностей мира отчужденности — к бюрократизации. Бюрократия заправляет как большим бизнесом, так и правительственными учреждениями. Чиновники — вот специалисты в управлении и вещами и людьми. И столь громаден аппарат, которым надо управлять, а следовательно и столь обезличен, что бюрократия оказывается начисто отчужденной от народа. Он, этот народ,— всего лишь объект управления, к которому чиновники не испытывают ни любви, ни ненависти, он им совершенно безразличен; во всей профессиональной деятельности чиновника-руководителя нет места чувствам: люди для него не более, чем цифры или неодушевленные предметы. Огромные масштабы всей общественной организации и высокая степень разделения труда мешают отдельной личности охватить целое; притом между этими личностями и группами в промышленности не возникает сама собою непосредственная внутренняя связь, а потому без руководителей-чиновников не обойтись: без них вся система тотчас бы рухнула, ибо никому иному не ведомы ее тайные движущие пружины. Чиновники так же необходимы и неизбежны, как и тонны бумаги, истребляемые при их господстве. Каждый из нас с чувством полного бессилия сознает это роковое главенство бюрократов, вот почему им и воздают чуть ли не божеские почести. Люди чувствуют, что если бы не чиновники, все развалилось бы на части и мы умерли бы с голоду. В средние века сюзерен считался носителем порядка, установленного богом; в современном капиталистическом обществе чиновник — особа едва ли менее священная, ведь без него общество в целом не может существовать. Отчуждение царит не только в сфере производства, но и в сфере потребления. Отчуждающая роль денег в процессе приобретения и потребления прекрасно описана еще Марксом... Как же мы используем приобретенное? Я исхожу из того, что потребление — это определенное человеческое действие, в котором участвуют наши чувства, чисто физические потребности и эстетические вкусы, то есть действие, в котором мы выступаем как существа ощущающие, чувствующие и мыслящие; другими словами, потребление должно быть процессом осмысленным, плодотворным, очеловеченным. Однако наша культура очень далека от этого. Потребление у нас — прежде всего удовлетворение искусственно созданных прихотей, отчужденных от истинного, реального нашего «я». Мы едим безвкусный малопитательный хлеб только потому, что он отвечает нашей мечте о богатстве и положении — ведь он такой белый и свежий. На самом деле мы питаемся одной лишь игрой воображения, очень далекой от пищи, которую мы пережевываем. Наше нёбо, наше тело выключены из процесса потребления, в котором они должны бы быть главными участниками. Мы пьем одни ярлыки. Откупорив бутылку кока-колы, мы упиваемся рекламной картинкой, на которой этим же напитком упивается смазливая парочка; мы упиваемся призывом «Остановись и освежись!», мы следуем великому американскому обычаю и меньше всего утоляем собственную жажду. Первоначально предполагалось, что если человек будет потреблять больше вещей, и притом лучшего качества, он станет счастливее, будет более удовлетворен жизнью. Потребление имело определенную цель — удовольствие. Теперь оно превратилось в самоцель. Акт покупки и потребления стал принудительным, иррациональным — он просто самоцель и утерял почти всякую связь с пользой или удовольствием от купленной вещи. Купить самую модную безделушку, самую последнюю модель — вот предел мечтаний каждого; перед этим отступает все, даже живая радость от самой покупки. Отчуждение в области потребления охватывает не только товары, которые мы покупаем и используем; оно гораздо шире и распространяется на наш досуг. А как же может быть иначе? Если в процессе работы человек отчуждается от дела рук своих, если он покупает и потребляет не только то и не только потому, что вещи эти ему действительно нужны, как может он деятельно и осмысленно использовать часы своего досуга? Он неизменно остается пассивным, отчужденным потребителем. С той же отстраненностью и безразличием, как купленные товары, «потребляет» он спортивные игры и кинофильмы, газеты, журналы, книги, лекции, картины природы, общество других людей. Он не деятельный участник бытия, он хочет лишь «ухватить» все, что только можно,— присвоить побольше развлечений, культуры и всего прочего. И мерилом оказывается вовсе не истинная ценность этих удовольствий для человека, но их рыночная цена. Человек отчужден не только от своего труда, не только от вещей и удовольствия, но и от тех социальных сил, которые движут общество и предопределяют судьбу всех его членов. Мы беспомощны перед силами, которые нами управляют, и это сказывается всего пагубней в эпохи социальных катастроф — войн и экономических кризисов. Эти катастрофы кажутся некими стихийными бедствиями, тогда как на самом деле их навлекает на себя сам человек, правда, бессознательно и непреднамеренно. Безликость и безымянность сил, движущих обществом, органически присуща капиталистической системе производства. Мы сами создаем свои общественные и экономические институты, но в то же время горячо и совершенно сознательно отклоняем всякую ответственность за это и с надеждой или с тревогой ждем, что принесет нам «будущее». В законах, которые правят нами, воплощены наши же собственные действия, но эти законы стали выше нас, и мы — их рабы. Гигантское государство, сложная экономическая система больше не подвластны людям. Они не знают удержу, и их руководители подобны всаднику на лошади, закусившей удила: он горд тем, что усидел в седле, но бессилен направить ее бег. Каковы же взаимоотношения современного человека с его собратьями? Это отношения двух абстракций, двух живых машин, использующих друг друга. Работодатель использует тех, кого нанимает на работу, торговец использует покупателей. В наши дни в человеческих отношениях редко сыщешь любовь или ненависть. Пожалуй, в них преобладает чисто внешнее дружелюбие и еще более внешняя порядочность, но под этой видимостью скрывается отчужденность и равнодушие. И немало тут и скрытого недоверия. Такое отчуждение человека от человека приводит к потере всеобщих и социальных связей, которые существовали в средние века и во все другие докапиталистические общественные формации. А как же человек относится к самому себе? Он ощущает себя товаром, который надо повыгоднее продать на рынке. И вовсе не ощущает, что он активный деятель, носитель человеческих сил и способностей. Он отчужден от этих своих способностей. Цель его — продать себя подороже. Отчужденная личность, предназначенная для продажи, неизбежно теряет в значительной мере чувство собственного достоинства, свойственного людям даже на самой ранней ступени исторического развития. Он неизбежно теряет ощущение собственного «я», всякое представление о себе как о существе единственном и неповторимом. Вещи не имеют своего «я», и человек, ставший вещью, также не может его иметь. Нельзя полностью постичь природу отчуждения, если не учитывать одну особенность современной жизни — ее все усиливающуюся обесцвеченность, подавление интереса к важнейшим сторонам человеческого существования. Речь идет о проблемах общечеловеческих. Человек должен добывать хлеб насущный. Но только в том случае может он утвердить себя, если не оторвется от основ своего существования, если не утратит способности радоваться любви и дружбе, сознавать свое трагическое одиночество и кратковременность бытия. Если же он погряз в повседневности, если он видит только то, что создано им самим, только искусственную оболочку обыденного мира, он утратит связь с самим собой и со всем окружающим, перестанет понимать себя и мир. Во все времена существовало это противоречие между обыденностью и стремлением вновь вернуться к подлинным основам человеческого бытия. И одной из задач искусства и религии всегда было помочь людям утолить эту жажду, хотя и сама религия в конце концов стала новой формой той же обыденности. Даже первобытный человек не довольствовался чисто практическим назначением своих орудий и оружия, он старался украсить их, вывести за пределы просто полезного. А каково было назначение античной трагедии? Здесь в художественной, драматической форме представлены важнейшие проблемы человеческого существования; и зритель (впрочем, он не был зрителем в нашем, современном смысле слова, то есть потребителем) приобщался к действию, переносился из сферы повседневного в область общечеловеческого, ощущал свою человеческую сущность, соприкасался с основой основ своего бытия. И говорим ли мы о греческой трагедии, о средневековом религиозном действе или об индийском танце, идет ли речь об обрядах индуистской, иудейской или христианской религии — мы всегда имеем дело с различными формами драматизации главнейших сторон человеческого бытия, с воплощением в образах тех самых извечных вопросов, которые осмысляет философия или теология. Что же сохранилось в современной культуре от этой драматизации человеческого бытия? Да почти ничего. Человек почти не выходит за пределы мира сработанных им вещей и выдуманных понятий; он почти всегда остается в рамках обыденности. Единственное, что по значению своему приближается сейчас к религиозному обряду,— это участие зрителя в спортивных состязаниях; здесь по крайней мере человек сталкивается с одной из основ бытия: люди борются — и он радуется заодно с победителем или переживает горечь поражения вместе с побежденным. Но как примитивно и ограниченно человеческое существование, если все богатство и многообразие страстей сведено к азарту болельщика. Если в большом городе случается пожар или автомобильная катастрофа, вокруг собирается толпа. Миллионы людей что ни день зачитываются хроникой преступлений и убийств и детективными романами. С благоговейным трепетом смотрят они фильмы, в которых главенствуют две неизменные темы — преступление и страсть. Это увлечение и интерес — не просто признак дурного вкуса, не просто погоня за сенсацией, но глубокая потребность в драматизации важнейших явлений бытия — жизни и смерти, преступления и наказания, борьбы человека с природой. Но греческая трагедия решала эти вопросы на высочайшем художественном и философском уровне, наша же современная «драма» и «ритуал» слишком грубы и нимало не очищают душу. Все это увлечение спортивными состязаниями, преступлениями и любовными страстями свидетельствует о том, что человек рвется за пределы обыденности, но то, какими способами он удовлетворяет эту свою внутреннюю потребность, свидетельствует о безмерном убожестве всех наших поисков и решений.

