5 признаков того, что вы умнее человека среднего уровня

Мало кто верит, особенно среди учёного мира, что интеллект человека сводится к его способности воспринимать новое. Тем более, исследования подтверждают это мнение: интеллект — нечто неизмеримо большее, чем результат теста IQ. Многие люди живут и не подозревают, что на самом деле они куда умнее среднего уровня! Хотите проверить, насколько это относится к вам? Тревожность Трудно представить, что тревожность — это что-то хорошее, но исследования говорят, что так действительно может быть. Психолог Джереми Коплан изучал пациентов с расстройствами, которые приводят к тревожности, и обнаружил, что люди, у которых эти симптомы проявляются сильнее всего, имеют и IQ выше, чем у людей с более мягкими проявлениями. Другие исследования показали, что у людей с повышенной тревожностью наблюдается более высокий уровень вербального IQ. Или, например, возьмем сложный эксперимент, проведенный в одном из израильских научных центров: исследователи попросили участников оценить картинки, которые им показывала программа, а потом запустили псевдо-вирус, сделав вид, что это результат неких действий участника. Затем участникам срочно велели обратиться в техподдержку, а потом поставили на их пути другие препятствия. Ученые выяснили, что самые тревожные участники также оказались самыми сосредоточенными и эффективнее всего выполнили задачи. Так что когда вам в следующий раз посоветуют поменьше волноваться, отвечайте, что так проявляет себя ваш масштабный интеллект. Вы рано начали читать Исследование 2000 пар близнецов, проведенное в Британии, показало, что те из них, кто начал читать раньше, продемонстрировали более высокие показатели IQ (как вербальные, так и невербальные). Казалось бы, это легко объяснить: те, кто умнее, и научились быстро читать. Но в данном случае дело было не так. Исследователи пришли к выводу, что раннее чтение имело реальный эффект для развития. Так что если вы рано начали читать, то необязательно дело в том, что вы были умнее. Возможно, вы как раз стали умнее благодаря чтению. Вы левша Судя по всему, учителя, которые пытаются заставить леворуких писать правой рукой, ошибаются. С одной стороны, есть небольшая и пока что необъясненная корреляция между леворукостью и склонностью совершать преступления, но при этом у леворукости есть интеллектуальные преимущества. Одно масштабное исследование показало, что она ассоциируется с дивергентным мышлением, особенно у мужчин. Эта способность увязывать два не связанных объекта осмысленным образом — признак высокого интеллекта. В детстве вы брали уроки музыки Довольно много исследований показывают, что музыкальное образование повышает вербальный интеллект и развивает исполнительные функции — навыки, необходимые для сосредоточенности и самоконтроля. В исследовании психолога Сильвена Морена дети в возрасте 4–6 лет участвовали в компьютеризированной программе обучения под руководством учителя. Час в день на протяжении месяца половина учеников работали по музыкальной программе, а вторая половина изучала изобразительное искусство. В конце эксперимента 90% детей, изучавших музыку, продемонстрировали рост по вербальной части IQ. Вы смешите людей Исследования показывают довольно сильную связь между умением быть смешным и высокими показателями вербального интеллекта и абстрактного мышления. Похоже, что ваше остроумие — действительно плод острого интеллекта. Теперь придумайте шутку по этому поводу!

13 мифов о Земле, в которые мы верим ещё со школы

Публикуем мифы и факты о нашей планете, которые помогут взглянуть на наш удивительный мир по-новому и в очередной раз удивиться, сколько в нем всего необыкновенного. Миф: Эверест — самая высокая гора на планете. Факт: Технически, самая высокая гора — Мауна-Кеа на Гавайях. Её высота — 10203 м, но большая часть горы скрыта под водой. Миф: Китайская стена — единственный рукотворный объект, который виден из космоса невооружёнными взглядом. Факт: Не виден. Для этого китайская стена слишком узкая — всего 6 метров в ширину. Миф: Самая большая пустыня на Земле — Сахара. Факт: Самая большая пустыня — Антарктика. Её площадь — почти 870 тысяч квадратных километров, а осадков в некоторых районах не было около двух миллионов лет. Миф: Знаменитый Биг-Бен в Лондоне — та самая башня с часами. Факт: Биг-Бен — колокол в башне, который отбивает время. Башня называется Сен-Стивен. Миф: Облака невесомые. Факт: Облака состоят из крохотных водяных капель, суммарный вес которых достигает 500 тонн. Миф: Молния никогда не бьёт дважды в одно место. Факт: Бьёт. Например, в шпиль Эмпайр-Стейт-Билдинг молния бьёт в среднем 25 раз в год. Миф: Самый высокий водопад на Земле — Анхель в Венесуэле. Факт: Самый высокий водопад находится на дне Датского пролива, под водой, и никак не называется. Его высота — 3505 метров. Да, в океанах бывают водопады, реки и озёра, но сфотографировать их трудно. Миф: Вода проводит электричество. Факт: Ток проводит не сама вода, а растворённые в ней минералы. Дистиллированная вода не проводит электричества. Миф: Алмаз невозможно разрушить. Факт: «Лёгкий» удар молотка сделает из одного большого алмаза много мелких. Миф: Все деревья добывают воду при помощи корней. Факт: В африканской пустные Намиб растёт вельвичия удивительная, листья которой питают водой корень. Миф: Великобритания — самая дождливая страна в Европе. Факт: В Лондоне ежегодно выпадает 500 мм осадков, в Риме — 760, в Милане — 1000, а в Генуе — 1100. Но в Италии дожди идут в основном осенью и зимой, а в Великобритании — равномерно в течение года. Миф: Нил — самая длинная река на Земле. Факт: Амазонка длиннее Нила на 400 км, её длина — 7100 км. Миф: Самое солёное озеро на Земле — Мёртвое море. Факт: Самое солёное озеро — Дон Жуан в Сухих долинах Антарктики. Вода в нём настолько солёная, что не замерзает несмотря на температуру -50 градусов по Цельсию.

