Перечитываем эссе «Человек одинок», в котором Эрих Фромм размышляет об одиночестве человека в мире всеобъемлющего потребления, о рассогласовании между двумя полюсами человеческого существования — «быть и обладать», а также о неиссякаемом стремлении человека к преодолению рутины и осмыслению важнейших явлений бытия, которое раньше находило свое выражение в искусстве и религии, а сегодня принимает формы интереса к преступным хроникам, любви к спорту и увлечения примитивными любовными историями. Работы немецкого социолога, философа и психолога Эриха Фромма стали своеобразной классикой исследования феномена одиночества в XX веке. Кажется, он рассмотрел это явление со всех возможных точек зрения: Фромм анализировал одиночество человека, утратившего связь с другими людьми; он выделил отдельный тип — моральное одиночество человека, не способного соотнестись с ценностями и идеалами общества; философ также указал на то, что одиночество — в некотором смысле, «природная» и «метафизическая» характеристика человеческого бытия, это условие существования человека, одновременно являющегося частью природы и находящегося вне её, существа, способного осмыслить не только это противоречие, но и свою конечность. Однако, кроме этих экзистенциальных условий человеческого существования, Эрих Фромм также увидел причину одиночества современного человека в том образе жизни, который ему диктует общество, ориентирующее человека исключительно на потребление как главное жизненное устремление. В этом смысле статья «Человек одинок» — очень краткое, но предельно ёмкое описание консьюмеристского общества, в котором сосредоточенный на производстве, продаже и потреблении товаров человек сам превращается в товар и становится одинокой, отчужденной от своей сущности личностью. Анализируя, как в обществе потребления человек становится чужим самому себе, превращается в слугу мира, который сам же создал, Фромм отмечает, что во все времена существовало противоречие между двумя основными способами существования человека — обладанием и бытием, между обыденностью и стремлением вновь вернуться к подлинным основам человеческого бытия. Однако, с горечью отмечает он, если раньше одиночество человека и другие извечные вопросы бытия осмыслялись через такие высокие формы как греческая трагедия, ритуальные действа и обряды, то сегодня наше стремление к драматизации важнейших явлений бытия — жизни и смерти, преступления и наказания, борьбы человека с природой — изрядно измельчало и приняло форму увлечения спортивными состязаниями, преступлениями, о которых нам каждый час вещает телевидение, и мелодрамами с примитивными любовными страстями. В этом контексте Эрих Фромм говорит о «безмерном убожестве всех наших поисков и решений». Предлагаем прочитать его эссе, чтобы по-новому взглянуть на ту реальность, к которой мы привыкли, и, возможно, попробовать что-то изменить в ней. Человек одинок Отчуждение — вот участь отдельного человека при капитализме. Под отчуждением я понимаю такой тип жизненного опыта, когда человек становится чужим самому себе. Он как бы «остраняется», отделяется от себя. Он перестает быть центром собственного мира, хозяином своих поступков; наоборот — эти поступки и их последствия подчиняют его себе, им он повинуется и порой даже превращает их в некий культ. В современном обществе это отчуждение становится почти всеобъемлющим. Оно пронизывает отношение человека к его труду, к предметам, которыми он пользуется, распространяется на государство, на окружающих людей, на него самого. Современный человек своими руками создал целый мир доселе не виданных вещей. Чтобы управлять механизмом созданной им техники, он построил сложнейший социальный механизм. Но вышло так, что это его творение стоит теперь над ним и подавляет его. Он чувствует себя уже не творцом и господином, а лишь слугою вылепленного им голема. И чем более могущественны и грандиозны развязанные им силы, тем более слабым созданием ощущает себя он — человек. Ему противостоят его же собственные силы, воплощенные в созданных им вещах, силы, отныне отчужденные от него. Он попал под власть своего создания и больше не властен над самим собой. Он сотворил себе кумира — золотого тельца — и говорит: «Вот ваши боги, что вывели вас из Египта»... А какова же судьба рабочего? Вот что отвечает на это вдумчивый и точный наблюдатель, занимающийся вопросами промышленности: В промышленности человек превращается в экономический атом, который пляшет под дудку столь же атомистического управления. Вот твое место; вот так ты будешь сидеть; твои руки будут двигаться на х дюймов в радиусе у; время движения — столько-то долей минуты. По мере того, как плановики, хронометристы, ученые-экономисты все больше лишают рабочих права свободно мыслить и действовать, труд становится все более однообразным и бездумным. Рабочему отказывают в самой жизни: всякая попытка анализа, творчества, всякое проявление любознательности, всякая независимая мысль тщательно изгоняются — и вот неизбежно рабочему остается либо бегство, либо борьба; его удел — безразличие или жажда разрушения, психическая деградация (Дж. Джиллиспай). Но и участь руководителя производства — тоже отчуждение. Правда, он управляет всем предприятием, а не только одной его частью, но и он точно так же отчужден от плодов своей деятельности, не ощущает их как нечто конкретное и полезное. Его задача — лишь с прибылью употребить капитал, вложенный другими. Руководитель, как и рабочий, как и все остальные, имеет дело с безликими гигантами: с гигантским конкурирующим предприятием, с гигантским национальным и мировым рынком, с гигантом-потребителем, которого надо прельщать и ловко обрабатывать, с гигантами-профсоюзами и гигантом-правительством. Все эти гиганты словно бы существуют сами по себе. Они предопределяют действия руководителя, они же направляют действия рабочего и служащего. Вопрос о руководителе подводит нас к одной из важнейших особенностей мира отчужденности — к бюрократизации. Бюрократия заправляет как большим бизнесом, так и правительственными учреждениями. Чиновники — вот специалисты в управлении и вещами и людьми. И столь громаден аппарат, которым надо управлять, а следовательно и столь обезличен, что бюрократия оказывается начисто отчужденной от народа. Он, этот народ,— всего лишь объект управления, к которому чиновники не испытывают ни любви, ни ненависти, он им совершенно безразличен; во всей профессиональной деятельности чиновника-руководителя нет места чувствам: люди для него не более, чем цифры или неодушевленные предметы. Огромные масштабы всей общественной организации и высокая степень разделения труда мешают отдельной личности охватить целое; притом между этими личностями и группами в промышленности не возникает сама собою непосредственная внутренняя связь, а потому без руководителей-чиновников не обойтись: без них вся система тотчас бы рухнула, ибо никому иному не ведомы ее тайные движущие пружины. Чиновники так же необходимы и неизбежны, как и тонны бумаги, истребляемые при их господстве. Каждый из нас с чувством полного бессилия сознает это роковое главенство бюрократов, вот почему им и воздают чуть ли не божеские почести. Люди чувствуют, что если бы не чиновники, все развалилось бы на части и мы умерли бы с голоду. В средние века сюзерен считался носителем порядка, установленного богом; в современном капиталистическом обществе чиновник — особа едва ли менее священная, ведь без него общество в целом не может существовать. Отчуждение царит не только в сфере производства, но и в сфере потребления. Отчуждающая роль денег в процессе приобретения и потребления прекрасно описана еще Марксом... Как же мы используем приобретенное? Я исхожу из того, что потребление — это определенное человеческое действие, в котором участвуют наши чувства, чисто физические потребности и эстетические вкусы, то есть действие, в котором мы выступаем как существа ощущающие, чувствующие и мыслящие; другими словами, потребление должно быть процессом осмысленным, плодотворным, очеловеченным. Однако наша культура очень далека от этого. Потребление у нас — прежде всего удовлетворение искусственно созданных прихотей, отчужденных от истинного, реального