Удивительно простой путь к счастью

Как оставаться счастливым в эпоху безумия? Сегодня нередко кажется, что все нестабильно. Экономикой правит неопределенность. В политике и в состоянии планеты царит хаос. Научных экспертов и госслужащих отодвинули на второй план. Многие опасаются, что искусственный интеллект лишит их работы. Неудивительно, что рекордное число людей сообщают о депрессии, тревоге и одиночестве. Количество тех, кто очень доволен своей жизнью, уменьшилось. Но, возможно, существует практический способ не сбиться с пути — своего рода секрет счастья для хаотичного времени. Эксперимент с поколением Z Результаты шестилетнего исследования Корнеллского университета дополняют и без того убедительные доказательства того, что наиболее эффективный путь к человеческому процветанию может быть гораздо проще, чем его представляют. Хотя волшебного решения для обретения благополучия не существует, данные свидетельствуют, что относительно простое упражнение в формулировании своей цели может принести огромную пользу для психического и даже физического здоровья. Интересно, что среди всех депрессивных и тревожных американцев первое место занимает поколение Z. Как полагают психологи Джонатан Хайдт и Джин Твендж, это поколение изнеженное, самовлюбленное и зависимое от смартфонов. Статистически эти обобщения не лишены оснований. Но психологу Энтони Берроу из Корнеллского университета, руководителю Лаборатории процессов предназначения и идентичности, удалось выявить у поколения Z совершенно другую сторону. Начиная с 2019 года Берроу и его коллеги отобрали около 1200 студентов и старшеклассников, чтобы безвозмездно вручить им по 400 долларов. Эти средства они должны были использовать для того, что для них важнее всего — что принесет пользу их сообществу, семье или даже им самим. Перед тем, как выдать деньги (получатели выбираются случайным образом), Берроу протестировал всех заявителей по стандартным показателям благополучия и эмоционального состояния. Спустя шесть-восемь недель (в течение этого времени получатели должны были сделать свой вклад) он снова провел тестирование среди тех, кто получил средства, и тех, кто не получил. По предварительным результатам обе группы продемонстрировали одинаковые показатели по психологическим критериям. Но через восемь недель те, кто получил денежные средства, набрали значительно больше баллов по всем параметрам, чем те, кто их не получил: скрытое благополучие, чувство цели и принадлежности, ощущение нужности и полезности, а также аффективный баланс (соотношение положительных и отрицательных эмоций). «Если предложить человеку задуматься о том, какой вклад он хочет внести, и помочь ему этот вклад сделать, то этот человек, возможно, будет жить с более сильным чувством цели, чем если бы он этого не делал», — поделился выводом Берроу. Это хорошая новость для якобы потерянного поколения, потому что в глубине души зумеры так же целеустремленны, как и представители предыдущих поколений, и для развития этого чувства требуется не так уж много. Подобный способ из исследования могут внедрить в жизнь своих детей родители, чтобы воспитать в них целеустремленность. Счастье — в цели Ранее представленные результаты исследования — хорошая новость для всех. Люди ищут счастье, используя множество методов самопомощи, включающих осознанность, заботу о себе, самосострадание, упорство, твердость характера, стойкость, состояние потока и другое. Но, возможно, это только все усложняет. В такое мрачное время самый эффективный путь к счастливой жизни может заключаться в том, чтобы пройти то же простое упражнение: подумать о своей цели и сделать шаг (даже небольшой) к ее достижению. Стоит перестать пытаться быть счастливым и начать придумывать, как осчастливить других. Это не замена другим методам поддержки психического здоровья, но для многих — хороший способ найти простой и верный путь к счастью. Выводы Берроу еще не опубликованы и не прошли рецензирование, но результаты согласуются с растущим объемом данных о том, что сосредоточение на цели, возможно, является самым эффективным способом достичь того процветания, к которому все стремятся. Тодд Кэшдан, профессор психологии и руководитель Лаборатории благополучия в Университете Джорджа Мейсона, предлагает переводить фокус на внешний мир, на то, что люди хотят сделать со своим ограниченным временем сегодня, на этой неделе, в этом месяце. «Благодаря этому вы обнаружите, что не так сильно зацикливаетесь на той болтовне, которая циркулирует у вас в ушах», — отметил профессор. В одном исследовании Кэшдан попросил пациентов с социальным тревожным расстройством описать, в чем они видят цель своей жизни, а затем ежедневно отслеживать свои усилия по ее достижению. Через две недели у них проявились более высокая самооценка, чувство смысла жизни и позитивные эмоции. В те дни, когда они сообщали о значительном прогрессе, их благополучие также значительно повышалось. Другое исследование, проведенное среди ветеранов войны во Вьетнаме, страдающих посттравматическим стрессовым расстройством, дало схожие результаты. По словам психолога, ценность заключается в том, чтобы выйти за пределы самого себя: «Вместо того, чтобы сосредотачиваться на симптомах, которые вызывают проблемы, что, если мы сосредоточимся на усилиях и прогрессе, сделанных в направлении достижения осмысленных целей?». В некотором смысле социальные науки подтверждают то, что философы знали и раньше. Аристотель считал, что хорошая жизнь требует существования цели. Ницше писал, что тот, у кого есть зачем жить, может вынести любое как. Психиатр XX века Виктор Франкл, считавший, что именно чувство цели помогло ему выжить в нацистских концлагерях, писал, что счастье нельзя преследовать; оно должно возникнуть само, и происходит это только как непреднамеренный побочный эффект личной преданности делу, более великому, чем он сам, или как побочный продукт обращения к другому человеку. Исследование Университета Джорджа Мейсона еще в 2008 году показало, что более выраженное чувство цели связано со снижением воспалительных процессов при стрессе, меньшим риском сердечно-сосудистых заболеваний и инсульта, замедлением возрастного ухудшения когнитивных функций и увеличением продолжительности жизни, а также с развитием настойчивости, устойчивости, улучшением настроения и способностью переносить стрессовые ситуации с меньшим количеством негативных эмоций. Целеустремленные люди не обязательно добиваются успеха, но они легче адаптируются к неудачам. Осмысленный вклад Психолог Кендалл Коттон Бронк из Клермонтского университета отметила, что в популярной психологии все сводится на самопомощи, собственном росте и потребностях. По ее мнению, настоящий путь к счастью — это сосредоточиться на других, на том, как вы можете принести пользу другим и их благополучию. «Нам нужно сосредоточиться на том, чтобы вносить осмысленный вклад, и это приведет к тому счастью, к которому вы стремитесь», — заявила Бронк. Специалисты советуют спросить себя, чего не хватает миру, а затем понять, как вы можете восполнить этот пробел. Конкретная цель не так важна; главное — понять, что зажигает вас. Пообещайте себе вносить определенный регулярный вклад, особенно время, в достижение этой цели и тратить хотя бы 20 минут раз в пару дней на оценку прогресса. Берроу подчеркнул, что вклад, который люди вносят в достижение цели, не обязательно должен быть крупным. Достаточно будет вписать его в повседневную рутину. Кроме того, не существует правильной или неправильной цели. Она может быть связана с семьей, работой или чем-то еще, что придает вам смысл. Она не обязательно должна быть альтруистична, но часто таковой является. И, конечно, вполне естественно, если у вас несколько целей, которые в процессе трансформируются или отпадут. По материалам статьи «A 6-year research project found a surprisingly simple route to happiness» The Washington Post

Почему февраль — самый короткий месяц в году?