Kitbull — новый мультфильм от Pixar

Pixar выпустили новую анимационную короткометражку — Kitbull. Новый мультфильм, в отличие от большинства проектов студии, полностью нарисован от руки. В 9-минутном ролике рассказывается о дружбе между дворовым котенком и домашним питбулем. Kitbull стал третьим мультфильмом для экспериментального проекта Pixar SparkShorts — ролики для него создают начинающие художники и аниматоры. До этого студия выпустила мультфильмы Purl и Smash and Grab. Все они доступны на YouTube-канале Pixar.

Пятьдесят оттенков серого, или великолепие скучного гардероба

Меня едва ли можно назвать фэшн-блогером. Законодательница моды — это не про меня. Но не поймите меня неправильно. Меня волнует мой внешний вид. Я, как и многие девушки, наслаждаюсь шопингом, опустошая кредитку дочиста. И я считаю, что выгляжу хорошо несмотря на то, что брендовые вещи покупаю крайне редко. Но мода (как понятие) меня совсем не волнует. Несколько лет назад я жила с соседкой по квартире, которая очень много времени проводила за журналом Vogue, вырезая фотографии новомодных сумочек и планируя свой гардероб на неделю вперёд. Это абсолютно ошеломило меня. Я не могу понять, как можно столько времени тратить на обдумывание своего внешнего вида. Должна же быть лёгкость. Что касается меня, то за всю жизнь я проворонила множество тенденций в мире моды. Для меня не катастрофично надеть что-то старомодное. Если вы полистаете мои фотографии на странице в Facebook, то точно заметите несколько платьев и топов, которые я сердечно люблю и появляюсь в них буквально везде. Я работаю журналистом, у которого вся жизнь проходит в командировках. Как правило, я должна выглядеть просто и элегантно, особенно на деловых встречах. Но если это нерабочее время, а я нахожусь на тропическом острове, то меня можно застать и в цветастом сарафане. Однако, повторюсь, что я предпочитаю минимализм в одежде, и мой гардероб — это просто пятьдесят оттенков серого (только без плетей и наручников). Долгое время я не замечала своих пристрастий в одежде, но, когда окружающие порой бросают в твой адрес «полезные» советы, как тебе стоит одеваться, а как нет, ты начинаешь анализировать свой внешний вид. Да, я бы выглядела отлично, если бы носила вещи поярче, украшения посмелее, каблуки повыше и так далее. Я могла бы, но вот камень преткновения: это хоть на йоту улучшит качество моей жизни? Очевидно, что нет. Смысла я не вижу. У меня очень интересная, хоть и сложная, жизнь. Я люблю свою работу, и как нельзя лучше с ней справляюсь. Я счастливая жена. По иронии судьбы, мой элегантный муж родом из Милана, итальянской столицы моды. У меня очень бурная социальная жизнь. Одежда занимает последнее место после перечисленных выше вещей. Моя одежда похожа на чёрно-белый фильм, но моя жизнь окрашена в самые яркие цвета. Разве не это круче и важнее? Давайте оставим в стороне очевидные и раздражающие двойные стандарты. Кто посмеет сказать что-то плохое о якобы скучной одежде в адрес успешного человека? Кто-то обратит внимание на то, что он был в одном и том же галстуке на нескольких конференциях? Позвольте мне просто отстоять право людей на монохромный гардероб. В одежде важна функциональность. Когда дело касается делового наряда, я прежде всего думаю о том, что должна выглядеть соответствующе и профессионально, представляя себя и свою компанию в лучшем свете. Если необходимо, я надену что-то девочковое и бросающееся в глаза. Или же выберу полностью унисекс-образ, без лишних деталей. Так как я часто путешествую, одежда должна быть универсальной и комфортной. В самолётах я провожу больше времени, чем на собственной кухне, поэтому упаковка и распаковка чемодана — моё чуть ли не повседневное занятие. Командировки, как правило, не дают мне сидеть смирно. Каждый день я могу проводить по-разному: на фабриках и в полях с итальянскими фермерами, в кофейне с премьер-министром, на бизнес-презентациях в Китае, на званом ужине, на гидроцикле у побережья Тихого океана и так далее. А иногда все эти мероприятия случаются в один день. Поэтому мне нужна такая одежда, которая будет работать на меня, а не наоборот. Очень удобно, когда твой гардероб в большинстве своём состоит из чёрно-бело-серых вещей, бесподобно сочетающихся между собой. Поэтому типичная женская проблема «мне нечего надеть» обходит меня стороной. Если у меня днём конференция, я надену чёрный блейзер классического кроя поверх маленького платья. А ещё блейзер отлично сочетается с джинсами и блузкой, что удобно для перелёта. Простые серебряные и золотые украшения сочетаются практически с чем угодно. Пара классических бриллиантовых серёжек путешествует со мной повсюду. Смотрится идеально с любым образом — от повседневного до вечернего. Касательно обуви. Не то чтобы я противник изысканных туфелек, но я считаю, что, допустим, обувь от Manolo Blahnik — это бесполезный экстравагантный объект, сродни музейному экспонату, которого боишься коснуться, чтобы не навредить. Выглядеть мегасексуально и при этом хромать весь день — это не по мне. Какой девушке хочется при любой ситуации нервничать и визжать: «Ох, не могу, я на каблуках!» А ещё я феноменальная недотёпа. Моя трёхлетняя племянница ходит в искусственных хрустальных туфельках лучше, чем я своих непритязательных лоферах. Но они гораздо удобней и практичней. Ведя довольно активный образ жизни, я прежде всего ценю простоту предметов одежды. Никаких излишеств. Однажды я услышала, что смелая одежда и пёстрые аксессуары демонстрируют личность человека. Но я не соглашусь. Одеваться интересно и быть интересной личностью — две разные вещи. Не подумайте, что я осуждаю женщин (и мужчин), которые очень много времени и сил уделяют своему внешнему виду. Даже некоторые мои друзья — те ещё модники. Даже мой публицист. Я никогда не назову моду пустяком. Она ведь не только поднимает настроение, но и самооценку, и иногда помогает человеку добиться успехов в карьере и жизни. Это ещё один способ самовыражения из тысячи возможных. Просто для своих личных целей я не считаю нужным им пользоваться. Мой девиз таков: одежда — это всего лишь дополнение к моей прекрасной жизни. По материалам статьи «The Beauty of a Boring Wardrobe» Courtney Fingar Перевод: Юлия Стржельбицкая

