Почему я осуждаю других

«Грехи других судить вы так усердно рветесь! Начните со своих и до чужих не доберетесь» (У. Шекспир) Вслух и про себя, тайно или открыто, но мы порой осуждаем других людей. Почему? Если бы в этом не было смысла, осуждение исчезло бы как явление. Это заложено природой Люди — существа социальные. Мы оглядываемся вокруг, оценивая окружающих людей, ведь раньше, когда люди жили общинами, все приглядывали друг за другом, поведение регулировалось нормами морали — от этого зависело благополучие всего общества. Сейчас мы живем более обособленно, но привычка неосознанно мониторить чужое и свое поведение осталась. Мы пытаемся манипулировать Когда мы хотим кого-то пристыдить или вызвать в нем чувство вины, то всегда оправдываемся заботой о человеке и вообще самыми лучшими побуждениями. Но на самом деле вина и стыд — это очень удобные рычаги манипуляции, которыми мы можем пользоваться, чтобы получить от человека желаемое. Мы испытываем зависть Чтобы она нас не мучила, мы пытаемся обесценивать то, что есть у другого человека, чтобы наша собственная зависть стала более переносимой. У нас проблемы с самооценкой Старый знакомый механизм: возвыситься за счет других. То есть, осуждая кого-то, мы априори подразумеваем, что мы-то уж точно «не такие». Мы настроены негативно Это такой образ мышления: смотреть на все с подозрением, недоверием, негативным настроем. Замечать во всем в первую очередь плохую сторону. На самом деле это просто такая привычка мышления, зачастую перенятая в детстве у старших или сформировавшаяся в сложных обстоятельствах. Все это объяснения, но не оправдания. На самом деле осуждение других — негативная черта, которую желательно проработать. И дело здесь не только в отношениях с людьми (а они однозначно портятся от привычки негативно оценивать). Осуждение разрушительно прежде всего для нас самих, потому что причиняет неудобство, нарушает адекватность нашего восприятия, отделяет нас от других, культивирует негативные эмоции, формируя определенное мировоззрение. Если заглянуть в осуждение глубже, то что мы увидим? Страх. Много страха. Что я окажусь таким/такой же. Что во мне это тоже есть. Что другие увидят и узнают, что это есть и во мне тоже. Я резко осуждаю нечистых на руку чиновников и хочу, чтобы никто никогда не узнал, как я брал взятки. Я осуждаю женщин, часто меняющих партнеров, потому что мне стыдно за некоторые мои фантазии. Я осуждаю родителей, которые плохо следят за своими детьми, и стараюсь не вспоминать тот давний случай… Понятен механизм? Как можно справляться с осуждением внутри себя? Отслеживайте, какое именно поведение/какие качества вы осуждаете Обычно они повторяются, и нас в разных людях возмущает и задевает одно и то же. Что именно? Почему? Как это касается вас? Как этот вопрос проявлен в вашей жизни? Будьте аккуратнее в выражениях Если вашего мнения спросили, будьте деликатны: «Не уверена, что это правильно, но, думаю, ты лучше знаешь». А если вашего мнения не спрашивали, то и не высказывайте его вообще. Работайте над наполнением собственной жизни Когда своя жизнь насыщена событиями, необходимость присматриваться к чужой отпадает. Узнавайте о других людях прежде, чем судить о них Поспешные выводы часто бывают злыми, но, может быть, узнав историю человека, вы взглянете на его поступки как-то иначе? Учитывайте ситуацию Человек украл булку — он преступник? А если он был голоден, но у него совсем не было денег? Расширяйте кругозор Если вы чего-то не понимаете в чужой жизни, это не означает его автоматической плохости. Развивайте эмпатию, умение сопереживать Это будет куда полезнее в плане межличностных отношений. Да, мы имеем право оценивать и выносить свои суждения. Только они не должны становиться между нами и окружающими людьми. А вы часто осуждаете людей? Кого и за что?