Читайте также

 17.2K
Психология

Что такое когнитивная легкость и в чем ее главный минус

Даже если нам кажется, что в данный момент мы отдыхаем, наш мозг все равно проводит огромное количество операций, проверяя и обновляя информацию. Он должен получить ответы на вопросы: произошло ли что-то новое, нет ли рядом опасности, все ли в порядке с самочувствием? Все эти действия осуществляются автоматически, без нашего непосредственного участия. Одним из примеров того, что измеряет наш мозг, является когнитивная легкость — своеобразный сигнал, что все идет хорошо. А под «хорошим» мы чаще всего подразумеваем привычное, ведь люди по своей природе жуткие консерваторы и потому любая новая информация провоцирует появление тревожного состояния. Обычно когнитивная легкость напрямую связана с нашим настроением. Она возникает, если нам нравится, что мы видим и чувствуем, оцениваем ситуацию как комфортную и знакомую, верим тому, что слышим. Также в этом состоянии мы склонны рассуждать небрежно и поверхностно, ведь угроз и важных новостей нет, поэтому можно не мобилизовать усилия, плывя по течению. С одной стороны, когнитивная легкость является важным адаптационным механизмом, который позволяет не находиться в постоянном стрессе, экономя на усилиях и выбирая краткие пути. Но с другой — она мешает объективно оценивать ситуацию, притупляя критическое мышление. Даже если выход из зоны комфорта обещает новые блага, инстинктивная лень разума не позволит нарушить безопасный статус кво. Знакомое для нас автоматически становится хорошим и правильным вне зависимости от того, есть ли у нас доказательства, что оно лучше любой альтернативы. Чем больше происходит повторений, тем больше мы расслабляемся, ведь уже сформировалась знакомая тропинка, по которой можно идти, не смотря под ноги. По этой же причине когнитивная легкость сопутствует полученному навыку — когда мы доводим его до автоматизма, начинаем игнорировать сам процесс работы. Примеры когнитивной легкости Отличный пример когнитивной легкости в действии — регулярный повтор одних и тех же реклам. Со временем зрители начинают относиться к ним как к чему-то знакомому, и когда встает выбор, какой продукт покупать, они выберут тот, который был перед глазами все это время. Для подтверждения данного эффекта американский психолог Роберт Зайонц провел эксперимент в двух вузах штата Мичиган. В университетских газетах каждого учебного заведения время от времени появлялась реклама с одним словом, которое ничего не значило, например, «kardiga» или «saricik». Тот несуществующий термин, который часто появлялся в газете одного университета, в СМИ другого практически не фигурировал, и наоборот. На последнем этапе исследования студентов попросили дать оценку используемым словам. Как и предполагалось, термины, которые мелькали в газетах чаще всего, воспринимались положительно, а слова, напечатанные всего пару раз, — отрицательно. На основании этого ученые сделали вывод: чем больше мы знакомы с событием, словом или действием, тем больше когнитивной легкости переживаем. В таком состоянии мы готовы поверить во все, что угодно, даже если это полный бред. Еще один пример связан с шаблонами и категориями. Если мы имеем какое-либо представление о предмете и его качествах, то делаем вывод, что схожие с ним объекты также обладают этими качествами, хотя никаких доказательств этому нет. Взять хотя бы историю появления легендарного растения под названием баранец. Древним европейским путешественникам было известно, что бараны отличаются пушистой шубой и любят щипать траву, поэтому когда они встретили на своем пути хлопчатник, они подумали, что видят диковинное животное, растущее на стебле и питающееся травой вокруг себя. Благодаря сходству с бараном увиденное растение назвали «баранцом». Вот так внешние атрибуты известного путешественникам животного перенеслись на хлопчатник. Когнитивная легкость также объясняет, почему лица, увиденные на фото несколько раз, оцениваются людьми как более симпатичные, красивые и четкие изображения кажутся более правильными, а персонажи, попадающие в медиаполе, воспринимаются как знаменитости, хотя при этом у них может не быть никаких талантов. Как избежать манипуляций В текстах, которые направлены на манипуляцию, часто можно встретить повторение одних и тех же слов, чтобы читатель быстрее поверил в них (вспомните эксперимент Зайонца). В такие моменты отличить смутное чувство узнаваемости от правды становится очень сложно, так как сознание пытается найти более короткий путь. Роль играют даже оформление текста и типографика. Например, если вам предложат выбрать правильный ответ из двух предложений, первое из которых будет напечатано жирным шрифтом, а второе обычным, вероятнее всего вы отдадите предпочтению номеру один, даже если ни один из этих вариантов не окажется верным. Чтобы не оказаться в подобной ловушке, не идите на поводу у стереотипов, а также свободных ассоциаций и эмоциональных побуждений. Проверяйте и рационализируйте информацию. Да, это потребует гораздо больше усилий, однако в результате вы не окажетесь обманутым. Если же вы сами хотите использовать манипуляцию, не стоит сильно рассчитывать на психологические приемы, например, удачное сочетание цветов, интервальные повторения слов или рифмы. Они не смогут полностью замаскировать некомпетентность и плохую подготовленность в выбранном вопросе. Когнитивная легкость — это хорошо или плохо? Когнитивная легкость является очень приятным состоянием. Она помогает быть творческим, креативным, полагаться на интуицию и не загружать свой мозг до предела, в то время как аналитическая работа требует приложения большого количества усилий. Дерек Мюллер, канадский научный коммуникатор и телеведущий, наиболее известный своим YouTube-каналом Veritasium, отмечает, что многие ученые были несчастными людьми как раз потому, что редко «отпускали вожжи», предпочитая непрерывный анализ и умственную работу. По его мнению, обе функции мозга полезны, но в разных ситуациях. Например, нельзя с помощью ассоциативного мышления и интуиции решать логические задачи. Когнитивная легкость не дает нам развиваться под влиянием обстоятельств, пересматривать привычные вещи и действия, изобретать новые подходы, так как все это требует выхода из зоны комфорта. В то же время когнитивная тяжесть делает нас более подозрительными, скованными. Состояние постоянной оценки и недоверия не дает расслабиться и принять решение, ведь все варианты кажутся плохими. Именно поэтому стоит развивать оба состояния, чтобы иметь возможность чувствовать себя комфортно, но в то же время воспитывать ответственность, внимательность и критическое поведение.

 14.5K
Жизнь

Один мужчина решил проверить, любит ли его жена...

Один мужчина решил проверить, любит ли его жена, и написал ей прощальное письмо о том, что он якобы уходит от нее. Он положил записку на тумбочку, а сам спрятался под кроватью в ожидании жены. Муж понимал, что это несколько детский поступок, но он должен был знать, что чувствует к нему жена. Он надеялся услышать, как она расстроится, начнет плакать, звонить знакомым... Когда жена, наконец, пришла домой, она увидела письмо и прочитала его. Через несколько минут молчания она взяла ручку и начала что-то приписывать в письме. Затем она переоделась, насвистывая веселые мелодии, подпевая и пританцовывая на месте. Она была скорее счастлива, нежели расстроена и подавлена. Муж был шокирован. Но все становилось еще хуже. Жена взяла телефон и набрала номер. Муж прислушивался, как жена с кем-то говорила по телефону: — Привет, дорогой. Я уже собралась и выезжаю к тебе. Что касается этого дурака, я наконец-то довела его, и он ушел. И как я только могла выйти замуж за него? Жаль, что мы не встретились с тобой раньше. Увидимся, милый! Она повесила трубку и вышла из комнаты. Через некоторое время муж услышал, как открылась и закрылась входная дверь, — жена ушла... Расстроенный и со слезами на глазах, он вылез из-под кровати и принялся читать, что жена приписала в письме. Сквозь слезы он прочел: «Я вижу твои ноги, торчащие из-под кровати. Я в магазин за хлебом».

