Психология
 210K
 7 мин.

10 психологических экспериментов, которые изменят ваше представление о себе

Почему мы делаем то, что делаем? Несмотря на все попытки познать себя, мы все же остаемся в глубоком неведении о нашем разуме, а уж тем более о разуме других людей. На протяжении долгого времени психологи пытаются распознать наше восприятие мира и мотивацию поведения. Они сделали огромный рывок, чтобы приподнять завесу этой тайны. Известные психологические эксперименты прошедшего столетия выявили универсальные истины о человеческой природе. Вот 10 классических исследований, которые могут коренным образом изменить ваше представление о себе. 1. Все мы потенциально способны творить зло. Пожалуй, самым известным в истории психологии был Стэнфордский тюремный эксперимент в 1971 году, который показал, как социальные ситуации способны влиять на поведение человека. В подвале Стэнфордского университета исследователи создали антураж тюрьмы и отобрали 24 добровольца на роли заключенных и охранников. Все они были здоровы психически и не имели судимостей. Узники проводили в камерах 24 часа в сутки, а охранники работали, сменяя друг друга через каждые 8 часов. По плану, эксперимент должен был длиться две недели, но его пришлось прекратить через шесть дней из-за оскорбительного поведения охранников и крайнего эмоционального напряжения заключенных. Агрессия охранников в отношении заключенных очень быстро возрастала: они раздевали узников, надевали им мешки на головы и, наконец, принуждали к унизительным действиям. Эксперимент вышел из-под контроля, и, опасаясь за жизнь и здоровье “заключенных”, исследователи его прекратили. 2. Мы не замечаем того, что перед нами. Думаете, вы знаете, что происходит вокруг? Не будьте столь самоуверенны. В 1998 году ученые из Гарварда и Кента изучали, насколько хорошо человек осознает, что его окружает. Для этого к прохожим в студгородке подходил актер и спрашивал у людей дорогу. Когда актер получал указания, двое мужчин проносили между ним и прохожим деревянную дверь, которая на несколько секунд перекрывала обзор. За это время происходила замена актера на человека с совершенно другой внешностью: он отличался по росту, по телосложению, имел другую стрижку, одежду и голос. Добрая половина людей даже не заметила подмены. Эксперимент показывает, насколько мы избирательно внимательны к деталям окружающей обстановки. 3. Ждать вознаграждения тяжело, но овчинка стоит выделки. В 60-х годах прошлого столетия был проведен эксперимент над детьми дошкольного возраста, выявлявший способность противостоять соблазну сиюминутного удовольствия. В результате были получены ценные знания о силе воли и самодисциплине. В ходе исследования детей в возрасте четырех лет оставляли одних в комнате, где прямо перед ними на столе лежал зефир в тарелке. Дети могли съесть лакомство сразу, либо могли дождаться возвращения научного сотрудника, что занимало 15 минут, и получить две зефиринки. Многие дети заявляли, что подождут и справятся с соблазном, но, в конце концов, съедали лакомство до прихода взрослого. Те же малыши, которые выжидали полных 15 минут, прибегали ко всевозможным стратегиям воздержания: отворачивались от блюда с зефиром или закрывали глаза. Смысл такого поведения детей очень глубок: те из них, кто смог побороть свои сиюминутные желания, имели меньшую склонность к ожирению, курению и наркотикам в подростковом возрасте. К тому же, они становились более успешными во взрослой жизни. 4. Устоять перед соблазном сложно, но те, кому это удается, становятся более успешными. Йельский психолог Стэнли Милгрэм в 1961 году провел жестокие исследования, выясняя, как далеко могут зайти люди, подчиняясь уполномоченным лицам, которые прикажут нанести вред другим. Исследователя интересовал напряженный внутренний конфликт между личными моральными устоями и обязанностью подчиняться власти. Милгрэм хотел понять, как нацистские военные преступники смогли совершить столь чудовищные поступки во времена Холокоста. Ученый выбирал пару участников, в которой один был «учителем», другой – «учеником». Каждый раз, когда ученик давал неправильный ответ, учитель должен был пропускать по нему разряд тока. На самом деле ученик сидел в соседней комнате, и током его никто не бил, но учителю демонстрировали записи, на которых было слышно, как ученик корчится от боли. Едва учитель проявлял желание прекратить издевательства, экспериментатор заставлял его продолжать. В ходе первого эксперимента 65% участников, несмотря на явное нежелание и внутренний протест, доходили до последней стадии наказания учеников, при которой применялся самый болезненный разряд тока в 450 вольт, обозначенный как «XXX». Обычно результаты этого эксперимента рассматривались как тревожный сигнал слепого подчинения людей власти. Недавно исследования были заново изучены, и теперь их больше считают показателем внутреннего морального конфликта. Человеку по природе свойственно быть чутким и заботливым к родственникам и друзьям, но при этом он может быть жестоким и злым с представителями других социальных групп. 5. Власть портит нас. Есть психологическое объяснение тому, что власть имущие иногда выступают по отношению к другим неуважительно и с чувством превосходства. В 2003 году был проведен эксперимент, в котором студентов поделили на группы по трое, чтобы они вместе написали небольшую работу. Двоим студентам наказали выполнять задание, тогда как третий должен был оценивать их работу и решать, кому сколько заплатить. В процессе выполнения задачи студентам приносили тарелку с пятью печеньями. Последнее из них обычно оставалось нетронутым, но «босс» почти всегда съедал предпоследнее, причем делал это небрежно, с открытым ртом. Когда испытуемым дается власть в экспериментах, они начинают позволять себе неподобающий физический контакт с остальными участниками, открыто флиртовать с ними, делать рискованный выбор, первыми вносить предложения, неприкрыто высказывать свое мнение и неаккуратно есть печенье. 6. Мы лояльны к своей социальной группе, но сильно подвержены межгрупповым конфликтам. Классические эксперименты показывают, как социальные слои и разные страны оказываются вовлеченными в конфликты друг с другом. Руководитель исследования взял две группы мальчиков в возрасте 11 лет, назвав их «Орлы» и «Гремучие змеи». Группы отлично провели время в летнем лагере по отдельности, не зная о существовании друг друга. Когда детей объединили, начались взаимные оскорбления. Мальчики начали конкурировать в играх, затем конфликт усилился, и они даже отказались есть вместе. Помирить разбушевавшихся подростков смогло лишь совместное решение проблем. 7. Для счастья нам нужно лишь одно. В одном из Гарвардских исследований тестировали 268 выпускников 1938–1940 годов на протяжении 75 лет. Исследователи регулярно собирали данные о различных аспектах жизни испытуемых. И каков же был общий вывод? Выяснилось, что любовь – это все, что имеет значение, по крайней мере, когда дело доходит до определения долгосрочного счастья и удовлетворенности жизнью. 8. Чувство собственного достоинства и социальный статус влияют на наше здоровье. Достижение славы и успеха – это не только проявление высшей степени эгоизма, но и ключ к долголетию, как показали исследования обладателей премии Оскар. Те актеры и режиссеры, которые получили Оскар, живут в среднем на 4 года дольше тех, кто был номинирован, но не был избран. Конечно, это не значит, что, выиграв премию, вы проживете дольше, или, что все должны немедленно побежать и закончить актерские курсы. Нет. Просто социальные факторы имеют большое значение. Внутреннее чувство собственного достоинства влияет на наше здоровье и желание заботиться о себе. 9. Мы обманываем сами себя и находим оправдание даже самым бессмысленным поступкам. Теория когнитивного диссонанса, с которой знаком любой первокурсник, изучающий психологию, утверждает, что людям свойственно избегать психологического конфликта, который возникает из-за противоречивых или взаимоисключающих понятий. В одном эксперименте участников попросили в течение часа выполнять рутинную работу, например, вращать крючок на деревянной ручке. После этого им заплатили от $1 до $20 и попросили сказать ожидающим участникам, что задание было очень интересным. Те, кто получил $20, были менее убедительны, так как они не чувствовали, что время потратили зря. А вот те, кому дали лишь $1, ощущали потребность оправдать потраченное время, поэтому более энергично заявляли, что было весело. Другими словами, мы часто обманываем самих себя, заставляя мир вокруг нас быть более логичным и гармоничным. 10. Мы все подвержены стереотипам. Даже если мы прилагаем усилия, пытаясь избегать стереотипов, мы все равно им подвержены в пределах нашей социальной, этнической или классовой принадлежности. Участников одного эксперимента попросили объяснить слова, связанные со старостью (беспомощный, морщинистый и т.д.). После теста они шли по коридору медленнее, чем те, кто объяснял слова, не связанные с возрастом.