нашего «я». Мы едим безвкусный малопитательный хлеб только потому, что он отвечает нашей мечте о богатстве и положении — ведь он такой белый и свежий. На самом деле мы питаемся одной лишь игрой воображения, очень далекой от пищи, которую мы пережевываем. Наше нёбо, наше тело выключены из процесса потребления, в котором они должны бы быть главными участниками. Мы пьем одни ярлыки. Откупорив бутылку кока-колы, мы упиваемся рекламной картинкой, на которой этим же напитком упивается смазливая парочка; мы упиваемся призывом «Остановись и освежись!», мы следуем великому американскому обычаю и меньше всего утоляем собственную жажду. Первоначально предполагалось, что если человек будет потреблять больше вещей, и притом лучшего качества, он станет счастливее, будет более удовлетворен жизнью. Потребление имело определенную цель — удовольствие. Теперь оно превратилось в самоцель. Акт покупки и потребления стал принудительным, иррациональным — он просто самоцель и утерял почти всякую связь с пользой или удовольствием от купленной вещи. Купить самую модную безделушку, самую последнюю модель — вот предел мечтаний каждого; перед этим отступает все, даже живая радость от самой покупки. Отчуждение в области потребления охватывает не только товары, которые мы покупаем и используем; оно гораздо шире и распространяется на наш досуг. А как же может быть иначе? Если в процессе работы человек отчуждается от дела рук своих, если он покупает и потребляет не только то и не только потому, что вещи эти ему действительно нужны, как может он деятельно и осмысленно использовать часы своего досуга? Он неизменно остается пассивным, отчужденным потребителем. С той же отстраненностью и безразличием, как купленные товары, «потребляет» он спортивные игры и кинофильмы, газеты, журналы, книги, лекции, картины природы, общество других людей. Он не деятельный участник бытия, он хочет лишь «ухватить» все, что только можно,— присвоить побольше развлечений, культуры и всего прочего. И мерилом оказывается вовсе не истинная ценность этих удовольствий для человека, но их рыночная цена. Человек отчужден не только от своего труда, не только от вещей и удовольствия, но и от тех социальных сил, которые движут общество и предопределяют судьбу всех его членов. Мы беспомощны перед силами, которые нами управляют, и это сказывается всего пагубней в эпохи социальных катастроф — войн и экономических кризисов. Эти катастрофы кажутся некими стихийными бедствиями, тогда как на самом деле их навлекает на себя сам человек, правда, бессознательно и непреднамеренно. Безликость и безымянность сил, движущих обществом, органически присуща капиталистической системе производства. Мы сами создаем свои общественные и экономические институты, но в то же время горячо и совершенно сознательно отклоняем всякую ответственность за это и с надеждой или с тревогой ждем, что принесет нам «будущее». В законах, которые правят нами, воплощены наши же собственные действия, но эти законы стали выше нас, и мы — их рабы. Гигантское государство, сложная экономическая система больше не подвластны людям. Они не знают удержу, и их руководители подобны всаднику на лошади, закусившей удила: он горд тем, что усидел в седле, но бессилен направить ее бег. Каковы же взаимоотношения современного человека с его собратьями? Это отношения двух абстракций, двух живых машин, использующих друг друга. Работодатель использует тех, кого нанимает на работу, торговец использует покупателей. В наши дни в человеческих отношениях редко сыщешь любовь или ненависть. Пожалуй, в них преобладает чисто внешнее дружелюбие и еще более внешняя порядочность, но под этой видимостью скрывается отчужденность и равнодушие. И немало тут и скрытого недоверия. Такое отчуждение человека от человека приводит к потере всеобщих и социальных связей, которые существовали в средние века и во все другие докапиталистические общественные формации. А как же человек относится к самому себе? Он ощущает себя товаром, который надо повыгоднее продать на рынке. И вовсе не ощущает, что он активный деятель, носитель человеческих сил и способностей. Он отчужден от этих своих способностей. Цель его — продать себя подороже. Отчужденная личность, предназначенная для продажи, неизбежно теряет в значительной мере чувство собственного достоинства, свойственного людям даже на самой ранней ступени исторического развития. Он неизбежно теряет ощущение собственного «я», всякое представление о себе как о существе единственном и неповторимом. Вещи не имеют своего «я», и человек, ставший вещью, также не может его иметь. Нельзя полностью постичь природу отчуждения, если не учитывать одну особенность современной жизни — ее все усиливающуюся обесцвеченность, подавление интереса к важнейшим сторонам человеческого существования. Речь идет о проблемах общечеловеческих. Человек должен добывать хлеб насущный. Но только в том случае может он утвердить себя, если не оторвется от основ своего существования, если не утратит способности радоваться любви и дружбе, сознавать свое трагическое одиночество и кратковременность бытия. Если же он погряз в повседневности, если он видит только то, что создано им самим, только искусственную оболочку обыденного мира, он утратит связь с самим собой и со всем окружающим, перестанет понимать себя и мир. Во все времена существовало это противоречие между обыденностью и стремлением вновь вернуться к подлинным основам человеческого бытия. И одной из задач искусства и религии всегда было помочь людям утолить эту жажду, хотя и сама религия в конце концов стала новой формой той же обыденности. Даже первобытный человек не довольствовался чисто практическим назначением своих орудий и оружия, он старался украсить их, вывести за пределы просто полезного. А каково было назначение античной трагедии? Здесь в художественной, драматической форме представлены важнейшие проблемы человеческого существования; и зритель (впрочем, он не был зрителем в нашем, современном смысле слова, то есть потребителем) приобщался к действию, переносился из сферы повседневного в область общечеловеческого, ощущал свою человеческую сущность, соприкасался с основой основ своего бытия. И говорим ли мы о греческой трагедии, о средневековом религиозном действе или об индийском танце, идет ли речь об обрядах индуистской, иудейской или христианской религии — мы всегда имеем дело с различными формами драматизации главнейших сторон человеческого бытия, с воплощением в образах тех самых извечных вопросов, которые осмысляет философия или теология. Что же сохранилось в современной культуре от этой драматизации человеческого бытия? Да почти ничего. Человек почти не выходит за пределы мира сработанных им вещей и выдуманных понятий; он почти всегда остается в рамках обыденности. Единственное, что по значению своему приближается сейчас к религиозному обряду,— это участие зрителя в спортивных состязаниях; здесь по крайней мере человек сталкивается с одной из основ бытия: люди борются — и он радуется заодно с победителем или переживает горечь поражения вместе с побежденным. Но как примитивно и ограниченно человеческое существование, если все богатство и многообразие страстей сведено к азарту болельщика. Если в большом городе случается пожар или автомобильная катастрофа, вокруг собирается толпа. Миллионы людей что ни день зачитываются хроникой преступлений и убийств и детективными романами. С благоговейным трепетом смотрят они фильмы, в которых главенствуют две неизменные темы — преступление и страсть. Это увлечение и интерес — не просто признак дурного вкуса, не просто погоня за сенсацией, но глубокая потребность в драматизации важнейших явлений бытия — жизни и смерти, преступления и наказания, борьбы человека с природой. Но греческая трагедия решала эти вопросы на высочайшем художественном и философском уровне, наша же современная «драма» и «ритуал» слишком грубы и нимало не очищают душу. Все это увлечение спортивными состязаниями, преступлениями и любовными страстями свидетельствует о том, что человек рвется за пределы обыденности, но то, какими способами он удовлетворяет эту свою внутреннюю потребность, свидетельствует о безмерном убожестве всех наших поисков и решений.