Завершающий месяц зимы насчитывает всего 28 дней, что делает его самым коротким в календаре. И именно к нему раз в четыре года добавляется дополнительный день. В чем же кроется уникальность февраля? Мы знаем, что Земле требуется 365 дней и чуть менее шести часов, чтобы совершить оборот вокруг Солнца. Разделение этих дней на двенадцать месяцев — изобретение человека для измерения времени. Но такая структура использовалась далеко не всегда. Самый ранний из дошедших до нас римских календарей насчитывал всего десять месяцев. Этот календарь был тесно связан с сельскохозяйственным циклом, поэтому его начало приходилось на весенний месяц март, а завершение — на декабрь, спустя 304 дня. В период двух зимних месяцев сельскохозяйственная деятельность прекращалась, и эти дни просто не находили отражения в календаре. В 731 году до нашей эры Нума Помпилий предпринял попытку реформировать существующий календарь. Он ввел два новых месяца, соотносящихся с лунными фазами: январь и февраль. В те времена для римлян нечетные числа были угодны богам, а четные, наоборот, считались предвестниками неудач. Поэтому Нума Помпилий распределил количество дней в месяцах таким образом, чтобы в каждом месяце было либо 29, либо 31 день. Однако в результате этих изменений год стал состоять из 354 дней, что, к сожалению, является четным числом. Чтобы достичь желаемой длины года в 355 дней, один из месяцев должен был содержать четное количество дней. Февраль казался наиболее подходящим кандидатом для этой «жертвы». Этот месяц, ассоциирующийся с болезнями и очищением, был признан роковым и остался единственным месяцем с четным количеством дней в римском календаре того периода. Тем не менее год, состоящий из 355 дней, порождал определенные трудности. В связи с тем, что период обращения Земли вокруг Солнца более продолжителен, наблюдалось несоответствие между календарными годами и астрономическими сезонами. Для решения этой проблемы перед наступлением марта вводился дополнительный месяц, получивший название Мерцедоний. Месяц Мерцедоний был непостоянным элементом календаря. Его применяли лишь в случаях, когда требовалось скорректировать соотношение между месяцами и соответствием сезонам. Продолжительность Мерцедония варьировалась — 27 или 28 дней, что приводило к общей длительности года в 377 или 378 дней. Однако это негативно отражалось на феврале. Мерцедоний начинался 24 февраля, укорачивая и без того самый короткий месяц на четыре дня. И хотя Мерцедоний способствовал синхронизации месяцев с временами года, его добавление происходило нерегулярно. А жители отдаленных от Рима регионов могли и вовсе не заметить добавления этого месяца. Предприняли еще одну попытку создать более точный календарь. Юлианский календарь, введенный Юлием Цезарем в 45 году до нашей эры, определял год как период в 365 суток. Система состояла из двенадцати месяцев, продолжительность которых соответствовала современному календарю. Для компенсации неточностей к февралю раз в четыре года прибавляли дополнительный день — в високосный год. Однако добавление целого дня каждые четыре года давало избыточную поправку на разницу между 365 днями и фактическим временем оборота Земли вокруг Солнца. К середине XVI столетия юлианский календарь показывал отставание от природных сезонов и годовых циклов примерно на десять суток. Это стало причиной разработки следующего календаря. Григорианский календарь, названный в честь папы Григория XIII, начал действовать в 1582 году и остается в использовании по сей день. Согласно григорианскому календарю, столетия не могут быть високосными, если не делятся без остатка на 400. Например, 2000 год был високосным, и в феврале был дополнительный день, но 1900 год — нет. Это решение позволяет избежать погрешностей юлианской системы. Такая схема кажется довольно простой, но десятидневное расхождение юлианского календаря все же требовалось ликвидировать. В 1582 году государства, принявшие григорианский календарь, просто исключили из него десять дней. После среды 4 октября 1582 года сразу же наступила пятница, 15 октября. Следовательно, период с 5 по 14 октября 1582 года был аннулирован в истории времени. Любопытная особенность февраля: в определенные годы он предстает в виде так называемого идеального месяца, когда его начало выпадает на понедельник, а окончание — на воскресенье. Подобная гармония — редкое явление в григорианском календаре с месяцами разной длительности. Повторение этой схемы происходит через шести- или одиннадцатилетний период (последовательность 6-11-11), что связано с наличием високосных лет. К примеру, последний «идеальный» февраль наблюдался в 2021 году. Следующий ожидается в 2027 году, а затем через 11 лет (в 2038 году) и снова через 11 лет (в 2049 году). Эта закономерность продолжит действовать до конца века: после 2049 года «идеальные» феврали придутся на 2055, 2066, 2077, 2083 и 2094 годы. Однако в 2100 году, который не будет високосным по григорианскому календарю для более точного соответствия продолжительности земного года, привычная последовательность 6-11-11 нарушится. В результате февраль 2100 года, как и февраль 2094 года (6 лет назад), а также февраль 2106 года (6 лет спустя), будет «идеальным». Затем цикл с двумя 11-летними интервалами возобновится. Интересная деталь: феврали, начинающиеся в понедельник, как в 2021 году, но завершающиеся понедельником из-за наличия 29 дней, обычно разделены периодом в 28 лет. Февраль, безусловно, уникальный месяц.

От какого языка произошли все остальные?