Читайте также

 101K
Психология

Тем, кто потерял смысл жизни

Отрывок из книги знаменитого австрийского врача-психотерапевта Виктора Франкла, прошедшего через Освенцим для тех, кто потерял смысл жизни. Виктор Франкл — знаменитый австрийский врач-психотерапевт, психолог и философ, прошедший через Освенцим. Приводим главу из его книги. «Сказать жизни «Да!», над которой он работал в лагере и завершил после освобождения. Человек, утративший внутреннюю стойкость, быстро разрушается. Фраза, которой он отклоняет все попытки подбодрить его, типична: «Мне нечего больше ждать от жизни». Что тут скажешь? Как возразишь? Вся сложность в том, что вопрос о смысле жизни должен быть поставлен иначе. Надо выучить самим и объяснить сомневающимся, что дело не в том, чего мы ждем от жизни, а в том, чего она ждет от нас. Говоря философски, тут необходим своего рода коперниканский переворот: мы должны не спрашивать о смысле жизни, а понять, что этот вопрос обращен к нам — ежедневно и ежечасно жизнь ставит вопросы, и мы должны на них отвечать — не разговорами или размышлениями, а действием, правильным поведением. Ведь жить — в конечном счете значит нести ответственность за правильное выполнение тех задач, которые жизнь ставит перед каждым, за выполнение требований дня и часа. Эти требования, а вместе с ними и смысл бытия, у разных людей и в разные мгновения жизни разные. Значит, вопрос о смысле жизни не может иметь общего ответа. Жизнь, как мы ее здесь понимаем, не есть нечто смутное, расплывчатое — она конкретна, как и требования ее к нам в каждый момент тоже весьма конкретны. Эта конкретность свойственна человеческой судьбе: у каждого она уникальна и неповторима. Ни одного человека нельзя приравнять к другому, как и ни одну судьбу нельзя сравнить с другой, и ни одна ситуация в точности не повторяется — каждая призывает человека к иному образу действий. Конкретная ситуация требует от него то действовать и пытаться активно формировать свою судьбу, то воспользоваться шансом реализовать в переживании (например, наслаждении) ценностные возможности, то просто принять свою судьбу. И каждая ситуация остается единственной, уникальной, и в этой своей уникальности и конкретности допускает один ответ на вопрос — правильный. И коль скоро судьба возложила на человека страдания, он должен увидеть в этих страданиях, в способности перенести их свою неповторимую задачу. Он должен осознать уникальность своего страдания — ведь во всей Вселенной нет ничего подобного; никто не может лишить его этих страданий, никто не может испытать их вместо него. Однако в том, как тот, кому дана эта судьба, вынесет свое страдание, заключается уникальная возможность неповторимого подвига. Для нас, в концлагере, все это отнюдь не было отвлеченными рассуждениями. Наоборот — такие мысли были единственным, что еще помогало держаться. Держаться и не впадать в отчаяние даже тогда, когда уже не оставалось почти никаких шансов выжить. Для нас вопрос о смысле жизни давно уже был далек от того распространенного наивного взгляда, который сводит его к реализации творчески поставленной цели. Нет, речь шла о жизни в ее цельности, включавшей в себя также и смерть, а под смыслом мы понимали не только «смысл жизни», но и смысл страдания и умирания. За этот смысл мы боролись! Виктор Франкл. Сказать жизни «Да!». Психолог в концлагере. М., АНФ, 2014

 77K
Психология

Ловушки сознания

Способности человеческого мозга до сих пор выше, чем у многих современных компьютеров. При этом простейший калькулятор справится с вычислениями гораздо лучше и быстрее любого из нас. А все потому, что мы склонны попадаться в ловушки собственного сознания, которые то и дело заставляют нас принимать сомнительные решения и делать ложные выводы. — пишет Джордж Дворский. Вы не виноваты в своей нерациональности. 1. Все становится хуже Замечали, что с каждым годом все вокруг становится все хуже и хуже? Так нас заставляет думать эффект негативности. Дело в том, что мы склонны обращать внимание на плохие новости и не замечать хорошие. Учёные считают, что мы подсознательно воспринимаем плохое как более важное. Именно поэтому мы думаем, что ситуация на планете усугубляется день ото дня. Хотя, например, писатель и психолог Стивен Пинкер в своей книге доказывает, что преступлений, жестокости и войн постепенно становится всё меньше и меньше. 2. Машиной безопаснее Практически каждый знает, что самолет — самый безопасный транспорт на свете, в отличие от автомобиля. Статистически шанс погибнуть в автокатастрофе в десятки раз выше, чем в самолёте. Но наш мозг отказывается воспринимать эту связь, и мы продолжаем с полной уверенностью садиться за руль, но трепетать как осиновый лист на борту самолета. Феномен пренебрежения вероятностью заставляет нас бояться погибнуть от рук террористов и не думать о гораздо более реальной опасности — упасть с лестницы или случайно отравиться, например. 3. Я всегда прав Мы любим соглашаться с людьми, которые соглашаются с нами. Именно поэтому мы выбираем людей со схожими взглядами, суждениями и предпочтениями. Нам неприятны отдельные личности, группы людей или сайты, которые заставляют нас сомневаться в собственной правоте. Психолог Б. Скиннер называл это явление «когнитивным диссонансом». Эта избирательность и приводит к предвзятости подтверждения — мы воспринимаем только ту информацию, которая подтверждает наши суждения. Одновременно с этим мы игнорируем или отвергаем всё, что конфликтует с нашей правдой и угрожает разрушить привычный для нас образ мира. Интернет, кстати, только усиливает эту тенденцию. 4. Орел или решка Мы часто уверены, что события из прошлого могут каким-то образом повлиять на наше настоящее. Это явление называется ошибка игрока. Простой пример — подбрасывание монетки. Если пять раз подряд выпадает решка, наш мозг уверен, что в следующий раз обязательно выпадет орел. На самом деле, шансы по-прежнему остаются 50/50. Примерно так же работает ловушка «позитивного ожидания», свойственная игроманам. Им кажется, что после нескольких проигрышей удача просто должна повернуться к ним лицом, и уже следующая игра принесёт им огромный куш. 5. Оно того стоило Каждый может припомнить ситуацию, когда совершал неоправданно дорогую или ненужную покупку. И вместо того, чтобы нести ее обратно, вы уговорили себя, что «оно того стоило». Так работает пост-шопинговая рационализация — мозг запрограммирован на утешения, когда вы совершаете какую-нибудь явную глупость. В конце концов, вы начинаете думать, что риски были оправданы, и вы бы поступили так и во второй раз. 6. Чужой, поэтому плохой Наша врождённая потребность — чувствовать себя частью коллектива. Все дело в окситоциноме — так называемой «молекуле любви». С одной стороны этот гормон помогает нам создавать тесные связи друг с другом, с другой — заставляет отталкивать всех, кто остался вне нашего «круга». Он делает нас подозрительными, внушает страх и даже высокомерие по отношению к чужакам. В конце концов, мы переоцениваем людей нашей собственной группы и недооцениваем тех, о ком мы, в сущности, не имеем никакого представления. Это — эффект внутригрупповой пристрастности. 7. Почему все вокруг беременные? Часто случается так, что мы внезапно начинаем повсюду замечать нечто для нас новое. Нам кажется, что это «нечто» с определённого момента стало нас преследовать, в то время как в действительности мы просто не обращали на это внимание. Это эффект выборочности наблюдения. Пример: вы покупаете новую машину и с этого момента начинаете видеть такие же автомобили кругом и всюду. Или женщина, которая узнала о беременности, вдруг начинает замечать вокруг себя большое количество беременных. Это может быть все, что угодно: какая-нибудь песня или редко употребляемое выражение. 8. Стадное чувство Мы обожаем двигаться вместе с толпой, хотя можем этого и не осознавать. Когда люди вокруг нас выбирают любимчика — будь то спортивная команда или певец, то наша индивидуальность отключается. Мы впадаем в состояние своеобразного «группового мышления», которое порождается эффектом повального увлечения. Например, вещь, которую ваши коллеги посчитают «крутой», скорее всего покажется «крутой» и для вас. Ну или в спорте — если большинство из вашего окружения болеет за какую-нибудь команду, очень сложно не поддаться всеобщему увлечению. 9. Молчание — знак согласия Склонность считать, что другие люди мыслят так же, как и мы, вызвана эффектом переноса. Например, часто члены радикальных организаций уверены, что весь мир разделяет их позицию. Хотя так может вовсе и не быть. С этим эффектом связан похожий — эффект ложного консенсуса — необоснованная уверенность, что окружающие по умолчанию с нами согласны. 10. Со скидкой — значит дешево Мы обращаем внимание на разницу между числами, но не на их величину. Это называется «эффектом якоря» или «ловушкой сравнения». Этим фокусом активно пользуются продавцы. Классический пример — товар на распродаже. Мы видим на бирке две цены и оцениваем разницу между ними, не сами цены. Если скидка значительна, это производит на нас впечатление, даже если товар на самом деле слишком дорогой даже со скидкой. Этим приёмом пользуются и рестораны — они включают в меню непомерно дорогие блюда, чтобы цена на другие казалась вполне разумной. По этой же причине мы чаще всего выбираем нечто среднее — не слишком дорогое, но и не самое дешёвое. 11. Подумаю об этом завтра В 1998 году провели исследование на тему эффекта текущего момента. 74% покупателей, выбирая еду на неделю, предпочли полезные фрукты. А когда их попросили сделать выбор на текущий день, то 70% участников эксперимента потянулись к шоколаду. Часто мы ведем себя легкомысленно сегодня, не думая о завтрашнем дне. Дело в том, что подсознательно мы перекидываем ответственность на кого-то, кем мы будем завтра. И нам трудно понять, что это опять будем мы же. Источник: Журнал «Клубер»

