«Тихий Дон»: проблема авторства

«Тихий Дон» — роман, который все проходили в школе, но не все смогли прочитать. Ведь он по объему даже больше, чем «Война и мир». И если в случае с «Войной и миром» мы наверняка знаем, что автором является Л.Н. Толстой, то вокруг «Тихого Дона» ходит много слухов и сомнений в авторстве М.А. Шолохова. Мысль о том, что Шолохов не является автором романа, впервые была высказана еще в 1928 году, когда первые два тома романа были изданы в журнале «Октябрь» и прочитаны литературоведами, критиками и современниками Шолохова. Позицию ложного авторства в то время высказывали такие писатели, как Алексей Толстой, Александр Солженицын, Дмитрий Лихачев. Солженицын считал, что роман написал Федор Крюков, казак, который участвовал в Белом движении. После сомнений в авторстве «Тихого Дона» литературоведы начали сомневаться и в том, что Михаил Александрович написал «Поднятую целину». Откуда же взялись эти сомнения? В самом начале, когда роман еще не был полностью издан, сторонники версии о плагиате считали, что Шолохов опубликовал под своим именем рукопись из сумки белого офицера, который был расстрелян большевиками и чья личность никогда не будет установлена, что играло на руку писателю. Главный редактор «Октября» Александр Серафимович приписывал эти слухи зависти шолоховских современников. Ведь на период публикации «Тихого Дона» Шолохову было всегда 22 года, что для многих становилось еще одним аргументом в сторону плагиата. Они считали, что нельзя в таком молодом возрасте написать такое глубокое, сильное и эпохальное произведение. В 1929 году Шолохов, уставший от постоянных слухов, обратился в газету «Правда», предоставил редакции три рукописи первых томов, а также план по написанию четвертого тома. Автор попросил разобраться с этим вопросом раз и навсегда. Мария Ульянова, член Центральной контрольной комиссии, вызвалась лично собрать комиссию по шолоховскому вопросу. Собрание прошло в марте 1929 года, был проведен текстологический анализ, по итогам которого Шолохова признали не виновным в плагиате, а всех сторонников теории назвали «клеветниками». После комиссии вопрос авторства был закрыт, но иногда всплывал в разговорах русской эмиграции. В 1930 году был опубликован сборник памяти Леонида Андреева, в нем было опубликовано письмо к критику Сергею Голоушеву, в котором Андреев упоминал некий «Тихий Дон», якобы написанный Голоушевым. После этой публикации немного утихший скандал начал разгораться с новой силой. Шолохов изначально понимал, о каком «Тихом Доне» Голоушева идет речь — это были путевые заметки, которые назывались «С Тихого Дона». Он писал главному редактору «Октября» Серафимовичу: «Мне крепко надоело быть вором. На меня и так много грязи вылили. А тут для всех клеветников удачный момент: третью книгу моего «Тихого Дона» не напечатают». Литературоведам же только спустя 47 лет удалось установить, что речь в письме шла о путевых заметках. В 1970-х годах ученый Прийма пришел к выводу, что скандал вокруг «Тихого Дона» был выгоден Троцкому, а еще более выгодной была отсрочка публикации третьей части романа. Троцкий и его сторонники боялись раскрываемой правды о восстании 1919 года в Вешенской. Так что, возможно, кампания против Шолохова могла быть и политическим актом. Обвинения Шолохова в плагиате попеременно возникали снова и снова. В 1970-х годах исследователи И.Н. Медведева-Томашевская, А.И. Солженицын, Р.А. Медведев и др. утверждали, что Шолохов не был первоначальным автором «Тихого Дона», что он лишь реконструировал рукопись, которая была написана в 1910 году неизвестным казаком, участником Белого движения. Литераторы, опровергающие теорию плагиата, все же соглашались, что Шолохов мог использовать материалы, написанные участниками Белого движения. Это могли быть дневниковые записи, воспоминания и наброски, но это нельзя считать плагиатом, так как все подобные материалы могли лишь побудить Шолохова написать свой роман и стать для него неким антуражем, но они ни в коем случае не могли составить четырехтомный роман. С 1929 года, когда созывалась комиссия по вопросу авторства «Тихого Дона», рукописи первых двух томов были «утеряны». Найдены они были только в 1999 году, после чего были проведены текстологическая, графологическая и идентификационная экспертизы, которые в очередной раз доказали авторство Шолохова. В 2006 году было издано факсимильное издание рукописи с комментариями, которое полностью реабилитировало Шолохова как истинного автора «Тихого Дона». При этом споры об авторстве романа ведутся до сих пор, остаются литературоведы, считающие, что автор «Тихого Дона» — не Михаил Шолохов. Их главными аргументами остаются: Шолохов был слишком молод для описания таких важных исторических событий, которые пришлись на его детство, следовательно, он не мог знать многих деталей, которые описываются в романе. А также изданные перед «Тихим Доном» шолоховские «Донские рассказы» сильно уступают роману-эпопее по своему качеству.