Что в 5 языках любви правильно, а что нет

Языки любви обсуждают на сайтах знакомств, на форумах советов по отношениям, в социальных сетях и развенчивающих подкастах. В их идее есть что-то такое, что, кажется, заставляет людей со страстью утверждать: «Мой язык любви — слова поощрения. Мой язык любви — это чистые простыни. Мой парень говорит, что у него нет языка любви, и я не знаю, как выразить ему свою любовь. Языки любви — это полная чушь. Мой язык любви — ненависть к языкам любви». Эти яблоки раздора появились в голове баптистского пастора Гэри Чепмена, автора книги 1992 года «5 языков любви». Чепмен разработал свою теорию языков любви, когда оказывал пастырскую помощь парам, которые приходили в его церковь в поисках поддержки в их браке. По мнению Чепмена, причина ссор заключается в том, что каждый выражает свою любовь так, что ее не понимает другой человек. Как будто, объясняет он, они говорят на разных языках. Первоначальное скромное предложение Чепмена превратилось в полноценную медиавселенную: 5 языков любви для детей, 5 языков любви для одиноких, 5 языков любви для мужчин, 5 языков любви для подростков, 5 языков любви для военных. Есть приложение. Есть подкасты, которые ведет Чепмен. Однако основная идея вселенной Чепмена отличается приятной простотой. Чепмен составил каталог пяти языков любви, которые, по его словам, одинаковы для всех: качественное время, физические прикосновения, получение подарков, акты служения и слова поощрения. Один язык любви является основным, а другой — второстепенным. Вам нельзя иметь больше. В идеале у вас и вашего партнера должен быть хотя бы один общий язык. Для истинно верующих языки любви — это ключ к общению в отношениях. Скажем, один человек чувствует себя любимым, когда обнимается (физические прикосновения), а его партнер считает высшим проявлением своей привязанности уборку дома (акты служения). У обоих может возникнуть ощущение, что они выполняют всю работу по поддержанию отношений, а другой человек ими пренебрегает. Концепция языка любви Чепмена дает обеим сторонам возможность поговорить о том, чего им не хватает друг от друга, без обвинений. Критики, однако, указывают на жесткую и консервативную гендерную политику Чепмена (наиболее заметную в самых ранних изданиях книги) и отсутствие научного обоснования его теорий. Языки любви, предупреждают они, могут быть слишком негибкими, чтобы быть практичными. «Если кто-то определяет свой основной язык любви как «подарки», он может бессознательно преуменьшать значение качественного времяпрепровождения, физической привязанности, глубоких бесед и так далее, — говорит Гидеон Парк, соавтор недавней работы по психологии, в которой рассматриваются научные исследования языков любви. — Это может создать узкое понимание того, что такое любовь, и помешать богатству и разнообразию эмоциональных связей». Давайте внимательно рассмотрим концепцию языков любви. Вот что они понимают правильно, а что — очень неправильно. Научные исследования языков любви в лучшем случае неоднозначны В статье, над которой Парк работал под руководством ведущего автора Эмили Импетт, изложены три основополагающих постулата «5 языков любви», которые исследователи затем сверили с существующими научными исследованиями в области отношений. Эти три постулата лежат в основе аргументации Чепмена: • существует ровно пять языков любви; • у каждого человека есть ровно один основной язык любви; • когда вы совпадаете по языкам с вашим партнером, вы становитесь счастливее. Согласно обзору литературы, проведенному Импетт и др., ни один из этих трех принципов не находит эмпирического подтверждения. В статье приводится мало совпадающих результатов между исследованиями о том, как люди переживают любовь. Однако когда исследователи спрашивают людей о том, что заставляет их чувствовать себя любимыми, причины, которые они перечисляют, не обязательно связаны с такими идеями, как «слова поощрения» или «акты служения». Одно исследование, проведенное в 2013 году, показало, что испытуемые перечисляли поступки, которые относились к категориям жертвенной, интимной, качественной, поддерживающей и утешающей любви. Другое исследование, проведенное в 2010 году, показало, что испытуемые считают важным, когда их партнеры стараются узнать их друзей и рассказывают о лучших способах справиться со ссорами. Импетт и др. утверждают, что пытаться вписать то, как люди любят, в уже существующие категории — проигрышная стратегия. «Более полное понимание того, как люди выражают любовь, — пишут они, — потребует подхода «снизу вверх». Хороший исследователь позволит людям рассказать ему о том, как, по их мнению, выглядят языки любви, а не будет навязывать испытуемым свои собственные категории». Когда исследователи работают с пятью категориями Чепмена, они обнаруживают, что люди не хотят ограничивать себя одним основным языком любви. Когда людей просят оценить важность каждого языка любви по шкале от 1 до 5, они, как правило, ставят все 4 и 5. Если попытаться навязать им тест, который заставит их выбрать лишь один язык, один и тот же человек даст разные ответы в зависимости от того, как вы будете проводить тест. Наконец, исследователи постоянно обнаруживают, что нет никакой корреляции между совпадением языков любви с вашим партнером и более высокой удовлетворенностью отношениями. Не имеет значения, являетесь ли вы носителями одного и того же языка любви. А вот что действительно важно, так это то, готовы ли вы и ваш партнер изучать языки друг друга. Два разных исследования показали, что если вы считаете, что ваш партнер хорошо говорит на вашем языке любви, то удовлетворенность отношениями возрастает. Хотя Импетт и др. критикуют методологию этих исследований, они, похоже, указывают на довольно простой вывод: если вы и ваш партнер продумали, как выражать привязанность друг к другу, и делаете это регулярно, вы, скорее всего, будете счастливы. При правильном использовании языки любви Чепмена могут стать эффективным инструментом для достижения этой цели. Гендерная политика Чепмена вызывает опасения Чепмен никогда не утверждал, что языки любви построены на научно обоснованном процессе. Они всегда были импрессионистским инструментом, основанным на наблюдениях, которые он сделал во время своей работы пастором, консультируя пары в своей баптистской церкви. Это особый политический и культурный контекст, и он повлиял на то, как развивалась теория языков любви. В издании «5 языков любви», вышедшем в 1992 году, Чепмен четко описывает демографическую структуру пар, с которыми он работал. Это белые консервативные христианские пары. Книга построена на предположении, что жена будет сидеть дома и заботиться о доме и детях, а муж будет работать, чтобы обеспечить ее. Большинство ссор супружеских пар, которые Чепмен использует в качестве примеров, обычно связаны с тем, что жены пилят своих мужей за отсутствие помощи в домашних делах. В одном случае Чепмен объясняет мужу-зануде, что, хотя он считает лучшим способом выражения любви секс (физическое прикосновение), его жена испытывает любовь только тогда, когда он помогает ей пылесосить (акт служения). Если муж будет время от времени помогать ей с уборкой, продолжает Чепмен, жена будет чувствовать себя такой же любимой, как и муж, когда они занимаются сексом. Идея о том, что жена может быть заинтересована в сексе, но не может сосредоточиться на нем, пока вокруг нее скапливается бесконечная работа по дому, не устраивает Чепмена. Самый известный из этих примеров — случай Энн, которая обращается к Чепмену за советом, как справиться с жестокостью мужа. «Можно ли любить того, кого ненавидишь?» — спрашивает она Чепмена. В ответ он приводит ей отрывки из Библии о любви к врагам и говорит, что языком любви ее мужа, вероятно, являются физические прикосновения. Чтобы спасти брак, советует он, ей следует прекратить все жалобы на мужа и начать инициировать секс хотя бы дважды в неделю. Энн рассказывает Чепмену, что секс с мужем дается ей с трудом, потому что она чувствует себя очень отчужденной от мужа. По ее словам, когда они находятся в интимной близости, она чувствует, что ее «используют, а не любят». Многие женщины чувствуют себя подобным образом, говорит ей Чепмен. Ее христианская вера поможет ей справиться с этим. Энн делает то, что советует ей Чепмен, и брак спасен. В более поздних изданиях Чепмен пересмотрел этот пример. В новой версии Чепмен советует Энн быть более физически ласковой с мужем — взъерошить его волосы, поцеловать в щеку — и, возможно, подумать о том, чтобы начать инициировать секс, когда их отношения немного восстановятся. Новый совет менее женоненавистнический, чем в первом издании, но оба содержат одну и ту же логику: если муж женщины подвергает ее эмоциональному насилию, она обязана опекать его и успокаивать до тех пор, пока он не решит относиться к ней лучше. В реальной жизни, однако, единственный человек, который может контролировать поведение обидчика, — это сам обидчик. Часть этой идеологии вошла в структуру модели языка любви. В своей работе Импетт и др. отмечают, что некоторые исследования связывают высокую удовлетворенность отношениями с уважением к автономии и личным целям друг друга за пределами отношений. Такие эгалитарные цели нигде не фигурируют в моделях Чепмена. Вместо языков любви подумайте о любовной диете Языки любви — это, возможно, несовершенная концепция, но она находит отклик у тысяч людей. Отчасти это объясняется тем, что люди любят личностные тесты, а языки любви идут в комплекте с ними. Но у Чепмена также было понимание, которое он смог выразить с помощью прямой и интуитивно понятной метафоры разных языков: то, как вы выражаете и испытываете любовь, может отличаться от того, как ее выражает и испытывает ваш партнер. Это очень ценная мысль. «Если бы мне нужно было выбрать одну причину, по которой многие пары находят книгу Чепмена полезной, — говорит Парк, — то это не потому, что они узнали свой собственный язык любви или язык любви своего партнера, а потому, что она помогает людям определить неудовлетворенные потребности в отношениях и открывает возможности для общения, чтобы удовлетворить эти потребности». Тем не менее исследование показывает, что жесткое следование модели языка любви не принесет вам пользы в течение долгого времени, в основном потому, что человеческие отношения устроены иначе. Мы любим по-разному, а не только одним способом. «Вполне вероятно, что в одной ситуации человек может нуждаться в определенном виде любви или поддержки, — говорит Парк. — Возможно, после того как вы потеряли повышение по службе, вам необходимо, чтобы партнер выслушал вас и сказал слова одобрения. Или во время особенно напряженного периода на работе, когда партнер берет на себя дополнительные обязанности по дому, это лучший способ поддержать вас». В своей работе Импетт и др. предлагают заменить метафору языков любви на новую: любовная диета. «Люди должны быть уверены, что их отношения сбалансированы по питательным веществам», — утверждают они. Согласно этой метафоре, выбор одного основного языка любви похож на краш-диету, когда вы едите только фрукты, хотя вашему организму также необходимы углеводы, жиры и белки, чтобы выжить. По мнению Импетт и др., в здоровых отношениях приоритетными должны быть качественное времяпрепровождение и физические прикосновения, комплименты и подарки, помощь друг другу, а также все остальные категории любви, которые не вписываются в модель Чепмена. «Если они чувствуют, что чего-то не хватает, — говорится в статье, — они могут обсудить этот дисбаланс (неудовлетворенную потребность) со своим партнером». Пять языков любви Гэри Чепмена научили многих людей тому, как начать говорить о своих потребностях. Возможно, настало время для продолжения разговора — например, за ужином. По материалам статьи «What the 5 love languages get right, and what they get very wrong» Vox

Не можете избавиться от вещей? Может, у вас синдром Плюшкина?

