Перечитываем эссе «Человек одинок», в котором Эрих Фромм размышляет об одиночестве человека в мире всеобъемлющего потребления, о рассогласовании между двумя полюсами человеческого существования — «быть и обладать», а также о неиссякаемом стремлении человека к преодолению рутины и осмыслению важнейших явлений бытия, которое раньше находило свое выражение в искусстве и религии, а сегодня принимает формы интереса к преступным хроникам, любви к спорту и увлечения примитивными любовными историями. Работы немецкого социолога, философа и психолога Эриха Фромма стали своеобразной классикой исследования феномена одиночества в XX веке. Кажется, он рассмотрел это явление со всех возможных точек зрения: Фромм анализировал одиночество человека, утратившего связь с другими людьми; он выделил отдельный тип — моральное одиночество человека, не способного соотнестись с ценностями и идеалами общества; философ также указал на то, что одиночество — в некотором смысле, «природная» и «метафизическая» характеристика человеческого бытия, это условие существования человека, одновременно являющегося частью природы и находящегося вне её, существа, способного осмыслить не только это противоречие, но и свою конечность. Однако, кроме этих экзистенциальных условий человеческого существования, Эрих Фромм также увидел причину одиночества современного человека в том образе жизни, который ему диктует общество, ориентирующее человека исключительно на потребление как главное жизненное устремление. В этом смысле статья «Человек одинок» — очень краткое, но предельно ёмкое описание консьюмеристского общества, в котором сосредоточенный на производстве, продаже и потреблении товаров человек сам превращается в товар и становится одинокой, отчужденной от своей сущности личностью. Анализируя, как в обществе потребления человек становится чужим самому себе, превращается в слугу мира, который сам же создал, Фромм отмечает, что во все времена существовало противоречие между двумя основными способами существования человека — обладанием и бытием, между обыденностью и стремлением вновь вернуться к подлинным основам человеческого бытия. Однако, с горечью отмечает он, если раньше одиночество человека и другие извечные вопросы бытия осмыслялись через такие высокие формы как греческая трагедия, ритуальные действа и обряды, то сегодня наше стремление к драматизации важнейших явлений бытия — жизни и смерти, преступления и наказания, борьбы человека с природой — изрядно измельчало и приняло форму увлечения спортивными состязаниями, преступлениями, о которых нам каждый час вещает телевидение, и мелодрамами с примитивными любовными страстями. В этом контексте Эрих Фромм говорит о «безмерном убожестве всех наших поисков и решений». Предлагаем прочитать его эссе, чтобы по-новому взглянуть на ту реальность, к которой мы привыкли, и, возможно, попробовать что-то изменить в ней. Человек одинок Отчуждение — вот участь отдельного человека при капитализме. Под отчуждением я понимаю такой тип жизненного опыта, когда человек становится чужим самому себе. Он как бы «остраняется», отделяется от себя. Он перестает быть центром собственного мира, хозяином своих поступков; наоборот — эти поступки и их последствия подчиняют его себе, им он повинуется и порой даже превращает их в некий культ. В современном обществе это отчуждение становится почти всеобъемлющим. Оно пронизывает отношение человека к его труду, к предметам, которыми он пользуется, распространяется на государство, на окружающих людей, на него самого. Современный человек своими руками создал целый мир доселе не виданных вещей. Чтобы управлять механизмом созданной им техники, он построил сложнейший социальный механизм. Но вышло так, что это его творение стоит теперь над ним и подавляет его. Он чувствует себя уже не творцом и господином, а лишь слугою вылепленного им голема. И чем более могущественны и грандиозны развязанные им силы, тем более слабым созданием ощущает себя он — человек. Ему противостоят его же собственные силы, воплощенные в созданных им вещах, силы, отныне отчужденные от него. Он попал под власть своего создания и больше не властен над самим собой. Он сотворил себе кумира — золотого тельца — и говорит: «Вот ваши боги, что вывели вас из Египта»... А какова же судьба рабочего? Вот что отвечает на это вдумчивый и точный наблюдатель, занимающийся вопросами промышленности: В промышленности человек превращается в экономический атом, который пляшет под дудку столь же атомистического управления. Вот твое место; вот так ты будешь сидеть; твои руки будут двигаться на х дюймов в радиусе у; время движения — столько-то долей минуты. По мере того, как плановики, хронометристы, ученые-экономисты все больше лишают рабочих права свободно мыслить и действовать, труд становится все более однообразным и бездумным. Рабочему отказывают в самой жизни: всякая попытка анализа, творчества, всякое проявление любознательности, всякая независимая мысль тщательно изгоняются — и вот неизбежно рабочему остается либо бегство, либо борьба; его удел — безразличие или жажда разрушения, психическая деградация (Дж. Джиллиспай). Но и участь руководителя производства — тоже отчуждение. Правда, он управляет всем предприятием, а не только одной его частью, но и он точно так же отчужден от плодов своей деятельности, не ощущает их как нечто конкретное и полезное. Его задача — лишь с прибылью употребить капитал, вложенный другими. Руководитель, как и рабочий, как