 75K
Жизнь

Нас захватили социальные сети

Мы все немного искажаем правду в социальных сетях, но в какой момент все зашло слишком далеко?

 69K
Жизнь

20 пессимистичных, но очень точных мыслей Артура Шопенгауэра

Знаменитый мизантроп и женоненавистник, «философ пессимизма» Артур Шопенгауэр всем занятиям предпочитал чтение. Его библиотека насчитывала 1375 книг. «Не будь на свете книг, я давно пришел бы в отчаяние…», — говорил он. Произведённый Шопенгауэром метафизический анализ воли, его взгляды на человеческую мотивацию (именно он впервые употребил этот термин) и желания, афористичный стиль письма оказали влияние на многих известных мыслителей, включая Фридриха Ницше, Людвига Витгенштейна, Эрвина Шрёдингера, Альберта Эйнштейна, Зигмунда Фрейда, Карла Юнга, Льва Толстого и Хорхе Луиса Борхеса. Вот несколько мыслей философа, которого Лев Толстой называл «гениальнейшим из людей». Самая дешевая гордость — это гордость национальная. Она обнаруживает в зараженном ею субъекте недостаток индивидуальных качеств, которыми он мог бы гордиться; ведь иначе он не стал бы обращаться к тому, что разделяется кроме него еще многими миллионами людей. Кто обладает крупными личными достоинствами, тот, постоянно наблюдая свою нацию, прежде всего подметит ее недостатки. Но убогий человек, не имеющий ничего, чем бы он мог гордиться, хватает за единственно возможное и гордится нацией, к которой он принадлежит; он готов с чувством умиления защищать все ее недостатки и глупости. В нас существует нечто более мудрое, нежели голова. Именно, в важные моменты, в главных шагах своей жизни мы руководствуемся не столько ясным пониманием того, что надо делать, сколько внутренним импульсом, который исходит из самой глубины нашего существа. Внутренняя пустота служит истинным источником скуки, вечно толкая субъекта в погоню за внешними возбуждениями с целью хоть чем-нибудь расшевелить ум и душу. Девять десятых нашего счастья зависит от здоровья. Для нашего счастья то, что мы такое, — наша личность — является первым и важнейшим условием, уже потому, что сохраняется всегда и при всех обстоятельствах. Искренно друзья только называют себя друзьями; враги же искренни и на деле; поэтому их хулу следует использовать в целях самопознания, так как мы принимаем горькое лекарство. Для каждого человека ближний — зеркало, из которого смотрят на него его собственные пороки; но человек поступает при этом как собака, которая лает на зеркало в том предположении, что видит там не себя, а другую собаку. Богатство подобно соленой воде, чем больше ее пьешь, тем сильнее жажда. Это относится и к славе. Никакие деньги не бывают помещены выгоднее, чем те, которые мы позволили отнять у себя обманным путем, ибо за них мы непосредственно приобретаем благоразумие. Моя философия не дала мне совершенно никаких доходов, но она избавила меня от очень многих трат. Мудрецы всех времён постоянно говорили одно и то же, а глупцы, всегда составлявшие огромнейшее большинство, постоянно одно и то же делали — как раз противоположное; так будет продолжаться и впредь. Одним из существенных препятствий для развития рода человеческого следует считать то, что люди слушаются не того, кто умнее других, а того, кто громче всех говорит. Мысли выдающихся умов не переносят фильтрации через ординарную голову. Талант достигает цель, которую никто не может достичь; гений — ту, которую никто не может увидеть. Кто не любит одиночества, не любит и свободы. Не говори своему другу того, что не должен знать твой враг. Разумно было бы почаще говорить себе: «изменить я этого не могу, остаётся извлекать из этого пользу». Человек есть единственное животное, которое причиняет страдания другим без всякой дальнейшей цели кроме этой. Нас делает счастливым и несчастным не то, каковы предметы в действительности, а то, во что мы их путем восприятия превращаем. Чем мы являемся на самом деле, значит для нашего счастья гораздо больше, чем то, что мы имеем.