Синдром Плюшкина, который также называется синдромом накопления или хоардингом, представляет собой отдельное психическое расстройство, при котором человек склонен сохранять ненужные вещи и испытывает трудности в отделении от них. С течением времени его жилище может превратиться в самый настоящий лабиринт с препятствиями, переполненный беспорядочным обилием предметов. Этот синдром также сопровождается изменением в поведении человека, проявляющимся в агрессивности и подозрительности. Лишь в окружении предметов из его «коллекции» он чувствует себя спокойно и комфортно. Почему такое название — синдром Плюшкина? Имя Плюшкина, помещика из повести «Мертвые души» Н.В. Гоголя, давно стало символичным. Сегодня нарицательное имя «Плюшкин» часто используется для описания людей, которые маниакально собирают и накапливают бесполезные вещи или заводят большое количество домашних животных. В описании своего героя Гоголь пишет: «...все, что ни попадалось ему: старая подошва, бабья тряпка, железный гвоздь, глиняный черепок, — все тащил к себе...». Обычно синдром Плюшкина, также известный как хоардинг (от английского «hoard» — «запас»), начинается с того, что человек начинает покупать и накапливать вещи без разбора, считая, что они могут ему пригодиться в будущем, хотя на самом деле эти вещи давно вышли из употребления и бесполезны. Со временем это поведение приводит к изменению личности — человек становится некоммуникабельным, неряшливым, безразличным к окружающим, агрессивным и изолированным от общества. Человек с синдромом Плюшкина часто воспринимает желание других людей разобрать этот беспорядок как попытку лишить его «ценных экспонатов». Ранее синдром Плюшкина классифицировали как один из видов ОКР, которое характеризуется наличием навязчивых мыслей и действий. Однако сейчас его признали отдельным психическим расстройством. В Международной статистической классификации болезней и проблем, связанных со здоровьем (МКБ-11), синдрому Плюшкина присвоен код 6B24 — «Расстройство накопительства». Распространенность синдрома Плюшкина Согласно статистике, симптомы хоардинга наблюдаются у приблизительно 2,5% населения мира, а запущенная форма этого расстройства встречается примерно у каждого 50-го жителя планеты. Возраст играет важную роль в развитии синдрома Плюшкина. У людей старше 55 лет риск заболеть этим расстройством примерно в три раза выше, чем у молодых людей в возрасте 20-30 лет. Интересно, что с точки зрения полового различия оно распространено одинаково среди мужчин и женщин. В группе риска находятся люди, которые живут в одиночестве или недавно пережили утрату близкого человека, а также пациенты с подтвержденными диагнозами «синдром дефицита внимания и гиперактивности», «депрессия», «обсессивно-компульсивное расстройство» или «шизофрения». Синдром Плюшкина или коллекционирование. В чем различия? Не всегда интерес к собирательству свидетельствует о наличии патологии. Например, хобби многих людей — коллекционирование — не имеет отношения к психическим расстройствам. Коллекционеры, как правило, заботятся о своих экспонатах, аккуратно их классифицируют и хранят в упорядоченном состоянии. Кроме того, эти предметы обычно имеют реальную историческую или культурную ценность. Например, марки, кружки, модели самолетов и другие коллекционные предметы не создают беспорядка в помещении и не вызывают агрессивного поведения у их владельцев. Синдрома Плюшкина или синдром Диогена Важно отличать синдром Плюшкина от синдрома Диогена (Диоген был древнегреческим философом и сторонником минимализма, который жил в большом глиняном сосуде). Синдром Диогена, также известный как синдром старческого убожества, представляет собой патологию, при которой люди также могут собирать хлам на свалках или в мусорных контейнерах. Однако основные симптомы этого расстройства включают в себя полное пренебрежение к собственной гигиене и внешнему виду, неряшливость, апатию и замкнутость. Пациенты с синдромом Диогена проявляют безразличие к окружающим и реагируют агрессивно на любые попытки вмешательства в их жизнь. Причины синдрома Плюшкина пока не до конца изучены. Считается, что на развитие этого расстройства может влиять несколько факторов. Биологические факторы Исследования, проведенные в 2004 году неврологами из Медицинского колледжа университета Айовы, выявили, что существует область в префронтальной коре головного мозга, отвечающая за накопление. Повреждение этой области, например, вследствие черепно-мозговой травмы, хирургического вмешательства или воспаления мозга, может привести к неконтролируемому накоплению вещей. Психологические факторы Синдром Плюшкина может развиться у людей, у которых уже есть определенные психические расстройства, такие как СДВГ, ОКР, шизофрения или депрессия. Люди с пениафобией, страхом бедности, также находятся в группе риска. Если человек вырос в очень ограниченных условиях, где каждый ресурс ценили, этот опыт может оставить след в форме страха перед бедностью. Со временем страх этот может перерасти в синдром Плюшкина. Иллюзия хозяйственности может быть еще одной психологической причиной хоардинга. Человек может быть уверен, что все накопленные предметы станут полезными в будущем. Социокультурные предпосылки Особенности воспитания также могут оказывать влияние на развитие синдрома Плюшкина. Родители могут научить детей бережливости, что со временем может перерасти в патологическое накопление. Личный жизненный опыт также может стать фактором, спровоцировавшим этот расстройство. Люди, которые долгое время жили в бедности и испытывали нехватку самых необходимых вещей, могут сохранять страх перед бедностью даже после улучшения жизненных условий. Этот страх может со временем превратиться в синдром Плюшкина. Симптомы хоардинга Синдром Плюшкина характеризуется несколькими признаками, включая: • бесконтрольное собирание или приобретение вещей: человек не только приобретает новые предметы, но и активно ищет их в мусорных контейнерах и на свалках; • невозможность расстаться с накопленным имуществом независимо от его фактической ценности; • беспорядок и захламление, которое может достигать такой степени, что помещение становится опасным для пребывания в нем. Например, трудно перемещаться из одной комнаты в другую из-за большого количества вещей; • изменение характера, включая замкнутость, агрессивность и подозрительность. Часто люди, страдающие от синдрома Плюшкина, не осознают проблему и не обращаются за помощью. Постепенно, по мере развития расстройства, они становятся опасными для окружающих. Содержание большого количества животных Одним из проявлений синдрома Плюшкина может быть стремление содержать как можно больше домашних животных. Этот процесс обычно начинается с того, что человек подбирает бездомных кошек или собак с улицы в попытке помочь им. С течением времени их число увеличивается, и человек уже не способен обеспечить им надлежащий уход, включая уборку, выгул и питание. Важно отметить, что человек с синдромом Плюшкина может не осознавать, что он не может удовлетворить потребности своих питомцев. Существует несколько типов людей с синдромом Плюшкина, собирающих животных в доме: • опекуны, которые теряют контроль над размножением некастрированных кошек и собак; • спасатели, которые собирают животных с улицы или выкупают их, чтобы спасти от плохих условий содержания; • плодильщики, которые изначально берут животных с целью разведения и продажи, но потеряли контроль над их численностью; • эксплуататоры, которые собирают животных, чтобы похвастать своей коллекцией перед другими людьми. Вне зависимости от изначальных мотивов хозяина, домашние животные страдают из-за неблагоприятных условий содержания, болезней и отсутствия ветеринарной помощи. Стадии патологического накопительства Исследователи разработали шкалу для оценки патологического накопительства, которая определяет пять последовательных стадий развития синдрома Плюшкина. Основным критерием оценки является состояние жилья. Первая стадия Хлам еще не мешает свободному доступу к дверям, окнам и лестницам. В доме нет следов насекомых или грызунов. Нет избыточного мусора, неприятные запахи отсутствуют. Вторая стадия Один из главных выходов уже заблокирован. Обнаруживаются отходы домашних животных, появляются следы бытовых вредителей или насекомых. Хлам начинает загромождать жилые помещения. Третья стадия Накопленные предметы не ограничиваются только домом и распространяются за его пределы. Количество домашних животных превышает местные нормы. В доме появляются бытовые вредители и насекомые, такие как пауки, вши, блохи, тараканы и мухи. Хлам мешает нормальной эксплуатации жилых помещений, а кухня и туалеты сильно загрязнены. Мусор не выбрасывают. Четвертая стадия Помещения становятся непригодны для нормального использования. Полы разрушаются, система канализации повреждена. В доме много животных, за которыми не ухаживают. Есть бытовые вредители и паразиты, а на кухне можно обнаружить гниющую пищу. Постельное белье отсутствует или заражено насекомыми. Пятая стадия Внутри и снаружи дома царит полный хаос. Домашние животные в опасности и представляют угрозу для других людей из-за своей агрессии. В доме обитают пауки, мыши, крысы и многочисленные насекомые, включая клопов, блох, вшей, тараканов и муравьев. Все входы заблокированы, и помещения используются не по назначению. Сантехнические устройства, такие как туалеты, раковины и ванна, перестают функционировать. В помещении можно обнаружить человеческие экскременты и гниющую пищу. Последствия синдрома Плюшкина Несмотря на карикатурное название, ассоциируемое с литературным героем, это серьезное психическое расстройство, которое может представлять опасность как для самого пациента, так и для его родственников и соседей. Основные последствия синдрома Плюшкина включают: • высокий риск получения травм. По мере того как человек пытается перемещаться через загроможденные помещения, существует вероятность падения и получения переломов, сотрясения мозга и других повреждений; • антисанитарные условия. Захламленное и грязное жилье быстро становится идеальным местом для распространения инфекций и их переносчиков; • размножение бытовых вредителей и насекомых: мух, тараканов, клопов, крыс и мышей; • опасность пожара. Малейшее возгорание в горе мусора может быстро распространиться на все комнаты и даже соседние квартиры; • риск смерти. Человек может застрять внутри хаоса и погибнуть, поскольку никто из соседей не сможет оказать помощь или даже услышать его крики, затерянные среди мусора. Лечение Самым сложным этапом в лечении синдрома Плюшкина является признание проблемы. Когнитивно-поведенческая терапия (КПТ) может помочь пациенту справиться с этим этапом. Основные задачи КПТ включают осознание и анализ причин патологического накопительства, установление реальных потребностей в вещах, устранение напряжения, связанное с попыткой избавиться от вещей, а также развитие навыков личной и бытовой гигиены и стрессоустойчивости.