Эмоциональное заражение: как передаются переживания

Зачастую мы уверены, что сами отвечаем за свои эмоции, но так ли это на самом деле? Эмоциональное заражение — это ситуация, при которой психологическое состояние передаётся от одних людей к другим. Участвовать в таком процессе могут как отдельные персонажи, так и группы лиц. Чтобы заражение осуществилось, нужен непосредственный контакт. Чаще всего приводят в пример психологию толпы, которая паникует как один человек, однако также можно «заразиться» через виртуальное общение и другие виды взаимодействия. Так или иначе, результатом станет передача состояния психики. Одна из точек зрения на вопрос, разрабатываемая американским социальным психологом Элейн Хатфилд, гласит, что эмоциональное заражение осуществляется с помощью автоматического подражания и синхронизации выражения лица, звучания голоса, позы и движений с другими людьми. Неосознанно «зеркаля» выражение эмоций других людей, мы действительно начинаем ощущать те же эмоции, что и они. Неудивительно, ведь исследования говорят о том, что даже поза может влиять на наше самоощущение. Элейн Хатфилд разделяет процесс эмоционального заражения на два этапа. Шаг 1: Мы подражаем людям. Например, если кто-то улыбается вам, вы улыбаетесь в ответ, и часто это происходит помимо нашей воли. Шаг 2. Наши собственные эмоциональные переживания меняются на основе невербальных сигналов эмоционального характера. Например, улыбка помогает чувствовать себя счастливее, а вот угрюмое выражение лица портит настроение. Эмоциональное заражение тесно связано с эмпатией, хотя эти понятия и не совпадают в полной мере. В работе «Искусство любить» Эрих Фромм отмечает, что эмпатия предполагает некоторую автономию, тогда как эмоциональное заражение — это непосредственная реакция, которая в меньшей степени располагает к разделению личностных и внешних переживаний. Кроме Элейн Хатфилд, изучением эмоционального заражения занимались психологи Джон Касиопо и Ричард Рапсон. Их исследования показали, что сознательные оценки, которые люди дают своим переживаниям, в значительной степени зависят от того, что говорили другие. На интенсивность, с которой проявляется этот феномен, влияет ряд факторов: то, насколько человек зависим от других социально, прочность связей внутри группы, в которой оно происходит, личностные свойства человека, ряд демографических характеристик. Как уже упоминалось выше, для того, чтобы разделить эмоции других людей, необязательно видеть их лично. Эксперименты, которые проводились на базе Facebook и Twitter, показали, что эмоции транслируются и в виртуальном пространстве. Интересно, что в этом случае заражение происходит без участия невербальных сигналов. Однако невозможность видеть позы и выражения лиц, а также слышать голос других людей, компенсируется новыми средствами передачи эмоций, которые используются при общении в интернете. Это определенная стилистика (вы точно знаете некоторое количество людей, злоупотребляющих капслоком и знаками препинания), характерные ошибки, которые люди совершают, когда нервничают и торопятся, а также специфика использования эмотиконов и стикеров. Эта область ещё ждёт своих исследователей — дарим идею. Изнутри или снаружи? Узнали бы мы, как именно веселиться, как чувствовать вину и как скорбеть без должной толики социального научения? Есть две точки зрения на природу эмоционального заражения, различие которых восходит к вечной дискуссии о соотношении биологического и социального в человеке. Согласно одной из них (Хатфилд), этот тип взаимодействия представляет собой автоматическое и бессознательное поведение. Процесс начинается с того, что «отправитель» выражает эмоции, «получатель» их считывает и автоматически имитирует, а благодаря афферентной (сенсорной) обратной связи превращает в ту же эмоцию, которую чувствует «отправитель». Другое мнение, основанное на теории социального сравнения, предполагает, что эмоциональное заражение — это более сознательный и опосредованный процесс. Люди участвуют в социальном сравнении, чтобы понять, насколько их поведение уместно. Чтобы понять, насколько для нас важно мнение окружающих, и насколько определяющим оно является для того, чтобы решить, какие действия социально приемлемы, достаточно вспомнить классический эксперимент с куклой Бобо, стэнфордский тюремный эксперимент или тест Аша. В структурах мозга С нейробологической точки зрения проявление эмоционального заражения связывают с активностью зеркальных нейронов. Витторио Галлезе из Пармского Университета обнаружил в премоторной коре макак класс нейронов, которые активизируются в случаях, когда обезьяны выполняют целенаправленные движения рук, а также — когда наблюдают, как то же действие делают другие. Исследования на людях показывают активацию премоторной коры и теменной области мозга в момент восприятия чужих переживаний. Галлезе предполагает, что наблюдатель получает непосредственное эмпирическое понимание того, что переживает ближний, за счёт нейронной активации. Амигдала — одна из структур мозга, которая лежит в основе эмпатии, позволяя осуществиться эмоциональному заражению. Базальные области участвуют в создании биологической связи, благодаря которой один человек может воссоздавать физиологическое состояние другого. Психолог Говард Фридман считает, что благодаря этому одни люди могут вдохновлять других своими действиями: выражение лица, жесты, телесный язык говорящего передаёт аудитории его эмоции. Так плохо это или нет? В некоторых случаях эмоциональным заражением можно управлять сознательно. Обычно речь идет о том, что лидер мнений или группа лиц, преследуя собственные цели, стремятся вызвать у общества какие-то эмоции. Как известно, большая власть рождает большую ответственность, так что от лидера полностью зависит, будет ли он использовать влияние для того, чтобы вдохновлять людей на созидательную деятельность или, скажем, сеять панику, после чего предлагать «лекарство» (такая стратегия используется для того, чтобы получить больше контроля). Возможность эмоционального заражения открывает простор для манипуляций, в том числе в межличностных отношениях. Люди могут агрессивно включать других в пространство собственных переживаний, чтобы получить внимание и какие-то блага для себя. Важно разделять просьбу о поддержке и стремление управлять другими. Впрочем, иногда манипуляции, как и склонность им поддаваться, бывают неосознанными. Признание эмоций и признание их происхождения может быть одним из способов избежать эмоционального заражения. Сама по себе возможность эмоционального заражения не является негативной или позитивной. Это особенность нашей психофизиологии, ведь люди в первую очередь — социальные животные. Именно способность подмечать состояние сородичей и быстро на него реагировать, а также сигнализировать о своём состоянии стала важным фактором развития человеческого вида. Предупреждать других об опасности, вдохновлять на совместную деятельность или увлекать игрой — всему этому мы научились ещё на заре человечества. Однако с развитием интеллекта и общества стало возможным осознанное управление этими процессами. Именно поэтому в некоторых случаях лучше позволить себе проявить эмоции, а в некоторых — сдержаться. В особенности это относится к руководителям, преподавателям и работникам СМИ. И, конечно, умение контролировать себя важно для личных и семейных отношений. Когда люди находятся в тесной эмоциональной связи, их переживания неизбежно влияют на переживания друг друга. Неприятные эмоции скорее приводят к заражению настроением, чем приятные. Однако разделение негативных эмоций может быть полезным, ведь высказать их — это уже сделать шаг к преодолению ситуации. Это заметно в национальных ритуалах и религиозных практиках. Например, плакальщики на похоронах задают тон общему страданию, позволяют остальным людям открыто прожить своё горе (при этом не важно даже, насколько в голос убивающиеся люди искренни — плакальщики часто нанимались за деньги). Сегодня у нас почти нет выраженных регламентов для выражения эмоций, так что приходится справляться самостоятельно. И всё же «заразить» других можно и воодушевлением, и весельем. Иногда мы просто не можем перестать хохотать, когда смеётся кто-то другой — именно поэтому смотреть комедии или стендап-шоу бывает особенно хорошо в компании людей со схожим чувством юмора. Часто мы сами отказываем себе в синхронии позитивных переживаний, опасаясь явно проявить чувства, руководствуясь комплексами и страхами. Переживание совместных позитивных эмоций с другими людьми — это огромное удовольствие, а искренние моменты, которое оно приносит, ложатся в основу прочных эмоциональных связей. Источник: Newtonew Автор: Алиса Загрядская