 12.5K
Психология

Как эффект сверхоправдания влияет на внутреннюю мотивацию

Какое у вас любимое увлечение? Танцы, кулинария, йога, шахматы? Наверняка вы получаете от своего хобби удовольствие и невероятный заряд энергии. А теперь представьте, что вы будете получать деньги за каждое приготовленное блюдо или выполненное упражнение. На первый взгляд может показаться, что это все, о чем вы только могли мечтать. Но на практике оказывается, что вознаграждение снижает вашу мотивацию, и желание заниматься хобби пропадает. Почему так происходит? Что такое эффект сверхоправдания Некоторые виды деятельности, например, общение, прогулки, походы в кино, участие в литературных вечерах сами по себе интересны, а потому люди выполняют их, не ожидая вознаграждения. Другие действия, наоборот, выполняются только с целью получения поощрения: взрослые ходят на работу, чтобы получать зарплату, дети убирают игрушки за похвалу или сладости. Такое поведение поощряется извне, но как только прекращается внешняя мотивация в виде вознаграждения, прекращается и деятельность. Это и есть эффект сверхоправдания или чрезмерного обоснования. Он возникает в тот момент, когда ожидаемая награда, например, деньги или приз, снижает внутреннюю мотивацию. Если раньше деятельность не поощрялась, а потом за нее предложили заплатить, происходит сдвиг к внешней мотивации и подрыв ранее существующей внутренней мотивации. Самое интересное состоит в том, что человек больше не будет заниматься своим хобби «на общественных началах», если его перестанут награждать, так как внутренняя мотивация не вернется. Эффект сверхоправдания появляется из-за внешнего вмешательства, которое нарушает автономию человека. Некоторым людям свойственно воспринимать награду как доказательство того, что у них нет мотивации или достаточного количества знаний, чтобы выполнить определенную задачу. Из-за этого возникает комплекс неполноценности. Экспериментальные доказательства Одну из первых демонстраций эффекта сверхоправдания провели американский психолог, специалист по проблемам психологии развития Эдвард Деси и его коллеги в 1971 году. Для участия в эксперименте было создано две группы, участники которых должны были решать головоломку. Контрольная группа занималась этим бесплатно, в то время как экспериментальной группе не платили в первый день, платили во второй день и снова не платили на третий день. В середине каждого сеанса испытуемым давали перерыв, чтобы они могли заняться своими делами. Результаты исследования показали следующее: когда участникам экспериментальной группы платили, они решали головоломку с большим усердием, чем участники контрольной группы. Однако на третий день, когда награды не было, экспериментальная группа не проявляла никакого энтузиазма. Такое поведение доказывало, что денежное вознаграждение снизило внутреннюю мотивацию участников к выполнению задачи. Игра стала работой. Американский социальный психолог Дэниел Бейтсон также проводил исследования эффекта сверхоправдания, но немного в другом направлении. В одном из экспериментов студентов разделили на две группы: первая должна была помогать нуждающимся потому, что участникам было приказано так поступить, а вторая действовала по собственному желанию, из сострадания. Позднее, когда студентам было предложено поработать волонтерами, в первой группе согласились только 25%, а во второй — 60%. Так Дэниел Бейтсон установил, что люди получают удовлетворение от оказанной помощи в том случае, если соглашаются помочь без социального давления и денежного вознаграждения. Как проявляется эффект сверхоправдания в обычной жизни Существует устойчивое мнение, что человеку нужно пообещать вознаграждение, чтобы он хорошо выполнил определенную задачу. Эта логика верна, но лишь в некоторых случаях, в частности, если деятельность неприятна или малопривлекательна. А вот когда задание вызывает у человека искренний внутренний интерес, он не нуждается в поощрении. Например, дети с радостью исследуют окружающий мир, засыпая родителей вопросами из разряда «почему небо голубое» и не нуждаются в дополнительной мотивации. Но как только ребенок начинает учиться в школе, естественное любопытство исчезает, а изучение мира в рамках учебной программы становится обременительным. Конечно, система образования, ориентированная на зависимость от оценок, является не единственной причиной снижения интереса, но основополагающей. Даже если в начале ученики получают удовольствие от решения задач по математике или чтения романов по литературе, потом они осознают, что их единственная мотивация — награда в виде пятерки или наказание в виде двойки. Наверное, именно поэтому в начальных школах некоторых стран применяется безотметочная система обучения, в которой контроль строится на содержательно-оценочной основе без выставления отметок. Как показывает практика, такая система способствует росту внутреннего интереса к получению знаний. Со взрослыми обстоит примерно такая же ситуация. Некоторые выбирают профессию, основываясь на любви к делу. Например, если человек любит писать и общаться с людьми, он становится журналистом, если рисовать — художником. Его не останавливают даже маленькая зарплата и плохие условия труда, ведь главными критериями в этот момент являются внутренний интерес и любовь к своему делу. Но как только зарплата становится больше и дает собственное обоснование, внутренняя мотивация уступает место внешней. С этого момента сотрудник будет хорошо работать ради денег, а не ради собственного удовлетворения и самосовершенствования. В финансовом отношении прибавка к зарплате — это плюс, а в психологическом — минус. Как избежать эффекта сверхоправдания К счастью, вознаграждение извне не всегда становится причиной появления эффекта сверхоправдания. Если награда вручается за качественную работу, она не вытесняет внутреннюю мотивацию, а показывает, что человек обладает навыками в определенной сфере деятельности. Это повышает его энтузиазм и интерес к задаче. Если же человека поощряют просто за то, что он выполнил какое-то действие, например, прочитал книгу, психика воспринимает эту награду как нечто, подрывающее автономию. В результате интерес к деятельности пропадает. Вознаграждение — это не всегда плохо, но его следует использовать с максимальной осторожностью. Награждать, как и хвалить, следует лишь в том случае, если человек показал хороший результат. Когда ребенок, друг или коллега добился успеха, следует похвалить его старания, а не способности. Вместо «Ты такой умный!» скажите: «Ты так много работал!» Человек должен верить, что успех достигается благодаря усилиям, а не врожденному таланту. В этом случае он не потеряет мотивацию.

 9.1K
Интересности

Почему кошки едят траву?

Существует множество предположений на эту тему — от того, что трава играет роль слабительного, до ее диетических свойств. Однако недавние исследования говорят о том, что настоящая причина гораздо более практична — трава помогает очистить организм от паразитических червей. Конечно, большинство современных домашних кошек не заражены червями, но эта склонность к поеданию травы восходит к их не столь давнему прошлому, когда они, будучи дикими животными, питались практически только сырым мясом. Все кошки едят траву? Нет, не все. Опрос более чем тысячи владельцев кошек показал, что только 71% питомцев ели траву. До ХХI в. ученые считали, что кошки едят растения, когда плохо себя чувствуют и хотят вызвать рвоту, ведь их организм не способен переваривать траву. Другая распространенная теория говорит о том, что кошки едят траву, чтобы получить клетчатку, которая помогает снизить стресс. Хоть ученые и не полностью уверены в том, почему кошки едят траву, недавно полученные данные однозначно говорят о том, что и кошки, и собаки не используют траву, чтобы вызвать рвоту. Более 90% опрошенных владельцев животных сообщают, что их питомцы не выглядят больными перед, во время и после поедания травы. Если растение нетоксично и не обработано пестицидами, оно не принесет кошке никакого вреда при употреблении в умеренных количествах. Поедание травы — это инстинктивное поведение У кошек, по-видимому, есть врожденная предрасположенность к регулярному поеданию растений, что подтверждается многочисленными сообщениями о диких плотоядных животных, поедающих растения — в их кале обнаруживаются непереваренные части растений. Другие исследования показывают, что приматы используют растения для очистки кишечной системы от гельминтов. По словам исследователей из Школы ветеринарной медицины Калифорнийского университета в Дэвисе, практически все дикие плотоядные животные несут в себе кишечную паразитарную нагрузку, и регулярное инстинктивное поедание растений играет адаптивную роль в поддержании приемлемой кишечной паразитарной нагрузки, независимо от того, чувствует ли животное в себе паразитов. Результаты опроса владельцев подтверждают гипотезу о том, что поедание травы является инстинктивным и помогает кошкам избавиться от вредных паразитов. Таким образом, кошки вряд ли едят траву, чтобы намеренно вызвать рвоту. Тем не менее, 27% опрошенных владельцев кошек сообщили, что их питомцев часто тошнит после поедания растений, и этот процент увеличивается с возрастом кошек. Трава как слабительное или диетическое средство Ветеринары давно задаются вопросом, едят ли кошки траву из-за дефицита определенных витаминов и минералов в организме. Некоторые также предположили, что трава может действовать как своего рода слабительное, помогая комкам шерсти проходить через пищеварительный тракт. Поскольку исследования показывают, что кошки не выглядят больными до употребления травы, вполне вероятно, что поедание травы и с этой целью является инстинктивным действием, восходящим к их прошлому. Одно из исследований показало, что потребление добычи целиком может обеспечить обогащение компонентами, которые помогают пищеварению и здоровью желудочно-кишечного тракта кошачьих. Такие компоненты отсутствуют в специально приготовленном кошачьем питании. Возможно, поедание травы — это попытка кошек восполнить этот недостающий компонент? Снятие стресса Любые изменения в поведении кошки, включая постоянное мяуканье, беспокойство, раздражительность, царапание поверхностей или мочеиспускание в ненадлежащих местах, могут указывать на то, что она испытывает стресс и беспокойство. Жевание травы тоже может относиться к таким проявлениям. Если ваша кошка обычно не ест траву, а потом резко меняет свое поведение, то есть смысл обратиться к ветеринару, хоть это и не обязательно является признаком болезни. Трава вредна для кошек? Умеренное употребление травы является нормальным поведением для большинства кошек и собак и, как правило, не связано с заболеваниями желудочно-кишечного тракта. Основной риск исходит от ядовитых растений или тех, что обработаны пестицидами и гербицидами. Прежде чем высаживать во дворе новые растения, убедитесь, что они безопасны для ваших питомцев. Можно даже купить семена кошачьей мяты или лука и посадить их в горшки на окне. Имейте в виду, что при умеренном употреблении эти растения не причинят вреда вашему питомцу, но он все равно не сможет их переварить и, возможно, его вырвет. У некоторых кошек также может быть аллергия на определенные растения. Если ваш питомец любит пожевать траву, то за ним нужно внимательно следить. Когда обращаться к ветеринару Только ветеринар может обеспечить надлежащее лечение вашему питомцу, и любое изменение в поведении вашей кошки требует посещения или, по крайней мере, телефонного звонка специалисту. Если вы подозреваете, что ваша кошка переела травы или эта трава была обработана химикатами, то как можно скорее обратитесь к врачу. Реакция на ядовитые растения может быть разной, вплоть до летального исхода. Также не забывайте о растениях, которые попадают в дом в букетах, такие цветы часто бывают токсичными. По материалам статьи «Why Do Cats Eat Grass?» Treehugger

 7.5K
Интересности

Почему кошки любят коробки?