Мужчины в моделинге: мифы и реальность

Модная индустрия — одна из немногих областей, где предпочтение отдаётся женщинам. Так сложилось, что модой куда в большей степени интересуется прекрасная половина человечества. Мужской моделинг всегда немного в тени, и быть может поэтому его окружают весьма стойкие мифы. Миф 1. Не мужское это дело Несмотря на повестку, провозглашающую свободу от вредных стереотипов, в российском обществе отношение к мужчинам-моделям всё ещё предвзятое. Для женщины демонстрировать одежду, украшения, обувь, средства для ухода за телом не считается зазорным. А мужчина — мужчина слишком серьёзен, чтобы часами позировать перед камерой или дефилировать по подиуму. Многие полагают, что все парни-модели — или клинические нарциссы (хотя бросаться подобными диагнозами, мягко говоря, неосмотрительно), или изнеженные маменькины сынки (хотя таких персонажей полно и в любой другой сфере). На самом деле в модельном бизнесе много адекватных мужчин, которые знают, чего хотят, удовлетворяют амбиции, получают удовольствие от результата и работают не меньше и не легче, чем рабочий у станка на заводе. Кроме того, если копнуть чуть глубже, станет очевидно, насколько мы привыкли к двойным стандартам, которые буквально встроены в наше мировоззрение, так что нам и в голову не приходит задаться вопросом, а нет ли здесь подвоха. Что главное в модельном бизнесе? Вызвать у людей желание ассоциировать себя с представленным образом. Почему мы покупаем то, что носят модели на подиумах, на фото в модных каталогах и в видеороликах? Потому что нам хочется быть такими же, как эти мужчины и женщины. Сексуальными. Желанными. Соблазнительными. Можно добавить: уверенными в себе, успешными, социально одобряемыми. Однако в конечном счёте всё так или иначе сводится к привлекательности. В глобальном смысле мода основана на объективации, а если конкретнее — на сексуализации моделей. Вот только к сексуализации женщин все как-то привыкли и вопросов не задают. А когда дело касается мужчин — у многих из нас возникает искренний протест: это ниже мужского достоинства! Но что, если корень проблемы вовсе не в гендере, а в самом отношении индустрии к личности? Другая версия этого мифа звучит примерно как «красота — территория женщин». Мужчинам красивое по определению не нужно. Укладки, кремы, костюмы, ухоженный вид, маникюр, здоровая кожа и улыбка — это всё «дамские штучки». Девушки — они ведь всё равно что дети, вот и пусть забавляются. А взрослые солидные дяди снисходительно улыбаются, глядя на их милую возню. Да и потом, как гласит народная мудрость, «мужчина должен быть чуть красивее обезьяны». Интересно, а пахнуть он тоже должен как обезьяна? А вести себя тогда как? Как джентльмен в облике обезьяны?.. Я вовсе не хочу сказать, что мужчинам нужно срочно научиться делать макияж. Просто очень странно, когда естественную человеческую потребность — быть опрятным, уместным и стильным — объявляют излишеством и баловством. Миф 2. Все мужчины в моделинге — геи Ну да, а все женщины-модели — эскортницы. Это частный случай мифа № 1, но он столь популярен, что достоин подробного рассмотрения. В гомосексуализме парней-моделей подозревают едва ли не чаще, чем в отсутствии мужественности. Как будто в окружении коллег, красивых вещей, стилистов, визажистов, фотографов, рекламных менеджеров и агентов сексуальные предпочтения мужчины начинают стремительно мутировать. На самом деле представителей нетрадиционной ориентации в этом бизнесе не больше, чем в любом другом. Да, моделей готовят к фотосессиям и показам. Да, они используют уходовую и декоративную косметику, красят волосы, носят аксессуары, учатся правильно ходить (хотя мужское и женское дефиле существенно различаются), держать осанку и подавать себя определённым образом. Однако это не более чем профессиональные навыки, помогающие создать нужный образ. Да, существует так называемый андрогинный тип внешности, для которого характерна некая «размытость», сглаженность мужских черт в их привычном для обывателя понимании. Однако это не более чем условность, типаж, который, кстати, пользуется популярностью. Сексуальная ориентация никак не определяется профессией, так что ничего «опасного» в мужском моделинге нет. Опасны токсичные установки, ограниченность мышления и готовность видеть врага в каждом, кто отличается от большинства. Миф 3. Парням моделинг даётся проще, чем девушкам Это справедливо лишь отчасти. Требования к мужчинам действительно мягче. Важны рост, телосложение и лицо — красивое или выразительное. Однако если мужчина претендует на работу в мире высокой моды, требования ужесточаются. Вопреки распространённому мнению, иметь формы Аполлона вовсе не обязательно, особенно если модель участвует в показах. Дизайнерам проще разрабатывать одежду на усреднённую фигуру, поэтому моделям необходимо, чтобы их параметры соответствовали параметрам большинства обычных мужчин. По этой же причине перекачанные тела тоже не пользуются популярностью, разве что мужчина задействован в рекламе спортивных товаров. Верно и то, что возраст для моделей мужского пола — не преграда. Считается, что, в отличие от женщин, мужчины-модели с годами лишь хорошеют, и благородная седина в причёске и морщины на лице только добавляют им шарма и притягательности. В то же время парням найти работу в моделинге сложнее. Их гонорары существенно ниже, чем у девушек, выполняющих ту же работу, даже среди топ-моделей. Возможно, по этой причине многие мужчины имеют в запасе ещё одну или несколько профессий, а моделинг — это скорее хобби, которое чаще всего неплохо оплачивается, но доход от него очень уж нестабильный. Даже если говорить о девушках — среди них немного тех, кто добивается настоящей славы и соответствующих гонораров, на которые можно безбедно жить, содержать семью и повышать квалификацию. Среди мужчин таких моделей ещё меньше. Миф 4. В мужском моделинге нет насилия Ох уж эта солидарность, которую так любят приписывать мужчинам и в которой напрочь отказывают женщинам! Если верить народной молве, представители сильного пола не склонны к подковёрным играм, буллингу и домогательствам — с себе подобными, конечно; это важная оговорка. Правда, на деле всё иначе. Посмотрите документальные фильмы, почитайте интервью известных и малоизвестных моделей — и вы быстро развеете этот миф. Увы, злоупотребления процветают в мужском моделинге так же, как в женском, и в нашей стране, и за рубежом. Чего только стоят нашумевшие скандалы с такими маститыми модными фотографами, как Марио Тестино, Брюс Вебер или Патрик Демаршелье, которых обвинили в сексуальных домогательствах несколько десятков человек. Нетрудно догадаться, что обнародованные случаи — лишь верхушка айсберга. Мало кто из моделей решается на подобные заявления. Признать себя жертвой насилия, да ещё публично — стыдно и больно. Модели мирового уровня, как правило, с таким не сталкиваются, во всяком случае, на пике карьеры. Чего нельзя сказать об остальных. Начинающие или не слишком популярные модели, работающие с признанными авторитетами, часто оказываются в безвыходном положении, особенно если не являются гражданами страны, где отрабатывают контракт. Особенно если они приехали во Францию, Италию или США из Африки, Индии или Восточной Европы. Рабочую визу, проживание, обучение — всё это оплачивает агентство. Зачастую хороший контракт для модели — единственный шанс улучшить свою жизнь. И когда встаёт выбор: дать отпор распускающему руки фотографу и рискнуть карьерой или же промолчать и сделать то, что он хочет, — не у всех хватает мужества отстоять себя. Мужчины, прошедшие столь болезненный путь, рассказывают, что были совсем юными, полными надежд и восторга, ведь шанс работать с мэтром выпадает не каждый день. Так что, когда дело доходило до домогательств и непристойных предложений, многие из них терялись, недоумевали, не знали, как себя вести, некоторые и вовсе не понимали, что происходит. Парадокс этой профессии в том, что без моделей не было бы ни показов, ни модных журналов — но очень часто к этим людям относятся как к расходному материалу: на место одного миловидного мальчика всегда придут десять других, а вот культового фотографа или дизайнера заменить некем. Как бы то ни было, каждый мужчина, пришедший в моделинг, совершает свой выбор. Главное — чтобы выбор действительно был, и ни мужчинам, ни женщинам не приходилось оправдываться за то, что они делают, и доказывать, что с ними всё в порядке.