 58K
Психология

Принудительное счастье: как позитивное мышление портит нам жизнь

Датский психолог Свен Бринкман считает, что постоянные попытки «мыслить позитивно» и «стать лучшей версией себя» привели людей к эпидемии депрессии. По его мнению, давно пора уволить коучей и начать читать хорошие художественные романы вместо литературы по саморазвитию. В издательстве «Альпина Паблишер» вышла его книга «Конец эпохи self-help: Как перестать себя совершенствовать» — он предлагает семь правил, которые позволят избавиться от навязанной позитивной психологии. Тирания позитива Барбара Хелд, выдающийся американский профессор психологии, уже давно критикует явление, которое называет «тиранией позитива». Согласно ей, идея позитивного мышления особенно широко распространилась в США, но и во многих других западных странах в доморощенной психологии бытует мнение, что нужно «мыслить позитивно», «ориентироваться на внутренние ресурсы» и рассматривать проблемы как интересные «вызовы». Даже от серьезно больных людей ожидается, что из своей болезни они «извлекут опыт» и в идеале станут сильнее. В бесчисленных книгах по саморазвитию и «историях страданий» люди с физическими и психическими недугами рассказывают, что не хотели бы избежать кризиса, так как благодаря ему многому научились. Я думаю, немало из тех, кто серьезно болеет или переживает иной жизненный кризис, чувствуют давление необходимости позитивно относиться к ситуации. Но очень немногие вслух говорят о том, что вообще-то болеть — это ужасно и лучше бы с ними этого никогда не случалось. Обычно заголовок подобных книг выглядит так: «Как я пережил стресс и чему научился», и вряд ли вы найдете книгу «Как я испытал стресс и ничего хорошего из этого не вышло». Мы не только испытываем стресс, болеем и умираем, но еще и обязаны думать, что все это нас многому учит и обогащает. Если вам, как и мне, кажется, что тут что-то явно не так, то следует научиться обращать больше внимания на негатив и таким образом бороться с тиранией позитива. Это даст вам еще одну опору, чтобы твердо стоять на ногах. Мы должны вернуть себе право думать, что иногда все просто плохо, и точка. К счастью, это стали осознавать многие психологи, например критический психолог Брюс Левин. По его мнению, первый из способов, как профессионалы в области здравоохранения усугубляют проблемы людей, — это совет жертвам изменить отношение к ситуации. «Просто смотрите на это позитивно!» — одна из худших фраз, которую можно сказать человеку в беде. Кстати, на десятом месте в списке Левина стоит «деполитизация человеческих страданий». Это означает, что всевозможные человеческие проблемы списываются скорее на недостатки людей (низкую мотивацию, пессимизм и так далее), чем на внешние обстоятельства. Позитивная психология Как уже говорилось, Барбара Хелд — один из самых активных критиков позитивной психологии. Эта область исследования стала стремительно развиваться в конце девяностых. Позитивную психологию можно рассматривать в качестве научного отражения одержимости позитивом в современной культуре. Ее процветание началось в 1998 г., когда президентом Американской психологической ассоциации стал Мартин Селигман. До этого он был известен в основном благодаря своей теории о выученной беспомощности как факторе депрессии. Выученная беспомощность — это состояние апатии или, во всяком случае, недостатка воли к тому, чтобы изменить болезненный опыт, даже когда существует возможность избежать боли. Основанием для этой теории послужили опыты, в ходе которых собак били электрическим током. Когда Селигману надоело мучить животных (что и понятно) и захотелось чего-то более жизнеутверждающего, он обратился к позитивной психологии. Позитивная психология уже не ставит в центр внимания человеческие проблемы и страдания, что было характерно для этой науки раньше (Селигман иногда называет обычную психологию «негативной»). Скорее, это научное исследование хороших аспектов жизни и человеческой природы. В частности, рассматривается вопрос о том, что такое счастье, как его достичь и какие существуют позитивные черты характера. Став президентом ассоциации, Селигман воспользовался своим положением для продвижения позитивной психологии. Это удалось ему так хорошо, что сейчас даже существуют отдельные учебные программы, центры и научные журналы, посвященные этой теме. Немногие — если вообще какие-то еще — концепции в психологии столь стремительно и широко распространялись в массы. То, что позитивная психология так быстро стала частью культуры ускорения и инструментом оптимизации и развития, заставляет задуматься. Конечно, совершенно нормально изучать факторы, которые делают нашу жизнь лучше и повышают работоспособность. Однако в руках тренеров и коучей — или воодушевленных руководителей, прошедших краткие курсы по «позитивному лидерству», — позитивная психология быстро превращается в удобный инструмент подавления критики. Социолог Расмус Виллиг даже говорит о фашизме позитива, который, по его мнению, проявляется и в позитивном мышлении, и в концепции позитивного подхода к изменениям. Это понятие описывает форму контроля сознания, которая возникает, когда человеку разрешается думать о жизни только в позитивном ключе. По своему личному опыту могу добавить, что самый отрицательный опыт ведения научных дискуссий, несомненно, связан у меня именно с позитивной психологией. Пару лет назад я критически отозвался о позитивной психологии в женском журнале и газете, и реакция была весьма бурной и неожиданной. Три датских специалиста, которые профессионально занимаются позитивной психологией (и чьих имен я не буду здесь называть), обвинили меня в «научной недобросовестности» и отправили жалобу руководству моего университета. Обвинение в научной недобросовестности — самое серьезное из существующих в научной системе. В жалобе говорилось, что я выставляю позитивную психологию в однозначно плохом свете и намеренно смешиваю область исследования с практическим применением. К счастью, в университете жалобу категорически отклонили, но меня такая реакция сильно обеспокоила. Вместо того чтобы написать письмо в редакцию и вступить в открытую дискуссию, позитивные психологи решили очернить меня как профессионала перед руководством университета. Я упомянул этот случай, потому что вижу некую иронию в том, что позитивные психологи так активно избегают открытой научной дискуссии. Видимо, все-таки есть пределы открытости и позитивного подхода! (К счастью, спешу добавить я, далеко не все представители позитивной психологии ведут себя таким образом.) Как ни парадоксально, этот инцидент подтвердил мою идею тирании позитива. Негатив и критику (особенно самой позитивной психологии!) нужно искоренять. Очевидно, тут хороши любые средства. Позитивный, конструктивный, восприимчивый лидер Если вы когда-нибудь сталкивались с