В 2013 году группа ученых из института Сент-Эндрю в Шотландии на практике смогла доказать, что дельфины и другие китообразные придумывают себе имена и даже могут сплетничать. Исследователи также выяснили, что дельфины сокращают свои «свисто-щелкающие» имена при «общении» со знакомыми особями, как бы называя уменьшительно-ласкательное имя вместо полного. Такие невероятные способности обусловлены не только размером мозга дельфинов или кашалотов, который у последних, кстати, имеет вес в восемь килограммов, но и сложной социальной структурой. Дельфины и киты — это стайные животные. И для выживания в группе им необходимо «общение». Однако зачастую они не имеют возможности видеть друг друга, искать собратьев по запаху или использовать жесты. Именно наличие стаи подтолкнуло этих животных к развитию словотворчества, если это можно так назвать. Примерно то же самое случилось и с нашим предком — Человеком прямоходящим (Homo erectus). Более миллиона лет назад древние люди только начали миграцию из районов Африки, изготовление сложных орудий труда и активное использование огня в хозяйстве. И, конечно, для управления группой и координации действий людям тоже понадобилась речь. Интересно поразмышлять, какими были первые слова древних людей. Некоторые исследователи считают, что именно сплетни, как социальный клей, сплотили стаю и запустили развитие речи. Иные склонны полагать, что, как и в случае с дельфинами, первыми появились имена или позывные. Очевидно, одним из древнейших слов является слово «мама». Кстати, на большом количестве разных языков оно звучит очень похоже. Однако самыми вероятными первыми «словами» можно считать звукоподражание природе и животным. Даже сегодня мы поймем друг друга, если говорить «му-му» или «брр». Повторение одинаковых звуков переросло в протоязык — гипотетический общий предок всех языков на Земле. Миграция человека из Африки длилась не одну сотню лет и происходила «волнами». Около 60 тысяч лет назад планета находилась в середине последнего ледникового периода. Его изменчивый климат и низкий уровень океана поспособствовали путешествиям уже современного Человека разумного. Учитывая, что много тысяч лет до этого люди уже могли подражать животным и придумывать имена собратьям, для переселения более интеллектуально развитых особей характерно наличие и более развитой речи. Именно на этой границе тот самый гипотетический протоязык формировал свою структуру и лексику, неминуемо обогащаясь, например, по ходу путешествий и смены окружения. Проблема в определении этого языка заключается в том, что записей речи не существует, а 60 тысяч лет — слишком большой срок для лингвистической реконструкции. И как дополнение, языки в целом способны меняться очень быстро. Вспомните, как часто нам сегодня приходится привыкать к новым словам. А вот дальнейшее развитие языков ученые уже могут предположить с помощью сравнительно-исторического метода. Для подобного анализа необходимо исследовать набор характеристик разных языков: базовая лексика, грамматика, системные совпадения в звучании. Это лишь теория, и точность не доказана. По данной гипотезе, если взять для реконструкции несколько языков из одной территории распространения, например, один материк, и сложить воедино с совпадениями в лексике и грамматике, то можно отследить закономерности. По сравнительному методу это означает родственные связи между языками. Так были предположительно реконструированы: • праафразийский (предок арабского, иврита, языка сомали и вообще языков Африки); • праиндоевропейский (крупнейшая группа: славянские, романские, германские языки, хинди и санскрит); • прауральский (финский, карельский, удмуртский, ненецкий); • прадравидский (языки Шри-Ланки и юга Индии: тамильский, каннада, гонди, тулу). Однако не все согласны с данной гипотезой и методом. Доказать такое развитие и родственные связи между языками практически невозможно, поэтому некоторые ученые считают сравнительный метод «интуитивным действием», а не научным подходом. Помимо маленькой доказательной базы, теория часто подвергается критике, например, из-за неточности реконструкции произношения. Если вы когда-то учили языки, то знаете, что слова редко слышатся так же, как и пишутся. И это многих путает! В дополнение к сравнительному методу реконструкции праиндоевропейского языка существует еще несколько гипотез. Например, глоттальная теория. Во второй половине XX века эту теорию выдвинули два советских лингвиста — Тамаз Гамкрелидзе и Вячеслав Иванов. Суть гипотезы заключается в переосмыслении звуков в праиндоевропейских языках. Главным образом это касается согласных звуков, ранее считавшихся твердыми, а на самом деле являющимися глоттализированными — то есть «щелкающими». Чтобы точно понять, что такое глоттализированные согласные звуки, можно послушать армянскую речь, где придыхание и щелчки в произношении звуков «т» или «п» до сих пор сохраняется в некоторых словах. Данная теория не объясняет родственные связи между языками, а только помогает воссоздать примерное звучание. Интересно, что глоттализированные фонемы есть как в уже упомянутом армянском языке, так и в языках Индии, и даже в языке племени Навахо в Северной Америке. Но армянский и навахо не являются родственниками. Однако с помощью глоттальной теории легче исследовать древние языки и реконструировать речь. Вернемся к развитию языковой семьи. На примере праиндоевропейского языка, который появился около 4500–2500 лет до нашей эры, можно гипотетически проследить линию развития и раскола языковой группы. Предполагается, что изначальные носители праиндоевропейского жили в степях Причерноморья, на территории современной Турции и на Южном Кавказе. Далее, благодаря миграции, язык начал распадаться по территориям: Европы, Балкан, Анатолии (западная Турция) и через Азию в Индию. И здесь начинается ветвление языков: • анатолийские (хетто-лувийские) — все языки этой группы считаются мертвыми; • тохарские (также вымерли); • индоиранские; • греческий; • кельтские; • германские; • балто-славянские; • итало-кельтские. Примерно в 700 году до нашей эры из италийской языковой ветви развивается латинский. Его использовали латины — народ территории Лация, будущий Рим. Древнейшим памятником латинского языка считается золотая фибула (застежка для одежды) с выгравированной надписью Manias me fecit Numerio («Маний сделал меня для Нумерия»). Брошка была сделана как раз в VII веке до нашей эры, а нашли ее в конце XIX века недалеко от Рима. С расширением Римской империи латынь распространилась по Европе, а с падением империи и при участии множества других факторов язык превратился в разговорный или «вульгарный» вид латыни. Этот «маневр» длился несколько веков. Со временем обособленные территории, упрощение грамматики и влияние местных наречий превратили латынь в романскую языковую группу. Так появились уже знакомые нам итальянский, испанский, французский, румынский, португальский. Интересно, что романская языковая группа по году происхождения является более молодой, чем германская группа (куда входит и английский). Хотя носители этих языков соседствуют на близкой территории. Так вышло из-за раннего расхождения в миграции. Одна часть людей отправилась в сторону современной Италии, а другая — на северо-запад Европы. Была и третья, что пошла на восток — славяне и балты, например. Отследить разделение романских и германских языков можно и по закону Гримма. Немецкий филолог и писатель Якоб Гримм — один из тех самых братьев Гримм — заметил передвижение согласных по определенным правилам в одинаковых словах разных языковых групп. Например, смена звука «п» на звук «ф» — в латыни pater, английское father. И эти изменения оказались не случайными, а системными. Сам Гримм изначально считал, что германцы переставляли звуки из-за своей свободолюбивой натуры. Однако данную теорию никто не поддержал. Более вероятно, что некоторые изменения в звучании слов произошли из-за жизни в горах — в области с разряженным воздухом. И, как дополнение, языки смешивались в процессе ассимиляции германцев с побежденными народами в ходе захвата территорий. Вот так и получается, что по истории нескольких слов, по изменениям их звучания и даже по отдельным способам произносить буквы можно отследить историю практически всего народа мира чуть ли не до самого возникновения человечества. И, возможно, в будущем с помощью технологий нам все же удастся услышать речь наших пра-пра-пра-предков! Однако не менее интересно наблюдать, куда движутся и современные языки. Американская писательница Рита Мэй Браун говорила: «Язык — это дорожная карта культуры. Он рассказывает, откуда пришли его люди и куда идут». Автор: Алёна Миронова