и все остальные, имеет дело с безликими гигантами: с гигантским конкурирующим предприятием, с гигантским национальным и мировым рынком, с гигантом-потребителем, которого надо прельщать и ловко обрабатывать, с гигантами-профсоюзами и гигантом-правительством. Все эти гиганты словно бы существуют сами по себе. Они предопределяют действия руководителя, они же направляют действия рабочего и служащего. Вопрос о руководителе подводит нас к одной из важнейших особенностей мира отчужденности — к бюрократизации. Бюрократия заправляет как большим бизнесом, так и правительственными учреждениями. Чиновники — вот специалисты в управлении и вещами и людьми. И столь громаден аппарат, которым надо управлять, а следовательно и столь обезличен, что бюрократия оказывается начисто отчужденной от народа. Он, этот народ,— всего лишь объект управления, к которому чиновники не испытывают ни любви, ни ненависти, он им совершенно безразличен; во всей профессиональной деятельности чиновника-руководителя нет места чувствам: люди для него не более, чем цифры или неодушевленные предметы. Огромные масштабы всей общественной организации и высокая степень разделения труда мешают отдельной личности охватить целое; притом между этими личностями и группами в промышленности не возникает сама собою непосредственная внутренняя связь, а потому без руководителей-чиновников не обойтись: без них вся система тотчас бы рухнула, ибо никому иному не ведомы ее тайные движущие пружины. Чиновники так же необходимы и неизбежны, как и тонны бумаги, истребляемые при их господстве. Каждый из нас с чувством полного бессилия сознает это роковое главенство бюрократов, вот почему им и воздают чуть ли не божеские почести. Люди чувствуют, что если бы не чиновники, все развалилось бы на части и мы умерли бы с голоду. В средние века сюзерен считался носителем порядка, установленного богом; в современном капиталистическом обществе чиновник — особа едва ли менее священная, ведь без него общество в целом не может существовать. Отчуждение царит не только в сфере производства, но и в сфере потребления. Отчуждающая роль денег в процессе приобретения и потребления прекрасно описана еще Марксом... Как же мы используем приобретенное? Я исхожу из того, что потребление — это определенное человеческое действие, в котором участвуют наши чувства, чисто физические потребности и эстетические вкусы, то есть действие, в котором мы выступаем как существа ощущающие, чувствующие и мыслящие; другими словами, потребление должно быть процессом осмысленным, плодотворным, очеловеченным. Однако наша культура очень далека от этого. Потребление у нас — прежде всего удовлетворение искусственно созданных прихотей, отчужденных от истинного, реального нашего «я». Мы едим безвкусный малопитательный хлеб только потому, что он отвечает нашей мечте о богатстве и положении — ведь он такой белый и свежий. На самом деле мы питаемся одной лишь игрой воображения, очень далекой от пищи, которую мы пережевываем. Наше нёбо, наше тело выключены из процесса потребления, в котором они должны бы быть главными участниками. Мы пьем одни ярлыки. Откупорив бутылку кока-колы, мы упиваемся рекламной картинкой, на которой этим же напитком упивается смазливая парочка; мы упиваемся призывом «Остановись и освежись!», мы следуем великому американскому обычаю и меньше всего утоляем собственную жажду. Первоначально предполагалось, что если человек будет потреблять больше вещей, и притом лучшего качества, он станет счастливее, будет более удовлетворен жизнью. Потребление имело определенную цель — удовольствие. Теперь оно превратилось в самоцель. Акт покупки и потребления стал принудительным, иррациональным — он просто самоцель и утерял почти всякую связь с пользой или удовольствием от купленной вещи. Купить самую модную безделушку, самую последнюю модель — вот предел мечтаний каждого; перед этим отступает все, даже живая радость от самой покупки. Отчуждение в области потребления охватывает не только товары, которые мы покупаем и используем; оно гораздо шире и распространяется на наш досуг. А как же может быть иначе? Если в процессе работы человек отчуждается от дела рук своих, если он покупает и потребляет не только то и не только потому, что вещи эти ему действительно нужны, как может он деятельно и осмысленно использовать часы своего досуга? Он неизменно остается пассивным, отчужденным потребителем. С той же отстраненностью и безразличием, как купленные товары, «потребляет» он спортивные игры и кинофильмы, газеты, журналы, книги, лекции, картины природы, общество других людей. Он не деятельный участник бытия, он хочет лишь «ухватить» все, что только можно,— присвоить побольше развлечений, культуры и всего прочего. И мерилом оказывается вовсе не истинная ценность этих удовольствий для человека, но их рыночная цена. Человек отчужден не только от своего труда, не только от вещей и удовольствия, но и от тех социальных сил, которые движут общество и предопределяют судьбу всех его членов. Мы беспомощны перед силами, которые нами управляют, и это сказывается всего пагубней в эпохи социальных катастроф — войн и экономических кризисов. Эти катастрофы кажутся некими стихийными бедствиями, тогда как на самом деле их навлекает на себя сам человек, правда, бессознательно и непреднамеренно. Безликость и безымянность сил, движущих обществом, органически присуща капиталистической системе производства. Мы сами создаем свои общественные и экономические