Выберите предмет и узнайте о своём эмоциональном состоянии

Наше подсознание хранит в себе много тайн. Оно может дать подсказку о том, что же нас тревожит в данный момент и чего бы нам хотелось. Предлагаем вашему вниманию очень интересный тест, который используют многие психологи, чтобы определить эмоциональное состояние человека. Представьте, что вы оказались в подвальной комнате. Здесь скоплено очень много разных вещей. Осмотритесь вокруг. Что первое вам бросилось в глаза? Быть может, вы хотите избавиться от этого предмета? Итак, нажмите на картинку и выберите предмет! Результат ниже. Качели Они символизируют эротическую игру. Это эротические фантазии, но они также показывают определенную одержимость. Кукла Она символизирует собой связь с детством. Вам трудно взрослеть, вы стараетесь выглядеть моложе своих лет. Открытая банка краски Символизирует вашу потребность дать волю эмоциям и отстаивать своё мнение. Закрытая банка краски Символизирует вашу накопившуюся агрессию, тревогу и незащищенность, которую вы скрываете от окружающих. Ваша замкнутость мешает вам налаживать отношения с другими людьми. Велосипед Он символизирует ваш внутренний баланс и ваше желание исследовать что-то новое: окружение, новые ценности и стремление к переменам. Корзина яблок Он символизирует знание, мудрость, достижение личной цели и ваше счастье. Гвозди Они символизируют насилие по отношению к себе и другим. Этот объект показывает эмоциональную ситуацию и изменённую психологию восприятия. Шлем Он символизирует мужество и дух воина, а также импульсивность и неспособность принимать решения. Книги Символизируют стремление к знаниям, но если они опущены в подвал, это может демонстрировать потерянный смысл существования. Молоток Он символизирует насилие и стремление достичь чего-то силой. Это насилие может быть направлено на внешний объект или предмет, который вызывает или может выявить определенный конфликт с самим собой. Маски Они символизируют эмоции, с которыми мы относимся к другим, как положительные, так и отрицательные. Картина Она символизирует стабильность и ясность в наших делах, показывает, что вы ищете видение себя и других. Колесо Оно символизирует связь между нашим окружением и нашей близостью. Единственный негативный момент — те, кто выбирает этот объект, движутся по замкнутому кругу и ничего не хотят менять в своей жизни. Колбасы Символизируют тесную связь с вашим физическим состоянием. Обычно выбирают те, у кого есть скрытые проблемы со здоровьем. Решётка Символ замкнутости и одиночества. Этот объект показывает, что вы проходите через период депрессии и тревоги, и вам очень тяжело собраться. Лестница Она символизирует стремление подняться вверх, чтобы достичь своей цели. Поскольку перекладины на лестнице сломанные, это показывает, что путь прерывается и, следовательно, вы живёте, балансируя между прошлым и будущим. Ящики Коробки символизируют нашу личность, так как они являются контейнерами, которые предназначены, чтобы скрыть или закрыть что-то внутри. Подумайте, чем они наполнены. Метла Демонстрирует ваше скрытое желание близких отношений и интимной близости с любимым человеком. Сломанный стул Он символизирует период нестабильности, напряженности, стресса и отсутствие отдыха. Разбитое зеркало Зеркало символизирует то, как мы видим себя, но так как оно сломалось, это показывает внутреннюю борьбу, которая делит пополам и заставляет нас чувствовать себя плохо. Щипцы Этот объект отображает состояние угнетения, в котором вы находитесь. Вы чувствуете себя обязанными сделать определенный выбор и принимать определенные решения.