«Мальчик и птица»: лучшее аниме Миядзаки с отсылками на ранние работы

В официальной брошюре, продаваемой в японских кинотеатрах к фильму, 82-летний режиссер выражает обеспокоенность по поводу своего возраста: «Очевидно, я считаю самой большой проблемой то, что режиссер уже слишком стар, чтобы что-то делать». «Мальчик и птица» (в иностранном прокате «Мальчик и цапля») — мастер-класс Миядзаки по сел-анимации. Этот традиционный стиль, который создается путем наложения нарисованных вручную изображений на целлулоид поверх раскрашенных фонов, является визитной карточкой студии «Гибли». А в «Мальчике и птице» Миядзаки объединяет свои анимационные шедевры за более чем полувековую историю в единый рассказ о взрослении. Новая работа режиссера будет доступна для просмотра в России 7 декабря. Аниме является адаптированной версией манги Гэндзабуро Ёсино «Как поживаете?» 1937 года. Ее Миядзаки подарила мать, когда он был ребенком. Режиссер использует эту историю, чтобы поиграть с памятью, ностальгией и анимационными формами. У мультипликатора есть привычка уходить на пенсию, он неоднократно делал это с момента выхода «Принцессы Мононоке» в 1997 году, но «Мальчик и птица» воспринимается как дань уважения его истории в анимации. Он хочет, чтобы зрители увидели «автобиографическое фэнтези». Аниме начинается со смерти матери главного героя, создавая события, в которых мальчик Махито учится быть героем и принимать окружающих. Мать Миядзаки, Ёсико Миядзаки, в молодости страдала от туберкулеза и умерла, когда он работал над своим первым фильмом для студии «Гибли» «Небесный замок Лапута» 1986 года. В этом аниме режиссер отдал ей дань уважения через образ бесстрашной женщины — капитана воздушных пиратов Долы. В «Мальчике и птице» аниматор вспоминает свою утрату. В душераздирающем эпизоде в начале фильма Махито бежит на помощь своей матери, поскольку больница, где она работает, горит. Мастерство Миядзаки в изображении стихийных сил проявляется в каждом кадре. Мягко падающая, все еще горящая сажа и тепловые искажения, окружающие мальчика, пока он бежит в больницу, усиливают его страх и надвигающуюся печаль. Переезд в особняк После потери матери отец Махито перевозит его в деревню и неожиданно знакомит сына с его новой мачехой Нацуко (сестра матери героя), которая беременна. Именно здесь начинают проявляться сказочные элементы — не в последнюю очередь среди семи старых горничных, с которыми Нацуко живет в их новом особняке. Несмотря на переход к сельской идиллии, на окраинах продолжают вести бои, перекликаясь с детством Миядзаки. Есть сцены, как в новый дом привозят стеклянные кабины самолетов с фабрики отца мальчика. Подобные события аниматор пережил в своем детстве, так как его отец работал на авиационном заводе. Миядзаки проводит Махито в зазеркалье. Намеренно ударив себя камнем по голове, он слышит голос серой цапли, которая просит его пойти следом. Когда главный герой видит птицу, исчезающую в таинственной башне, ему говорят, что ее построил его двоюродный дядя, у которого «что-то щелкнуло в голове после прочтения слишком большого количества книг. Так начинается приключение Махито в заколдованных мирах. Фирменный стиль «Гибли» В этих мирах можно увидеть фирменный стиль Миядзаки и студии. Сначала персонаж спасает морячку, которая требует от него выпотрошить огромную рыбу. Это одна из двух сцен, вызвавших переполох среди японских фанатов, которые заявили, что фильм содержит «жуткие» образы. Затем серая цапля пытается побудить Махито к действию, призывая лягушек и рыб ползать по нему. Эти моменты мало влияют на юного героя. Но Махито по-настоящему начинает проявлять себя, когда исчезает беременная мачеха. Мальчик следует за цаплей в пространство, наполненное магией и фэнтези, чтобы спасти Нацуко. В фильме представлены миры, в которых есть странные антропоморфные существа в виде птиц, что говорит об узнаваемом личном стиле режиссера. Когда Махито находит Нацуко в постели, окруженную нитями, перекликающимися с летающими бумажными существами Юбабы и Дзенибы. Ближе к концу фильма можно заметить повышение уровня моря, что имитирует знаменитую сцену наводнения в «Рыбке Поньо». Даже дизайн персонажей и движения Махито содержат элементы, заимствованные у другого героя Миядзаки — Аситаки из «Принцессы Мононоке». Сцена в башне двоюродного дяди может напомнить зрителям «Шепот сердца» Ёсифуми Кондо. Если «Мальчик и птица» — автобиографическое фэнтези, как говорит Миядзаки, то оно работает на нескольких уровнях. Во-первых, аниме перекликается с жизнью Миядзаки. Во-вторых, оно является отражением истории анимации режиссера. В-третьих, фильм — дань уважения лучшим хитам студии Ghibli. По материалам статьи «The Boy and the Heron: Hayao Miyazaki’s latest Studio Ghibli film is a skilled remix of his greatest hits» The Conversation

Что делать, если твоя голова переполнена безумием

Представьте себе ситуацию, когда вы потеряли рассудок, но даже не подозреваете об этом. Это именно то, что случилось с Анхелем Мартином, автором книги «Друг отвел меня к психиатру». Под обложкой этой уникальной повести от первого лица развернется история о болезни и выздоровлении, о том, какие переживания испытывает человек, который теряет рассудок, но даже не осознает этого. Эта история написана с долей самоиронии и рассказывает нам, что необязательно ждать, когда вы упадете на самое дно, чтобы начать все сначала. Показываем вам фрагмент из этой книги, в котором Анхель рассказывает о том, как впервые услышал голоса. *** НЕВОЗМОЖНО понять, что происходит в голове. Кто-то уверен, что у всех людей мозг работает более или менее одинаково и чувствуют все примерно одно и то же. Но я глубоко в этом сомневаюсь, ведь никто не может ничего доказать на сто процентов. Представляю, что сейчас скажут ученые: «Мы можем доказать, так как, когда мы включаем электроды, активируется та или иная зона мозга и мы видим желтый, зеленый и оранжевый цвета и волны, как они непрерывно поднимаются и опускаются, потому что…» Бла-бла-бла. Но мы прекрасно понимаем, что ни цвета, ни волны никогда не ответят на вопрос: чьим голосом ты читаешь эти строки — своим или моим? И более того… Какие слова мама говорила тебе чаще всего? Помнишь? Напряги память. Прослушай их в голове. А теперь скажи-ка: они звучали твоим голосом или ее? Видишь? В твоей голове полно голосов, но никто не может уловить их никакими цветными электродами, сколько бы их тебе ни нацепили. Может быть, ученые и знают, какие именно зоны мозга активируются, но им никогда не узнать, чей голос ты услышал. В твоей голове звучат голоса родителей, друзей, сестер, братьев, супругов, родственников, учителей, начальства, приятелей, актеров, музыкантов, воображаемые голоса и те, что принадлежали людям уже умершим. Сотни голосов ждут, когда ты вспомнишь о них, чтобы пообщаться или просто переброситься парой шуток. Единственная разница между нормой и сумасшествием — это способность или неспособность их контролировать. Скажем так, если голова у тебя нормально соображает, то они у тебя под замком, как куклы в чемодане чревовещателя, который ждет подходящего момента, чтобы вытащить их наружу. Когда ты сходишь с ума, чревовещатель внезапно роняет чемодан, замок разбивается, а ключ теряется навсегда. Голоса решают, что отныне могут без спроса носиться в черепной коробке и вырываться наружу когда заблагорассудится. И меньше всего они хотят привлекать к себе внимание, ведь ты запихнешь их обратно в чемодан или попросишь помощи, как только заметишь. Именно поэтому они живут тише воды, ниже травы. И очень медленно порабощают твой мозг. Первый голос, который я услышал, был моим собственным. Поздним вечером я принимал ванну. Я был полностью расслаблен, когда меня внезапно посетила идея нового скетча. В тот период большую часть своего времени я посвящал записи коротких смешных роликов для интернета. Я разозлился, что под рукой опять нет мобильника, в который можно было бы записать идею, зато подумал, как классно было бы иметь в мозгу что-то вроде сейфа, чтобы хранить там под замком все мысли, которые не хочется ни потерять, ни обсуждать, чтобы не сглазить или — хуже того — чтобы люди за соседним столиком, которым ни до тебя, ни до твоей работы нет совершенно никакого дела, не подслушали и не посчитали их настолько гениальными, что, не расплатившись по счету и перечеркнув все прежние мечты и планы на жизнь, бегом понеслись бы реализовывать их, чтобы тут же стать мультимиллионерами. Воистину у человека бывают такие глупые страхи, что порой хочется вынуть свой мозг и подарить какому-нибудь жуку, чтобы он употребил его с большей пользой. Итак… Меня осенило, как было бы классно иметь в мозгу специальное сверхнадежное хранилище, куда молниеносно отправлялись бы удачные идеи, посещающие нас зачастую внезапно, чтобы потом, когда под рукой окажутся письменные принадлежности, извлекать их в том же виде, в каком они были туда направлены. Не знаю, как тебе, а мне до жути обидно, когда появляется интересная и смешная идея, но нет возможности записать ее, и вот она уже блекнет, и спустя время нельзя точно вспомнить, что же такое удачное пришло в голову. Мне говорили, что с музыкантами случается то же самое, когда они слышат мелодии. Наверняка и скульпторам являются прообразы скульптур, сценаристам — диалоги, а художникам — цветовые пятна. Это навело меня на дальнейшие размышления: сможет ли мой сейф сохранить идею нетронутой, или ему удастся запечатлеть ее только в общих чертах? Как бы то ни было, в тот момент я лежал в ванне, и эта мысль пронеслась в моей голове столь же стремительно, как и сотни других подобных мыслей, безобидных и абсурдных, которые посещают меня каждый день. Но по всей видимости, этот день был особенным. Стоило мне перестать думать о чудесном способе архивации мыслей, как голос в моей голове прошептал: «Если хочешь, сейчас мы этот сейф сделаем. Согласен?» В ту секунду я не осознавал, насколько этот голос, возникший в моей голове, не мой. Не из-за звучания, ведь голос все-таки был моим, а из-за того, что он дал свой ответ на мой вопрос. Сейчас попробую простыми словами это описать. Думаю, ты не раз вел разговоры с самим собой. И не раз размышлял, как поступить в той или иной ситуации, поддерживая внутренний диалог вроде: «Похоже, тебе пора помыть машину, она ведь вся в дерьме» или, если выразиться культурнее, «Разве не пора помыть машину, черт возьми?» Конечно же, ты понимал, что задаешь себе риторические вопросы. Вот именно так я и воспринял тот ответ. Типа я сам себе предложил дать волю фантазии и с ее помощью смастерить сейф в моем мозгу, чтобы засунуть туда идею. В тот момент я не осознавал, что разговор понемногу переставал быть беседой с самим собой и превращался в диалог с кем-то еще, живущим внутри моей головы. А он продолжал спрашивать меня, каким бы я хотел видеть этот сейф, в конструирование которого мы играли. «Какого цвета сейф? Какого объема? Он нужен только для хранения идей или ты хотел бы хранить там слова, рисунки, мелодии и тому подобное? Каким образом ты хотел бы хранить вещи: в ящичках, шкафчиках, на полках? Дверца должна быть с кодовым замком — с колесиком с тремя поворотами направо, двумя налево — или же как в хранилище дядюшки Скруджа?» Внезапно тот голос словно прорвало, и он начал сыпать вопросами, на которые я отвечал, продолжая блаженствовать в горячей воде и пене, а между вопросами и ответами о тонкостях конструкции мы болтали о том, как здорово понимать, что ты можешь делать такие вещи в своей голове, и я даже не подозревал, что приближаюсь к вопросу, который станет катализатором всего, что за ним последует: «Почему я никогда не знал, что умею мысленно мастерить сейфы?» Ответ: «Потому что ты не был готов». Именно в этот момент, хотя я все еще не понимал, что происходит, чемодан с голосами выскользнул из моих рук, замок сломался и ключ потерялся навсегда. После этого ответа мы перестали быть одним целым и разъединились на две сущности по той простой причине, что голос в моей голове знал то, что мне было неведомо. Но мы забегаем вперед в хронологии того дня, потому что дальнейшее развитие событий, обещаю, будет куда более динамичным, если, конечно, тебе захочется об этом узнать. Анхель Мартин «Друг отвел меня к психиатру»