Где наш звездолет?

Ученые не отказываются от мечты изобрести устройство, которое позволит любому желающему молниеносно путешествовать по вселенной. Сейчас физики максимально приблизились к осуществлению этой невероятной идеи. В сай-фай фильме «Стар трек» корабль США со скоростью света передвигается по вселенной с помощью варп-двигателя (от англ. «warp-drive»). К несчастью для фанатов космических путешествий, это противоречит уравнениям Эйнштейна, которые не подразумевают возможности путешествовать быстрее скорости света. Но, гипотетически, «экзотическая» материя — сай-фай изобретение — может вписаться в теорию относительности. Ученые провели множество дебатов и вычислений, но так и не пришли к заключению: возможно ли создание такого устройства и использование его для путешествия к звездам. Доктор наук Мигель Алькубьерре, выпускник физического факультета университета Кардиффа, после просмотра фильма «Стартрек» обратился в конгресс кораблестроения и вел с ними переговоры в течение года. «Это заставило меня задуматься, что если существует способ, с помощью которого можно использовать формулы космического времени, схожие с научно-фантастической идей «warp-drive», это позволило бы путешествовать быстрее скорости света», — размышлял Алькубьерре. Общая теория относительности может быть легко описана, и существует возможность решения проблемы за исключением некоторых ситуаций. Что насчет Мигеля Алькубьерре, сейчас он директор Института ядерных наук при национальном автономном университете Мексики. Его работа состоит в создании специальных решений общих уравнений теории относительности, которые полностью описывают «warp-bubble» (варп-пузырь). Этот удивительный пузырь, согласно теории, прорвал бы пространство впереди, расширяя пространство сзади, благодаря чему корабль в космическом пузыре двигался бы, при этом на самом деле оставаясь в состоянии покоя. Рассмотрим пример со звездой Альфа Центавра, которая находится в 4.4 световых лет от Земли. Поместим космический корабль в варп-пузырь, сокращая дистанцию перед ним на пару дюймов и расширяя пространство за ним, затем выпустим корабль из пузыря. Вуаля! Корабль достигает Альфу Центавра за 4.4 световых лет. Для прохождения расстояния потребовался луч света. Доктор Алькубьерре сравнил данный принцип действия с движущийся дорожкой в аэропорту — вам не нужно идти, вы просто на нее становитесь, и устройство движет вами само. Суть состоит в том, чтобы относительность не наносила ограничение на скорость расширения пространства. «Космос способен расширяться с той скоростью, с которой захочет» — пишет доктор Алькубьерре. Самой недостающей частью является та, что искажает пространство времени, та часть, плотность энергии которой меньше нуля. Все известные науке материи — звезды, камни, хот-доги, люди и все остальное — имеют положительную плотность энергии. Нормальная гравитация без отклонений сжимает пространство. Отрицательной энергии присущ эффект антигравитации, который толкает космическое пространство друг от друга — это и необходимо для работы варп-двигателя, которое расширяет пространство. Физика не отрицает возможности существования отрицательной энергии. Некоторые ученые предположили, что эффект Казимира — странный, но тем не менее, именно он демонстрирует феномен квантовой механики, в котором пустой вакуум может генерировать электромагнитные силы, притягивающие объекты друг к другу, которые можно будет использовать для создания отрицательной плотности энергии. Даже если станет возможно осуществить проект, ранние вычисления определили, что варп-двигатель требует большего количества энергии, чем есть во всей вселенной. Позже физикам все же удалось сократить необходимые показатели до более реальных, тем не менее, количество все еще остается непрактичным — оно составляет эквивалент массы Юпитера, преобразованной в энергию. Существует еще множество недостатков, решение которых необходимо. Существуют ряд вопросов, ответов на которые все еще нет: • Сколько энергии требуется для сгибания пространства? • Должны ли устройства пространственного разъема размещаться вдоль пути космического корабля, словно железная дорога, чтобы обеспечить его работу? • Сможет ли экипаж управлять варп-пузырем, в котором будет помещен звездолет? • Возможно ли разрушение пункта назначения из-за эквивалента звуковой волны варп-машины? Если путешествие со скоростью, превышающей скорости света, возможно, то это может быть использовано для путешествий во времени. В этом случае, это может нарушить другое золотое правило физики — представления о том, что будущее может изменить прошлое, т.е. причинно-следственную связь. Варп-двигатель может обернуться научным миражом, поскольку ученые все еще продолжают распутывать законы физики, которые управляют Вселенной. Они могут выявить принцип, доказывающий, что это просто невозможно. Тем не менее, некоторые ученые НАСА во главе с Гарольдом Уайтом, физиком в Космическом центре имени Джонсона в Хьюстоне, занимались этой концепцией. Они говорят, что они нашли способ сконфигурировать гипотетическую отрицательную материю так, что варп (т.