Лучшие и худшие способы реагирования в отношениях

Что нужно и что нельзя делать, слушая любимого. «Первая обязанность любви — слушать», — говорил философ-экзистенциалист Пауль Тиллих. Слушание — это то, как мы устанавливаем связь. Это позволяет нам присутствовать и быть открытыми для другого. Но большинство людей не умеют слушать: они могут слышать, но всегда интерпретируют, оценивают и критикуют сказанное. Или они слушают, но больше думают о том, что хотят сказать, чем внимают говорящему. Настоящее умение слушать включает в себя набор навыков и отражает отношение к другому. Вот несколько простых правил, которые помогут вам улучшить качество слушания, особенно когда с вами делятся радостными или волнующими событиями. Умение слушать напрямую улучшит ваши отношения, романтические или иные. Что нужно делать, чтобы правильно слушать 1. Используйте любопытство вместо осуждения. Часто мы слушаем с критическим настроем. У нас есть встроенные суждения, которые срабатывают, когда говорит наш партнер. Такой стиль слушания искажает смысл сказанного, потому что мы интерпретируем, а не пытаемся понять. «Лекарством» от предвзятого отношения к словам говорящего является любопытство. Представьте, что вы хотите узнать больше о том, что вам говорят, не подвергая эту информацию оценке. Любопытство сближает вас, а суждения разделяют. Такие фразы, как «Расскажи мне больше» и «Это так интересно, как это вышло», помогают раскрыть и поддержать собеседника. Одно исследование, проведенное в сфере бизнеса, показало, что лучшие продавцы говорили 43% времени, а их клиенты — 57%. Активное слушание может быть выгодным. 2. Отмечайте хорошие новости. Это такое же активное конструктивное реагирование, которое предполагает восторженную поддержку чужой хорошей новости, и при этом призыв снова пережить этот опыт, что является прекрасным методом. Примером такого реагирования может быть следующая фраза: «Вау, это здорово, что ты получил новую работу. Расскажи мне, как тебе об этом сообщили!» Когда вы слушаете рассказ о хороших событиях, вы и ваш партнер коммуницируете и сближаетесь на совершенно ином уровне. Исследования показывают, что умение реагировать подобным образом — один из самых удачных способов укрепить и улучшить отношения. Что нельзя делать, чтобы правильно слушать 1. Не относитесь к энтузиазму партнера пренебрежительно. Пассивно-конструктивное реагирование предполагает выражение поддержки в спокойной и сдержанной форме. Например, «Рад, что ты получил работу, которую хотел» — это настолько преуменьшенная реакция на хорошие новости, что считается одним из самых худших выражений, которые можно высказать. Пренебрежительная реакция на хорошие новости заставит партнера почувствовать себя глупым, разочарованным или недооцененным. Когда вам с радостью рассказывают о хороших новостях, покажите, что вы тоже рады за них. Вы можете не испытывать такого энтузиазма, как они, или реагировать критически, но дайте им понять, что вы видите, как они рады этому, и используйте свое любопытство, чтобы заставить их пережить эту радость вновь. Пассивно-конструктивный ответ быстро сводит общение на нет. 2. Не критикуйте счастливое событие. Активно-деструктивное реагирование — это прямая критика, которая принижает событие. Вместо того, чтобы радоваться за партнера, который получил новую работу, мы иногда проявляем активно-деструктивную реакцию: «Дополнительные деньги, которые ты заработаешь на новой работе, будут потрачены на более высокий налог». Хотя это может быть правдой и, вполне возможно, важной информацией для человека, стоит умерить критику и дать партнеру понять, что вы рады за него. 3. Не игнорируйте чужую радость. Особенно когда кто-то делится своим достижением, свершением или особенным опытом, не игнорируйте его радость, говоря о своей собственной. Это известно как пассивно-деструктивное реагирование и происходит, когда событие игнорируется и довольно часто присваивается слушателем. Например, если кто-то делится радостной новостью о получении новой работы, не стоит отвечать «А я только что купил машину!». Это оставит собеседника в подвешенном состоянии в ожидании того, когда вы обратите на него внимание. По материалам статьи «The Best and Worst Ways of Responding in a Relationship» Psychology Today

Вычислим, что у тебя на уме

О том, как поведение в онлайн-среде связано с уровнем знаний и как математика помогает разрабатывать грамотные тесты. А вы знаете, что такое психометрика? Дмитрий Аббакумов, эксперт-психометрик, рассказывает, как и зачем измеряют уровень знаний. Мир всё дальше и дальше идёт в сторону цифровизации и автоматизации. Это характерно и для сферы онлайн-обучения, в том числе — оценивания успеваемости студента. В ближайшем будущем мы сможем оценивать студента не только по тестам, но и по совокупности поведения в онлайн-среде: как он смотрел лекции, пересматривал ли их, сколько попыток затратил на выполнение заданий, как общался на форуме — это всё нам говорит об учащемся гораздо больше, чем тест, состоящий из 15 заданий. Как мне кажется, это весьма гуманистический подход к обучению: по той информации, что есть у нас, мы и оцениваем, и пытаемся помочь. Так, если мы видим, что студент совершил ошибки здесь и здесь, то высока вероятность, что и следующее задание он тоже завалит. Соответственно, мы сможем обеспечить его персональными подсказками. В новой реальности очень остро встают вопросы доверия к онлайн-образованию, контроля и повышения его качества. И в решении этих задач нам на помощь приходит психометрика — научное направление, которое фокусируется на высокоточных измерениях, анализе данных и математическом моделировании педагогических и психологических процессов онлайн-обучения. Среди задач аналитиков-психометриков — оценка качества тестов, трудности и интересности контента, трекинг подготовленности студентов и многое-многое другое. Можно ли измерить знание? Психометрика, по сути, состоит из двух блоков: прежде всего, из разработки самих заданий и определения того, как правильно задавать вопросы, чтобы они измеряли разные аспекты знаний — запоминание, понимание, применение. Другой аспект психометрики — это математический аппарат. Мы не можем вскрыть человеку черепную коробку и посмотреть, сколько знаний у него хранится в голове, потому что знания, к какой бы области они ни относились, — это латентная характеристика, скрытая от наблюдений. Поэтому мы создаём задачи, которые и являются индикаторами этого знания: его уровень демонстрируется посредством того, как человек справился с заданием — как минимум, верно или неверно. Все ли тесты испытывают влияние психометрики? Хотелось бы, чтобы так оно и было. Однако если мы говорим о тестах в глянцевых журналах, едва ли можно вести речь о валидности измерения. Чуть-чуть истории и немного магии Психометрика родилась более века назад, в физической лаборатории Кавендиша в Кембриджском университете Великобритании. Конечно, появилась не по воле случая: к тому моменту учёные уже задумывались над тем, как математический аппарат может помочь в измерении чего-то «бесплотного» вроде знания. Первые психометрические измерения были довольно примитивными: допустим, студент решил 20 заданий из 22, следовательно, делали вывод, что его знания находятся на хорошем уровне. А другой решил 15 заданий — соответственно, знаний у него меньше. Однако что, если второй учащийся справился с меньшим количеством заданий, но зато они были более сложными? Стало очевидно, что подобная система измерений неточна. Потому-то ближе к 50-м годам XX века психометрику настиг первый кризис: можно ли измерить уровень знания так, чтобы он не зависел от сложности теста? И вот этот экзистенциальный для психометрики вопрос привёл к почти магической истории: в одно и то же время, в двух разных странах, появляются две одинаковые психометрические модели. Датчанин Г. Раш и американец Ф. Лорд предложили рассматривать вероятность ответа на задание как разность двух параметров — уровня трудности задания и уровня подготовленности студента, что позволяло оценивать уровень знания независимо от сложности теста. Несмотря на такую оптимальную модель, всё же нельзя поспорить с тем, что лучше всего оценивает знания эксперт, сидящий напротив, который видит студента, понимает, что тот волнуется, пытается его подбодрить, а иногда, напротив, «встряхнуть». Стандартом здесь можно считать то, как сдаётся говорение на IELTS: преподаватель подстраивается под уровень каждого экзаменуемого. Если вы условно пока можете только в «my name is…», экзаменатор не будет вас мучить экономическими терминами. Кажется, экспертная модель идеальна — но и тут не обойтись без подводных камней: мы не можем обеспечить каждого студента оценщиком с одинаковым уровнем объективности. Есть, например, такое явление, как гало-эффект: скажем, я преподаю в вузе, и ко мне приходит сдавать экзамен девочка Маша. На вопросы отвечает плохо, но я помню, что она ходила на все занятия и выполняла домашнюю работу, и я ставлю ей «5». А другая девочка, Лена, училась неважно, занятия прогуливала, но экзамен сдаёт блестяще — а я, помня, с какой периодичностью она посещала мой предмет, ставлю «3». В тестировании же мы отказываемся от экспертного оценивания в пользу равного отношения ко всем. Да, у нас есть та самая бездушная машина, но зато она бездушна ко всем. Если же мою работу проверяют эксперты, то моя оценка — это вероятность не только моего уровня знаний и сложности заданий, но ещё и строгости эксперта, который меня проверяет. Мы проводили исследование, которое показало, что за одну и ту же работу, выполненную студентами с одинаковым уровнем подготовленности, оценки экспертов варьировались от «удовлетворительно» до «отлично». Потому-то задача современной психометрики — приблизиться к экспертной, но объективной модели оценивания. 100 лет назад мы отказались от экспертности в пользу бланковых тестов — теперь же, при помощи математики, статистики, машинного обучения пытаемся к ней вернуться. Как это работает? Чтобы оценить уровень знаний онлайн-студента, целый отдел специалистов учит преподавателей создавать задания правильно. Затем, когда задания созданы, мы начинаем отбраковывать негодные. Например, такие, в которых нет единственно верного ответа. Важна не только сама суть задачи, но и её формальное воплощение. «Как вы думаете, сколько будет дважды два?» — такой вопрос не верен, потому что в нём мы априори исключаем единственно верный ответ. Учащийся может ответить: «я думаю, пять», и засчитать это «я думаю» как неправильное мы, по логике, не можем. После того, как отобранные задания загружаются на платформу и ещё раз калибруются, происходит анализ полученных от платформы данных: сколько попыток совершил студент, какова была их результативность, сколько времени прошло между двумя попытками, пользовался ли он в этот период какими-либо дополнительными материалами (например, пересматривал ли лекции). Анализируя эти поведенческие особенности, мы делаем выводы не только об уровне знаний учащихся, но и о том, от каких заданий в дальнейшем нам следует отказаться. В топе таких проблемных задач — задания с несколькими вариантами ответа и задания с открытым ответом. Первый тип плох тем, что, если мы не напишем в комментарии, что необходимо выбрать несколько пунктов, студент с большей долей вероятности ошибётся, остановившись на одном ответе. Второй тип сложен потому, что при записи ответа словом всегда есть риск ошибиться орфографически, особенно в падежной форме. Иногда ошибки обеспечены тем, что преподаватели не совсем понятно объясняют некоторые темы: это можно заметить по тому, как студенты начинают гадать при выборе ответа. Если гадает несколько студентов, это ещё можно списать на случайность, но если гадает весь поток, очевидно, что проблема в задаче. Тогда мы идём к преподавателю и начинаем вместе разбираться, почему задание некорректно. А что у нас? К сожалению, российской школы психометрики пока не существует. Точнее, так: она была в Советском Союзе — носила название педология, и при этом развивалась крайне активно. Но только до того момента, пока в 1936 году её не запретили наряду с генетикой и кибернетикой, выпустив постановление «О педологических извращениях в системе Наркомпросов». Лишь в 70-х годах появились робкие попытки возродить некогда запрещённые идеи, но ведь за это время флагманы психометрики — Нидерланды, Бельгия, США, Великобритания, — усердно работая, добились огромных результатов. Поэтому к началу нашего века мы пришли с тем, что, в то время как в мире существует множество магистерских программ, и тесты разрабатываются правильно, у нас вот уже который год сдаётся ЕГЭ, а психометрики при этом нет: первая российская магистерская программа по этой дисциплине появилась только 12 лет назад... Мировая психометрика сегодня — это часть вычислительной науки о поведении (computational behavioral science). Современные психометрические решения находятся на пересечении науки о данных, машинного обучения и теоретической психометрики и фокусируются на моделировании и объяснении поведения человека в реальном времени на основе многообразия его цифровых следов. Мы в ВШЭ стараемся не отставать и разрабатываем свои решения. Одно из таких решений, модель для углубленного анализа попыток студентов, я представил на ежегодной конференции The International Meeting of the Psychometric Society, проходившей в Колумбийском университете в Нью-Йорке. Это первый случай за всю историю Психометрического общества, когда на этой конференции свои исследования представлял психометрик из российского университета, и я считаю это хорошим знаком. Из интервью Дмитрия Аббакумова, руководителя Центра психометрических исследований в онлайн-образовании ВШЭ.