А роза упала на лапу Азора

Люди, говорящие задом наперед, демонстрируют бесконечную способность мозга играть с речью. Аргентинские исследователи изучили региональный сленг, в котором порядок слогов или букв слов меняется на противоположный. Полученные ими результаты позволяют понять нашу природную способность играть словами. В 2020 г. Адольфо Гарсия, нейролингвист из аргентинского Университета Сан-Андрес, случайно познакомился с фотографом, который развлекал своих моделей тем, что говорил с ними задом наперед — например, испанское слово casa (дом) превращалось в «asac». Узнав, что фотограф с детства свободно владеет «обратной речью» и способен вести разговор в обратном направлении, Гарсия решил изучить этот феномен. Его исследования этого забавного стиля речи привлекли достаточно внимания, чтобы получить Шнобелевскую премию, присуждаемую Гарвардом с 1991 г. за исследования, которые «сначала заставляют людей смеяться, а потом думать». «Обратная речь» не дает никаких практических преимуществ ее пользователям. Возможно, она существует лишь для того, чтобы доставить удовольствие говорящему и слушающему, которые узнают звуки в слове «asac» или «onom» (в переводе с испанского «mono» — обезьяна). Но этот навык, который, по словам Гарсии, его знакомые и коллеги поначалу отвергли как «смешной и бесполезный», отнюдь не является пустой тратой времени, поскольку он позволяет понять, как человеческий мозг обрабатывает язык нетипичным образом. «У нас была возможность изучить нечто необычное и абсурдное», — говорит Гарсия об исследовании, опубликованном в журнале Scientific Reports в 2020 г., за которое он и его команда получили Шнобелевскую премию. Это признание застало его врасплох, особенно если учесть, что после публикации он не продолжил заниматься именно этим направлением. Сейчас его исследования направлены на преодоление языковых трудностей у людей с аутизмом, а также у людей с атаксией, болезнью Паркинсона или нейродегенеративными заболеваниями. Но Гарсия остается убежденным сторонником того, чтобы обратная речь стала не просто лингвистической диковинкой. Он надеется, что его работа окажется полезной для разработки более эффективных методов лечения языковых расстройств. В районе устья реки Ла-Плата, примыкающей к провинции Буэнос-Айрес и некоторым районам южного Уругвая, обратная речь относится к разновидности сленга под названием лунфардо, который является продуктом иммигрантских языков конца XIX — начала XX века. В этом языковом чуде используются только буквы или слоги, поменянные местами. В лунфардо слово vesre представляет собой слово «реверс» — revés — с произношением слогов задом наперед. Легионы страстных поклонников лунфардо существуют и сегодня. Тысячи оборотов встречаются в обычном разговоре: feca (кафе, или кофе), choborra (боррачо, или пьяный), rioba (баррио, или район). В Аргентине и Уругвае эти слова являются частью культуры. Они часто встречаются в текстах танго, а в разговоре практически все произносят их в виде отдельных слов, хотя и не в виде сплошной обратной речи, как это продемонстрировал фотограф, с которым столкнулся Гарсия. По словам Марии Хосе Торрес Приорис, научного сотрудника факультета психологии Университета Малаги, обратная речь может практиковаться в любом языке с «прозрачной» грамматикой, то есть фонемы — отдельные звуковые единицы языка — имеют одинаковое звучание независимо от их положения относительно других частей слова. Обратная речь возможна в таких языках, как испанский, баскский или некоторые языки майя, в которых существует прямое соответствие между буквами и звуками — один к одному. Например, в испанском языке пять гласных, и каждая из них имеет свой звук, который сохраняется во всех словах. В отличие от английского языка, считающегося «непрозрачным», эти пять гласных имеют 12 различных звучаний. В испанском языке буква A имеет постоянное звучание и пишется одинаково, в то время как в английском она может подразумевать различные звуки, как, например, в словах «back» (/æ/) или «far» (/ɑ/). В некоторых случаях она может быть слышна и без идентичного написания, например, в слове «cup» (/ʌ/). Торрес Приорис признает, что и в английском языке люди могут говорить задом наперед, но при этом говорящий и слушающий могут запутаться в том, как произносится слово и как оно пишется. В испанском языке такой путаницы звуков не существует. Обратная речь распространена не только в районе реки Ла-Плата. Во Франции она называется verlan, что является инверсией слогов слова l'envers, означающего «обратный». К верлану относятся такие выражения, как cimer от merci (спасибо) или jourbon от bonjour (привет). Нечто подобное существует в Медельине (Колумбия), где люди общаются на «парлаче», и в Панаме, где существует сленг под названием «реверсина». Культурное преклонение перед обратной речью, пожалуй, достигает апогея в Сан-Кристобаль-де-Лагуна, городе на Канарских островах Испании, жители которого добиваются официального признания обратной речи. Здесь эта традиция зародилась в 1930-х годах благодаря парикмахеру, который говорил на обратном языке. Сегодня те, на кого он оказал влияние, обратились в ЮНЕСКО с просьбой объявить эту практику «нематериальным культурным наследием человечества». Некоторые жители Сан-Кристобаля даже поссорились с профессорами испанского языка и представителями Канарской языковой академии, которые утверждают, что такая манера речи — не более чем лингвистическая игра. Приз исследователей, ставших лауреатами Шнобелевской премии, состоял из зимбабвийской банкноты, вышедшей из обращения, и PDF-файла, который можно было распечатать и сложить в банку из-под колы. Исследуемые ими носители обратной речи обладали «необыкновенной способностью» быстро переделывать слова (даже придуманные), предложения и тексты. Эти люди могли переставлять звуки, но сохранять идентичность слова без особых усилий, обнаружили Гарсия и Торрес Приорис. Например, вместо слова plata (деньги) они произносили atalp. При этом они меняли местами буквы в слове, а не слоги, и даже сохраняли соответствующее ударение. «Это гораздо более сложный механизм, чем глупая игра», — подчеркивает Гарсия. В исследовании, опубликованном в журнале Scientific Reports, ученые разработали различные задания для оценки способности участников составлять слова в прямом и обратном порядке. Исследователи измеряли точность и скорость перестановки последовательностей фонем, а также проводили структурную и функциональную магнитно-резонансную томографию. Один из результатов исследования показал, что участники эксперимента обладали способностью мгновенно переделывать слова, что нельзя объяснить, например, превосходной рабочей памятью. Кроме того, эти люди не демонстрировали никаких других навыков обратной речи, таких как зеркальное письмо или написание слов наоборот. Нейровизуализация показала, что у говорящих задом наперед объем серого вещества и количество связей между нейронами больше не только в областях, связанных с обработкой фонем (вдоль так называемого дорсального пути левого полушария), но и в других областях мозга, участвующих в семантических процессах, некоторых зрительных функциях и когнитивном контроле. Таким образом, обратная речь задействует когнитивные механизмы, выходящие за рамки классических языковых схем. Еще один интригующий аспект результатов исследования заключается в том, что пластичность мозга, продемонстрированная речевыми спикерами, позволила им «выполнять одну и ту же задачу с использованием различных нейронных ресурсов». Мария Кастелло, доцент кафедры интегративных и вычислительных нейронаук Института биологических исследований в Уругвае, не принимавшая участия в данном исследовании, считает, что оно открыло «окно в механизмы фонологического кодирования» — записи письменной, орфографической информации в звуковой код. В частности, это проливает свет на «область, которая была мало изучена в нейролингвистике», — говорит Кастелло. «Нейровизуализационные исследования показали, что конкретные области мозга, задействованные в этой работе, могут различаться у разных людей, что подчеркивает пластичность человеческого мозга при адаптации к исключительным лингвистическим способностям», — добавляет она. По словам Кастелло, наиболее значительный вклад данного исследования заключается в том, что оно позволяет лучше понять нейронные механизмы, участвующие в обработке звуков и построении слов. Кому-то может показаться, что обратная речь — это нелепая индульгенция, не вызывающая ничего, кроме смеха в кругу друзей в таких местах, как Сан-Кристобаль-де-Лагуна. Однако Гарсия и Торрес Приорис утверждают, что это исследование имеет значение для более глубокого понимания неврологических расстройств, влияющих на язык. «Я не могу сказать, что это исследование имеет прямое клиническое значение, но я думаю, что оно идет в этом направлении», — говорит Торрес Приорис. После публикации статьи Торрес Приорис сосредоточилась на изучении характерных симптомов постинсультной афазии, которая влияет на способность говорить и возникает в результате повреждения участков мозга, отвечающих за язык. При общении люди с афазией могут допускать лингвистические ошибки, такие как инверсия, замена, сложение или вычитание фонем. В этом контексте выявление нейронных цепей, связанных с обратной речью, является, по ее мнению, «шагом вперед» для разработки методов неинвазивной стимуляции мозга для людей с этим заболеванием. А в будущем она надеется создать эффективную терапию на основе результатов изучения обратной речи. «Когда мы сталкиваемся с чем-то, кажущимся смешным или абсурдным, очень легко отмахнуться от этого, как будто научная ценность заключается в грандиозных, революционных и трансцендентных вещах, — говорит Гарсия. — Урок этого исследования заключается в том, что если мы видим что-то абсурдное и не находим в этом вдохновения, значит, мы недостаточно глубоко мыслим». По материалам статьи «People Who Speak Backward Reveal the Brain’s Endless Ability to Play with Language» Scientific American