5 отличных способов промыть вам мозги независимо от того, насколько вы умны

Просто оглянитесь вокруг, и вы увидите, что в мире полно людей с промытыми мозгами, которые делают нечто странное или даже нечто убийственное. Но уж вы-то, конечно, никогда не станете делать ничего подобного, правда? Так чем же отличаются от вас все эти люди? Почему всякие глупые (или ужасные) движения так легко набирают последователей, в том числе из среды интеллигентных и образованных людей? Вот что получилось при попытке в этом разобраться. 1. Идеи не имеют значения — людей волнует лишь то, что «работает» Наверное, большинство читающих это думают, что сайентология — это довольно смешная фигня, так что давайте используем её в качестве примера. Вы, вероятно, слышали все эти сумасшедшие мифы о том, что 75 миллионов лет назад злой правитель Ксену заморозил миллиарды себе подобных и похоронил их в земных вулканах. Если присоединиться к сайентологам означает поверить в такую чушь, то почему среди сайентологов наряду с десятками тысяч обычных людей встречаются люди успешные, богатые и ранее не страдавшие психическими заболеваниями? Позвольте показать, как сайентология творит свои чудеса. Вот, например, что советуют делать сайентологи, когда работа или жизнь становится невыносимой. И советы эти не сводятся к «проведите ритуал вызова тэтана» или к чему-то подобному. Вместо этого вам предложат сконцентрироваться на одной-единственной задаче и постараться выполнить эту задачу правильно и быстро. Так что вы будете думать не о ненавистной работе, а о задаче, которую нужно решить прямо сейчас. А после решения этой задачи у вас появится уверенность, позволяющая перейти к следующей задаче. И это великолепный совет: каждый успешный человек поступает именно так. «Но погодите-ка, — скажете вы, — сайентология ведь ничего не изобрела, она просто позаимствовала всё это из рассылки „10 советов, позволяющих работать лучше“. Это просто здравый смысл, и ничего более». Верно. Мифология совершенно не важна, если все эти ритуалы облегчают нашу жизнь. Каждый культ, политическая партия, группа людей, объединённых ненавистью к чему-либо, давно поняли, что людей можно легко заманивать в ловушку, если брать странные вещи и связывать их нитями здравого смысла так, что в итоге с ними согласятся все. Но почему же попавшие в ловушку люди никуда не уходят даже после того, как члены их группы начинают делать нечто отталкивающее? Ну… 2. Главным образом из-за страха Позвольте мне вернуться к любимому примеру. В начале фильма «Властелин колец» показывают масштабную битву между эльфами и орками. Не обязательно слушать голос за кадром, чтобы понять, за кого следует болеть в этой битве. Если вы завтра наткнётесь на группу ребят, избивающих орка в переулке, вы присоединитесь к ним, даже не спросив о причине драки и не узнав, что ребята сами украли у орка велосипед. Это просто не имеет значения, вы дрались бы на их стороне, даже если бы эти люди были неонацистами. Люди оправдывают свои ужасные действия, думая, что они сражаются с каким-то врагом, который намного хуже, чем они. Но всегда помните: людей в первую очередь определяет именно то, что они ненавидят. Подумайте о том, как мало люди в сети рассказывают о своих любимых группах, и как много тех, кто говорит о своей ненависти к группе Nickelback, например. Крепкие парни в средней школе не заботились о том, чтобы стать спортсменами, но очень заботились о том, чтобы не быть ботаниками. Вы никогда не можете понять, кем на самом деле хотите быть, но зато точно знаете, кем вы быть не хотите. Всё что вы знаете — независимо от того, насколько глупы или разрушительны ваши верования, — это то, что они просто помогают вам не встать на сторону какого-нибудь злодея, который, как вам кажется, есть. Подождите, не означает ли это, что члены группы, объединённой ненавистью к кому-то, на самом деле подпитывают друг друга и что противоборствующие стороны на самом деле находятся в странном симбиозе, который в конечном итоге обеспечивает их выживание? Да! Именно поэтому мы всегда приписываем отрицательные черты людям, с которыми не согласны. Нам недостаточно просто сказать, что антифеминистки не правы. Нам надо сказать, что они все толстые и бесполые. Консерваторы — отсталые жлобы, либералы — хиппи, у которых нет власти. А нашему собственному движению мы готовы простить многое, потому что, независимо от того насколько мы коррумпированы, мы, по крайней мере, не орки. 3. Друзья значат больше, чем политика Если вы поговорите с тем, кто был на войне, и спросите, как он через это прошёл, вряд ли вам что-то скажут о любви к своей стране или об убеждениях. Нет, он расскажет о парне рядом. Они прикрывали друг другу спину, именно так им удалось выжить. Вспоминается интервью с одним бывшим неонацистом, который примкнул к скинхедам, прежде чем понял, кто они. Через пару месяцев у него спросили: «Ну что, теперь ты ненавидишь евреев, не так ли?» И он, как и все, ответил: «Конечно». С течением времени он действительно научился ненавидеть евреев, но это пришло гораздо позже. А вначале речь шла о том, чтобы просто поддержать своих друзей. «Я бы никогда не согласился уничтожить целый народ лишь для того, чтобы понравиться своим друзьям!» — скажете вы. Может быть, но есть и более тонкие процессы, из-за которых вы можете вовлечься в то, что вам чуждо. Скажите честно: многие ли из вас действительно видят аргументы, которые приводят противоборствующие стороны? Когда возникает серьёзный спор, большинство людей не стремятся разобраться в его деталях, чтобы понять, как действовать эффективнее. Они просто следуют за своей группой. Всё потому, что в массе своей люди принимают те мнения, которые позволяют лучше вписаться в их социальную группу, потому что вписаться — куда важнее всякой абстрактной чуши о налогах и внешней политике. Мы всегда выбираем то, что для нас наиболее значимо. 4. Моральный кодекс у всех один и тот же, просто используется по-разному Считаете ли вы себя морально выше людей, которые сжигали ведьм? Хочется надеяться, что это так, ведь те люди казнили невинных женщин, основываясь лишь на нелепом суеверии. Но если бы вдруг выяснилось, что ведьмы не только реально существовали, но и всё сказанное о них было правдой? И что единственным способом остановить их было убийство? И тут становится понятно, что вы не обязательно терпимее по сравнению с охотниками на ведьм, вы просто не разделяете их веру в ведьм. И ваш моральный кодекс в действительности может быть таким же, как у них, но вы просто не согласны с ними в данном конкретном случае. А факты могут быть верными или неверными, но они не бывают моральными или аморальными. Теперь рассмотрим один серьёзный политический спор. И либералы, и консерваторы согласны с моральным принципом, что правительственная тирания — это плохо. Однако у них нет единого мнения о том, является ли реформа системы здравоохранения, проводимая президентом, примером такой правительственной тирании. И это не означает, что позиция одной стороны моральна, а другой — аморальна. Это лишь означает, что стороны исходят из разных фактических предпосылок. Бывает и так, что какая-то сторона просто лжёт о том, во что верит. Охотники на ведьм в действительности в ведьм не верили. Им просто нравилось калечить женщин. Консерваторы на самом деле не думают, что реформа здравоохранения — пример тирании. Им просто нужен предлог, чтобы оставить всех бедных людей больными. Но если спросить всех этих людей об их моральных ценностях, список во всех случаях будет один и тот же: минимизация ущерба, обеспечение справедливости, уважение к авторитетам, сохранение чистоты тела и ума. Если в списках и будут какие-то отличия, то очень незначительные. 5. Большинство людей попадает в свои группы случайно Когда кто-то хочет объективно выяснить, какая группа лучшая, почему-то всегда лучшей признаётся та, к которой принадлежит этот человек. Довольно странно, не так ли? Почитайте рассуждения о бедных участников форума по управлению благосостоянием — им совершенно ясно, что люди обеднели потому, что они настолько слабы и безнравственны, что не могут контролировать свои сиюминутные желания. Почти всегда люди считают смертным грехом нечто такое, что лично им ни в коем случае не грозит. Другими словами, мы стараемся настроить свой моральный кодекс так, чтобы встать на «правильную» сторону с минимальными усилиями. Вы можете думать об этом как о своих «моральных установках по-умолчанию», и определяются они тем, где вы родились, как вас воспитали и к какой группе друзей вы присоединились. Тот факт, что разные люди имеют разные моральные установки — а главное, верят в них одинаково сильно — понять почти невозможно. Признайтесь: вы тайно уверены, что никогда не стали бы расистом, доведись вам жить на юге США во времена рабовладения. А если бы вы были молодым немцем, то никогда бы не присоединились к сторонникам Гитлера. Если мы с помощью воображения переносимся в какое-то другое время и место, мы почему-то всегда уверены, что наша «моральная установка по-умолчанию» будет с нами, так как мы просто не представляем своей жизни без неё. И это ещё одна вещь, из-за которой мы никогда не сможем по-настоящему понять друг друга. И когда мы пытаемся заставить кого-то отказаться от его «моральной установки по-умолчанию», то, по сути, хотим, чтобы он: 1. отказался от того, что до сих пор прекрасно работало; 2. позволил гадам с той стороны победить; 3. предал своих друзей; 4. совершил нечто (в его представлении) аморальное. Многие скорее умрут, чем пойдут на такое.

Квадрат Декарта

Это простая техника принятия решений. Ее суть заключается в том, что нужно рассмотреть проблему/ситуацию, ответив на такие 4 вопроса: Что будет, если это произойдет? (Что я получу, плюсы от этого). Что будет, если это не произойдет? (Все останется так, как было, плюсы от неполучения желаемого). Чего НЕ будет, если это произойдет? (Минусы от получения желаемого). Чего НЕ будет, если это НЕ произойдет? (Минусы от неполучения желаемого). С этим вопросом будьте внимательны, потому что мозг захочет проигнорировать двойное отрицание. И ответы могут быть похожи на ответы первого вопроса. Не допускайте этого. Почему эта техника работает? Дело в том, что в ситуации, требующей решения, мы часто зацикливаемся на одной позиции: что будет, если это произойдет? С помощью «квадрата Декарта» можно рассмотреть одну и ту же ситуацию сразу с 4 разных сторон.