Как эмоциональный багаж влияет на отношения

Эмоциональный багаж — это незавершенные эмоциональные проблемы, стрессовые факторы, боли и трудности, которые испытал человек и которые продолжают занимать место в его уме, а также влиять на его нынешние отношения. Выражаясь языком психологов, можно сказать, что эмоциональный багаж — это непроработанная травма, которая оказывает негативный эффект на жизнь человека и его взаимодействия с другими людьми. Признаки наличия эмоционального багажа Слабая степень доверия Если человеку причинили много боли в прошлом, то в настоящем он чаще всего ждет повторения травмирующего опыта. Это происходит на подсознательном уровне и превращается в некий шаблон, в котором нет места доверию. Печальный опыт не проходит бесследно, а приносит с собой стресс и сомнения, что приводит к проблемам с обязательствами и эмоциональной недоступности («абонент вне зоны доступа здоровых отношений»). Страх стать уязвимым, жизнь в ограничениях Утрата доверия после болезненного опыта не приходит одна. Вместе с ней приходит еще и страх, что все может повториться. Поэтому часто люди с неразрешенной травмой всеми путями стараются избежать боли, и это мешает им проживать «их лучшую жизнь». Вместе с отрицательными эмоциями они упускают и положительные. Конечно, проявлять осторожность во многих делах — это разумный подход. Но если она превращается в паранойю, то легко может обернуться самоисполняющимся пророчеством, т.к. приводит к ссорам в отношениях и тем сложностям, которых человек как раз и надеялся избежать. Разочарование и гнев Если у человека есть непроработанная травма, т.е. опыт, который он не «разжевал» сам для себя, то он ежедневно будет переживать остаточные негативные эмоции, такие как гнев и разочарование. Это обычно удерживает от полноценной гармоничной счастливой жизни, а также здорового взаимодействия с другими людьми. Вместо того, чтобы полностью прожить отрицательные чувства, человек направляет их на себя или своих близких. Сожаление по поводу прошлых решений и чувство вины за свое поведение Если человек в прошлом не смог решить какую-либо проблему либо решил ее не так, как ему бы того хотелось, то он может постоянно прокручивать это в своих мыслях. Такой процесс приводит к малоприятному комбо: сожалению, раскаянию, чувству вины и, конечно, бессмысленным надеждам изменить ситуацию. Представьте, сколько энергии отнимают подобные состояния! Причины появления эмоционального багажа: • жестокое обращение; • травма родом из детства; • пренебрежение чувствами субъекта и неудовлетворенные потребности; • конфликты в отношениях и тяжелые расставания с партнерами; • неравноценный обмен ресурсами (временем, деньгами, чувствами) с другим человеком; • другие стрессовые и пугающие события. Как проработать неразрешенную травму и избавиться от эмоционального багажа? Оцените, каким образом ваш «багаж» на вас влияет Можно представить багаж метафорически в виде тяжелого рюкзака на спине или мешка с кирпичами. Подумайте, как они влияют на вашу жизнь в реальном времени. Что из прошлого вы переносите в настоящее? Развивайте самосознание и проницательность. Как только вы поймете силу влияния эмоционального багажа, вы сможете перейти к следующего важному шагу — оценке вашей реакции на события в настоящем. Часто бывает такое, что сегодня в жизни человека не происходит ничего негативного, но он реагирует на текущие события, перенося угрозы из своего прошлого. Сфокусируйтесь на настоящем «Ловите» себя каждый раз, как понимаете, что реагируете на события настоящего через призму прошлого негативного опыта. «Поймав» себя, сразу возвращайте в текущую реальность. В первое время это может быть сложно, но если делать подобную практику регулярно, то она быстро войдет в привычку. «За одну ночь нельзя изменить жизнь! Но за одну ночь можно изменить свои мысли, которые навсегда изменят твою жизнь» Помните эту популярную цитату из известной российской соцсети? В ней есть вполне здравое зерно, которое пришло из психологии. Реальная жизнь такова, что каждый из нас когда-то был ранен другим человеком, испытывал сильную боль, переживал утрату, расставался, терпел оскорбления, неудачи и т.д. Разница между людьми лишь в том, как они относятся к подобному опыту. Нужно искать в себе силы, а вместе с ними положительное в каждом отрицательном событии. Подумайте, чему вы научились или можете научиться через опыт, который вас травмировал. Обратитесь к психологу Этот вариант подойдет тем, кто не может разобраться со своим «багажом» самостоятельно. Если вы не понимаете, как неразрешенная травма из прошлого влияет на вас, и не предпринимаете шаги для ее проработки, то она продолжит вредить вашему настоящему и будущему.