институты, но в то же время горячо и совершенно сознательно отклоняем всякую ответственность за это и с надеждой или с тревогой ждем, что принесет нам «будущее». В законах, которые правят нами, воплощены наши же собственные действия, но эти законы стали выше нас, и мы — их рабы. Гигантское государство, сложная экономическая система больше не подвластны людям. Они не знают удержу, и их руководители подобны всаднику на лошади, закусившей удила: он горд тем, что усидел в седле, но бессилен направить ее бег. Каковы же взаимоотношения современного человека с его собратьями? Это отношения двух абстракций, двух живых машин, использующих друг друга. Работодатель использует тех, кого нанимает на работу, торговец использует покупателей. В наши дни в человеческих отношениях редко сыщешь любовь или ненависть. Пожалуй, в них преобладает чисто внешнее дружелюбие и еще более внешняя порядочность, но под этой видимостью скрывается отчужденность и равнодушие. И немало тут и скрытого недоверия. Такое отчуждение человека от человека приводит к потере всеобщих и социальных связей, которые существовали в средние века и во все другие докапиталистические общественные формации. А как же человек относится к самому себе? Он ощущает себя товаром, который надо повыгоднее продать на рынке. И вовсе не ощущает, что он активный деятель, носитель человеческих сил и способностей. Он отчужден от этих своих способностей. Цель его — продать себя подороже. Отчужденная личность, предназначенная для продажи, неизбежно теряет в значительной мере чувство собственного достоинства, свойственного людям даже на самой ранней ступени исторического развития. Он неизбежно теряет ощущение собственного «я», всякое представление о себе как о существе единственном и неповторимом. Вещи не имеют своего «я», и человек, ставший вещью, также не может его иметь. Нельзя полностью постичь природу отчуждения, если не учитывать одну особенность современной жизни — ее все усиливающуюся обесцвеченность, подавление интереса к важнейшим сторонам человеческого существования. Речь идет о проблемах общечеловеческих. Человек должен добывать хлеб насущный. Но только в том случае может он утвердить себя, если не оторвется от основ своего существования, если не утратит способности радоваться любви и дружбе, сознавать свое трагическое одиночество и кратковременность бытия. Если же он погряз в повседневности, если он видит только то, что создано им самим, только искусственную оболочку обыденного мира, он утратит связь с самим собой и со всем окружающим, перестанет понимать себя и мир. Во все времена существовало это противоречие между обыденностью и стремлением вновь вернуться к подлинным основам человеческого бытия. И одной из задач искусства и религии всегда было помочь людям утолить эту жажду, хотя и сама религия в конце концов стала новой формой той же обыденности. Даже первобытный человек не довольствовался чисто практическим назначением своих орудий и оружия, он старался украсить их, вывести за пределы просто полезного. А каково было назначение античной трагедии? Здесь в художественной, драматической форме представлены важнейшие проблемы человеческого существования; и зритель (впрочем, он не был зрителем в нашем, современном смысле слова, то есть потребителем) приобщался к действию, переносился из сферы повседневного в область общечеловеческого, ощущал свою человеческую сущность, соприкасался с основой основ своего бытия. И говорим ли мы о греческой трагедии, о средневековом религиозном действе или об индийском танце, идет ли речь об обрядах индуистской, иудейской или христианской религии — мы всегда имеем дело с различными формами драматизации главнейших сторон человеческого бытия, с воплощением в образах тех самых извечных вопросов, которые осмысляет философия или теология. Что же сохранилось в современной культуре от этой драматизации человеческого бытия? Да почти ничего. Человек почти не выходит за пределы мира сработанных им вещей и выдуманных понятий; он почти всегда остается в рамках обыденности. Единственное, что по значению своему приближается сейчас к религиозному обряду,— это участие зрителя в спортивных состязаниях; здесь по крайней мере человек сталкивается с одной из основ бытия: люди борются — и он радуется заодно с победителем или переживает горечь поражения вместе с побежденным. Но как примитивно и ограниченно человеческое существование, если все богатство и многообразие страстей сведено к азарту болельщика. Если в большом городе случается пожар или автомобильная катастрофа, вокруг собирается толпа. Миллионы людей что ни день зачитываются хроникой преступлений и убийств и детективными романами. С благоговейным трепетом смотрят они фильмы, в которых главенствуют две неизменные темы — преступление и страсть. Это увлечение и интерес — не просто признак дурного вкуса, не просто погоня за сенсацией, но глубокая потребность в драматизации важнейших явлений бытия — жизни и смерти, преступления и наказания, борьбы человека с природой. Но греческая трагедия решала эти вопросы на высочайшем художественном и философском уровне, наша же современная «драма» и «ритуал» слишком грубы и нимало не очищают душу. Все это увлечение спортивными состязаниями, преступлениями и любовными страстями свидетельствует о том, что человек рвется за пределы обыденности, но то, какими способами он удовлетворяет эту свою внутреннюю потребность, свидетельствует о безмерном убожестве всех наших поисков и решений.