Кошки любят коробки, потому что они помогают им действовать в соответствии с инстинктами, предоставляя возможности для игры, сна, охоты, пометки территории, а также обеспечивают теплом и безопасностью. Далее поговорим о каждом из этих аспектов подробнее. Коробки помогают справиться со стрессом Два исследования, в которых изучали кошек, живущих в приютах для животных, показали, что наличие коробки значительно снижает уровень стресса, а другое исследование идет дальше и доказывает, что кошки адаптируются быстрее при наличии коробки, в которой можно спрятаться. Поэтому когда домашняя кошка меняет место жительства, желательно обеспечить ее коробкой или чем-то подобным с теми же функциями. Помните, что стресс оказывает негативное воздействие на здоровье кошек в долгосрочной перспективе. Коробки нужны, чтобы прятаться Как и многие другие млекопитающие, кошки ищут укрытие, что обезопасить себя. Владельцы кошек знакомы с их способностью исчезать, как только на их территорию входит незнакомец или они слышат громкий шум. В коробке кошка устроит перевалочный пункт, чтобы подумать над тем, как лучше начать разведку и удовлетворить свое любопытство. Картон помогает поддерживать температуру Температура тела у кошек выше, чем у людей, в среднем около 39 градусов. Как потомки пустынных животных, они физиологически склонны искать тепло, а картонная коробка — это идеальный вариант, чтобы согреться. Если хотите сделать своему питомцу приятное, то накройте коробку пушистым одеялом или шерстяным свитером, тогда кошка будет проводить там больше времени, наслаждаясь теплом. Однако не стоит ставить коробку слишком близко к радиатору — иногда густая шерсть мешает кошкам понять, что они перегреваются. Тепло важно для кошек еще и потому, что оно улучшает их сон. Исследование, опубликованное в Experimental Neurology, показало, что нагрев зон тепловых рецепторов вызывает у кошек расслабление и желание спать. Это привело исследователей к выводу, что эти терморецепторы являются важным источником информации для преоптического ядра в гипоталамусе, играющего важную роль в регуляции сна. По той же причине кошки любят дремать, лежа на людях — мы теплые. Кошки помечают свою территорию с помощью коробок Почему кошки стараются как можно скорее начать исследовать новую коробку или любой другой предмет, оказавшийся на их территории? Ответ связан с групповым поведением кошек в дикой природе, где они живут в небольших матриархальных группах. Кошки бодаются головой, трутся подбородком и щеками, чтобы пометить предметы, других кошек или людей своим запахом. Запах играет важнейшую роль для формирования идентичности группы, окружающей кошку. Когда новый объект появляется на территории, кошка сначала его внимательно исследует, а потом помечает своими феромонами. Бодание — нормальное поведение с целью пометить свою территорию, но есть и менее приятные для хозяев проявления, такие как метки мочой или царапанье когтями. Коробки идеально подходят для охоты Кошки — это хищники, которые охотятся, нападая на ничего не подозревающую жертву из засады. Несмотря на то, что кошкам редко приходится по-настоящему охотиться в помещении, они используют коробки и другие замкнутые пространства для организации засады. Кошки демонстрируют подобное поведение в игре как с игрушками, так и с другими кошками. Интересно, что не только домашние кошки любят коробки. Их дикие родственники — большие кошки — демонстрируют похожее поведение, включая бодание головой. Что выглядит достаточно мило, если не обращать внимание на их устрашающий вид. По материалам статьи «Why Do Cats Like Boxes?» Treehugger

 6.9K
Искусство

Филип Ван Дорен Стерн. «Величайший подарок»

