После сноса Берлинской стены в ноябре 1989 года произошло нечто странное и удивительное. Молодежь как из Восточной, так и из Западной Германии съехалась на расчищенное пространство на месте стены на вечеринку — и их любимым саундтреком была техно музыка. Уже много написано о роли техно в Берлине и о силе музыки в создании или укреплении социальной сплоченности. В Берлине 1989 года для того, чтобы музыка взяла на себя эту роль, требовалось три условия: молодые люди, которые хотели танцевать и не боялись новых впечатлений, социальные предприниматели, готовые организовать рейвы и свободные места для установки танцплощадок. В середине 1980-х годов, когда перестройка и гласность отразились в Восточной Германии, церкви начали играть все более важную роль в Восточном Берлине. Хотя церкви продолжали действовать в ГДР, людям требовалось мужество, чтобы показать свою оппозицию коммунистическому режиму. Церкви продолжали обеспечивать безопасные места для мирных собраний людей. Но они также рассматривались как альтернативные площадки для концертов. Blues-messen (церковные службы с музыкой для молодежи) становились все более популярными, так как эти мероприятия не регулировались законом ГДР и не подвергались государственной цензуре. Западногерманская панк-группа Die Toten Hosen, например, отыграла два нелегальных концерта в 1983 и в 1988 годах в церквях Восточного Берлина. Необходимость производить и потреблять нонконформистскую музыку была очевидна задолго до того, как рухнула стена. Но то, что, возможно, было необходимо, это новый вид музыки — что-то не такое культурно или политически загруженное, как, например, панк. И тогда пришло техно. В 1989 году на танцполе встретились две разные молодежные культуры. Западный Берлин был известен как место, где молодые люди из Западной Германии могли избежать военной службы из-за ее демилитаризации после Второй мировой войны. Это отсутствие обязательной военной службы, как правило, привлекало особый тип молодых людей, который помог определить очень альтернативную, творческую и художественную сцену в Западном Берлине. На эту сцену вышли предприниматели, которые привыкли организовывать вечеринки и продолжали делать это в частях города, ставших доступными, когда стена была разрушена. Заброшенные здания на бывшей полосе смерти, которая ранее разделяла город, вскоре стали танцевальными площадками. Новоизбранный Берлинский Сенат протестовал, но несмотря на это многие такие помещения использовались незаконно. Именно здесь социальные предприниматели Западного Берлина встречали молодых людей из Восточного Берлина, которые хотели выразить себя. Танцевальный акт помог связать людей до такого уровня, которого до сих пор пытается добиться политика в Германии. Многие восточные немцы продолжают чувствовать себя неполноценными и рассматривают объединение Германии как аннексию своего бывшего государства, теряя свою валюту (и свои сбережения), свою систему образования, защиту занятости и даже свои названия улиц. Никто никогда не говорил им, что означает свободная рыночная экономика. Танцы стали для молодых людей способом общения через тела, а не через слова, а техно в Берлине предоставило молодым людям чистое полотно для того, чтобы они чувствовали себя частью общества. Энтузиазм и самоотверженность некоторых социальных предпринимателей из 1980-х и 1990-х годов привели к яркой музыкальной сцене в Берлине сегодня. На самом деле Берлинская техно сцена стала настолько известной, что туристы посещают Берлин не только для удовлетворения своих исторических интересов, но и чтобы попасть в клуб The Easyjetset. Это развитие позволило Берлину позиционировать себя как «столицу техно», демонстрируя ценность, которую туристы и Сенат Берлина придают электронной музыке в городе. Это также подтверждается тем, что город пытается спасти некоторые из своих уникальных субкультурных пространств за счет субсидий. Многие из тех, кто организовывал вечеринки и концерты в то время, стали важными социальными и культурными деятелями и внесли большой вклад в культуру города и за его пределами. Например, Марк Ридер, который организовывал нелегальные концерты Die Toten Hosen в 1980-х годах, позволившие молодым людям в Восточном Берлине собираться и выражать свои мысли, сейчас является владельца лейбла (MfS) и культурным комментатором. Дмитрий Гегеманн подарил нам знаменитый ночной клуб «Трезор». Техно музыка, которую отстаивал «Трезор», теперь считается саундтреком для объединения Германии. Гегеманн — влиятельный международный культурный деятель и предприниматель, который продолжает развивать интересные проекты, приносящие пользу городу, а также сельской Германии. Объединение завершается на берлинских танцплощадках. Берлинцы и туристы получают выгоду от этого объединения творческой энергии, энтузиазма и преданности делу. Разве не было бы замечательно, если бы музыка сумела подобным образом объединить всю остальную страну? По материалам статьи «Berlin Wall: how techno music united Germany on the dance floor» The Conversation Перевод: Мария Петрова