Если тревога возникает в моем мозгу, то почему у меня колотится сердце?

Автор статьи — психиатр Араш Джаванбахт. «Сердце в пятки ушло», «бабочки в животе» — эти фразы многие люди используют для описания страха и тревоги. Скорее всего, вы ощущали тревогу в груди или желудке, и обычно ваш мозг не болит, когда вы испытываете страх. Во многих культурах трусость и храбрость связывают скорее с сердцем или животом, чем с мозгом. Но наука традиционно считает мозг местом, где возникают страх и тревога. Тогда почему эти эмоции ощущаются в других частях тела? Я психиатр и нейробиолог, занимаюсь исследованием и лечением страха и тревоги. В своей книге «Боюсь» я объясняю, как страх работает в мозге и теле, и что происходит с телом из-за избыточной тревожности. Исследования подтверждают, что хотя эмоции зарождаются в мозгу, именно тело выполняет их приказы. Страх и мозг Хотя тревога возникла в ходе эволюции, чтобы спасти вас от падающего валуна или хищника, причины тревоги современной жизни зачастую гораздо более абстрактные. Пятьдесят тысяч лет назад быть отвергнутым своим племенем могло означать смерть, однако неудачное выступление у доски в школе или с докладом на работе не имеет таких последствий. Однако ваш мозг не видит разницы. Существует несколько ключевых областей мозга, которые активно участвуют в обработке страха. Когда вы находите что-нибудь опасным, будь то направленное на вас оружие или группа недовольных вами людей, эти сенсорные сигналы сначала поступают в амигдалу. Эта небольшая миндалевидная область мозга, расположенная рядом с ушами, определяет эмоциональную значимость ситуации и то, как на нее следует реагировать. Когда вы видите что-то, она определяет, стоит ли вам это съесть, напасть, убежать или заняться с этим сексом. Обнаружение угрозы — важнейшая часть этого процесса, и оно должно быть быстрым. У первых людей не было времени на раздумья, когда на них мчался лев. Они должны были действовать быстро. По этой причине амигдала развилась таким образом, что в обход областей мозга, участвующих в логическом мышлении, она может напрямую задействовать физические реакции. Например, при виде сердитого лица на экране компьютера амигдала может немедленно вызвать ответную реакцию, причем человек даже не осознает этого. Гиппокамп находится рядом с амигдалой и тесно с ней связан. Он участвует в запоминании, что безопасно, а что опасно, особенно в отношении окружающей среды — он помещает страх в контекст. Например, вид разъяренного льва и в зоопарке, и в пустыне Сахары, вызывает одинаковую реакцию. Но гиппокамп, находясь в зоопарке, блокирует эту реакцию, поскольку вам не угрожает опасность. Префронтальная кора головного мозга, расположенная над глазами, в основном участвует в когнитивных и социальных аспектах обработки страха. Например, вы можете испугаться змеи, пока не прочитаете надпись о том, что змея не ядовита, или пока хозяин не скажет вам, что это его дружелюбный питомец. Хотя префронтальная кора обычно рассматривается как часть мозга, регулирующая эмоции, она также может развить определенные страхи, основываясь на социальной среде, в который вы находитесь. Например, вы можете нейтрально относиться к встрече с начальником, но сразу же занервничать, когда коллега расскажет вам слухи об увольнении. Многие предрассудки, такие как расизм, укоренились в процессе усвоения страха через социальные взаимодействия. Страх и остальное тело Если мозг решает, что реакция страха оправдана в конкретной ситуации, он активирует каскад нейронов и гормонов, чтобы подготовить вас к немедленным действиям. Часть реакции «бей или беги» — например, повышенное внимание и распознавание угрозы — происходит в мозге. Но большинство физических изменений происходит в теле. Разные системы вашего организма готовятся к интенсивным физическим действиям. Моторная кора головного мозга посылает сигналы к мышцам, чтобы подготовить их к быстрым и сильным движениям. К ним относятся мышцы груди и живота, которые помогают защитить жизненно важные органы, расположенные в этих областях. Это может способствовать возникновению чувства сдавленности в груди и животе в стрессовых ситуациях. Симпатическая нервная система — это акселератор, который ускоряет работу систем, участвующих в реакции «бей или беги». Симпатические нейроны распространены по всему организму и особенно концентрируются в сердце, легких и кишечнике. Эти нейроны стимулируют надпочечники к выделению гормонов, таких как адреналин, которые через кровь достигают указанных органов и увеличивают скорость реакции на страх. Чтобы обеспечить достаточное кровоснабжение мышц при повышенных нагрузках, сигналы симпатической нервной системы увеличивают частоту и силу сердечных сокращений. Это в первую очередь ощущается в грудной клетке, поэтому ощущение сильных эмоций можно связать с работой сердца. В легких сигналы симпатической нервной системы расширяют дыхательные пути и часто увеличивают частоту и глубину дыхания. Иногда это приводит к ощущению одышки. Поскольку пищеварение является последним приоритетом в ситуации «бей или беги», активация симпатической системы замедляет работу кишечника и уменьшает приток крови к желудку, чтобы сохранить кислород и питательные вещества для более жизненно важных органов, таких как сердце и мозг. Эти изменения в работе желудочно-кишечного тракта могут восприниматься как дискомфорт, связанный с чувством страха и тревоги. Все возвращается в мозг Все ощущения в организме, включая те, которые происходят в вашей груди и желудке, передаются обратно в головной мозг через спинной мозг. Ваш уже тревожный и настороженный мозг затем обрабатывает эти сигналы как на сознательном, так и на бессознательном уровнях. Инсула — это часть мозга, которая специализируется на сознательном восприятии ваших эмоций, боли и ощущений в теле. Также мозг задействует переднюю кору для самосознания, особенно для идентификации и именования физических ощущений, таких как ощущение стеснения или боли в животе, и придания им когнитивной ценности, например, «это нормально и пройдет» или «это ужасно, и я умираю». Эти физические ощущения иногда могут создавать петлю нарастающей тревоги, поскольку заставляют мозг испытывать еще больший страх перед ситуацией из-за беспокойства, которая ощущается в теле. Хотя чувство страха и тревоги зарождается в мозгу, вы также ощущаете его в своем теле, поскольку мозг изменяет функции организма. Эмоции возникают как в теле, так и в мозге, но осознает их существование мозг. Как говорил рэпер Эминем в своей песне «Lose Yourself», причиной того, что у него потели ладони, подкашивались колени и тяжелели руки, был нервный мозг. По материалам статьи «If anxiety is in my brain, why is my heart pounding? A psychiatrist explains the neuroscience and physiology of fear» The Conversation