Как разные альтер-эго могут обладать разными умениями

Как в одном теле может жить несколько личностей, которые при «смене вахты» еще и наделяют это тело новыми способностями? И что вообще такое расщепление личности или диссоциативное расстройство идентичности? Нейроучёные нашли ответы. За последние двадцать лет нейронауки сделали довольно большой рывок вперед, приоткрыв завесу тайны устройства мозга как людей, так и животных. Если раньше мы могли только догадываться, что скрывается в черепной коробке многих представителей населения Земли и как это «что-то» функционирует, то теперь, в особенности с развитием технологий МРТ, мы становимся все ближе к истине, а объяснение процессов и особенностей жизнедеятельности приобретает всё более чёткие и ясные формы. И хотя предстоит раскрыть ещё энное количество тайн мышления и нервной деятельности, объяснение некоторых парадоксов уже увенчалось успехом. Там, где одни видят мистику и божественные смыслы, другие доказывают, что всему есть материальное, научное обоснование. Мыслительный процесс рождается из электрохимических взаимодействий нейронов, активности аксонов и синапсов — клеток нашей нервной системы. Такие взаимодействия рождают не только мысли и идеи, но и формируют личность, которая способна накапливать опыт, знания, овладевать навыками и копить воспоминания. Если не углубляться в особенности взаимодействия нейронов, функционирования нервной системы и работы отделов головного мозга (о чём вы сможете подробно и в доступной форме прочитать в работах нейрофизиологов и нейропсихологов Вилейанура Рамачандрана, Оливера Сакса, Элиэзера Штернберга), то к этому и сводится материальное обоснование существования личности. Но как объяснить те случаи, когда в одном теле «жило» несколько личностей? Много лет это считалось необъяснимой аномалией, и даже сейчас, когда связь когнитивной психологии и нейробиологии довольно зыбкая, найти исчерпывающее научное объяснение довольно трудно. И вряд ли человечество вообще смогло бы уйти от религиозных догм, рассматривающих эти случаи как «вселение нескольких духов в бренное тело человека», если бы не технические достижения (например, МРТ), позволившие исследовать активность отдельных зон мозга. Как выглядит расщепление личности со стороны Один из многочисленных случаев синдрома расщепления личности рассматривал нейропсихолог Элиэзер Штернберг в одном из своих трудов. Мать-одиночка с неопределённым диагнозом «врождённая слепота» жаловалась на пробелы в памяти и не могла объяснить появление на своём теле слов «Ненавижу тебя» и «Ненормальная» после выпадений из времени, а также обнаруживала в своём доме новые предметы, которые никогда бы не купила, находясь в здравом уме и памяти. Когда женщина поступила в больницу, она не знала, откуда у неё появились синяки и ссадины, и также не могла вспомнить, где она была прошлой ночью. Её звали Эвелин, ей было 35, и у неё было весьма непростое детство: родная мать издевалась над девочкой, запирала в шкафу, а когда Эвелин отдали в приёмную семью, отчим также жестоко обращался с девочкой, и даже домогался её. Когда число выпадений из времени и неспособность дать себе отчёт в том, что происходило с ней с момента «отключки», и сколько эта «отключка» вообще длилась, приняли угрожающие масштабы, Эвелин стали обследовать психиатры. — У Эвелин диагностировали диссоциативное расстройство идентичности — психическое заболевание, которое ещё называют расстройством в виде множественной личности или раздвоением (расщеплением) личности. Внутри Эвелин словно обитало сразу несколько разных людей. Среди них были женщина по имени Фрэнни Ф. и её дочка Синтия, а также «страшненькая» десятилетняя девочка Сара с «тонкими рыжими волосами», карими глазами и веснушками. И наконец, Кимми, «ангелоподобная» четырёхлетняя малышка с голубыми глазами и короткими белокурыми волосами. Поведение пациентки менялось в зависимости от того, какая из личностей выходила на первый план. Сама Эвелин казалась умной, взрослой женщиной и удивительно чётко излагала свои мысли. Превратившись в Кимми, она вдруг начинала лепетать детским голосом, коверкать простые слова — например, называть фиолетовую рубашку «фуаетовой». Говорила, что президент — это «её папочка», и восхищалась тем, что киви — это одновременно и фрукт, и птица. Хвасталась, что старший брат учит её, как писать её имя. При переключении с одной личности на другую может меняться не только характер, предпочтения и вообще история жизни, о которой может поведать пациент. Могут меняться и привычки, и почерк (причём правша может стать левшой и наоборот), может быть разной острота зрения и даже варьироваться уровень физической подготовки. В случае с Эвелин слепота, которую так долго не могли объяснить врачи, вдруг практически исчезала, когда Эвелин теряла свое «я» и становилась Кимми. Острота её зрения была разной и напрямую зависела от личности, которая активировалась в конкретный момент. А число личностей со временем возрастало. Вспомните Билли Миллигана, столь известного всем неимоверным количеством личностей, которые поселились в его теле — целых 24! Все они также обладали самыми разными характерами и способностями. Так как же всё-таки это объяснить, если не мистикой? Альтер-эго с научных позиций Как правило, те, кто имеет синдром расщепления личности, пережили весьма и весьма негативный опыт в прошлом. Тяжелое детство, психологические травмы, серьёзные, разрушительные для психики события в жизни заставляют наш мозг каким-то образом защититься от неблагоприятных воздействий на психику и нервную систему. Это необходимо для нашего выживания, и это заложено в нас эволюцией. Если бы наша нервная система не выработала защитных механизмов от стрессов и неприятных воспоминаний, наш вид был бы едва ли жизнеспособен. Психологическая травма может убить в нас желание вообще что-либо делать, ввергнув в депрессию и вынудив бесцельно смотреть в одну точку. Наш мозг устроен таким образом, чтобы защитить нас от разрушительной мощи эмоциональных травм. Подсознание может отдалить нас от неприятных воспоминаний, и диссоциация работает в этом случае как никогда лучше. Это не значит, что расщепление личности будет у всех, кто столкнётся с малейшим стрессом. Но люди с достаточно хрупкой нервной системой, подвергшиеся длительному насилию, могут испытать на себе этот побочный эффект защитного механизма. Как мозг отдаляет таких людей от травмирующих воспоминаний? Он фрагментирует память, блокируя доступ к отдельным воспоминаниям для личности-хозяина. Все субличности развиваются из каждого другого фрагмента воспоминаний, заполняя образовавшиеся пустоты в сознании (бесхозные воспоминания никому не нужны, это пробел, который мозг считает нужным заполнить). Это называется фрагментацией сознания. Доказательства фрагментации сознания Откуда вообще возникла идея о фрагментации сознания у пациентов с диссоциативным расстройством личности? В этом помогли те самые технические достижения, о которых упоминалось в начале. Без ПЭТ-сканера (позитронно-эмиссионная томография), который позволил произвести нейровизуализационные исследования, к такому выводу вряд ли было возможно прийти. Учёные исследовали мозг испытуемых с расщеплением личности при помощи ПЭТ-сканера, пока вызывали у пациентов переключения между их альтер-эго. Выяснилось, что при переключении альтер-эго резко активизировались области миндалины, отвечающей за эмоции, но когда переключение уже состоялось, активность мозга при субличностях была нейтральной, как и при личности-хозяине. Это значит, что личности создают некий барьер от переживаний прошлого и эмоциональных всплесков, защищая от травмирующего опыта. Исследование также выявило активность разных частей гиппокампа, который является центром памяти о событиях жизни. В зависимости от того, какая из личностей выходила на первый план, активировалась определенная зона гиппокампа. Вот и прямое доказательство того, что при расщеплении личности происходит фрагментация сознания, воспоминаний. Каждая из личностей имеет доступ только к конкретному фрагменту памяти, поэтому Эвелин и не могла вспомнить, что же с ней происходило в моменты «отключки». А активность других областей мозга, к которым альтер-эго также имели свой доступ, обуславливала различие в качестве зрения. Слепота Эвелин имела чисто неврологический характер и объяснялась проблемами с доступом к зрительной коре. От когнитивной психологии к нейронауке Объяснение природы расщепления личности — это лишь один из примеров того, как нейронаука идет вперёд, не оставляя шансов мистицизму и верованиям во вселение духов или переселение душ. Неизведанных уголков нашего сознания и особенностей функционирования нашего мозга ещё несчётное количество, но сегодня человечество уже уходит далеко вперёд, используя технические установки для диагностики и экспериментов. Возможно, со временем учёные станут исследовать психику человека не через метод «чёрного ящика», стараясь предугадать по внешним данным, что же происходит внутри черепной коробки, а развернутся в сторону нейронаук, которые обладают достаточной смелостью заглянуть в сам чёрный ящик, сделав его менее загадочным и оставив в нём как можно меньше тёмного и необъяснимого. Источник: New to New