Читайте также
20 вопросов, которые откроют вас настоящего
Есть вопросы, ответы на которые может дать только тот, кто их задал. Публикуем статью, которая поможет узнать о себе много нового. Я всегда старался достичь большего, стать лучше. Но я никогда не задавал вопросы самому себе, вопросы, которые продвинули бы меня вперед и заставили оглянуться вокруг. Они только копились, как снежный ком, а смелости собраться с духом и искренне ответить самому себе все не хватало. Однажды я задумался: что мне скрывать от самого себя? Да и потом, что будет более болезненным — не обращать внимания на эти вопросы или попробовать разобраться в себе и сделать шаг навстречу жизни, которую я всегда хотел? Итак, вот 20 вопросов, которые помогли мне изменить жизнь и узнать о себе все: 1. Что для вас важно в жизни? Составьте список, будьте откровенны с самим собой. 2. Что важно действительно для вас? Еще раз: это ваш собственный список. Напишите о том, что было для вас важно до того, как кто-то другой объяснил вам это. 3. Какое ваше самое заветное, сокровенное желание? Вы прекрасно знаете, что такое желание есть. Просто будьте честны и признайте это. Вы почувствуете себя прекрасно... и свободно. 4. Если бы вы наверняка знали, что ваше начинание не провалится, вы бы попробовали претворить его в жизнь? Никто не даст вам подобных обещаний, но что мешает поверить в себя уже сейчас? 5. Если не сейчас, то когда? Прошлое уходит навсегда, да и будущее не гарантировано. Чего же вы ждете? 6. Чье разрешение вам нужно? Вам прекрасно известно, что необходимо лишь собственное разрешение, но вы ищете чьего-то одобрения или даже «волшебного пинка». 7. Что вас останавливает? Раз вы до сих пор не начали добиваться того, чего действительно хотите. 8. Кто или что вас сдерживает? Единственный ответ: вы сами. 9. Если вы не знаете, чего вы хотите, почему же не пытаетесь это выяснить? Можно довольствоваться малым и плыть по течению, не зная, куда оно занесет. Но принесет ли это удовлетворение — другой вопрос. 10. Когда вы знаете, чего вы действительно хотите, вы пытаетесь добиться желаемого? Большинство людей игнорируют либо отговаривают себя от этой идеи. 11. Включили ли вы себя в этот список? Если нет, то самое время это сделать. 12. Если вы не цените самого себя, как вы можете стать счастливым? Ведь это не произойдет случайно. 13. Какое оправдание вы используете чаще всего? Вы бы использовали его, чтобы оправдаться перед своим лучшим другом? 14. Когда вы перестанете оправдываться? Оправдания не позволяют вам достичь желаемого. Впрочем, если они не мешают вам счастливо жить — выбор за вами. 15. Вы чувствуете себя хорошо, когда используете отговорки? Предполагаю, что нет. Просто догадка. Но, уверен, чувствуете себя намного лучше, когда делаете успехи. 16. Сможете ли вы достичь желаемых результатов, если будете продолжать оправдываться? Было бы обидно проснуться однажды и пожалеть о том, что могли добиться куда более высоких результатов, если бы не искали себе бесконечных оправданий. Не позвольте такому случиться. 17. Почему бы просто не быть честным с самим собой? Врать самому себе — дело нехитрое, но, ведь вы и сами знаете, насколько это бесполезно. Да, может быть больно быть честным с самим собой, но куда больнее заниматься постоянным самообманом. 18. Как долго вы сможете продолжать делать то, что вы делаете сейчас? Если вам не по душе ваше занятие, то сколько времени вы будете продолжать заниматься им? 6 месяцев? 1 год? 5 лет? Если вы не предпримите действий и не начнете что-то менять, то ничего не изменится. 19. Вы выбираете комфорт вместо счастья? И здесь есть разница. Выясните, в чем она заключается именно для вас и что вы выбираете. И последний по порядку, но не по значимости: 20. Если какой-либо вопрос вызовет у вас сильный отклик, вы станете искать оправдания или начнете что-то делать? Есть еще вариант: просто сидеть и ничего не предпринимать. Прокрастинировать. И даже если вы предпочли счастью комфорт. Но позвольте спросить: а что бы сделали вы настоящий?