е. деформация) мог бы быть выполнен с массой, которая эквивалентна космическому кораблю «Вояжер». В 2014 году прошла беседа доктора Уайта с Исследовательским центром НАСА в городе Эйс, на которой он сказал: «Происходит вот что: идея «фикс» из категории невозможного переходит в некотором роде в более возможную. Это не говорит о стопроцентной возможности. Но, к сожалению, возможна потеря нужного результата». Хотя доктор Алькубьерр и стал тем, кто придумал идею варп-двигателя, настроен он не оптимистично, потому что вероятность того, что кто-то пойдет туда, где раньше никто не был, невелика. «Мое мнение не особо изменилось. На самом деле, я стал еще более скептичен. Обратите внимание, я никогда не говорю о космических кораблях. Я даже не имею понятия, как начать его разрабатывать. Я просто должен сказать, что это, вероятно, невозможно, мы скорее всего будем веками избегать этой возможности.» — писал Алькубьерр. По материалам статьи «Where’s Our Warp Drive to the Stars?» Kenneth Chang Перевод: Катарина Акопова

Путешествие Дэвида Боуи в СССР

Несравненное путешествие музыканта-марсианина по сибирским полустанкам в желтых ботинках и оранжевых штанах. Вы уже поняли, о ком мы говорим? Конечно, о Дэвиде Боуи. Он несколько раз в 1970-х посещал СССР. Какие же впечатления были у него от Москвы и провинции? Прямиком из Японии 21 апреля 1970 года Боуи со своим другом Джеффом МакКормаком с теплохода «Феликс Дзержинский» высадился на берегах СССР, во Владивостоке. Артисты тогда боялись летать самолетом, поэтому выбрали Транссибирскую магистраль. Джефф вспоминал: «Всю дорогу за нами следовали агенты КГБ». Во время плавания музыканты исполняли свои песни, но, увы, никто не признал Боуи как всемирно известную рок-звезду. «Старинный французский поезд начала века с прекрасной деревянной обшивкой внутри, старинными зеркалами, бронзой и бархатными сиденьями» — так он описал поезд, на который пересел прямо с парома. В Хабаровске его ждал поезд получше: хороший вагон СВ, чистый и аккуратный. Боуи до сих пор был под впечатлением от японской культуры. Можете представить удивление советских граждан, когда они увидели иностранного музыканта, разгуливающего в разноцветном кимоно, поющего песни проводницам. Выходя в таком одеянии на перрон, он смущал проходящих мимо солдат. Чуть позже он встретился с ними в вагоне, невозмутимый дембель даже помог иностранцу открыть бутылку с помощью своих зубов. Боуи был под впечатлением. Однако, на платформе Хабаровского вокзала музыканты оказались в неприятной ситуации. Выйдя размять ноги, Девид решил сфотографировать охранников. Далее произошло следующее: «Русские нам сказали, что мы можем снимать все, за исключением военных объектов. Мы фотографировали на станции в Свердловске, когда к нам подошел человек в темных очках, одетый в кожаную куртку, и потребовал отдать пленку». Пленку Боуи отдавать отказался. Дабы избежать потасовки, проводницы, которые успели подружиться с артистом, затащили его в вагон. Но не только Боуи удивлял русских. Сам музыкант остался в восторге от женщин, работающих на железной дороге. В лютый мороз они усердно трудились. Дэвид восклицал: «А что бы на это сказали феминистки?». 30 апреля Боуи и МакКормак высадились в столице в образе марсиан. Остановились друзья в «Интуристе». Затем, конечно же, посетили Первомайский парад: «Все члены партии маршируют на улицах, несут красные флаги и поют патриотические песни. За этим весьма интересно наблюдать: зрелище огромного количества людей, объединенных общей целью, впечатляет». В это же время в Москве пребывал еще один друг Боуи, фотограф Лии Чайлдерс. Он в своем путешествии столкнулся с проблемой окончания визы и с необходимостью возвратиться домой. Тем не менее, он решил посмотреть на Первомайское шествие во что бы то ни стало, хотя оставаться в стране было уже незаконно. По дороге в аэропорт он заехал к Боуи в гостиницу. Услышав о планах Лии, он сказал: «Ты спятил! Мы же тебя больше никогда не увидим! Это тебе не шутки шутить, это же Россия!». По этому высказыванию вы можете представить, какое представление у иностранцев было о России в то время. Лии, конечно же, не удалось избежать неприятностей. Его депортировали в Берлин. Фотограф вспоминал после: «Россия так достала меня, что после нее попасть в Западный Берлин было все равно что пережить кислотную эйфорию!» Дэвид же тем временем продолжал гулять по Москве со своим другом. А вот, что думал МакКормак: «Когда мы были в Москве, мы представляли собой самое странное зрелище во всем городе. Мы ведь говорим о рыжеволосом мужчине со сбритыми бровями! А тут еще и я — с копной черных кудрей! Мы выделялись». Спустя несколько лет после путешествия Боуи записал альбом «Station to station» под впечатлением именно от этого путешествия. Боуи посещал Москву еще два раза. Показал город Игги Попу, а также выступил с концертом в 1996 году. К сожалению, ему очень не понравилась публика, Дэвид Боуи разочаровался и пообещал больше никогда не возвращаться в Россию. Автор: Катарина Акопова