Читайте также
Новые слова современности и их значения
Русская речь очень богата непревзойденными эпитетами, фразеологизмами, жаргонизмами, а ввиду российской многокультурности — диалектизмами. Независимо от того, как мы относимся к пополнению русского языка новыми словами, остается фактом то, что этот процесс происходит непрерывно и очень активно. А учитывая сегодняшний уровень глобализации и информатизации, это не кажется удивительным или странным. Особая роль в обогащении русского словарного запаса отводится молодежи, геймерам и информационным работникам. Дело в том, что в век цифровизации новые слова практически в ста процентах случаев приходят к нам из интернета и быстро подхватываются молодыми юзерами. Так уж повелось, что молодежь в силу своей активности, либеральности и склонности к формированию субкультур оказывается самой просвещенной в отношении неологизмов социальной группой. Все реже такая роль отводится поэтам, политикам, писателям. Мы можем оставаться консерваторами и топить за чистоту русского языка, однако это не должно становиться помехой в общении поколений. Знание значений заимствованных слов не равно принятию и одобрению их использования, но равно пониманию современной речи и возможности вести диалог со всеми социально-демографическими группами нашей необъятной родины. В этой статье представлен небольшой список неологизмов, можно даже смело говорить англицизмов, так как с начала 1990-х годов стало очень модно называть вещи именно английскими словами с русским произношением, а за последние десять лет этот процесс достиг небывалых масштабов. Хотя англицизмы начали проникать в русскую речь еще в XVIII веке, в эпоху правления Петра I. Ну что ж, гоу! Рофл. На самом деле это старое выражение, которое показывает эмоции собеседника. Если вы пользовались аськой, то наверняка вспомните смайлик, который катается по полу от смеха. Сегодня вместо выражения «очень смешно» молодежь стала активно употреблять слово «рофл». Вообще, рофл — это акроним с точки зрения русского языка, так как представляет собой аббревиатуру ROFL — Rolling On the Floor Laughing, что в переводе с английского означает «катаясь по полу от смеха». Рофлить — значит сильно смеяться, угорать. А еще в зависимости от контекста «рофл» может иметь саркастический окрас и означать смех с издевкой, подшучивание, троллинг, стеб. Забавно, что при подборе синонимов к неологизмам мы не задумываясь используем слова, которые тоже совсем недавно были неологизмами. Скилл. Слово «skill» значит «навык». Это слово берет свои корни в описании навыков персонажей компьютерных игр. Прокачать скилл — повысить свой уровень профессионализма в игре. Мы не будем углубляться в уровни скилла в играх, скажем лишь то, что в русском языке это значит то же самое, т.е. приобрести новые навыки, освоить что-то. «Я слышал, ты изучил Excel? Хороший скилл». Теперь понятно, почему геймерам отводится немалая роль в неологизации русского языка. Пруф. В переводе с английского означает «доказательство». Если раньше вас попросили бы предоставить подтверждение или улики, сегодня вас спросят, «где пруфы». Документы, видео, аудиозаписи, фотографии — короче, все то, что доказывает правдивость услышанного, сказанного, прочитанного — и есть пруфы. Вам могут сказать «пруфани», что значит «докажи», или «скинь пруфлинк», что будет значить «пришли ссылку с доказательствами». Зумер. Это та самая молодежь, которая активно пользуется сленгом. Зумерами называют подростков, рожденных в новом столетии. Дети 2000-х, дети глобализации, цифровое поколение, поколение Z. Дети, которые не представляют своей жизни без интернета, не нуждаются в чтении газет или просмотре телепередач, более свободные в самовыражении, нежели предыдущие поколения, имеют меньше страха перед авторитетами, воспитаны в духе капитализма и толерантности к чужой внешности и стилю. Думер. Так называют одинокого молодого пессимиста, который ведет безрадостное существование. Думерство во многом объясняется теорией поколений. К думерам причисляют людей, рожденных после распада СССР, оказавшихся в пограничном положении, можно сказать, всюду опоздавших. Это и не совсем дети девяностых, но это еще не дети двухтысячных. Думеры оказались на границе меняющихся ценностей, им сложно найти место в мире, поэтому они считаются «потерянным поколением», отсюда повышенная тревожность, одиночество и депрессии. Бумер. Это представители старшего поколения, выходцы из СССР, которым ближе телевизионные программы, нежели интернет. Именно из ящика они получают всю информацию о том, что происходит в мире. Это люди, которые, возможно, жалеют о потерянном идеале-коммунизме. Склонны считать, что во времена их молодости было лучше, часто претендуют на знание истин, редко способны понять и принять стиль жизни зумеров, отсюда конфликт поколений. Существует даже обидное выражение «окей, бумер!» — хорошо, старичок, которое применяется зумерами в пренебрежительном тоне. Флексить. Изменившееся значение этого слова наглядно демонстрирует бешеную скорость, с которой появляются неологизмы. Совсем недавно «flex» — «изгибаться» — было сродни тусоваться, танцевать, развлекаться, двигаться под музыку в клубе, на вечеринке. В конце концов, расслабляться, быть на движе. Сейчас это слово означает хвастаться, выпендриваться, хвалиться, кичиться, стараться выделиться из толпы, привлечь к себе внимание. Интересно, а если сказать «я сегодня буду флексить на вечеринке», как это воспримут окружающие? Придут на вечеринку, заведомо настроенные на мое кринжовое поведение или на обалденный вайб? Стэнить. Стэнить — фанатеть, быть на всю голову помешанным воздыхателем, восхищаться кумиром, поклоняться, тащиться, обожать. Фанаты, которые ездят на каждый концерт своего кумира, болеют за футбольную команду, присутствуя на каждом матче, обвешавшись всеми атрибутами болельщика с символикой любимого клуба — это те самые стэны. Стэн — безумный поклонник. Слово стало неологизмом в русском языке после выхода знаменитой песни и клипа Эминема «Stan». По сюжету парень по имени Стэнли — преданный фанат рэпера, который постоянно пишет ему восхищенные письма. Многие из нас когда-то стэнили, кто-то своих крашей, кто-то любимую актрису. Чилить. Уже по классике, с английского «chill» — «расслабляться». Чилить значит отдыхать, ничего не делать, наслаждаться своим бесцельным времяпрепровождением, прохлаждаться. В прошлом году упомянутое слово подхватили Filatov & Karas и выпустили трек «Чилить». Но еще более популярным слово стало после вирусного видео с отдыха рэпера Джигана. Оно появилось в сети этим летом, рэпер отлично проводил время и его фраза «Пока на расслабоне, на чиле…» стала мемом. Интересно, что сегодня «чилить» приобрело более широкое значение, молодежь называет чилом не только ничегонеделанье, но и приятный активный отдых. «На этой неделе мы чилили в горах!». Кринж. Дословно «to cringe» переводится как «съежиться», а в качестве существительного означает «отвращение». Отсюда становится понятным, что кринжовый — это отталкивающий, странный, вызывающий чувство неловкости, заставляющий испытывать стыд за кого-то или что-то. Это как «испанский стыд», только посовременней. Кринжовая ситуация — это когда парень, которому очень нравится девушка, сморозил какую-то чушь по поводу ее внешности. Вайб. Сразу на ум приходят слова из хита прошлого лета — X.O: «Я не при чем, это твой вайб, это твой вайб, это твой вайб…» О чем же поют The Limba & Andro? Вайб — это атмосфера, энергетика, которая витает вокруг какого-либо человека или места. Настроение, которое передает ночной клуб, звучащая музыка, и даже прочитанная книга. Происходит от английского «vibe» — «вибрация». Заметили, что у многих уже новогодний вайб? Треш или трэш. Допустимы оба варианта. С английского «trash» — это «мусор», «отбросы». В русском разговорном языке значение слова трэш варьируется от контекста, оно значит что-то отвратное, аморальное, вульгарное, либо провокационное, дерзкое, смелое, крайне удивительное, абсурдное. Трэшовый наряд — откровенный, провокационный, либо уродливый, отталкивающий наряд. Случился полный трэшняк — случилось что-то незапланированное, очень неожиданное, страшное, крайне смущающее. Для кого-то использование англицизмов в русском языке — это просто трэш! Факап. В переводе с английского «fuck up» означает «облажаться». То есть, факап — это когда вы потерпели колоссальную неудачу, что-то испоганили, провалили дело, не успели завершить начатое к нужному времени, были уволены, проиграли. «Я уронила свадебный торт, это полный факап!» Ну, вы поняли, «это фиаско, братан». На самом деле это лишь малая часть неологизмов, и для того, чтобы не быть нубами в мире молодежного сленга и не попадать в ситуации эпик фейла, следует почаще мониторить новые слова. В соавторстве с Викторией Егоровой
Почему никто не видит нас настоящих? Даже мы сами.