Согласно дебютному докладу NASA об НЛО, инопланетян не обнаружено

В первом открытом докладе агентства о неопознанных аномальных явлениях (UAP) эксперты NASA признают, что не видели ни одного достоверного случая их существования. Команда исследователей НАСА по изучению НЛО выпустила сегодня долгожданный первый отчет, и хотя ее эксперты не обнаружили признаков внеземного происхождения в сообщенных наблюдениях, космическое агентство назначает нового руководителя для изучения этого явления. Независимая группа экспертов была создана NASA в 2022 г. для того, чтобы проинформировать NASA и другие правительственные агентства о том, как лучше собирать и анализировать данные в попытке понять НЛО, или неопознанные аномальные явления (UAP), как их сейчас называют (этот термин был принят Министерством обороны США, чтобы охватить не только объекты или явления в воздухе, которые не могут быть немедленно идентифицированы, но и те, которые находятся под водой, в космосе). «Главный вывод исследования заключается в том, что нам предстоит еще многое узнать. Группа независимых исследователей NASA не нашла никаких доказательств того, что UAP имеют внеземное происхождение, более того, мы не знаем, что из себя представляют эти UAP», — заявил администратор NASA Билл Нельсон, оглашая отчет. Для проведения дальнейших исследований НАСА назначает директора по исследованиям UAP, который будет заниматься разработкой и контролем исследований UAP, объявил Нельсон. «Мы будем использовать опыт НАСА для совместной работы с другими агентствами по изучению UAP», — сказал он. Первый отчет исследовательской группы НАСА по изучению UAP мало что проясняет в загадке НЛО, но предлагает рекомендации по тому, как НАСА может помочь в продвижении исследований. В заключении отчета утверждается, что НАСА может внести наибольший вклад в изучение этой темы, используя свои спутники и наблюдения для получения более точных данных и доказательств существования UAP. «В настоящее время анализ данных UAP затруднен из-за плохой калибровки датчиков, отсутствия многократных измерений, отсутствия метаданных датчиков и отсутствия исходных данных. Согласованные усилия по улучшению всех этих аспектов жизненно важны, и опыт NASA должен быть всесторонне использован как часть надежной и систематической стратегии сбора данных в рамках общегосударственной структуры», — говорится в отчете. На пресс-брифинге, состоявшемся в штаб-квартире НАСА в Вашингтоне, Нельсон рассказал о недостатке данных по этой теме, добавив, что, поскольку данные об обнаружении НЛО часто непредсказуемы и мимолетны, их трудно изучать с научной точки зрения. «Обращаю ваше внимание, на то, что большинство сигналов об обнаружении НЛО дают очень ограниченный объем данных. Это еще больше затрудняет научные выводы о природе НЛО. Поэтому в этой независимой исследовательской группе собрались ведущие мировые ученые, эксперты по данным и искусственному интеллекту, специалисты по аэрокосмической безопасности, и все они получили от меня конкретное задание — рассказать, как применить к ПЛА все возможности науки и данных», — сказал Нельсон на брифинге. С этим мнением согласны и другие руководители NASA, отмечая, что предполагаемые UAP часто остаются неопознанными только из-за отсутствия четких данных о них. «UAP — одна из величайших загадок нашей планеты. Хотя существует множество свидетельств очевидцев, фотографий и видеокадров, они не являются последовательными, подробными и не содержат наблюдений, на основании которых можно было бы сделать окончательные научные выводы о природе и происхождении UAP», — сказала Никола Фокс, помощник администратора Управления научных миссий НАСА. Между тем Дэн Эванс, помощник заместителя администратора по исследованиям Управления научных миссий NASA, объяснил работу агентства по изучению UAP с точки зрения безопасности воздушного пространства. «Присутствие UAP вызывает серьезные опасения в отношении безопасности нашего неба. И наша страна обязана определить, представляют ли эти явления какой-либо потенциальный риск для безопасности воздушного пространства. Не стоит забывать, что первая буква «А» в названии NASA — это аэронавтика. Поэтому, понимая природу UAP, мы можем гарантировать, что наше небо останется безопасным пространством для всех», — сказал Эванс. Для этого, согласно отчету группы, NASA следует привлечь Федеральное управление гражданской авиации (FAA) и собственную систему отчетности по безопасности полетов для выявления данных, которые помогут пролить свет на загадку UAP. В документе также рекомендуется использовать искусственный интеллект, чтобы помочь обработать большие массивы данных для выявления возможных аномальных явлений. Отчет также включает в себя несколько изображений предполагаемых НЛО, как тех, которые были идентифицированы, так и тех, которые остаются без объяснения, включая одно изображение, на котором виден металлический объект в форме шара, летающий без использования известных методов движения. «Из-за ограниченности данных объект остается неидентифицированным», — отмечается в отчете. По мнению авторов доклада, серьезный научный подход в этом вопросе поможет снять табу и стигму, связанные с исследованием НЛО, которое долгое время считалось псевдонаучным. «Само участие такой авторитетной организации как NASA в сборе данных сыграет важную роль в снижении стигматизации, связанной с сообщениями об обнаружении НЛО, что поспособствует сбору большего количества данных. НЛО, или UAP, стали объектом пристального внимания правительства США в последние несколько лет в связи с тем, что бывшие сотрудники спецслужб и военнослужащие стали рассказывать о своих встречах с неопознанными объектами или аномальными явлениями в небе. В последние годы несколько бывших военных летчиков США рассказали в новостях и документальных фильмах о том, что они видели объекты, которые, по всей видимости, не соответствуют общепринятым представлениям об аэродинамике и материаловедении и ведут себя так, что их трудно объяснить с помощью известных технологий. Бывший сотрудник разведки Пентагона и ветеран ВВС США даже дал показания в Конгрессе в июле 2023 г. о том, что американское правительство скрывает доказательства крушения UAP и свидетельства существования биологического «нечеловеческого разума». Убедительных доказательств этих утверждений представлено не было, но несколько членов Конгресса США, тем не менее, выступили за последующее расследование. Несмотря на эти заявления, глава новой организации Пентагона по изучению НЛО — Управления по разрешению аномалий во всех областях (AARO) — в апреле 2023 г. дал показания Комитету по вооруженным силам Сената США о том, что у его ведомства «пока нет достоверных доказательств внеземной активности, внеземных технологий или объектов, не подчиняющихся известным законам физики». По материалам статьи «No aliens in NASA's debut UFO report — but big questions remain» Live Science