Как Лев Толстой встречался с Чезаре Ломброзо

Известный психиатр Чезаре Ломброзо встречался с Львом Толстым в 1897 г. Об этой встрече он оставил очень интересные воспоминания. Примечательно, что за несколько лет до этого Ломброзо видел образец почерка Толстого и пришел к выводу, что он принадлежит женщине легкого поведения с психопатическими наклонностями. Публикуемый здесь рассказ Ломброзо был первоначально написан им по просьбе редакции немецкого журнала Das Freie Wort («Свободное слово»), выходящего во Франкфурте (№ 13 за 1902 г.). Уважаемая редакция! Вы просили меня поделиться с Вами впечатлениями, которые я получил в России от моего свидания с Толстым. Я должен признаться, что до сих пор, да даже и теперь я чувствую некоторое смущение касаться этого предмета вследствие опасения, чтобы какое-нибудь неосторожное слово моего рассказа не подало повода обвинять меня в неблагодарности за необыкновенное радушие и любезность оказанного мне приёма. Постараюсь, однако, избежать этого. Я прибыл в Россию в 1897 г. на тамошний съезд врачей. Гостеприимство, оказанное нам в то время правительством, было так велико, что даже подрезало крылья рвению русской полиции, которая в этом государстве могущественнее самого царя. Тем не менее поверка моего паспорта задержала меня в Варшаве до глубокой ночи, и в течение 48 часов, которые я провёл там, при виде полицейских караулов, расположенных на углах всех улиц и у дверей каждой гостиницы, длинных процессий арестантов на большом мосту, безлюдных площадей, оголённых церквей и обезглавленных статуй — мне казалось, что правительство как бы решилось обезглавить вместе с гением польского народа и самую его мятежную столицу. Генерал, поставленный на месте городского Совета, военный лагерь, расположенный буквально на расстоянии ружейного выстрела от города, нахально вызывающее выражение на лицах офицеров и солдат, — всё это произвело на меня такое сильное впечатление отвращения я ужаса, как будто я очутился в городе, захваченном гуннами, или находился в своей родной Ломбардии в самые худшие времена австрийского господства, ужасы которого и до сих пор не могут изгладиться из моей памяти. Несмотря на это, приём, так любезно приготовленный мне русскими, превзошёл все мои ожидания и заслуги. Когда я подумал о том, что ещё в Смоленске сотни студентов Московского университета вышли мне навстречу, что мои московские коллеги, не позволив мне остановиться в гостинице, отвели мне помещение в Кремле, что я не мог показаться на улице, не будучи тотчас окружён толпою почитателей, что не только высшие должностные лица, но и простые люди из народа, казалось, знали мои сочинения, едва терпимые в моём отечестве, я с грустью вспоминаю при этом, как невозможно было мне отделаться тогда от какого-то кошмара, который рядом с радостями Капитолия рисовал мне Тарпейскую скалу Сибири в виде неизбежной кары за слишком большое народное благоволение. Между тем по поводу моего желания посетить Толстого произошёл следующий случай. Едва успел я послать телеграмму из Кремля знаменитому писателю о моём желании навестить его, как генерал-полицеймейстер Кутузов дал мне понять, что этот визит будет очень неприятен правительству. Я возразил, что меня влечёт единственно литературный интерес. Но — напрасные слова: генерал в ответ мне принялся энергически кружить рукою в воздухе и наконец сказал: — Да разве вы не знаете, что у него там, в голове не совсем в порядке? Я поспешил обратить в свою пользу это замечание: Но потому-то именно мне и хочется повидаться с ним: ведь я психиатр. Лицо генерала мгновенно просветлело: — Это другое дело, — сказал он: — если так, то вы хорошо делаете. Через день после этого я уже выезжал из Тулы в небольшой каретке в Ясную Поляну, находившуюся неподалёку от этого города. Не скрою, что я предпринял эту поездку к Толстому отчасти и как психиатр. Изучив в продолжение долгих лет патологические основы гения, я нашёл в разных сочинениях Толстого столько благоприятных для моей теории пунктов (напр, наследственный недуг, причуды и эксцентричности в юном возрасте, припадки эпилепсии, доходящее до галлюцинаций душевное возбуждение), что мог надеяться встретить некоторые подтверждения этому и в живой личности знаменитого художника и романиста. Оправдались ли эти ожидания? Всё, что я видел, вступив в дом великого писателя, клонится по-видимому к опровержению как того, что я предполагал увидеть в нём, так и всех этих легенд, которые с течением времени образовались вокруг его личности. Начну с описания его наружности. Подошедши к дверям жилища Толстого, я увидел перед собою старика с почти солдатским выражением лица, с острым проницательным взором и глубокими морщинами на угловато очерченном лице; всё это напоминало скорее бравого, здорового, прошедшего через военную выправку мужика, чем мыслителя и художника. Пресловутый крестьянский костюм его ограничивался очень удобной и безукоризненно чистой блузой, в которую я и сам охотно облёкся бы во время сильных жаров, и сапоги на его ногах совсем не походили на самодельные. Обращение его было вполне спокойное, корректное и любезное, за исключением случаев, когда разговор принимал направление, противоречащее его идеям, касаясь таких тем, как напр, «искусство для искусства», или спора о «прирождённых преступниках»; тут он несколько выходил из этой обычной колеи; но то же самое я до сих пор замечал у всех лиц, которые, раз составив себе твёрдое убеждение, охраняют его с ревностью скряги, стерегущего своё сокровище. Не нашёл я также никакого следа его лаптей и земледельческих работ. Он занимался каждодневно четыре часа литературной работой, на которую променял земледельческую по совету своей жены, как он сам мне сказал это. Как и всякий замечательный человек, он знает себе цену. В его доме нет такого уголка, где бы не было его статуи, бюста или портретов, изображающих его то сидящим за столом, то верхом на лошади, то пишущим. Так же высоко ценит он и проповедуемые им идеи, и казался весьма недовольным, что я не знал ни одного из его произведений, опубликованных в Турине на итальянском языке у моего же издателя. Но более всего и с полным правом гордился он своею физической силой и выносливостью, которые он, кажется, не без удовольствия показывал мне. В самый день моего приезда он в продолжение двух часов играл с своею дочерью в лаун-теннис, после чего, сев на им же самим взнузданную и оседланную лошадь, пригласил меня ехать вместе с ним купаться. Ему доставило особенное удовольствие видеть, что я через четверть часа не мог уже плыть за ним, и, когда я выразил удивление его силе и выносливости, жалуясь на свою немощность, он протянул руку и приподнял меня довольно высоко от земли, легко, как маленькую собачку. Конечно, только благодаря этой телесной силе и своему вышеописанному образу жизни он был в состоянии преодолеть тяжкую болезнь, которою страдал в последнее время. Затем я последовал за ним в его рабочий кабинет, где меня ожидал совершенный сюрприз. Между тем, как весь дом был убран по-барски, особенно спальня, на одной из стен которой было изображение Божьей Матери, помещённое его женой под грозными лицами портретов предков Толстого, которые далеко не были