Новый знакомый успел только поздороваться, а мы уже сделали выводы о его характере, привычках и личных качествах, а, может, даже навесили ярлыки — «плохой», «хороший», «странный». Представление о человеке формируется на базе опыта постоянных межличностных взаимоотношений. Этот механизм называется социальной перцепцией — это способность изучать, наблюдать, анализировать и давать оценку другим людям или целому коллективу на основе совокупности внешних и внутренних факторов. Объективность такой оценки весьма сомнительна. Подумайте о своем начальнике. Вряд ли ваше представление о нем совпадает с тем, что думают его мама, жена или дети, а тем более он сам. А ведь это один и тот же человек. Термин «познание другого человека», введенный в социальную психологию выдающимся русским психологом А.А. Бодалевым, наиболее точно описывает суть социальной перцепции. На оценку влияет целый комплекс факторов: одежда, поведение, манера речи, схожесть с кем-то из известных нам людей и отношение к ним (апперцепция), наше настроение в момент встречи, доступная ранее информация о человеке. «Иллюзии», которые создаются в нашем воображении, называются эффектами перцепции или когнитивными искажениями. Ошибки мышления возникают из-за следующих эффектов: • эффект ореола, или «встречаем по одежке». Все знают о необъективности «картинки», но подсознательно первое впечатление все равно формируется по внешнему виду, одежде, опрятности; • эффект новизны — о старых знакомых мы судим по последним действиям, о незнакомцах — делаем выводы, исходя из первого впечатления; • эффект первичности — первая информация о человеке ложится в фундамент его оценки, все последующее сравнивается с этим «исходником»; • эффект присутствия — доминирующие навыки проявляются в общении чаще. Чем лучше вы что-то умеете, тем чаще будете это демонстрировать; • эффект роли — ролевые функции подразумевают определенный стиль поведения, который «считывается», как черты характера. Руководитель крупной корпорации не может вести себя как клоун, строгость учителя не обязательно говорит о его злости, а Снегурочка с детского утренника в душе может оказаться коварной Бабой Ягой; • эффект авансирования — свойство заранее приписывать человеку те или иные черты, которое часто приводит к разочарованию. Например, что бы ни говорили гороскопы, люди, родившиеся в один и тот же день, могут не иметь друг с другом совершенно ничего общего. Или вешать на детей ярлыки их родителей — тоже неблагодарная затея. Неоправданные ожидания приносят лишь разочарование; • презумпция взаимности — судить другого по себе. Любовь не обязательно будет взаимной, а друг может пользоваться вашей добротой и преданностью. Или наоборот, вы недолюбливаете коллегу, а потом он оказывается единственным, кто пришел на помощь во время дедлайна. Бабушки на лавочке — самый эффектный пример «знатоков человеческих душ», которые без стеснения озвучивают свои выводы о каждом проходящем мимо человеке, но если к их далекому от действительности мнению мало кто прислушивается, то возникновение подобных казусов в ежедневном общении может потянуть за собой кучу проблем: конфликты, обиды, сплетни, недопонимание, завышенные ожидания. Механизм социальной перцепции состоит из нескольких компонентов, в различной психологической литературе их названия разнятся, но суть остается неизменной. К ним относятся: • идентификация — это интуитивное сравнение внешнего вида и одежды с уже имеющимся опытом. Сюда же относится интуитивное восприятие невербальных сигналов. Так из толпы легко выделить бизнесменов (или решить из-за деловых костюмов, что они таковыми являются), уверенное спокойное поведение поможет отличить их от студентов и государственных служащих. Невербальные сигналы помогут сделать выводы о настроении и внутреннем состоянии собеседника. Наше воображение дорисует картинку, мы «поставим себя на их место» и спрогнозируем развитие событий, которое может нам казаться единственно верным. Эмпатия помогает «прожить» чувства другого человека; • атрибуция — это информация, накопленная на основе наблюдений. Различные атрибуты помогают понять поведение других людей, проанализировать свое поведение и закономерности окружающего мира. Ошибка атрибуции состоит в том, что выводы о своих действиях мы формируем на основе причинно-следственной связи с внешними факторами, а поведение и результаты действий других мы приписываем их внутренним качествам. Например, я опоздал, потому что автобус задержался или будильник не прозвонил вовремя. Или так: моя работа победила в конкурсе, потому что оказалась последней на рассмотрении, вот на нее и обратили внимание. О других мы скажем иначе: он не сделал отчет, потому что неорганизованный лентяй, даже если это единичный промах. Или он талантлив, умен и харизматичен, поэтому его проект произвел вау-эффект; • аттракция — симпатия к другому человеку. Мы склонны быть терпимее к тем, кто нам нравится, не замечать их недостатки и закрывать глаза на ошибки. В то время как люди, вызывающие подсознательную неприязнь, будут раздражать любыми своими действиями. Существует три уровня аттракции: симпатия, дружба, любовь, каждая из них формирует особенную призму восприятия другого человека; • подтверждение — это ситуации, когда ваше «авансовое представление» о другом человеке исполняется. Своеобразный эффект самоисполняющегося пророчества. Проявляется в тех случаях, когда у нас есть уже достаточный опыт общения с людьми и сформированное на его основе мнение о ком-то непредвзято и максимально объективно. Или в том случае, когда мы своим поведением и отношением провоцируем другого человека на определенные действия. Например, придя на почту, мы сразу начинаем ссориться с работником отделения, под впечатлением от прошлого неудачного визита или возникших с другим сотрудником проблем, тем самым вызовем ответную агрессию и общение на повышенных тонах. Это еще раз подтвердит наше мнение о непрофессионализме и низком уровне сервиса, хотя в данном конкретном случае огонь войны мы разожгли самостоятельно; • социальная рефлексия — оценка другого человека через осмысление своих истинных чувств, эмоций и мыслей. Когда мы пытаемся заглянуть внутрь себя и оценить, насколько посторонние факторы, такие как погода, настроение, хорошие новости, трудности на работе, ссора с детьми и другие, оказывают влияние в данный момент на оценку поведения другого человека. Бывает, мы «выпускаем пар» на того, кто совершенно не является источником негативных переживаний, или чрезмерно рады тому, кто ничем этого не заслужил. Чем лучше мы научимся понимать себя, разделять ситуацию, личные переживания и атмосферу общения, тем объективней сможем оценивать других людей; • каузальная атрибуция — это обратная сторона рефлексии, когда мы пытаемся обосновать действия и мотивы другого человека за счет приписывания ему тех или иных чувств и переживаний. Чем меньше информации мы знаем о человеке, тем легче «влезть в его шкуру» и объяснить причины поведения какими-то эмоциями. Например, новый коллега грустит, потому что не получил место в проекте, хотя на самом деле у него просто болит живот; • стереотипизация — оценка человека по его принадлежности к той или иной социальной группе по национальному, профессиональному или социальному признакам. Например, педантичность англичан, вспыльчивость кавказских народов, трудолюбие и спокойствие японцев — яркие примеры национальных стереотипов. Или неудачный опыт общения с врачом человек может «переносить» на всех остальных представителей этой профессии, считая их равнодушными и злыми. Стереотипы значительно усложняют формирование объективной оценки конкретного человека. Чем меньше опыта общения, тем большее влияние будут иметь стереотипы на уровне межличностного общения. Самый значимый навык социальной перцепции — это рефлексия, которая поможет сформировать наиболее непредвзятую оценку, защитит от неуместного осуждения и неправильных выводов в отношении окружающих. Все, что думают о нас другие, а мы о них — лишь иллюзия, коктейль из предубеждений, ценностей, страхов и радостей, горьких неудач и опыта больших побед, превращенный в стекла очков, через которые мы видим этот мир. Радует, что количество ингредиентов в этом коктейле мы можем менять в любое время, чтобы сформировать подходящий именно нам круг общения.
8 способов восстановить разрушенные отношения