Недосыпание вредит подросткам — отправляйте их спать вовремя

Существует множество способов вырастить здоровых детей. Воспитание — это не линейный процесс, как полагают некоторые представители современной культуры. Дети могут стать достойными и работоспособными людьми разными способами. Важно быть открытым для любых взглядов на воспитание. В то же время должны быть границы дозволенного. Приводит в изумление, когда подростки рассказывают о своем ненормированном графике сна. Но больше расстраивает, когда их родители пожимают плечами и признают, что знают о вреде такого режима, но не считают нужным с ним бороться. Важно прояснить: сон не является чем-то, что можно выбирать делать или не делать. Это не опциональная часть образа жизни или причуда. Это одна из немногих биологических потребностей, на которую накладываются все остальные аспекты нашей жизни. Многие подростки приходят к психологу с такими проблемами, как тревога, депрессия, раздражительность или эмоциональная неустойчивость, в то время как их родители совершенно сбиты с толку и не могут понять причин. Однако если учесть, как эти подростки спят, то разгадка становится довольно очевидной. Недавно Фармацевтический колледж Ваагесвари опубликовал результаты нового исследования. Выяснилось, что 82% подростков с нарушениями сна испытывают сильный стресс, 68% — повышенную тревожность, а более половины — симптомы депрессии. Эти данные не стали неожиданностью для тех, кто работает с подростками. Скажите, кто из нас мог бы не спать до двух-трех часов ночи, а затем отправиться на работу, поспав всего четыре-пять часов, и не потерять психическую устойчивость? Мало кто смог бы вести такой образ жизни и добиться успеха. И, тем не менее, множество подростков живут именно так: • Они не ложатся спать допоздна, потому что в доме наконец-то стало тихо. • Утром они просыпаются словно в тумане. • Остаток учебного дня они проводят как во сне. • После возвращения домой они дремлют два-три часа. • Проснувшись в сумерках, они повторяют цикл сначала. Мы все знакомы с недосыпанием, которое может возникнуть в самых разных ситуациях: необходимость вставать рано, чтобы успеть на самолет, или работа в ночную смену. Однако, когда речь заходит о детях, последствия недосыпания становятся особенно серьезными. Давайте рассмотрим некоторые предсказуемые последствия хронического недосыпания у подростков: Эмоциональная неустойчивость Раздражение по поводу незначительных неудач, слезы без видимой причины — это может быть результатом реакции нервной системы, которая чувствует, будто мир вокруг нее постоянно находится в огне. Тревожность, которая кажется необъяснимой Мозг теряет способность регулировать восприятие угрозы, и все вокруг кажется более мрачным и угрожающим. Депрессивная спираль Упадок сил, низкая мотивация и чувство безысходности могут привести человека к мысли, что с ним что-то не так. Проблемы с вниманием, которые похожи на СДВГ Рассеянность, потеря контроля над задачами, провалы в памяти и истощение — все это может быть очень похоже на диагностические критерии синдрома дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ). Социальная замкнутость Когда вы чувствуете себя как зомби, меньше всего вам хочется разговаривать. Физическая вялость Замедление реакций, головные боли и постоянная ломота, которая ощущается как вечная простуда. Ухудшение академической успеваемости Несмотря на все усилия, мозг просто не успевает обрабатывать информацию. Что еще хуже, так это то, что подростки считают такой образ жизни нормой, потому что многие их сверстники ведут подобный образ жизни. В итоге они путают истощение с личными особенностями. К сожалению, родители часто поступают так же. Решение этой задачи не требует глубоких знаний. Это не философский диспут. Просто нужно вовремя ложиться спать. Родители не могут полагаться на то, что подростки сами поймут эту причинно-следственную связь. Их мозг еще не до конца сформировался, и их умение понимать риски и долгосрочные последствия просто не достигло нужного уровня. Конечно, большая проблема заключается в том, что многие подростки выстраивают свою учебную и социальную жизнь в соответствии с нездоровым режимом сна. Мальчики часто засиживаются допоздна за играми с другими сонными сверстниками. Девочки, в свою очередь, могут общаться в социальных сетях до поздней ночи, а затем приступать к выполнению домашних заданий рано утром. Так что да, установление режима отхода ко сну и ограничений в использовании гаджетов требует определенных усилий. Поначалу дети могут испытывать неудобства, но это не должно останавливать родителей от внедрения необходимых изменений. В данном контексте вспоминается высказывание, приписываемое древнегреческому врачу и философу Гиппократу, которого часто называют отцом медицины: «Прежде чем вы возьметесь лечить кого-либо, спросите, готов ли он оставить все то, что делало его больным». Если вы готовы помочь своему подростку наладить более здоровый режим сна, вот простой способ это сделать. Конечно, не стоит ожидать, что все будет легко — подростки есть подростки, — но этот метод повысит шансы на то, что новая структура сна станет для них понятной и приемлемой. Шаг 1. Четко назовите, что вы наблюдаете Проблемы с психическим здоровьем, вялость, низкая мотивация и снижение успеваемости — все это может быть реальной проблемой. Если ваш подросток уже делился с вами своими переживаниями по этому поводу, то будет полезно пересказать их в таком же духе. Шаг 2. Напомните им, что вам не все равно Объясните, что вы действуете из добрых побуждений, а не просто потому, что вам нравится устанавливать правила. Шаг 3. Объясните, что необходимо жертвовать чем-то, чтобы получить улучшения Обсудите со своим подростком, что для того, чтобы стать лучше, иногда приходится чем-то жертвовать. Например, для поддержания физической формы необходимы регулярные упражнения, чтобы улучшить успеваемость в школе, нужно уделять время учебе, а чтобы завести лучших друзей, нужно отказаться от нездоровых отношений. Шаг 4. Определите распорядок взаимодействия с гаджетами и режим сна Проинформируйте своих подростков, что вы собираетесь установить границы и определить порядок использования гаджетов и режим сна. Объясните, что все экраны должны быть выключены за девять часов до их обычного пробуждения. Например, если они обычно просыпаются в 6:30 утра, это означает, что с 9:30 вечера они не будут пользоваться гаджетами. Шаг 5. Уберите из комнаты на ночь все устройства с экранами Все устройства, которые управляют экранами, включая телефоны, пульты, планшеты и клавиатуры, должны быть собраны в корзину и храниться за пределами комнаты до утра. Это позволит подросткам читать, вести дневник, рисовать или просто отдыхать без экранов перед сном. Если вы переживаете, что реакция вашего подростка на ваши требования может быть более серьезной, чем обычный подростковый бунт, рассмотрите возможность обращения к психотерапевту. Он сможет оказать поддержку вашей семье, когда вы будете внедрять авторитетное воспитание. Если это заставляет вас задуматься о своем отношении к гаджетам и ко сну, то вам также стоит обратить на это внимание. У каждого из нас есть устройства, которые могут вызывать привыкание. Они созданы одними из самых умных людей на планете и финансируются крупнейшими корпорациями мира. Не стоит стыдиться своих экранных привычек, но каждый человек должен осознавать свою ответственность за эти отношения и устанавливать соответствующие границы. По материалам статьи «Tell Your Teenager to Go to Bed» Psychology Today