У этого рассказа удивительная судьба. Написав его в ноябре 1939 года, Филип Ван Дорен Стерн после нескольких неудачных попыток опубликовать его самостоятельно распечатал рассказ в виде 24-страничной брошюры и разослал друзьям и знакомым на Рождество 1943 года. Рассказ привлек внимание актера Кэри Гранта, и вскоре компания RKO Pictures приобрела права на эту историю за 10 тысяч долларов, и в 1946 г. режиссер Фрэнк Капра снял по ней фильм «Эта прекрасная жизнь». При выходе картины на экраны она не имела успеха у публики, что привело к банкротству продюсерской компании постановщика и спаду его кинематографической карьеры. Однако через некоторое время фильм получил заслуженное признание. Уже на протяжении многих лет этот фильм один из непременных атрибутов Рождества в США. По версии ВВС, он занимает второе место в списке фильмов, не получивших «Оскар». А Американский институт киноискусства назвал его самым вдохновляющим американским фильмом. Городок, вытянувшийся по холму, сверкал цветными рождественскими огнями. Но Джордж Пратт их не видел. Перегнувшись через металлические перила моста, он угрюмо уставился на черную воду. Течение кружило и клубилось, как жидкое стекло, и время от времени льдинка, оторванная от берега, проскальзывала вниз, чтобы ее тут же поглотила тень под мостом. Вода выглядела парализующе холодной. Джордж размышлял, как долго сможет прожить в ней человек. Загадочное черное стекло воды очаровывало. Он перегнулся еще дальше через перила... — На твоем месте я бы этого не делал, — тихо произнес кто-то рядом. Джордж раздраженно обернулся к невысокому человечку, которого никогда раньше не видел. Незнакомец был толст, уже далеко не молод, его круглые щеки розовели в зимнем воздухе, будто он недавно побрился. — Не делал чего? — угрюмо спросил Джордж. — То, что ты задумал. — Откуда вам знать, что я задумал? — Ну, много знать — это наша работа, — не смутившись, ответил незнакомец. Джордж задумался, кем же мог работать человек, принадлежащий к самому обычному типу маленьких людей, которых и не заметишь в толпе. Если только вы случайно не встретитесь с его ярко-голубыми глазами. Такой добрый и искренний взгляд вы уже не сможете забыть. Ничто больше в нем не привлекало внимания. Он был одет в побитую молью меховую шапку и поношенное пальто, туго натянутое на большом животе. В руках мужчина держал небольшой черный саквояж. На докторский не похож — великоват, да и форму не держит. Комплект образцов торгового агента, решил Джордж с отвращением. Вероятно, парень из тех торговцев, которые шляются вокруг и суют свой маленький острый нос в чужие дела. — Похоже, будет снег, не так ли? — сказал незнакомец, оценивающе взглянув на пасмурное небо. — Будет хорошее белое Рождество. В наши дни это большая редкость, как и многое другое, — он повернулся к Джорджу. — Теперь у тебя все в порядке? — Я... конечно, все в порядке. С чего вы взяли, что со мной что-то не так? Я... — Джордж замолчал перед тихим пристальным взглядом незнакомца. Коротышка покачал головой. — Знаешь, ты не должен думать о таком и в канун Рождества, и в остальное время. Подумай лучше о Мэри... и о матери... Джордж открыл рот, чтобы спросить, как этот парень мог узнать имя его жены, но тот опередил вопрос. — Не спрашивай меня, откуда я это знаю. Знать все — моя работа. Вот почему я пришел по этой дороге сегодня вечером. Хорошо, что я успел, — он посмотрел вниз, на черную воду, и вздрогнул. — Ну, если вы так много обо мне знаете, — сказал Джордж, — назовите мне хотя бы одну причину, почему я должен жить. Коротышка издал странный смешок. — Ну, ну, не может быть все так плохо! У тебя есть работа в банке. И Мэри, и малыши. Ты здоровый, молодой и... — Да меня тошнит от этого! — воскликнул Джордж. — Я застрял здесь, в этой сточной канаве жизни, делая одну и ту же тупую работу день за днем. У других людей жизнь полна впечатлений, а я — я просто провинциальный банковский служащий, которого даже не взяли в армию! Я никогда не делал ничего действительно полезного или интересного, и похоже, уже никогда не сделаю. С таким же успехом я мог быть мертвецом. Да даже лучше, если бы я был мертв! Иногда мне хочется жить, но в самом деле лучше бы я никогда не появлялся на свет! Коротышка стоял, глядя на него в сгустившихся сумерках. — Что это ты сказал сейчас? — мягко переспросил он. — Я сказал, что хочу никогда не рождаться, — твердо повторил Джордж. — Я действительно этого хочу. Розовые щеки незнакомца пылали от возбуждения. — Боже мой, это замечательно! Ты сам нашел выход! Я боялся, что с тобой будут неприятности. Но ты сам все решил. Ты хотел бы никогда не рождаться. Отлично! Считай, тебя нет! — Что вы имеете в виду? — зарычал Джордж. — Ты не рождался. Только это. Ты не рождался. Здесь тебя никто не знает. У тебя нет обязанностей — нет работы, нет жены, нет детей. Да что я, у тебя и матери нет. Конечно, откуда бы. Все твои беды позади. Рад сказать, что твое желание было официально удовлетворено. — Чушь! — фыркнул Джордж и отвернулся. Незнакомец побежал за ним и схватил за руку. — Тебе лучше взять это с собой, — сказал он, протягивая портфель. — Это откроет много дверей, которые могут захлопнуться перед тобой. — Какие же это двери? — усмехнулся Джордж. — Я знаю всех в этом городке. Кроме того, я не хочу видеть людей, способных хлопнуть дверью перед моим носом. — Да, я знаю, — терпеливо ответил коротышка. — Но все равно возьми его. Это не принесет никакого вреда, зато сможет помочь, — он открыл портфель и показал несколько щеток. — Ты будешь удивлен, узнав, до чего полезны могут быть эти щетки для первого знакомства, особенно, если они бесплатны. Вот смотри, — он вытащил простую маленькую щетку. — Я покажу тебе, как это использовать. Он сунул портфель в руки упирающемуся Джорджу и начал: — Когда хозяйка подойдет к двери, протяни ей щетку и начинай быстро говорить. Скажи: «Добрый вечер, мадам. Я из „World Cleaning Company“, и я хочу подарить вам эту красивую и полезную щетку абсолютно бесплатно, без обязательства покупать что-либо». После этого, конечно, дело пойдет легче. Теперь сам попробуй, — он сунул щетку в руку Джорджа. Джордж швырнул щетку в портфель, неловко нащупал замок и, наконец, закрыл его с сердитым щелчком. — Вот, — сказал он, и замер, потому что рядом никого не было видно. Коротышка, должно быть, скрылся в кустах, растущих вдоль берега, подумал Джордж. Он, конечно, не собирался играть с ним в кошки-мышки. Почти стемнело, и с каждой минутой становилось холоднее. Джордж вздрогнул и поднял воротник пальто. На улицах горели фонари, в окнах мягким светом сияли рождественские свечи. Городок выглядел удивительно веселым. В конце концов, почувствовать, что ты дома, можно только в том уголке земли, где ты вырос. Джордж ощутил внезапный прилив нежности даже к раздражительному старому Хэнку Биддлу, мимо дома которого он проходил. Он вспомнил их ссору, когда его автомобиль ободрал кусок коры большого клена, росшего рядом с домом Хэнка. Джордж посмотрел на голые ветви дерева, широко раскинувшиеся над ним в темноте. Дерево, должно быть, растет тут со времен индейцев. Он почувствовал внезапный приступ вины за причиненный им ущерб. Он никогда не останавливался, чтобы осмотреть рану, потому что обычно боялся попасться Хэнку, пока рассматривает дерево. Сейчас он смело сошел с тротуара, чтобы исследовать огромный ствол. Хэнк, должно быть, залечил шрам или закрасил его, поскольку на стволе не осталось никаких следов. Джордж зажег спичку и наклонился, чтобы рассмотреть поближе. Выпрямился он со странным ощущением дурноты в животе. Никакого шрама не было. Кора выглядела гладкой и неповрежденной. Он вспомнил, что говорил коротышка там, на мосту. Конечно, это все ерунда, но исчезнувший шрам все-таки встревожил его. Возле банка он заметил — что-то не так. Здание было темным, хотя он точно знал, что оставил гореть свет в хранилище. И кто-то оставил открытыми жалюзи на окнах. Он подбежал к главному входу в банк. Над дверью висела старая потертая вывеска, Джордж легко смог разобрать слова: Для аренды или продажи Обращаться к Джеймсу Силве Недвижимость Наверное, это какая-то мальчишечья шалость, мелькнула паническая мысль. Потом он заметил кучу листьев и старых рваных газет у обычно безупречно чистых дверей банка. Окна выглядели так, будто их несколько лет не мыли. Напротив здания, в конторе Джима Силвы, все еще горел свет. Джордж кинулся к нему и распахнул дверь. Джим с удивлением поднял глаза от бухгалтерской книги. — Что я могу сделать для вас, молодой человек? — спросил он вежливым тоном, предназначенным для потенциальных клиентов. — Банк, — сказал Джордж, задыхаясь. — Что с ним? — Старое здание банка? — Джим Силва повернулся и выглянул в окно. — Кажется, с ним все в порядке. Вы, видимо, хотите арендовать или купить его? — Вы хотите сказать, что он обанкротился? — Добрых десять лет как. Погорел. Вы недавно в этих краях, не так ли? Джордж привалился к стене. — Я был здесь совсем недавно, — сказал он слабо. — У банка было все в порядке. Я даже знал нескольких людей, которые там работали. — А парня по имени Марти Дженкинс вы тоже знали? — Марти Дженкинс! Ведь он... — Джордж хотел сказать, что Марти никогда не работал в банке — окончив школу, они оба устраивались на работу в банк, но только Джордж получил ее. Но сейчас, конечно, все было не так. Ему надо быть более осмотрительным. — Нет, я не знал его, — сказал он медленно. — То есть, не совсем. Я о нем слышал. — Тогда, возможно, вы слышали, что он сбежал с пятьюдесятью тысячами долларов. Вот почему банк разорился. Практически разрушил здесь все, — Силва строго на него посмотрел. — Я подумал, что вы можете знать, где он. Я сам очень много потерял при этом банкротстве. Как бы мы хотели, чтобы Марти Дженкинс оказался у нас в руках! — Разве у него нет брата? Мне кажется, у него есть брат Артур. — Арт? Да, конечно. Но с ним все в порядке. Он же не знает, куда сбежал его брат. Это происшествие страшно ударило по нему. Пить начал. Для его жены все это ужасно тяжело. А ведь женился он на хорошей, красивой девушке. Джордж вновь почувствовал тяжесть в животе. — На ком он женился? — хрипло спросил он. В свое время и он, и Арт ухаживали за Мэри. — На девушке по имени Мэри Тэтчер, — с готовностью ответил Силва. — Она живет на холме как раз с той стороны, где церковь... Эй! Куда же вы? Но Джордж уже выскочил из конторы. Он пробежал мимо пустующего здания банка и повернул вверх по склону. На мгновение он решил было пойти прямо к Мэри. Дом рядом с церковью был свадебным подарком ее отца. Конечно, Арт Дженкинс тоже мог получить его, женившись на Мэри. Джордж задумался, есть ли у них дети. Потом он понял, что не сможет встретиться с Мэри лицом к лицу — во всяком случае, не сейчас. Он решил навестить своих родителей и узнать о ней побольше. Из окон потрепанного ветрами домика в переулок лился теплый свет свечей, а на стеклянной панели входной двери висел рождественский венок. С громким щелчком Джордж поднял щеколду на калитке. Темный силуэт на крыльце вскочил и начал рычать, а затем с яростным лаем бросился вниз по лестнице. — Брауни! — закричал Джордж. — Брауни, старый дурень, перестань! Ты что, не узнаешь меня? Но пес угрожающе двинулся вперед и оттеснил его обратно за калитку. На крыльце зажегся свет и отец Джорджа вышел наружу, чтобы позвать собаку. Лай перешел в низкое, злобное рычание. Отец держал пса за ошейник, и Джордж осторожно прошел мимо. Он понял, что отец не узнал его. — Хозяйка дома? — спросил он. Отец махнул