Даже если вы согласны с Тейлор Свифт в том, чтобы «никогда не быть снова вместе», вы все равно понимаете, что не во всех случаях возможно оставить отношения навсегда. Если ваш брак распался и у вас есть совместные дети, вряд ли удастся полностью уйти от этого супруга — даже если вы разведетесь. Разрушенная связь может быть не только с супругом, но также и с родителем, ребенком, братом или сестрой, коллегой по работе или давним другом. Иногда нам причиняют боль, иногда мы причиняем боль другим, но мы не всегда можем убежать от людей, которые делают нам больно. Что делать, когда мы понимаем, что не можем оставить отношения, но не знаем, как их можно восстановить? Вот несколько советов, которые помогут вам. 1. Перестаньте концентрироваться на негативном и ищите позитивное Это касается как вас, так и человека, с которым вы боретесь. Когда вы концентрируетесь на негативных аспектах других людей, легко затаить на них злобу. Но помните, что никто из нас не совершенен; мы все совершаем ошибки. Бывает труднее сосредоточиться на хороших чертах человека, но это стоит усилий. 2. Не ждите, что они изменятся Никогда не стоит начинать думать что-то вроде: «Наши отношения были бы намного лучше, если бы они просто...». Ожидать, что кто-то другой изменится, все равно, что ожидать, что погода будет такой, какой, по вашему мнению, она должна быть каждый день. Мы не можем контролировать некоторые вещи и должны принять это. 3. Установите для себя границы Очень важно, чтобы вы поняли, что изменить вы можете только себя, но вы достойны защиты. Установите для себя границы. Уйдите на некоторое время, чтобы остыть и собраться с мыслями. Отстранитесь эмоционально, когда это становится слишком тяжело, и постепенно возвращайтесь в отношения, когда вы сможете с этим справиться. 4. Помогайте Помощь человеку, с которым у вас проблемы, — идеальный вариант; любой вид помощи позволит вам почувствовать себя лучше. Мы любим тех, кому помогаем. Иногда нужно проявить сочувствие и оказать помощь, чтобы любовь вернулась. 5. Попросите о помощи Пожалуйста, не бойтесь просить о помощи. Если вы испытываете трудности, третья сторона, не вовлеченная в ситуацию, может оказать реальную помощь. Объективный взгляд со стороны позволит вам увидеть то, что вы могли не заметить, потому что ваши эмоции зашкаливали, а разум был затуманен обидой. 6. Простите Как же важно прощать себя и других. Когда вы это делаете, вы сбрасываете камень с души. Как сказано в книге М.Л. Стедмана «Свет в океане», «Прощаешь всего один раз, а ненавидишь постоянно, каждый день, все время». 7. Не торопитесь Не ждите мгновенного возвращения в ваши отношения. Это займет время, и будет много взлетов и падений. Постарайтесь сосредоточиться на положительных моментах и терпеливо преодолевайте их. Подталкивать или ожидать, что все наладится слишком быстро, может быть очень вредно. Дайте другому человеку время, чтобы разобраться в ситуации. 8. Осознайте, что отношения меняются, и примите это Иногда мы хотим вернуть отношения в прежнее русло. Но люди не возвращаются назад. Мы постоянно меняемся. Двигайтесь вперед, принимая то, как складываются ваши отношения сейчас, и радуйтесь тому, что вы смогли преодолеть чувство разбитости. Отношения — тяжелая штука, но способность преодолевать обиды и разочарования свидетельствует о настоящей зрелости и силе характера. На сайте Joyfuldays говорится: «Большинство исследований, посвященных счастью, сходятся в одном: семья и отношения — это самый верный путь к счастью». Это не значит, что мы будем счастливы во всех наших отношениях всегда. Нам нужно работать над ними. Следование восьми советам, приведенным выше, поможет сделать ваши отношения лучше, а жизнь счастливее. *Примечание: если вы находитесь в токсичных и опасных отношениях, которые разрушительны для вас и близких вам людей, пожалуйста, обратитесь за помощью и уйдите. Ваши безопасность и благополучие очень важны. Работайте над любовью к себе, следуя перечисленным выше шагам. По материалам статьи «8 Ways to Rebuild a Broken Relationship» familytoday
«Золотая Адель» — история картины о роковой женщине
«Портрет Адели Блох-Бауэр I» написал Густав Климт. Картину также называют «Австрийская Мона Лиза» и «Золотая Адель». Судьба полотна интригующая. Этот шедевр появился в результате хитроумного плана мужа, желающего отомстить неверной супруге. Героиня картины — Адель Блох-Бауэр. Девушка из знатной еврейской семьи вышла замуж за состоятельного мужчину значительно старше ее самой. Таким было решение отца Адели. Мориц Бауэр, крупный банкир, долго отбирал кандидатов на роль мужа для своей дочери. И Фердинанд Блох стал лучшим выбором. Вторую свою дочь он выдал замуж за брата Фердинанда. Братья понравились банкиру тем, что были потомственными сахарозаводчиками. В те времена этот бизнес имел успех. Адель и Фердинанд решили взять двойную фамилию Блох-Бауэр. Супруги увлекались искусством, поэтому Адель стала хозяйкой модного салона, в котором собирались талантливые деятели искусства. Девушка общалась с интеллектуальными, интересными, творческими людьми, позабыв о своем муже. Супруги Блох-Бауэр дружили с художником Густавом Климтом. Харизматичный художник оказался привлекательным для юной Адели. Они увлеклись друг другом, начался роман, о котором говорила вся Вена. Слухи дошли до Фердинанда. Он был взбешен неверностью супруги, но придумал, как сделать так, чтобы влюбленные расстались. Он заказал у Климта портрет Адели. Фердинанд не боялся, что его жена будет много времени проводить наедине с любовником. Он знал, что Густав влюбчив, и для вдохновения ему нужны новые эмоции, переживания и женщины. Находясь всегда рядом с Аделью, он перестанет испытывать к ней нежные чувства. К Климту выстраивалась очередь желающих заказать картину, поэтому Фердинанд не поскупился, он много заплатил художнику. Просчитав все риски, в контракте он прописал неустойку за невыполнение художником обязательств. Густав Климт заглотил наживку, ведь денег ему посулили немало. В 1903 году художник начал работу над картиной. Адель позировала, а Густав делал десятки эскизов. Романтическим отношениям между художником и натурщицей не осталось места. В 1907 году Густав Климт предоставил Фердинанду готовую работу. Картина сразу вызвала ажиотаж, с первого взгляда она влюбляла в себя. «Золотую Адель» выставили сначала в ателье Блох-Бауэров, а затем картину отправили на международную выставку. Фердинанд все просчитал верно. Густав разлюбил Адель, а в коллекции Блох-Бауэра появилась картина, увековечившая его фамилию. Фердинанд знал, что его вложения окупятся. В 1925 году Адель умерла от менингита. Два своих портрета, написанных Климтом, она завещала австрийской государственной галерее. Фердинанд выполнил просьбу супруги. В 1938 году Блох-Бауэру пришлось покинуть страну, поскольку после присоединения Австрии к Третьему рейху он опасался за свою жизнь. Фердинанд остановился в Швейцарии, где и жил до конца своих дней. В своем завещании он отменил дарение картин австрийским музеям. В соответствии с волей Фердинанда, принадлежащие ему картины должны были перейти по наследству племянникам, поскольку своих детей у него не было. Картина «Золотая Адель» пережила многое. Ее не тронули нацисты, но после войны возникли споры за право ею обладать. О завещании Фердинанда узнали, когда в Австрии приняли Закон о реституции предметов искусства. Из наследников Блох-Бауэра осталась жива только Мария Альтман. Племянница через суд добивалась возвращения картин во владение семьи. Спустя семь лет судебных тяжб несколько полотен присудили Марии. Для Австрии это была серьезная потеря. Однако Мария предложила властям купить у нее картины по рыночной стоимости. В бюджете страны не оказалось лишних 300 миллионов долларов на покупку произведений искусства. Картины отправились в США, где их у Марии Альтман выкупил частный коллекционер за меньшую сумму — 135 миллионов долларов. Сейчас «Портрет Адели Блох-Бауэр I» выставлен в музее «Новая галерея» в Нью-Йорке.
Пять лучших книг 2021 года — выбор Билла Гейтса
Редактирование генома, дружба тяжелобольного подростка с роботом и развитие искусственного интеллекта — об этом и другом рекомендует почитать на новогодних праздниках сооснователь Microsoft Билл Гейтс. В детстве сооснователь Microsoft Билл Гейтс обожал научную фантастику, поскольку та, по его словам, постоянно стирала границы возможного. Он прочитал все произведения Эдгара Берроуза, известного по историям о Тарзане и Джоне Картере, а также Роберта Хайнлайна — «декана писателей-фантастов». У последнего Гейтсу больше всего нравится роман «Луна — суровая хозяйка» 1966 года. А вместе с соучредителем Microsoft Полом Алленом он мог часами обсуждать первые три романа из цикла «Основание» Айзека Азимова, действия которых развиваются в Галактической Империи — сверхгосударстве, которому главный герой предсказывает неизбежное падение. Став старше, Гейтс приобщился к нон-фикшену, чтобы следить за переменами в реальном мире. Но в последнее время, по словам самого предпринимателя, его всё чаще тянет к научной фантастике, которую он так любил в детстве. Книги из обеих категорий вошли в традиционную подборку Гейтса — это пять произведений, которые запомнились ему из прочитанного в 2021 году больше всего. 1. «Тысяча мозгов: новая теория интеллекта», Джефф Хокинс Хокинс не писатель: прежде всего он известен как один из изобретателей семейства карманных компьютеров и коммуникаторов PalmPilot. Но он десятилетиями изучает связь между нейробиологией и машинным обучением, так что эта книга — лучший способ понять, как он мыслит, заключает Гейтс. Технологии ИИ давно захватили воображение писателей-фантастов, говорит Гейтс. Однако Хокинс делится с читателем своими личными увлекательными, по словам предпринимателя, теориями: • Откуда появляется чувство собственного «я». • Как человек воспринимает окружающий мир. • Что нужно, чтобы создать по-настоящему умный ИИ. • Почему машины всё же не выйдут из-под людского контроля. 