Неудивительно, что даже в самый разгар пандемии люди захотели отметить 150-ю годовщину со дня смерти Чарльза Диккенса (9 июня 1870 года). Хотя эта демонстрация своего восхищения и благодарности умершему писателю — довольно распространенное явление. Гораздо реже рассматривают условия, которые вообще позволили людям читать. Одно из событий 1870 года, о котором, вероятно, не помнят в Великобритании, — это принятие Закона об образовании. Было недостаточно просто строить новые частично финансируемые государством школы-интернаты в районах, где уровень начального образования считался слабым. Законодательство устанавливало ответственность за школьное образование и помогло добиться быстрого роста грамотности в Великобритании, который наблюдался в последние десятилетия XIX века. В период с 1851 по 1900 годы уровень грамотности среди британцев увеличился с 69,3% до 97,2%, а среди женской части населения — с 54,8% до 96,8%. Закон о начальном образовании, который также назывался Законом Форстера, имел свои положительные последствия, учитывая важность массового распространения чтения и письма для функционирования демократии. Возможно, наиболее заметным остаточным явлением от этого закона является коллекция до сих пор используемых школьных зданий, разбросанных по британским городам. Чарльз Диккенс, как известно, проводил кампании и писал работы по актуальным общественным вопросам: от реформы социального обеспечения до парламентской коррупции. Однако тема образования была для него самой волнующей. В произведении «Жизнь и приключения Николаса Никльби» писатель рассказывает о частной школе-интернате «Академии Дотбойс-Холл» в Йоркшире. Детей морили голодом, жестоко наказывали, и атмосфера школы больше напоминала тюрьму. Это не понравилось властям и выставило все интернаты Йоркшира не в лучшем свете. В «Тяжелых временах» автор обращает внимание читателей на другую проблему — чрезмерно утилитарная учебная программа, которая не включает в себя игры и пространство для творчества. Диккенс часто выступал в учебных заведениях для взрослых людей рабочего класса. Благотворительные организации брали на себя ответственность за грамотность населения. У писателя были некоторые опасения по поводу слишком религиозной программы в таких школах, но он все равно писал статьи, которые призывали читателей поддержать существование таких учреждений. Диккенс также сделал проблему неграмотности главной темой своих художественных произведений. Многие из его персонажей полуграмотные, в то время как другие вообще не умеют читать. Джо подметальщик из «Холодного дома», который умирает от той же инфекционной болезни, что и героиня Эстер Саммерсон, является одним из самых безграмотных персонажей Диккенса. Это делает его особенно уязвимым для эксплуатации другими людьми. Когда не умеющие читать персонажи Диккенса получают шанс исправить свой недостаток, они часто используют его. В романе «Наш общий друг» неграмотный слуга мистер Боффин внезапно становится богатым и быстро нанимает кого-то, кто научит его читать. Однако Чарльз Диккенс никогда не рассматривал грамотность как панацею от всех бед общества. Для одних получение образования может иметь хорошие последствия, для других — нет. В «Нашем общем друге» грамотность вбивает клин между не умеющей читать Лиззи Хэксем и ее братом Чарли, у которого после знакомства с системой образования характер и взгляды меняются в худшую сторону. Подобное отчуждение происходит в «Больших надеждах» между Пипом и мужем его сестры Джо Гарджери. В обоих случаях именно необразованные персонажи сохраняют свои моральные принципы, а их грамотные родственники становятся жертвами соблазнов социального престижа. В отличие от многих Диккенс видел, что повышение грамотности не имеет ничего общего с моралью и всем, что связано с правами и возможностями. Его постоянный акцент на чтении был ключевой частью того демократического радикализма, который сделал его популярным, но вызвал критику со стороны консерваторов. Именно потому, что Диккенс неявно признал грамотность как политическую проблему, критический социалист Уильям Моррис назвал в своем утопическом произведении «Вести ниоткуда» любителей романов Диккенса Боффинами. Читатели Диккенса из рабочего класса очень уважали писателя и помнили о нем в течение десятилетий после принятия Закона об образовании. Историк Джонатан Роуз настаивает на том, что Чарльз Диккенс был самым популярным автором в типичных рабочих общинах и, возможно, даже стал основателем политического радикализма, так как произведения других писателей были менее доступными. По материалам статьи «Charles Dickens and the push for literacy in Victorian Britain» The Conversation