рукой в сторону двери. — Заходите, — сказал он радушно. — Я сейчас посажу на цепь эту собаку. Больно уж она не любит чужих. Мать, которая ждала в коридоре, очевидно, тоже не узнала его. Джордж открыл портфель с образцами и схватил первую попавшуюся щетку. — Добрый вечер, мэм, — вежливо сказал он. — Я из World Cleaning Company. Мы бесплатно раздаем образцы щеток. Я подумал, что вам она может понравиться. Это ни к чему не обязывает. Совершенно ни к чему, — его голос дрогнул. Мать улыбнулась в ответ на его неловкость. — Видимо, вы хотите что-то мне продать. На самом деле я не уверена, что мне нужны какие-то щетки. — Нет, мэм. Я ничего не продаю, — заверил он ее. — Постоянный торговец появится здесь через несколько дней. Это просто... ну, всего лишь рождественский подарок от компании. — Как мило, — сказала она. — Раньше ваши люди никогда не дарили таких хороших щеток. — Это специальное предложение, — сказал он. Отец вошел в зал и закрыл дверь. — Быть может, зайдете и присядете на минутку? — предложила мать. — Вы, должно быть, уже много прошли и устали. — Благодарю вас, мэм. Пожалуй, я соглашусь. Он вошел в маленькую гостиную и поставил свой портфель на пол. Комната выглядела иначе, но он никак не мог понять, почему. — Когда-то я довольно хорошо знал этот город, — сказал он, чтобы начать разговор. — Был знаком с некоторыми горожанами. Помнится, здесь жила девушка по имени Мэри Тэтчер. Слышал, она вышла замуж за Арта Дженкинса. Вы бы должны их знать. — Конечно, — сказала его мать. — Мы отлично знаем Мэри. — Наверное, у нее уже дети? — небрежно спросил Джордж. — Двое — мальчик и девочка. Джордж громко вздохнул. — Да, вы, должно быть, устали, — сказала его мать. — Может быть, выпьете чашечку чая? — Нет, мэм, не беспокойтесь, — сказал он. — Я скоро буду ужинать. Он оглядел маленькую гостиную, пытаясь понять, почему она выглядит по-другому. Над камином висела фотография в рамке, на которой был запечатлен его младший брат Гарри в свой шестнадцатый день рождения. Он вспомнил, как они пошли в ателье Поттера, чтобы сфотографироваться вдвоем. Что-то странное было сейчас в фотографии. На ней был только Гарри. — Это ваш сын? — спросил он. Лицо его матери потемнело. Она кивнула, но ничего не сказала. — Мне кажется, его я тоже знаю, — нерешительно сказал Джордж. — Его зовут Гарри, не так ли? Мать отвернулась, заглушая клокочущее в горле рыдание. Муж неуклюже приобнял ее за плечи. Его голос, который всегда был мягким и нежным, внезапно стал суровым. — Вы не могли с ним встречаться, — сказал он. — Он давно умер. Он утонул в тот день, когда был сделан снимок. Джордж мысленно вернулся назад, в тот августовский полдень, когда они с Гарри ходили к Поттеру. На обратном пути они пошли купаться. Вспомнил, как Гарри скрутила судорога. Он вытащил брата из воды и совершенно забыл об этом. Но если предположить, что его там не было... — Мне очень жаль, — сказал он печально. — Я думаю, мне лучше уйти. Надеюсь, вам понравится щетка. И желаю вам обоим счастливого Рождества. И тут же понял, что снова оплошал, пожелав счастливого Рождества людям, которые в эту минуту думают об умершем сыне. Брауни яростно дернулся на цепи, когда Джордж спустился с крыльца, и сопровождал его уход враждебным раскатистым рычанием. Джорджу отчаянно захотелось увидеть Мэри. Он совершенно не был уверен, что сможет не признаться ей во всем, но все-таки должен был ее увидеть. В церкви горел свет и хор завершал последние приготовления к рождественской вечерне. Орган репетировал «Holy Night» вечер за вечером, пока Джордж не возненавидел эту песню. Но сейчас музыка разрывала его сердце. Спотыкаясь, он побрел вверх по тропинке к своему дому. Газон выглядел неопрятно, а цветочные кусты, которые он всегда тщательно подравнивал, были заброшены и не особенно разрослись. От Арта Дженкинса вряд ли можно было ожидать внимания к таким вещам. Когда он постучал в дверь, наступило долгое молчание, прерванное возгласом ребенка. Потом Мэри открыла дверь. При виде ее Джордж долго не мог произнести ни слова. — Счастливого Рождества, мэм, — кое-как выговорил он наконец. Его руки дрожали, когда он попытался открыть портфель. Когда Джордж, такой несчастный, вошел в гостиную, он не мог не заметить с тайной усмешкой тот самый, весьма недешевый синий диван, на котором они так часто спорили. Очевидно, Мэри прошла через то же самое и с Артом Дженкинсом, и в спорах с ним тоже побеждала. Джордж открыл портфель. У одной из щеток была ярко-синяя ручка и разноцветная щетина. Возможно, эта щетка не была предназначена для подарка, но Джорджа это не волновало. Он протянул ее Мэри. — Она как раз подойдет к вашему дивану. — По-моему, это чудесная щетка, — воскликнула она. — Вы отдаете ее даром? Он торжественно кивнул. — Специальное ознакомительное предложение. Для нашей компании один из способов избежать снижения прибыли — поделиться ею со своими друзьями. Она бережно прошлась щеткой по дивану, аккуратно разглаживая бархатистый ворс. — Это хорошая щетка, спасибо. Я... — внезапно из кухни раздался крик, и в гостиную вбежали двое малышей. Маленькая румяная девочка, громко рыдая, бросилась в объятия матери, а мальчик лет семи подбежал к ней, щелкая игрушечным пистолетом у ее головы. — Мамочка, она не умирает! — крикнул он. — Я выстрелил в нее сто раз, но она умирать не хочет! Он очень похож на Арта Дженкинса, подумал Джордж. И ведет себя так же. Вдруг мальчик повернулся к нему. — Ты кто? — спросил он задиристо, наставил пистолет на Джорджа и спустил курок. — Ты мертв! — воскликнул он. — Ты мертв. Почему ты не падаешь и не умираешь? Внезапно кто-то тяжело затоптался на крыльце. Джордж заметил, как мальчик испугался и попятился, а Мэри кинула опасливый взгляд на дверь. В комнату вошел Арт Дженкинс. С минуту он стоял в дверях, опираясь на дверную ручку, чтобы не упасть. У него были остекленевшие глаза и очень красное лицо. — Кто это? — спросил он хрипло. — Он продавец щеток, — попыталась объяснить Мэри. — Подарил мне вот эту щетку. — Продавец щеток! — фыркнул Арт. — Ну так скажи ему, чтобы убирался отсюда. Не нужны нам никакие щетки. Арт громко икнул, шатаясь, пересек комнату и неловко упал на диван. — И продавцы щеток нам тоже не нужны. Джордж с отчаянием посмотрел на Мэри. Ее глаза умоляли его уйти. Арт закинул ноги на диван и лежал, бормоча что-то нехорошее о продавцах щеток. Джордж подошел к двери, сопровождаемый ребенком, который продолжал направлять на него пистолет и повторять: — Ты мертв, мертв, мертв! Похоже, мальчик прав, подумал Джордж, выйдя на крыльцо. Похоже, он мертв, или, может быть, все это страшный сон, который скоро закончится. Ему захотелось найти того коротышку, на мосту, и попытаться убедить его прекратить все это. Он торопливо спустился с холма, а завидев реку, не вытерпел и бросился бежать. Джордж с облегчением увидел, что незнакомец все еще стоит на мосту. — С меня хватит! — выдохнул он. — Прекратите это — ведь вы меня втравили в эту историю! Незнакомец поднял брови. — Я втравил тебя в это! Вот это мне нравится! Твое желание исполнилось. Ты получил все, что просил. Сейчас ты — самый свободный человек на свете. Все путы разорваны. Ты можешь идти, куда хочешь. Разве можно желать большего? — Верните все обратно — взмолился Джордж. — Верните все обратно, пожалуйста. Не только из-за меня, но и ради всех остальных. Вы не представляете, какая неразбериха царит в городе. Вы не понимаете. Я должен вернуться. Я нужен здесь. — Я-то все превосходно понимаю, — медленно ответил незнакомец. — Я просто хотел убедиться, что ты тоже способен это понять. Тебе был дан величайший дар из всех возможных — дар жизни, право быть частью этого мира и принимать в нем участие. Но ты от этого подарка отказался. Пока незнакомец говорил, высоко на холме зазвонил колокол, призывая горожан к рождественской всенощной. Ему вторил колокол городской церкви. — Я должен вернуться, — сказал Джордж с отчаянием. — Вы не можете вот так просто отсечь меня от этого мира. Да ведь это убийство! — Скорее, самоубийство, а? — пробормотал незнакомец. — Ты ведь сам все решил. Однако, так как сейчас канун Рождества — хорошо, закрой глаза и прислушайся к колоколам, — его голос стал тише. — Прислушайся к колоколам... Джордж сделал, как ему было сказано. Он почувствовал, как холодная, влажная снежинка прикоснулась к его щеке, а потом еще и еще. Когда он открыл глаза, вокруг быстро падал снег, так быстро, что все стало расплывчатым. Маленького незнакомца нигде не было видно, как и всего остального. Снег был такой густой, что Джорджу пришлось нащупывать перила моста. Когда он направился в город, ему показалось, что рядом кто-то сказал: «Счастливого Рождества», но колокола заглушали все звуки, и он не был в этом уверен. Когда он добрался до дома Хэнка Биддла, то сошел с тротуара, с тревогой вглядываясь в ствол большого клена. Шрам был там, слава Богу! Он бережно прикоснулся к дереву. Надо позаботиться об этой ране — попросить садовника или что-нибудь еще. Во всяком случае, он точно вернулся обратно. Он снова стал самим собой. Может быть, это был сон, или, возможно, плавно текущая черная вода загипнотизировала его. Он слышал, что такое иногда случается. На углу Главной и Бридж-стрит он едва не столкнулся со спешащим человеком. Это был Джим Силва, агент по недвижимости. — Привет, Джордж, — сказал Джим весело. — Ты что-то припозднился. Я думал, в канун Рождества ты хотел пораньше попасть домой. Джордж глубоко вздохнул. — Просто хотел посмотреть, что с банком все в порядке. Я должен убедиться, что в хранилище горит свет. — Уверен, что горит. Я заметил это, когда проходил мимо. — Давай посмотрим, а? — сказал Джордж, потянув Силву за рукав. Для полной уверенности ему необходим был свидетель. Он потащил удивленного агента по недвижимости ко входу в банк, где сквозь падающий снег блестел свет. — Я же говорил тебе, — сказал Силва с легким раздражением. — Я должен был убедиться, — пробормотал Джордж. — Спасибо, и счастливого Рождества! Затем он молнией ринулся вверх по холму. Он спешил домой, но не настолько, чтобы не заглянуть на минутку в дом родителей, где поборолся с Брауни, и веселый старый бульдог восторженно вертелся вокруг него. Он схватил испуганного брата за руку и неистово сжал ее, почти истерически желая ему счастливого Рождества. Затем он бросился через гостиную, чтобы рассмотреть ту самую фотографию. Он поцеловал мать, пошутил с отцом, и выскочил из дома спустя несколько секунд, спотыкаясь и скользя на только что выпавшем снегу, пока взбегал на холм. В ярко освещенной церкви громко звучали хор и орган. Джордж распахнул дверь в дом и крикнул во весь голос: — Мэри! Где ты? Мэри! Дети! Жена, одетая для выхода в церковь, подошла к нему и жестом попросила его замолчать. — Я только что уложила детей спать, — запротестовала она. — Они могут... Но она не смогла договорить, он закрыл ей рот поцелуями, а потом потащил ее наверх, в детскую комнату, где, нарушая все принципы родительского поведения, как безумный, обнимал сына и дочь, совершенно их растормошив. Когда Мэри заставила его спуститься вниз, он немного пришел в себя. — О, Мэри, я думал, что потерял тебя! — Что случилось, дорогой? — спросила она в замешательстве. Он потянул ее на диван и снова поцеловал. И в тот момент, когда уже собрался было рассказать ей о странном сне, его пальцы нащупали что-то, лежащее на диване. И он утратил дар речи. Ему даже не надо было доставать эту вещь, ибо он знал, что это такое. Знал, что у нее будет синяя ручка и разноцветная щетина.