Четыре типа темперамента
1. Холерик Человека холерического темперамента можно охарактеризовать как быстрого, порывистого, способного отдаваться делу со страстностью, но не уравновешенного, склонного к бурным эмоциональным вспышкам и резким сменам настроения. 2. Флегматик Человека флегматического темперамента можно охарактеризовать как медлительного, невозмутимого с устойчивыми стремлениями и более или менее постоянным настроением, со слабым внешним выражением душевных состояний. 3. Меланхолик Человека меланхолического темперамента можно охарактеризовать как легко ранимого, склонного глубоко переживать даже незначительные неудачи, но внешне вяло реагирующего на окружающее. 4. Сангвиник Человека сангвинического темперамента можно охарактеризовать как живого, подвижного, быстро отзывающегося на окружающие события, сравнительно легко переживающего неудачи и неприятности.
Почему нас раздражает собственный голос?
Почему звучание собственного голоса, записанного на плёнку, нас раздражает? Почему голос кажется писклявым, низким и совсем не нашим? Как на самом деле слышат нас другие люди? Ответы на эти загадочные вопросы мы собрали в новой статье. Уверен, вы уже не раз сталкивались с тем, что ваш собственный голос в записи кажется чуждым, писклявым, пронзительным, грубым и совсем не таким мелодичным, каким мы привыкли слышать его у себя в голове. Хорошая новость в том, что вы такой не один. Всех нас раздражает звучание собственного голоса в записи, и с этим ничего не поделаешь. Другой вопрос, почему так происходит и как на самом деле слышит нас весь остальной мир? Как мы воспринимаем звуки? Начнём с небольшого экскурса в анатомию. Наше ухо состоит из трёх главных частей: наружное, среднее и внутреннее ухо. Наружное ухо находится на внешней части нашей головы, и мы можем его видеть. Оно открывает ушной канал, а барабанная перепонка отделяет этот канал от среднего уха. Среднее ухо включает три кости, которые и являются главными проводниками звука. Они усиливают и передают звук во внутреннее ухо. Внутреннее ухо — это последняя остановка на пути к мозгу. В нём находится ушная улитка, которая преобразует звук в неврологический сигнал и через слуховой нерв передаёт в мозг. Любой звук, который мы воспринимаем, — это серия колебаний. Вибрация проходит через три кости среднего уха и передаётся в ушную улитку. Что вы слышите, когда говорите? В первую очередь, нужно понять, что звук — это серия колебаний. Эта вибрация проходит через кости среднего уха и достигает ушной улитки, после которой уже попадает в мозг в виде неврологического сигнала. Есть два разных способа, которыми колебания могут достигать нашего уха: 1. По воздуху. Так мы воспринимаем внешние шумы: музыку, стороннюю речь и звук собственного голоса в записи. 2. Через кости. Так мы воспринимаем внутренние шумы, например, вибрацию своих голосовых связок. Получается, что вы слышите собственный голос как смесь звуков, передаваемых по воздуху и через кости. Эту какофонию способны слышать только вы и никто другой. Что происходит, когда вы слышите запись своего голоса? В этом случае до вас не доходят звуки, передаваемые через кости, и вы получаете лишь звук, передаваемый по воздуху. То есть часть звуков теряется, и на выходе вы получаете незнакомое звучание. Почему же вас раздражает собственный голос? Здесь ваш мозг сыграл с вами злую шутку. Дело в том, что в вашей голове внутренний голос может звучать так, как вы того захотите. Вам даже может казаться, что ваш голос похож на голос Андрея Малахова или Веры Брежневой. Ирония в том, что вы единственный человек, кто может слышать свой голос таким образом. В реальности ваш истинный голос может быть более низким и писклявым — в общем, совсем не таким, каким вы привыкли его слышать внутри себя. И эта разница вас раздражает. Голос, который вы слышите в записи, это то, как слышит вас весь остальной мир. Никому из нас не нравится звучание собственного голоса на плёнке, и от этого нам никуда не деться.
Как договориться с любым человеком на своих условиях?