Как понять, что ты изменился за год? Чек-лист для проверки себя

Ты стал чаще отказываться от своей правоты, если она не эффективна Есть гениальная фраза: «Пешеход был прав, но мертв». Конечно, всегда очень приятно быть Правым. Это так тешит Эго. Но наша правота в большинстве случаев совсем не эффективна. У есть знакомая, которая уверена: «Талант заложен в каждом человеке с рождения. И нужно его найти». И вот уже 10 лет она в поисках своего таланта, скачет с книжки на книжку, с тренинга на тренинг. И она верит, что она права. А я считаю, что таланта не существует и что нужно просто фигачить в любую сторону. И всё обязательно придет! И парадокс мира в том, что никто не знает, как все устроено на самом деле. Ни у кого нет монополии на истину. Но если твоя оценка «Надо искать свой талант до конца жизни» — неэффективна, то надо легко с ней расставаться. А то можно быть «правой» и нереализованной до конца жизни. Вопрос: А в какие моменты в этом году ты отказывался от того, чтобы «быть правым», потому что это было не эффективно? Ты стал делать выбор, исходя «Мне важно», а не «Я хочу» Недавно мой друг сказал: «Если бы люди делали только то, что хотят, то мы бы все переубивали друг друга и перетрах…в смысле, переспали бы друг с другом». Не знаю, как насчет первого, но, думаю, от второго было бы тяжело отказаться. Есть «Я хочу», а есть «Мне важно». Один мой знакомый стал заниматься регулярно спортом в 35 лет. Он сказал: «У меня только родился сын. И мне важно, чтобы через через 15 лет, когда мне будет 50, а сыну 15,я был в состоянии поиграть с ним в футбол на равных. Я не могу сказать, что я хочу и испытываю кайф каждое утро бегать, когда на улице минус 15 и в лицо летит снег. Но «Мне важно» побеждает «Я хочу». Вопрос: Какие вещи в этом году ты делал, исходя из «Мне важно», а не из «Я хочу»? Ты принял свою «темную» сторону Каждый человек как Луна — у нас есть и светлая, и темная сторона. «Темную» сторону нас учили с детства подавлять. Помните «Будь хорошей девочкой», «Не огорчай маму» и все такое? Но, подавляя свои эмоции и чувства, мы блокируем огромное количество энергии. И самое умное — позволить себе иногда выпускать своих чудовищ погулять. Правда, делать это максимально экологично для себя и других людей. Вопрос: Какие свои темные стороны ты принял в этом году и перестал бороться с ними? Как ты выпускаешь свои «чудовищ» погулять? Тебя не задевают те вещи, которые раньше задевали Недавно я услышала классную мысль о том, что человека обидеть невозможно. Можно только обидеться. «Ся» — это суффикс, полная версия которого «Себя». То есть обидеться — это «обидеть себя». Если мы не уверены в себе, то нас легко «задеть». А те вещи, в которых мы уверены, нас не задевают. Например, если вы скажете очень худому человеку, что он «толстый», его это никак не заденет (если он сам, конечно, так не думает). А если вы скажете матери, которая не уделяет время детям о том, что она «запустила детей», то, скорее всего, ее это заденет. Когда мы меняемся, то те вещи, которые нас раньше задевали, перестают нас трогать. Если вас больше не тревожат слова, которые раньше были неприятными, то поздравляю — вы решили какую-то внутреннюю проблему. Вопрос: Какие слова, которые раньше были неприятными, перестали тебя задевать в этом году? Ты стал смелее Недавно я проводила новогодний вебинар, на котором спросила у присутствующих: «Почему в уходящем году вы не достигли того, чего хотели?». И большинство ответов сводились к простой вещи: «Мне не хотелось рисковать». Риск — широкое понятие. Рисковать можно своей репутацией, своими деньгами, своими привычками. Но кто не рискует, тот…ниже приведу другую трактовку этой фразы. Не так давно я возвращалась из Рима. В самолете встретила девушку Лену. Она была 7 лет замужем за итальянцем. Говорит, не любила его, а просто вышла замуж, потому что «было надо». Детей у них не было. И вот за 30 дней до нашей встречи она познакомилась в социальных сетях с парнем Ваней из деревушки под Ростовом-на-Дону. И ровно за месяц Лена подала на развод, собрала вещи, бросила всё и полетела к своему Ване, ни разу не видев его вживую. Когда я написала об этом в соцсетях, люди начали реагировать по-разному. Кто-то обвинил Лену в том, что у нее поехала крыша и что «нельзя переезжать к человеку, если ты его не видел». Другие Лену поддержали. Но я знаю только одно: в жизни нет гарантий. Возможно, они с Ваней проживут пару лет, а потом Лена снова уедет к итальянцу. А, возможно, они будут счастливы до конца жизни. Когда мы выходили из самолета, Лена сказала: «Я же все понимаю. Со стороны кажется, что я сумасшедшая. Но кто не рискует, тот не только не пьет шампанское, тот вообще ничего не пьет!». Золотые слова, Лена! Как романтично выразил эту мысль канадский хоккеист Уэйн Гретцки: «Из тех бросков, которые ты не сделал, 100% — мимо ворот». Вопрос: А как и чем ты рисковал в этом году? Автор: Лариса Парфентьева