филантропами или философами, его рабочий кабинет оказался бедной сводчатой кельей, настоящей норой без малейших украшений кроме небольшого числа самых необходимых книг, помещавшихся в стенных нишах этого убежища. Когда я спросил его о причине такой чрезвычайной простоты я скудости, которая, казалось, должны были действовать подавляющим образом на вдохновение гения, не вполне удовлетворяя в то же время и потребности в воздухе и свете, он сказал, что велел построить себе эту келью во избежание шума, чтобы никакой звук извне не мог нарушить его работы. Его жена — его верный охранитель — хлопочет, чтобы никто и ничто не проникало в это маленькое святая святых её мужа. Она же, а отчасти и её дочери переписывают по ночам до десяти раз разные заметки, набросанные им в продолжение дня на клочках бумаги, содержания которых ни один типограф не мог бы разобрать, составляя таким образом из этих отрывочных набросков удивительную по своей ясности прозу Толстого. Во время завтрака, который был подан в павильоне, находившемся неподалёку от дома, я мог заметить ту полнейшую свободу, которой пользуется каждый у Толстого. Сам он, также как и одна из его дочерей, вегетарианец и абстинент, между тем как прочие кушают, что им угодно, и, как везде, кушанья им приносятся слугами. Но Толстой, который, как он сказал мне, не признаёт отношений господ и слуг, сам и готовит себе пищу и приносит её себе из кухни. Разумеется что он должен употреблять её в большом количестве, чтобы из менее питательного растительного материала извлечь необходимые для его могучего организма элементы. И вот только тут, да ещё когда я с помощью слуги садился на лошадь, заметил я в нём остаток его старой склонности к прозелитизму: — Зачем, — спросил он меня, — вы позволяете служить себе другому человеку? Я и сапоги себе чищу сам, потому что но должно быть ни слуг, ни господ! Я ответил на это просто, что таков обычай в Европе и что так как у него есть слуги, то должны же они к чему-нибудь служить. Другой парадокс, сказанный им мне вполголоса, касался врачей, которых он считал причиной нервной болезни своего сына, но когда я старательно исследовал одну из его дочерей, очень симпатичную молодую девушку, которую лечил от тифа какой-то старый негодный врач, и посоветовал ему пригласить молодого врача из Тулы, то мне показалось, что он изменил свой неблагоприятный взгляд на молодых последователей Эскулапа. Вообще говоря, он, по моему мнению, был парадоксален более на словах, чем на деле. Но особенное удовольствие доставило ему показать мне очевидный пример верности его гигиенической и моральной теории. После завтрака он представил мне очень худощавую женщину лет сорока от роду с спокойным выражением лица, одетую в простое тёмное шерстяное платье, которая в ответ на его вопросы сказала мне, что она соседняя крестьянка, страдала чахоткой н, будучи объявлена неизлечимой врачом, стала жить по примеру Толстого, т. е. заниматься полевыми работами и питаться растительной пищей, причём она раздала всё своё имущество бедным, оставив себе только небольшой кусок земли, достаточный для удовлетворения необходимых потребностей жизни. Когда зимою семья Толстого уехала в город, она, читая и перечитывая его сочинения, продолжала тот же образ жизни, которому и обязана своим исцелением. Зная, как врач, какие чудесные исцеления производит порою религиозное внушение, я, конечно, ни мало не был изумлён этим случаем, между тем, как Толстой указывал на него с торжеством, как на какое-то чудо. Я видел совершенную невозможность говорить с ним, не раздражая его, о некоторых предметах и особенно о том, что у меня больше всего лежало на сердце, — убеждать его, напр., в справедливости теории «прирождённых преступников», которую он упрямо отрицал, хотя он, как и я, лично видел такие типы и описывал их. Но тут между нами возвышалась духовная стена, которая мешала нам понимать друг друга. Стена эта заключалась в его изумительном утверждении, что ни моя, ни прочие теории уголовного права не объяснили ещё, на чём человеческие общества основывают своё право наказывать преступника. Я сказал ему, что Оро, я, Ферри, Горофало и раньше меня — Романьози, не прибегая ни к какому сверхчеловеческому или божественному праву, основали право наказывать преступника на праве самозащиты: на той же необходимости, которая заставляет нас поневоле быть жестокими с животными, пользоваться их мехами и мясом, чтобы не умереть от холода и голода, и ещё более на той необходимости, которая вынуждает нас убивать животных, когда они угрожают нашей жизни. Мы так же, как и вы, сказал я, говорим так называемым прирождённым преступникам: «вы не виновны, совершая своё преступление». Но мы прибавляем к этому: «не виновны и мы тоже, если прирожденные свойства нашего организма ставят нас в необходимость ради собственной самозащиты лишать вас свободы, хотя мы и сознаём, что вы более заслуживаете сострадания, чем ненависти. Он оставался глухим ко всем этим доводам, насупливал свои страшные брови, метал на меня грозные молнии из своих глубоко сидящих глаз и наконец произнёс: — Всё это бред! Всякое наказание преступно! Несколько месяцев после этого я, читая его «Воскресение», находил там фактические доказательства тому, что я напрасно надрывал свои лёгкие. Немного спустя, я мог убедиться собственными глазами, как много истинной доброты заключается в великой душе этого человека, несмотря па злой и гневный блеск его глаз во время спора Я видел бесконечную толпу, настоящую процессию бедных, сирот, больных и несчастных душою и телом, людей молчаливых, как тени, из которых одни прибыли сюда из далёких концов России в тележках, везомых ободранными клячами или полуголодными собаками, другие прибрели на костылях или были принесены на плечах товарищей, — и все они, получив от него деньги, совет или утешение, уходили ободрённые. Эта процессия, как я узнал, возобновлялась еженедельно; она выразительнее всех книг и полемик. Перед отъездом я не преминул спросить его мнения о франко-русском союзе. Он сказал, что это самое большое несчастие, которое могло только случиться с русским народом, так как до сих пор опасение общественного мнения Европы, центр которого во Франции, несколько стесняло тиранства правительства, между тем как теперь этого опасения уже нет. И кажется, что факты и особенно печальный факт насилия над Финляндией оправдывают этот взгляд. По моём возвращении в Кремль бравый генерал спросил меня, как я нашёл Толстого. — Мне кажется, — ответил я, — что это сумасшедший, который гораздо умнее многих глупцов, обладающих властью. Но как же относится к нему полиция? — спросил я в свою очередь генерала. — Очень просто, — ответил он. — Мы рассматриваем его сочинения и на те из них, которые опасны для государства, налагаем запрещение, а его самого оставляем в покое. Но если кто-нибудь из его друзей окажется опасным для государства, то мы такого отправляем в Сибирь. Эта последняя фраза может до некоторой степени оправдать опасения, которые я испытывал за себя во время моего пребывания в России. Толстой в своих воспоминаниях был более краток: 15 августа 1897. Ясная Поляна. Продолжаю работать. Подвигаюсь. Был Ломброзо, ограниченный, наивный старичок.