2. «Взломщица кода: Дженнифер Дудна, редактирование генома и будущее человеческой расы», Уолтер Айзексон Технология редактирования генома CRISPR — одно из самых прорывных и, возможно, наиболее значимых научных открытий за последнее десятилетие, считает Гейтс. И значительный вклад в её развитие внесла генетик, биохимик и лауреат Нобелевской премии Дженнифер Дудна. Книга рассказывает о биографии учёной, а также поднимает важные, по мнению предпринимателя, этические вопросы, связанные с редактированием геномов: всегда ли позволительно изменять гены человека и не усугубит ли технология неравенство в мире. 3. «Клара и Солнце», Кадзуо Исигуро Роман-антиутопия Исигуро рассказывает о новом будущем — в нём все дети учатся на дому с помощью цифровых репетиторов и мало взаимодействуют со внешним миром, а гены некоторых малышей специально отредактированы, чтобы повысить уровень их интеллекта. Действие разворачивается вокруг тяжелобольной 14-летней девочки Джози, которой мама покупает «искусственную подругу» Клару — андроида, истории о которых обожает Гейтс. В книге Исигуро робот — не воплощение зла, как нередко бывает, а, наоборот, спутник и компаньон. «Роман заставил меня невольно задуматься о том, какой может быть жизнь со сверхразумными машинами и как мы будем к ним относиться — как к технологическим устройствам или же чему-то большему», — рассуждает предприниматель. 4. «Хэмнет», Мэгги О'Фаррелл Роман ирландской писательницы О'Фаррелл рассказывает о том, какой отпечаток оставили личная жизнь и судьба английского поэта и драматурга Уильяма Шекспира на его трагедии «Гамлет» 1603 года. За основу она взяла два общеизвестных факта: • То что сын Шекспира Хэмнет умер в возрасте 11 лет. • И что бард написал трагедию через пару лет после его кончины. Гейтс уверен, что книга придётся по вкусу всем поклонникам драматурга, и отмечает, как интересно описана роль в жизни писателя его жены — Энн Хатауэй. По его словам, в романе она предстаёт «своего рода сверхъестественным созданием». 5. «Проект Hail Mary», Энди Вейер С творчеством американского писателя Вейера предприниматель познакомился, прочитав его дебютный роман «Марсианин» 2011 года. Его новая книга — это «сумасшедшая», по словам Гейтса, история о том, как в прошлом биолог и школьный учитель естествознания Райланд Грейс пробуждается от комы в неведомой звёздной системе, не помня даже своего имени. Оставшись в одиночестве на небольшом космическом корабле, он вынужден самостоятельно разгадать научную загадку, чтобы спасти себя и человечество от глобального затеменения. В 2020 году роман собирались экранизировать, выбрав на главную роль актёра Райана Гослинга. Автор: Полина Лааксо
Теория Великого Фильтра и угроза вымирания человечества
Крайне сложно оставаться оптимистичным, когда смотришь в будущее человечества. Многие согласятся, что людей еще может ждать массовое вымирание... И самое страшное, что мы сами можем сделать это с собой. Некоторые астробиологи предполагают, что все развитые цивилизации в определенный момент своей истории сталкиваются с непреодолимой стеной, которую также называют Великим Фильтром. И вполне вероятно, что именно поэтому мы до сих пор не встретили внеземную жизнь. Однако есть и другая причина космической тишины. Несмотря на то, что Великий Фильтр действительно существует, мы уже могли преодолеть его. Но прежде чем переходить к Великому Фильтру, давайте рассмотрим Парадокс Ферми. Парадокс Ферми и Великая Тишина Так называемая «Великая Тишина» — это противоречивое и нелогичное заключение, которое говорит о том факте, что нам еще предстоит обнаружить инопланетную разумную жизнь. Размер и возраст Вселенной предполагают, что должно существовать множество технологически развитых внеземных цивилизаций (ETI), однако гипотеза пока не подтверждена какими-либо цельными доказательствами. Несмотря на то, что показывают нам на экранах и что описывают научно-фантастические работы, тот факт, что нас до сих пор не посетила ни одна внеземная цивилизация, вызывает беспокойство. Наша галактика настолько древняя, что ее могли колонизировать сотни, если не тысячи раз. Даже согласно самым консервативным предположениям, мы уже должны были вступить в контакт с другими мирами — прямой или косвенный. Некоторые скептики отвергают Парадокс Ферми, заявляя, что внеземные цивилизации уже посещали нашу планету, однако давно забыли о ней... А может быть, просто посчитали нас не стоящими своего внимания. К сожалению, множество решений Парадокса Ферми не проходят проверку по ряду причин, в том числе и предположение, что волна колонизации суперинтеллектуальных пришельцев, скорее всего, изменила бы саму суть жизни в космосе, или что такие решения по своей натуре социологичны — то есть не имеют под собой достаточно научных данных, так как не факт, что все развитые цивилизации имеют одинаковые мотивы и устремления. История знает множество попыток решить Парадокс Ферми, в том числе и работу Стивена Вебба «Пятьдесят решений Парадокса Ферми и Проблемы Внеземной Жизни». Однако одно решение выделяется среди других, в основном благодаря своей хладнокровной утонченности. Это и есть теория Великого Фильтра. Великий Фильтр Впервые идея была предложена совсем недавно, в 1998 году, автор — Робин Хансон. Великий Фильтр — это предположение, что каждая цивилизация в своем развитии обязательно сталкивается с серьезной преградой, которая не позволяет ей выйти в глубокий космос. И, как непреложные законы Вселенной, Великий Фильтр является блоком, который можно применить не только на Земле, но и для любой другой цивилизации. Многие смотрят на эту теорию как на доказательство того, что человечество уничтожит себя в ближайшем будущем. Суть именно в том, что каждая цивилизация самоуничтожается в атомном или другом огне, прежде чем создать технологии межзвездной колонизации. Отсюда и тишина в космосе. Учитывая нашу собственную траекторию развития и наличие оружия апокалипсиса, сценарий вполне реалистичен. Это иронично — у нас уже есть оружие массовой аннигиляции, но до технологий путешествия в космосе еще очень далеко. Но стоит отметить, что это правильная интерпретация Великого Фильтра. Можно допустить, что человеческая цивилизация уже преодолела Великий Фильтр. И если это действительно так, то для нас это отличные новости. Если предположить, что впереди нет других фильтров, то мы можем стать первой разумной расой Млечного Пути, способной на колонизацию космоса. Это одна из возможностей, но почему — отдельная тема для объяснения. Если фильтр действительно пройден, то что это было? И каким образом мы преодолели его? Редкость Земли Первая и главная гипотеза — это гипотеза Редкой Земли (REH). Предположение заключается в том, что появление жизни является крайне редким и маловероятным событием. И фокус в том, что нам очень повезло. Аргумент, впервые предложенный геологом Питером Уордом и астробиологом Дональдом Броунли, переворачивает Принцип Коперника с ног на голову. Вместо того, чтобы утверждать, будто в нашей Земле нет ничего особенного, REH стоит на обратном — что мы безумно уникальны и особенны. То, что мы видим на Земле, в нашей Солнечной системе, в этой части Галактики, может быть безмерно редким стечением факторов — факторов, которые привели к появлению жизни. Уорд и Броунли не указывают это как одно или два условия, способные объяснить жизнь, но скорее как целое сплетение из счастливых случайностей. К примеру, возможно, необходима звезда определенного типа, планета должна иметь стабильную орбиту и спутник заданного размера. Другие факторы включают присутствие газовых гигантов, тектонических плит и огромное множество других элементов, складывающихся в мозаику. Но даже со всеми необходимыми условиями жизнь может и не зародиться. Можно допустить, что Великий Фильтр включает целый алгоритм: возникновение и эволюцию. Маловероятность зарождения жизни В дополнении к космологическим и химическим основам для жизни, в истории было по крайне мере три критических стадии, которые также можно рассматривать в формате Великого Фильтра: • появление репродуктивных молекул (РНК); • стадия простой одноклеточной жизни; • стадия сложной одноклеточной жизни. Химики и биологи до сих пор не уверены, когда и как возникли первые репродуктивные молекулы. В отличие от старшего брата (ДНК), РНК является молекулой из одной нити, которая имеет более короткие цепи нуклеотидов. Кроме того, необходимо существование ДНК для репродукции самой себя. Известно, что РНК имеет возможность к репродукции, но только при наличии катализатора (рибосомы). Так называемая Мировая Модель РНК предполагает, что РНК может функционировать в качестве гена и энзима — пре-ДНК конфигурации, которая является основой жизни. Учитывая, что мы до сих пор не обнаружили следов жизни за пределами Земли, мы пока не можем предположить, насколько же редка жизнь во Вселенной. Однако нельзя забывать, что подобная форма жизни возникла на Земле очень рано — приблизительно через миллиард лет после формирования планеты, появления океанов и твердой поверхности. Но это лишь первый шаг. Следующие скачки развития к примитивной и сложной одноклеточной жизни также были безмерно сложны. Процесс копирования генетических молекул невероятно сложен и включает идеальную конфигурацию протеинов и клеточных компонентов. И, наконец, это еще не все возможные фильтры: необходимо помнить о выходе жизни из океана, ее дальнейшей эволюции, развитии цивилизаций, переходе от каменного века к индустриальному. Новые проблемы Таким образом, если Великий Фильтр уже позади нас, то он способен рационально объяснить Парадокс Ферми и отсутствие внеземной разумной жизни в космосе. Однако если это действительно так, то нас может ждать светлое будущее — Млечный Путь в нашем распоряжении. Но прежде чем приходить к заключению, не факт, что впереди нас не ждут новые проблемы.