Хотите быть более креативным? Развивайте синестезию

Фрагмент книги «Всеобщая история чувств» Дианы Акерман о том, как люди творческих профессий использовали синестезию для стимуляции вдохновения. Повседневная жизнь — это непрерывная атака на восприятие, и у каждого из нас ощущения в определенной степени накладываются одно на другое. Как утверждает гештальт-психология, если дать людям список бессмысленных слов и поручить связать их с контурами и цветом, то определенные звучания будут в довольно четком порядке ассоциироваться с определенными очертаниями. Еще удивительнее то, что этот порядок будет сохраняться для испытуемых и из США, и из Англии, и с полуострова Махали, который вдается в озеро Танганьика. Люди с развитой синестезией тоже склонны реагировать предсказуемо. Исследование двух тысяч синестетиков, принадлежавших к различным культурам, выявило большое сходство в ассоциации цветов и звучания. Низкие звуки часто ассоциируются у людей с темными цветами, а высокие — с яркими. В определенной степени синестезия встроена в нашу систему чувств. Но сильная природная синестезия встречается у людей редко — примерно у одного на пять тысяч, — и невролог Ричард Сайтовик, прослеживающий основы этого феномена в лимбической системе, самой примитивной части мозга, называет синестетиков «живыми ископаемыми когнитивной системы», потому что у этих людей лимбическая система не полностью управляется куда более сложной (и возникшей на более позднем этапе эволюции) корой головного мозга. По его словам, «синестезия… может служить воспоминанием о том, как видели, слышали, обоняли, ощущали вкус и осязали первые млекопитающие». Некоторых синестезия лишь раздражает, но другим она идет во благо. Для человека, желающего избежать сенсорной перегрузки, это может быть и небольшая, но беда, зато настоящие творческие натуры она воодушевляет. Среди наиболее известных синестетиков — немало людей искусства. Композиторы Александр Скрябин и Николай Римский-Корсаков в своей работе легко ассоциировали музыку с цветами. Для Римского-Корсакова тональность до мажор была белой, а для Скрябина — красной. Ля мажор у Римского-Корсакова розовая, у Скрябина — зеленая. Еще удивительнее то, что результаты их музыкально-цветовой синестезии порой совпадали. Ми мажор у обоих была голубой (у Римского-Корсакова — сапфирового оттенка, у Скрябина — бело-голубой), ля-бемоль мажор — пурпурной (у Римского-Корсакова — серовато-лиловой, у Скрябина — пурпурно-лиловой), ре мажор — желтой и т. д. Для писателей синестезия тоже благотворна — иначе разве бы они описывали так выразительно ее проявления? Доктор Джонсон однажды сказал, что «алый цвет лучше всего передает металлический крик трубы». Бодлер гордился своим «сенсорным эсперанто», а один из его сонетов, где связаны между собой ароматы, цвета и звуки, оказал огромное влияние на влюбленных в синестезию символистов. <…> Мало кому удалось написать о синестезии столь точно и изящно, как Владимиру Набокову, который в автобиографии «Память, говори» анализировал то, что называл «цветным зрением»: Не знаю, впрочем, правильно ли говорить о «слухе», цветное ощущение создается, по-моему, самим актом голосового воспроизведения буквы, пока воображаю ее зрительный узор. Долгое «a» английского алфавита… имеет у меня оттенок выдержанной древесины, меж тем как французское «а» отдает лаковым черным деревом. В эту «черную» группу входят крепкое «g» (вулканизированная резина) и «r» (запачканный складчатый лоскут). Овсяное «n», вермишельное «l» и оправленное в слоновую кость ручное зеркальце «о» отвечают за белесоватость. Французское «on», которое вижу как напряженную поверхность спиртного в наполненной до краев маленькой стопочке, кажется мне загадочным. Переходя к «синей» группе, находим стальную «x», грозовую тучу «z» и черничную «k». Поскольку между звуком и формой существует тонкая связь, я вижу «q» более бурой, чем «k», между тем как «s» представляется не поголубевшим «с», но удивительной смесью лазури и жемчуга. Соседствующие оттенки не смешиваются, а дифтонги своих, особых цветов не имеют, если только в каком-то другом языке их не представляет отдельная буква (так, пушисто-серая, трехстебельковая русская буква, заменяющая английское «sh», столь же древняя, как шелест нильского тростника, воздействует на ее английское представление). <…> Писатели — странные люди. Мы бьемся в поисках идеального слова или блестящей фразы, которые позволят каким-то образом сделать внятной для других лавину уникальной осознанной информации. Мы живем в ментальном гетто, где из каждой работоспособной идеи, если дать ей должное побуждение — немного выпивки, небольшая встряска, деликатное обольщение, — может вырасти впечатляющий труд. Можно сказать, что наши головы — это конторы или склепы. Наше творчество словно обитает в маленькой квартирке в доме без лифта в Сохо. Нам известно, что сознание пребывает не только в мозгу, но вопрос о том, где оно находится, не уступает по сложности вопросу о том, как оно работает. Кэтрин Мэнсфилд однажды сказала, что взрастить вдохновение можно, лишь очень тщательно «ухаживая за садом», и я считаю, что она имела в виду нечто более управляемое, нежели прогулки Пикассо в лесу Фонтенбло, где он «до несварения объедался зеленью», которую ему позарез нужно было вывалить на холст. Или, возможно, она имела в виду именно это: упорно возделывать знание о том, где, когда, как долго и как именно действовать, — а потом приступить к действию, и делать это как можно чаще, даже если устал, или не в настроении, или недавно совершил несколько бесплодных попыток. Художники славятся умением заставлять свои ощущения работать на себя и порой используют поразительные фокусы синестезии. <…> Шиллер складывал в ящик стола гниющие яблоки и вдыхал их едкий запах, если затруднялся найти нужное слово. Потом он задвигал ящик, но запах оставался у него в памяти. Исследователи из Йельского университета установили, что пряный аромат яблок оказывает сильный бодрящий эффект и может даже предотвращать панические атаки. Шиллер мог установить это опытным путем. Что-то в сладкой затхлости этого запаха взбадривало его мозг и успокаивало нервы. Эми Лоуэлл, как и Жорж Санд, за письменным столом курила сигары и в 1915 году закупила 10 тысяч любимых ею манильских второсортных сигар, чтобы наверняка обеспечить питанием свои творческие печи. Это Лоуэлл сказала, что обычно «швыряет» идеи в подсознание: «…как письмо в почтовый ящик. Через шесть месяцев у меня в голове начинают возникать слова стихотворения. <…> Слова будто бы проговариваются в голове, но их никто не произносит». Потом они обретают форму, окутанные облаком дыма. И доктор Сэмюэль Джонсон, и поэт У.Х. Оден более чем неумеренно пили чай — сообщалось, что Джонсон частенько выпивал за один присест двадцать пять чашек. Джонсон умер от удара, но непонятно, могло ли это явиться следствием злоупотребления чаем. Виктору Гюго, Бенджамину Франклину и многим другим лучше всего работалось, если они раздевались донага. Д.Х. Лоуренс однажды признался, что любил лазить нагишом по шелковичным деревьям — их длинные ветви и темная кора служили для него фетишем и стимулировали мысли. Колетт начинала творческий день с вылавливания блох у своей кошки; мне нетрудно представить, как методичное перебирание и разглаживание меха помогало сосредоточить разум сибаритки. Кстати, эта женщина никогда не путешествовала налегке, а всегда требовала брать с собой большие запасы шоколада, сыров, мясных деликатесов, цветов и багетов в каждую, даже непродолжительную поездку. Харт Крейн обожал шумные вечеринки, но в разгар веселья всегда исчезал, бежал к пишущей машинке, включал запись кубинской румбы, потом «Болеро» Равеля, потом любовную балладу, после чего возвращался «с багрово-красным лицом, пылающими глазами, стоящими дыбом уже седеющими волосами. Во рту у него торчала пятицентовая сигара, которую он вечно забывал закурить. В руках он держал два-три листа машинописного текста… «Прочти-ка! — говорил он. — Величайшее стихотворение в мировой литературе!» Это рассказывал Малкольм Каули, который приводит много других примеров того, как Крейн напоминал ему «еще одного друга, знаменитого убийцу лесных сурков», когда писатель «пытался выманить вдохновение из тайного убежища пьянством, смехом и музыкой фонографа». Стендаль, работая над «Пармской обителью», каждое утро читал две-три страницы французского Гражданского кодекса, чтобы, по его словам, «настроиться на нужный тон». Уилла Кэзер читала Библию. Александр Дюма-отец писал публицистику на бумаге розового цвета, беллетристику — на голубой, а стихи — на желтой. Он был чрезвычайно организованным человеком, вплоть до того, что для лечения бессонницы и утверждения привычек ежедневно в семь утра съедал яблоко под Триумфальной аркой. Киплингу требовались самые черные чернила, какие только удавалось найти; он мечтал о том, чтобы «завести чернильного мальчика, который растирал бы мне индийские чернила», как будто сама тяжесть черноты должна была сделать его слова столь же значимыми, как и его воспоминания. Альфред де Мюссе, любовник Жорж Санд, признавался, что его больно задевало, когда она сразу после секса кидалась к письменному столу (а такое случалось часто). Впрочем, Жорж Санд не превзошла Вольтера, который пристраивал лист бумаги прямо на обнаженной спине любовницы. Роберт Льюис Стивенсон, Марк Твен и Трумэн Капоте обычно писали лежа. Капоте даже объявил себя «абсолютно горизонтальным писателем». Хемингуэй работал стоя — те, кто учится литературному мастерству, часто запоминают это, но пропускают мимо ушей то, что стоял он не потому, что воспринимал себя стражем суровой прямодушной прозы, а из-за больной спины, поврежденной при крушении самолета. Кстати, перед тем как приступить к работе, Хемингуэй фанатично затачивал карандаши. Считается, что, когда Эдгар По писал, у него на плече сидела кошка. Стоя работали Томас Вулф, Вирджиния Вулф и Льюис Кэрролл; сообщение Роберта Хендриксона в работе «Литературная жизнь и другие курьезы» (The Literary Life and Other Curiosities) гласило, что Олдос Хаксли «частенько писал носом». Сам Хаксли в книге «Как исправить зрение» (The Art of Seeing) утверждал: «После короткого „рисования носом“ наступит значительное временное улучшение зрения». <…> Расспрашивая некоторых друзей о том, как они привыкли организовывать свой писательский труд, я ожидала рассказов о каких-нибудь вычурных ухищрениях — стоять в канаве и насвистывать «Иерусалим» Блейка или, может быть, наигрывать на трубе мелодию открытия скачек на ипподроме в Санта-Аните, поглаживая пестрые колокольчики наперстянки. Но большинство из них уверяли меня, что ничего подобного у них нет — ни привычек, ни суеверий, ни особых обычаев. Я позвонила Уильяму Гэссу и слегка надавила на него. — Неужели у вас нет никаких необычных привычек и способов организации работы? — спросила я насколько могла нейтрально. Мы три года проработали вместе в Вашингтонском университете, и я знала, что за его маской тихого профессора скрывается поистине экзотическая интеллектуальная натура. — Нет, боюсь, я очень скучный человек, — вздохнул он. Я слышала, как он устраивался поудобнее на лестнице в своей кладовке. И, поскольку его сознание очень походило на захламленную кладовку, это казалось очень кстати. — Как начинается ваш день? — О, я посвящаю пару часов фотографированию, — ответил он. — И что же вы фотографируете? — Ржавые, заброшенные, безнадзорные, выморочные уголки города. В основном тлен и грязь, — сообщил он тоном «а что тут такого?», небрежным, как взмах ладони. — Значит, вы каждый день фотографируете тлен и грязь? — Почти каждый. — А потом начинаете писать? — Да. — И не считаете это необычным? — Для меня — нисколько.