Почему стоит отложить телефон и позволить мыслям свободно блуждать

На любой автобусной остановке или в очереди большинство людей склоняют головы к экранам своих телефонов. Согласно последним исследованиям, многие проверяют телефон не менее 50 раз в день. Но если устоять перед этим порывом и позволить мыслям свободно блуждать, это может принести значительную пользу. Время, отведенное для мечтаний и размышлений, положительно сказывается на психологическом состоянии, помогает решать задачи и, возможно, даже улучшает отношения с окружающими. Научные исследования феномена мечтательности ведутся уже десятилетия. Люди проводят в грезах наяву или слушая собственный внутренний диалог до половины времени бодрствования, но этот опыт не всегда приятен. В американском исследовании 2014 года участники эксперимента предпочли получить электрический разряд, чем спокойно сидеть наедине со своими мыслями. Это объясняет, почему многие машинально хватаются за телефоны при любой возможности. «Мечтательность, по-видимому, является одним из путей к более осмысленной и насыщенной жизни, — отметила Эрин Уэстгейт, доцент кафедры социальной психологии Университета Флориды. — Это может быть не так просто, как достать телефон, но в этом есть некая глубокая ценность». Она сравнила бесцельное листание ленты в телефоне с «когнитивным фастфудом» — оно может приносить сиюминутное удовольствие, но не дает ничего существенного. По словам Уэстгейт, многие достижения человечества стали возможными благодаря мышлению более высокого порядка. Поэтому в следующий раз, когда у вас появится несколько свободных минут, оставьте телефон в кармане и позвольте мыслям свободно блуждать. Вот три причины, почему стоит прислушаться к этому совету. Это приятнее, чем вы ожидаете Страх перед скукой — явление хорошо изученное. Тем не менее в исследовании 2022 года, опубликованном в Journal of Experimental Psychology, ученые обнаружили, что люди систематически недооценивают, насколько им может понравиться просто предаваться размышлениям. «Это самое простое исследование в моей практике, потому что ничего не потребовалось», — отметил один из авторов работы Коу Мураяма, профессор педагогической психологии Тюбингенского университета в Германии. Участников попросили предположить, какие ощущения вызовет у них 20-минутное пребывание в одиночестве в пустой комнате без каких-либо занятий. После эксперимента их спросили о впечатлениях. «Люди склонны переоценивать степень скуки и недооценивать потенциальное удовольствие», — констатировал Мураяма. Эта закономерность подтвердилась в шести экспериментах с общим участием 259 человек, независимо от того, находились ли они в пустом конференц-зале или в маленькой темной комнате без каких-либо визуальных стимулов. По словам профессора, способность мысленно переноситься в иные реальности — это то, что делает человека человеком. Она позволяет учиться, моделируя в воображении новые сценарии или анализируя прошлый опыт. Эта же способность лежит в основе эмпатии, так как можно представить, что чувствуют другие люди. Разумеется, имеет значение содержание размышлений. Если вы заметили, что ваши мысли постоянно возвращаются к неприятным воспоминаниям, Уэстгейт рекомендует составить список значимых позитивных тем для размышлений. Этот метод называется «позитивное конструктивное мечтание» и способствует решению проблем, а также повышает креативность. «Небольшая подсказка, задающая направление мыслям, по всей видимости, серьезно облегчает этот процесс». Помощь в решении проблем Одна из важнейших причин, по которой мысли блуждают, заключается в том, что такое свободное ассоциативное мышление эффективно для решения проблем — зачастую даже более эффективно, чем целенаправленные попытки найти решение. «Люди часто занимаются этим за рулем или в душе, или нанося макияж — во всех ситуациях, когда делают что-то автоматически, а мысли могут свободно блуждать», — пояснила Уэстгейт. После периода такой умственной деятельности повышается вероятность найти решение проблемы, даже если не думать о ней сознательно. Именно такой тип мечтательности людям особенно приятен. Как отметила Джулия Поэрио, доцент кафедры психологии Сассекского университета в Великобритании, это может быть действительно полезно, особенно если вы работаете над чем-то довольно сложным. Нейробиологические исследования подтвердили это: даже когда кажется, что вы просто сидите без дела, мозг активно работает, задействовав разные зоны. Намеренно войти в это состояние можно с помощью простого занятия, например, собирая пазл или прогуливаясь. «Вместо того чтобы пытаться сфокусироваться на проблеме или активно ее решать, позвольте мыслям отфильтровать ее», — посоветовала Поэрио. Сближение с людьми Поэрио посвятила значительную часть своих исследований изучению мечтательности и воображения и обнаружила удивительные социальные и эмоциональные преимущества. В одном исследовании 2016 года участников просили представить либо приятное общение с близким человеком, либо другое позитивное событие, не связанное с социальными отношениями, например, получение высокой оценки. Люди, которые представляли время, проведенное с любимым человеком, ощущали более сильную связь с ним. «Я не ожидала именно такого результата, — призналась ученая. — По сути, мы показали, что мысленное представление других людей выполняет функцию регуляции эмоций». Такой социальный вид мечтательности также может помочь справиться со сложными ситуациями или извлечь уроки из ошибок, ведь во время этого процесса люди часто моделируют взаимодействия с другими или продумывают, как будут вести себя в будущих социальных ситуациях. Мураяма отметил, что после проведения своих исследований он старается не доставать телефон, когда у него есть несколько минут в ожидании автобуса или встречи. «Это на самом деле довольно освежает. Я чувствую своего рода власть над своими мыслями, когда развлекаю себя сам», — подытожил профессор. По материалам статьи «Why you should put down your phone and daydream instead» The Washington Post

Почему не стоит вешать ярлыки на писателей?

Литературные произведения переживают своих создателей, но судьба самих авторов нередко оказывается в плену стереотипов. В современной культуре часто встречается поверхностное отношение к классикам: их личности и творчеству навешиваются ярлыки, упрощающие и искажающие их наследие. О Толстом говорят как о женоненавистнике и графомане, Достоевского называют невротиком с плохим стилем. Однако такие поверхностные оценки не только искажают реальный вклад писателей в культуру, но и мешают глубокому пониманию их творчества. Ярлыки упрощают многогранность личности и таланта, сводя сложные идеи к шаблонным клише. Любой значимый автор — целый мир мыслей, переживаний и противоречий. Толстой, например, действительно писал о сложных отношениях мужчин и женщин, но называть его женоненавистником — значит игнорировать глубину его произведений; в «Анне Карениной» он с сочувствием изображает трагедию главной героини, а в «Крейцеровой сонате» критикует не женщин, а лицемерие общества; его взгляды менялись на протяжении жизни, и сводить их к одному негативному ярлыку — значит отрицать эволюцию его мысли. То же касается Достоевского. Да, его проза эмоционально насыщенна, а герои часто страдают душевными болезнями, но называть автора «невротиком» — значит не видеть философской глубины его произведений. «Преступление и наказание» или «Братья Карамазовы» исследуют не просто психопатологию, а вечные вопросы добра, зла, веры и свободы. Стиль его прозы — не «плохой», а намеренно напряженный, передающий внутренние конфликты героев. Каждый писатель выбирает форму, соответствующую содержанию, и судить его по меркам «красивости» языка — значит игнорировать глубину замысла. Многие обвинения в адрес писателей игнорируют исторический и биографический контекст. Например, упреки в графомании Толстому основаны на объеме его произведений. Но в XIX веке романы часто писались для публикации в журналах и были рассчитаны на постепенное чтение. Кроме того, его философские искания («Война и мир», «Исповедь») требовали пространного изложения. Без понимания эпохи и творческих задач легко впасть в упрощенные суждения. Обвинения в многословии (как в случае с Набоковым или Прустом) часто означают лишь то, что автор не соответствует чьим-то вкусам. Но разве можно назвать графоманом того, чьи романы перечитывают миллионы? Литература требует вдумчивости: даже если автор выражает неприемлемые с современной точки зрения взгляды (как, например, расистские мотивы у Лавкрафта), важно различать личность писателя и ценность его творчества. Произведения, затрагивающие темы феминизма или расовой идентичности, иногда подвергаются критике за избыточность или упрощение, хотя их основная цель — сообщить о системных проблемах, остающихся актуальными и в современном мире. Литература может служить зеркалом, в котором отражаются сложные вопросы общества и сознания. Романы разных эпох зачастую становятся реакцией на социальные и политические изменения, а их анализ предоставляет возможность понять, как идеи формировались и почему они актуальны до сих пор. Например, работы таких авторов, как Чарльз Диккенс или Вирджиния Вулф, позволяют не только исследовать личные драмы героев, но и увидеть более широкую картину общества, в которой они живут. Эти тексты налаживают мосты между прошлым и настоящим, приглашая нас к диалогу. Обращение к литературе позволяет увидеть ее не только как «хранительницу ценностей», но и как активного участника в формировании идей на долгосрочную перспективу. Классификационные ярлыки, наклеенные на писателей и их творчество, скорее мешают, чем способствуют полноценному восприятию. Каждый читатель, научившись вновь воспринимать контекст, может разглядеть не только зафиксированные художественные техники, но и глубинные смыслы, лежащие в основе произведений.

Над чем смеялись древние люди?