Мозг на дистанционном управлении

А вы думали, управление мыслями других людей — утопия? Учёные готовы поспорить с этим: они как никогда близко подошли к возможности дистанционного контроля над мозговыми процессами. Всего около 15 лет назад психиатр и биоинженер Карл Дейссерот из Стэнфордского университета опубликовал свою статью об оптическом управлении мозгом, новом методе исследования мозга, теперь известном как оптогенетика. Как же работает этот метод? В мембрану нервных клеток, нейронов, из которых и состоит наша нервная система, вводится светочувствительный белок (фотоактивируемый протеин). Как можно догадаться по названию этого белка, он активируется светом, позволяя отыскать нужные группы нейронов в мозге человека или животного. Что это даёт? Долгое время неврологи и нейрофизиологи судили о принципах функционирования мозга, имея в распоряжении его общую структуру, примерную «карту» нейронов (а их в мозге человека аж почти 80 миллиардов!) и случаи нарушений, с которыми сталкивались при работе с пациентами. Действительно, порой шаткая походка или внезапная потеря способности держать равновесие после травмы головы — лучший стимул узнать, как так получилось, что, например, удар пришёлся в голову, а пострадали совсем другие части тела. Клинические случаи могут быть полезны и при исследования психических заболеваний. Но без детального исследования самих нейронов, образующих сложные разветвлённые сети, каждая из которых может определять ту или иную функцию нашего организма, изучение сложной нервной деятельности существенно замедляется. Если же можно подсветить и досконально разглядеть конкретные группы нейронов, дело идет куда быстрее. Но это не единственный «бонус». Управляя мышиными умами Вернёмся к Карлу Дейссероту и его суперкоманде учёных. Чтобы создать не просто систему «детектирования» нейронов, а ещё и систему их контроля, учёные модифицировали нервные клетки в мозге мыши генами родопсина, которые содержатся в водорослях. Родопсины, в свою очередь, используют энергию, позволяя заряженным ионам проникнуть в клетки. Ну а заряженные ионы способны изменять электрическую активность нейронов, влияя на поведение животного. Но и таких оптогенетических методов исследователям было мало. Методы оптогенетики не позволяли проникнуть в плотные жировые ткани мозга, создавая серьёзные препятствия на пути к глубоким структурам мозга. Тогда они изобрели «импланты» — оптоволоконные кабели, которые позволили «зажечь лампочку», иными словами, провести свет в труднодоступные участки мозга и нейронные сети. Но это было достаточно серьезным вмешательством в мозг, так что на этом учёные не успокоились, а придумали очередной инструмент, который и не нарушал бы нейронные сети, и при этом помог бы манипулировать поведением мышей — подопытных во всем этом долгом и кропотливом эксперименте. Если вы проявляете отважную стойкость перед громоздкими терминами-наборами непонятных слов, знайте: американские биоинженеры назвали свой новый метод управления мышиными умами DREADD (designer receptors exclusively activated by designer drugs), что в переводе с английского звучит как технология синтетических рецепторов, активируемых заданным лигандом. Куда проще осознать результат и значимость применения того, что было названо столь устрашающе: теперь можно управлять умами в прямом смысле этого слова — от активации чувства голода до приведения в состояние сна или бодрствования. Паркинсон нам не помеха В Калифорнийском университете команда учёных во главе с ещё одним биоинженером Анатолем Крейцером стала работать вместе с Дейссеротом, чтобы проверить, как разработанный метод может помочь в лечении болезни Паркинсона. И, о чудо! Они сумели сначала нарушить движения мышей, имитируя у них болезнь Паркинсона, а потом восстановить нормальную двигательную активность. К тому же они экспериментально доказали, что теперь можно усыпить и пробудить мышь без какого-либо хирургического или гипнотического вмешательства! Конечно, не всё так просто. Все-таки DREADD предполагает прием препарата, вещества, которое позволяет провернуть такую схему. Так что едва ли можно назвать это дистанционным управлением мозгом, которое было так смело декларировано в заголовке этой статьи. Основной недостаток здесь — медленный курс приёма препарата, который зачастую просто не может угнаться за быстрыми изменениями мозговой активности. Но за последние годы исследователи разработали ещё одну технологию, уже использующую низкочастотные радиоволны или магнитное поле, которые тоже могут проникать в мозг, не причиняя никакого вреда подопытным. Волны служат для нагрева наночастиц оксида железа, вводимых в организм и нацеленных на участок мозга, представляющий интерес. Вот тут уже можно осторожно заметить, что учёные очень близки именно к дистанционному управлению мыслями... А хорошо ли это? Есть о чём задуматься. Вся эта череда экспериментов на нейронах мышей проводилась не просто с целью позабавиться усыплением или пробуждением зверьков: вполне серьёзно рассматривается возможность помогать людям выздоравливать от психических заболеваний, которые пока довольно трудно поддаются лечению. Но начинать надо с малого: например, пока ведутся исследования, как вышеописанными методами устранить депрессию. Кто знает, может, вскоре смогут вылечить и многие другие психические болезни. Кажется, теперь это лишь вопрос времени...