1941 год: реальная история бывает удивительней, чем боевик

Из воспоминаний ветерана войны Сергея Сергеевича, полковника в отставке. Летом 1941 года передовые части немецкой группы армий «Север», преодолев сопротивление частей Красной Армии в Прибалтике, вырвались на оперативный простор. Они двигались в направлении Ленинграда, а останавливать их было нечем. На переброску резервов требовалось время, которое немцы давать командованию Красной Армии не собирались. Встал вопрос. Как хотя бы на несколько дней остановить немецкое наступление для переброски на фронт резервов из тылов Красной Армии? И выход нашли. Неизвестно кто придумал использовать в свою пользу склонность немцев к порядку и Устав Германской армии, но это сработало. В немецкой армии существовал следующий порядок. Командир подразделения действовал согласно полученному приказу. К примеру, командир немецкого батальона имеет приказ занять село Васильевку. Он захватывает Васильевку и здесь останавливает свою часть, не зависимо от того есть перед ним противник или нет. Командир обязан связаться с командованием, получить приказание на дальнейшие действия и только после этого двигаться дальше (или оставаться на месте) согласно приказу. Это не наши. Наши, если наступали, то продвигались вперед пока есть возможность, независимо от приказа. Бывало, к примеру, согласно плану операции наша авиация должна была бомбить Лидиевку. Бомбардировщики уже на взлете, а тут им сообщение: Отбой! Лидиевка уже наша! Досрочно взяли! У немцев при наступлении не так. Все строго по плану и в соответствии с приказами вышестоящего командования. Орднунг ист орднунг (Порядок есть порядок!). Эту черту немецкого характера и решили использовать летом 1941 года. Было принято решение разгромить штаб немецкой армии, чьи части вырвались на оперативный простор. Спецчастей в те дни хаоса, неразберихи, военных поражений под рукой не оказалось. Потому собрали офицеров, кто оказался под рукой. Вооружили их гранатами и автоматическим оружием, что нашлось, посадили на самолет и отправили ночью в тыл к немцам. Где располагался штаб немецкой армии знали точно: разведка установила. Да и немцы в те дни не особенно маскировались. Самоуверенности и презрения к противнику летом 1941 года у них было хоть отбавляй. Охрана штаба также была чисто формальная. Потому, высадившись в нужной точке, наши офицеры утром вышли к штабу и забросали его гранатами. После этого, согласно приказу, уходили парами. В одной из таких пар оказался и Сергей Сергеевич, тогда еще лейтенант. Отмахав километров 20 от разгромленного штаба, присели отдохнуть на лесной полянке: как быть дальше? А проблема была нешуточная. Штабист, который отправлял офицеров на это задание, не сообразил, что нельзя посылать в тыл к немцам людей с документами. А тут. Книжка офицера и партбилет у каждого при себе. И что делать? Идти с ними – либо немцы, либо наши расстреляют. Немцы, как коммунистов и офицеров; наши за то, что шли с полными документами. Что, немцам хотели их передать? Для немецких диверсантов и агентов сохраняли? А закопать и идти без документов? Выйдешь без них – наши обвинять в трусости и расстреляют. И так худо и так. И что делать? Так Сергей Сергеевич сидел с товарищем и обсуждал: как все-таки быть с документами? Неожиданно из ближайших кустов вышел паренек лет 15 и предложил: - Возьмете с собой двух девушек? Их надо вывести к нашим. Достану гражданскую одежду и скажу, как поступить с документами. Офицеры подумали и согласились. Паренек не подвел. Сергей Сергеевич и его товарищ переоделись в гражданское, познакомились с девушками, которых надо было вывести к своим. А с документами поступили следующим образом. Вырвали первые странички с фотографией из книжки офицера и партбилета, аккуратно сложили и спрятали в козырьках фуражек, которые им принес паренек. Прочее уничтожили. Таким образом, наши претензии уже не предъявят. Вышли с документами, непригодными для использования немцами. Все шло хорошо до одной из речушек. Едва успели переправиться, как нарвались на немецкий мотоциклетный патруль: фельдфебеля и двух солдат. Дальше обыск. Это только в кино показывают, что немцы обыскивают и не находят. Нашли. Одежду прощупывали пальцами по сантиметру. Документы офицеров нашли. Спасло то, что недалеко, километра три от них, был мост, через который как раз шли немецкие войска. Потому фельдфебель не стал принимать самостоятельного решения, а пошел к мосту посоветоваться с командованием. Пленных усадили на траву. Немецкие солдаты сели напротив пленных с оружием в руках. Против каждого солдата по офицеру и девушке. Пока фельдфебель был рядом, сидели спокойно. Чем дальше отходил фельдфебель, тем энергичней перемигивались офицеры: терять, мол, нечего; давай нападать! Пока Сергей Сергеевич и его товарищ перемигивались, девушки бросились на немцев. Одна сумела вырвать винтовку из рук солдата и прикладом в голову уложила его на месте. Вторую немец ногой отбросил в сторону. Первая же, вместо того, чтобы снять этого немца выстрелом, принялась добивать своего. В итоге уцелевший немец ее застрелил. Это было последнее, что он успел сделать. На него налетели Сергей Сергеевич и его товарищ и убили. Тут же бросились к мотоциклу. Один заводит, второй за пулемет. Немцы от моста бегут. Выстрел услышали. А девушка в ответ матом, да таким, что Сергей Сергеевич в жизни никогда не слышал. Дали по газам. Только немцы их и видели. На мотоцикле не просто оторвались от немцев, но и весьма быстро добрались до своих. Только за линией фронта, у своих, Сергей Сергеевич и его товарищ узнали, что девушки были сотрудниками советской военной разведки , и что на нижней юбке убитой была записана важная информация. А идея со штабом удалась. Трое суток понадобилось немецкому командованию, чтобы сформировать новый штаб, вместо разгромленного. И эти трое суток все части этой армии стояли на месте, не продвигаясь вперед. Эти три дня затишья позволили нашему командованию подтянуть резервы и сформировать оборонительные рубежи на подступах к Ленинграду.