Научно доказанный факт: смеяться могут не только люди. Еще в конце 1990-х годов нейробиолог Яак Панксепп щекотал животы крысам и записывал издаваемые ими звуки. Оказалось, что испытуемые (щекотуемые) издавали особый писк на частоте в 50 кГц, который на самом деле является смехом. Помимо крыс, ученые обнаружили способность к смеху у различных приматов, собак, лис, тюленей, некоторых видов птиц и даже у коров. У крыс это высокочастотный писк, у птиц громкие крики, а у остальных что-то вроде фырканья. Считается, что животные смеются, как и люди, сбрасывая напряжение, участвуя в игре или в социализации. Смех — как древний эволюционный механизм сигнализирует об отсутствии опасности и о здоровье смеющегося. А здоровье, в свою очередь, это главная привлекательная черта для потенциального партнера по созданию потомства. Если совсем упростить — смеяться выгодно. Это сигнал: я жив, здоров и генетически перспективен. Младенцы начинают смеяться задолго до первого сказанного слова, что тоже подтверждает рефлекторную природу смеха. С момента первой игры в «ку-ку» смех помогает ребенку обучаться и укреплять социальную связь. Хотя, например, смех от щекотки может быть не выражением радости, а первой ступенькой к слезам. Считается, что ощущение щекотки воспринимается мозгом как слабый сигнал об опасности. Поэтому нам чаще всего щекотно на незащищенных местах — пятках и ребрах. Стимуляция нервных окончаний в этих областях заставляет нас дергаться и смеяться. То есть, включать механизмы защиты. И, если напор и щекотка продолжатся, то недалеко и до слез и обиды. При этом смех — действие заразительное. Помимо социальной составляющей, мы поддаемся смешливому настроению нашего окружения неосознанно. Все благодаря зеркальным нейронам. Они отвечают за эмпатию, обучение через подражание и понимание чужих эмоций. В 1996 году итальянские ученые из Пармского университета обнаружили такие нейроны у макак, а затем и у людей. Исследователи изучали работу коры головного мозга приматов. Во время эксперимента ученый поднял орех в присутствии неподвижно сидящей обезьяны с вживленными ей электродами. При наблюдении за действием человека активность импульсов мозга примата возросла. Хотя до этого считалось, что такая реакция возможна только на действия, совершенные самой обезьяной. Именно для «заразности» в ситкомах прошлых лет на фон добавляли звуки смеха, как бы подсказывая зрителю, что нужно делать при просмотре данной сцены. Шутки, как элемент уже осознанного социального взаимодействия, скорее всего появились вместе с речью. Так, самой древней шуткой считается шумерская пословица, найденная на раскопках в Месопотамии еще в 2008 году. Запись на глиняной табличке была создана в 1900 году до нашей эры. Шутка такая: «С незапамятных времен не случалось такого, чтобы молодая жена не пукнула на коленях своего мужа». Как можно пронаблюдать, «туалетный» юмор существует по крайней мере четыре тысячи лет. А что насчет древних людей? Скорее всего, стендап-концертов или заготовленных скетчей у прямоходящего человека не было. А представления в пещерах чаще всего имели ритуальное, а не театральное значение. Однако смех все же существовал. Как у животных и младенцев, смех играл роль подчинения, налаживания коммуникации и сброса напряжения. То есть являл собой чисто реакцию тела. Затем, эволюционируя, смеяться стали над неловкими ситуациями, неожиданностями и пародиями. И здесь уже юмор обогащается смыслами. Смех старше речи, письменности и старше цивилизации. Это не культурное изобретение, а биологический процесс. И можно с уверенностью предположить, что древние люди смеялись чаще всего над неловкими падениями, чужими ошибками или в моменты высочайшей радости. Автор: Алёна Миронова

Метаморфозы дьявольских образов в литературе

Образ Дьявола в литературе — сложный культурный конструкт, отражающий эволюцию человеческого сознания. От средневековых демонов, карающих грешников, до романтических мятежников и ироничных игроков — дьявольские персонажи менялись вместе с философскими и эстетическими идеями эпох. Каждая интерпретация раскрывает не только религиозные или моральные дилеммы, но и глубинные вопросы свободы, творчества и самой природы человеческой души. В «Фаусте» Иоганна Вольфганга Гёте Мефистофель — не классический искуситель, а «дух отрицания», олицетворяющий скепсис и рациональность. Его роль двойственна: он и разрушитель, и катализатор развития. Без его провокаций Фауст не вышел бы за границы привычного, не познал бы ни любви, ни власти, ни творческого вдохновения. Гёте наделяет Мефистофеля иронией и почти философской глубиной. Дьявол здесь не абсолютный враг, а необходимый элемент мироздания, без которого невозможен прогресс. Если Мефистофель — циничный прагматик, то лермонтовский Демон — трагический романтический герой. Он не столько искушает, сколько страдает от вечного одиночества и жажды искупления. Его любовь к Тамаре — попытка разорвать порочный круг изгнания, но даже здесь он обречен на поражение. Демон Лермонтова — это бунт против божественного порядка, но бунт безнадежный. В отличие от Мефистофеля, он не насмехается над людьми, а завидует им: их способности любить, верить, умирать. Его образ отражает романтический культ «падшего ангела» — существа, превосходящего человека в силе, но уступающего ему в душевной цельности. В романе Марии Корелли «Скорбь Сатаны» (1895) Люцифер предстает не как злобный искуситель, а как страдающая фигура, проклятая за сострадание к людям. Он мучается от осознания своей роли в мироздании и даже пытается спасти героя, князя Луиджи, от окончательной гибели. Этот образ перекликается с идеями декаданса: Дьявол здесь — символ избыточной чувствительности, усталости от вечности. Он ближе к байроническому герою, чем к традиционному воплощению зла. Корелли переосмысливает библейский миф, предлагая взгляд на Сатану как на трагического мученика, обреченного на вечное раскаяние. В «Мастере и Маргарите» Михаила Булгакова Воланд — фигура принципиально иная. Он не искушает, а испытывает; не разрушает, а восстанавливает справедливость. Его свита разыгрывает в Москве гротескный спектакль, обнажающий человеческие пороки, но сам он остается нейтральным наблюдателем. Воланд — это дьявол эпохи модерна: он не верит в абсолютное зло, но и не стремится к спасению. Его роль — поддерживать баланс между светом и тьмой. Знаменитая фраза «рукописи не горят» подчеркивает его функцию хранителя истины в мире, где правда и ложь постоянно меняются местами. Эволюция дьявольских образов в литературе — это путь от однозначного зла к сложной диалектике добра и зла, от религиозного догматизма к философскому релятивизму. Мефистофель Гёте — воплощение скепсиса, Демон Лермонтова — романтического бунта, Сатана Корелли — декадентской меланхолии, а Воланд Булгакова — экзистенциального арбитра. Каждая эпоха создает своего Дьявола, отражая через него собственные страхи и надежды. Если в Средневековье он был пугалом, то в Новое время стал зеркалом, в котором человек разглядывает себя — со всеми противоречиями, слабостями и тайными желаниями. И в этом, возможно, его главная метаморфоза: из противника Бога он превратился в вечного спутника человека. В современной литературе дьявольские образы продолжают эволюционировать, приобретая новые грани и смыслы. Они все чаще становятся не символами абсолютного зла, а скорее отражением внутренних конфликтов и моральных дилемм человека. Образ Дьявола может служить метафорой для различных аспектов человеческой природы — эгоизма, жажды власти, стремления к запретному знанию. В некоторых произведениях он предстает жертвой обстоятельств, продуктом жестокого мира, лишенным возможности проявить милосердие и сострадание. Это позволяет авторам исследовать темы предопределенности и свободы воли, ставя под сомнение традиционные представления о добре и зле. Иногда Дьявол появляется в литературе как трикстер, играющий с человеческими судьбами, но при этом не лишенный чувства юмора и даже определенной справедливости. Он может наказывать за лицемерие и гордыню, выявлять скрытые пороки и искушать, толкая героев на путь самопознания. В этом контексте его роль становится амбивалентной: он и искуситель, и катализатор перемен. В конечном счете, метаморфозы дьявольских образов в литературе демонстрируют постоянное стремление человека к пониманию собственной природы, к осмыслению сложных моральных вопросов и к поиску ответов на вечные вопросы о добре и зле, свободе и предопределенности. Дьявол, как литературный персонаж, продолжает жить и меняться, являясь отражением эволюции человеческого сознания и культуры.