позитивной психологией (например, во время учебы, на работе, на мероприятиях по развитию персонала) и вас просили рассказать об успехах, тогда как вам хотелось обсудить досадную проблему, то вы, возможно, чувствовали неловкость, хотя и не понимали почему. Кому же не хочется быть продуктивным и компетентным специалистом и развиваться дальше? Во всяком случае, современные руководители охотно оценивают и поощряют своих подчиненных. […] Современный руководитель уже не выступает как жесткий и сильный авторитет, который отдает распоряжения и принимает решения. Он практикует форму мягкой власти, «приглашая» сотрудников к разговору об «успехах», чтобы «достичь максимального удовольствия от работы». Забудьте о том, что до сих пор существует четкая асимметрия власти между руководством и подчиненными, а одни цели намного более реальны, чем другие. Например, недавно на моей (в остальном замечательной) работе предложили сформулировать «видение» развития нашего института. Когда я сказал, что нам нужно стремиться стать средним институтом, это не вызвало воодушевления. Я имел в виду, что это реалистичная и достижимая цель для маленького университета в датской провинции. Но теперь все должно быть «мирового уровня» или входить в «топ-5», а путь туда, несомненно, доступен только тем, кто сосредоточен на возможностях и успехах. Это можно назвать принудительным позитивом. Годится только лучшее, а чтобы его добиться, надо просто не бояться мечтать и мыслить позитивно. Обвинение жертвы Как утверждают критики принудительного позитива, в том числе и вышеупомянутая Барбара Хелд, чрезмерная сосредоточенность на позитиве может привести к такому явлению, как «обвинение жертвы». Это значит, что всевозможные человеческие страдания или неприятности объясняются тем, что человек недостаточно оптимистично и позитивно относится к жизни или что у него недостаточно «позитивных иллюзий», которые защищают некоторые психологи, включая Селигмана. Позитивные иллюзии — это внутренние представления человека о самом себе, немного искаженные в лучшую сторону. То есть человек считает себя немного умнее, способнее и эффективнее, чем есть на самом деле. Результаты исследования (хотя они не вполне однозначны) говорят о том, что люди, страдающие от депрессии, на самом деле смотрят на себя более реалистично, чем те, кто от депрессии не страдает. Однако существуют опасения, что из-за позитивного подхода общество требует от людей быть позитивными и счастливыми и это парадоксальным образом создает страдания, так как многие чувствуют вину, если не всегда счастливы и успешны. […] «Жизнь трудна, но это само по себе не проблема. Проблема в том, что нас заставляют думать, что жизнь не трудна» Другая причина критики, которая тем не менее связана с предыдущей, — это преуменьшение роли контекста, что характерно для некоторых аспектов позитивного подхода. Если утверждается, что счастье человека зависит не от внешних факторов (социально-экономическое положение и так далее), которые якобы играют очень незначительную роль, а от внутренних, то вы сами виноваты, если несчастливы. Как пишет Селигман в своем бестселлере «В поисках счастья», уровень счастья лишь на 8–15% определяется внешними обстоятельствами — например, живет человек при демократии или диктатуре, богат он или беден, здоров или болен, образован или нет. Важнейший источник счастья, утверждает Селигман, кроется во «внутренних факторах», которые поддаются «сознательному контролю». Например, можно создавать позитивные чувства, благодарность, прощать обидчиков, быть оптимистом и, конечно, полагаться на свои ключевые сильные стороны, которые есть у каждого человека. Получается, что для того, чтобы стать счастливым, нужно найти свои сильные стороны, реализовать их и вырабатывать в себе позитивные чувства. Подчеркнутое значение «внутреннего», которое якобы поддается сознательному контролю, ведет к возникновению проблематичной идеологии, согласно которой нужно просто не отставать от других и развиваться — в частности, развивать способность к позитивному мышлению, чтобы выжить в культуре ускорения. Брюзжание Барбара Хелд предлагает альтернативу принудительному позитиву — жалобы. Она даже написала книгу, где рассказывает, как научиться брюзжать. Это что-то вроде литературы по саморазвитию для жалобщиков. Книга называется «Хватит улыбаться, начинайте брюзжать» (Stop Smiling, Start Kvetching). «Кветч» — слово из идиша, и точнее всего оно переводится как «брюзжание». Я не специалист по еврейской культуре (почти все знания о ней я почерпнул из фильмов Вуди Аллена), но мне кажется, что традиция жаловаться на все и вся способствует счастью и удовлетворенности. Как приятно собраться вместе и побрюзжать! Это дает обширные темы для разговоров и определенное чувство солидарности. Основная мысль книги Хелд заключается в том, что в жизни никогда не бывает хорошо все абсолютно. Иногда все просто не так плохо. Значит, причины для жалоб всегда найдутся. Падают цены на недвижимость — можно посетовать на обесценивание капитала. Если же цены на недвижимость растут, можно пожаловаться на то, как все вокруг поверхностно обсуждают растущий капитал. Жизнь трудна, но, по мнению Хелд, это само по себе не проблема. Проблема в том, что нас заставляют думать, что жизнь не трудна. Когда спрашивают, как дела, ожидается, что мы скажем: «Все отлично!». Хотя на самом деле все очень плохо, потому что вам изменил муж. Учась фокусироваться на негативном — и жаловаться на него, — можно выработать в себе механизм, который помогает сделать жизнь более сносной. Однако брюзжание — это не только способ справляться со сложными ситуациями. Свобода жаловаться связана с умением смотреть в лицо реальности и принимать ее такой, какая она есть. Это дает нам человеческое достоинство, в отличие от поведения вечно позитивного человека, который яростно настаивает, что не бывает плохой погоды (только плохая одежда). Бывает-бывает, мистер Счастливчик. И как приятно жаловаться на погоду, сидя дома с кружкой горячего чая! Нам нужно вернуть себе право брюзжать, даже если это не ведет к положительным изменениям. Но если может к ним привести, то тем более важно. И обратите внимание, что брюзжание всегда направлено вовне. Мы сетуем на погоду, политиков, футбольную команду. Виноваты не мы, а они! Позитивный подход, напротив, направлен вовнутрь — если что-то не так, надо работать над собой и своей мотивацией. Во всем виноваты мы сами. Безработные не должны жаловаться на систему социальной помощи — а иначе можно прослыть лентяем, — ведь можно просто взять себя в руки, начать мыслить позитивно и найти работу. Надо просто «поверить в себя» — однако это однобокий подход, который сводит важнейшие социальные, политические и экономические проблемы к вопросу мотивации и позитивности отдельного человека. […] Источник: «Теории и практики»