Подборка блиц-фактов №86

В Глазго есть конная статуя герцога Веллингтона, на голову которого горожане постоянно надевают дорожные конусы. В 2013 году муниципальные власти заявили о том, что работы по снятию конусов обходятся бюджету в 10 тысяч фунтов ежегодно, и обнародовали планы по реставрации памятника, включающие увеличение вдвое высоты постамента. Однако развернувшаяся полемика и петиции с лозунгами «Сохраните конус» вынудили власти отозвать свои намерения. В Великобритании и Ирландии существует множество независимых объединений, которые обобщённо называются «Blood bikes». В них участвуют владеющие мотоциклами волонтёры, помогающие больницам в экстренной транспортировке донорской крови, органов для пересадки и других вещей, необходимых для спасения жизней. Во многих источниках утверждается, что Эрнё Рубик изготовил свой кубик, чтобы помочь своим студентам в Академии искусств и ремёсел лучше понять трёхмерные объекты. Сам Рубик опровергал эту информацию, говоря, что просто увлекался различными пространственными задачами и хотел придумать способ, как заставить части одного объекта двигаться без разваливания всей конструкции. Только собрав прототип из деревянных кубиков, добившись их взаимного скрепления и перемешав цвета, Рубик понял, что восстановление исходного вида куба — само по себе очень интересное занятие. Интересно, что конструктор в первый раз решал эту задачу более месяца, а сегодня победители мировых чемпионатов собирают кубик за считанные секунды. Российская пресса и официальные лица часто приписывают бывшему госсекретарю США Мадлен Олбрайт слова о том, что единоличное обладание Россией Сибирью и её огромными природными ресурсами — несправедливо. Однако ни в одном документальном источнике подобные высказывания Олбрайт не были обнаружены. Самое раннее упоминание об этой «цитате» встречается в интервью Никиты Михалкова в 2005 году. Годом позже один генерал-майор запаса Федеральной службы охраны РФ заявил, что они занимались прослушиванием мыслей западных политиков, и в ходе сеанса «подключения» к Олбрайт засекли такие рассуждения. В начале 1980-х годов сеть ресторанов быстрого питания A&W запустила масштабную рекламную кампанию своего гамбургера. В отличие от похожего сэндвича в 1/4 фунта из McDonald's, гамбургер A&W весил 1/3 фунта и стоил чуть дешевле, а покупатели говорили, что он вкуснее. Несмотря на всё это, кампания провалилась. Позже A&W провела исследование и выявила причину: многие клиенты не понимали истинного значения дробных чисел. Предложение казалось им невыгодным, так как 3 меньше 4. Одной из весовых единиц античности был скрупул, примерно равный 1,14 грамма. Им в основном пользовались для измерения веса серебряных монет. Позже скрупул применялся в аптекарской системе мер. Сегодня он не используется, но сохранился в слове «скрупулёзность», что значит чрезвычайную точность и аккуратность в мелочах. После Дня благодарения в США следует «Чёрная пятница», когда магазины предлагают большие скидки и бьют рекорды продаж. В ситуации, когда довольны и продавцы, и покупатели, кажется странным эпитет «чёрная» — обычно он достаётся дням чрезвычайных событий. Дело в том, что термин запустили в оборот ещё в 1960-х годах полицейские Филадельфии. В этот день сложность их работы возрастала в разы из-за огромных пробок и людских толп. Начиная с 16 века некоторые художники использовали коричневую краску, основой которой были останки забальзамированных древнеегипетских мумий. Особой популярностью этот пигмент пользовался у прерафаэлитов — многие их произведения выполнены в насыщенных коричневых тонах. Спрос на краску породил и предложение от мошенников, которые вымачивали в смоле тела казнённых преступников, обжигали их на солнце и выдавали за подлинные мумии. На тропических островах Индийского и Тихого океанов обитают пальмовые воры — раки, рацион которых состоит в основном из фруктов. Особенно они любят кокосы. Раки предпочитают искать уже упавшие и треснувшие плоды, но могут и сами расколоть твёрдую скорлупу сильными клешнями. А иногда для этой цели пальмовый вор может залезть вместе с кокосом на дерево и ещё раз бросить его на землю. При охоте летучая мышь сканирует пространство вокруг себя сериями ультразвуковых криков, а при обнаружении жертвы издаёт ещё более быструю серию криков для точного определения её местоположения. В этот самый момент другая мышь-конкурент может произвести специальный звук, названный учёными sinFM. Он накладывается на крик первой мыши, от чего та в большинстве случаев промахивается мимо жертвы. Складка кожи между носом и верхней губой называется губной желобок или, по-латински, фильтрум. Именно в этом месте соединяются части лица человека в ходе развития эмбриона на втором-третьем месяце беременности. Для озвучки динозавров в фильме «Парк Юрского периода» Гэри Райдстром записал и смикшировал множество естественных звуков реальных животных. По его признанию, звук общения велоцирапторов друг с другом базируется на криках спаривающихся черепах. Однажды Финеас Тейлор Барнум, крупнейший американский шоумен 19 века, решил, что посетители его «Американского музея» в Нью-Йорке слишком долго разглядывают экспозиции. Он приказал развесить указатели с надписями «This Way to the Egress», что переводится как «Это путь к выходу». Соль была в том, что слово «egress» — довольно редкое, гораздо чаще выход обозначается как «exit». Большинство посетителей думали, что эти таблички ведут к самой интересной выставке, но, следуя по ним, оказывались на улице. С 1943 по 1946 годы болгарским царём был Симеон II, хотя ввиду его малого возраста страной правил регентский совет. После коммунистического переворота его семья эмигрировала в Египет, а затем в Испанию. Спустя десятилетия Симеон вернулся в Болгарию, сформировал партию и выиграл с ней парламентские выборы, став премьер-министром республики в 2001—2005 годах. Причём во время нахождения у власти Симеон добился реституции собственности царской семьи, экспроприированной коммунистами, и стал крупным землевладельцем. Время в каждом часовом поясе обозначается относительно всемирного координированного времени UTC — например, UTC+4:00. Однако у самой этой аббревиатуры нет никакой официальной расшифровки. Международный союз электросвязи принимал данный стандарт в 1970 году и рассматривал варианты CUT (английское Coordinated Universal Time) и TUC (французское Temps Universel Coordonné). Не признав ни один из них подходящим, решили остановиться на нейтральном варианте UTC.