Уверен, что вы не раз пытались договориться с другими людьми. Иногда это удаётся, иногда приходится согласиться на чужие условия. Чаще всего победа или поражение зависит от вас и от того, как вы себя ведёте. Мы расскажем о нескольких советах, которые помогут вам чаще побеждать в переговорах на любую тему. Когда я думаю о об этой теме, мне сразу же вспоминаются мои попытки договориться с преподавателями в университете об оценке. Ты словно ходишь по минному полю: одна неверная фраза, и у тебя уже нет ни единого шанса. Немного подумав и поискав мнения других людей в интернете, я выделил несколько советов, которые помогли мне и помогут вам успешно договариваться с другими людьми. Предлагайте несколько вариантов. Когда вы настаиваете на своём, вспоминайте о другом человеке, который так же, как и вы, защищает свою точку зрения. Не пытайтесь победить его, предлагая всего один вариант. Вместо этого предложите несколько. Зачем? Дав ему несколько вариантов на выбор (каждый из которых вам выгоден), вы создадите иллюзию выбора, и вашему собеседнику будет проще вас поддержать. В то же время не стоит перебарщивать. Предложив 10 вариантов на выбор, вы сами себя погубите. Нам нравятся простые вещи, и сделать выбор человеку гораздо проще, если у него два или три варианта, а не десяток. Ненужный блеф. Вам будет проще убедить человека в своей правоте, если вы действительно верите в то, что говорите. Отсюда вытекает следующее: не стоит блефовать. Вам может повезти, и собеседник не заметит обмана, но если всё пойдёт не по плану и вас уличат, назад дороги уже не будет. Если вы верите в свою правоту, убедить в этом других людей будет гораздо проще. Вы не можете победить в одиночку. Исход ситуации должен быть выигрышным для обеих сторон. Представьте себя на месте другого человека и подумайте, согласились бы вы на то, что вы предлагаете? Если нет, то вряд ли вам стоит ожидать того же от него. Вам нужна выигрышная ситуация, которая удовлетворит обе стороны, а не кого-то одного. Ещё один совет, который я не могу рекомендовать — сделать видимость того, что исход выгоден не только вам. Если проще — обмануть человека. Вы готовы на это пойти? Тогда у вас есть ещё один дополнительный козырь в рукаве. Забудьте об эмоциях. Люди, включающие эмоции на переговорах, заранее обречены на поражение. Хотя на ситуацию можно посмотреть с нескольких сторон. Если вы говорите о своей позиции с восхищением и огнём в глазах, то это может сработать. Если же вы кричите на собеседника, смеётесь над его позицией или стараетесь его оскорбить, пусть и завуалированно, — вы уже проиграли. Просите чуть больше, чем вам нужно. Это достаточно простой трюк, и вы наверняка о нём знаете. Если вы хотите продать товар за $100, попросите за него $110. Когда покупатель захочет снизить цену, он как раз приведёт её к нужному вам числу.
Подборка блиц-фактов №33
Уолт Дисней впервые начал рисовать мультфильмы в обмен на бесплатную стрижку. Люди - единственные существа, которые спят на спине. В большинстве рекламных роликов время на часах - 10:10, потому что в этом случае стрелки создают улыбку. 10% электричества США добывается из демонтированных советских бомб. Римляне использовали измельченный мозг мышей в качестве зубной пасты. Космос содержит примерно 50 миллиардов галактик. Ни один президент США не был единственным ребенком в семье. Леонардо Да Винчи изобрел ножницы. Черепаха может дышать через попу. Микроволновка расходует больше электричества, поддерживая часы в режиме ожидания, чем разогревая пищу. "Бруклинский вампир" - самый страшный убийца-маньяк в США. В качестве жертв он выбирал только детей, которых убивал и съедал. Почти все хозяева разговаривают со своими кошками. В мире насчитывается почти 210 млн сирот, 15% из них совершат самоубийство прежде, чем им исполнится 18 лет. У человека больше шансов найти слиток золота, чем выиграть в лотерею. Самое распространенное в мире млекопитающее - домашний кот. Пессимизм и оптимизм передаются по наследству.
Подборка блиц-фактов №35
90% населения Дубая - приезжая рабочая сила. Почти 9 лет Эйнштейн не мог нормально говорить его родители думали, что он будет отсталым. В Англии к мэру надо обращаться не иначе как "мистер мэр", даже если мэр - женщина. В средние века считалось, что куриный бульон является хорошим возбуждающим средством. Скорость МКС = 27000 км/ч. Центр Европы располагается на территории Украины в Закарпатской области между городами Тячев и Рахов. 60% тяжести тела приходится на пятку. Вылечить зубы в Швеции может каждый, при этом, не потратив ни копейки. Самым чистым морем на Земле считается море Уэддела в Антарктиде. Арабские числа на самом деле были изобретены в Индии. У французского короля Людовика XIV было 413 кроватей. У рыбы сарган зеленые кости. В римском войске солдаты жили в палатках по 10 человек. Во главе каждой палатки был старший, которого называли деканом. Футбольный стадион Уэмбли в Англии создан только для игр, тренировки на нем запрещены. Индийский бизнесмен пригласил на свадьбу 18 тысяч вдов. Автор книги "Как я сохранил брак" получил пожизненное за убийство жены. В Кувейте попугай разболтал жене об измене мужа. Бекон вреднее сигарет. Кофе убивает ваше сердце. В мире потребляется порядком 4,5 млрд литров бензина в день. Абсолютно чистое золото очень мягкое, его можно мять руками. 15 граммов адреналина хватило бы всем людям на Земле.