Что находится за пределами Млечного пути?

Если сильно упростить, то наша спиралевидная галактика похожа на огромных размеров тонкий диск — ее форма обусловлена вращением порядка шести тысяч небесных светил, удерживаемых от полета по открытому космосу силой гравитации. И это далеко не все: на каждую видимую звезду приходится более 20 миллионов скрытых от глаз из-за того, что они слишком тусклые, далеко располагаются или расположены за облаками космической пыли. Как же увидеть всю картину? Для того, чтобы взглянуть на Млечный путь условно со стороны, нужно установить точное положение звезд и нанести их на трехмерную карту. К слову, несколько таких карт уже существует. Одну из последних версий удалось разработать с помощью данных, собранных космическим телескопом Gaia — аппарату удалось структурировать данные о почти двух миллиардах звезд. На основании полученной информации был собран огромный каталог и создана самая подробная из имеющихся трехмерная карта Млечного пути за всю историю. Галактическая стена Недавно ученые выяснили, что за Млечным путем находится большая стена, состоящая из тысяч галактик — сгустков из миллионов звезд, пыли и газа в виде некого занавеса протяженностью как минимум 700 миллионов световых лет. В научном мире его называют зоной избегания или зоной немногочисленных туманностей. При этом, по словам ученых, увидеть эту стену нельзя, так как она находится прямо за нашей галактикой. Самые отдаленные объекты, на которые мы можем посмотреть — это квазары и галактики, которые образовались после Большого взрыва и находятся на удалении от Земли в 13 миллиардов световых лет. На заре 90-х в университете Мэриленда зародился проект Патриции Хеннинг из Университета Нью-Мексико. Исследователи направили огромнейший радиотелескоп Green Bank в сторону случайно обнаруженной области в зоне избегания и в результате зарегистрировали 18 неизвестных ранее галактик. Увы, аппарат сломался раньше, чем ученым удалось завершить свой проект. Позже их работу продолжили в Голландии с помощью радиотелескопа Dwingeloo. С тех пор удалось открыть около 40 новых галактик. Бесконечное развитие Ученые из Института астрофизики Канарских островов в 2018 году доказали, что наша галактика постоянно расширяется за счет звездообразования на границах Млечного пути. Исследователи в рамках своего проекта смогли даже оценить скорость роста, проанализировав поведение похожих галактик — NGC 4565 в созвездии Волосы Вероники и NGC 5907 в созвездии Дракона. Они рассчитали время и скорость изменения формы соседних галактик и попробовали перенести эти данные на Млечный путь. Так удалось выяснить, что он расширяется со скоростью 500 метров в секунду или 15 миллионов километров в год. Операция «поглощение» Как выяснилось, галактики могут «сталкиваться» между собой: в 2018 году группа астрономов выяснила, что наша галактика около десяти миллиардов лет назад столкнулась с другой и поглотила ее. Вначале они изучили движения порядка 33 тысяч звезд, которые находятся в пределах Млечного пути. Интерес исследователей вызвало то, что они движутся не так, как все остальные. Ученые решили провести более детальный анализ примерно 600 из них с помощью телескопов и пришли к выводу, что, вероятнее всего, эти звезды появились в результате столкновения Млечного пути с другой галактикой в пять раз меньше — ее назвали Gaia Enceladus. По результатам компьютерного моделирования выяснилось, что некоторые звезды из той самой галактики могли оказаться внутри Млечного пути в результате поглощения. Раздвигая горизонты За пределами Млечного пути чужие звездные системы кажутся маленькими туманными пятнышками — их так и называют, туманности. Одна из самых известных — Андромеда, столкновение с которой ученые прогнозируют через четыре миллиарда лет. Сквозь скопления ее звезд можно увидеть не имеющую к ним никакого отношения соседнюю галактику. Еще одним соседом является спиральная галактика из созвездия Треугольника, которая немного похожа на нашу. Что примечательно, как и в случае с небесными телами, у галактик есть спутники, коими часто выступают чуть меньшие звездные системы. В свое время европейцы из экспедиции Магеллана, путешествуя по южным морям, обнаружили два странных облака, которые не меняли своей формы. Впоследствии их назвали в честь португальского мореплавателя. Магеллановы Облака — это спутники нашей галактики, которые находятся на расстоянии 125 тысяч световых лет от Земли. Диаметр малого Магелланова Облака — 17 тысяч световых лет. У туманности Андромеды также есть спутники, однако им не присвоили отдельных названий. Так, например, один из них в каталоге числится под наименованием М31. Самый близкий к этой галактике спутник М32 похож на гигантское скопление звезд в форме немного сплюснутого шара. Его самый большой поперечник составляет более четырех тысяч световых лет. Однако в космических масштабах это совсем небольшие размеры. И если даже вспомнить о планетах-карликах, они все равно будут казаться огромными на фоне не только Земли, но и всей Солнечной системы.