 51K
Интересности

Забавная история о трудной работе переводчика в СССР

Переводчик Олег Дорман рассказывал: «Я был учеником Семена Львовича Лунгина. Однажды мы сидели на кухне у него дома и писали сценарий. В это время зашла его жена — Лилиана Лунгина, та которая перевела со шведского Малыша и Карлсона и которая корпела над очередным переводом в комнате. — Мальчики, — огорченно сказала она, — у меня там герой идет по аэропорту и держит в руке гамбургер. Я не знаю, что это такое. — Похоже на макинтош, — сказал Лунгин, — плащ наверное какой-то. — Хорошо, — обрадовалась Лилиана, — напишу, что он перекинул его через руку. Через несколько минут она снова вернулась и убитым голосом сообщила: — Он его съел».

 48K
Наука

19 вещей, которые изобрели женщины

Женщины — хоть им не всегда было легко оформить патент или получить признание, — ответственны за создание множества предметов, которые мы используем в повседневной жизни. 1. Бумажный пакет Новая модель бумажных пакетов появилась в Америке в 1868 году, когда работница хлопкопрядильной фабрики Маргарет Найт изобрела аппарат, делавший пакеты с плоским дном (до этого бумажные пакеты были больше похожи на конверты). Мужчина по имени Чарльз Аннан увидел их и попытался первым запатентовать идею. Однако Найт подала на него в суд и отсудила свой патент в 1871 году. 2. Кевлар Легкий высокопрочный кевлар — в пять раз прочнее стали — защитит вас от пули. Химик компании DuPont Стефани Кволек случайно изобрела его при попытке усовершенствовать покрытие для автомобильных шин. Патент она получила в 1966 году. 3. Мусорное ведро с педалью Лилиан Гилбрет дополнила сразу несколько существующих изобретений небольшими, но гениальными деталями. В начале 1900-х она изобрела полки на дверце холодильника, упростила открывалку для банок и сделала уборку более опрятной, добавив к мусорному ведру ножную педаль. Гилбрет больше всего известна своими новаторскими работами в области эффективного менеджмента и эргономики (совместно с мужем Фрэнком). Двое из их двенадцати (!) детей, Фрэнк-младший и Эрнестина Гилбрет, с юмором описали жизнь родителей, их работу и быт в книге «Оптом дешевле». 4. «Монополия» Элизабет Мэги придумала «Игру землевладельца», чтобы распространить экономическую теорию джорджизма и продемонстрировать игрокам несправедливость захвата земли, недостатки аренды и необходимость единого налога на землю. Мэги запатентовала настольную игру в 1904 году и выпустила ее на рынок в 1906-м. Почти 30 лет спустя некто Чарльз Дэрроу переделал дизайн и продал игру компании Parker Brothers под названием «Монополия». Компания выкупила патент Мэги на оригинальную игру за 500 долларов безо всяких роялти. 5. Дворники Водители скептически отнеслись к «дворникам», изобретенным Мэри Андерсон в 1903 году. Они считали, что куда безопаснее вести машину, когда ничего не видно из-за дождя и снега, чем отвлекаться от дороги и нажимать на рычаг, чтобы очистить стекло. (Другая изобретательница, Шарлотта Бриджвуд, предложила автоматическую версию дворников с электрическим колесиком в 1917 году. Впрочем, ее дворники тоже не пришлись ко двору.) Но к тому моменту, когда патент Мэри Андерсон истек, то есть к 1920 году, дворники уже набирали популярность. «Кадиллак» первым поставил их на поток и встроил в машины всех моделей — а остальные автомобильные концерны вскоре последовали его примеру. 6. Одноразовые подгузники Когда Марион Донован в 1951 году запатентовала непромокаемые подгузники Boater, переодевание не стало идеально «чистым». Но жизнь родителей — да и детей тоже — изменилась навсегда. Непромокаемое покрытие подгузника, изначально сделанное из шторки для душа, стало продаваться в знаменитом универмаге «Сакс на Пятой авеню». Донован продала патент корпорации Keko за 1 млн долларов, а несколько лет спустя создала одноразовую модель подгузников. «Памперсы» появились в 1961 году. 7. Посудомоечная машина Первая посудомоечная машина, запатентованная в 1886 году, соединяла в себе кипятильник для подогрева воды, агрегат для подачи ее под давлением, колесо и решетку вроде тех, которые до сих пор используются для сушки посуды. Изобретательница, Жозефина Кокрейн, никогда не использовала ее сама, но сильно упростила жизнь своим служанкам. 8. Канцелярская замазка Задолго до появления клавиши delete секретарша Бетт Несмит Грэм тайком использовала белую темперную краску для исправления своих опечаток. Она годами совершенствовала формулу в собственной кухне, прежде чем запатентовать «Штрих» в 1958 году. А в 1979 году ее компанию купил Gillette — за 47,5 млн долларов. 9. Алфавитные кубики В наши дни дети не читают книжек, написанных консервативной авторшей Аделиной Уитни — и это, пожалуй, к лучшему. Но деревянные кубики, которые она запатентовала в 1882 году, по-прежнему помогают им выучить алфавит. 10. Шкала Апгар Жизнь — это серия проверок, и начинается она с теста по шкале Апгар, названной в честь акушерки-анестезиолога Вирджинии Апгар. В 1952 году она стала проверять новорожденных через минуту и 5 минут после рождения, чтобы определить, нуждаются ли они в немедленной реанимации. Спустя примерно 10 лет медицинское сообщество придумало бэкроним (акроним, который соответствует уже существующему слову), помогающий запомнить критерии шкалы: окраска кожного покрова (англ. Appearance), частота сердечных сокращений (Pulse), рефлекторная возбудимость (Grimace), мышечная активность (Activity) и дыхание (Respiration). 11. Сигнальные ракеты Когда-то все сообщение между кораблями сводилось к размахиванию цветными флажками и фонарями и реально громким крикам. Марта Костон не сама дошла до идеи сигнальных ракет: план она нашла в записной книжке своего недавно умершего мужа. Решительная вдова 10 лет работала с химиками и пиротехниками, чтобы воплотить идею в жизнь. Но в патенте 1859 года она названа лишь администраторшей — звание изобретателя получил мистер Костон. 12. Циркулярная пила Ткачиха Табита Бэббитт первой предложила рабочим на пилораме использовать циркулярную пилу взамен обычной, которую два человека должны были двигать вперед-назад. Она сделала прототип и прикрепила его к своей прялке в 1813 году. Община шейкеров, в которой жила Бэббитт, не одобрила идею подать заявку на патент, но с удовольствием воспользовалась самим изобретением. 13. Втягивающийся поводок Собачница из Нью-Йорка Мэри Делане запатентовала первый втягивающийся поводок в 1908 году. Он крепился к ошейнику, удерживая барбоса на привязи и одновременно давая ему немного больше свободы. Кстати, 11 лет спустя некто Р.Ч. О’Коннор запатентовал первые вожжи для детей. Совпадение? Возможно. 14. Перископ и лампа для подводных лодок Недостаток источников не позволяет углубиться в биографию Сары Матер, изобретательницы XIX века. Зато предложенное ею сочетание перископа и лампы для подводных лодок, запатентованное в 1845 году, говорит само за себя. 15. Стол-кровать Встраиваемая кровать, изобретенная Сарой Гуд, не просто позволила увеличить жилое пространство в маленьких домах, но еще и сделала изобретательницу первой афроамериканкой, получившей патент США (дело было в 1885 году). Полнофункциональный секретер можно было использовать днем, а ночью он складывался и превращался в удобную кровать. Еще одно аналогичное изобретение, известное под названием «кровать Мерфи», появится примерно 15 лет спустя. 16. Солнечный дом Место биофизика Марии Телкес было в доме — первом доме, на 100 % работавшем на солнечной энергии. В 1947 году венгерская ученая изобрела термоэлектрический генератор для обогрева «Довер-Хауса» — клиновидного здания, которое она задумала вместе с архитектором Элеанор Рэймонд. Телкес использовала глауберову соль, продукт воздействия серной кислоты на хлорид натрия, чтобы запасти тепло в преддверии бессолнечных дней. «Довер-Хаус» пережил три массачусетских зимы, прежде чем система отказала. 17. Скотчгард Похоже, пятна побеждаются пятнами. В 1952 году химик компании 3M Петси Шерман была совершенно сбита с толку, когда не смогла оттереть от башмака лаборантки пятно фторсодержащего каучука. Пятно никак не повлияло на цвет обуви и при этом отталкивало воду, масло и другие жидкости. Шерман и ее соавтор Сэмюэль Смит назвали состав «скотчгард». Теперь он охраняет наши с вами диваны. 18. Невидимое стекло Первая женщина-ученый в General Electric, Кэтрин Блоджетт, в 1935 году открыла способ переноса тонкой мономолекулярной пленки на стекло и металл. Результат — стекло, которое не отсвечивает и не искажает изображение. Оно произвело революцию в производстве фотоаппаратов, микроскопов, очков и многого другого. 19. Компьютеры Ролевая модель для всех женщин в компьютерной отрасли — Грейс Хоппер. Она и Говард Айкен в 1944 году спроектировали гарвардский компьютер «Марк 1» — пятитонную машину, которая занимала целую комнату. Хоппер изобрела компилятор, который переводил написанный текст в компьютерный код, и придумала слова «баг» и «дебаггинг», когда ей пришлось доставать из устройства трупики мотыльков. В 1959 году Хоппер была членом группы, изобретшей Кобол — один из первых современных языков программирования.