Целебная сила отказа
Мало кто действительно умеет говорить «нет». Ведь нет – это место, где я больше не готов двигать свою границу. А сосуществование с людьми (в семье, детском саду, классе, лагере, ВУЗе, на работе) предполагает компромиссы, то есть – непрерывные подвижки этой самой границы в неизвестном направлении. Считается, что уступать хорошо. Входить в чужое положение – правильно. На всех языках есть аналог нашему выражению «Войди в мое положение». «Тебе что, жалко?», «уступи, ты же девочка», «уступи, ты же мальчик», «уступи, ты же старше», «уступи, ты же умнее», «жадина-говядина», «бог велел делиться»… Услышали свои знакомые голоса? Я – да. Человеку среднего возраста (и старше) обычно очень легко дается уступать: пройден многолетний тренинг. Хуже другое: не ясно, где предел. Сколько раз нужно уступить? Сколько раз поделиться? Сколько (раз) дать в долг? Когда попросить деньги назад? Как это сделать, чтобы никто не обиделся? Мир, где люди не умеют отказывать, рождает паразитов и сумасшедших. Паразиты продолжают просить и просить, сумасшедшие продолжают давать и давать. Одни вечно соглашаются делиться, двигаются, пропускают вперед, дают в долг, дарят время, закрывают глаза на воровство или измены. Другие привыкают просить бесконечно, сидят на чужом стуле, берут чужие вещи и чужую еду, и ждут добавки, звонко колотя ложкой об миску. Вы, наверное, удивитесь, если я теперь скажу, что все это – одни и те же люди. Отсутствие своевременного «нет» сводит всех с ума: и тех, кто избегает отказывать, и тех, кто привыкает брать лишнее. Если вспомнить, что в природе все гармонично взаимосвязано, то ясно, что гомеостаз однажды ставит вечно дающего перед необходимостью начинать брать назад: иначе умрешь. Что делать, если у тебя так много брали, а ты так много соглашался, что ничего не осталось? Грабить награбленное, конечно. Паразиты и сумасшедшие все время меняются ролями. Сегодня я отдавал свое, стесняясь сказать «нет», завтра я же возьму чужое потому, что «это нормально». Ведь нормой принято считать все что угодно, если оно… среднестатистическое. «Я дал тебе в долг месяц назад или выполнил твою работу в выходной, поэтому у меня появилось «моральное право» не доделывать свою, скинув тебе. Ах, я тебя не предупредил? Ты – тоже». Мир без границ – мир психопатов. «Нет» отрезвляет: появляется граница. Один решает: «хватит», и даже осмеливается сказать это вслух. «Нет», — говорит он, — «пятнадцатой печеньки (восемнадцатый раз в долг) не будет». Тот, кому это адресовано, думает: и правда, придется встать и пойти за печеньками самому (выйти, наконец, на работу). Один учится отказывать, другой учится что-то делать сам. И оба они теперь знают, что предел существует. И обоим от этого лучше. Полина Гавердовская
«Когда она вернулась, я больше не позволял ей уходить.»
Когда она решила уйти, я собирал ее вещи и думал какого цвета рубашку мне надеть на работу. Странно, но за завтраком я не почувствовал ничего, абсолютно. Возможно, я плотно поел. А может просто был уверен, что к вечеру она вернётся. За обедом я разлил на себя кофе, оставив большое пятно на своей любимой рубашке. Но это меня не огорчило, напротив я знал, когда вернусь домой, она мне его застирает. Открыв дверь, в квартире было темно, а на холодильнике не было ее ключей. Не было запаха ужина и кружка недопитого чая так и стояла на своём месте. Ещё никогда квартира не была такой пустой. И впервые я задержался на пороге. Третью ночь я не мог нормально уснуть. Кровать казалась слишком большой и неудобной. Под утро я просыпался от прилива крови и хотел поцелуями её разбудить, чтобы в очередной раз не выспаться выдыхая её вдохи. Я отчаянно водил рукой, пытаясь нащупать её плечи. Руки и тёплые пальцы. Пустота. И её подушка была, как никогда холодной. Через неделю я вспомнил о существовании Бога, до которого никогда не было дела. Чувствовать дыхание за спиной и каждый день спешить с работы домой. Это было так бедно раньше и не имело цены сейчас. В эту минуту. До невыносимости. Одиночества. Страха. Пятно на рубашке, да и гордость с размером в квартиру принимала размеры пятна. Звонок в дверь. А за дверью она — от банальных фраз и до кофейных глаз она. Когда она вернулась, я больше не позволял ей уходить. Никогда. Вячеслав Прах "Кофейня"
25 интересных фактов о шахматах
Сейчас в Нью-Йорке идет матч за звание чемпиона мира по шахматам между Магнусом Карлсеном и Сергеем Карякиным. И мы решили подготовить подборку фактов по этой игре. Родиной шахмат считается Индия, эпоха государства Гуптов (около 1400 лет назад). Оттуда игра попала в Эраншахр (территория современных Ирана и Ирака), затем на Ближний Восток, в Европу и Россию. Первый ход пешки на две клетки вместо одной был придуман в Испании в 1280 году. Китайский император Суй Вэнь-ди однажды казнил двух заморских шахматистов, услышав, как они называли одну из фигур императором. Ярость Суй Вэнь-ди вызвало упоминание высокого титула правителя Поднебесной в простой игре. Первое упоминание шахмат в Америке относится к 1641 году и связано с городом Эстер Синглтон, где в то время