Почему мы несчастливы в мире изобилия?

Разбираемся, почему избыток порой хуже недостатка и как кураторство поможет вернуть вкус к жизни. «Хочется есть, но уже почистил зубы» или «Случайно закрыл вкладку в браузере» — вот они, проблемы первого мира. Конечно, на всех них стоит печать иронии. Но в каждой шутке лишь доля шутки: о чём ещё беспокоиться, если больше не нужно раздумывать о безопасном жилище и пропитании? В этом году в Ad Marginem вышла книга британского издателя и писателя Майкла Баскара «Принцип кураторства. Роль выбора в эпоху переизбытка». «Принцип кураторства» предлагает задуматься о любопытном феномене: проблемы людей в благополучных странах действительно стали иными. Если представить себе пирамиду Маслоу, то очевидно, что в XXI веке многие давно перешагнули через низшие ярусы, воспринимая наличие еды и безопасности как должное. Нас интересует самореализация, нам хочется иметь интересную работу, нам важно заниматься только тем, что нам нравится: творчество стало священной коровой эпохи. В мире, где практически каждый получил возможность выражать себя, появилось слишком много всего: ворох фотографий, нагромождение слов, разнообразие товаров… Человечество смогло выстроить механизмы экономики таким образом, чтобы из дефицита мы шагнули в переизбыток. Разделение труда, детище Адама Смита, позволило рабочему изготавливать не 20 булавок в день, а в 200 раз больше. Конвейер сначала устроил дерзкий переворот на заводе Генри Форда, а позже захватил власть и на других производствах. Тейлоризм, как считается, в качестве идеи безнадёжно устарел ещё в середине прошлого века, однако его принципы до сих пор живы в виде KPI и других лайфхаков для оптимизации работы сотрудников. Каждый из этих шагов приближал людей к великой цели — делать быстрее и делать больше. В итоге утопия изобилия стала реальностью, но помогло ли это стать счастливее? Эпидемия вещизма В книге Баскар обращается к разнообразным исследованиям, среди них — «Домашний быт в XXI веке», опубликованное 5 лет назад: исследователи, наблюдая за жизнью тридцати двух американских семей среднего класса, пришли к настораживающим выводам. «В США проживает 4% всех детей мира — и в то же время страна потребляет 40% от всех производимых в мире игрушек». Комнаты буквально усеяны игрушками, они везде: на полу, в комнате родителей, в подвале, который давно превратился в хранилище машинок, мягких зверушек и кукол. Очевидно, что количество вещей уже перевалило за лимит — но что делать, если на Рождество ребёнок ожидает очередной подарок? Места в доме не хватает, но дети хотят больше, и родители от них не отстают в этом желании. Хотя и пребывают в постоянном стрессе: этому способствует нехватка свободного пространства и потребность всё время наводить порядок. «Только 25% гаражей использовалось для автомобилей, в основном же в них хранились вещи». Как бы абсурдно ни звучало, но в просторном гараже среднестатистической американской семьи можно найти что угодно: снегоход, каноэ, газонокосилку... Что угодно, кроме машин, которые припаркованы у дороги. И неважно, что все эти вещи могли быть использованы всего раз в жизни. Продать их, несмотря на всевозможные сервисы, облегчающие хлопоты, психологически не так уж просто. Как только мы хотим избавиться от новой, хотя и не очень нужной вещицы, нас начинают мучить вопросы: а может, она мне ещё пригодится? Не зря же я её когда-то купил! «Несмотря на то, что практически у каждой семьи был просторный обустроенный двор, 50% из них проводили досуг у телевизора». При этом, хотя большую часть свободного времени члены семьи смотрели телепередачи, они всё равно старались освободить себя от приготовления пищи, довольствуясь выпечкой и полуфабрикатами. Такая статистика заставила авторов исследования вынести неутешительный вердикт: американская семья пребывает в состоянии «материального перенасыщения». Причём речь идёт о людях со средним достатком, которые зачастую работают не на одной должности, чтобы покупать вещи, которые уже некуда девать. Конечно, можно сказать, что жителям нашей страны до таких излишеств далеко. Немногие из нас живут в частных домах или имеют отдельный гараж, набитый вещами, — но зато у нас эту функцию выполняет балкон. Да и финансовый уровень не так значим, если в любой момент мы можем снять деньги с кредитки. Сегодня, как отмечает Баскар, нас интересуют не просто вещи: нам важно, чтобы одежда выделяла нас из толпы, подчёркивала статус или стиль. Мы тратим десятки тысяч за дизайнерское пальто не потому, что оно сделано из суперкачественного материала, а потому, что эта покупка помогает нам творчески выразить себя. Покупая Ferrari, вы покупаете не автомобиль, а мечту, а мечта стоит дорого. Но, как бы мы ни стремились потреблять больше, это не приводит нас к счастью. Такой вывод с научной точки зрения впервые сделал американский экономист Р. Истерлин в начале 70-х. Люди в более благополучных странах счастливее людей, живущих в бедных странах, однако рост национального благосостояния не влечёт за собой повышение уровня счастья. Так, за последние 25 лет Россия стала гораздо богаче, но уровень счастья граждан не вырос. Такое утверждение справедливо не только в масштабах страны: однажды наступает период, когда увеличение потребления перестаёт приносить радость — этот феномен получил название «парадокс Истерлина». Переизбыток рано или поздно становится нормой, и пусть пока учёные не смогли определить, когда это «рано или поздно» наступает, факт очевиден. Когда у тебя есть практически всё, изобилие не вызывает восхищения, и мы покупаем уже просто для того, чтобы сохранять однажды достигнутый уровень частоты потребления. Словами Баскара, «чем больше ты потребляешь, тем больше должен потреблять, чтобы оставаться счастливым» — таков принцип гедонистической адаптации. Жизнь в режиме «завал» У нас появляется всё больше вещей — и остаётся всё меньше времени. Практически столетие назад английский экономист Д. Кейнс предсказывал, что в недалёком будущем мы сможем работать не более 15 часов в неделю. Однако недалёкое будущее наступило — и теперь мы, действительно, работаем 15 часов, но только в день. Затраты на медицину, образование и те самые статусные вещи постоянно растут и, чтобы удержаться на «гедонистической беговой дорожке», многие не брезгуют подработками. Журналистка Б. Шульте называет такой образ жизни «завалом» (overwhelmed). В большей степени «завал» знаком матерям-одиночкам, которые должны одновременно быть хорошими мамами, эффективными работниками, личными водителями для детей, домработницами и много кем ещё, доводя себя до «ролевой перегрузки». Это похоже на бег в колесе, который не имеет конца: взвалив на себя множество обязательств однажды, мы уже не можем от них отказаться, а отказываясь, ощущаем вину за то, что не оправдали ожиданий в своих же глазах. Даже не будучи родителем, каждый из нас может попасть в ситуацию overwhelmed: в современном капиталистическом мире идеальный работник — это машина, избавленная от поломок и ошибок, с радостью готовая отправиться во внеплановую командировку и взяться за сверхурочную работу. Хотя, согласно исследованиям, максимальное количество рабочего времени, в течение которого сотрудник может быть по-настоящему продуктивен, по-прежнему не превышает 8 часов. Однако нет смысла обвинять бессердечных работодателей. Занятость стала модным стилем нашего века, свидетельством того, что жизнь насыщенна и интересна. Неудивительно, что многие, пытаясь успеть всё, урезают время сна. Как спастись от переизбытка? Итак, мы работаем на нескольких работах, чтобы обеспечить себе достойный уровень жизни и покупать; купив, мы убираем вещь подальше в шкаф, потому что у нас нет на неё времени. Но далеко не всех устраивает жизнь в режиме overwhelmed. Одних переизбыток подвигает искать спасение в постматериализме: удовлетворённость базовых потребностей позволяет думать о «высоком» — экологии, этике, гражданских свободах. Другие выбирают радикальные пути в духе дауншифтинга или яростных акций протеста против общества потребления. Баскар же предлагает более мягкое, но, впрочем, и более действенное средство — кураторство, «интерфейс современной потребительской экономики». «Кураторство возникает в ответ на перенасыщение. Когда были папирусы и свитки с письменами, нам нечего было курировать» — Л. Флориди, профессор философии и этики информации. «Быть куратором — наблюдать за кем-либо или за чем-либо, отвечать за кого-либо или за что-либо», утверждает словарь. Первая ассоциация к слову «куратор» — художественная выставка. Однако сегодня кураторство выходит за рамки искусства и проникает во все области, нуждающиеся в фильтрации. Книгу Баскара можно назвать справочником по кураторству. В одиннадцати главах, сотнях страницах и тысячах именах писатель рассказывает о происхождении феномена, его видах и последствиях, сопровождая факты историями тех, кто использует курирование в повседневной работе. Курировать можно что угодно. Открывая кофейню, вы курируете сорта кофе: пусть в вашем меню будет не десяток позиций, а всего пять, но зато только у вас можно будет попробовать редчайший копи-лувак. Культовый берлинский клуб Berghain курирует свою аудиторию: жёсткий фейс-контроль позволяет собрать в одном помещении тех людей, которые действительно подходят друг другу по духу и органично вписываются в атмосферу мрачного техно. Нам необходимо курировать информацию. Сегодня нас окружает переизбыток контента: среди новостей много фейков, среди творчества — произведений сомнительного уровня. Баскар замечает, что ежеминутно на YouTube заливается 300 часов видео. Но нам не нужно так много нового — нам нужно лучшее. Наконец, каждый может стать куратором самого себя — например, создавать себе онлайн-репутацию, раздумывая над тем, нужно ли делать перепост записи или настраивать приватность на заметку о начальнике. Кураторство давно стало частью нашей жизни, даже если мы об этом не задумываемся. Мы любим шоу, в которых достойные участники проходят отбор, чтобы победителем стал единственный — лучший из всех. Паблик становится любимым потому, что он курирует контент: в группе с циничными шутками мы хотим видеть только циничные шутки, а не печальные истории о тех, кто попал в сложную ситуацию. Наша эпоха отвергает анархию многообразия, предпочитая упорядоченность: кураторство — это закон авторитетного мнения, которому мы доверяем. Конечно, читая Баскара, невозможно отделаться от сомнений: не уничтожит ли субъективный отбор действительно ценное? Не утратим ли мы важное, навешивая ярлыки? «Определить — значит ограничить», — сказал лорд Генри и, пожалуй, был прав. Однако в мире переизбытка ограничения необходимы, в противном случае количество уничтожит смысл. Источник: Newtonew