8 способов помочь ребёнку, у которого нет друзей

Кажется, что все дети умеют быстро заводить новые знакомства: достаточно простого «давай дружить?», и готово. Но дети бывают разные: кому-то тяжело общаться с новыми людьми, а кому-то вообще комфортнее быть одному. Дружба играет важную роль в детстве. В отношениях с другими детьми ребенок тренирует социальные навыки — умение договариваться, слушать, заботиться, решать споры и конфликты. Когда дети взрослеют, дружеские отношения становятся более значимыми — подростков волнует мнение окружения, им важно быть интересными для сверстников и чувствовать себя частью компании. Отсутствие друзей может вызывать у ребенка чувство одиночества или неполноценности, заставлять сравнивать себя с другими. Эти чувства сложно пережить в одиночку — нужна помощь близких взрослых и опыт успешного общения с окружающими. Каждому родителю хочется знать, что у его ребенка есть близкие друзья, которые разделяют его взгляды и интересы. Но есть дети, которым комфортно проводить время наедине с собой и не очень хочется близко общаться с другими детьми. Прежде чем стараться помочь ребенку, важно понаблюдать за ним, поговорить и узнать, как он себя чувствует и действительно ли ему одиноко. 1. Задавайте вопросы Если ребенок мало общается с другими — это не всегда значит, что ему одиноко. Чтобы разобраться, испытывает ли ребенок нехватку общения, больше разговаривайте и задавайте вопросы: • Как прошел твой день? • Как ты себя чувствовал? • Если бы на перемене можно было заняться чем угодно, что бы ты делал? • Тебе нравится общаться с одноклассниками? • Кто твои друзья? Чем вы занимаетесь? Ребенку, и особенно подростку, может быть тяжело или неловко сказать, что не получается дружить. Не давите и предложите поговорить об этом позже. 2. Делитесь опытом Для детей младшего возраста может быть неочевидным, что значит чувствовать себя одиноко. В разговоре с ребенком делитесь своим опытом, рассказывайте, что чувствуете в разных ситуациях и как сами это понимаете. Например: «Когда я долго нахожусь один, я могу загрустить и захотеть с кем-то провести время и пообщаться. Это значит, что мне одиноко». Расскажите, что чувствовать одиночество — нормально, все люди с ним сталкиваются. Поделитесь способами прожить эту эмоцию — например, сделать что-то приятное для себя, обнять близкого человека или отвлечься на любимые занятия. Напомните, что вы всегда рядом, и к вам можно прийти, когда одиноко или грустно. 3. Обратитесь к учителю Поговорите о своих опасениях с учителем или воспитателем. Попросите понаблюдать за тем, как ребенок ведет себя в школе — проявляет ли инициативу в общении или предпочитает проводить время отдельно от учеников, как другие реагируют на ребенка, принимают ли его. Наблюдения, которыми поделится учитель, помогут вам составить более полную картину и понять, нужна ли ребенку помощь. 4. Разберитесь в причинах одиночества Если понимаете, что ребенку действительно не хватает общения, найдите причину сложностей в отношениях с другими детьми. Это также можно делать вместе с учителем, наблюдая за поведением. Вот некоторые из возможных причин: • ребенок не знает, как общаться, ему трудно понять ожидания окружающих и считывать сигналы (интонацию, жесты); • ребенок волнуется и испытывает тревогу, стесняется, переживает о том, как его оценят сверстники; • ребенок не может найти единомышленников, которые бы разделяли его интересы или взгляды. 5. Развивайте социальные навыки Налаживать общение с другими людьми нам помогают социальные навыки — умение разрешать конфликты, слушать, предлагать и принимать помощь. Тренируйте эти навыки в общении с ребенком. Направляйте его и задавайте наводящие вопросы в моменты, когда нужно применить один из навыков — например, попросить помощи, если что-то не получается. Попробуйте разыгрывать или обсуждать ситуации из жизни, чтобы ребенок мог попрактиковаться вместе с вами. 6. Поощряйте к общению Когда ребенок чувствует себя скованно в окружении других людей, он может выбирать остаться дома вместо того, чтобы, например, пойти на день рождения. Поддерживайте ребенка — скажите, что понимаете, как непросто и волнительно иногда находиться среди других людей. Объясните, что часто, чтобы освоиться, нужно немного времени, а после этого может стать веселее. Предложите попробовать сходить на встречу и договоритесь, что если будет некомфортно, то можно уйти пораньше. Обсуждайте, как ребенок провел время, хвалите за старания и успехи в общении. Перед следующими встречами старайтесь напоминать о случаях, когда ребенку было страшно куда-то идти, но в итоге он хорошо провел время. 7. Обсуждайте происходящее Часто дети и подростки могут слишком фокусироваться на своих ошибках или недостатках. Если ребенок переживает о чьем-то отношении к себе, предложите обсудить ситуацию вместе и проверить предположения. Например, ребенок считает, что одноклассник обижен на него. Обсудите, почему это могло произойти: «Маша давно с тобой не разговаривала, и ты думаешь, что она обиделась. У тебя есть предположения, что между вами произошло? Могут ли быть другие причины, по которым она с тобой не общается?». Это поможет ребенку научиться не винить себя во всех неудачах в общении, а видеть и другие причины, которые на это влияют. 8. Ищите друзей вне школы Если у ребенка есть увлечения, предложите посещать мастер-классы или занятия на эту тему. Часто общение дается легче, если у людей есть общие интересы. Можно искать единомышленников в интернете — например, в тематических сообществах или среди игроков любимой игры. Прежде чем предлагать этот вариант, поделитесь с ребенком основными правилами безопасности в интернете: никому не говорить свой пароль, использовать псевдоним, не делиться личными данными (адресом, датой рождения, местом учебы), обращаться за помощью ко взрослым, если что-то идет не так или вызывает опасения. Источник: МЕЛ