жили голландские поселенцы. А первый шахматный турнир в США состоялся в Нью-Йорке в 1857 году. Самый долгий по времени ход принадлежит бразильцу Франсиско Троису: на его обдумывание шахматист потратил два часа и двадцать минут. Первая партия «Космос — Земля» состоялась 9 июня 1970 года. Её сыграли экипаж космического корабля Союз-9 и представители центра подготовки космонавтов на Земле. Игра закончилась вничью. Первоначально ферзь мог двигаться только на одну клетку по диагонали, затем на две. Так продолжалось до тех пор, пока королева Изабелла Испанская не приказала сделать ферзя (а в Европе его называют королевой) самой сильной фигурой на доске. Самая старая из записанных шахматных партий относится к 900 году – это была игра между багдадским летописцем и его учеником. Легендарный учёный Алан Тьюринг написал первую в мире компьютерную программу для игры в шахматы в 1951 году. Так как в то время не было машины, способной обработать эту программу, для тестовой игры Тьюрингу пришлось самому выполнять алгоритмические вычисления, делая в несколько минут один ход. «Deep Blue» стала первой программой, проигравшей гроссмейстеру в ноябре 1988 года. Однако девять лет спустя она же выиграл две партии в матче с Гарри Каспаровым в 1997 году и стал также первой машиной, теперь уже обыгравшей человека. Самый старый из сохранившихся наборов шахмат был найден на острове Льюис в Северной Шотландии. Он датируется XII веком нашей эры, и предположительно создан в Исландии или Норвегии. Его оригинальное исполение послужило образцом для волшебных шахматных фигур в фильме «Гарри Поттер и философский камень». Эммануэль Ласкер оставался чемпионом мира по шахматам дольше всех в истории: 26 лет и 337 дней, с 1894 по 1921 годы. Второй книгой, напечатанной на английском языке вслед за рассказами о Троянской войне, стал труд о шахматах. В 1561 году испанский священник Руи Лопес де Сегура написал книгу «Об изобретательности и искусстве игры в шахматы», которая стала первым серьезным изучением этой игры. С именем Руи Лопеса связано создание испанского дебюта, так как наибольшее внимание в своем труде Лопес уделял именно началу игры. Шахматы часто приводятся врачами в пример эффективного средства улучшения памяти. Также эта игра тренирует ум путём решения сложных логических задач, поэтому она рекомендуется для борьбы с болезнью Альцгеймера. Название «шахматы» происходит от персидских слов «шах» и «мат», которые часто переводятся как «король умер», хотя более точным эквивалентом было бы выражение «король в ловушке» или «королю не убежать». В 1972 году во время матча Фишер-Спасский в Рейкъявике советская делегация подозревала претендента Фишера в использовании различных электронных и химических устройств для того, чтобы вывести чемпиона мира из равновесия. Стул Спасского охранялся круглосуточно, а после игр был отправлен в лабораторию, но ничего необычного в нем найдено не было. Филлипинский мальчик Алехин Нури стал самым молодым мастером ФИДЕ в мире. Сейчас ему 9 лет. В английском языке слово rooky, обозначающее выдающего шахматиста, происходит от «rook» — ладья. Как правило, ладьи вступают в игру ближе к эндшпилю и вместе с ферзем являются самыми сильными фигурами. Складная шахматная доска была изобретена в 1125 году священником-шахматистом. Церковь запрещала священникам играть в шахматы, поэтому изобретательный пастор просто складывал доску пополам, чтобы она казалась похожей на лежащие друг на друге книги. Шахматные часы были изобретены Томасом Уилсоном в 1883 году, до этого времени использовались песочные часы. Современный вид шахматные часы приобрели к 1900 году, когда был придуман механизм переключения. В 1985 году Гарри Каспаров стал самым молодым чемпионом мира по шахматам в возрасте 22 лет и 210 дней. До сих пор тринадцатый чемпион мира признаётся многими экспертами величайшим шахматистом в истории. Самый продолжительный по количеству ходов матч был сыгран между шахматистами Николичем и Арсовичем в Белграде в 1989 году. Партия продолжалась 20 часов 15 минут и завершилась ничьей. За игру было сделано 269 ходов. После этого матча ФИДЕ ввела правило 50 ходов: если за 100 ходов ни одна фигура не была взята, игроки не имеют права более затягивать игру и объявляется ничья. Однако теоретически в самой длинной шахматной партии может быть 5 949 ходов. Число возможных уникальных шахматных партий больше числа электронов во всей вселенной. Количество мельчайших частиц материи составляет около 10 в 79 степени, в то время как число неповторяющихся шахматных комбинаций более 10 в 120 степени. Многие учёные не подвергают сомнению то, что шахматы оказывают крайне положительное воздействие на человека: развивают память, тренируют ум и не зря даже считаются спортом, а потому можно не сомневаться, что эта уникальная игра еще долгое время не уйдёт в историю.
© 2015 — 2024 stakanchik.media
Использование материалов сайта разрешено только с предварительного письменного согласия правообладателей. Права на картинки и тексты принадлежат авторам. Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 16 лет.