Переписка с поэтом длиною в 14 лет
14 июня 1922 года Борис Пастернак написал первое письмо Марине Цветаевой. Начиналось оно так: «Дорогая Марина Ивановна! Сейчас я с дрожью в голосе стал читать брату Ваше «Знаю, умру на заре, на которой из двух...» — и был, как чужим, перебит волною подкатывавшего к горлу рыдания… <...> Первостепенный и редкий поэт, которому, в этом возвышении над женственностью, позавидовала бы и Марселина Деборд-Вальмор. Счастливая! И как я счастлив за Вас!» Подписался же он в конце письма как «Потрясенный Вами Б. Пастернак». Пастернаку на тот момент было 32 года, Цветаевой — 29 лет. Оба родились в Москве, оба воспитывались в семье профессора и пианистки. Они виделись и прежде, но эти встречи казались им мимолетным и малозначительными. И вот теперь, начиная переписку друг с другом, они еще не знали, что затянется она на долгие 14 лет. Марина Цветаева жила в это время в Берлине со своим мужем Сергеем Эфроном. Она часто ощущала себя одинокой, и теперь, почувствовав в Пастернаке родственную душу, решила ответить ему. «Жму Вашу руку, — писала она. — Жду Вашей книги и Вас». Но встретиться в Берлине им тогда не удалось. Марина неожиданно переехала в Прагу, а Пастернак, все-таки приехавший в Берлин, провел там зиму 1922-1923 года со своей женой, художницей Евгенией Лурье. Впоследствии она даже будет ревновать Бориса к Цветаевой, и думается, вполне справедливо. «...Вы сейчас мой любимый русский поэт, и мне нисколько не стыдно сказать, что для Вас и именно для Вас сяду в вагон и приеду...» — писала ему Марина в ноябре 1922 года. Они разговаривали о многом, но, конечно же, больше всего о поэзии. Критиковали и рецензировали стихи друг друга, делились поэтическими переживаниями, идеями новых образов. «Чтение Вашей поэмы было истинным счастьем для меня», — писал Пастернак Марине в феврале 1923 года. Она отвечала ему: «Я сейчас в первый раз в жизни понимаю, что такое поэт. <...> Вы, Пастернак — в полной чистоте сердца, мой первый поэт, т.е. судьба, свершающаяся на моих глазах, и я так же спокойно и уверенно говорю: Пастернак — как Байрон, как Лермонтов...» В марте 1923 года, так и не увидевшись с Мариной, Борис возвращается в Россию. «В мае 1925 года я увижу Вас в Веймаре...» — с надеждой писал он. Но этим надеждам не было суждено сбыться. Зато в 1925 году Марина родила сына, которого даже хотела назвать в честь Пастернака. Но, как она сама позже призналась, она не посмела внести свою любовь в семью. Мальчик был назван по желанию мужа Георгием. Однако нахлынувшие чувства уже сложно было остановить. Спустя несколько месяцев после рождения Георгия Марина напишет Пастернаку: «Мы только встретимся. Та самая секунда взрыва, когда еще горит фитиль и еще можно оставить и не останавливаешь. <...> А взрыв не значит поцелуй, взрыв — взгляд, то, что не длится. Я даже не знаю, буду ли я тебя целовать». Но встретиться им снова не удалось. Вместо этого Пастернак скажет в очередном письме: «Только не оставляйте меня». И этого будет достаточно, чтобы эпистолярный роман продолжался. В марте 1926 года Борис Пастернак напишет в одном из писем Цветаевой: «Я люблю тебя так сильно, так вполне, что становлюсь вещью в этом чувстве, как купающийся в бурю...» Марина ответит ему тем же: «Ты мне насквозь родной, такой же страшно, жутко родной, как я сама, без всякого уюта, как горы». Это была не просто переписка о любви. Это был своеобразный дневник обоих поэтов, в котором они рассуждали о своем эмоциональном состоянии, о своих судьбах, о том, что же такое все-таки простое человеческое счастье. Их переписка была наполнена удивительной лирической силой и высотой. Письма стали для них способом уйти от духовного одиночества и поиском новых возможностей искусства. Но уже летом 1926 года в их отношениях начали появляться первые трещинки. У обоих в этот период стали назревать семейные неприятности, а самокопание вконец запутало их. «Я хотела дать тебе любовь в пустоте: все в ничто, — писала Марина. — Чувствую, что любовь не получилась. <...> Кроме того, у нас с тобой странная робость, скудость. Не затрагиваю. Точнее: не дотрагиваюсь. Ты ТО, что я люблю, а не ТОТ, кого я люблю». Однако их переписка на этом не закончилась, оба еще несколько лет писали друг другу свои переживания и признания в любви. Кто знает, как распорядилась бы их судьба, если бы Пастернак и Цветаева все-таки встретились? Может быть, эта встреча укрепила бы их любовь, дала бы им новые силы выдерживать расстояние и жизненные трудности. Но этого не произошло… В марте 1928 года Марина напишет ему: «Борис, уступив заранее все здесь, ничего не уступаю внутри, ничего не выключаю и не совмещаю. Женю твою (жену Евгению Пастернак — прим. автора) любить не смогу, как твой не мною (подчеркнуто — прим. автора) согретый сердечный левый бок. Я всегда буду думать, что своего ребенка от тебя я бы любила больше, чем она своего, и много других вещей буду знать...» Но Борис Пастернак не будет впоследствии ни с Евгенией, ни с Мариной. Спустя два года он уйдет от жены к красавице Зинаиде Нейгауз. Оскорбленная Марина напишет ему: «Я не любовная героиня, Борис. Я по чести — герой труда: тетрадочного, семейного, материнского… Выиграет тот, кто проиграет». А спустя несколько писем она окончательно подведет черту под их отношениями: «Теперь я просто могу сказать: А это — Б.П., лучший русский поэт, мой большой друг, говоря этим ровно столько, сколько сама знаю». Борис перестает быть для нее единственно любимым, он всего лишь «большой друг». Затем в их переписке и вовсе наступит пауза длиной в несколько лет. Пастернак с новой женой уехал в Грузию, Марина в это время жила в Париже в довольно затруднительном финансовом положении. Их переписка возобновится только в 1933-1934 годах. Письма Пастернака становятся куда короче, чем те, что он писал Марине 10 лет назад. В них почти не остается места философским и поэтическим рассуждениям, он будто куда-то все время спешит и пишет коротко и лаконично. Интересуется ее жизнью, поддерживает, но не так, как прежде. И Марина чувствует это. В июле 1935 года она напишет ему проникновенное, мудрое письмо: «Дорогой Борис, я теперь поняла: поэту нужна красавица. <...> У тебя, например, уже есть вся я, без всякой моей любви направленная на тебя, <...> а тебе нужно любить другое: чужое любить. И я дура была, что любила тебя столько лет напролом. <...> Ты был очень добр ко мне в нашу последнюю невстречу, а я — очень глупа. <...> Ты давал мне лучшее, что у тебя есть. Но под всеми твоими навязанными в любовь бабами — была другая правда: и ты со мной был — по одну сторону спорящего стола. <...> Странная вещь: что ты меня не любишь — мне все равно, а вот — только вспомню твои стихи — и слезы». Что интересно, «последняя невстреча», — как выразилась Марина, — между поэтами все-таки состоялась. Они увиделись в июне 1935 года в Париже. Пастернак выступал со своими стихотворениями на Международном антифашистском конгрессе писателей в защиту культуры. Цветаева присутствовала на нем как скромный зритель. Когда они наконец оказались рядом, обоим стало ясно, что им не о чем говорить. Встреча была слишком несвоевременной, с опозданием на несколько лет, и никому из них уже и не нужной. В общей сложности они обменялись друг с другом двумя сотнями писем. Последнее Марина написала Борису в марте 1936 года. Заканчивалось оно так: «Я знаю, что я своими делами больше права, чем вы с вашими словами. Постарайтесь дожить до девяноста лет, чтобы это застать. Потому что слова о стихах не помогают, нужны — стихи». Пастернак не дожил до девяноста лет. Он умер в 1960 году, в возрасте 70 лет, пережив Марину Цветаеву на 18 лет. Через два года после ее смерти, в 1943 году, он написал стихотворение, которое так и назвал: «Памяти Марины Цветаевой». «...Мне так же трудно до сих пор Вообразить тебя умершей, Как скопидомкой мильонершей Средь голодающих сестер. Что сделать мне тебе в угоду? Дай как-нибудь об этом весть. В молчаньи твоего ухода Упрек невысказанный есть. Всегда загадочны утраты. В бесплодных розысках в ответ Я мучаюсь без результата: У смерти очертаний нет...» И как бы ни была трагичная история их любви, она навсегда останется одной из самых прекрасных в истории русской литературы. Марина и Борис нашли в себе силы любить — сквозь года, расстояния, супружеский долг и разные взгляды на жизнь. И пусть они не были вместе, их навсегда объединили любовь к поэзии и высокое чувство прекрасного, которое давало им силы в самые трудные жизненные минуты.