 37K
Жизнь

Человек из бумаги

13-ый в списке лучших европейских футболистов, 22-ой — в списке лучших в мире (пришлось потесниться за счет южноамериканцев), лучший центрфорвард Австрии за все времена, что включает в себя двукратное чемпионство и шесть национальных кубков. Маттиас Синделар, а речь, конечно же, идёт о нем, дважды выигрывал тогдашний Кубок европейских чемпионов (Кубок Митропа), ну и был главной звездой на небосклоне «Вундертим» — великолепной австрийской сборной 1926-1937-ых годов (потом будет череда «великолепных»: бразильцы с Пеле, венгры с Пушкашем, голландцы с Круиффом… кто-нибудь ещё?). Только, если говорить о нём, Синделаре, то этого мало. Маттиас Синделар был одним из первых, кто открыто выступил против нацистов. Тех самых, из-за которых мир потерял, как минимум, 70 миллионов человек. Легко ненавидеть врага на расстоянии — в десятки лет или тысячи километров. А вот для того, чтобы заявить лицом к лицу о своей непримиримой позиции и назвать вещи своими именам, когда у врага танки с самолётами, а у вас — бутсы и талант, — нужны отвага и героизм высокого порядка. Ведь героизм-то требуется не массовый, а сугубо личный: Синделару было наплевать — поддержат его или нет, он не шёл в плотном строю ополченцев. Выступал один. И подставлял своими действиями под неминуемый ответный удар себя одного. К нацистскому аншлюсу Австрии 1938 года Синделар (можно и Шинделар) был фантастически популярен в Европе. Бумажный Человек — так звали его болельщики. Звали и безумно любили… Почему бумажный? Потому, что в то время считалось, что центрфорвард, с точки зрения телосложения, должен быть носорогом или танком, а лучше их жгучей смесью. А Синделар был худым, практически хрупким, если не хилым, и на поле старался избегать активных столкновений, играя элегантнее, ловчее, быстрее и хитрее других. Он не таранил оборону, а танцевал с мячом. Но при этом бумажный парус Синделара оказывался гораздо эффективнее стальных кораблей соперника. Он был королём дриблинга предвоенной эпохи, легко и непринужденно оставляя позади себя удивлённых защитников. Наверное, Синделар стал единственным футболистом в истории, органично соединившим в себе Пеле и Гарринчу. Но бразильцы придут на поле уже после Бумажного Человека. Синделару удавалось всё — за 150 лет до него в Австрии жил другой человек, который изумлял окружающих лёгкостью и элегантностью своей игры и феноменальным талантом. Футбольных полей тогда не было и пришлось ему реализовывать свой талант в музыке. Да, звали его не Маттиас, а Вольфганг. Вольфганг Амадей Моцарт. Футбольные импровизации Бумажного Человека были сродни вариациям Моцарта — Синделар мог изобретать их бесконечно. Иногда зрителям казалось, что вот-вот он потеряет мяч из-за лишнего движения, но уже через мгновенье защитник оказывался пройденным, и становилось понятно, что никакого лишнего движения не было. Всё легко, красиво, гармонично. В составе «Аустрии» Синделар выигрывает национальные титулы. Естественно, Хуго Майсль — один из трёх величайших тренеров тревожной эпохи между двух страшных войн (наряду с итальянцем Витторио Поццо и англичанином Гербертом Чепменом) — призывает его под знамёна национальной сборной. Поначалу было не так, чтоб уж гладко, но притёрлись и заиграли. Да как заиграли! — как по нотам сороковой симфонии: Германия 5:0 и 6:0, Шотландия 5:0, Швейцария 8:1, Венгрия 8:2. Майсль считается автором одной из самых знаменитых тренерских фраз: «лучшая оборона — это атака». При этом нетрудно заметить, что Хуго откровенно стянул это выражение у Александра нашего Васильевича. Правда, Суворов, также как и Моцарт (а жили они на удивление в одно и то же время) в футбол не играл: поля тогда были уж больно неровными. В 1934 году Синделар впервые едет на Чемпионат мира, который проводится в фашистской Италии. Дуче Муссолини демонстрирует планете всей, как хорошо в стране итальянской жить при правлении фашистов. Порядок, огромный стадион, единение партии, вождя и народа. Счастье. Все дела. Муссолини сидит на трибуне в профиль к газону, чтобы его принимали за Нерона, устраивает пышные приёмы и потихоньку шантажирует и договаривается с судьями. Италии нужна победа. Итальянцы хамят и грубят на поле — судьи не замечают. Вслед за итальянцами боевые единоборства на футбольном газоне стали применять и венгры. В четвертьфинальном матче с австрийцами венгры только что биты на поле не вынесли, но и без них оторвались по полной… В том матче австрийцы все-таки выстояли, выиграв 2:1, но потеряли своего главного распасовщика Йоханна Хорвата — его прямо с матча увезли в больницу. «Это же не футбол, просто драка», — говорил Майсль. Но его никто особо не слушал, ведь в другом четвертьфинале итальянцы точно также действовали против испанцев — играли подло, калечили своих соперников, били их по ногам, в результате чего великий вратарь испанцев Замора был просто не в состоянии сыграть в повторном матче (первый завершился вничью). И не он один: семь основных игроков сборной Испании оказались в местном госпитале!.. На фоне данного, классического для фашистов, физического устранения оппонентов — сборной Италии ещё и подыгрывал арбитр… «У нас нет шансов!» — заявил Майсль перед полуфиналом, где австрийцы встречались с итальянцами. Майсль оказался прав. Поле под проливным дождем превратилось в болото, один из итальянских полузащитников получил персональный приказ бегать за Бумажным Человеком и безжалостно бить его по ногам. Ну и классикой жанра стало судейство шведского арбитра Ивана Эклинда, личного и своевременного друга Муссолини. Синделар сник, австрийцы проиграли… Майсль хотел доказать всем несправедливость произошедшего (до итальянского Чемпионата мира Австрия была практически непобедимой, забивая в среднем не менее трёх голов за матч), хотел выиграть следующий, парижский чемпионат 1938 года, но этому не суждено было случиться. В феврале 1937 года у Хуго Майсля останавливается сердце. А в марте 1938 года Гитлер осуществляет аншлюс Австрии, присоединяя её к Третьему Рейху. Одной из целей аншлюса Австрии было, как ни странно, создание сильной сборной Германии по футболу, которая, в случае победы на ЧМ 1938 года, подтвердила бы правильность генеральной линии партии. Арийское — значит лучшее. Немцы должны доминировать везде, в том числе, и на футбольном поле. Демонстрация тотального превосходства должна была начаться с футбола! Предполагалось, что все австрийские футболисты поспешат влиться в немецкую сборную, и такая команда Третьего Рейха уж точно разобьёт кого угодно и где угодно. Вариант, при котором австрийские футболисты отказывались бы играть за Третий Рейх, даже не рассматривался, ибо он противоречил здравому смыслу. Кому же хочется умирать раньше времени? Но проблема все-таки возникла. Маттиас Синделар, Бумажный Человек, отказался от своего счастья и в то время, как весь австрийский народ вливался дружными рядами в Третий Рейх, главный футбольный гений Европы демонстративно отошел в сторону. Более того, Синделар открыто заявил, что презирает нацистов. Бумажный Человек любил Австрию, любил свой клуб и вовсе не собирался играть за великую объединенную Германию. Синделара уже давно приглашали ведущие клубы Европы, включая, конечно же, «Манчестер Юнайтед», но никуда уезжать из Вены Человек из Бумаги не хотел. Синделар ненавидел нацистов ещё и за преследование евреев, которые вынуждены были уйти теперь из его любимого клуба. В роду Синделара были евреи, и он никогда этого не скрывал. В то время, как граждане Австрии стали сторониться и избегать евреев, которые в Третьем Рейхе подлежали плановому уничтожению, Бумажный Человек напротив — продолжал с ними дружить, делая это публично, открыто, демонстративно. А главное — он не боялся. Ведь, как говорил Александр Васильевич Суворов — кто напуган, тот наполовину побит. С другой стороны, Бумажный Человек был нужен нацистам. Причём, нужен — живым, талантливым, знаменитым, эффективным. Для Гитлера футбол стал средством достижения имиджа. Ведь что есть игра в мяч ногами? Действия в течение ограниченного времени по установленным правилам. Раз немцы способны играть в такую игру, значит никакие они не дикари и головорезы, а вполне себе цивилизованные люди, с которыми можно дружить и сотрудничать. Имидж — всё. Гитлеру нужна была победа на футбольном поле. Отсюда должно было начаться доминирование в мире. Доказательство тотального превосходства арийской расы. Нацисты предлагают Бумажному Человеку сделку, могут простить еврейскую кровь, а Синделар … всё это отвергает. Отказывается играть за новую немецкую сборную. «Не буду», — говорит Бумажный Человек. Не люблю, не хочу, не буду. И не заставите. Ни за какие коврижки и титулы… Такого великий Рейх не прощает. Синделар начал свой последний тайм — он уже играл со смертью, уступая в счёте. 3 апреля 1938 года, через две недели после «аншлюса», состоялся матч сборных Австрии и Германии, в котором австрийцы прощались со своим флагом и национальными цветами, получая взамен свастики и традиционные нацистские приветствия. Игра была организована по личной просьбе Гитлера: перед планируемой войной Германии нужен был убедительный мирный имидж. Синделара настоятельно попросили сыграть за Австрию: популярность давала о себе знать. Бумажный Человек согласился при условии, что Вундертим будет играть не в обычных черно-белых цветах, а в футболках с расцветкой национального австрийского флага. Как ни странно, ему пошли навстречу. По убедительной просьбе нового нацистского руководства, игра должна была закончиться вничью, что подтвердило бы миру нерушимость единства немцев и австрийцев в стремительно растущем Третьем Рейхе. Весь матч Синделар проделывал фантастические финты, обматывая всю немецкую команду и демонстративно не забивая в пустые ворота. Вместо имиджа и торжества Рейха получался какой-то цирк. А за 20 минут до конца игры Бумажный Человек не удержался и забил свой гол, после чего подбежал к центральной трибуне, где восседало руководство НСДРП, и станцевал перед ними вызывающий издевательский танец. Австрия победила 2:0. Синделар перешёл грань смерти. Через десять месяцев 35-летний Синделар был найден мёртвым в своём доме (вместе со своей подругой, Камиллой Кастагнолой, конечно же, еврейкой). Официальная версия — отравление угарным газом. Неофициальная: Маттиус Синделар стал одной из первых жертв нацистского режима, — фашисты устроили ему персональную газовую камеру.