 5.5K
Искусство

100 лет Пуаро: детектив-беженец, укравший сердце Великобритании

Сто лет назад Агата Кристи познакомила британских читателей с маленьким человеком с безупречно ухоженными усами, который с помощью своих ячеек памяти очень хорошо раскрывал преступления. Этим человеком, конечно же, был Эркюль Пуаро, дебютировавший в первом романе Кристи «Загадочное происшествие в Стайлзе» (1921 год). Хотя Пуаро потенциально является вторым по известности детективом в британской культуре (после Шерлока Холмса), он вовсе не британец, а бельгийский беженец. Он родился в Брюсселе, а затем прибыл в Англию в составе группы бельгийцев, вытесненных в результате Первой мировой войны. Написав об этом вышедшем на пенсию бельгийском детективе, который расследует дела в Великобритании и по всему миру, Агата Кристи смогла изучить (иногда и высмеять) сложности англичан и их отношение к континентальной Европе. Европейское чутье На первый взгляд романы Агаты Кристи напоминают ностальгическое возвращение к пасторали (жанр, поэтизирующий мирную и простую сельскую жизнь). Она описывает старые английские дома и родовые поместья, делая акцент на «закрытых комнатах» и подробных планах этажей величественных зданий. Но все это обманчиво, стоит смотреть глубже. Открытие границ, как буквальных, так и интеллектуальных, формирует Англию Агаты Кристи. Именно ее понимание работ европейских мыслителей дает литературному герою преимущество. Если английский детектив, такой как Шерлок Холмс, ищет внешние доказательства, которые можно проанализировать, Пуаро раскрывает дело, осознавая скрытые последствия поведения людей, в том числе и своего собственного. Фрейдистский взгляд Эркюля Пуаро на психологию подозреваемых позволяет ему увидеть, что простые ошибки и оговорки могут скрывать более глубокие значения. В «Загадочном происшествии в Стайлзе» решающий ключ к разгадке находится, когда детектив осознает важность своего собственного почти бессознательного инстинкта аккуратности. В мире Агаты Кристи типичного английского здравого смысла полицейских недостаточно, чтобы разгадать загадку. Вместо этого европейская теория проливает свет на детали, находящиеся под поверхностью. Еще одна отличительная черта Пуаро — то, что он время от времени пытается найти правильное английское слово или идиому. В «Загадочном происшествии в Стайлзе» он даже неточно цитирует Гамлета. Однако было бы неверно воспринимать эти моменты как простые ошибки. Вместо этого детектив сознательно играет на образе «забавного иностранца», используя языковые трудности, чтобы обезоружить подозреваемых и развеять их опасения (как такая комическая фигура может быть таким великим детективом). В знаменитых сценах, где Пуаро объясняет, как все было подстроено, его английский становится заметно свободнее. Образ профана играет ему на руку, ведь на самом деле он прекрасно разбирается в английских хитростях и обманах. Маленькая Англия Успех фишки «забавный иностранец с посредственным английским» способствует более широкому исследованию Агатой Кристи англичан и их национальной самобытности в ее книгах. Пуаро — восторгающийся приверженец Англии. В «Убийстве Роджера Экройда» (1926 год) он отмечает, что Англия «очень красива, не правда ли?». Однако в романах и адаптациях у детектива часто проскальзывает шутка, что его принимают за француза. В «Убийстве Роджера Экройда» его описывают как комичного француза. Но в жанре, требующем пристального внимания к деталям, шутка удается за счет особой национальной черты англичан: многие не могут отличить французов от бельгийцев. Как отмечает литературный критик и независимый ученый Элисон Лайт, популярность Пуаро совпадает с экспансией, поскольку англичане все чаще считают себя иностранными туристами. Некоторые из самых известных расследований Пуаро происходят в поездках и в экзотических местах, например, как в романе «Смерть на Ниле». Несмотря на то, что англичане покидают свои родные края, классовые отношения и их национальные особенности сохраняются, где бы они ни находились. Англия всегда внутри них. Агата Кристи, возможно, подшучивала над Англией и английскостью, но ей удалось покорить сердца британских читателей своим маленьким умным бельгийцем. Пуаро был настолько любим читателями, что Кристи написала о нем 33 романа, две пьесы и более 50 рассказов в период с 1921 по 1975 год. Экранизация многих из этих произведений на британском канале ITV с Дэвидом Суше в главной роли длилась 25 лет (1989-2013 годы) и теперь считается классикой британского телевидения. В этом отношении Эркюль Пуаро уверенно претендует на звание самого любимого детектива Великобритании. По материалам статьи «Poirot at 100: the refugee detective who stole Britain’s heart» The Conversation

 3.9K
Интересности

Оренбургский пуховый платок... на французской земле

В 1868 году французский коммерсант Жак Бриан придумал, как ему казалось, прекрасный способ разбогатеть. После бешеного успеха оренбургских пуховых платков на Всемирной Парижской выставке французские, лондонские и берлинские модницы затерзали мужей, требуя купить им шаль или платок из самого тонкого в мире оренбургского пуха. Подделать российскую продукцию было почти невозможно: даже пух ангорских коз был в полтора раз толще оренбургского и после долгой носки слёживался и сваливался, тогда как диковинные русские платки, нарушая все законы природы, становились мягче и пушистее. Спрос всё рос и рос, французские дамы ждали исполнения заказов на оренбургские платки по три-четыре месяца, а российские купцы, занимавшиеся продажей пуховых изделий, вскоре были увешаны золотыми часами, алмазными перстнями и серебряными цепями, как цыганские бароны. Жак Бриан решил закупить в России прекрасных оренбургских коз и разводить их на ферме под Тулузой, а свою продукцию запатентовать. Составив план, как утереть нос российской торговле, Жак отправился в Санкт-Петербург, прихватив с собой в качестве переводчика пожилого месье де Огюстена, который в молодости был учителем французского языка на помещичьей усадьбе. Путешествие не задалось с самого начала: по пути в Петербург море всё время штормило, и месье Бриана по нескольку раз в день выворачивало наизнанку, так что он ступил на русскую землю похудевшим на пять килограммов. А когда железная дорога кончилась, и пришлось добираться до оренбургской глуши, трясясь в карете по ухабам, у старого месье до Огюстена обострился ишиас. Сотни километров под аккомпанемент старческого нытья: «Сидели бы в Тулузе, ели круассаны и пили крюшон» — не каждый способен такое выдержать. Но Жак Бриан был крепкий орешек, и широта российских просторов его не напугала. По совету знающих людей, Бриан заранее отправил письма трём оренбургским помещикам, которые славились лучшими козами — приехавшему без приглашения разведчику помещичьи люди могли, чего доброго, намять бока и отправить восвояси без коз и без денег. Из троих адресатов на предложение француза откликнулся один козозаводчик Лосев — крупный помещик, чьи владения располагались в 25 верстах к западу от Оренбурга. Лосев, обладатель больших усов и большого практического ума, выслал вперёд дозорных и встретил гостей ещё когда они ехали по степи. Убедившись, что перед ним не прощелыги и не голодранцы, он пригласил французов в господский дом, накормил, по русскому обычаю, до отвала, а господину де Огюстену посоветовал применять от ишиаса компресс из капустного листа и чёрной редьки. Когда дело дошло до торга, Бриан поинтересовался, за какую цену Лосев уступит ему дюжину коз и дюжину козлят. — Тысячу рублей серебром, — скромно сказал Лосев. — Тысячу рублей?! Но это грабёж, месье, за эти деньги можно купить тридцать отличных коней! — Да вы же не за конями пять тысяч вёрст проехали. И дорога сюда и обратно вам обоим встанет в половину этой суммы. Стало быть, сделка честная. Француз пробовал торговаться, но Лосев был непреклонен. На том и порешили. Бриан лично осмотрел коз и козлят, подписал купчую, получил в подарок для жены пуховую шаль и отправился с изрядно похудевшим кошельком на родину. Козы, как и полагается неприхотливым животным, перенесли путешествие благополучно, и Бриан уже начал подсчитывать в уме прибыли. Но, стоило козочкам оказаться на французской ферме, на заливных лугах и в превосходном утепленном загоне, как начались нежданные проблемы. Уже через три месяца чудесный пух, не дожидаясь первой стрижки, стал сваливаться и свисать клочьями прямо на козах. Обеспокоенный француз срочно телеграфировал в Оренбург: «Шерсть портится. Все козы в колтунах. Что делать?» Вскоре пришёл ответ: «Знаю, как помочь вашему горю. Вышлю рецепт за 1000 рублей. Лосев». Бриан немедленно собрал деньги и выслал в Россию. Лосев не соврал и прислал рецепт: чтобы пух был тонким и лоснился, надо утром и вечером подкармливать коз толченым мелом, а поить минеральной водой. Старую же, порченую шерсть состричь, чтоб не мешала росту новой, шелковистой. Бриан немедленно распорядился о ежемесячной поставке на ферму ста бочек минеральной воды из Гренобля, а из карьера привезли огромный известковый куб: беременная жена Бриана попробовала мел и нашла, что он хорош на вкус. Итак, дело пошло: в 8 утра и 8 вечера животных подкармливали мелом, а месье Бриан лично следил за тем, чтоб его козы пили только дорогую минералку и не нахлебались бы в течение дня воды из какой-нибудь лужи. После трех месяцев такой диеты на месте старого свалявшегося пуха вырос новый, который уже не облезал и не сбивался в колтуны, но зато был гораздо грубее и короче, и почти не отличался от шерсти обычных французских коз. В отчаянии Бриан послал в Оренбург ещё телеграмму: «У коз полезла грубая шерсть. У всех до единой. Прошу помочь советом». Скоро пришёл ответ: «Знаю, как спасти положение. Вышлите за рецепт 1500 рублей. Лосев». Бриан крякнул от досады, но полез в сейф и отправил в Россию ещё денег. Спасительный рецепт не заставил себя ждать: вы мела-то давайте поменьше, писал Лосев, а вечером кормите коз овощами: тыквой, морковью и капустой в равных пропорциях. На одной траве козы пуха не дадут, потому как потенциала в организме не хватит. Француз немедленно принялся за исправление ошибок и начал увеличивать козам потенциал. Животные стали получать с окрестных ферм лучшую капусту и морковь, приём мела остался только на завтрак, а, кроме того, по совету одной крестьянки, в козий загон завезли особенную мягкую подстилку, чтобы животные ощущали полный комфорт и не испытывали стресса. Прошло ещё три месяца, козы заметно повеселели от хорошего содержания, надои выросли, а вот подлый пух выпал весь окончательно. Месье Бриан возил к козам ветеринаров со всей провинции, те искали кожную болезнь, но когда ни лишая ни паразитов не обнаружилось, осталось прибегнуть к последнему средству, и Бриан вновь направил телеграмму в Оренбург. «Козы потеряли последний пух. Прошу помощи. Никакие средства не помогают». Лосев дал ответ: «Это сглаз. Есть старинный обряд для очищения скотины от порчи и морока. Высылайте 1500 рублей. Лосев». Что оставалось делать Бриану? Он выслал Лосеву ещё денег, и через некоторое время получил конверт, запечатанный сургучной печатью. В конверте был описан способ снятия порчи. «В полнолуние взять сырых яичных желтков 300 штук, оливкового масла 25 фунтов, талька 25 фунтов, цветов зверобоя полфунта, смешать и втирать козам в бока три дня подряд». Дождавшись полнолуния, Бриан, не доверяя никому столь важную процедуру, лично разбил в большой таз 300 яиц, взвесил с точностью до грамма масло и тальк и приготовил мазь. Три дня подряд он натирал коз этой мазью, которая, к слову сказать, на третий день начала пованивать тухлым яйцом, хотя и ставилась на ночь в холодный погреб. Результат всех усилий оказался нулевым, если не считать того, что за козами в первые дни летали целые тучи мух и оводов, привлечённые резким запахом несвежей органики. Тут к месье Бриану приехал на летние вакации племянник из Лионского университета. Послушав историю горе-животновода, он постановил: «Вот что, дядюшка. Прекращайте мучать коз. До вас один учёный англичанин уже пытался вырастить в Дартмуре монгольских длинношерстных коз — через три года от их длинной шерсти ничего не осталось. Климат не тот. В Оренбургской губернии летом +40, а зимой минус 40, вот у коз и появился этот густой защитный пух. В Тулузе, где зимой и снега нет, животным эта защита ни к чему». С этих пор Жак Бриан начал ещё больше уважать учёных людей, забросил коз и занялся виноделием.