Настоящий поклонник Фрэнсиса Форда Копполы

Деньги на съемки голливудских картин не обязательно идут от главных голливудских компаний. Происхождение их может быть самое разное — и от лас-вегасского игорного бизнеса, и от мафии, и от нефтяных компаний. Но уж когда тратишь деньги мафии, то ответственность тут особая — люди там серьезные, шуток не понимают. Рассказывали занятную байку про то, как Коппола снимал «Коттон-клаб» на деньги мафии. Это фильм о джазовых музыкантах, о временах сухого закона, о мафии. Согласился он на эту постановку, потому что фильму дали очень большой бюджет — 44 миллиона. Отношения с продюсером складывались неважно, обещанный аванс ему не заплатили. — Ладно, — сказал Коппола. — Вы мне не платите — я не выйду на съемку. В тот же день вблизи отеля рядом с ним остановился лимузин. — Вы Коппола? — Да. — Я ваш большой поклонник. Сядьте, пожалуйста, ко мне в машину. Вы просто не представляете, как я люблю ваши фильмы! Какая замечательная сцена у вас в «Крестном отце», когда Майкла везут через Бруклинский мост на свидание с полицейским! Классная сцена! Он доверительно нагнулся к Фрэнсису и, глядя в глаза, проговорил: — Должен вам сказать, что, если сегодня после трех часов вы не появитесь на съемке, ночью вас сбросят с этого самого моста. Имейте в виду. Через два часа Коппола был на площадке. Источник: Андрей Кончаловский