 26K
Наука

Ностальгия: болезнь или лекарство для души?

Бесконечные истории старшего поколения о том, как оно потеряло на войне ногу, как колбаса была по 2,20, а досуг они с друзьями проводили более осмысленно, отрастив бороды и кормя комаров на Байкале, традиционно раздражает молодежь. С другой стороны, запах маминых духов и любимая песня десятилетней давности — ничто так остро не заставляет почувствовать себя собой. Нытье о потерянном рае или эволюционно оправданный механизм? Журналисты жалобно тянут за одежду ученых и просят умных дяденек объяснить. Термину «ностальгия» всего лишь триста лет, он возник в Швейцарии в 1688 году. Врач Йоханнес Хоффер придумал название болезненным состояниям, распространенным среди швейцарских солдат-наемников. Их причиной медик считал навязчивое желание вернуться домой. Nostos по-гречески — «возвращение домой», algos — «боль». В XVII веке ностальгия квалифицировалась как «неврологическая патология, вызванная бесами». Помимо демонической версии, среди медиков Гельвеции также бытовала интересная теория, связанная с колокольчиками альпийских коров. Будто бы их неумолчное звякание повредило барабанные перепонки и добралось до мозга, в связи с чем в экстремальных условиях доблестные воины натурально дурели. Научный прогресс следующих столетий отринул коров, и в XIX–XX веках, в звездный час психоанализа, ностальгию уже считали формой психоза («иммигрантский психоз»), формой проявления такой распространенной душевной патологии, как меланхолия, а также отдельным «репрессивно-компульсивным расстройством». В наше время одним из ведущих исследователей ностальгии в мире является доктор Константин Седикидес и его команда психологов из Университета Саутгемптона (Великобритания). Их исследования подтвердили очевидное предположение, что феномен одинаково распространен во всем мире, и выявили менее очевидное — что люди начинают тосковать по прошлому уже с семилетнего возраста (каникулы, подарок на тот день рождения). Десятилетняя работа команды специалистов из разных уголков мира с использованием Саутгемптонской шкалы ностальгии выносит бывшему психозу оправдательный приговор. «Факторы ностальгии у гражданина Англии ничем не отличаются от аналогичных у африканца или жителя Южной Америки», — говорит доктор Вилдшут из британской команды. Универсальные темы для поныть и повздыхать: воспоминания о друзьях детства, ушедших родных, свадьбы и другие праздники, музыка, романтические закаты на водоемах. В картине обычно присутствует главный герой, окруженный близкими людьми. Большинство респондентов испытывают ностальгию по меньшей мере раз в неделю, и почти половина — через день. Обычно триггером выступают неприятные события и чувство одиночества. Опрошенные сообщают, что сеансы ностальгии (ученые отделяют их от обычных воспоминаний) помогают им вернуть душевную гармонию. Для получения научных подтверждений этому психологи собрали группы в лаборатории и испортили им настроение, дав почитать статьи об ужасных бедствиях и сообщив результаты пройденного накануне психологического теста — мол, он выявил, что вы исключительно одиноки. И грустящие люди стали чаще, чем обычно, предаваться ностальгии, которая улучшила их состояние. Безусловно, ностальгия — не чисто позитивное состояние: приятные воспоминания всегда омрачает ощущение, что они навсегда потеряны. Но тем не менее опыты показывают: положительные компоненты эмоции более сильны, чем отрицательные. Помимо радужных картинок о самых счастливых минутах жизни, ностальгирующие люди чаще всего вспоминают тяжелые ситуации, в которых кто-то помог им, и все кончилось хорошо. Такие воспоминания делают их сильнее, щедрее и открытее к проблемам других. Кроме многократно подмеченного писателями факта, что прошлое моментально оживает перед глазами при вдыхании связанного с ним запаха, хорошо работает музыка. Доктор Вингерхойтс из Университета Тильбурга (Нидерланды) экспериментально доказал, что от прослушивания старых любимых хитов становится не просто теплее на душе — температура повышается физически. Аналогичные исследования проводила Синь Е Чжоу, сотрудница Университета имени Сунь Ятсена в Гуаньчжоу (КНР). Эксперимент длиной в месяц выявил, что больше студентов ностальгируют в холодные дни, а группы, сидящие в прохладных комнатах (20 градусов) чаще ударяются в мемуарный эскапизм, чем везунчики, которым включили отопление, и ощущают себя теплее. Доктор Виндшут делает выводы, что ностальгия — механизм эволюции, который служит улучшению физического и психического комфорта, необходимого для выживания в сложных условиях. Конечно, воспоминания могут быть и болезненными, например когда человек после потери близкого фиксируется на светлых моментах их общего прошлого и в итоге углубляет скорбь. Но эти случаи — в меньшинстве. Исследователи выяснили, что склонные к ностальгии люди реже чувствуют себя потерянными. Чтобы понять корреляцию между воспоминаниями и ощущением себя как цельной личности, доктор Клэй Рутледж с коллегами из Университета Северной Дакоты (США) провели серию экспериментов над взрослыми американцами, британцами и голландцами. Они ставили подопытным любимые песни, и те больше, чем накануне, склонялись к выводам вроде «жизнь стоит того, чтобы ее прожить», чаще заявляли, что они любимы. Тогда психологи попробовали исследовать эффект в противоположном направлении, пытаясь вызвать экзистенциальный страх и неуверенность в будущем. Они представили группе эссе якобы авторства философа Оксфордской школы, в котором он пишет, что жизнь бессмысленна, поскольку каждый отдельно взятый человек может дать миру лишь «ничтожный, жалкий и бесполезный вклад». Ознакомившиеся с эссе ностальгировали чаще, чем те, кто его не читал. А те, кто ностальгировал перед чтением опуса мизантропа, чаще говорили, что философ их не убедил. Помимо грустных мыслей, ностальгия помогает также побороть страх смерти. Что логично — если в жизни были хорошие моменты, не так жалко умирать, по сути так ничего и не успев. Зависимость явления от возраста исследовала Джессика Хеппер и Университета Суррея (Великобритания). Оказалось, что к ностальгии склонны молодые люди, а к зрелости ее показатели падают, чтобы вернуться в старости. По словам Хеппер, функция ностальгии — помочь приспособиться к переменам. Молодые съезжают от родителей, начинают работать и заглушают сложности адаптации к взрослому миру воспоминаниями о семейных ужинах и школьных проделках. Старики надевают пеструю вуаль былых побед на морщинистые лица, чтобы не видеть приближающийся гроб. Часто ностальгия — это внутреннее нытье с рефреном «вот были хорошие деньки, не то что сейчас». Часто, но не всегда. С психологическим созреванием приходит «конструктивная ностальгия», осмысление прошлого и извлечение уроков. Такие свободные от сравнений практики используются в преподавании психологии как инструмент оценки студентами поведения людей в сложных ситуациях, в домах престарелых, в тюрьмах и группах реабилитации больных. Если вы не невротик и не склонны избегать настоящего, погружаясь в прошлое или мечтая о будущем, доктор Седикидес рекомендует ностальгировать 2–3 раза в неделю во имя полноты и радости жизни. Когда Хэмфри Богарт в «Касабланке» говорит: «У нас всегда будет Париж», это бриллиант ностальгии, ценность, которую никто не сможет забрать. Источник: Журнал «Нож»

Стаканчик

© 2015 — 2019 stakanchik.media

Использование материалов сайта разрешено только с предварительного письменного согласия правообладателей. Права на картинки и тексты принадлежат авторам. Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 16 лет.

Приложение Стаканчик в App Store и Google Play