 2.8K
Жизнь

Могут ли уволить за посты в соцсетях?

Давайте представим ситуацию: вы летите в отпуск на другой материк в ожидании невероятных приключений, а когда приземляетесь и включаете телефон, выясняется, что вы уволены. Более того, весь мир узнал об этом еще до вас. Несмотря на то, что выглядит это как затравочка для интересного ситкома, ситуация оказалась вполне реальной для Жюстин Сакко, которая в 2013 году лишилась должности директора по связям с общественностью IAC. Перед полетом в Южную Африку она написала пост в Twitter: «Собираюсь в Африку. Надеюсь, я не заболею СПИДом. Просто шучу. Я белая!» На тот момент у девушки было всего 170 подписчиков, но вскоре пост завирусился. За время полета она получила невероятное количество сообщений, в том числе одно от менеджера, где говорилось о ее увольнении. Более приближенная к нашим реалиям история произошла пару лет назад и в России с судьей из Улан-Удэ. Ирина Левандовская запостила во «ВКонтакте» фотографии с бутылками водки, на которых она целовала их, обнимала и вешала на уши бирки в качестве серег. Комиссия по судебной этике пришла к выводу о том, что женщина своим недостойным поведением опорочила профессию, а потому заслуживает увольнения. Где увольняют из-за активности в соцсетях чаще: в России или на Западе? Специалисты из сервиса по поиску работы SuperJob провели опрос представителей из тысячи разных компаний в России и около полутора тысяч жителей страны из разных регионов. Как выяснилось, случаи увольнения из-за, по мнению руководства, ненадлежащих постов в соцсетях происходили в каждой десятой компании. Несмотря на то, что исследование проводилось всего пару лет назад, сегодня эти показатели выросли в два раза. В попытках упростить себе задачу работодатели все чаще начали отсеивать риски возникновения таких случаев еще на этапе рассмотрения резюме: HR-специалисты мониторят страницы соискателей в соцсетях и на основании этого уже делают выводы. По информации разных сервисов по поиску работы, некоторые работодатели даже больше обращают внимание на профиль в условном «ВКонтакте», чем на CV. По данным на 2011 год, соцсети игнорировали 58% руководства компаний, а в 2020 этот показатель уже упал до 44% — следовательно, больше половины кадровиков хотят «познакомиться с вами поближе». На Западе ситуация получается не менее интересная: фактически около 28% работодателей увольняли работников за использование интернета в целях, не предусмотренных работой, в течение рабочего дня. Например, сюда можно отнести онлайн-шопинг или проверку сообщений в Facebook. Еще 18% уволили сотрудников за какие-то посты, размещенные в соцсетях, говорится на сайте Career Builder. Конечно, сложно сохранять концентрацию на рабочих процессах на протяжении восьми часов — всегда нужен перерыв, который часто предполагает доступ к соцсетям. Так, например, каждый четвертый житель Запада, согласно данным опроса сервиса, тратит около часа в течение дня на личные звонки или переписку. Туда же относится просмотр фотографий и личных страничек знакомых в соцсетях. С учетом того, что миллениалы больше вовлечены в интернет, времени на его использование затрачивается еще больше — в US Chamber of Commerce Foundation утверждают, что этот показатель равен 1,8 часа в день. Хотя есть в этом и обратная сторона медали — так, например, согласно данным исследования Price water house Coopers, 78% молодых соискателей в возрасте от 20 до 30 лет заявили, что доступ к новым технологиям, которые им импонируют, напротив, делают работу эффективнее. И с этим действительно сложно поспорить, особенно с учетом того, как соцсети могут помочь, например, журналисту, который может наткнуться на совершенно потрясающую историю, просто бороздя просторы какого-нибудь Facebook. Насколько законно увольнение за пост в соцсетях в России? Теоретически, работодатель действительно может прийти к выводу о том, что какое-то высказывание сотрудника в сети отразилось на деловой репутации всей организации, однако, согласно российскому законодательству, это еще нужно доказать. Нужно при этом учитывать, что суд откажет в запросе проверки на соответствие действительности личного мнения. Юрист, эксперт системы «Актион Право» Оксана Волкова утверждает, что несмотря на это компания вполне может разорвать договор гражданско-правового характера или классический трудовой договор — например, в случае, если в документе о приеме на работу прописывалось условие о запрете на комментарии по поводу деятельности компании. История имеет и обратную сторону медали — стоит только вспомнить случай, когда программист автоматизировал выполнение своей работы, а внезапно появившееся свободное время тратил на досуг в League of Legends. Когда работодатель уволил его, парень сумел оспорить решение, и в итоге компания помимо 570 тысяч долларов зарплаты за эти годы сверху «положила» еще и трехмесячный оклад в качестве компенсации. Еще один специалист, начальник отдела кадрового консалтинга АКГ «Интерком-Аудит», кандидат юридических наук Алексей Иванов напоминает, что, согласно общим правилам, увольнение по инициативе работодателя предусматривается только по тезисам, отраженным в ст. 81 ТК РФ, а именно — из-за неоднократного невыполнения сотрудником своих обязанностей без уважительных на то причин, если он имеет дисциплинарное взыскание. Исходя из этого, остается только определить, считается ли использование соцсетей в рабочее время дисциплинарным проступком с применением соответствующих мер. Вместе с этим Иванов утверждает, что активность работника в сети во внерабочее время не может стать объектом контроля со стороны руководства, если не наносит репутационный вред имиджу предприятия. И как быть? Исходя из вышесказанного, вести личные аккаунты в соцсетях нужно руководствуясь не только какими-то формально прописанными тезисами в документах, но также соображениями о том, как в руководстве могут отнестись к каким-то способам самовыражения, если начальство следит за вашим профилем. Наиболее оптимальный вариант, который предпочитают многие — вести два аккаунта, один из которых был бы приватным с вашей личной информацией, к которой вы допускаете определенный круг лиц (закрытый аккаунт). Соответственно, второй — публичный, где вы постите что-то о своей работе, общаетесь с коллегами и т.д. Так вы оградите себя от пересудов и сплетен со стороны коллег и не будете переживать всякий раз, когда решите пожаловаться на работодателя, о том, как отреагирует руководство на ваш крик души.

Стаканчик

© 2015 — 2024 stakanchik.media

Использование материалов сайта разрешено только с предварительного письменного согласия правообладателей. Права на картинки и тексты принадлежат авторам. Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 16 лет.

Приложение Стаканчик в App Store и Google Play

google playapp store