Не те, кем кажутся! Четыре вопроса о героях Шекспира

Герои Шекспира умирают, сходят с ума, борются с соблазнами или растворяются в стихиях — но за каждой судьбой стоит не только сюжетная необходимость, но и глубокая символическая логика. Эти вопросы — не просто анализ персонажей, а попытка разгадать шекспировский код: как архетипы, противоречия и скрытые мотивы формируют трагедии. Вопрос 1: Почему Меркуцио должен был умереть? Меркуцио — фигура, безусловно, второстепенная, но от этого не менее колоритная. Пушкин, рецензируя пьесу, отмечал: «После Джульетты, после Ромео <…> Меркуцио, образец молодого кавалера того времени, изысканный, привязчивый, благородный Меркуцио, есть замечательнейшее лицо изо всей трагедии». Меркуцио крадёт внимание в каждой сцене, в которой появляется, даже если зрителю полагается наблюдать за страданиями «раненного любовью» Ромео. Ничего не поделаешь, — персонаж дьявольски обаятелен: он шутник, балагур и заядлый бретёр (дуэлянт). Внимание привлекает уже его архетипически обусловленное имя — от имени римского бога-трикстера Меркурия. Вот в этом весь герой, ставший жертвой то ли своей же «горячей головы», то ли вражды двух семейств. Его бессмысленная в своей трагичности участь до того не вяжется с вечно весёлым и жизнелюбивым характером персонажа, что это вызывает сильнейший дискомфорт и диссонанс у зрителя и читателя (что-то сродни этому провернула и Дж. К. Роулинг с хорошо известным рыжим персонажем). Всё-таки почему Меркуцио — это воплощение юмора и витальности — должен был умереть? Именно что «должен». Отбросив очевидную причину — сюжетную (именно месть за Меркуцио стала причиной изгнания Ромео), — сосредоточимся на символизме и архетипичности. Дело в том, что герой, несмотря на всю его лихость и романтическое плутовство, довольно-таки прозаично смотрит на многие вещи: без иллюзий и прикрас. В разгар любовного безумия своего друга и родственника Ромео Меркуцио во всеуслышание называет любовь глупостью и блажью. Ему муторно от сентиментальности Ромео. Вспомним хотя бы замечательное: Ромео: Я видел сон. Меркуцио: Представь себе, и я. Ромео: Что видел ты? Меркуцио: Что сны — галиматья. Меркуцио, конечно же, герой-трикстер, но он также был в каком-то смысле «голосом рассудка». Он иронизирует над глупостью, над чрезмерной мечтательностью, над меланхолией, над унынием — и даже над собственной смертью: когда Ромео говорит, что рана Меркуцио неглубока, тот соглашается, что «колодцы глубже». Меркуцио на правах старшего товарища упрекает Ромео, но не за его влюбчивость, а за то, что Ромео склонен из прекрасного инструмента бытия извлекать лишь безысходные и трагедийные мелодии. Меркуцио любит жизнь. И говорит людям правду. Именно поэтому он не мог не умереть; его фигура просто не могла существовать в рамках горестного абсурда случайных совпадений, развернувшегося во второй половине пьесы. Причём смерть он принимает от руки одного из самых серьёзных и неулыбчивых героев — «кривого тёмного зеркала», одновременно ему противоположного и всё-таки чуть-чуть на него похожего, — Тибальта (в некоторых версиях встречается вариант Тибальд). Тибальт тоже заядлый дуэлянт, — но не такой, как Меркуцио. Первый сеет смерть — будто пьёт кровь врагов. А второй провозглашает жизнь (для Меркуцио схватка — способ ощутить тот самый витальный импульс). Лексика Тибальта отличительна. Персонаж говорит сухо, в его речи мало образности, он часто повторяет некие догмы и никогда — то есть вообще никогда! — не шутит. Кроме того, для него вопрос чести — повод для агрессии. В своих убеждения он негибок, прямолинеен. Для него существуют лишь «правильно» и «неправильно», в то время как Меркуцио различает множество оттенков между этими крайностями. В идейном смысле они антагонисты: ригидность Тибальта конфликтует со свободолюбием Меркуцио. Впрочем, образ Тибальта исследователи тоже трактуют по-разному. Кто-то видит в нём жертву неповоротливого мышления Средневековья. Кто-то считает, что герой как бы «заражает» культом мести всех остальных героев. «Чума на оба ваших рода!» — слова именно Меркуцио. Это его предсказание. Вопрос 2: Что скрывал Банко? У Банко нет таких пышных и щедро украшенных эпитетами речей, как у Макбета, и нет хладнокровного расчёта Леди Макбет; более того, герой умирает довольно быстро, успев произнести не так уж много реплик, — и всё-таки он важен, необычайно важен, поскольку именно его личность воплощает всю сложность борьбы с соблазнами. Не все свои мысли и догадки Банко проговаривает вслух, иногда он и вовсе лишь намекает на что-то или кого-то, но не называет, словно опасается, что, дав злу имя, даст ему и силу. Банко по-своему энигматичен; в нём и в его словах есть неопределённость, эфемерность, — он будто бы участвует в событиях только наполовину, выжидает, улавливает колебания тонких нитей судеб. Некоторые исследователи считают, что образ носит исключительно светлый и благородный характер. Не могу согласиться. Само поведение Банко пестрит странностями. Вопросов копится всё больше по мере того, как читатель/зритель наблюдает за героем. Остановимся подробнее на его сюжетной линии. Банко — доблестный человек, проявивший свои лучшие качества в битвах за короля Дункана, и «друг» Макбета. «Друг» в кавычках потому, что отношениях двух героев постоянно балансируют на грани преданности и недоверия, ментального родства и подозрения. Персонажи смотрят друг на друга, но при этом как бы заглядывают в собственную душу и обнаруживают всё самое страшное и гадкое. Банко, как и Макбет, получил предсказание от трёх ведьм: он не примерит корону, но станет предком королей. Пророчество, вероятно, тяготит Банко не меньше, чем Макбета, но, в отличие от главного героя, он не стремится «срезать путь» к своей судьбе. Он наблюдает. Банко хорошо знает Макбета и видит, как его другом завладевает тьма. Так почему же Банко начинает говорить о стрижах и прочем вздоре, который никак не отражает реальной атмосферы здешних мест? Владения Макбета — метафора души. Причём не только души хозяина, но и души самого Банко. Возможно, говоря о стрижах и о «чистом воздухе», герой пытается обмануть самого себя, насильно увериться в том, что его подозрения ложны. Но это не спасает ни короля, ни Банко. Когда приближённые Дункана узнают о его смерти, реакция Банко более чем характерная; она выдаёт часть его сокрытых размышлений. Леди Макбет изображает потрясение и скорбь, но Банко ясно видит её игру — на это указывают его слова. Леди Макбет: Не может быть! Как, в нашем доме? Банко: Где б ни случилось, слишком то жестоко. Герой заключает, что реплика жены Макбета о «доме» звучала несуразно и неестественно после сообщения о смерти короля. Пастернак ещё прямолинейнее перевёл этот фрагмент: Леди Макбет: О боже! В нашем доме! Банко: При чем тут дом? У Банко есть все основания подозревать друга, ведь они оба слышали предсказание трёх ведьм, распалившее их воображение. Но Банко ничего не предпринимает. Он действует то ли по инерции, то ли по наитию. Он присягает на верность новому королю, соглашается принять от него все почести. При этом Банко становится