Счастье Сизифа и тотемы Кафки: 7 книг о мифах и их интерпретации

Почему технический прогресс так и не смог искоренить мифологическое мышление, а древние сюжеты снова и снова находят отражение в литературе и жизни? Эта подборка книг рассказывает о разных аспектах мифологии — о том, как развитие земледелия повлияло на образ Богини-матери, как герои Кафки и Манна связаны с древними культами и зачем человечеству нужны трикстеры. Альбер Камю «Миф о Сизифе» Не теряющее актуальность эссе, в котором Камю рассматривает загробную жизнь легендарного царя-трикстера с позиций абсурдистской философии. С точки зрения Камю, Сизиф — настоящий абсурдный герой, жаждущий жить полной жизнью, но обреченный на «бесполезный и безнадежный труд». Впрочем, тяжелая ноша не мешает ему обрести внутреннюю свободу, ведь любое предопределение сводится лишь к тому, как о нем судит сам человек. Камю размышляет о том, что жизнь обычного человека мало чем отличается от судьбы мифологического героя — по сути, разница лишь в том, что, в отличие от Сизифа, мы крайне редко осознаем всю абсурдность собственного существования. «Эта вселенная, отныне лишенная властелина, не кажется ему ни бесплодной, ни ничтожной. Каждая крупица камня, каждый отблеск руды на полночной горе составляет для него целый мир. Одной борьбы за вершину достаточно, чтобы заполнить сердце человека. Сизифа следует представлять себе счастливым». Карл Юнг «Душа и миф» Тематический сборник статей, в которых классик психологии анализирует античные мифы и сказочные мотивы, перечисляя базовые архетипы, лежащие в основе всех древних легенд — Младенец, Дева, Мать, Возрождение, Дух и Трикстер. Последнему посвящена отдельная статья, в которой Юнг объясняет, почему образ «трюкача» кочует из предания в предание, начиная с мифов о Гермесе и заканчивая сказкой про Мальчика-с-пальчик. «Любого культурного человека, который ищет совершенства где-то в прошлом, должна удивить встреча с фигурой трюкача. Он — предвестник Спасителя и, подобно ему, бог, человек и животное вместе. Он одновременно недочеловек и сверхчеловек, животное и божественное создание, чья главная и наиболее вызывающая характеристика — бессознательность. Именно благодаря ей он отстранен от своих (очевидно, человеческих) собратьев, которые показывают, что он пал ниже их уровня сознательности. Он настолько не осознает себя, что его тело не составляет единства и руки борются одна с другой». Елеазар Мелетинский «Поэтика мифа» Монография известного фольклориста посвящена истории мифов и их возрождению в современной западной культуре. Мелетинский рассматривает классические формы мифов и рассуждает о семантике мифологического сюжета. Самая интересная часть книги посвящена мифологическим образам в литературе XX века: из нее можно узнать о связи «Превращения» Кафки с тотемическими мифами, а Пеперкорна из «Волшебной горы» Томаса Манна — с культом Диониса. Большое внимание Мелетинский уделил и самому мифологичному произведению модернистской литературы — «Улиссу». «Сопоставление сюжетов «Замка» и «Процесса» с циклом инициации вполне корректно, особенно если вспомнить, какую роль противопоставление посвященных и непосвященных играет в обоих романах. В «Замке» имеется в виду посвящение «замком» для превращения в полноправного члена общины, такова же цель древних посвятительных ритуалов. Учитывая особую роль «отца» и аллюзии на бога-отца у Кафки, стоит упомянуть некоторые мифы Северной Америки или Океании, где героя-сына испытывает его отец солнечный или иной бог: он пытается извести сына, жестоко наказать за нарушение брачных и иных табу, не допустить на небо, но сын в конце концов, как и во всех других подобных сюжетах, добивается своего и в дальнейшем обычно завоевывает особое покровительство отца и богов». Ролан Барт «Миф сегодня» Ролан Барт в свое время предложил принципиально новую концепцию мифа — как особой коммуникативной системы, несущей в себе замаскированную идеологию. При этом то, что мы считаем смыслом высказывания с точки зрения обычного языка, для мифа является лишь формой, а смысл в нем находится на другом уровне восприятия. В той или иной степени мифы создаются и в современной жизни — в рекламе, кино, СМИ и политике. Впрочем, как считает философ, политический миф особенно пышно и непринужденно расцветает в буржуазном обществе — в отличие от «неуклюжих» мифов социализма. «В чем суть мифа? В том, что он преобразует смысл в форму, иными словами, похищает язык. Образ африканского солдата, белокоричневый баскский домик, сезонное понижение цен на фрукты и овощи похищаются мифом не для того, чтобы использовать их в качестве примеров или символов, а для того, чтобы с их помощью натурализовать Французскую империю, пристрастие ко всему баскскому, правительство. Всякий ли первичный язык неизбежно становится добычей мифа? Неужели нет такого смысла, который смог бы избежать агрессии со стороны формы? В действительности все, что угодно, может подвергнуться мифологизации, вторичная мифологическая система может строиться на основе какого угодно смысла и даже, как мы уже убедились, на основе отсутствия всякого смысла». Алексей Лосев «Диалектика мифа» Известный советский философ и тайный монах трактовал миф как «в словах данную чудесную личностную историю» — то есть как способ интуитивного взаимодействия с реальностью, позволяющий достичь максимальной самореализации человеческого «Я». А еще доказывал, что от мифологического мышления не могут абстрагироваться даже ученые. Лосев не побоялся раскритиковать философию диалектического материализма, что сыграло роковую роль в его биографии: после выхода книги в 1930 году весь тираж был изъят, а сам ученый провел 10 лет на Беломорканале. «Декарт начинает свою философию с всеобщего сомнения. Даже относительно Бога он сомневается, не является ли и Он также обманщиком. И где же он находит опору для своей философии, свое уже несомненное основание? Он находит его в «я», в субъекте, в мышлении, в сознании, в ego, в cogito. Почему это так? Только потому, что таково его собственное бессознательное вероучение, такова его собственная мифология, такова вообще индивидуалистическая и субъективистическая мифология, лежащая в основе новоевропейской культуры и философии. Декарт — мифолог, несмотря на весь свой рационализм, механизм и позитивизм». Карен Армстронг «Краткая история мифа» Британская исследовательница истории религий и призер TED написала увлекательную книгу на стыке истории, культурологии и психологии, в которой рассказывает о том, как мифы о героях возникли под влиянием шаманских ритуалов, как аграрная революция сформировала противоречивый образ щедрой и кровожадной Богини-Матери и почему деятелям эпохи Просвещения так и не удалось одержать полную победу над мистицизмом. Кроме того, автор размышляет о роли, которую играет миф в укрощении Бессознательного и об опасностях современной демифологизированной цивилизации. «В других культурах для человека было бы немыслимо остановиться посреди обряда инициации или перехода, так и не избавившись от ужаса. Мы же в отсутствие жизнеспособной мифологии поступили именно так. В современном неприятии мифа есть некий трогательный и даже героический аскетизм. Однако своей приверженностью сугубо линейному, логическому и историческому образу мышления мы лишаем себя целительных средств и приемов, позволявших людям раскрывать весь потенциал своей сущности, дабы жить полной жизнью, не отворачиваясь от неприемлемого». Курт Хюбнер «Истина мифа» Немецкий философ и методолог науки пытается «примирить миф с притязаниями рациональности», размышляя о том, в каких отношениях он находится с наукой, политикой и искусством в современном обществе. Миф, в представлении Хюбнера, — система мировоззрения, которая тесно связана с реальностью, обладает своей структурой и логикой, и вполне может конкурировать с наукой по своей онтологической ценности. «Результаты уже почти двести лет длящегося исследования мифа вызвали тихую революцию, поскольку они, хотя это еще вряд ли заметили, подорвали многое из того, что прежде казалось столь самоочевидным — то устаревшее и опровергнутое во всяком случае наукой мнение, согласно которому миф есть лишь чистое порождение фантазии… С другой стороны, можно предположить, что эпоха, строящая свою жизнь по одностороннему научно-техническому образцу, высшую точку развития уже прошла. Но если предшествующий опыт не может быть полностью забыт, то в будущем можно представить себе только одну культурную форму, в которой наука и миф не будут ни подавлять друг друга, ни существовать раздельно, но вступят в некоторые опосредованные жизнью и мыслью отношения».