Становимся ли мы более самовлюбленными?
Для людей уже привычно говорить о том, как все стали нарциссами, потому что социальные сети исказили наше самоощущение и превратили нас в напыщенных создателей имиджа, одержимых селфи. Это напрямую относится к поколению «я, я, я» — миллениалам, что и напечатал журнал Time на обложке номера за 20 мая 2013 года. Но действительно ли мы стали более нарциссичны или это просто вековой скептицизм по отношению к современным детям, основанный на стереотипах и неуместной ностальгии? Следует ли называть людей нарциссами? Прежде всего необходимо определить, что такое нарциссизм и плох ли он по своей сути. В мае 2021 года ученые из университета Огайо Софи Кьервик и Брэд Бушман опубликовали обзор 437 исследований нарциссизма, в которых приняли участие 123 тысячи человек. Они определили нарциссизм просто как «самооценку»: «Люди с высоким уровнем нарциссизма думают, что они особенные и заслуживают особого отношения. У них преувеличенное чувство собственной важности». Ранее в 2014 году Бушман был соавтором шкалы, которая на удивление хорошо определяла наличие нарциссизма и состояла исключительно из ответа на вопрос: «В какой степени вы согласны с этим утверждением — я нарцисс?» Оказывается, многие нарциссы знают, что они нарциссы, а некоторые даже очень этим гордятся. С тех пор Брэд Бушман изменил свое мнение о нарциссизме. В статье 2021 года исследователи подчеркивают, что они никого не называли нарциссом, а вместо этого говорили, что у людей разная степень самовлюбленности. Означает ли это, что всем нам следует отказаться от термина нарцисс? Возможно. Как объясняют ученые, «Если называть кого-либо нарциссом, то это означает, что нарциссизм — дихотомическая переменная, а это вовсе не так». У большинства людей есть эти черты, но проявляются они в разной степени. Какие бывают виды нарциссизма? Есть несколько типов нарциссизма. А если точнее, существует основная часть нарциссизма — правоверность — и два важных аспекта. И общественность, и сами ученые почти полностью сосредоточились на измерении, которое называется грандиозным нарциссизмом. Как объясняют Софи Кьервик и Брэд Бушман, «люди с высоким уровнем грандиозного нарциссизма, как правило, обладают высоким уровнем самоуважения, самоуверенностью, импозантностью, стремлением к вниманию, правоверностью, склонностью к саморекламе, потворством своим слабостям и неуважением к нуждам других». Другой часто упускаемый из виду аспект — это уязвимый нарциссизм, который отличается низкой самооценкой и «характеризуется гиперчувствительностью к оценкам других, защитной реакцией, горечью, тревогой, потворством своим слабостям, тщеславием, высокомерием и настойчивостью в том, чтобы иметь только собственное мнение». Грандиозный и ранимый нарциссизм на первый взгляд могут выглядеть одинаково, но исходить из очень разных источников. В этом разница между публикацией селфи только потому, что вы чувствуете, что выглядите невероятно, и все должны видеть ваше лицо (грандиозный нарциссизм), и публикацией селфи потому, что вы чувствуете себя подавленным и ищете некоего внешнего подтверждения (уязвимый нарциссизм). Никакое личное действие не должно повышать ваш нарциссизм, но чем больше вы будете совершать подобных действий, тем выше вероятность того, что вас причислят к одному из типов. Является ли нарциссизм плохим по своей сути? Несмотря на то, что были исследования, показавшие некоторые преимущества нарциссизма, в том числе то, что он может делать людей более привлекательными в глазах других в краткосрочной перспективе, есть более темная сторона. Кьервик и Бушман обнаружили значительную взаимосвязь между нарциссизмом и агрессией, независимо от того, какой у них был уровень по грандиозным или уязвимым параметрам. Они также определили, что нарциссизм связан с множеством различных видов агрессии, включая физическую, вербальную, издевательства как в интернете, так и в обычной жизни. Ученые утверждают, что это фактор риска насилия. Однако эти соотношения могут быть более сложными, чем кажется на первый взгляд. Другие исследования показали, что только уязвимый нарциссизм, по-видимому, связан с чем-то, что называется «нарциссической яростью», которая представляет собой взрывоопасную смесь гнева и враждебности. Тем не менее, если поколение «я, я, я» действительно существует, то это плохие новости. Становимся ли мы более самовлюбленными? Люди определенно думают, что молодежь именно такая. В исследовании, которое было опубликовано в 2019 году, Джошуа Грабб и его коллеги обнаружили, что люди всех возрастов, в том числе молодежь университетского возраста и пожилые, склонны рассматривать подростков и «новых взрослых» как наиболее нарциссические и избалованные возрастные группы. Также ученые определили, что это восприятие преувеличивается с возрастом. Другими словами, чем больше разница в возрасте между миллениалами и человеком, который их оценивает, тем жестче становились предположения о нарциссизме. Это детский стереотип в наши дни. Вопреки тому, что показала шкала нарциссизма по отдельным пунктам, миллениалы отрицательно относились к нарциссизму — им не нравилось, что их называют самовлюбленными. Но верно ли это восприятие? В 2008 году Джин Твенге и ее команда попытались ответить на этот вопрос, изучив смену поколений. Они сравнили 85 групп участников, заполнивших специальную шкалу нарциссизма — нарциссический опросник личности — в период с 1979-го по 2006 год, и обнаружили, что уровень нарциссизма у студентов колледжей США вырос за этот период на колоссальные 30%. Если эта тенденция сохранится и сегодня, а многие ученые, похоже, так думают, то ответ — да, мы становимся все более самовлюбленными. Систематический рост, который выявили Твенге и ее коллеги, происходил до появления социальных сетей, ведь даже интернет, каким мы его знаем, появился только в 1995 году. Так что же вызвало изменения? Вероятно, на это повлиял рост индивидуализма в обществе. Если сегодня действительно гораздо больше молодых людей имеют более высокий уровень нарциссизма, чем в прошлом, то, возможно, это связано с внешними изменениями в нашей среде, а не с внутренними в нашем сознании. Да, мы все публикуем свои фотографии в интернете, и да, на первый взгляд это может показаться самовлюбленностью. Но причин, стоящих за этими публикациями, бесчисленное количество. Может ли нынешний образ нарциссизма уловить эту новую реальность? Социальный психолог Уильям Кейт Кэмпбелл писал в 2001 году, что «нарциссизм может быть функциональной и здоровой стратегией взаимодействия с современным миром». В таком случае, возможно, пришло время переосмыслить то, как мы определяем, измеряем и стигматизируем это, казалось бы, распространенное явление. По материалам статьи «Are we becoming more narcissistic?» ScienceFocus
Проклятье века — это спешка
Проклятье века — это спешка, и человек, стирая пот, по жизни мечется, как пешка, попав затравленно в цейтнот. Поспешно пьют, поспешно любят, и опускается душа. Поспешно бьют, поспешно губят, а после каются, спеша. Но ты хотя б однажды в мире, когда он спит или кипит, остановись, как лошадь в мыле, почуяв пропасть у копыт. Остановись на полдороге, доверься небу, как судье, подумай — если не о боге — хотя бы просто о себе. Под шелест листьев обветшалых, под паровозный хриплый крик пойми: забегавшийся — жалок, остановившийся — велик. Пыль суеты сует сметая, ты вспомни вечность наконец, и нерешительность святая вольется в ноги, как свинец. Есть в нерешительности сила, когда по ложному пути вперед на ложные светила ты не решаешься идти. Топча, как листья, чьи-то лица, остановись! Ты слеп, как Вий. И самый шанс остановиться безумством спешки не убий. Когда шагаешь к цели бойко, как по ступеням, по телам, остановись, забывший бога, — ты по себе шагаешь сам! Когда тебя толкает злоба к забвенью собственной души, к бесчестью выстрела и слова, не поспеши, не соверши! Остановись, идя вслепую, о население Земли! Замри, летя из кольта, пуля, и бомба в воздухе, замри! О человек, чье имя свято, подняв глаза с молитвой ввысь, среди распада и разврата остановись, остановись! Евгений Евтушенко 1967 год
© 2015 — 2024 stakanchik.media
Использование материалов сайта разрешено только с предварительного письменного согласия правообладателей. Права на картинки и тексты принадлежат авторам. Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 16 лет.