Исторические ляпы в «Иван Васильевич меняет профессию»

Кто не знает эту весёлую комедию Леонида Гайдая? Таких среди россиян, пожалуй, нет. Мы обожаем смотреть это фильм и не устаём смеяться над весёлыми приключениями героев. В целом, обстановка тех времен передана довольно точно. Интерьеры и одежда героев переносят нас в те далёкие времена. Впрочем, есть и небольшие ошибки. Давайте изучим их детально. Жена Ивана Грозного. Мы помним, что в фильме женой царя была Марфа: «Марфа Васильевна я». Действительно, третью жену самодержца звали как раз Марфа, вот только супругой она пробыла всего пятнадцать дней. Даже, если допустить, что Бунша с Милославским прибыли именно в этот период, всё равно получается нестыковка. Марфа Васильевна серьёзно заболела сразу после свадьбы и скончалась как раз через две недели. Супруга же царя из фильма выглядит очень здоровой и цветущей. Крымский хан на Изюмском шляхе безобразничает. То, что в фильме назвали безобразничаньем на самом деле было настоящей войной. Давлет Гирей или, как ещё называют хана, Девлет Герай пытался отнять у Ивана Грозного завоеванные им Астраханское и Казанское ханство, для чего предпринял военный поход, по пути уничтожая русские города и сёла. А позднее крымский хан, объединившись с Речью Посполитой и Османской империей, и вовсе дошел до Москвы и сжег столицу. Князь Едигей. Князь из Золотой Орды, следующий за шведским послом, как мы помним по фильму, так и не попал на приём к царю. Да он и не мог этого сделать, поскольку к тому времени давно умер. Кроме того, князья Золотой Орды вряд ли считали русского царя ровней и уж точно не ждали аудиенции. «То не сильная туча затучилась». Эта песня хоть и была написана при Иване Грозном, но всё-таки немного позднее — примерно через год, если считать, что (возвращаясь к первому пункту) Бунша и Милославский попали в покои царя при Марфе Васильевне. Песню написали в честь Молодинской битвы, в которой русские войска наконец разбили армию крымского хана. Князь Милославский. Такие дворяне действительно существовали, только уже при Романовых. Дьяк Феофан никак не мог знать ни казненного, ни живого князя Милославского: в то время эта фамилия ещё не была знатной. Скипетр и держава, а их, как мы помним Бунша держит, принимая послов, стали символом царской власти значительно позже, в 17 веке при Фёдоре Иоанновиче. Правда некоторые историки с этим готовы поспорить и утверждают, что эти предметы вполне могли появиться уже при Иоанне IV. Казань брал, Астрахань брал, Ревель брал. На самом деле Ревель (нынешний Таллин) так и не был взят. Русская армия действительно осадила город, потребовав его сдать, но после нескольких месяцев сняла осаду и отступила. Так что, строго говоря, Ревель никто не брал.