нервным и нередко противоречит сам себе. К примеру, прибывая в замок нового правителя, Банко просил сына Флинса забрать у него меч — и тут же требует его вернуть, когда слышит шаги Макбета. Банко постоянно борется с желанием каким-либо способом повлиять на собственную судьбу и тем самым нарушить целомудрие вселенной. Незадолго до гибели Банко опять обращается к созерцанию природы и произносит, что «будет дождь». Очевидно, что «кровавый дождь» Банко предчувствует так же верно, как и обычный. Или же дождь здесь — символ очищения, спасения от зла? Банко исполняет последнее обещание, данное Макбету: появляется на пиру в виде призрака (опустим сомнение в реальности этого явления). Теперь его облик — вспышка совести главного героя. История Банко полна трагизма, но она оставляет читателя с чувством неопределённости, какого-то непонимания всего произошедшего. Каким был Банко на самом деле? О чём умалчивал до последнего? Предчувствовал ли собственную смерть? Вопрос 3: Офелия — мученица или пророк? Бывают такие герои, которые интересны как символ или сугубо внешний образ (некое изображение), но об их характере сказать можно очень немногое. Офелия, — особенно если не вглядываться в её прерафаэлитскую прелесть слишком долго, — кажется именно такой. Создаётся ошибочное впечатление, что Офелия — довольно пассивный женский персонаж. «Да, мой принц», «нет, мой принц», — повторяет она снова и снова. Таковы же и отношения с отцом Полонием: «Да, отец», «нет, отец». История отношений Гамлета и Офелии оставляет после себя жутковатый могильно-илистый аромат. Что это было? Любовь? Увлечённость? Игра? Медленное «отравление»? Гамлет писал Офелии любовные письма и уверял в подлинности своих чувств. Она верила словам принца, как позже признается, но остерегалась неблагоразумия. Но «любовь» двух героев всё равно будто бы на момент событий пьесы «вычеркнута из уравнения». Гамлет почти оскорбляет Офелию, намеренно отталкивает её, осыпает упрёками в неискренности. Кроме того, Гамлет — как это любят делать герои Шекспира — противоречит себе. Гамлет: Я вас любил когда-то. Офелия: Да, мой принц, и я была вправе этому верить. Гамлет: Напрасно вы мне верили; потому что, сколько ни прививать добродетель к нашему старому стволу, он все-таки в нас будет сказываться; я не любил вас. Офелия: Тем больше была я обманута. Разумеется, Гамлет играет сумасшедшего. Его роль требует отчуждённости и жертв. Отсекая от себя Офелию и те чувства, которые она в нём пробуждает (или пробуждала), доводя девушку до отчаяния, Гамлет будто бы квитается с собственной матерью и с самим собой. Во время спектакля, срежиссированного для обличения короля, Гамлет паясничает: просит у Офелии дозволения положить голову ей на колени. Героиня реагирует спокойно, с достоинством. Ответы её коротки, но не лишены проницательности. Например, Офелия, пристально наблюдая за выходками Гамлета, спрашивает: «Вам весело, мой принц?» Можно предположить, что Офелия давно догадывается о лицедействе принца и теперь лишь ждёт, чем всё разрешится. Она пассивна не из-за интеллектуальной или эмоциональной ограниченности, а из-за самих обстоятельств (она не хочет навредить себе или семье). Когда Гамлет по ошибке убивает Полония, Офелия теряет рассудок от горя. Но безумие словно бы высвобождает в героине всё то, что она долгое время прятала и подавляла: прозорливость, наблюдательность, чутьё и ранимость. Теперь маски сброшены, цветы сорваны. Офелия, напевая себе под нос бессмыслицу, пророчит кому-то смерть; она не называет имя, и даже можно заключить, что это скорбь об отце. Но если смотреть глубже, становится совершенно очевидно — она говорит о Гамлете и обо всём Датском королевстве. Брату она даёт розмарин «для памяти» и анютины глазки «для мыслей». Другие растения, которые она называет, — фенхель и водосбор. Фенхель — как средство от нечистой силы, так и символ лести, глупости. Водосбор — этот цветок, напоминающий колпак шута, часто дарили тем, кого хотели пристыдить. Рута, названная Офелией следующей, — цветок скорби и разлуки. Её приговор — в её букете. Вопрос 4: Просперо и Ариэль — слуга и хозяин или что-то ещё? В «Буре», относящейся к позднему периоду творчества Шекспира (1610–1611 гг.), достаточно героев с выразительными характерами и более реалистичной, по сравнению с другими произведениями автора, сюжетной траекторией. Шекспир часто заигрывает в своём творчестве с темами объединения женственности и мужественности; для него это не два мира, а скорее оттенки человеческой сущности в целом. Вероятно, именно поэтому его произведения так хорошо состарились, и созданные им персонажи до сих пор пробуждают умы ото сна для дискуссий. В советское время была постановка, в которой Анастасия Вертинская сыграла сразу две роли: Ариэля и Просперо. Благодаря такому оригинальному подходу к материалу мы открыли, что в обоих героях поровну мужского и женского. Начнём с Просперо — герцога Миланского, волшебника, хозяина острова, повелителя Ариэля и Калибана. Его характер — усыпанное звёздами небо: такой же таинственный и завораживающий, сочетающий поэзию и математику, романтику и прагматизм, тьму и свет. Герой хитёр, злопамятен, но наделён мудростью и великодушием. При этом у него есть маленькие человеческие слабости. Просперо — драматург истории в «Буре» и как бы альтер эго самого Шекспира. При этом волшебник, вопреки его умению плести тенёта сюжета, может контролировать далеко не всё: его перевоспитанию не поддаётся Калибан, да и другие персонажи не всегда ведут себя так, как задумывал Просперо. Одна из главных слабостей Просперо — его дочь Миранда. Просперо изображён очень нежным, очень ласковым, очень любящим отцом. В его родительском амплуа слились «отец» и «мать». Герой будто бы пытается возместить одним собой две фигуры, необходимые для становления дочери. Закономерно, что в современных интерпретациях Просперо часто играют женщины. А теперь обратимся ко второй слабости волшебника — Ариэлю. К нему Просперо обращается «мой Ариэль», заявляя тем самым не только неравенство их отношений, но и восторг перед сущностью слуги. Просперо спас Ариэля от заточения в ловушке Сикораксы, и дух стал подчиняться волшебнику, возвращая долг. У Ариэля нет пола; его, как и Просперо, играли как мужчины, так и женщины (но женщины чаще). Дух — глаза и уши волшебника. Дух — многоликий актёр при драматурге. Они кажутся не слугой и господином, а диадой, чем-то, что не подлежит разделению (хотя Ариэль страстно хочет свободы). В словах Просперо то и дело звучат гордость и упоение создателя. Просперо (в сторону). Мой Ариэль, чудесно ты исполнил Роль Гарпии! И в самом исступленьи Своем ты был так нежен и хорош… Вот почему, когда приходит пора отпустить духа, Просперо прощается не только с Ариэлем, но и со своим островным прошлым. Для него потеря верного слуги сопоставима с потерей безымянной супруги. Просперо снимает с себя полномочия волшебника и избавляется от жезла, даровавшего ему могущество. Если нет актёра, то нет театра, а если нет театра — нет и драматурга. В 1613 году театр «Глобус» сгорел. В 1616 году этот мир покинул Шекспир.